Угадай, кто?

Глава 1. Вали его на бок

Эля

– У тебя все получится! – подбодрила меня Катя, засовывая в свою машину.

Я уже начала сомневаться, что план соблазнения хорош. Юра хоть и не форсировал наши отношения, но мы так тепло общались. Я не хотела терять друга, но и в любви отчаянно нуждалась.

– Может, зря я все это затеяла? – начала я стонать, едва Катя направила авто к шоссе.

Она, конечно, закатила глаза.

– Не понимаю, что ты мечешься, Элька. У вас ведь все было.

– Было, – подтвердила я.

Этот факт должен был успокаивать, но нет.

– Вот. И тебя тогда все устроило?

– Более чем!

– Значит, и сейчас пойдет как по маслу.

– Как по маслу… – повторила я мечтательно за Катей. – Хотелось бы.

Но меня терзали сомнения. У нас с Юрой уже была попытка сближения. Мы вроде как встречались, он даже позвал меня парой на свой выпускной, после которого мы переспали. Я была пьяна и вырубилась раньше, чем сказала, что люблю его со школы. Но до моей отключки секс был потрясающий. Совсем не таким я представляла себе в постели моего неуклюжего, забавного и очень милого Юру. Я думала, он будет нежным, но оказалась в центре урагана.

Все было невероятно, но утром я проснулась одна и на следующий день узнала, что Юра уехал в Европу на стажировку.

С тех пор прошло пять лет. Он мой босс и, кажется, мой бойфренд. Я совсем не представляла, как будут развиваться наши отношения. Он снова заморозил их. А я бы хотела в центр урагана.

Поэтому решила форсировать события в день рождения моего босса и друга. Я специально купила платье для соблазнения. Тонкое, шелковое, на бретелях-ниточках. Больше похоже на сорочку. К нему в комплект шли туфли на безумном каблуке. В таких невозможно ходить. Но я и не планировала. Волосы забрала наверх и накинула короткую шубку. Но все равно тряслась от волнительного озноба.

– Ты потрясающе выглядишь, Эльчик. Он кончит, едва ты войдешь.

Я нервно захихикала.

– Нет, такого эффекта я бы не хотела.

– Ну, я утрирую. Босс сегодня обязан быть на высоте.

Именно об этом я и молилась всю дорогу. Если Юра снова будет строить невидимые преграды между нами, пусть хотя бы останется вежлив. В лучших традициях себя самого. Если секса между нами не случится, я точно начну качать права и выскажу ему все, что думаю. Сколько можно морочить мне голову? Я давно не трепетная девица.

– Что думаешь о новом проекте от британцев? – спросила Катя, отвлекая меня.

– Интересно. Как я поняла, они хотят продавать русские традиции в России. Если отечественные инвесторы в этом не заинтересованы, нужно отдать должное англичанам. Я была бы рада заняться их продуктом.

– Ну еще бы… Считай, он у тебя в кармане.

Тон Кати немного меня напряг, но я постаралась не переживать об этом. Юра действительно несколько раз назначал меня куратором классных проектов. Он уверял, что делает это без предвзятого отношения. Моего чувства собственной значимости хватало, чтобы с ним согласиться. Я пахала, как бешеная, пять лет, чтобы сделать себе имя, наработать опыт и быть достойной. Именно поэтому меня принял в компанию Дмитрий Гараев. Потом уже я узнала, что сам он уходит в сторону, и я буду работать на его сына и моего старого друга Юрика. Друга, с которым я хотела больше, чем дружить.

– После ночи любви Юрий Дмитриевич точно не оставит тебя за бортом Лондонского заказа.

Я промолчала. Про нас многие шептались. Катя хотя бы говорила мне в лицо то, что думала. Конечно, было немного неприятно от ее шуточек, но я отогнала липкое отвращение. Бремя отношений с боссом. Нужно было промолчать, но я зачем-то стала объяснять:

– Юра против служебных романов, но так уж вышло. Возможно, поэтому мы никак не перейдем к…

– Не оправдывайся, подружка.

Катя похлопала меня по коленке.

– Я завидую, конечно. Вам все завидуют, Элька. Он молодой гендиректор. Ты молодой руководитель проектов. Еще и его пассия. Оба симпатичные. Безусловно, вы всех бесите.

– Ну прости, – весело извинилась я, отпуская напряжение.

– Лучше думай о себе, Эль. Давай. Соски накрутить, глаза горят, походка от бедра и вали его на бок, ломай ему хобот.

Меня одолел истеричный смех.

– Хобот… Ломать не стоит… – икала я, часто моргая, чтобы тушь не потекла от хохота.

– Ну говорят так, – пояснила Катя. – Хобот вещь нужная, конечно.

Вспоминая, какой у Юры хобот и какие невероятные вещи он им творит, я покраснела.

До конца дороги Катя больше не поднимала смущающих тем, и я немного пришла в себя. Действительно вернулся боевой задор. Я была готова валить на бок моего мужчину.

Катя остановила машину у ворот загородного дома Гараевых. Сейчас там жил Юра. Родители переехали на юг Франции, непутевый брательник вечно где-то таскался. Вряд ли он вообще вернется в Москву.

Вспомнив Данилу, я инстинктивно передернула плечами. Ну вот только его в моих мыслях сейчас не хватало. Нет-нет! Только Юра. У нас впереди бессонная ночь и новый этап.

Я отогнала остатки страха и чмокнула воздух около Катиной щеки.

– Звякни, как будет момент, – попросила она, подмигивая лукаво. – Не срочно, конечно.

– Хорошо. Пошла.

– Подарок не забудь!

– Точно.

Я забрала с заднего сидения сверток. Там был символический маффин со свечкой и зажигалка.

– Удачи, – финально подбодрила Катя.

Я кивнула, выдохнула и вышла из машины, оказалась у ворот. Юра часто приглашал меня к себе домой. Я провела здесь немало уютных вечеров и знала код от калитки и сигнализации. Сейчас сигналка была отключена, в доме горел свет. Юра вернулся из Лондона даже чуть раньше, чем планировал, и мне это на руку.

Уверена, он не настолько устал. Если не спит, то все отлично. Я поправила платье, волосы, набрала код на воротах и прошла через лужайку к особняку Гараевых, остановилась на крыльце, зажгла свечку.

Чтобы воплотить план соблазнения с порога, я позвонила в дверь. Стратегия внезапного стремительного нападения и соблазнения должна сработать.

Я расправила плечи, услышав шаги и голос Юры.

– Да-да, минуту.

Он открыл дверь. В халате, небритый, с мокрыми волосами, зачёсанными назад, и неподдельным удивлением на лице.

– Эля? – проговорил он ошеломленно, словно глазам не верил.

Его взгляд проскользил по мне. Снизу-вверх. Я специально выставила ногу в разрез платья, чтобы не разочаровать.

Наши глаза встретились.

– Эля, конечно, – смело проговорила я и сделала шаг вперед. – Привет.

– Привет, – ответил Юра, отступая, чтобы дать мне пространство.

– С днем рождения!

Я улыбнулась и протянула ему кекс. Юра приподнял бровь.

– Серьезно? – удивился он.

Да, это точно не в моем стиле. Но сегодня к черту стиль и привычки.

– Серьезно! Задувай.

Юра сложил губы трубочкой и дунул. Свечка потухла. Он забрал у меня кекс.

– Спасибо, Эль. Неожиданно и приятно. Я думал, мы завтра увидимся.

Он отвернулся, чтобы поставить кекс на тумбу для обуви. Я прикрыла за собой дверь и сняла меховую курточку.

– Ты меня не ждал?

– Нет, – ответил он честно, забирая у меня одежду и вешая в шкаф.

– Я знала, что ты вернулся.

– Вот как? – он приподнял бровь, обернувшись. – Откуда?

– Личные осведомители.

– Неожиданно.

В его голосе звучало неподдельное удивление.

– Значит, ты хотела увидеться?

– Конечно.

– Для чего? Если это из-за нового заказа агентства…

– К черту агентство! – выпалила я. – Я пришла только к тебе.

Но тут же перепугалась. Может, он хотел поработать, а тут я. Юра был помешан на семейном бизнесе. Он мог отложить все ради срочных дел.

– Я ведь не помешаю? – спросила я несмело.

Юра обсмотрел меня в платье и облизал губы.

– Абсолютно нет. Я весь твой.

– Класс! Этого я и хочу.

Все. Дальше нам нельзя было разговаривать. Иначе снова увязнем в историях про перелет и работу, заказы и планы. К черту.

Я сократила между нами расстояние, обняла его за шею, встала на цыпочки и стала целовать. Его горячие ладони сразу оказались у меня на талии. Он замер, но через мгновение прижал меня к себе, и я счастливо простонала, осмелела.

Мой язык скользнул по его нижней губе, и Юра приоткрыл рот, позволяя мне углубить поцелуй. Я специально вжала груди в его торс, чтобы не оставить ни капли сомнений о своих намерениях. Теперь пришла его очередь стонать.

Он отклонился, разрывая поцелуй, и выдохнул:

– Воу…

– Что-то не так? – спросила я с испугом.

Юра внимательно осмотрел мое лицо. Я закусила губу, ужасно нервничая.

Если сейчас он скажет, что рано, или неуместно, или устал, я просто умру.

– Эль, ты уверена? – спросил он.

О, моей уверенности по этой части – целая тонна.

– Да! – ответила я не сомневаясь. – Да.

Юра провел пальцем по моей губе, чуть надавил. Я лизнула его. Он одернул руку и зашипел, как от боли. Я снова испугалась, но не успела погрязнуть в страхе и неуверенности, потому что он схватил меня, возвращая в свои объятия. Ладони сразу легли на попку и сжали ее.

Теперь его губы терзали мой рот. Юра как будто отпустил свою сдержанность и дал волю чувствам. Как тогда.

Он увлек меня в дом, не прекращая целовать. Мы как будто танцевали эротический вальс, передвигаясь по гостиной. Юра вел меня уверено, не натыкаясь на мебель. Вопреки моим опасениям я не подвернула ногу на каблуках, даже не оступилась. Я думала, мы идём к лестнице наверх, но, открыв глаза, узнала столовую.

Ураган проснулся и не желает скучной спальни. Я была в восторге.

– Хочу тебя, – пробормотал Юра мне в губы.

– Хочу тебя, – прошептала я тоже.

Его ладони прошлись по шелку платья, погладили под грудью. Я снова выгнулась вперед, подставляя их его ласкам.

– Что за платье, малышка? Ты такое не носишь, – говорил он тихо, спускаясь губами от моего рта к шее. – Слишком смело и ярко.

– Хотела свести тебя с ума, – решила я быть честной.

– Удалось.

Юра покрыл мою шею поцелуями, прикусил нежную кожу на горле. Я всхлипнула, но не остановила его. Будет засос – и ладно. Только бы не останавливался.

Он задрал мое платье до бедер, что-то бормотал, пока его губы прокладывали влажную дорожку к декольте. Я вздрагивала и бессовестно стонала. Щетина немного царапала нежную кожу, но мне нравились эти ощущения. Обычно он был чисто выбрит. Наверное, я вытащила его из ванной, и он не успел.

Но все мысли разлетелись, едва его язык скользнул вдоль линии платья.

– Сними его, пожалуйста, – попросила я.

– Платье? -уточнил он издеваясь.

– Да.

– Зачем?

– Ах…

Он хотел поговорить? Серьезно? Я вряд ли готова. Или готова?

– Скажи, что ты хочешь, и я сделаю, – подтвердил Юра мои мысли. – Только скажи, Эль.

Он отступил от груди и укусил меня за ухо.

– Хочу, чтобы ты снял с меня платье, – прохрипела я, превозмогая стеснение.

– И все?

Он лизнул нежную кожу за ушком. Его пальцы подцепили бретели на моих плечах. Медленно, безумно медленно он потянул их вниз, продолжая нашептывать:

– И все? Просто снять с тебя платье?

– И целуй меня.

– С удовольствием, – горячо выпалил он.

Его руки тут же спустили по плечам бретели, отодвинули шелк с груди. Он надавил мне на бедра, раздвигая их шире, пальцы пробирались к моим влажным трусикам. Я вся кипела, предвкушая очень скорый взрыв. Зачем же мы лишали себя такого блаженства?

Все сожаления рассыпались в пыль, едва Юра коснулся губами моей груди. Я вскрикнула и вцепилась в его еще влажные волосы. Он втянул сосок в рот и потеребил там языком. Я забилась в экстазе, не сдерживая стонов.

– Господи! Как же хорошо.

Он загудел, не отпуская меня и даря еще более прекрасные ощущения.

Я почувствовала, как его пальцы коснулись моих влажных трусиков. Юра снова загудел, видимо, довольный моим состоянием. Он ловко сдвинул бикини в сторону и проник в меня двумя пальцами, а большим надавил на клитор.

У меня закружилась голова, в глазах потемнело. Я сжала его внутри и неожиданно для самой себя кончила с кратким звонким криком.

– Ебать, – выругался Юра, отпуская мою грудь.

Никогда не слышала, чтобы он ругался, но сейчас это показалось горячим и весьма уместным восклицанием.

Едва смогла дышать, я проговорила:

– Что? Снова удивила тебя?

– Еще как, – признался он, погладив меня по щеке и целуя в губы. – Ты невероятная.

– Ты тоже.

Он убрал руку, чтобы снять с меня трусики. Я увидела, что на нем все еще халат и поспешила снять.

– Теперь твоя очередь, – прошептала я, подаваясь вперед и целуя его грудь.

– Хм… Я не тороплюсь, как некоторые, – хохотнул он.

Я тоже засмеялась, продолжая водить губами около его соска. Юра тихо выдохнул.

– Но и затягивать нет смысла.

– Нету, – согласился он, снимая с меня платье и бросая в сторону.

Я сама развела ноги и любовалась его фигурой. Широкие плечи, крепкий пресс, узкие бедра. Идеален.

Я взглянула и на член, конечно. Он тоже был в порядке. Твердый и возбужденный. А ведь у меня были мысли о проблемах с потенцией. Слава богу – это не так. Я придвинулась ближе к краю и протянула руки. Юра прихватил меня за бедра, не сводя глаз.

Он то ли смаковал, то ли медлил. Я снова не могла сказать точно.

– Пожалуйста, – попросила я. – Иди ко мне. Ты ведь не передумал?

– Я? – он вздернул брови. – Нет. Просто не могу поверить, что…

Он взял член в руку, направляя к моему входу. Его губы проложили дорожку поцелуев от уголка рта к уху.

– Ты просишь меня. Это чертовски горячо, Эль.

Головка коснулась влажных складок. Юра куснул меня за ухо. Вот хитрец, запомнил, что мне это нравится. Я прошептала:

– Это ты чертовски горяч, Юр.

Он остановился снова. Я захныкала.

– Юр, ну хватит! Сколько можно?

Я погладила его по плечам и попыталась перехватить управление, скользнув ладошкой к его паху. Но он поймал мою руку, сжал запястье почти до боли. Я всхлипнула. Юра поднял голову и обжег меня взглядом. Совсем не так он на меня смотрел до этого момента. Сейчас в его глазах были гнев и ненависть. Мне стало страшно.

– Юр, – шепнула я. – Что не так?

Он несколько мучительно долгих секунд убивал меня взглядом, а потом спросил:

– Как ты меня назвала?

Глава 2. Ошибка

Эля

– Как ты меня назвала? – повторил Юра, меняясь в лице и повышая голос.

Я окончательно запаниковала, перепугалась, что обидела его каким-то неуместным словом.

– Я… никак. Не понимаю, что ты имеешь в виду?

Я никак не называла его. Только по имени.

Он прищурился и поджал губы, прошипел:

– Серьезно, бля? Все еще не понимаешь?

Юра никогда так не выражался. НИ-КОГ-ДА. Он не поджимал губы и не матерился. Так делал…

– Проклятье! – выругалась я в меру собственной испорченности. – Не может быть.

Глаза еще не верили болезненным догадкам. Я еще пыталась отрицать, но тут же заметила, что его волосы растрепались и теперь заметно длиннее, чем обычная стрижка, которую Юра освежал раз в две недели. На переносице шрам. Футбол. Школьный кубок.

Щетина. После душа и не выбрит гладко. Даже после перелета Юра не позволил бы себе заснуть в таком виде.

– Ты не он! – простонала я, чувствуя, как волосы на макушке шевелятся, а по спине стекает холодный пот.

– Абсолютно точно я – это я, – зло выплюнул… Данила Гараев.

Парень, который издевался надо мной в школе. Мужчина, который был мне противен сейчас.

И точная копия моего босса-бойфренда. Если не считать нос, волосы и состояние лица. Ведь он его брат-близнец.

Господи, за что?

Я зажмурилась и для верности закрыла лицо ладонями.

– Юрка еще в Лондоне, – проговорил Данила убийственно спокойно.

Скотина.

И тут я вспомнила, что все еще сижу голая на столе с раздвинутыми ногами. Его руки до сих пор лежат на моих бедрах, а мои соски почти трутся о его торс. Даже член до сих пор касался моего центра.

Я очнулась и наконец толкнула говнюка.

– Убери руки, мать твою! Какого дьявола, Гараев! Ты совсем сдурел?

Он не стал напирать, сделал шаг назад, позволяя мне спрыгнуть со стола.

– Я сдурел? Серьезно, Березина? Это ты ворвалась в мой дом, между прочим, – как всегда надменно и насмешливо сообщил Данила.

И сегодня сученыш был кошмарно прав. Почти во всем.

– Тебя не должно тут быть! Юра живет в этом доме! – парировала я.

Гараев согласился.

– Живет. И я живу, когда возвращаюсь в Москву.

– Тебя здесь быть не должно! НЕ ДОЛЖНО! – заорала я. – Как ты посмел так со мной..? И с Юркой! Ладно я, но он. Что ты за брат! Сволочь…

Дальше я не смогла разговаривать и разрыдалась.

– Успокойся, – холодно проговорил Данила. – Умойся и поговорим.

– Пошел ты! – выкрикнула я сквозь слезы, стараясь не думать, как кривится мое лицо из-за рыданий. – Ни минуты тут не останусь.

Рванула к двери, но одновременно вспомнила, что до сих пор ору тут голая. Платье. Где мое платье?

Искать его с затуманенными слезами глазами было непросто. Я, конечно, наткнулась на Данилу. Он скрутил меня. Я попыталась отбиваться, заколотила кулаками по его стальной груди.

– Пусти, козел!

– Успокойся, дурная девка! Давай поговорим нормально.

– Отвали! Не буду я разговаривать. Верни мне одежду. Видеть тебя не могу.

– Придется, – изрек Данила.

Конечно, на меня его приказ не подействовал. Я продолжала вырываться, ненавидя ощущение его крепкого, сильного тела и тепла, которое проникало мне под кожу и ощущалось преступно приятно.

– Ладно. Я предлагал по-хорошему, – прорычал Данила.

– Что? Куда ты?

Он потащил меня через гостиную в сторону уборной, что была на первом этаже.

Сопротивляясь, я зацепилась каблуком и, кажется, сломала его.

– Сволочь, Гараев! Мои туфли!

– Я их не трогал, – буркнул он, не сворачивая с курса. Танк, блин!

Данила не дал мне ни одного шанса. Он втолкнул меня в душевую. Я успела развернуться и попыталась воткнуть шпильку ему в ногу, но не попала, только чуть царапнула. Данила взвыл и от этого. Он отпустил меня. Я попыталась сбросить туфли и проскочить мимо него, но не успела. Он слишком быстро очнулся, поймал меня, прижал к стене, вдавливая в нее собственным телом.

Обнажённым телом, черт побери! Мы были голые в душе.

Я продолжала плакать и вырываться, но недолго. Данила открыл воду.

Не просто воду. Он включил холодную. Ледяную даже. Я заорала пуще прежнего.

– Тварина! Гараев, ты совсем больной? Аааааа!!! Холодно.

– Остынь, крошка. Тебе очень надо.

И снова вдавился в меня. Я задрожала и съежилась. Силы и злость таяли под ледяной водой, оставляя только мощное опустошающее чувство беспомощности. Я невольно вжалась в Данилу, чтобы спрятаться от ледяной воды, получить хоть немного тепла. Съежилась и заплакала тихонько.

Почти сразу он добавил горячую, но никуда не отпустил. Данила прошептал слишком ласково для конченого придурка:

– Ну вот и притихла, дикая киса.

– Не… киса я тебе, – всхлипнула я из последних сил.

– Мгумс, я уже понял. Давай успокаивайся.

– С чего бы?

– С того, что нам надо поговорить.

– Не хочу я с тобой… – начала я, но он перебил.

– Да, мочалка, я с тобой тоже не горю желанием болтать по душам. Но придется все выяснить. Хотя бы ради Юрки.

Последним аргументом он прикончил мое радикальное настроение.

Данила снова был прав. Ради Юры нужно его выслушать. Я вряд ли пойму сама, как повелась на этот тупой развод. Если он хочет сам рассказать – глупо отказываться.

Пока я рассуждала, Данила нежно поглаживал меня по мокрым волосам. Он держал мои запястья в одной руке, чтобы я его не била, а второй гладил. Охренеть, какой милый!

А еще его член прижимался к моему бедру. Он все еще стоял, хотя, на мой взгляд, обстановка была асексуальная. Но еще ужаснее было понимать, что мне нравилась его реакция на меня. Даже льстила.

– Отпусти, – повторила я, окончательно перепугавшись таких контрастных чувств. Они шокировали не хуже контрастного душа.

Данила отклонился и взглянул на меня, оценивая. Лишь конкретно просканировав мое состояние, он отпустил сначала руки, потом вышел из душевой. Я сама выключила уже теплую воду. Хотела нагавкать, чтобы он не смотрел на меня, но Данила и не собирался.

Он целомудренно смотрел в сторону, держа для меня халат.

– Спасибо, – буркнула я, шумно шмыгнув носом. – Можно я высморкаюсь?

– Валяй. Я жду на кухне.

Едва он ушел, я осмотрела ванную. Окна тут не было. Сбежать не получится. Да и не очень я хотела убегать в одном халате. Однако разговоры с Даном мне нравились ненамного больше. Хотелось провалиться сквозь землю. Любое общение с братом Юры всегда превращалось в ссору. Он будил во мне все самое отвратительное. Была у него такая суперсила. Именно за это я его и ненавидела.

Но сегодня придется терпеть. У меня только один выход из ванной: через кухню и Данилу. Чтоб его черти драли. Поэтому я мылась холодной водой, чтобы сошла припухлость с зарёванных глаз. Заодно взбодрилась.

Мои туфли одиноко валялись в душевой. Сломанный каблук и намокшая замша выглядели отвратительно. Я решила оставить их там в качестве памятника моему идиотизму. Пусть Гараев сам разбирается.

Плотнее запахнув халат, я причесала пальцами растрепанное гнездо волос и отправилась на кухню с гордо задранным носом.

Данила

Первым делом я прошел к бару и плеснул себе в стакан виски. Просто охренеть! Она пришла к Юрику. К моему брату! Эта мысль не укладывалась в голове. Я знал, что они работают вместе. Но когда работа была поводом потрахаться?

Возможно, у нормальных людей – частенько. Но мой правильный рафинированный брательник никогда бы себе такого не позволил. Даже с Березиной. Чтоб ее разорвало.

Я зажмурился, пытаясь не возвращаться в ебанически проклятый момент, когда она назвала меня Юрой! Меня! Снова, блин. Я не буду Юрой Гараевым.

Сделав большой глоток, я немного потушил проклятую гордость и даже почти перестал завидовать. Да и чему тут завидовать? Что Березина хочет завалить Юрку? Ну была б какая красотка. А то – Элька из девятого «б». Малявка, зануда посильнее Юрки, ни лица, ни фигуры. Курносая, худая, сиськи с бусинку.

Я зажмурился до боли, стараясь не вспоминать, как славно эти самые бусинки ощущались у меня во рту. Да и зря я гоню. Может в девятом у нее еще и были соски-прыщики на доске, но сейчас там вполне все в порядке.

Еще один глоток виски не помог. Я бы хотел ее сейчас трахнуть. Очень. До сих пор хочу. Но все портит, что она хочет Юру. Опять. Что за сраная карма ко мне прицепилась?

Все эти годы я частенько вспоминал о ней, но специально держался подальше. Так нет же! Она сама ко мне притащилась.

Вернее, не ко мне, а к Юрке.

Чтоб их обоих.

Прекратив вливать в себя пафосный Юркин вискарь, я быстро прибрал нашу одежку. Подумал и сходил наверх, надел спортивные брюки. Святоша-Березина вряд ли будет терпеть меня в трусах без истерики.

Ненавижу истерики.

Когда спускался, застал Элю в гостиной. Она склонилась над своим платьем и, очевидно, хотела переодеться, но, увидев меня, передумала.

– Можешь надеть его. Я отвернусь, – предложил я, проходя мимо нее на кухню.

Она взглянула на платье, потом на меня и покачала головой.

– Позже, – проскрипела в ответ, как ржавая «ЛАДА».

Я прекрасно понял причину ее отказа. Платье было больше похоже на сорочку, ни черта не прикрывало, только подчеркивало и дразнило. Пожалуй, ей и правда лучше оставаться в халате.

Эля прошла за мной на кухню и выдрала у меня из рук стакан, выпила залпом все, что я налил, и, конечно, закашлялась.

– Это не мохито, детка, а виски. Его не стоит глотать такими порциями.

– Детка у тебя в штанах, – огрызнулась Эля.

Я заржал.

– Серьезно? Ты склеротик или как?

Она покраснела и снова стала кашлять в меня оскорблениями:

– Ты конченый, Данила! Будешь издеваться теперь всю жизнь?

Глаза Эли снова подозрительно заблестели. Вряд ли я вынесу еще одну ее истерику.

Придется быть немного милым. Эх, вряд ли получится. Но попробую хотя бы стать нормальным.

– Не ной, Березина. Сама начала. Лучше скажи, какого черта ты приперлась сегодня?

– Хотела поздравить Юру.

– И давно ты хэппибездишь моего брата горячим трахом?

– Это не твое дело!

Разумеется… Что еще она могла сказать?

– Я не знал, что вы встречаетесь. И не смей говорить, что это снова не мое дело!

– Почему? – она задрала нос и расправила плечи.