Целестиал. Тайны элементалистов

– Спасибо, Элльтаг.

– Пока не за что. Эй, там, в темноте! – крикнул Элльтаг, махнул рукой. – Расходимся! Соберемся завтра.

– Нет, вы издеваетесь? – раздался возмущенный женский голос.

Следом под свет фонарей выскользнула стройная фигурка, в которой Зафиру мгновенно узнал Афурсту. Хорошенькая у них капитан, ничего не скажешь. Одни длинные волосы чего стоят. Если бы не Глашва и не Элльтаг, кто знает, может, попытал бы счастья. Как много этих «если бы».

За авантюристкой стали подтягиваться остальные члены их группы.

– Я тут ради чего пол ночи караулила? Между прочим, договорилась уже о подмене на службе. Элльтаг!

– Организую тебе отпуск.

– О! Звучит заманчиво, – мгновенно сменила гнев на милость Афурста от озвученных перспектив. – А себе?

– Посмотрим. Мы с Зафиру по делам. Как смогу, дам знать о времени выхода.

– Идет.

– Заметано.

Авантюристы разбрелись по своим делам. Точнее, по домам. В такое позднее время суток никуда больше не тянуло. Что не мешало части компании все-таки завалиться в таверну, попавшуюся им по пути. Кто-то предложил, кто-то поддержал, и вот уже шум и гам на все заведение.

В Сал Нари Завале было еще многолюднее, еще громче. Словно не ночь на дворе, а самый разгар дня. Все куда-то идут, чем-то заняты. В основном молодежь, потому и не спят. Гуляют и отрываются, позабыв об ужасах охоты. Зафиру помнил, как сам предпочитал гулять вместо охоты, видя в убийстве монстров сплошную каторгу. Потом вырос, поумнел. А еще нашел себе группу, с которой всегда интересно.

Уверенным шагом он прошел несколько улиц, углубляясь все дальше и дальше в город, пока не подошел к самому его краю. Дорожка убегала в сторону к вратам, которые было видно издалека благодаря хорошему освещению. По правую руку длинная доска с поредевшими листочками заказов. Она никогда не пустовала. Утром так вообще всю сверху-донизу завесят служащие Гильдии Торговцев. Возле доски с заказами несколько адептов, явно опытнее тех, что резвились где-то около центральной площади. Эти выбирали заказы на ночных монстров.

Интересовали домики-коробки по левую сторону улицы. Небольшие, темные, без окон, с единственной дверью. Место, где могут жить те, у кого нет денег, либо те, кто не нашел общего языка со своими родными после смены специализации. Таковых было не много, но они были всегда. Как те листочки, что остаются висеть изо дня в день на доске заказов.

Зафиру неторопливо обходил домики вдоль дороги, изучая местных жителей. Сплошь незнакомые лица. Почему он решил, что Халль должна быть именно здесь? Этого он не знал. Просто почему-то в тот миг подумал, что это единственное место, которое девушка еще может назвать домом. Где никто не будет ругаться ни на что.

Дошел до врат, повернул в обратный путь. Либо он ошибся в скоропалительных выводах и коротать ему ночь в Сал Нари Завале до начала работы городского портала, либо не видит очевидного. Как там сказал Вегар? Халль сильно изменилась. Осталось понять, насколько, если он не может ее найти.

Второй раз прошел домики-коробки, развернулся на третий заход. Взгляд зацепился за крайний домик, который он уже рассматривал. Точнее, за его хозяйку. Девушка с правильными и острыми чертами лица, длинные ядовито-зеленые волосы, перехваченные резинкой по низу. Небольшая кисточка свешивается через плечо у груди. Девушка сидит совершенно одна с бутылкой в руке.

Заинтересовало даже не это, а то, что за доспех на крохе. Темно-синяя кожа, коричневый длинный рукав, что крепится при помощи четырех цепочек. Вместо второго намотка на руке и небольшой щиток, блестящих в свете костра как драгоценный камень. Для этих мест доспех просто потрясающий. И тут одно из двух.

Выбрав второй вариант, Зафиру подошел ближе. Остановился возле костра. На него взглянули чуть мутные изумрудные глаза. Ни малейшего намека на спелый цвет малины. И все же.

– Чего тебе? – довольно грубо спросили у него.

– Выпить есть что? – вместо ответа спросил он.

– Есть, – девушка без вопросов залезла под чурку, на которой качалась, извлекла небольшую темную бутыль из какой-то плотной кожи. Дешевые напитки предпочитали в стеклянную тару не разливать. Исключения из правил были, но редко. – Такую гадость будешь?

– С тобой за компанию буду любую, – Зафиру бесцеремонно уселся рядом с чуркой, на которой покачивалась девушка. Распрямляла и сгибала ноги, перекатываясь взад и вперед. Принял бутыль. Поморщился. – На получше тебе денег не хватило?

– Не-а. Большой, полный ноль. Без палочки.

– Без знака «минус» уже неплохо.

– Это точно, – согласились с ним. – За что пить будем?

– За дружбу.

– А она существует?

– Всегда полагал, что нет, – Зафиру отхлебнул сомнительного пойла. Что-то не припоминал он такого в местных лавочках. С другой стороны, давно не заходил в Сал Нари Завал. Как вновь на охоту стал ходить, так позабыл и дорогу сюда, и затею о смене специализации. Всегда полагал, что дело в ней. Оказалось – в нем.

– За дружбу, так за дружбу. – девушка тоже отпила. Причем ее глоток был куда смелее его. Бутыль мерно покачивалась, зажатая меж пальцев. – Что же поменяло твое решение?

– Одна взбалмошная кроха, – с удовольствием поделился Зафиру. Отпил еще. Напиток уже не казался столь отвратительным, как после первого глотка. – Которая умудрялась влипать в одну неприятность за другой, не успевая расхлебывать. Вечно сама себе на уме. Тем не менее с ней было легко и хорошо. Всегда можно положиться. А еще она понимала меня так, как никто другой.

– Ты придумываешь, – с сомнением заявили ему.

– Точно тебе говорю. Ты всегда была именно такой, Халль, – Зафиру вновь приложился к бутылке. Поднял голову к лицу крохи. Никакой реакции на его слова. Ни согласия, ни отрицания. – И вообще-то я на тебя сильно обижен.

– Да ты не умеешь обижаться! – воскликнула Халль, уязвленная наглостью подобного заявления. Потрясла бутылкой перед носом мужчины. – Только и делаешь, что ругаешься!

– Я ругаюсь? Я?! Да что б ты знала, я еще и не начинал на тебя ругаться! – на гневный вопль мужчины начали невольно коситься жители соседних домиков-коробок. Только Зафиру было плевать на них. – А, между прочим, стоило бы! Ты почему не пришла ко мне сразу? А? Не слышу ответа. Я для тебя что, пустое место?

– Ничего и не пустое, – пробубнила Халльвега под нос.

– Тогда какого черта я все узнаю последним, от Веги, да еще и через месяц после твоего возвращения?! А? Снова не слышу ответа. Чего молчишь? Стыдно?

– Стыдно, – призналась Халльвега. Облизнулась и вновь основательно приложилась к бутылке. Напиток был единственным, что удерживало ее от побега. Зафиру ругался, но был рядом. Да и вообще, если честно, имел право злиться.

– Стыдно ей, – пробурчал Зафиру. – А вот не верю. Да и пусть с ним. Как ты выжила, Халль? Мы ничего не смогли найти, ни следа, ни тела.

– Вега не рассказал?

– До того, как оставить его на съедение Глашве, я услышал только фразу о том, что ты жива и что изменилась. Кстати, стало ничуть не хуже, чем было. Это я так, к слову о твоих мыслях.

– Каких еще мыслях?

– Что ты страшной как дриады стала.

– Да ладно тебе, огненные уже даже и ничего.

– Ты их видела?! А их королеву?

– Что ж у всех королевы, куда ни плюнь? – возмутилась Халльвега однообразности названий. – Королева Азу, королева Як’Шасс.

– Ты видела Королеву Азу?!

– Чего я только не видела, Зафиру, – с тоской вздохнула Халльвега. – У элементалиста послужить успела. Перед тобой бесхозный целестиал. Весело, правда?

– Не очень. У тебя голос грустный. В двадцать лет и целестиал. Звучит невероятно. Трудно пришлось?

– Я выжила.

– В следующий раз не придешь сразу ко мне, не выживешь. Усекла?

– Угу. Спасибо.

– Да было бы за что! У тебя еще выпивка есть? Одной бутылки определенно мало. Что, совсем? Это не порядок. Сиди, я сам схожу. Ладно, пошли со мной. Ты домик запомнила? Ладно-ладно, я запомнил, не надо нам другого. Ты тут такой милый костер развела.

Дорога туда-сюда заняла полчаса или чуть больше. Вернулись с охапкой бутылок, на этот раз из стекла и более крепких. Голова Зафиру с трудом переваривала последние новости, надо было отвлечься. Заодно выпивка поможет не настучать девчонке по ушам. Очень хотелось. А от пьяного та уж отобьется. Даже если сама будет не в лучшей кондиции.

Нес драгоценную ношу только он. Халльвега шагала рядом с пустыми руками. Ее чуть пошатывало, не доверил. Он-то выпил меньше. Кроха здесь коротала ночь в одиночестве дольше.

– По-моему, их было десять, – с сомнением протянул Зафиру, разложив бутыли стройными рядами. Получилось два по пять, только в одном почему-то четыре. – Оно не делится, Халль! Во что разыграем последнюю?

– Ты дойди еще до последней-то!

– И дойду! Хочешь поспорить?

– А вот и хочу. На что спорим? Денег у меня нет.

– А мы заработаем! – с твердой уверенностью произнес Вегар. Ткнул не глядя куда-то в сторону. Халльвега наклонилась вбок, желая посмотреть, и грохнулась со своей чурки.

– Й! Черт! Там ничего нет, – обиженно пробормотала она, выглядывая из-за отполированной округлой деревяшки. – Я из-за тебя пролила свою бутыль! Значит, лишняя моя.

– Эй, я не согласен! – Вегар потянулся к нечетной бутылке и поспешно ее утащил в сторону, чтобы не покушались. В двух рядах тех начитывалось уже семь. Они с крохой активно высасывали пойло, игнорируя правила приличия и стаканы, прямиком из горла. – Это бутылка на спор, и никак иначе. Как не хочешь? Да ну… Ладно, а если так?

– Ты с катушек съехал?! – Халльвега вновь кувырнулась за свою чурку, на которую успела залезть. Костер, куда Зафиру щедро плеснул из своей бутылки, желая выровнять содержимое с ее, полыхнул так, что едва не опалил авантюристов. – Живой?

– Нет, но зато теперь хорошо прожаренный, – с веселым гоготом отозвался Зафиру, оглядывая себя со всех сторон, до каких смог дойти. Хорошо, что они с Глашвой собирались выйти на охоту, и доспех был на нем. Так, чего доброго, действительно поджариться можно. – Ну, что? Теперь поровну?

– Угу.

– Тогда – пьем!

– За что? – весело подняла свою бутыль Халльвега.

– Твоя очередь придумывать тост. Давай, роди нам что-нибудь эпическое!

– Эм. За тебя?

– Я просил эпическое, а не банальщину, – поморщился Зафиру.

– А твой тост не банальный?

– Дружба не бывает батальной. Банальной. Но батальной тоже неплохо. Давай за это и выпьем.

– Это мой тост!

– Договорились. Дарю тост тебе. Выпьем за батального меня!

Веселье лилось через край. Бутылки небольшие, не сильно крепкие, но напиток вкусный. И его показалось всем даже мало. Так что, к огромному удивлению обоих, вскоре у костра осталась всего одна целая бутылка. Снова нечетная. И за нее рождался спор. В конечном счете дружно решили, что надо купить еще одну, чтобы не делить эту.

У лавки выяснилось, что Зафиру потратил все свои монеты еще в прошлый раз, как-то не рассчитывал на траты. Басот остался дома, как раз отдал Глашве недавно и забыл забрать. Его спутница жизни собиралась что-то прикупить для бани. За свой счет она этого делать не собиралась. У Халль тоже по нулям.

Повозившись у лавки, решили денег заработать. На пьяную голову, пошатываясь и смеясь, вернулись к своему углу. Довольно долго изучали заказы с доски, не в силах определить, что им надо взять.

Халльвега указала на светлый листочек.

– Кролики! Узнаю гадов.

– Они дневные. И нам их на бутылку бить три дня, – поморщился Зафиру. – Ищи что-нибудь другое.

– О! Вижу мышей!

– Отлично! Дотянешься?

– Не-а. А ты?

– А где видишь?

– Вон, там, – подпрыгнула Халльвега, пытаясь указать направление. Несколько разноцветных листочков, нечаянно сорванные в прыжке, украсили собой дорожку. – Вон. Видишь? Красный.

– Вижу. Но не дотянусь. Давай ты.

– На тебя?

– Я держу!

– Идет, – отмахнулась Халльвега.

Попытка взобраться на плечи другу увенчалась успехом только потому, что она упиралась и цеплялась всеми когтями и зубами за доску. Та уверенно шаталась в пьяном сознании, физически оставаясь, разумеется, на одном месте.

Разноцветные кусочки бумаги устроили настоящий листопад, срываемые неосторожными движениями. Зафиру сдул один с носа. Покачнулся, когда девушку стало кренить набок.

– Держись крепче!

– А ты стой ровнее! – Халльвега качалась, с ногами забравшись ему на плечи. – Левее. Еще левее. Правее!

– Не качайся!

– А ты не шатайся! Левее.

– Так ты определись, куда! – возмутился Зафиру. Откинул голову, нечаянно сделал шаг назад. Их шаткая пирамидка едва не развалилась. Халльвега чудом удержала равновесие, когда мужчина вернулся к доске.

– Есть! – схватила листик, вновь покачнулась и полетела вниз на дорогу. – Черт!

– А-ха-ха! – Зафиру хохотал, согнувшись в три погибели.

– Смешно, да? – усмехнулась Халльвега, размышляя, чем бы кинуть в веселящегося друга. Зачерпнула горсть листков, что рассыпались по дорожке после их поисков. Кинула. Ни один не долетел до цели. Безобразие! – Вот тебе!

– Мимо, – съязвил Зафиру с улыбкой. Подошел ближе, чуть пошатываясь, протянул руку помощи. – Поднимайся, хватит слакать. Нам еще деньги зарабатывать. А мы дорогу найдем?

– А ты думаешь, потеряемся? – пьяно икнула Халльвега. С подозрением осмотрела городские ворота и темноту за ними. – Там темно, Зафи-иру!

– А давай возьмем факел.

– А давай, – согласилась она с предложением друга.

С горящей палочкой дриады вышли за пределы города. В любое другое время ни за что бы не поступили так опрометчиво. Но когда голова варит плохо и в ином направлении, сам черт не страшен. Им было темно, зато с факелом стало куда как лучше и веселее.

Летучие мыши, на которые они взяли заказ, находились в пещерах, до которых идти было в лучшее время с полчаса. Если бежать, и того меньше. Они прошли этот путь за два часа. По дороге свернули не туда, пришлось отбиваться от небольших метровых жуков с длинными усиками. Алых глаз на каждой морде по шесть штук. А еще усики как жгуты, попадешься таким, мало не покажется.

Помимо того, что пьяные, что периодически сбивались с дороги, они еще активно отбивались от ползущих со всех сторон ночных гадов. Устраивали набеги те целыми стайками и группками. Ночь – любимое время суток для агрессивных тварей. Особенно, если глупые авантюристы тащат за собой факел, свет от которого видно издалека.

Наконец, доползли до нужных пещер. Ввалились в ближайшую, распугав, кажется, своей наглостью всю живность в округе. Потом монстры словно бы опомнились и навалились со всей ненавистью к авантюристам. Незадача. Пусть и пьяные им попались противники, но уровень мастерства не пропьешь, и доспехи у обоих на загляденье. Монстры их даже поцарапать не могли.

Через двадцать минут оба авантюриста выползли из пещер, веселясь и отбиваясь от налипших тварей. Горящая палочка дриады осталась валяться в пещере на потеху местным тварям.

Так и получилось, что ходили они дольше, чем добывали монстров. Об этом вслух подумал Зафиру, указывая на светлеющий горизонт. От него отмахнулись со словами, чтобы не мешал считать. Халль прикидывала, сколько бутылок можно купить на их заказ. Получалось плохо, оно не прикидывалось. Математика со все еще не просветлевшей головой откровенно не желала дружить.

Завалились в Гильдию Торговцев, где Зафиру с размаху хлопнул мешочком с изрядно помятыми крыльями мышей перед клюющим носом парнем.

– Принимай заказ, парень! – громогласный голос окончательно разбудил несчастного, перепугав до чертиков. Показалось, что сейчас бить будут.

Как оказалось, с математикой Халльвега действительно не дружила. Зафиру тоже. Полученных денег не хватило ни на одну бутылку. Слишком дорогой напиток выбрал Зафиру, лучший из тех, что продавались в Сал Нари Завале. Пришлось покупать то, на что хватит. Правда, потом никак не могли поделить. В итоге взяли миску, вылили в нее содержимое обеих бутылок и вылакали пополам, попрощавшись с остатками разума.

– Эй, старая! – Зафиру колотил кулаком в дверь запертой бани. – Открывай! Мы пришли!

На стук никто не показывался минут десять. Наконец дверь распахнулась, и на пороге возникла грозная массивная фигура бабки Тайбаки. Седые волосы убраны в чуть растрепанный пучок, поверх ночной рубашки халат.

– Это кто тут такой смелый нашелся? – грозно сдвинув брови, вопросила старая управительница любимой многими бани. – Зафиру? Ты, что ли?

– Я! – радостно подтвердил Зафиру, кивая на манер болванчика. – Пусти переночевать! Нам негде.

– В таком-то виде? – фыркнула женщина, окидывая взглядом столь ранних посетителей. Ушла вглубь дома, освободив проход. – Заходи, раз пришел. Откуда вас таких чертей принесло? Вымыться бы вначале, так не готово еще ничего.

– Мы чистые! – не согласился пьяный авантюрист, затаскивая за собой шатающуюся фигурку девушки. – Халль, не стой на пороге, упадешь. Надо пользоваться, пока дают.

– Чистые они, – бабка Тайбака поджидала их у двери в одну из подсобок. Кивнула внутрь. – Матрац тут, вам хватит. Услышу хоть писк, вылетите вон. Усекли?

– У меня жена есть, – не согласился с ее выводами Зафиру.

– У вас у всех жена есть. А как что, так сразу холостые, – проворчала бабка Тайбака, оставляя парочку наедине.

Завалились спать в доспехах. У обоих все вокруг кружилось в незамысловатом хороводе, что было лучше любой карусели. Укачало и отключило за минуту.

Утром, которое началось далеко не утром, болело все. Начиная от головы и заканчивая пятками, которые никогда прежде не болели и болеть не могли, но почему-то ныли.

Халльвега с минуту изучала каким-то образом натертую мозоль на ноге. Высокие полуботинки со стальными носами всю жизнь были удобными, словно вторая кожа. Сколько она в них охотилась, сколько ходила, всегда как влитые сидели. А тут нате вам. Пришлось пить лечебное зелье.

Зафиру смотрел за совершаемым преступлением с полным пофигизмом. Он себе ничего не натер, поэтому от головной боли ничто не отвлекало. От нее, родимой, ни у кого ничего не нашлось. Бабка Тайбака, найденная в центральной комнате у входа, уже одетая в свой халат с передником, над мучениями бедолаг не сжалилась. Лишь громогласно посмеялась, добавив порцию головной боли.

Добрую хозяйку поблагодарили за ночлег и свалили от греха подальше. Зафиру вслух подумал уже за дверью на улице, что, чего доброго, дойдет до Глашвы слух, что он с девочками развлекается, прячась по углам. Нет, бабка Тайбака рта не раскроет. Но у стен всегда есть уши. И, как правило, язык без костей.

Портал уже работал, дело за полдень. Стоя у краеугольного высокого камня, испещренного символами в виде закорючек, Зафиру с тоской подумал, что на оплату портала у него денег-то как раз и нет. Вздохнул и ушел договариваться записать в счет долга.

Как оказалось, волновался зря. То ли Элльтаг что-то знал, то ли разумно предположил. Но заранее предупредил, чтобы этих двоих пропустили сразу, как только явятся. Почему-то командующий Шир Шар Халош был уверен, что девчонка найдется.

– Даже интересно, какую работу он мне там придумал, чтобы так оперативно сработали, – хмыкнул Зафиру, когда они оба очутились посреди городской площади в Шир Шар Халош. – Без платы, без очереди. Всегда бы так. Но, подозреваю, придется мне за такую доброту расплачиваться натурой.

– Эм, – Халльвега покосилась на друга. Тот, видимо, понял, какие мысли проскочили у девушки после его слов. Во всяком случае прилетевший подзатыльник она оправдала именно так.

– На охоту меня утащит долгую. На охоту, Халль. А не то, что ты подумала.

– Ну, я, – неловко пробормотала Халльвега, потирая ушибленную на славу макушку.

– Ты. Голодная?

– Не знаю. Нет, наверное. Мутит немного.

– Согласен, – вынужден был согласиться с девчонкой Зафиру. – Тогда не будем останавливаться. Дома перекусим попозже.

Они пересекли площадь, протопали несколько улиц. Дом Зафиру располагался не очень далеко. Так что через десяток минут уже стояли на крыльце.

Зафиру толкнул дверь, прошел первым. Халльвега заглянула следом.

– Не крадись, – хозяин дома смело и свободно подошел к лестнице на второй этаж. – Моих оболтусов дома нет. Так что ругать тебя сегодня никто не будет. Как думаешь, остальные спят или уже встали?

– Так поздно уже, – с сомнением покосилась на друга Халльвега. Поднялась следом по лестнице. Гостиная зала находилась недалеко, первая дверь по левую руку в широком коридоре. – А где парни?

– На охоту утопали, через неделю вернутся со своими красавицами, – Зафиру заглянул за дверь, распахнув ту настежь. – О! Не спят. Оказался не прав, каюсь. Глашва, солнце мое, у нас от головной боли есть что?

– Ох, ну от тебя и разит, – раздался из комнаты знакомый голос. – Ты что такое пил-то?

– Главное, что этого было много! – резонно заметил Зафиру. Оглянулся в коридор. – Халль, не стой как пришибленная. Заходи. Тебя никто не укусит.

– Я чуток надкушу, – не согласилась с мужем Глашва. Едва порог комнаты переступила стройная фигурка, замолчала ненадолго, разглядывая совершенно незнакомое лицо. Одни ядовито-зеленые волосы чего стоили! И цвет глаз иной. Даже черты совсем другие. Поверить в то, что перед ней старая знакомая, было невероятно трудно. На всякий случай Глашва обратилась к мужу. – Эм. Халль?

– Она самая, – Зафиру подошел к тумбе у стены за диваном, где хранились всевозможные зелья и эликсиры на все случаи жизни.

Пока Зафиру перебирал склянки, Глашва подошла ближе, опередив Вегара. Обошла девушку по кругу, остановилась перед лицом. На нее смотрели с ожиданием.

– Не похожа, – наконец, вынесла вердикт Глашва. Потом вдруг озорно подмигнула. – Но ни с одной другой авантюристкой Зафиру не стал бы пить так, чтобы утром мучиться от похмелья. С возвращением, Халль! Как я рада, что с тобой все хорошо!

От теплых объятий Халльвега растерялась, неловко переступила с ноги на ногу.

– Прости, Глашва, – тихо пробормотала она.

– Да ну, брось. Нашлась – это главное. Иди, вон, тебя уже потерять успели, – Глашва отодвинулась в сторону и подтолкнула ее к столу. Вегар уже давно поднялся со стула, еще когда только Халльвега переступила порог. И теперь стоял в ожидании.

Халльвега подошла ближе. Остановилась в шаге, подняв голову к светлым глазам друга.

– Прости, что заставила волноваться, – первой нарушила она тишину.

По глазам видела, что тот не знает, как и с чего начать. Но оно ей было и не нужно, раз сам искал. Зафиру говорил, что парень выглядел виноватым, когда стоял на пороге его дома. Вдобавок ее друг поделился одной интересной идеей, которая была абсурдной донельзя, именно поэтому так зацепила. Может, доля истины в ней есть.

– Это ты меня прости, Халль. Я не хотел обидеть тебя.

– Я все расскажу тебе как-нибудь. Может быть, – подумав, добавила Халльвега. Первой сделала шаг к другу. Тот обнял ее. Отпустил не сразу. – Кстати. Зафиру предположил, что ты отказался пойти со мной на охоту, потому что тебе не в чем. Мы как твой щит тогда на Горлахе сломали, так ты новый и не купил. Я совсем про это забыла.

– Я на охоту не ходил, зачем мне щит? – фыркнул Вегар, удивленный подобным бредом. Покосился в сторону хозяина дома. Ему подмигнули из-за от тумбы. Зафиру залпом выпил честно добытое зелье. – Халль…

– У меня много материалов с монстров, – пожала плечом Халльвега, через которое была перекинута сумка, игнорируя робкие возражения. – Давай сообразим из них что-нибудь? И ты пойдешь со мной на охоту?

– С радостью. Даже если твоих материалов ни на что дельное не хватит, – с улыбкой согласился с ней Вегар. После всего он был готов хоть вообще без щита пойти охотиться, лишь бы это чудо больше не пропадало.

– Еще как хватит! – с уверенностью заявила Халльвега. – Зря я этих редких монстров косила направо и налево, что ли?!

– О! Расскажешь, кого успела найти? – воодушевилась Глашва, подошла к столу. Хотела сесть, как вдруг зацепилась взглядом за светло-розовый браслет на руке парня, оказавшийся перед самым носом. – Ого! Вега, а ты когда это успел обзавестись таким экзотическим украшением? И не пригласил на обряд? Это нечестно, к твоему сведению. На нашем ты был. Кто избранница хоть? Мы ее знаем?

– Знаете, – отозвалась вместо друга Халльвега. Подняла правую руку, на запястье которой красовалось похожее украшение. – Мы не праздновали, так что гостей не было.

– Вы – чего?! – Зафиру едва челюсть на полу не потерял. Подошел ближе к столу. Оглядел обе руки с браслетами. Идентичные узоры говорили сами за себя. – Эм. Даже не знаю, что сказать. Вас можно поздравить?..

– Можно, – улыбнулась Халльвега, демонстративно подставляя щеку для поцелуя, который мгновение спустя там ее друг и запечатлел.

– Тебя целовать не буду, – отмахнулся от также демонстративно подставленной щеки Вегара Зафиру под веселый смех окружающих.