Исправляя ошибки

Глава 1. Найди мою жену

Марат

Утро среды не было особенным. Я сидел за ноутбуком, нехотя изучая банковскую историю и счета фирмы. Подобная рутина меня убивала, но бухгалтер часто косячила, и я предпочитал время от времени контролировать финансы и налоги фирмы. Тоска зеленая. Все бы отдал за какое-нибудь действие, активность, даже легкий коллапс был бы кстати.

В конторе в последние месяцы наступило относительное затишье. Работа была, и она работалась, катилась по рельсам, которые мы с Костей настраивали несколько лет. Мне бы радоваться, а я скучал.

Бойтесь своих желаний – они часто сбываются.

– Марат Артурович, к вам Евгений Грифелев, – сообщила мне помощница по селектору.

Скуки как ни бывало. Женя пришел без звонка – это точно не к добру. Я еще ничего не знал, но чувствовал, что моя тоскливая рутина скоро покажется раем.

– Пусть войдет, – ответил я незамедлительно.

Не успел я отжать кнопку, как Женя уже открывал дверь. Он не ждал позволения от секретаря, а, как обычно, пер танком.

– Марат, привет, – он подошел к моему столу и протянул руку.

Я порадовался, что мы ограничились рукопожатием. Обнимать Грифа мне совсем не хотелось.

– Привет, – ответил я сдержано, спокойно. – Какими судьбами?

– Соскучился по тебе. Совсем пропал ты, приятель. В клуб ходить бросил…

– Работы много, Жень. Даже тренировки пропускаю.

Я не врал, но и правды не говорил. Работы всегда было много, слава богу. Но даже среди аврала и с горящей жопой я прекрасно умел находить время для спорта и боев.

– Эх, Казаев, лишил меня копеечки. На тебя всегда отличные ставки были.

– Гриф, ты брось тут про копеечки. Вряд ли ты пришел, чтобы меня заманивать обратно в клуб. Выкладывай сразу и по делу.

Женя, который все еще стоял около моего стола, скрестил руки на груди.

– Прямой ты человек, Марат Артурович. Всегда мне этим нравился, – сообщил он и сел в кресло напротив.

– Итак, – я махнул рукой, предлагая ему начать.

Женька прищурился, не очень довольный моим форсированием. Но я тут сидел не для его удовольствия. Грифу пришлось принять мои правила. Он сразу перешел к делу, больше не отвлекаясь на праздную болтовню.

– Я хочу, чтобы ты нашел мою жену.

За несколько секунд, которые я переваривал сказанное, у меня в животе как будто стая цыплят вылупилась, и все они стали клевать мою печень. Боль была адская, но я не подал виду. Удивление оказалось даже сильнее. Я уточнил:

– А что с ней?

– Она сбежала, – невозмутимо ответил Гриф. И добавил. – С ребенком.

Тут уже я не стал сдерживаться:

– С ребенком? Я не знал…

– Неудивительно, – перебил Женя. – Ты погряз в делах, я хотел тебе сказать, но ты и трубку не берешь.

Я только сморщил лицо, признавая, что сторонился его после свадьбы. Как будто у меня был выбор. Даже с моим цинично слоновьим панцирем я не мог представить, как буду продолжать дружить с Грифом и его женой.

Ладно. Может, я бы и смог, но точно не хотел.

– Да, погряз, – согласился я. – Но что с Сашей? Я не понимаю.

– Саша сбежала с моим ребенком. Я приехал встречать ее в роддом, а мне сказали, что она уже выписалась. Представляешь, каким идиотом я выглядел?

Я приподнял бровь. Меня в такой ситуации больше бы волновало, куда пропала жена с ребенком, а не как я выгляжу. Но вслух я эти мысли, конечно, не озвучил. Просто кивнул.

– Мои ребята искали ее, но без толку. Она как сквозь землю провалилась.

– Как давно? – спросил я, держась за рабочий тон, как за соломинку в болоте.

– Почти месяц.

– Много времени прошло, Жень, – попытался я соскочить.

– Знаю. Но для тебя это никогда не было проблемой.

Да уж. Проблемой было, что я спал с его женой незадолго до свадьбы. Я поспешил вернуться к теме.

– Как это вообще возможно? Девушка с ребенком не может исчезнуть без следов. Телефон, карты, паспорт, в конце концов.

– Хороший вопрос, Марат, – похвалил меня Женя. – Она не пользуется своим номером и не платит картами. Мои ребята хоть и старались, но доступа к паспортным данным не могут получить. Все осложняется тем, что Саша не взяла мою фамилию. Она осталась Смирновой, а таких, сам понимаешь…

– Половина России, – согласился я.

– Вот именно. У тебя остались связи в прокуратуре. Воспользуйся ими и найди ее, – приказной тон Грифа не оставлял мне права на отказ. – Ты лучший сыщик, Казаев. Поэтому я к тебе и пришел.

– Польщен, Жень, – буркнул я, поглаживая бороду.

– Назови сумму и приступай.

Мне все меньше нравился приказной тон Грифа. Даже когда мы заключали договор на охрану его имущества, он себе такого не позволял. Я мог бы полезть в бутылку, начать спорить, послать его, в конце концов, но снова не хотел наживать себе врага. Я уже давно и за все вперёд отомстил Грифу. Когда соблазнил и оттрахал его невесту.

Можно было закончить разговор на этом, но я так и не сумел побороть проклятое любопытство.

– Дело не в деньгах, Гриф. Ты же понимаешь, что я не могу не спросить…

Женя усмехнулся.

– Конечно. Ты же у нас идейный. Из прокуратуры, помню, тоже поэтому уволился. Ох, Марат, нельзя в нашем мире носить белое пальто. Ох, нельзя.

Его пренебрежительно-снисходительный тон довел меня до бешенства. Я с трудом сдерживался, чтобы не дать волю чувствам. Поборов желание послать Женьку в задницу, я повторил:

– Я не могу не спросить. Почему она сбежала? Еще и с ребенком прямо из роддома. В чем причина?

Похоже, мой серьезный тон и бычий взгляд подействовали на Грифа. Он не спешил ответить. Думаю, если бы попытался соврать, то вряд ли бы тянул. Да и почувствовал бы я любую ложь. Женя как будто подбирал слова и не находил их. В итоге он просто развел руками и сказал:

– Я сам не знаю, Марат. Не скажу, что между нами все было идеально. Как у всех. Она сделала ремонт в детской, ходила на курсы и к врачу, а потом просто исчезла. Когда ты найдешь Сашу, задай ей этот вопрос.

Я сразу отметил, что он говорит не «если найдешь», а «когда». Вопрос моего успеха был решен Грифом априори. В другом случае я бы порадовался, но с Женей меня опять напрягала эта его уверенность в себе и во мне заодно.

Но одного я не мог отрицать. Женька говорил правду. Я был уверен в этом и почти уже решил помочь приятелю. В конце концов, я был у него в долгу за ту ночь, что случилась у нас с Сашей. Меня до сих пор жрала совесть, ревность и обида. Показалось, что розыск Саши может быть моим искуплением. Как ни пафосно звучит это дерьмо.

Но тут Гриф заговорил совсем иначе.

– Ты понимаешь, в каком я положении, Марат? Она свалила с ребенком. Все знали, что Саша беременна. Я собирался устроить праздник в честь рождения, у меня были планы. Может, это какая-то депрессия после родов. Или она захотела в Турцию. Я запретил ей лететь с животом. Может, мстит мне таким образом? Черт ее знает. Я уже ни в чем не уверен. Но она должна вернуться домой. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнул я, желая понимать чуть меньше и еще меньше принимать близко к сердцу.

Женя кинул на стол папку, которую все это время держал в руках.

– Вот материалы по ее поискам. Вся информация и документы, списки друзей, родственников. Бля, даже ее мать не знает ничего. Ты можешь себе представить?

– С трудом.

С тем же самым трудом я терпел присутствие Жени. С него как будто спала маска. Он больше не сдерживался. Саша волновала его не больше, чем собственная репутация. Он не беспокоился о ней и о ребенке. Только о себе.

Я не желал участвовать в этом дерьме, но и отказать не мог. Пришлось быть скользким гадом.

– Я сделаю, что смогу, Жень. У меня не так много связей осталось в структурах. После того, как сняли Зарубина, меня не очень любят.

– Зарубина сняли из-за тебя? – тут же переключился Гриф.

– Не без моего участия.

Женя уважительно склонил голову. Он с Денисом сам был знаком и скорее сожалел о его отставке, чем радовался. Мне было плевать на их теплые отношения. Этот гондон чуть брата моего не угробил с женой. Но об этом я, конечно, Грифу говорить не стал.

– Ну и хрен бы с ним, – толерантно фыркнул Женя. – Все равно ты справишься. Что по деньгам, Марат?

– Если найду, тогда и поговорим, – ответил я туманно и встал.

Женя тоже поднялся, понимая, что его время вышло. Я протянул ему руку, Гриф звонко хлопнул и крепко пожал мою ладонь.

– Обо всем мне напрямую докладывай.

– Если будет, что докладывать, – снова отбрехался я.

– Ну, будь здоров.

– И ты не хворай.

Гриф вышел из кабинета, оставляя меня наедине с красной папкой. Я открыл ее. Наверно, не стоило даже трогать, но возвращаться к бухгалтерии после такого визита я точно не мог.

С первой же страницы у меня появились вопросы. Да такие, что я не мог не набрать Грифа.

– Уже соскучился, – усмехнулся он мне в трубку.

– Да нет. Блин, пошел ты, – буркнул я. – Скажи лучше, почему здесь нет данных ребенка? Я нашел только документы Саши.

– Похоже, она зарегистрировала его на себя.

– Как это?

– Понятия не имею.

– Жень, ты можешь подать в розыск. Вы женаты.

– Я не буду никуда подавать, Марат. Мне не нужна шумиха. Найди ее и верни домой.

– Я понял.

Гриф отбил звонок. Я продолжал изучать досье. Чем дальше в лес, тем больше я понимал, что не буду ничего делать. Саша выбрала сама свою судьбу. На свадьбе и в роддоме тоже, видимо. Я не хотел больше копаться в ее мотивах, тем более выслеживать и возвращать Жене. Мне едва хватило сил принять ее выбор.

Если она поняла, что совершила ошибку – пусть. Я не желал ей зла и все еще не желал Саше быть с Грифом. Если у нее хватило ума замести следы столь качественно, снимаю шляпу.

Бросив папку на стол, я погладил тачпад, заставляя экран ожить.

Пусть Гриф катится со своими поисками. Не буду я никого искать. Сделаю вид, потом покаюсь. Ему придется принять это.

– Зайду, Марат? – стукнул в открытую дверь Костя Градов, мой партнер.

– Конечно. Мог не спрашивать.

– Катя сказала, Грифелев заходил.

–Угу, было дело, – протянул я без особой охоты.

– Что-то с его квартирой в Сити опять?

– Нет, это личное дело. Я сам разберусь.

– Уверен?

– Конечно. А что такое?

Костик упал в кресло, где только что сидел Гриф. Партнера я был рад видеть намного больше.

– Мне скучно, Марат, – неожиданно признался Костя. – Мы начинали, как детективное агентство, а теперь превратились в бизнесменов.

– Меня однажды приняли за электрика, – не мог я не похвастаться.

Костик хохотнул, но быстро вернул серьезность.

– Я думал, Гриф тебя попросит жену искать.

– Откуда ты знаешь? – я аж голос повысил. – Извини. Женя просил не распространяться.

– Люди говорят, Марат. Он обращался за помощью к моим старым знакомым. Они не очень помогли. Я, можно сказать, ждал, что он к тебе придет.

Кос буквально сверлил взглядом папку на моем столе. Пришлось признаваться.

– Я взял дело, но займусь сам.

– Козел, – фыркнул Градов.

– Не завидуй. Если тебе нечего делать, проверь счета. Валентина опять накосипорила, а я в упор не вижу где.

Костя скорчил гримасу, как будто я ему предложил поискать в навозе иголку.

– Я сказал, что мне скучно, Марат. Дела найдутся. Если помощь понадобится, обращайся, ладно?

– Угу, давай вали, работай.

– Есть капитан, – шутливо козырнул Костя, отчаливая обратно к двери.

Никогда я не позволю ему искать Сашу, потому что Костя сразу найдет. Лучше него был только я.

Бросив папку в стол, я протер глаза и снова уставился в проклятые цифры на экране.

Глава 2. Случайная встреча

Саша

В этом году весна пришла рано. Стояла середина апреля, а я уже искала тенистое место, чтобы укрыться от солнца. Оно нашлось под ивами в саду Печали парка Тысячелетия. Но я и не думала грустить. Дан нагулялся и теперь сладко сопел в коляске. Я могла немного передохнуть, прежде чем отправляться домой.

Прокатиться с Катей до магазина было отличной идеей. Я почти не покидала наш район. Там было все необходимое. Магазины, банк, небольшой рынок, поликлиника. Я выбрала Казань почти интуитивно. Из-за Марата, конечно. Он говорил, что родился здесь. Но по большой части – без разницы, где жить. Примерно так же я чувствовала себя в Перми. К тому же зимой не очень и хотелось выбираться в центр. Но с весной я сама как будто оттаяла и зацвела.

Тепло совпало с моими успехами в финансовом плане. Я действительно сделала рекламу для Катиного магазина. Первый заход был бесплатный, но очень удачный. Клиентов в магазине прибавилось ощутимо, они все ссылались на мою рекламу. Поэтому Катя обратилась ко мне повторно и уже с гонораром.

Мы стали раз в месяц обновлять рекламу, показывали новые коллекции в соцсетях. Я сама удивилась, как быстро получила отклик. Очень скоро Катя стала советовать меня коллегам и знакомым. А потом я сама себя начала рекламировать. Золотые горы, конечно, не свалились мне на голову, но даже мои не самые мощные знания финансов показывали стабильный рост дохода.

Нам с Даном много и не требовалось. Деньги, которые я откладывала, так и лежали в запасе. Слава богу, мой сын рос крепким, здоровым мальчуганом. Он стал меньше спать, но капризничал редко. Его занимали игрушки и книжки. Я покупала немного, но старалась сама чаще играть с Даном. Он особенно любил, когда я пела. Всегда внимательно слушал и улыбался.

Сегодня оказалось, что Данис обожает кататься и глазеть по сторонам. Мы первый раз выбрались на прогулочной коляске. Дан был в восторге от магазина Кати и от парка. Он, похоже, утомился от тонны новых впечатлений и уснул. Я тоже с интересом вспоминала, что можно просто сидеть на скамейке и радоваться теплому дню. Пожалуй, последний раз такое простое счастье посещало меня лишь в школе. Тогда я сама была ребенком. Повзрослеть пришлось быстро, но я точно ни о чем не жалела. Разве можно жалеть, когда твой сын – Данис. Он мой идеальный маленький мужчина.

От Жени я вестей не получала и очень была этому рада. Осторожная надежда, что мы навсегда от него избавились, поселилась в сердце.

– Уф, жара какая. Не возражаете? – отвлекла меня от мыслей о муже незнакомая девушка тоже с ребенком в коляске.

Она говорила негромко, ведь ее малыш тоже спал. Совсем кроха, как я поняла по коляске. Лавочки поблизости были заняты, и я, конечно, не отказала.

– Садитесь, конечно.

– Вот уж припекает. Как будто май, – сразу стала болтать девушка.

– Я видела прогноз, даже в Сочи сейчас прохладней, – поддержала я беседу.

Было приятно просто поговорить со случайной соседкой по лавочке. Мы с Катей, можно сказать, подружились, но редко говорили не о делах. Я стала немного дикой после своего бегства и вынужденного одиночества. Как оказалось, мне не хватало непринужденной болтовни о погоде.

– Даже в Сан-Франциско сейчас аномальная прохлада, – продолжала девушка.

Я удивилась. Неожиданное сравнение.

– Вы из Америки?

– Да, муж там работает. Но летом он обещал жить в России. Вот приехали знакомить внучку с бабушкой, – разоткровенничалась незнакомка. – А вы местная?

Я неопределенно покачала головой и ответила уклончиво:

– Можно и так сказать.

– Казань – красивый город. Очень интересный. Все эти змеи Зиланты, мечети, церкви. Я не ожидала, что будет так… О, я, наверно, много болтаю. Это все побочный эффект декрета.

Она прикрыла рот ладонью, как будто это могло ее остановить. Но я и не была против.

– У меня тот же эффект, – призналась я смеясь. – Это нормально. Я Саша, кстати.

– Ника.

Ника протянула мне руку, и я пожала ее.

– Вообще, очень скучаю по русской речи. В Штатах, конечно, полно русских, но дома все иначе.

– Пожалуй, – я пожала плечами. – Никогда не была за границей, если честно.

– Я бы тоже не была, но что поделать, если втрескалась в финансового гения.

– Дааа, не повезло.

Мы смеялись долго и до слез. Ника даже начала икать. Я без сомнения отдала ей воду Дана.

– Нет, нет, я не могу. Это же ребенкино!

– У ребенка еще два сока с собой. Он будет только рад. Попей.

– Уф, спасибо.

Она выпила половину бутылочки.

– Я отдам тебе деньги. Налички нет с собой. Дима сейчас подойдет…

– Даже не думай, это мелочи.

– Тогда перевод?

– Уймись, Ника. Все нормально. Это просто вода.

– Ладно, – наконец смирилась она. – Спасибо огромное. Наверное, это эффект бомжа, как говорит мой муж. Я слишком хорошо помню, как жить без гроша и считать копейки до получки. А теперь у меня квартира на Арбате…

– На Арбате? – переспросила я. – Разве вы не из Казани?

– Да, муж здесь родился. Его мама здесь живёт. Но мы познакомились в Москве.

Сердце пропустило удар, и я на миг как будто застыла. Мой разум отключил жизнедеятельность, чтобы выдать решение в кратчайшие сроки.

Арбат, Москва, финансовый гений. Значит муж Ники вполне может знать Грифа. Режим самосохранения запрещал мне подобные контакты. Я медленно поднесла телефон к глазам и нажала кнопку. Экран ожил, показывая мне какое-то время.

– Ох, как поздно, – проговорила я словно запрограммированный робот. – Нам пора.

– Может оставишь телефон? Мы тут…

Я сделала вид, что не слышу голос Ники, и скорее удирала прочь из парка. Перед глазами стоял туман. Я пилила на автопилоте. Даже задела плечом кого-то и извинилась так же автоматически, наращивая скорость.

Меня больше не радовала погода. Я просто хотела скорее добраться до дома. Мне не нравились автобусы, но в этот раз я сделала исключение. Через полчаса мы с Данисом уже были дома. Он как раз проснулся и не отказался от полдника.

Только за привычными рутинными заботами я смогла немного успокоиться. Но даже дома я не жалела, что знакомство с Никой не продолжилось. Она приятная, веселая. Мы могли бы подружиться. Но безопасность намного дороже.

Марат

Я смотрел через стекло, как Мили танцует со своей группой. Они выглядели, мягко говоря, странно. Я знал, что часть терапии – это двигаться так, словно тебя никто не видит. Выход эмоций происходит через движение. Ритм и мелодия проникают сквозь кожу. Погружение в легкий нирванический транс часто изматывает, опустошает, но открывает какие-то тайные краны. Через них хлещет боль, злость, обида. Становится легче. На время. В идеале – навсегда.

Руслан, мой брат, утверждал, что таким образом перестал возвращаться к обиде на своего биологического отца. Возможно, Мили поработала с ним лучше, чем со мной. Он ей муж, ей с ним жить. Но, скорее всего, дело в том, что Руслан сам устал быть букой. Обретя любовь и жену, он сам очень изменился. Потому что хотел.

Я же не слишком сильно пытался забыть Сашу. Скорее наоборот. Хватило мозгов и сил только вычеркнуть ее и Грифа из своей жизни. Но из мыслей она никуда не делась. И из сердца тоже. Не каждый день, но достаточно часто я вспоминал о ней. Мне нравились эти воспоминания. Я не хотел вытаскивать из сердца эту занозу. Она не убивала, но саднила, воспалялась время от времени.

После визита Грифа стало хуже. Я спрятал Сашино досье в ящик, стараясь игнорировать визит бывшего друга. Но думать о ней стал чаще. Еще и ребенок добавил мне бестолковых жестоких фантазий.

От этого дерьма всегда помогал зал. Я наврал Грифу. Никогда я не пропускал тренировки. Наоборот, их стало больше. Особенное удовольствие доставляла совместная работа с братом. Руслан тоже стал чаще бывать в зале. Думаю, из-за Мили. Иногда он до уморительного идиотизма ревновал жену к ее танцорам. Возможно, не без причин. Я сам видел, как к Мили подкатывали не только ее клиенты, но и обычные качки из клуба. При этом она никогда и никому не давала повода. Любые предложения отвергала вежливо, но твердо.

– Ты пялишься на мою жену, – сообщил Руслан, пугая меня до усрачки. – Я говорил, чтобы такого не было, Марат.

Я обернулся, держась за сердце.

– Зачем ты подкрадываешься, бро? Я чуть в штаны не наложил.

– Не надо так на нее глазеть.

Я воздел глаза к небу.

– Умоляю тебя, Рус. Твой тощий пупс, конечно, славный лакомый кусочек, но я ж не конченый.

– Точно? – уточнил Руслан, издеваясь. – Не уверен в этом.

– Ты же знаешь, что она крутая, и я восхищаюсь этими танцами.

Руслан заулыбался, за секунду превращаясь в самодовольного, гордого петуха.

– Да, Мили невероятная, – произнес он не менее восхищенно. – Но это все равно не повод облизывать стекло.

Я пробормотал несколько ругательств, но не сопротивлялся, когда Рус взял меня за шею и повел к тренажерам. Он с детства так делал и не стал менять привычек, когда мы перестали быть пацанами. Я давно стал выше его и шире в плечах, но позволял старшему брату немного вольностей.

Выбью дух на спарринге.

Мы вместе сделали разминку, прошлись по тренажерам и отправились к зоне единоборств. Руслан едва успел достать лапы для отработки ударов, как в зал вплыл улыбающийся Довлатов.

– Мать твою! Война, это ты или сон? – проорал я прежде, чем загрести дружище в потные объятия.

Диман ржал и не сопротивлялся.

– Я-я, спящая красавица. Пустите морду набить, а?

– В Штатах никто не дает? – поддел Димку Руслан в свою очередь.

Я отпустил долговязого приятеля и позволил брату немного его потискать. Дима снова не сопротивлялся. Он звонко захлопал по спине Руслана и улыбался на весь зал.

Блин, я скучал по нему.

Каждый год Димка сваливал в Калифорнию на полгода. Он называл себя климатическим эмигрантом. Лукавил, конечно. Работы у него в Штатах было завались. Весну и лето он проводил в России и Европе. Мог себе позволить такие причуды.

– Чертовски рад вас видеть, придурки, – как всегда ласково признался нам в любви Война.

– Давно прикатил? – спросил у него Руслан.

– Намедни вот.

– Ника и дочка с тобой?

– Конечно.

– Давайте после тренировки обсудим какашки и присыпку, ага? – немного осадил я их болтовню.

– Есть капитан, – козырнул Дима. – Я за этим и пришёл. Затек к чертям со всеми родами, полетами и чак-чаком у мамы.

Руслан смеясь натягивал лапы. Нас в детстве чак-чаком пичкала бабушка Казаева. Я был к нему равнодушен, а вот Рус мог обжираться до инсулиновой комы.

Тренировка вышла отличная. Признаться, я немного дрейфил, выходя против Димки. После клуба Грифа он заматерел и брал верх чаще, чем я мог принять безболезненно. Но свадьба, отцовство и Калифорния сделали свое дело. Димка немного размяк, много пропустил и оставил меня вполне удовлетворенным победой.

Как в старые добрые времена, мы собрались в баре после тренировки. Мили закончила занятия и присоединилась к нам. Даже Мышка-Ника, Димкина жена, вырвалась на часик.

– Значит, твоя мама взяла отпуск и приехала с вами в Москву, – уточнил я у Войны.

– Да, невероятно, – хохотнул Довлатов, обнимая жену за плечи.

– Наверно, я бы поехала крышей очень быстро. Слава богу, Димина мама согласилась пожить с нами немного. Теперь есть с кем оставить Полин.

– Еще успеешь поехать крышей, – поддел ее Димка. – Если не согласишься на няню.

Ника сморщила нос.

– Не могу я доверять незнакомому человеку. А вдруг что случится. Твоя мама все-таки врач.

– Ты врачам не доверяешь.

– Только твоей маме.

– Можно я скажу ей, когда придем домой?

– Конечно, нет. – Ника щелкнула мужа по носу.

Мы посмеивались над семейством Довлатовых. Я никогда не мог представить Диму отцом. И что его мама однажды возьмёт отпуск и даже приедет в Москву – тоже. Она была закоренелым трудоголиком-педиатром. Всю жизнь лечила детей, пахала как проклятая и никогда не жаловалась. Очень крутая тетка.

– А нам можно прийти в гости? – поинтересовался Руслан аккуратно, взглянув сначала на Диму, потом на Нику.

Супруги переглянулись и синхронно кивнули.

– Конечно, не вопрос.

– Мили? – Руслан подмигнул жене.

Она фыркнула и покачала головой.

– Да, отличный заход, Русь. Необязательно напрашиваться в гости к новорожденному. Я же сказала, что не против беременности.

– Мне бы хотелось, чтобы ты была категорически «за».

– А если я испугаюсь? – искренне поделилась Мили своими опасениями.

Ника погладила ее по руке и в лучших традициях занозы в жопе успокоила:

– Я договорюсь с Полей, она втянет клыки и не станет отгрызать тебе ногу. Будет совсем нестрашной.

Все захохотали. Я глотнул пива, тоже улыбаясь. Хотя легкое неудобство в компании с парочками чувствовал. Мне как будто и сказать было нечего. Но тут Дима сам ко мне обратился.

– Кстати, Марат, мы в Казани встретили Сашу Грифелеву.

Я выплюнул пиво обратно в стакан, вытер пену с бороды, нашел во рту язык, но едва ли вспомнил, как говорить.