Срочно! Женюсь на вашей маме
- -
- 100%
- +
Пролог
Громкий звонок заставляет проснуться. Не сразу понимаю, что происходит, и откуда этот душераздирающий звук. Разлепляю глаза и вижу, что заснул прямо за рабочим столом. На диване для посетителей храпит мой друг и партнер по бизнесу Ростислав Сафин. Кабинет завален коробками из ресторанов. Отдохнули на славу… Дорвались, как говорится.
– Замолкни, – бросаю взгляд на разрывающийся телефон. Но он не слушается. Настырно продолжает звонить.
– Братан, ответь… Голова сейчас лопнет, – стонет друг, пытаясь натянуть свитер на уши.
Хватаю телефон и рявкаю:
– Слушаю!
– Максим Михайлович… Можно к вам зайти прямо сейчас?..
– Нет, блин, нельзя! – швыряю трубку обратно. Сколько времени? Почему секретарша еще на работе? Или она уже на работе? Бросаю беглый взгляд на часы: восемь тридцать утра. Немудрено, что я не выспался. Даже не помню, во сколько отключился.
Сафин тем временем переворачивается набок и продолжает спать. Ему хорошо, он на диване. А у меня стул не приспособлен для сна. Шея затекла… ноги сводит… а еще говорят, что ортопедический! Вранье!
Ладно, еще пятнадцать минут подремлю… Рабочий день начинается с девяти. А руководителю позволительно немного опоздать. Откидываю голову на подголовник кресло и прикрываю глаза.
– Тр-р-р! Тр-р-р! – снова трещит телефон. Да чтоб это секретаршу… Приучил на свою голову приносить кофе по расписанию!
– Вера, эспрессо сегодня не надо. Аспирин приготовь и не звони мне еще полчаса, иначе я тебя уволю к чертовой матери!
– Максим Михайлович… прошу вас, не увольняйте… у меня тут дети… проснулись. Я не знаю, что с ними делать. Они, наверное, голодные, – почти плачет. Но меня не разжалобить в таком состоянии.
– Что еще за дети?! Здесь детям не место! Возьми и отведи их в детский сад! – не выдерживаю.
– А в какой?
Ну что за мать такая, я откуда знаю в какой…
– Макс! Стой! – вскакивает с дивана Ростислав, мгновенно просыпаясь. Перевожу на него удивленный взгляд:
– Чего ты подорвался?
– Сколько времени?
– Восемь тридцать, – отвечаю ему.
– Так в восьмой или в тридцатый? – переспрашивает Вера, решив, что я имею в виду номер садика.
– Не надо их ни в какой сад! Я ужасный отец! Дай мне трубку! – вопит Сафин.
– Это чего, твои, что ли, дети с Верой? – спрашиваю у друга, но за него отвечает секретарша:
– Нет, Максим Михайлович, не мои, а ваши. Так что с детским садом?
Я окончательно впадаю в ступор, а Ростик тем временем выхватывает у меня телефон и орет:
– Вера, мои близняшки у тебя?!
– Господи, Ростислав, ты же сказал, что Вениамин Петрович за ними присмотрит, пока мы тут… отдыхаем, – постепенно доходит до меня.
Сафин отмахивается, что-то выясняя с секретаршей, а потом кидает телефон и облегченно выдыхает.
– Вениамин взял к себе дочерей только на вечер. Мы договорились, что я их у него заберу, когда освобожусь. А я… у тебя в кабинете заснул и… Забыл.
– Ну видишь, старикан сам привез их к нам. Так что все нормально, – улыбаюсь, делая глоток воды.
– К счастью, да. Сейчас Вера их приведет. Какой же я отец… Какой же я… – продолжает причитать, хватаясь за голову.
– Да ладно тебе. Ничего же не случилось. Перестань сокрушаться.
– Лика ни за что бы так не поступила с родными детьми.
– Ну… – на это сказать нечего. Мы с Сафиным те еще экземпляры… Хотя он же не специально! Просто устал… – Ладно, жди здесь, а я пойду. Надо бы умыться и сменить рубашку. А еще прибраться в кабинете после нашего застолья. Сегодня встреча с важными людьми, а у меня тут… салаты и пицца, – хмыкаю.
– Мне бы тоже освежиться не мешало. А то дети не узнают. Подумают, что папу подменили.
Начинаем хохотать, как два идиота. Но наш смех резко замолкает, когда секретарша заводит детей.
– Вера! Ты кого мне привела?!
– Близнецов, как заказывали, – неудачно шутит, а может, говорит всерьез. Кто разберет, что в голове у блондинки?..
– У меня девочки, Вера. А это пацаны. Пацаны! Понимаешь?!
– П-понимаю… – заикается, бледнея.
– Где мои малышки?! Ксюша! Даша! Господи… Это полный трындец! – ревет Ростислав, почти сбивая с ног секретаршу и выбегая в коридор, будто бы у нас там раздают детишек.
Пока он носится по офису, перетряхивая вещи и заглядывая в шкафы, залпом осушаю бутылку с водой и смотрю на детей, которых привели мне в кабинет.
– М-да… Вот это мы попали…
Глава 1
Накануне
– Привет, дружище. Как дела? Ты там жив вообще? – звоню своему другу и партнеру Ростиславу Сафину.
– Привет. Выживаю. Лика уехала, оставила на мне дочерей, – вздыхает.
– Бабах!
– Черт! Макс, перезвоню. Не могу говорить!
Слушаю тишину и смотрю на темный экран. Подозревал, что мой друг изменится с женитьбой. Нет… Оказалось, что женитьба не беда. Гораздо серьезнее, когда после свадьбы к тебе в дверь сразу же стучится аист. Да не один, а целая пара. И у каждого по розовощекому младенцу, желающему внимания, заботы и съедающего все нервные клетки. В общем, Сафин круто попал. И вот уже полтора года я вижу его урывками и в основном не выспавшимся и уставшим. Его жена Лика – замечательная мать. Но когда детей больше одного, то им и не хватает одной матери. И Ростику приходится выполнять функцию второй. Ну или по-простому отца.
Но несмотря на это, я в свои тридцать три года тоже не прочь завести семью. И даже иногда с завистью посматриваю на то, как Сафин воркует с женой и дочурками. У них своя история, удивительная! Почти как в сказке. Мне же пока не повезло найти такую, чтобы с уверенностью сказать: и жили они долго и счастливо. Что там… знаю, что за спиной про меня говорят, что я женат на работе! Так и есть: почти все время я провожу в офисе, занимая кресло руководителя и держателя акций нашей с Ростиком IT-компании «Март Корпорейшн».
– Максим Михайлович, у вас конференция с Иосифом Иоффе.
– Да, помню.
Секретарша настраивает экран на стене, и через пару минут на меня прищурившись смотрит мой американский дядюшка.
– Доброго дня, Максим.
– Здравствуйте, – распрямляю плечи, чтобы выглядеть более солидно. Хотя куда там… Все в моем кабинете сделано так, чтобы пустить пыль в глаза единственному родственнику, который всегда считал меня неудачником в отличие от своего сына, Даниила. И я даже хотел прервать с ними все контакты, когда узнал, что Даня решил заняться тем же что и я, и потихоньку уводит у нас клиентов, как говорится, по-братски. Но… Внезапно Иосиф Львович делает мне предложение, от которого я не могу отказаться. Предлагает выйти на американский рынок и поставлять программное обеспечение для медицинских центров, которыми заправляет семья, если мы возьмем в долю его талантливого отпрыска.
Посовещавшись с Сафиным, мы решили, что согласны потерпеть не только Даню, но и самого черта за такие бабки. И вот сейчас мне снова предстоит обсуждать условия сделки. Но Иосиф, как видно настроен на разговоры по душам.
– Ты ведь не забыл, что у меня скоро юбилей?
– Нет, как можно?! – мысленно закатываю глаза.
– Я все посчитал… и решил перенести вечеринку из Лос-Анджелеса в Москву.
– Класс…
– Подумал собрать родственников и старых друзей. В общем, жду и тебя с другом.
– Спасибо за приглашение. Ростислав придет с женой.
– Ой, как замечательно. Я и не знал, что он женат. Кстати, Даниил будет с невестой. Ты еще незнаком с Катюшей? Замечательная девушка! – начинает рассказывать про счастье сына, и я едва сдерживаюсь, чтобы не зевнуть. – А ты, дружочек, тоже бы женился… – выслушивать очередное наставление нет сил, поэтому я заявляю:
– Ага, знаю. Так значит, вы не против, если и я тоже приду со своей? Она у меня скромная, мы не афишируем…
– Батюшки! Конечно! – оживляется. – Приводи! Буду ждать с нетерпением. А что за девушка? Как зовут?
– Секрет.
– Ну Максим, что за секреты от дяди? – картинно надувает губы.
– Простите, Иосиф Львович… Тайна о неразглашении. Она так просила. Не любит излишнее внимание к собственной персоне.
– Понимаю, – смотрит на меня с недоверием. А я прокручиваю в голове варианты агентств, где водятся такие вот спутницы на время.
– Ладно, предлагаю вернуться к нашим баранам, то есть к делам, – перевожу тему. К счастью, дядя добился своего и соглашается. Следующий час мы обсуждаем сделку, а потом я нахожу целых пять пропущенных от Ростислава.
– Я свободен! – друг кричит в трубку.
– Да ну? Куда дел своих девчонок?
– Позвонил Вениамину, пожаловался на жизнь и на то, что мне срочно нужно на работу.
Вениамин Петрович – наш хороший знакомый и бывший коллега. Он почти что дедушка для Ростислава. Хоть и неродной. Вот по доброте душевной иногда и водится с «правнучками».
– Так ты приедешь? – прищуриваюсь, почти не веря собственным ушам.
– Да! Прикинь!
– Так может это… Новой год все-таки был… несколько недель назад… – как бы невзначай намекаю. Корпоратив в фирме прошел спокойно. Без руководства. Я провел его в постели с простудой, а Ростик дома с детьми.
– А что? Предложение интересное! Когда мы с тобой в последний раз что-либо праздновали?
– Эм… день рождения близняшек полгода назад?
– Да. Ты упал в детский сухой бассейн и не мог вылезти, потому что тебя засосало.
– Травма на всю жизнь… – смеюсь. – Так, значит, приедешь? – все еще не верю в то, что у друга есть свободное время.
– Уже лечу! Макс…
– Что?
– У меня есть идея.
– Звучит многообещающе…
Но реальность оказывается более прозаичной:
– Я так устал… Хочу пиццей объесться и в Play Station играть весь вечер! Чтобы не думать ни о чем… Может, так и сделаем? А?
– Ну даешь, папаша. В тридцать три года другие мужики в сауну ходят, а мы… Видеоигры, пицца… Но идея классная! – хмыкаю. Ладно уж, желание многодетного отца – закон.
– Знал, что поддержишь, – хохочет в трубку.
В итоге мы остаемся в офисе. Заказываем ресторанную еду, обсуждаем сделку с Иосифом. Рос болтает о семейной жизни, а я не упускаю возможность пожаловаться другу.
– Дядя меня достал. И зачем вообще с нами вести дела, если я ему поперек горла?
– Ну… Сложно сказать, но ты же сам говорил, что эта сделка нам необходима. У компании неплохо идут дела, но мы топчемся на месте. А сейчас у нас есть перспективы, и они заставляют мое программистское сердце биться чаще! Эх… сесть бы и написать код!
– Так садись и строчи!
– Не могу. Я вообще не решаюсь оставить детей ни на секунду! Они всегда что-то громят, везде лезут!
– Я слышал, – вспоминаю грохот во время разговора. – Слушай, а почему у вас нет няни?
– Лика считает, что детей должны воспитывать родители. В этом я с ней согласен… – делает печальное лицо. Знаю, что Ростислав рос в детском доме, а его жену растила бабушка. Именно поэтому они так много времени проводят вместе. – Но когда она впервые за полтора года оставила меня с ними, а сама уехала на спортивные сборы… я понял, что няня нам все-таки нужна. Приходящая, непостоянная, но хотя бы такая.
– Это мудро, – поднимаю бокал. – За семью.
– Да. И за тебя, братан. Чтобы ты в этом году нашел свою половину.
– Ой, где бы ее найти…
– А что с той девушкой? Работала у нас в отделе продаж.
– Да она слишком озабочена, и по-моему, не мной, а моими деньгами, – вспоминаю, как вызывающе она себя вела и морщусь.
– И как же ты будешь выкручиваться? С кем пойдешь на юбилей?..
– Хотел попросить тебя одолжить Лику, но потом вспомнил, что ты тоже приглашен.
– Ага, сейчас. Может тебе и детей моих одолжить? Для полного комплекта? – прищуривается.
– А давай, – смеюсь. Он знает, что это шутка и я ни за что не буду лезть в его семью. Но при мысли, что в моей холостяцкой берлоге появятся три прекрасные девчонки на душе как-то светлее. – Поменяемся местами? Ты будешь программы писать, а я памперсы менять.
– Разочарую, но в полтора года многие дети ходят на горшок. Ну почти всегда, – прыскает.
– Эх. И вот мы снова про горшки. Как два старика. Где наша юность, Рос?! Где драйв, споры, безбашенное поведение и глупости? Я скучаю по этим временам…
– Все это осталось в прошлом, – глубокомысленно замечает, потягивая любимый напиток и заедая пиццей. – Вкуснотища! Давно не ел. Лика же исключила из рациона фастфуд… Если секретарша не ушла домой, пусть еще закажет. Обожаю с грибочками! Ммм…
– Да… Наверное, я все-таки еще не готов так кардинально менять свой рацион. Повременю-ка я со свадьбой. Ты лучше мне скажи, нет ли у тебя на примете какой-нибудь девушки, которая за мою невесту сойдет. Без обязательств. Я заплачу, если нужно.
– Не знаю… У Лики подружки все замужем. Разве что ее баба Люда. Но она уже не девушка.
– Ты неисправим, – хохочу, давясь пиццей. Вечер только начинается, а мы уже веселы. Ну и ладно. Один раз в год можно и расслабиться. Гулять так гулять.
– Ну что, танцевальный батл или настаиваешь на гонках?
– Гонки, конечно. Я труп, а не танцор, – хохочет.
Но Ростислав оказывается действительно устал за последний год.
– Можно я у тебя на диванчике прилягу?
– Валяй.
Настраиваю на проекторе любимую игрушку как в старые добрые и… он почти сразу отрубается.
– Рос… Эй, ты чего? Уснул? Со мной так весело, да? – трясу за плечо.
– Лика, покорми дочек сама. Я и так с ними весь день, – бормочет под нос, переворачиваясь на бок. Мда… Ладно, братан. Отдыхай. Приглушаю свет, надеваю наушники и сам не замечаю, как засыпаю лицом в салате. Нет, это я преувеличиваю, конечно. Не в салате. Но рядом с его остатками.
Глава 2
А утром… Утром начинает твориться полнейший кошмар!
– Где мои дети! Ксюша! Даша! – сон Ростислава и последствия прошедшего вечера как рукой сняло. Не знаю, чего он боится больше: что Лика узнает о том, что горе-папаша не справился с детьми, или сам факт того, что он их, не побоюсь этого слова, прос… пал.
Пока он носится по офису, перетряхивая вещи и заглядывая в шкафы, залпом осушаю бутылку с водой и смотрю на детей, которых привели мне в кабинет.
– Точно пацаны. Вообще непохожи на твоих ватрушек, – справедливо замечаю. Парнишки немного младше, с русыми волосами и удивительными глазами цвета неба. Они настолько похожи, что даже родинки около маленьких носопырок в одном и том же месте. И как только мать с отцом их различают?
– Я правда не знала… простите, Максим Михайлович… – блеет Вера. Она сейчас похожа на напуганную овцу. Она и так не шибко умная, а после случившегося вообще в ступоре. – Я думала, они ваши…
– Лучше скажи, где ты этих богатырей взяла, – смотрю, как один сосредоточенно сосет палец, а второй повторяет за первым. Дети прикольные. Спокойные вроде. Не то, что у Ростика. Вот только они не могут сами прийти в охраняемый офис посреди ночи. Это же невероятно!
– Мне Ольга передала «вахту». Вы ее вчера домой не отпускали.
– Кхм, – пытаюсь вспомнить. Да…
– Ну… сказали ей, чтобы она вам пиццу заказывала всю ночь. А потом она с вами по душам разговаривала. Вы ей предложение хотели сделать, жаловались на то, что вам очень нужны дети и жена.
– Чего?! – сам не верю в услышанное. Наверное, это я во сне лунатизмом страдал. Или она все придумала, подслушав наш Ростиком разговор.
– Она мне рассказала… по секрету.
– Так, ладно, с Ольгой я позже сам разберусь. Но дети-то откуда взялись?
– Н-не знаю… – заикается. – Я пришла, они спали в приемной на диване. Оля сказала, что ваши дети нашлись. Она стучалась к вам, но вы, видимо, уже спали… Не открыли ей. Кабинет заперт был. В общем, она с ними тут и спала. На диване.
– Мама дорогая…
– Она так и сказала, что они мои?! Или все-таки Ростислава?! Она ведь не в курсе, какого пола дети у Сафина.
– Н-не знаю… Она говорила, что это Миша и Паша. Лобановы.
Хватаюсь за голову. Если предложение под воздействием эйфории от вкусного куска пиццы я сделать в состоянии, то вот детей слепить так быстро вряд ли мог. Они должны были прийти сюда как минимум в следующий Новый год…
Судорожно вспоминаю, как провел прошлый праздник. Никак. В этом же офисе за работой. Так что исключено. Дети не мои. Забирайте и ведите обратно.
– Рос, да успокойся наконец! – хватаю друга за рукав. – Не мельтеши. Дай подумать.
– Легко сказать! У тебя-то нет своих!
– Вот не начинай. Лучше давай размышлять логически. Ты Вениамину звонил?
– Нет…
– А чего ждешь? – кручу у виска. – Твои ватрушки спят сейчас у него дома, сто очков.
– Если это так, то обещаю больше никогда не оставлять их без присмотра… – божится Рос.
– Звони.
– Максим Михайлович… а с мальчиками-то что делать? – напоминает о себе Вера.
– Родителей искать, ясен пень!
– Так они же ваши…
– Перестань! Я этих мальчиков впервые вижу!
– А в свидетельстве о рождении ваше имя указано…
– Вера, волну не гони, – пропускаю мимо ушей ее замечание о каком-то таинственном свидетельстве.
– Я ведь не просто так вас разбудила… мне кажется, они писать хотят. Если уже ни того…
– А мне эта информация зачем? Забыла, где туалеты в офисе? Пришла попросить карту местности?
– Не смешно… я не умею с мальчиками. Вы сами давайте, – неожиданно проявляет характер
– Рос, выручай… – поворачиваюсь к другу, но тот отмахивается, пытаясь дозвониться до Вениамина Петровича, который имел неосторожность вызваться временной нянькой для его детей.
– У-у! – слышу откуда-то сзади. – Ба-бац!
Мы все вздрагиваем и видим, как один из близнецов сидит на полу и пытается запихнуть в рот остатки пиццы, пока его брат лезет на мой стол.
– Нет! Только не…
– Ар! Ух! – с видом победителя мальчонка запускает пятерню в остатки салата и начинает возить грязными ручонкой по столу. Не успеваю подбежать к разбойнику, как в ход идет вторая рука. Видно, пацан решил, что барабанить по моей любимой селедке под шубой очень весело. Свекла разлетается по сторонам, летит на бумаги, которые я случайно забыл убрать… так как излишним аккуратизмом и не страдаю.
– Стой! Перестань! Перехватываю ладошки, перепачканные в майонезе.
– Дети голодные, наверное… – Вера отнимает у ребенка кусок пиццы, и он начинает реветь словно пожарная сигнализация.
– Божечки… да успокой ты его!
– Я не умею…
– Придумай что-нибудь! Ты же девушка! Где твой инстинкт?!
– Где-то очень глубоко… Я чайлдфри.
– В свободное от работы время будь хоть картошкой фри! А сейчас бери одного из них и веди в туалет. Отмывай вытирай… Делай, все, что нужно. До трех лет дети все бесполые. Так что можешь в женский сходить с ним. А я пока займусь вторым. А ну, не облизывай пальцы!
– Я и не облизываю, – на полном серьезе обижается Вера, думая, что воспитательный процесс направлен не на ребенка, а на нее.
– Вот и умница, Перепелкина. И в носу не ковыряй, это некрасиво, – кидаю ей в спину, давясь хохотом.
Хватаю мальца подмышку и тащу в коридор. Он как-то странно куксится. Наверное, хотел на завтрак мою селедку под шубой доесть.
Умыть ребенка оказывается довольно сложно. С каким-то диким верещанием мальчик вырывается из рук, а потом минут пятнадцать не дает мне настроить воду, дергая кран из стороны в сторону. В итоге я весь мокрый, а он сухой и приятно пахнущий свежей сельдью.
– Так, ладно. Пусть тебя мама с папой отмывают дома. Протираю ему пальцы салфеткой. – Ты пи-пи хочешь? – киваю на кабинку. Ребенок задумчиво смотрит на меня, а затем начинает хохотать, повторяя мое «пи-пи».
– Максим Михайлович, Максим! – слышу за дверью крики секретарши и инстинктивно заранее пугаюсь.
– Чего?
– Они в трусиках-подгузниках.
– Кто?
– Инвесторы. Которые через час придут на встречу.
– Не понял?! – выглядываю из туалета. А Вера-то шутница, оказывается.
– Дети ваши, конечно! В памперсах оказались.
– Так… Информация ценная. И… что?
– Вот, нашла в сумке. Надо поменять. Возьмите! – протягивает мне какую-то белую штуку.
– Ты первому поменяла?
– Да.
– Молодец. Вот тебе еще один. Вперед и с песней.
– Максим Михайлович! – возмущается.
– Обсуждать распоряжения руководства с руководством – дурной тон, Верочка. Выполняйте. Пока я вас не уволил по статье за халатность.
– Кошмар… – бубнит, но ребенка забирает.
– Пошли, пацан, – меняемся детьми, и я тащу первого обратно в кабинет. К счастью, еды у нас навалом.
В дверях встречаю Ростислава, натягивающего куртку.
– Ты куда?
– К Вениамину.
– Твои дочки нашлись?
– Он сказал мне, что у ужасных отцов дети в полночь превращаются в тыкву.
– Поэтому у него на завтрак тыквенная каша?
– Ты дурак, Лобанов?
– Вроде нет… хотя уже не уверен. Так к чему он это?
– К тому, что на самом важном моменте у него сел телефон! И теперь он не отвечает!
– Поедешь к нему домой?
– Да.
– А мне что делать? – киваю на мальчишку, сосредоточенно отдирающего пуговицу от моей рубашки.
– Как что? Хотел детей – вот Дед Мороз и услышал твои молитвы. Наслаждайся.
– Рос, я серьезно. Младенцы просто так не падают с неба на голову. У них, наверное, мать с ума сходит…
Сафин резко разворачивается к столу секретаря и вынимает откуда-то сумку.
– Это что? – спрашиваю.
– Похоже на детский "вещмешок". У нас с Ликой есть подобный, – объясняет папаша со стажем. – В нем может быть что-то про ребенка. Ага, вот! Удачно! – ловким движением руки достает какую-то бумажку, затерянную среди памперсов. – Бинго, Лобанов. Тебе крупно повезло.
– Что это?
– Свидетельство о рождении.
Сует мне документ, и я, конечно же, сразу открываю его.
– Это какая-то ошибка.
– Почему?
– Там написано, что отец – я.
– Поздравляю, Макс. Осталось найти женщину, которая подарила тебе этих замечательных пацанов. Добро пожаловать в ряды счастливых отцов, Лобанов. – Ростик пожимает мою руку, пока я озадаченно смотрю то на него, то на бумажку, то на ребенка.
– Ты же видишь, что он на меня непохож.
– Да… Этот не очень. Но второй прям очень похож на тебя.
– Они же близнецы, дурень! – не удерживаюсь и прыскаю в кулак.
– Дурень, это ты. Если не видишь сходства. И родинка на том же месте и такой же упрямый. Гляди, как усидчиво отрывает пуговицы!
– Глупости. Таких Лобановых знаешь, сколько по Москве? А родинка… это только в фильме типа «Зита и Гита» по родинке целую семью можно найти.
– Ладно, дружище, рад бы помочь, но мне своих детей хватает. Будем на связи. Я пошел.
– Ага… Спасибо… Друг… – вздыхаю, поправляя на руках вертлявое чудо. – Ну что, «сынок», что делать с тобой будем?
Усаживаюсь с ним за стол. Интересно. Это Миша или Паша?! Как понять? На лбу не написано, кто из них кто… Этикетки тоже нет.
Надо Ольге звонить, пусть объясняет, из какой капусты вынула двойню.
Но телефон секретарши отключен. Видимо, девушка решила отоспаться после бессонной ночи… Но почему? Почему она до нас не достучалась?!
«Потому что вы с Сафином дрыхли», – отвечает внутренний противный голосок.
А ребенок тем временем тянет руки к еде. И тут меня озаряет: а что если им нельзя такое? Отравится еще… потом проблем не оберешься. Быстро набираю номер консультанта по детским вопросам.
– Алло? Соскучился?
– Рос, проконсультируй… Что едят дети?
– Все, что к полу не прибито.
– То есть можно им дать салями и соленые огурцы?
– Нет, я пошутил.
– Плохая шутка.
– Записывай: куриный бульон, овощи на пару, нежирный творог, кефир, каша, детское питание.
– Где же мне это все взять? – озадаченно чешу подбородок.
– Отправь кого-нибудь не сильно занятого в магазин. Например, дизайнера. Он все равно сидит, играет целыми днями. Пусть купит творог, баранки и бананы. Это беспроигрышный вариант. Все дети любят баранки. А еще посмотри в сумке. Может есть бутылочка с водой. Ее часто с собой носят. Только нужно подогреть, холодную не давай. Ну или купи воду для детского питания, – засыпает советами друг.
– Ладно. Понял. Так и сделаю. Это… А дальше-то, что делать?
– Покормишь, спать уложи.
– Сказку перед сном надо?
– Надо.
– А после сказки сядь в тюрьму за похищение чужих спиногрызов.
– У тебя свидетельство есть. Так что…
– Рос, я серьезно. Он один у меня уже все ящики перевернул, а сейчас еще второго приведут! Вообще не знаю, что будет. Их надо возвращать. Я в отца наигрался.
В этот момент ко мне в кабинет влетает ведущий программист с криком:
– Макс! У нас катастрофа! В туалете!
– Рос, перезвоню. У меня, оказывается, здесь дети малые кругом. Целый штат! И все ко мне бегут из туалета, видно, попку вытирать в Кембридже не научили. И чему там только учат…