Это война, Свистунова!

– Это что за! Вы кто такие, мелочь? – смотрю на парочку детей, что катаются на большой снеговой лопате по моем двору и с разбегу врезаются в мой новенький Ровер.

– А ты кто такой? – девочка в смешной шапке склоняет голову, будто ничего не произошло.

– Я здесь живу. А это была моя машина, – указываю пальцем на пострадавший объект.

– А мы там, – малышка кивает за забор.

– Ну тогда пошли, – подхожу к ним и хватаю обоих за руки.

– Дядь, ты бы поаккуратнее, – пацан пытается вырваться из хватки. – А то я расскажу своей тёте, а она у меня каратистка.

– Тогда я Дед Мороз, – отвечаю зло и веду детей в соседний двор.

– Нет, Дед Мороз хороший, – с умным видом заглядывает на меня девочка. – Но не волнуйся, наша Соня тебя всему научит.

***

Я ехал отдохнуть от шума города и назойливых родственников, а попал к надоедливым соседям, где в предводителях несносная девушка-беда.

Пролог

***

Ну наконец-то я отдохну. Этот идиотизм закончился, сил не осталось ни на что. Надеюсь, что меня больше никто не побеспокоит.

Усаживаюсь у камина. На часах десять вечера, и можно расслабиться. Беру бокал с золотистой жидкостью и роняю его на пол от неожиданного грохота за окном.

– Что такое? – подбегаю к окну и замечаю, как в сторону моей многострадальной машины летит заряд, вероятно, салюта. – Мать вашу!

Кричу и выскакиваю на улицу. Это вообще что такое? Но уже на улице вижу ещё один заряд, который летит прямо в крышу и разрывается от удара, оставляя дымящуюся вмятину.

– А-а-а! – ору я.

И только сейчас начинаю различать визг детей за забором у соседей.

София! Эта Свистунова полностью соответствует своей фамилии. Да что же она не может угомонить своих племянников? Каратистка тире хореограф!

Тех самых, что поцарапали мне машину, испортили заднюю стену дома и сломали дерево!

Выскакиваю за ворота и быстро двигаюсь в сторону дома соседей.

Подбегаю к их калитке и дёргаю на себя как раз в тот момент, когда в мою сторону выстреливает ещё один заряд.

– Берегитесь, Святослав! – крик соседки эхом разносится вокруг, а я даже не знаю, что страшнее для меня сейчас.

Глава 1

***

– Сонь, ну пожалуйста, пожалуйста, – просит сестра в трубку. – Только ты можешь нас спасти. Мы с Пашей вообще забыли, когда последний раз отдыхали.

– Сашка, ты обалдела? – не могу сдержать возмущения. – Вы могли бы и мелких забрать с собой.

– Соня-а-а, – стонет Саша в трубку. – Ну путёвка только на двоих. А мама с папой не согласны. Они куда-то в горы умотали.

– Я это знаю, – вздыхаю я.

И я так надеялась, что этот Новый год встречу без поздравлений в духе:

– Вот и настал Новый год, а наша старшая дочь до сих пор не хочет порадовать нас зятем и внуками.

Я даже в честь такого события отказалась идти с подругами на вечеринку. Они были моим единственным спасением в такие праздники. А тут племянники.

Я их очень люблю, но только пару часов. На большее меня не хватает. Рома и Рита очень напоминают мне нас с Сашкой в детстве.

Но вот только природа сыграла злую шутку и всё удвоила на них.

– Тёть Сонь, мы тебя ждём, – слышу два звонких голосочка.

– Сонечка, моя хорошая, – Саша переходит на тяжёлую артиллерию. – Я тебя люблю, и Ритуся с Ромчиком тоже. И планы почти не нарушатся твои. Только и нужно будет, что уложить их, а потом встретить Новый год, как ты и мечтала.

– Ладно, – выдыхаю я соглашаясь.

– Уи-и-и-и! Я люблю тебя, моя сестрёнка. Пашка, она согласилась! – кричит сестра мужу. – Быстро пакуй чемоданы. Ой, Соня, я же забыла сказать, у нас самолёт через шесть часов.

– Сашка, блин! – выкрикиваю я, но она уже целует меня и отбивает звонок. – Пф-ф-ф, – громко выдыхаю и осматриваю свою небольшую гостиную.

Уютно, ёлочка мигает огоньками, пахнет мандаринами. В холодильнике шампанское и фрукты.

Эх, Соня, вот была бы ты замужем, и не нужно было бы придумывать ничего. А так собирай свои манатки и вали к детям.

Так, сколько там ехать к Сашке с Пашкой? Часа за два доеду. Но в магазин нужно заскочить. Без подарков к детям не поедешь.

Да и нужно достать те подарки, что я под ёлку готовила им.

Пока собираюсь, пытаюсь убедить себя, что я же могу справиться с целой танцевальной группой, а тут всего-навсего мои племянники.

Они у меня самые лучшие. Ну если не считать, что они устроили себе отдых в палатке с костром посреди моей квартиры, решили помочь со стиркой. А когда им не понравился цвет обоев в моей прихожей, они их просто покрасили из баллончиков. Где они их взяли, до сих пор тайна, покрытая мраком.

А так они у нас просто ангелочки.

Собираю вещей по минимуму, но, подумав, всё же решаю, что нужно положить ещё по комплекту всего.

Всё спускаю в машину и выезжаю. В магазине на удивление почти пусто, хотя завтра уже тридцать первое декабря, но мне это только на руку.

Быстро докупив, что мне ещё нужно, выезжаю в сторону загородного посёлка Сашки и Пашки.

Музыка играет, снежок идёт, и даже как-то спокойнее становится.

Новый год – время чудес. Подпеваю знаменитый хит по радио и даже не сразу понимаю, что на меня кто-то мчится. Или что-то.

– Мама дорогая, – взвизгиваю я, когда понимаю, что автомобиль, что мчится по встречке, заносит.

Дёргаю рулём, хотя прекрасно помню, что так делать нельзя. Машину ведёт, и меня начинает разворачивать.

Будто в замедленной съёмке вижу перед капотом своей машины огромный чёрный джип, который разворачивает так же, как и меня.

Пытаюсь дышать, но сил хватает лишь на то, чтобы не выпустить руль из рук. Останавливаюсь метрах в двадцати от места разворота, и джип тоже.

Холодный свет фар слепит, но вот в груди разгорается пожар.

Замечаю мужскую фигуру, приближающуюся ко мне быстрым шагом. Мужчина подходит к окну и стучит в него костяшками пальцев.

Делаю глубокий вдох и опускаю стекло.

– Слушаю…

– Ты что, совсем не видишь, куда прёшь? – рявкает он мне в лицо. – А если бы я не среагировал? Ты бы где оказалась?

– Вы не среагировали? – спрашиваю я шокировано. – А ничего, что это Вы неслись по встречке.

– Я ехал по своей полосе! – со злостью отвечает мужчина.

На глаза у него надвинут капюшон куртки с длинным ворсом, но вот его запах… Хороший, дорогой парфюм. Даже жаль, что такой хам так вкусно пахнет.

– Вы неслись по встречке, – говорю уже твёрдо, взяв себя в руки окончательно. – И у меня всё записано на регистратор. И если Вы сейчас не сбавите тон, то я отправлю это видео в ГАИ, пусть они разбираются. А то накупят прав, а ездить не умеют.

– Ты что, совсем обалдела, девочка? – мужчина даже отшатывается от машины, чем я и пользуюсь, быстро закрывая окно, и выкрикиваю:

– Несчастливого Вам Нового года, хам!

Даю по газам и, резко развернувшись, стартую в сторону посёлка сестры.

Как я машину удержала, и как у меня вышло никуда больше не въехать, не представляю. Но папа часто говорит, что в стрессовых ситуациях я действую намного осознаннее и с холодной головой.

В зеркало заднего вида замечаю, как в мою сторону бросают то ли снежок, то ли что потяжелее, не разобрать. А я от души тычу язык в ответ.

Блин, знала бы я, какой сюрприз готовит мне Новый год, не была бы такой радостной.

Глава 2

– Ну сколько можно ждать тебя, Сонь? – Сашка выскакивает из ворот их двора, будто на улице меня караулила. – Мы так опоздаем.

– Ты бы ещё позже сказала мне, дорогая сестра, и цены бы тебе не было, – вздыхаю я, вываливаясь из машины.

Я ещё под впечатление от встречи с хамом на дороге, а тут уже наезды.

– Пашка предлагал просто привезти тебе детей, но я решила, что здесь будет безопаснее, – Соня быстро говорит и тащит меня в дом.

– Сашка! – кричит Паша нам в спину, а я наматываю на ус, что зять у меня не такой и хороший.

– А для кого безопаснее будет? – спрашиваю у Сашки, пока мы заходим в дом.

– Окружающим, Соня, – отвечает сестра и тут же замирает.

На весь дом разносится визг и топот ножек.

– Соня приехала! – кричат Рита и Ромка в один голос и несутся на нас.

– Дети, пока! Соня с вами. Мама с папой вас любят! – Сашка выскакивает за дверь, будто это не её дети бегут к нам, а стая голодных волков.

Разворачиваюсь и только успеваю поймать двоих сорванцов.

– Соня, а ты с нами на все каникулы? – Ритуля заглядывает мне в глаза, прижимаясь к ноге.

– Или ты только пока бабушка с дедушкой не вернутся? – Ромка сразу догоняет с вопросом.

– Я пока не знаю, – отвечаю пленникам и приседаю возле них. – Но я очень хочу с вами договориться. Давайте вы не будете баловаться, а я обещаю, что Дед Мороз принесёт вам намного больше подарков, чем вы хотели.

– Конечно, не будем, – уверенно отвечает Ромка. – Когда мы баловались, тёть Сонь?

И столько честности в глазках наших сокровищ, что верю им, хоть и вопит моё второе «я», что это только на пару часов.

– А ты нам подарки привезла? – Ритуся прижимается ко мне и чмокает в щеку.

– Привезла, – киваю я. – Вы идёте в гостиную и ждёте меня у ёлки, а я – за подарками в машину. Да и загоню её во двор заодно.

Дети дружно кивают и уходят в гостиную. Стою несколько секунд, прислушиваясь к звукам в доме. Вроде всё спокойно.

Делаю глубокий вдох-выдох и быстро выскакиваю из дома. К воротам бегу, хорошо, что Сашка не закрывала их. Прыгаю в машину и загоняю её во двор.

Хватаю только то, что может испортиться на холоде, ну и подарки заодно, и также быстро бегу в дом.

Поднимаюсь на крыльцо и резко останавливаюсь. У Сашки с Пашкой соседей не было. Дома построены, но они продаются давно, а тут в доме, что за домом сестры, горит свет, причём на двух этажах сразу.

– Интересно, – хмурюсь я.

Мне бы было спокойнее, если бы здесь никого не было. Ну зачем нам проблемы? Да и тем более дети любят гулять везде.

Вхожу в дом, быстро раздеваюсь и иду в гостиную. Рома с Ритой сидят на диване, сложили ручки на коленках и смотрят в мою сторону самыми честными глазками.

– Вы ничего не делали? – спрашиваю я, держа в руках два пакета из детского мира.

– Нет, – в один голос отвечают дети и мотают головами.

– Ну тогда подарки ваши, – улыбаюсь им и достаю коробки.

Визг и восторг разносятся на весь дом. И да, я прекрасно знаю, что у Риты и Ромы игрушек столько, что хоть свой магазин открывай, но они каждый раз так радуются всем этим новым коробочкам, что их восторг стоит намного больше, чем эти игрушки.

Вечер идёт отлично, тем более всего пару часов у нас остаётся до сна. Вы пьём какао с зефирками и смотрим мультик.

Дебильный, да простят меня современные мультипликаторы. Но мне часто кажется, что они под чем-то рисуют мультики. Это же нужно придумать медведя с головой больше туловища и ртом на щеке.

Но детям нравится, и мне спокойно.

А вот когда мы уходим спать, и я уже дочитываю им сказку, Рома с самым серьёзным видом спрашивает у меня:

– Соня. – Ах да, я привыкла, что дети меня называют по-разному: и тётей, и просто Соней. – А когда у тебя будут дети?

– Эм… – моя программа явно даёт сбой. Но нужно что-то отвечать. Соображай, Соня. – Чтобы были дети, у меня должен быть муж.

– А почему у тебя нет мужа? – теперь Рита спрашивает.

– Не нашёлся пока, – ну а что, так и есть.

– А давай мы тебе мужа найдём, – бодро заявляет Рома и вскакивает с кровати.

– Не надо! – вскрикиваю я так, что даже дети подпрыгивают на месте. – Точнее, давайте я сама найду себе мужа, а потом мы уж как-то сами разберёмся с детьми.

– Мама говорит, что пока ты выйдешь замуж, рак свистнет, – грустно отвечает Рита, а я воздухом давлюсь.

Нормально так они обсуждают меня!

– Я, конечно, не знаю, как раки свистят. Нам в садике рассказывали, что они живут под водой, – продолжает умно Рита. – Ну а если он и правда свистнет, а ты не успеешь замуж выйти?

«Я убью тебя, Сашка!» – злюсь про себя, но детям улыбаюсь.

– Это такая пословица. И ваша мама преувеличивает.

– Ну давай хотя бы у Деда Мороза попросим, чтобы он тебе мужа подарил, – предлагает с надеждой Рома.

Вот вроде они и современные дети у нас, но в чудо верят безоговорочно.

– Маленькие мои, Дед Мороз приходит только к деткам, – притягиваю к себе Ромочку и целую в лобик. – А я уже взрослая тётя. Ко мне приходит… – блин, ну как детям сказать, кто ко мне приходит. – Почтальон ко мне приходит. Да.

– Нет, почтальон нам не подходит, – уверенно произносит Рита.

– Давайте вы поспите, а утром уже что-то придумаем. Ну или Дед Мороз сам придёт и всё расскажет вам, – предлагаю я в надежде, что дети согласятся.

И – о чудо! – дети соглашаются и, переглянувшись, разбегаются по комнатам.

Хочу позвонить сестре и высказать ей всё, но вспоминаю, что они уже, вероятно, в самолёте. Но я ей всё равно выскажу. Коза такая.

Через час проверяю комнату детей и, довольная, что они спят, бегу в машину за оставшимися продуктами и сумками.

Переношу всё в дом, раскладываю в гостевой и, приняв душ, укладываюсь в кровать. Плюшевая зелёная пижама с ёлочками греет меня, и, попросив у Бога помощи, чтобы дети и правда вели себя хорошо все каникулы, засыпаю.

И снится мне сон. Мчу я по дороге, а за мной гонится огромный чёрный джип. Я даже вижу лицо мужчины, который за рулём в том джипе, и как он страшно улыбается мне, обещая догнать.

Открываю глаза и понимаю, что за окном слишком светло, а в доме слишком громко и явно лишние голоса.

– Ну и где ваша каратистка? – басит мужской голос, заставляя меня вскочить с кровати и выбежать в коридор.

В прихожей стоит мужчина лет тридцати, высокий, симпатичный, даже очень, подтянутый, в домашнем сером костюме и жилетке. Но вот его взгляд…

– Что здесь происходит? – спрашиваю я шокировано, понимая, что он держит моих деток за шиворот курточек. – Вы где были?

– На улице, – спокойно отвечает Рита.

– Деда Мороза искали, – вздыхает Рома. – А нашли вот этого, – и тычет пальцем в мужчину.

– Никакого воспитания! Ваши дети испортили мне машину, – голос звенит от напряжения, а я пытаюсь связать всё воедино.

– Он не Дед Мороз, Соня, – уверенно отвечает Рита, складывая руки и надуваясь. – Он нам не подходит.

– О боже, – вздыхаю я тяжело и прикрываю глаза рукой.

А я так надеялась, что всё будет хорошо.

Глава 3

– А Вы, собственно, кто такой? – лучшая защита моих племяшиков – нападение. Значит, нападаем. – И детей отпустите.

– Я живу по соседству, – кивает этот уже и не такой красивый мужчина. – А Ваши дети пробрались ко мне во двор.

– Мы просто гуляли, – уверенно говорит Рома, складывая руки на груди, как и Рита. – И мы совершенно случайно въехали в его машину.

– Въехали? – мой голос становится похож на писк.

– Да, на лопате, – добавляет высокомерно сосед.

– Я не с Вами разговариваю, – отмахиваюсь от соседа. – И вообще, с мужчиной, который даже не может нормально представиться, не общаюсь.

– Дамочка, – сосед отпускает детей и делает шаг в мою сторону, но замирает. – Ну это же вы здесь каратистка.

– Каратистка? – снова пищу я. Да что такое с моим голосом сегодня?

– Ну да, – кивает Рома. – Ты же занимаешься с детьми.

– Да, Ром, – снова хочется прикрыть глаза, но, заметив ехидную улыбку у соседа на губах и его скользящий по мне взгляд, решила не отставать от племянников. – Да. Но это дети, а это, – совсем невоспитанно тыкаю пальцем в соседа и присаживаюсь перед детьми, – совсем невоспитанный сосед. Так что ему я точно могу продемонстрировать только указатель пути.

Поднимаю голову на всё так же стоящего мужчину, и желание стереть с его лица наглую ухмылку возрастает во сто крат.

– А у нас нет указателя, – удивлённо замечает Рита, но быстро что-то вспоминает. – Ой, а если я его нарисую?

Почему-то в моей голове рисунок сразу представился совсем не детский, отчего еле успела сдержать смешок. А вот удивление на лице соседа принесло удовольствие.

– Ритуля, мы с тобой потом порисуем, а пока идите в гостиную, а я решу с этим невоспитанным дядей вопрос с его машиной, – понимаю, что все остальные разборки лучше проводить наедине.

Дети убегают, а мы замираем друг напротив друга. Смотрю на соседа и даже не сразу понимаю, что вдыхаю слишком знакомый аромат парфюма. Где-то я такой уже…

– Это были Вы! – вскрикиваю я, но, быстро взяв себя в руки, понимаю, что уже злюсь. – Значит так, не знаю, как Вас зовут…

– Святослав, – перебивает меня наглец.

– Не перебивайте, Святослав, – и снова тычу в него пальцем. – Царапина Вам за Ваше хамское поведение на дороге, ясно?

– Что? – Святослав отшатывается сначала, но, вероятно, его память сразу возвращает его на место. – Какая прелесть. Ты меня преследуешь?

– Больно надо! – ещё сильнее злюсь. – Это Вы здесь дом купили. Так что будьте добры, соблюдайте все правила приличия и не врывайтесь в дом к соседям. А теперь, – обхожу его, стараясь не дотронутся, и открываю входную дверь. – попрошу на выход, и калитку за собой закройте.

– Слушай сюда, каратистка, – Святослав разворачивается ко мне лицом, нависая сверху.

– София, будьте добры. На выход, – перебиваю его.

– Чтобы я вас не видел на своей территории, – со злостью отвечает он и выходит за дверь.

Закрываю дверь и только сейчас выдыхаю. Ну что же это? Суток не прошло ещё. Иду к детям, а они уже разделись и сидят, ждут меня. Глазки невинные, улыбки на губах.

– Дети, ну мы же договаривались, – стону я.

– Мы ничего не делали, Сонь, – уверенно отвечает Рита и подбегает ко мне.

– Ты спала, и мы не стали будить тебя, – добавляет Рома. – А на заднем дворе есть проход в кустах, мы всегда там ходим.

– Мы хотели большой рисунок нарисовать Деду Морозу, чтобы он точно увидел, когда будет пролетать над нами на санях, – улыбается виновато Рита.

– Дед Мороз едет на санях, а не летает, у нас не Санта-Клаус, – прикрываю глаза. Но тут меня осеняет: – Какой рисунок?

Смотрю во все глаза на детей и понимаю, что у меня уже ноги дрожат.

– Большой, – уверенно говорит Рома. – У папы в гараже были краски, мы и взяли их.

– А где вы рисовали? – и снова мой голос срывается на позорный писк.

– На стене, – в один голос отвечают дети.

Господи, пусть это будет наша стена. Ведь можно же услышать моё такое маленькое желание?

Но звонок в домофон отрезвляет и возвращает меня в реальность.

Подхожу к экрану домофона и смотрю на злого соседа, который держит в руках две банки с красками и смотрит прямо в камеру.

Нет, Дед Мороз меня точно не любит в этом году. Но я же была хорошей девочкой. Маму и папу не расстраивала, детей учила, старикам помогала. Почему нельзя мне спокойствия?

– Сонь, а мы кушать хотим, – Рома и Рита выглядывают из гостиной, а я пытаюсь собрать в кучу свои мысли, которые в панике разбегаются и не хотят собираться в правильном порядке.

А ещё один звонок в домофон говорит, что всё-таки зря я соседу нагрубила.

– Ну перед смертью не надышишься, так мама говорит, – шепчу я и достаю свою куртку.

– Сонь, а ты куда? – спрашивает Рома.

– За красками, дети, – отвечаю я. – Вы же их забыли?

– Забыли, – кивают он.

– Ну вот, а их принесли, – добавляю и, надевая сапоги, выхожу на улицу.

Иду к калитке и пытаюсь унять дрожь внутри. Толкаю дверь со всей силы, и глухой удар, а потом отборный мат, подсказывают мне, что что-то снова пошло не так.

Глава 4

***

– Слушай, Свят, ну завязывай уже дуться? – слушаю голос брата на громкой, а сам смотрю, что у меня есть в холодильнике.

Дом я этот купил совсем недавно, давно хотел что-то отдалённое от города, для отдыха. И как раз вовремя подвернулся шикарный вариант.

Но, мать вашу, меня никто не предупреждал, что здесь шумные соседи.

– Сав, ты мне скажи, для чего ты позвонил? – спрашиваю у брата, не выдерживая его нытья. – Ты женатый человек, у тебя сын только родился. Вот и иди к жене. Готовься к Новому году.

– Свят, ну родители же приедут, – стонет Савелий. – Они мозг мне ложкой съедят, почему ты не приехал.

– Ты им так и скажи, что ваш старший сын послал всех. И встречать Новый год будет один, как и привык, – отвечаю с сарказмом.

– Свят, они же как лучше хотят, – снова заводит песню мой младший брат.

– Слушай, целуй Миру от меня. Потискай племяша, а я пошёл готовить себе мясо и ждать доставку, – отключаю вызов, недослушав новые аргументы брата.

Устал. Достало всё. Хочу спокойствия, и чтобы меня никто не трогал. Мать задалась целью срочно женить меня, а я не готов.

Нет той девушки ещё, ради которой я готов буду пожертвовать своим спокойствием.

Прикрываю глаза, чтобы перевести дух, а перед глазами сонная соседка в смешной безразмерной пижаме, с взъерошенными волосами и с огромными глазищами.

– Каратистка, блин, – смеюсь я и бросаю взгляд в окно на задний двор. – А это что такое?

Выскакиваю на улицу через заднюю дверь и обалдеваю. Половина моей стены разрисована красной и синей краской. На снегу валяются огромные кисточки, а банки так и остались не закрыты.

Закрываю глаза и пытаюсь успокоиться, но выходит плохо. Я терпеть не могу беспорядок. Я не могу себя успокоить, когда что-то не на своих местах, а здесь – стена! И она явно не в изначальном виде.

А ведь я только успокоился, решив даже простить хамство соседки на дороге. Я же потом вернулся на то место, где подумал тогда, что она мчит мне навстречу, и понял, что там огромный занос, что и сбил меня.

Хватаю эти банки с кисточками и иду снова к соседям.

Ну что, я многого прошу? Хотелось просто отдохнуть от всех. В тишине!

Дверь закрыта, приходится жать в кнопку домофона. Пока успокаиваю себя, даже не успеваю понять, что эта фурия уже выскочила.

Дверь открывается со всей силы, снося меня в сугроб, а обе банки с краской падают на меня сверху.

– Да что же это такое?! – выкрикиваю я, скидывая с себя разноцветные ёмкости.

– Мамочки, простите, – пищит Соня и дёргается ко мне.

Но снова что-то идёт не так, и она, поскользнувшись, заваливается на меня сверху, да ещё и коленями чётко попадает туда, откуда берутся те самые дети, что устроили дебош мне с самого утра.

– Ау-у-у, – взвываю я.

– А-а-а, я вся грязная, – пищит Соня, пытаясь слезть с меня. – Да что же Вам дома не сидится? Ну что Вы ходите к нам?

– Да ты… – пытаюсь говорить зло, но выходит позорно-пискляво.

Соня скатывается с меня, стараясь встать. И мне бы тоже подняться, но звёзды в глазах не хотят улетать назад, а боль между ног пульсирует достаточно сильно.

– Ой, – вероятно, эта каратистка замечает, что со мной. – Ну что Вы, в самом деле. Я не туда попала.

Мне так хочется посмотреть, куда она указывает, и что в её понимании «не туда», но глаза пока не могут сфокусироваться.

Усаживаюсь на снег, смотрю на руки в краске, на Соню, что такая же, и даже волосы испачканы, и хочется смеяться от абсурдности ситуации.

– Ладно, – вздыхает Соня, склоняя голову набок. – Я оплачу Вам химчистку.

– София, Вы сейчас серьёзно? – смотрю на неё внимательно. – Какая химчистка? У меня вся стена на доме изрисована каракулями.

– Это просто дети, они играли, – она разводит руками и говорит так, будто ничего не произошло.

– Значит, так, горе-спортсменка со своими детьми, – поднимаюсь на ноги и стараюсь стоять ровно. Меня почему-то злит её такое отношение. – Ещё раз увижу твоих просто детей на моей территории, пеняй на себя.

– А Вы мне не тыкайте, хам! – Соня подходит ближе и, задрав своё смазливое личико, смотрит слишком грозно, что даже смешно.

Что со мной происходит? Я ведь никогда не страдал перепадами настроения.

– Я предупредил, – отвечаю уже спокойнее и иду домой.

Вещи сбрасываю на крыльце. В дом вхожу в одних боксерах. Да, такого со мной ещё не было ни разу.

Иду в ванную и пытаюсь отмыть всё это разноцветное безобразие. Знать бы ещё, чем оно смывается. Не знаю, сколько времени проходит, но получаю результат только наполовину. Но самое интересное, что перед глазами так и стоит эта наглая соседка с её огромными глазами.

Выхожу из ванной весь красный, с пекущей кожей. Нахожу мобильный на столе на кухне и сразу набираю своему начбезу.

– С наступающим, Грач, – здороваюсь, понимая, что достал мужика.

– И тебе того же, Свят, – слышу улыбку в голосе друга. – И что тебе нужно? Ты же говорил, чтобы не смели тебя беспокоить до Рождества.

– А пробей-ка мне моих новых соседей, – прошу я. – Адрес ты знаешь. Но, если быть точнее, мне нужна именно тётя детей.