Расследование в Чикаго

Глава 5

– Эдит, наконец-то ты вернулась! Я и правда не знаю, куда идти… – начала Лейла, всхлипывая.

– Ну-ну, всё в порядке, – подбежала я к ней и заботливо обняла её за плечи. – Что такое? Пойдём в дом, и ты всё расскажешь.

Я втаскиваю Лейлу в дом вместе с чемоданом. Она усаживается в гостиной, а я наливаю ей чашку чая.

– Прости, что явилась сюда с чемоданом без приглашения. Я веду себя бесцеремонно, правда? Я…

Лейла, кажется, вот-вот расплачется, и я быстро перебиваю её, успокаивая.

– Вовсе нет! Тебе здесь всегда рады, Лейла, – подсела я рядом. – Но что произошло?

– Мой начальник уехал из города вчера вечером, и я не знаю, где его искать, – начала она шмыгать носом. – Но он должен мне зарплату за три месяца… А хозяйка как-то узнала, что банк этот закрылся. Она сказала, что я ей задолжала за два месяца аренды, и выставила меня вон. Теперь я без гроша в кармане, и родных у меня тоже нет…

– Не волнуйся, Лейла, – положила я ей руку на плечо, – ты можешь пока остаться у меня. Тут есть свободная комната, да и вместе веселее!

– Но при нынешнем экономическом кризисе я могу нескоро найти работу, чтобы платить за комнату… – скрестила Лейла пальцы.

– Тогда ты всё своё свободное время можешь использовать для написания романа! Разве ты не мечтала написать мистический роман? Когда ты прославишься, я буду гордиться тем, что ты написала его в моём доме, – подбодрила я её.

Лейла опускает голову, и на её крепко сжатые кулаки падает несколько слезинок.

– Эдит, ты слишком добра. Давно никто не был так добр ко мне.

– Ты, наверное, устала, пока таскала свой чемодан по всему Чикаго, – догадалась я. – Отдохни немного. Всё остальное мы сможем обсудить завтра, когда я вернусь после работы.

– Хорошо, я подожду, пока ты освободишься. Постой! Эдит, ты нашла работу?

Лейла смотрит на меня одновременно с завистью и восторгом. Я помогаю ей тащить чемодан в комнату Клаудии.

– Это простое совпадение. Оказалось, что мистеру Холмсу нужна помощь в надстройке дополнительного этажа его отеля… – объяснила я, – Он нанял меня из-за Клаудии. Экономика переживает ужасный спад. Если бы не связи Клаудии, я бы точно не смогла найти работу.

– Не стоит щадить мои чувства, Эдит. Я тобой восхищаюсь! Это лучшая новость, которую я слышала за день! – воскликнула она, вытерев слёзы. – Тебе лучше поспать! Завтра твой первый рабочий день, и тебе нужно быть бодрой и готовой к новым свершениям!

Пожелав Лейле спокойной ночи, я закрываю дверь спальни, сажусь на кровать и открываю подарочную коробку, которую Клаудия передала мне через Холмса.

Внутри лежат письмо и футляр с губной помадой с привязанной к нему запиской.

Письмо странное. Оно настолько простое, что даже кажется грубоватым. Клаудия ни когда так не пишет. Но, возможно, она так плохо себя чувствовала или просто так торопилась, что у неё не было времени и сил на тщательно продуманное письмо.

Отложив письмо, я беру помаду, чтобы рассмотреть детальнее.

На серебристом корпусе помады много царапин. Он явно не новый, и на нём даже видны следы какой-то зелёной краски. Вокруг помады обёрнут листок желтоватой бумаги.

– Надеюсь, ты нанесёшь эту помаду, когда отправишься наслаждаться городом без меня, – прочитала я вслух записку.

Когда я перечитываю письмо и записку, меня не покидает странное чувство. Слог здесь сильно отличается от знакомой мне речи Клаудии. Почерк тоже выглядит крайне необычно.

– Может быть, Клаудия сильно изменилась, пока жила в Чикаго? – попыталась я оправдать её странный стиль письма. – В конце концов, мы не виделись больше года.

В любом случае завтра мой первый рабочий день. Я перестаю тревожиться и сосредотачиваюсь на радостях своей новой жизни.

– Знаю! Напишу письмо домой и спрошу о Клаудии. Отправлю его завтра утром перед работой.

В предвкушении я мгновенно засыпаю.

– Эдит, пора вставать! – вдруг раздался знакомый голос, – Можно войти?

– Конечно, заходи! – протираю я глаза.

Лейла открывает дверь, неся поднос с едой, и гордо ставит его передо мной.

На подносе стоят подгоревшие бутерброды с ветчиной и яйцом. Ещё есть гранола2 с апельсиновым соком и кубиком холодца…

– Я не очень умею готовить американскую еду, но это мои фирменные блюда. Поешь! У тебя впереди долгий рабочий день!

Когда я вижу сияющие глаза Лейлы, то не могу ей отказать.

– Мм… очень вкусно! Большое тебе спасибо, что встала так рано и приготовила для меня завтрак.

Я проглатываю первый кусок с натянутой улыбкой. Это, несомненно, худшее, что я ела в своей жизни.

– Итак, что ты собираешься сегодня надеть? О, вот чудесное платье, и это тоже отлично подойдёт… Эдит, вся твоя одежда так прелестна!

Я изо всех сил стараюсь доесть свой завтрак, приготовленный для меня Лейлой, пока она роется в моём шкафу.

Она так взволнована, словно это её первый рабочий день.

Хотя я обычно считаю это вторжением в своё личное пространство, сейчас я совсем не против. К тому же, это даст мне возможность переложить еду так, чтобы казалось, что я всё съела.

– Уф, наелась! Спасибо, Лейла, было невероятно вкусно! Я очень благодарна!

– Эдит, не стоит благодарности. Ты разрешаешь мне пожить у тебя. Это самое малое, что я могу для тебя сделать. Что ж, давай оденем тебя, как настоящего профессионала! – наконец определилась она с нарядом, гордо вытащив платье из шкафа.

На выходе из дома, попрощавшись с Лейлой, я пошла в сторону отеля Холмса, неся сумку с геодезическими инструментами и письмом, которое хочу отправить домой Клаудии.

– 63-я Западная улица, дом 661… – повторяла я адрес. – Это на запад отсюда…

– Да вы только посмотрите! Кто это?! Неужели я действительно вижу Эдит? Похоже, день задался с самого утра! – радостно поприветствовал меня Джошуа.

– Джошуа! Ну и совпадение! Доброе утро!

Джошуа машет рукой и улыбается. Он отвозит в сторону свою тележку, которую толкает, и вытирает руки, прежде чем подойти ко мне.

– Отлично выглядишь, Эдит! Куда направляешься?

– Помнишь мою встречу с мистером Холмсом вчера вечером? – начала я свой рассказ. – Он нанял меня для надстройки четвёртого этажа в его отеле!

– Потрясающая новость! Так сегодня твой первый день?

– Да, – смутилась я. – Я только отправлю сначала это письмо Клаудии, а потом пойду в отель.

– Из-за предстоящей Всемирной выставки почта в последнее время работает медленно, – вздохнул Джошуа. – Письмо, которое раньше шло неделю, теперь идёт больше месяца.

– Ну, это вполне объяснимо. Всемирная выставка – большое событие. Естественно, она на многое влияет.

– Отсюда далеко до почты. Я мог бы отправить письмо за тебя, чтобы ты не беспокоилась в свой первый рабочий день.

– Я была бы очень тебе признательна! Прости, что постоянно обременяю тебя.

– Пустяки, Эдит. Мой дом на севере. Я отправлю письмо по дороге домой, – отозвался он.

Джошуа берёт письмо и аккуратно кладёт его в карман пиджака.

– Приходи в гости, когда у тебя будет время! – сказала я, с улыбкой.

– Конечно, Эдит. Я знаю, что с твоим талантом удача тебе не нужна, но я всё равно желаю тебе всего наилучшего в твой первый рабочий день!

– Спасибо, Джошуа.

– Для меня большая честь помочь тебе, Эдит.

Джошуа машет мне на прощание и, посвистывая, везёт свою тележку дальше по улице.

Его старания быть учтивым забавляют меня. Разобравшись с письмом, я могу сосредоточиться на предстоящей работе и направиться к отелю мистера Холмса.

– 63-я Западная улица, дом 661… Это здесь, – повторила я себе адрес отеля.

Я вижу весьма заурядное здание из красновато-коричневого кирпича, не отличающееся определённым стилем. Честно говоря, оно кажется мне мрачным и старомодным.

Сделав глубокий вдох, я вхожу. Когда за мной закрывается дверь, я вижу, что внутри отель ещё более мрачен и старомоден.

Холмс уже ждёт меня у стойки регистрации. Я торопливо подхожу и протягиваю ему руку.

– Доброе утро, мистер Холмс!

– Доброе утро, Эдит!

Холмс приветствует меня, но не пожимает моей руки. Вместо этого он выходит из-за стойки регистрации, подходит ко мне ближе и обнимает меня. Я оказываюсь прижатой к его широкой груди, но понимаю, что я совсем не против этого.

Когда он отпускает меня, я чувствую прохладный аромат его одеколона. Он смотрит на меня своими блестящими карими глазами очень серьёзно.

– Я очень рад, что вы будете здесь работать. Вы даже не представляете, как вы меня выручаете.

Я знаю, что нужно сказать, какая для меня честь работать на него, но я так волнуюсь, что не могу проронить ни слова.

Мы с Холмсом продолжаем смотреть друг другу в глаза. Кажется, мной овладевает какая-то потусторонняя сила, и я не могу отвести взгляд.

Звук колокольчика внезапно прерывает это странное напряжение между нами.

– Доброе утро, дорогуша. Какой сегодня хороший день… – послышался голос за спиной.

К отелю на велосипеде, мило улыбаясь, подъезжает светловолосая женщина, звонившая в колокольчик. Её весёлый смех тут же развеивает мрачную атмосферу отеля.

– Вы Эдит, верно? Я Эмелин, администратор отеля. Генри сказал мне вчера, что вы приедете. Я всю ночь с нетерпением ждала встречи с вами!

Произнося это, Эмелин прижимается к Холмсу и обращается к нему по имени. Я сразу же понимаю, какие у них отношения.

– Да, я Эдит, и я буду работать над четвёртым этажом отеля мистера Холмса. Приятно познакомиться, Эмелин, – приветливо улыбнулась я.

– Что ж, если вам понадобится помощь, просто спросите меня. Нам, красоткам с Юга, нужно держаться вместе, – подмигнула она мне. – Не стесняйтесь, дорогуша.

Эмелин приветливо улыбается мне. Слыша от неё знакомый южный акцент, я сразу проникаюсь к ней теплотой и искренне благодарю её.

– Мисс Эдит, позвольте мне проводить вас в ваш кабинет наверху, – прервал нас мистер Холмс.

Его тон и поведение снова стали формальным в присутствии Эмелин, подтверждая мои догадки об их отношениях.

«Ты здесь для работы, Эдит, а не для раздумий обо всякой ерунде» – напомнила я себе. – «Мистер Холмс – твой начальник, и точка. Не говоря уже о том, что у него есть возлюбленная».

Решив сосредоточиться на работе, я следую за Холмсом по скрипучей лестнице на третий этаж отеля.

– Прежде всего, мне стоит извиниться перед вами, мисс Эдит, – внезапно остановился он, – поскольку я нанял вас так поспешно, у меня не было возможности обустроить ваш новый кабинет. Я временно переоборудовал для вас комнату для гостей, но она не совсем удобна. Прошу вас отнестись с пониманием.

– Всё в порядке, мистер Холмс. Я могу выполнять свою работу независимо от того, где нахожусь, – смущённо опустила я взгляд.

Холмс останавливается посреди коридора и толкает дверь.

– Ваш новый кабинет, мисс Эдит. Знаю, он слишком прост для юной леди, и я искренне прошу за это прощения.

Я вхожу, неся сумку с геодезическими инструментами. В тускло освещённой комнате нет ничего, кроме стола и стула. Обстановка немного унылая.

Хотя обстановка этой комнаты немного хуже той, к которой я привыкла, я вспоминаю, как Клаудия всегда говорила: «Для успеха комфорт не важен».

– Лучше и не придумаешь, мистер Холмс! – захлопала я в ладоши. – Уверена, что смогу здесь плодотворно работать.

Я искренне улыбаюсь Холмсу, думая о том, как скоро смогу начать архитектурную практику.

– Эдит, знаете ли вы, почему я так быстро принял решение нанять вас? Я вижу вас себя в юности. Эдит… Вы действительно особенная.

Он снова пристально смотрит на меня. Смутившись, я меняю тему.

– Мистер Холмс, мне нужно измерить стены в коридоре третьего этажа. Вы пока можете заняться своими делами.

– Я должен сопровождать вас во время измерений, Эдит. Я также прошу вас не ходить тут одной. Люди, проектировавшие это здание до вас, построили его по подобию лабиринта. Я не хочу, чтобы вы заблудились, – отшутился он.

– Понимаю, мистер Холмс, – ответила я, – я не пойду без вас.

– Отлично, Эдит. Вы просто умница, – он держит дверь кабинета, приглашая меня выйти первой.

«Неужели в его двусмысленных словах я уловила флирт? Может быть, я вижу то, чего нет…» – колеблюсь я, но подхожу к двери.

Когда я прохожу мимо Холмса, он кладёт мне руку на талию и притягивает к себе.

– Вы очень особенная девушка, Эдит… – шепчет он мне на ухо.

– Мистер Холмс! – инстинктивно делаю я шаг назад.

Я отталкиваю его и смотрю на него в недоумении. Во мне начинает подниматься гнев.

– Мистер Холмс, вам не следовало этого делать! – ужаснулась я.

– Это было бестактно с моей стороны, Эдит. Простите. Но в вас есть что-то такое… Что-то… притягательное. Простите меня.

– Мистер Холмс, это не только несправедливо по отношению к Эмелин, но и совершенно неуместно! – нахмурилась я. – Если я буду продолжать работать у вас, мне придётся настоять на том, чтобы вы больше не делали таких вещей.

Я намеренно говорю с Холмсом жёстко, чтобы убить любые возможные чувства.

Когда Холмс оборачивается и смотрит на меня, в его глазах мелькает коварный блеск. Но мгновение спустя его лицо снова становится спокойным.

«В этой комнате темно … Может, я неправильно поняла увиденное?» – попыталась успокоить себя я.

Снова извинившись, Холмс вежливым жестом приглашает меня выйти в коридор.

– Мистер Холмс, надеюсь, на этом ваши неуместные ухаживания закончатся, – нахмурила я брови, проходя мимо него.

– Пройдёмте, мисс Эдит, – перевёл он тему, перейдя на формальности.

Повернувшись спиной к Холмсу, я достаю из сумки измерительные инструменты и готовлюсь приступить к работе. Однако Холмс просто стоит в стороне и наблюдает за мной. Наконец я решаю поговорить с ним прямо.

– Мистер Холмс, вы наняли меня для работы, и именно это я и собираюсь делать. Я не буду разгуливать по отелю, можете быть уверены. Надеюсь, мы сможем сохранить профессиональные и дружеские отношения, и между нами больше не возникнет никаких дальнейших недопониманий.

– Конечно, конечно. Как скажете, мисс Эдит, – кивает мне Холмс и уходит.

Когда занимаешься любимым делом, время летит незаметно.

К концу дня у меня сложилась картина общей структуры отеля. На более детальные замеры потребуется ещё некоторое время.

Когда я с сумкой спускаюсь, время уже довольно позднее. Попрощавшись с Холмсом, я собираюсь отправиться домой.

– Закончили на сегодня, Эдит? Как прошёл ваш первый день? – поинтересовалась Эмелин.

– У меня уже появилась пара идей для четвёртого этажа. И думаю, скоро мы сможем перейти к этапу строительства.

– Замечательно, мисс Эдит. Я знал, что с вашим профессионализмом проблем не возникнет, – решил подойти к нам мистер Холмс.

– Спасибо, мистер Холмс. Увидимся завтра.

Я разворачиваюсь и, прижимая свою сумку к груди, поспешно ухожу.

– До завтра, дорогуша! – донёсся до меня женский голос.

– До завтра, мисс Эдит!

Верный своему слову, Холмс не предпринимает никаких дальнейших заигрываний. Через несколько дней мне становится вполне комфортно работать в отеле Холмса.

Вскоре Холмс начинает искать строительную бригаду, чтобы по кирпичику воплотить моё видение нового четвёртого этажа в реальность.

Несмотря на плотный график, мне наконец удаётся выкроить выходной, чтобы вместе с Лейлой погулять по Чикаго.

– Давай, Эдит, попробуй моё новое творение! Это пирог с шоколадом, клубникой и бараниной! – протягивает мне Лейла ещё горячий пирог.

– Лейла, он выглядит…

При взгляде на тарелку с коричнево-красным пирогом, что ставит Лейла на стол, я теряю ход мыслей и аппетит.

– На днях я писала рассказ и вдруг застряла на одном месте. Внезапно у меня разыгралось воображение, и я подумала... – начала Лейла, – если шоколадный пирог, клубничный пирог и пирог с бараниной такие вкусные, то можно приготовить в три раза вкуснее, если смешать всё в одном! Оказывается, я кулинарный гений! Давай попробуй! – пододвинула она тарелку со своим блюдом ко мне.

Лейла берёт кусок пирога и с удовольствием откусывает его. Она выжидающе смотрит на меня, широко распахнув глаза.

«Ей действительно это нравится? Видимо, правду говорят, что гении немного эксцентричны» – подумала я, глядя на неё.

Наконец я решаю, что счастье Лейлы для меня важнее моих вкусовых рецепторов.

В тот момент, когда я подношу ложку, кто-то громко и нетерпеливо стучит в дверь.

– Я открою! – быстро я отодвинула стул и пошла открывать.

Глава 6

Я открываю дверь и вижу на пороге Джошуа. В руке у него огромный бумажный пакет, и он заметно вспотел:

– Если бы ты открыла дверь секундой позже, я бы всё это выбросил, – сказал он, запыхавшись.

– Джошуа! Заходи, что у тебя в пакете? – поинтересовалась я.

– Это свежая говяжья грудинка. В нашу первую встречу ты сказала, что любишь её, и я принёс тебе немного.

Он запомнил случайно брошенную мною фразу. Я тронута. Мы вместе несём грудинку на кухню.

– О, Лейла, верно?

– Да, верно. А вы?

– Лейла, я познакомила вас в баре «Скарлет», – напомнила я.

– Меня зовут Джошуа Шульц. Рад нашей новой встрече, – поклонился Джошуа.

– Лейла недавно переехала ко мне. Теперь вы будете видеться гораздо чаще.

– Как по мне, звучит не плохо, но не думаю, что Лейла согласится со мной, – озорно он улыбается Лейле.

Губы Лейлы подёргиваются, но она ничего не отвечает.

– Джошуа, не волнуйся, я не украду у тебя Эдит.

– Не волнуйся, я не украду у тебя Эдит, – передразнил её Джошуа.

– Джошуа, хватит! – разозлилась я, но не смогла сдержать улыбку.

– Что ж, раз уж суждено стать друзьями, Джошуа, ты должен отведать кусок моего нового шоколадно-клубнично-бараньего пирога, – скрестила на груди руки Лейла, – это мой последний шедевр. Ты будешь в числе первых дегустаторов.

– Шоколадно-… клубнично-… бараний… пирог?

– Пальчики оближешь! Ты обязан его попробовать, – сказала я, приглашая всех к столу.

Я лукаво улыбаюсь, отодвигая стул, пока Джошуа усаживается. Я смотрю, как он откусывает немного, с трудом сдерживая гримасу. Мне сложно даже представить, каков он на вкус.

– Мм, вкусно. У тебя кулинарный талант, Лейла.

Я слышу в голосе Джошуа притворство и прячу лицо, пытаясь сдержать смех.

– Кстати, дамы, если у вас нет других планов на сегодня, не хотите ли вы пойти в тир? – предложил он.

– Конечно! Я давно не держала в руках оружия. Что скажешь, Лейла? – отозвалась я.

– Хм… Я никогда не пробовала, но оружие фигурирует почти в каждом мистическом романе. Если хочу писать об этом правдоподобно, мне нужно попробовать стрелять самой.

– Отлично! Тогда собираемся, – скомандовал Джошуа.

– Мы собираемся в тир! Нужно переодеться в профессиональную спортивную одежду! – обрадовалась я.

Джошуа приводит нас с Лейлой в тир в пригороде Чикаго.

– Ух ты, ветер так освежает, и воздух просто изумительный, – радостно сказала я.

– Вдали от центра неприятный запах почти не чувствуется, – сообщила Лейла.

Мы втроём стоим напротив мишени, и Джошуа снимает с пояса необычного вида тёмно-зелёный пистолет.

– Хочешь стрелять первой, Лейла? – поинтересовалась я.

– А что, если вы оба устроите соревнование по стрельбе, а тот, кто победит научит стрелять меня, – предложила Лейла, кивнув в сторону Джошуа.

– А проигравший?

– Проигравший платит за ужин, – усмехнулась она.

– Хорошо, Джошуа, можешь стрелять первым. Пять выстрелов?

– Конечно! Мне не терпится показать плоды своей практики, – отозвался мой рыжеволосый друг.

Он поднимает пистолет, вытягивает руку и целится в мишень. Мышцы на его руке напряжены и гладкие. Джошуа прицеливается и залпом выстреливает пять выстрелов, но ни один не попадает в цель.