Почему? Книга первая – Капоэйра

– Но как я выплачу компенсацию этому типу, если реальная стоимость акций намного больше номинала. Я же разорюсь совсем, Жулиу Сезар.

– Всё очень просто. Он получит лишь сумму от номинальной стоимости акций. Иными словами, только их первоначальную стоимость. Такое тоже возможно, если предусмотреть в договоре купли-продажи и согласии остальных пайщиков компании. И об этом я уже сам позабочусь, как следует. Так, что не беспокойся.

– Прекрасная мысль Жулиу Сезар! Недаром про тебя говорят, что ты съел собаку в своём деле, – одобрительно воскликнул сеньор Жуан Антониу, и продолжил, – Завтра же займись этим и не забывай, что надо всё успеть сделать до второго числа. Чуть не забыл, добавь пункт, что моя дочь будет управлять компанией, принимать решения только с твоего и Леонсиу согласия. Вы оба будете её доверенными лицами. Потому что вам обоим я могу доверить своё детище.

– Спасибо дорогой. Ты и так нас облагодетельствовал. Не волнуйся, утром же займусь этим, а ты отдыхай. Впереди у нас решающий бой.

На следующий вечер глава семьи да Силва принимал у себя в кабинете своего близкого друга, бывшего одноклассника, а ныне священника одной из городских церквей – падре Мауро Дзанетти. После недолгой исповеди Жуан Антониу протягивает ему конверт с письмом, содержание которого знает только он сам, и наказывает в целости и в сохранности доставить адресату, имя и адрес которого священник должен был хранить в строгом секрете, как тайну исповеди. Вместе с конвертом он также получает некоторую сумму для покрытия расходов.

Однако, бледному робкому падре не суждено было доставить письмо. По приказу Жуана Педру за домом людьми Гонсалу была установлена слежка. Довольно редко появляющийся у них Мауро, естественно, вызвал подозрения у первого, и тот приказал, не мешкая «прощупать» святого отца. В результате умело инсценированного ограбления в руки Гонсалу попадает письмо отца, которое он тотчас передаёт патрону. А трясущийся от страха не столько перед Господом, сколько перед бандитами падре трусливо умалчивает о случившемся, и Жуан Антониу не узнаёт об участи своего письма. Получивший письмо Жуан Педру (повергшее его в шок и ярость), готовится к открытию филиала «Силва».

Глава IX

Ресторан «Tropicana» в районе Сан-Каэтану-ду-Сул в центре Сан-Паулу был если не из самых шикарных, то по крайнем мере, одним из могущих считаться престижным заведением города. Обычно здесь проводила время бизнес публика, назначались деловые встречи, велись переговоры, всегда играла живая музыка, не говоря уже о вкусных блюдах и дорогих винах.

Воскресным вечером 30 июня 1969 года здесь было более шумно по причине банкета, устроенного Жуаном Педру да Силва для местной элиты по случаю открытия филиала «Силва» в Сан-Паулу. Кого тут только не было. Начиная от бизнесменов и крупных латифундистов, заканчивая вездесущими журналистами, фотографами, банкирами, военными, звёздами футбола и кино, а также местными политиками вплоть до мэра и губернатора. Не забыли пригласить и японских старейшин. Самым почётным гостем считался сеньор Карлос Ласерда, скандально известный бизнесмен, олигарх, владелец издательства «Nova Fronteira9». Этот гордый потомок испанских дворян был известен тем, что считался одним из неприкасаемых людей в стране. Тех, кого можно было пересчитать на пальцах одной руки. Будучи главным спонсором переворота 1964 года, он, тем не менее, в силу своей справедливости и неприятия к диктатуре, очень скоро открыто пошёл против нового режима, созданного на его же деньги. Его даже упекли за решётку. Однако огромнейший авторитет в деловых кругах не только Бразилии, но и Латинской Америки, популярность среди интеллигенции, главное фантастическое состояние позволили ему не только выйти из тюрьмы, но шире раскрутить бизнес. Аристократическое происхождение увеличивали к нему симпатии света, и он был желанным гостем любой светской вечеринки.

Было здесь и множество чиновников разных мастей, но в то же время схожих между собой. В глупости, в разнузданности, в упоении безнаказанностью. Как, например, губернатор, вслух читающий «икс икс век» вместо «двадцатый». Кардинал, тратящий крезовское состояние на корм аллигаторам, но жалеющий и чашки кофе для своей прислуги. Министр, потерявший счёт виллам и по ошибке купивший собственную фазенду. Генерал, чей сын позировал на своей яхте в окружении девиц, прикрытых долларами вместо фигового листа. Депутат, в стельку пьяный барахтающийся с нимфетками в бассейне, наполненной дорогим шампанским вместо воды. Одним словом, чичиковские типажи, взращённые на тропической почве. Самое страшное было не то, что представляли из себя эти разжиревшие питекантропы. А то, что на них уродов стремились походить, им подражали. Более того, ими всерьёз гордились, как лучшими сынами нации.

А гости неспешно прохаживались или стояли небольшими группками вокруг шведских столиков, щедро наполненных разнообразными яствами, оживлённо беседуя и смеясь, обменивались визитками. Вокруг бесшумно сновали гарсоны с подносами бокалов шампанского, и негромко звучал ритмичный джаз. Гвоздем же музыкальной программы был знаменитый хит тех лет «Mas que nada» в живом исполнении трио Сержиу Мендеша. Негромкая музыка услаждала слух, и гости наслаждались деликатесами, чёрной икрой и французским шампанским, обсуждая успех молодого предприимчивого дельца из Рио. И, конечно, завидуя ему.

Виновник торжества, одетый в элегантный тёмно-синий костюм от «Dior» стоял рядом с мэром и неким банкиром, обсуждая курс доллара, и одновременно краем глаза подмечая всё вокруг. Ныне он мог быть доволен собой, потому что этот банкет был свидетельством его первой победы в чужом городе. Но, в то же время, как ни старался это скрыть, он выглядел напряжённым. Последние новости от Пантеры, намеченное на послезавтра заседание Совета Директоров компании требовали срочного присутствия в Рио. Жуан Педру намеревался вылететь ночным рейсом, так как на завтра он через Гонсалу объявил сходку своим людям в Нитерое. Всё это требовало максимальной концентрации сил. Заседание Совета Директоров «Силва» обещало быть бурным. И сейчас, поднимая бокалы, он почти не пил, а лишь причмокивал нежный «Don Perrignon». Заодно лёгким движением брови давал указания администратору, успевал улыбаться приглашённым. В ответ ему также улыбались, а некоторые, вообще, строили кокетливые гримасы. Но ему сейчас было не до прекрасного пола.

В это время к Жуану Педру подошёл тучный федеральный судья с двумя спутниками, низкорослым мужчиной лет сорока и красивой женщиной, идущей за ним под руку. Как раз в это время он хохотал над сплетней мэра.

Драка влиятельного генерала с одним известным псевдопрофессором, чей сын являлся послом в одной из европейских стран, наделала шуму в прессе, и на долгое время стала пищей для салонных сплетен. Причём, оба драчуна здорово отлупив друг друга, заодно дружно поколотили и юную стюардессу на глазах у ошарашенных пассажиров первого класса. Лишь за то, что та попыталась разнять их. Подобные фокусы оборзевших от собственной безнаказанности «слуг народа» – нормальное явление в коррумпированных странах третьего мира.

Примечания