Страж вечности: неизвестная жизнь невесты Кощея

Пространство огласилось гневным рыком. Владыка появился в момент, когда тело ярко вспыхнуло.

Глаза Кощея пылали гневом, безысходностью и муками любви, но он усмирил свой гнев и почтительно склонился перед женщиной.

– Матушка Макошь, верни мою невесту. Завтра у нас "небесный союз".

– Владыка, я не могу выполнить твою просьбу, – печально произнесла женщина. – Невозможно вернуть того, кто предан и хочет умереть.

Кощей в немой муке опустился перед женщиной на колени и склонил голову. Она положила ему руки на голову.

Глава 5

Плетение, наконец, соединилось, и перед Владыкой появилась череда событий, произошедших несколько мгновений назад. Показав морок, плетение рассыпалось в прах. Желваки заходили от негодования у Кощея. Он вылетел из зала мгновенно. Пройдя чередой залов, ворвался в трапезную. Там уже были накрыты столы, и те, кто прибыл на ракитный день, сидели за ними. Мрачный Владыка обошел столы и подошел к месту, где сидели его братья. Без объявления он ударил по ним хлыстом силы. Родственников выбило из-за стола, и они откатились к стене.

Все, кто был в зале, испарились тут же, не желая присутствовать. Не успели родственники опомниться, как Владыка схватил их за горло и подвесил в воздухе.

– Как вы посмели пойти против меня? – шипел на них Владыка. В этот момент в зал ворвалась запыхавшаяся Морена.

– Я не нашла её. Она испарилась, – но тут же осеклась, увидев подобную сцену. И замерла в дверях, не в силах сдвинуться с места.

– Ты сошел с ума, брат! – попытался вразумить Владыку Горын. – Ты своим выбором унижаешь наш статус как богов. Одумайся! – захрипел он.

Кощей в гневе швырнул обоих об стену. Чертог содрогнулся. Вий попытался ему ответить, но тут же получил на руки темные наузы «тьмы». Они сковали его силу, и он не мог даже двинуться. От такой бесцеремонности и унижения глаза его вспыхнули темным пламенем. Кощей даже не заметил этих проявлений и тут же произнес наказание:

– Я, Владыка Навьи, накладываю вечное наказание на брата своего Горына. Жить тебе на границе моего мира, без разрешения заходить в него в образе трехглавого змея. Ты будешь моей сторожевой собакой. Иди, обосновывайся на новом месте.

И Горын растворился в пространстве.

Тем временем Владыка повернулся к своему второму старшему брату и произнес:

– А тебя ставлю во главе мороков, оборотней и разных мерзких тварей. Жить будешь на кладбище, и дальше него не сможешь выйти никогда.

Как бы не пытался поверженный освободиться, он ничего не смог сделать в таком положении и исчез в пространстве. Глаза Владыки сверкнули гневом, и он мгновенно исчез.

Мгновение спустя Кощей поднял голову. Теперь на женщину смотрел глубокий старик с мудрыми, но злыми глазами. Мгновение преобразило Владыку: вся сила любви, хранящаяся внутри него, обратилось в страдание, и молодость обратилась в старость. Женщина смотрела на него с немым сожалением и неизбежностью событий. Владыка еще раз отвесил поклон Матушке Макош и растворился в пространстве.

Ясна поднималась всё выше и выше, пока не увидела в ярком мерцании тьмы светящееся яйцо мироздания. Приблизившись к нему совсем близко, Ясна почувствовала великую радость и умиротворение. Яйцо поглотило её.

Внутри был свет, он проникал повсюду. В любые уголки и закоулки. Он проник в душу Ясне и осветил её всю.

– Зачем ты здесь, дитя? – послышался голос.

– Я хочу вернуть дар, который мне был послан, – ответила Ясна. После непродолжительного молчания голос снова продолжил:

– Ты не можешь отказаться от дара. Мир не принимает обратно то, что отдал. Дар должен быть воплощен на земле.

– Но я не в силах исполнить его, – с отчаяньем воскликнула Ясна.

– Дар дается только тому, кто имеет силы воплотить его. Мир не признает твоей жертвы и возвращает тебя обратно.

С огромной скоростью Ясна вырвалась из светящего яйца мироздания и полетела вниз.

В это мгновение Матушка Макош взглянула на свою прялку и с тяжелым вздохом произнесла:

– Бедное дитя, судьба твоя нелегка и вечна, – стала медленно скатывать клубок серебряной нити.

Ветер шумел в дубраве, играя с верхушками исполинских деревьев, весело пенилась полноводная река, бросая белые барашки на ближайшие камни. Огромный пушистый кот прищурился и зевнул, открыв пасть и показав зубы. Затем он поднялся на лапы, выгнулся бугром, потянул каждую лапу по отдельности. Медленно ступая своими бархатными лапами, он подошел к воде, вытянул шею и посмотрел вниз. В воде отразилась большая довольная морда с длинными усами, зеленые глаза животного поблескивали, лоснящаяся черная шерсть была ухоженной. Удовлетворившись увиденным, большой пушистый черный комок важно направился от воды. Отойдя, он обратил внимание на берег: там, среди сочной зеленой травы, лежала неподвижно стройная молодая женщина. Глаза её были закрыты, а густые длинные серебряные волосы разметались по земле, словно снежные ручейки.

Недолго думая, пушистый зверюга решил осмотреть это чудо поближе и направился в ту сторону. Подойдя вплотную, он стал принюхиваться. Потом этого ему показалось мало, и он осторожно стал лапой трогать волосы. Женщина не реагировала. Тогда кот обнаглел совсем и начал гладить её щеки, приговаривая себе под нос:

– Баю, баю. Мррр. Фырр-мырр, – его глубокий тихий басок звал её очнуться.

Наконец веки женщины дрогнули, она прерывисто вздохнула и открыла глаза. Её прозрачно-голубые глаза выражали тоску и безнадёжность. Она поднялась и подошла к воде. Холодная вода обожгла кожу и привела в чувство. Женщина осмотрелась, наконец, взгляд её стал осмысленным.

Местность для неё была незнакомой, но не вызывала дискомфорта. Недалеко от неё, в настороженности, сидел большой чёрный лесной кот. Он внимательно смотрел, и его зелёные глаза поблескивали на солнце.