Трактирщица

На том и разошлись. Ребята бросились выполнять свои задания с особым рвением. Всем хотелось жить хорошо, а тётя-трактирщица явно дала понять, что для этого нужно сделать.

– Как долго ты будешь растить приют? – спросила Доминика.

– Думаю, за неделю справлюсь. Принцип я поняла, работать на износ привыкла, так что дело должно пойти быстрее. Меня смущает только, что деньги практически закончились. Сто пять золотых при наших тратах уйдут очень быстро. У тебя остались средства на еду?

– Да, при экономии до следующего квартала хватит. Не беспокойся.

– Завтра отдам тебе тройку своих любимцев, начинайте готовить дерево и делать мебель. Девочек подключим к швейному делу, лина Витери пусть готовит, а её муж и сын помогают мастерить кровати и столы. Шкафы я смогла вмонтировать в дом, нужно будет только со временем приладить красивые дверцы…

– Саливан просил напомнить о своём сыне.

– Да я помню, помню, только дел много. Не до него сейчас, правда, – проворчала я. – Деньги заканчиваются, нужно открывать трактир, а практически все комнаты заняты. Нам скоро нечего будет есть, а ведь нужно ещё закупить матрасы и одеяла, ковры, свечи…

– Сделай магическое освещение, – предложила Доминика. – Я могу с ним помочь. Только сначала нужно разобраться с мебелью для воспитанников приюта.

– Да, иначе детям после переезда будет негде спать, – ответила я, сложив руки на груди. – Знаешь, что думаю? Я как-то ездила по поручению отца к оборотням, меня там приняли и даже показали, как живут. У их вожака было четырнадцать детей, а дом на пять спален. Так он с женой поселился в одной, а детей разместил в оставшихся. И у них кровати были двухэтажные, со шторками, чтобы у каждого личное пространство имелось.

– Если научить наших ребят мастерить такие кровати, – сразу же загорелась идеей Доминика, – то комнаты можно делать не очень большие.

– Да, шкафы будут встроенными, поставим им столы – каждому свой. Потолки высокие и кровати соответствующие, чтобы можно было спокойно сидеть на них. Я напишу сыну того вожака. Вернее, нынешнему главе стаи. Надеюсь, Сашар поможет. Вообще, для оборотней дети – святое, он должен пойти навстречу. Тем более что для него это несложно.

– Будем надеяться, – Каро улыбнулась. – Сложно каждый раз пешком идти до посёлка. Нужно будет со временем завести лошадей.

– Я думала над транспортом. Лошади – дорогое удовольствие, за ними ещё и уход требуется, – промямлила я совершенно неуверенно. – Да и нет пока денег, если быть откровенной.

Прямо сейчас затея с трактиром казалась глупой и рискованной. Я вложила в дело все сбережения, а доход пока не предвиделся. Из минуса бы выйти.

– Думаешь, деньги позже появятся? – осторожно поинтересовалась Доминика. – Место-то проходное? Люди будут?

– Да, я узнавала у деревенских. Осенью начинаются дожди и сильные ветры. Купцы ведут караваны по тракту, а его сильно размывает. По грязи приходится практически на брюхе ползти. Люди устают, лошади выбиваются из сил. И по пути у них всего два населённых пункта, где есть трактир или постоялые дворы. Наша деревня на правом ответвлении дороги и соседская на левом. Я помню, папа собирался купить здесь небольшой участок, построить трактир и сдать в аренду кому-нибудь из местных. Он ничего не понимал в гостеприимстве, сам заниматься бизнесом не хотел. Но раз уж лин Беринский решил, что дело прибыльное, то мне глупо в него не верить.

Я замолчала и задумалась. Не в тот ли момент отцу подвернулся огромный участок, за который он отдал целое состояние?

– Чтобы поехать направо по нашей дороге, купцы должны узнать, что здесь построили трактир. А откуда? – спросила Доминика.

– Во-первых, из газет, – начала я загибать пальцы. – Во-вторых, нужна вывеска-указатель, тогда купцы станут поворачивать к нам. В-третьих, когда всё будет готово к массовому заселению гостей, я поеду по трактирам на той дороге, перекинусь парой фраз с купцами и намекну, что еда у меня вкуснее, а постели мягче. Те на обратном пути обязательно захотят проверить, а нам останется только сделать так, чтобы как можно больше гостей захотели потом вернуться.

– Можно написать листовки, – предложила Каро. – Я сделаю детям трафареты, выдам цветные мелки. Пусть раскрашивают текст в разные цвета. Отдадим листовки на постоялые дворы столицы и в трактиры по всему тракту.

– С чего бы их хозяевам помогать конкурентам?

– С того, что просить будет вдова деревянного капитана, – Каро грустно улыбнулась. – Даже после смерти Николас помогает мне. Статус его вдовы тоже приносит пользу.

– Надо было выходить за лина Кантариуса, – хмыкнула я, желая перевести всё в шутку. – Стала бы вдовой одного из двенадцати великих инквизиторов.

– Лин Кантариус, конечно, староват, но по сей день здравствует, – напомнила Доминика, на что я рассмеялась.

– Когда папеньку друзья спрашивали, на чём играет его любимая дочурка, он с гордостью отвечал: "Моя Хельда виртуозно играет на нервах!" Гости смеялись, думая, что он шутит. Так вот, Каро, папа не шутил. Так что если бы я полтора года назад приняла предложение лина Кантариуса, сейчас была бы почтенной вдовой.

– И всё-таки у него крепкое здоровье, он по сей день скачет по королевству в поисках неучтенных ведьм.

– Ты, видимо, плохо меня знаешь, – я усмехнулась и призналась: – На самом деле, Виктор не такой уж сволочной. Он не выгнал бы меня из дома, отобрав всё, что только мог отобрать. Я почти уверена, что сейчас его мучает совесть. Но поступить иначе было бы крайне глупо с его стороны. Останься я жить в доме под его покровительством на приличное денежное содержание, я сплела бы такую паутину интриг, втянула бы несчастного в такие приключения… Он сам пришёл бы ко мне и попросил заняться делами отца. Ежедневные полунамеки от меня, постоянное напряжение в общении с партнёрами папы, чиновники, желающие откусить взятку побольше.

– А сейчас всего этого нет? – удивилась Доминика.

– Есть, конечно. И, возможно, прямо сейчас какой-нибудь старый товарищ Виктора уговаривает его на максимально прибыльное дело, куда нужно вложить все свободные деньги. Брат не привык рассчитывать риски, он поверит в то, что баснословно разбогатеет. Докажет всем, что даже без титула является преемником того самого богача Беринского, умеющего делать деньги из воздуха. Он вложится и потеряет всё. Дружок уедет куда-нибудь в Тёмную империю, но Виктор, к сожалению, знает, что свободные деньги редко бывают нужны в деле. Отец вообще предпочитал пускать в оборот все средства, оставляя лишь небольшую часть на развлечения и жизнь.

– Тогда ничего страшного не произойдёт, – пожала плечами Каро. – Он заработает ещё.

Мы уже подходили к посёлку, поэтому я поспешила закончить сеанс предсказаний.

– Так, но не совсем так. Давление усилится. Окружающие начнут постоянно напоминать о провале, любовница Виктора будет по-прежнему просить украшения и богатые платья. А они ему теперь не по карману. Любовница тогда обидится и уйдёт. Потом на заводе экипажей в Трезде случится ерундовая поломка, которую по бумагам проведут как требующую дорогого ремонта. Виктор возьмёт ссуду в банке. Отдаст деньги на ремонт, деньги, естественно, украдут. И подчинённые поймут слабину, разворуют всё, что можно украсть. Виктор снова станет рисковать, ему нечем будет платить банку. Отберут дом или дома в зависимости от глупости моего братца. Так он останется ни с чем. Максимум через пару лет.

– Мстить будешь? – в тоне Доминики мне послышалось злорадство.

– Зачем? Ему жизнь за меня отомстит. У Виктора три страсти: алкоголь, карты и развратные женщины. Богатый наследник сам сопьется или повесится, когда поймёт, что денег больше нет, – я не сдержала тяжкий вздох. – Папа тоже хорош. Мог бы завещать всё мне, а ему оставить приличное содержание. Я помогла бы Виктору своё дело наладить, научила всему, что знаю. А так… И пасынку гадость, и мне подлянка.

– Зато сиротам подарок, – улыбнулась Каро. – Я вот как-то сидела, думала, что случилось бы, вздумай мой Николас из армии уволиться. Или если бы я за него не пошла, а кого-то другого выбрала. Жила бы себе в столице, в большом доме при слугах. Гуляла на балах, стала счастливой матерью и доброй женой. А потом думаю, а кто тогда в приют пришёл бы? А никто. Дети с голоду ушли бы на улицы попрошайками. А Бесо… Бесо парень умный, рукастый. Он знаешь как в карты играет? Мухлюет так, что никто и не замечает. Ловкий он до ужаса. Его в шайку забрали бы, а Дайс и Кондр за ним пошли. Девочки в Весёлый дом, а маленькие… Эти и не выжили бы, наверное. Так что смерть Николы и моё несчастье – плата за их возможное счастье.

– Добрая ты, – я улыбнулась. – Мы пришли.

Глава 10. Поставки 

Мы подошли к девушке, набирающей воду из колодца, за ней стояли ещё люди, но те на нас смотрели настороженно, а эта с любопытством.

– Добрый вечер, – улыбнулась я и магией слегка помогла ей поднять полное ведро. – Мы соседи ваши, трактир открываем чуть дальше по дороге. Не подскажете, кто у вас продукты в город на ярмарку часто возит?

– Многие возят, – ответила она. – А кто нужен? Какие продукты?

– Мясо, птицу, рыбу, молоко, овощи, фрукты, зелень… Может, кто самогон хороший гонит?

– Мясо и молоко у Карима, – начала она перечислять. – Его мать сыр варит, сметана у них вкусная, да и творог, масло тоже. Птицу лучше у Анны брать, рыбу у Саимы, у неё муж рыбачит круглый год. Овощи и зелень все выращивают, так что на любой двор идите, не ошибётесь. Да хоть бы и на мой. И сад у нас есть. Яблоки, груши, вишня, смородина, малина, земляника… Всё есть, папа жив был, фрукты на ярмарку возил. А сейчас некому ездить. Я пыталась, но у девки ничего брать не хотят. Говорят, бабы хозяйство одни держать не могут. Глупости. Если всех мужиков на войне положило, кто ещё хозяйством заниматься будет?

– Хорошо. Пойдём, покажешь, что есть, – я улыбнулась и подмигнула Каро. – А потом проводишь к Кариму, Анне, Саиме.

Я магией понесла за собой её вёдра под восторженные ахи деревенских зевак.

– Я Миника, – представилась моя будущая поставщица. – Живём мы на Фруктовой. Папа говорил, что из-за нашего сада улицу так и назвали. Только потом староста у деда кусок земли урвал, вот и кичится теперь, что у него сад самый большой. Большой-то большой, но не ухоженный. Жена-то лентяйка, сам он занят, а рабочих нанимать не хотят. Жаба, видно, душит. А ещё он, староста, недоволен будет. Он сдавал комнату проезжим, а теперь вы трактир построили. За деньги свои боится.

Я улыбнулась, мысленно отмечая, что конкуренты уже появились. Мы как раз свернули на нужную улицу, прошли пару домов с маленькими участками и попали в настоящий фруктовый рай.

– Видите, сколько добра пропадает? – спросила Миника. – Мы уже и варенья, и компоты, и джемы варили. Дольки сушили, пастилу делали. Весь погреб забили, а есть некому. Нас пятеро. Мамка, две сестры, я и малой братик наш – единственный мужчина в семье. Вот всю зиму вареньями и сушеными яблоками питаться будем. А хлеба купить не на что.

Миника завела нас в дом и представила матери, румяной грустной женщине. Потом отправила сестёр в их комнату, налила брату воды и коротко рассказала, что мы тут делаем. Матушка устало улыбнулась, давая понять, что лично ей уже всё равно.

– Мы у вас излишки выкупим, – пообещала я. – А фрукты… Они ведь пропадут. Я пришлю ребятишек, они соберут плоды, и мы вам заплатим треть стоимости от того, что будем платить обычно.

– Половину, – попыталась сторговаться бойкая девушка.

– Треть, Миника. Смотри. У вас фрукты-ягоды всё равно пропадут, верно? А так вы получите за них какую-никакую медяшку. По сути, мы вам заплатим за то, что росли эти фрукты на вашей земле. А мальчишки вам ещё по хозяйству помогут. Им только нужно объяснить, что делать и как.

– Мальчишки – это хорошо, – кивнула она. – Мужика в доме нет, а без мужика в хозяйстве трудно!

– Вот видите! А у нас этих мужиков – пятнадцать человек. Не все, правда, пока молоток удержать могут.

Обсудив ещё пару мелочей и осмотрев запасы погреба, мы договорились, что завтра Миника привезёт всё это богатство к нам. Хотели прислать в помощь Бесо, чтобы загрузил банки в повозку, но она сказала, что сама справится.

Затем мы с Доминикой решили разделиться. Она пошла с Миникой к жене рыбака, а я к Кариму.

Карим оказался ровесником Виктора, попытался зазвать меня на сеновал, но быстро понял, что деловые отношения со мной куда выгоднее. Показал запасы молочных продуктов, которые собирался завтра с утра увозить, как только мать подоит коров. Потом сводил до огромной свиньи, жить которой осталось меньше недели. А затем достал солёное сало из собственных запасов. Попробовав чудо местной кулинарии, я купила всё до последнего кусочка!

Несмотря на все приключения, закончила я меньше чем через полчаса. Поэтому, пользуясь подсказками Карима, нашла дом Анны, державшей домашнюю птицу. Хвала богам, пернатые уже спали. Я с детства боялась их клювов. С того самого дня, когда на меня вероломно напала гусыня. Это только с виду они милые, на деле – демоны в перьях!

Анна похоронила мужа, занимавшегося раньше хозяйством. Пока маялась без него, научилась ухаживать за птицами, договорилась с торговцем. Он брал с неё большие проценты, но продавал чужой товар как собственный и платил исправно. Предложение кормить нас птицей было встречено на ура. Женщина как раз собиралась резать цыплят особой породы мясистых курей. Несутся они плохо, в хозяйстве особо ни на что не годятся, но на вкус очень даже ничего. Условились о цене. Доставку Анна также брала на себя. У неё была старая кобыла и крепкая повозка, так она товар в город и возила.

С Доминикой я встретилась у дома Миники. Управляющая сияла, как начищенные ботинки моего отца.

– Я договорилась насчёт матрасов, одеял и подушек. Родственница Саимы гостила у них, она как раз занимается пошивом у себя в деревне. У них большое хозяйство, овцы всякие. Я не разбираюсь, если честно. Но Миника сказала, что одеяла хорошие, они покупали, когда батя… То есть отец их был жив. Ну и Саима показала мне всё. Одеяла шерстяные, матрасы тоже набиты шерстью, но мягкие и удобные – я даже прилегла. А подушки перьевые. Их пока по сорок договорились, цены в треть столичных. Я за такие деньги в жизни ничего не видела! Но я всё равно торговалась. Это, оказывается, весело! А! Есть ещё перины, я заказала пять. Думала, маленьким на пол постелить. Помнишь, у тебя дома была огорожена половина комнаты с мягким полом, чтобы ты могла там ходить, падать, лежать?

– Я ненавидела тот загон. Там ужасно скучно в одиночку. Но ребят много, им должно быть весело. Ты умница. Пошли скорее домой, уже темно.

И мы шли, на обратном пути обсуждая итоги сегодняшнего дня и планы на завтра. Обе устали, но улыбались и шли так бодро, будто почувствовали, что действительно на верном пути. Доминика описывала будущую игровую, делилась идеями. Я же пыталась их запомнить, а ещё думала, как всё это осуществить. Сложно, но теперь мне казалось, что это интересно – создавать с нуля. Ведь дедушка смог. Почему я не смогу? И плевать, что до меня никто из рода Беринских не занимался благотворительностью. До дедушки никто не строил заводов!

У трактира нас встречал Бесо. Беспокоился, что мы задержались. За спиной старательно прятал лом, но Доминика не стала делать вид, что ничего не замечает.

– А если бы ты кого-то покалечил? Нужно же думать головой! – отчитывала юношу Каро.

– Лина Хельда, а вы тоже думаете, что я должен был сидеть и ждать?

– Меня больше беспокоит, что ты пошёл один, предполагая, что мы в беде. Не так страшно, если ты убьёшь плохого человека, напавшего на тех, кто тебе дорог. Но если убьют тебя или даже просто побьют, мы с линой Каро будем до конца дней винить себя в этом. Да и ребятам ты нужен. Так что, пожалуйста, в следующий раз думай в первую очередь о собственной безопасности. Хорошо?

– А вы? – насупился в ответ воспитанник.

– А мы с линой Каро маги, Бесо. Даже если нападёт сразу пять здоровых мужиков, магия станет весомым оружием против них.

Тут я изрядно слукавила. Большая часть заклинаний в моём арсенале относилась к бытовой магии. А вот Доминика вполне могла знать парочку боевых.

До дома мы шли уже не так бодро. Бесо доложил о проделанной работе.

– Комнаты отмыли все, не только свои. Детей искупали. Вода теплая, так здорово! Мы затащили кровати, я поселил маленьких со старшими, чтобы присматривали. Они ночью просыпаются, пугаются иногда. Так что есть свободные комнаты, но они тоже чистые. Когда закончили, отправил Кондра на помощь Дайсу, а сам за вами пошёл. Динали обещала, что уложит малышей, и тётя Гулиса присмотрит за всеми.

– Молодцы, – похвалила я и пошла в свой кабинет, поманив следом Бесо. – Нужно будет на днях с ребятами сходить в деревню, в сад на Фруктовой улице. Собрать фруктов, ягод, помочь по хозяйству. С вами кто-то из взрослых пойдёт, но я хочу, чтобы ты отобрал ребят, которые действительно соберут урожай, а не съедят большую его часть.

– Сделаю, – Бесо кивнул, а потом замялся, собираясь спросить что-то важное. – Лина Хельда… А зачем вам это всё по правде? Льготы, работники… Вы же на нас уже потратили больше, чем сможете заработать!

– Деньги, Бесо, нужны только для того, чтобы их тратить. Мой отец копил и приумножал капиталы, а когда умер, всё досталось пасынку, бездарно прожигающему жизнь. Теперь Виктор всё потеряет, а лин Беринский мог при жизни сделать этими деньгами много хорошего. Я не собираюсь вас жалеть, не умею и не хочу, если честно. Но помочь могла бы, если вам самим это нужно. Не хочу, чтобы мои дети воспринимали меня, как я отца.

– Как?

– Как артефакт, куда кладёшь медяк, а он его в золотой превращает, – улыбнулась я.

– Было бы здорово иметь такой артефакт, – Бесо тоже улыбнулся сравнению.

– Невыносимо скучно, – не согласилась я, вспомнив о том, что хотела написать оборотню, нашла его адрес и наскоро составила письмо. – Бесо, нам с линой Каро очень нужна твоя помощь. Как лидера ребят. Нужно составить список, кто с кем будет жить в новом доме, чтобы не было ссор и конфликтов. Ещё неплохо бы понять, кто из ребят грамотный, а кто нет. Кто что умеет. Ты сможешь вечерами заниматься анкетами?

– Раньше у нас были папки, где хранились документы, но потом всё сгорело, – признался он. – Лина Каро хотела восстановить, но ребята не любят рассказывать о родителях и прошлое.

– И ты не сможешь?

– Смогу, почему нет? – взъерошил он волосы. – Я запомнил многое, записать несложно. Ну и поспрашиваю своих. А списки – вообще легко.

– Спасибо. Это действительно очень важно, – заверила я парнишку и поставила точку в своём послании. Конверт заклеила, положила в шкатулку и отправила оборотням по найденному в дневнике отца адресу. – Можешь пользоваться кабинетом, только здесь удобный стол.

Стол каменный, я его вырастила вместе с домом, так что он действительно был удобным. Стулья принесли с собой ребята, и мне хотелось расцеловать Саливана за то, что он организовал перевозку.

– Хорошо, спасибо. Спокойной ночи, лина Хельда?

– Спокойной ночи, Бесо.

Глава 11. Воры

На следующий день за завтраком я поделилась новостями. Сашар Биторого, вожак оборотней, согласился научить наших мальчишек изготавливать двухуровневые кровати. Обещал прислать кого-нибудь из своих с чертежами и объяснениями. Гулиса тут же начала ворчать, что нет ни муки, ни манки. Последнее на пышки с сахаром извела, кормить гостей нечем. Мы с Каро переглянулись, и она кивнула, мол, разберусь. А потом я пошла колдовать.

Подвал приюта решила сделать двухуровневым. Самый нижний – убежище. Не знаю, зачем, но оно там было. Дальше две комнаты купален по пять небольших бассейнов в каждой. Такая купальня была моей собственной мечтой, так что я решила сделать подарок и себе, и детям, и сотрудникам приюта. На удивление, всего через три часа я поняла, что семя, брошенное в яму, приняло установку. Я смогла выбраться из ямы по заранее привязанной к ближайшему дереву верёвке и по-человечески пообедала вместе со всеми.

Как раз в тот момент приехала Миника с товаром, который принимала вечно угрюмая Гулиса. Риль учила Динали шить пододеяльники, другие девочки ровными стежками подшивали простыни. Самые маленькие тут же играли с ненужными лоскутами. Я немного посмотрела за процессом, а потом пошла к Каро. Она с тройкой старших ребят и Седимом рубила деревья и превращала их в ровные доски.

Немного понаблюдав, я вернулась к своему месту работы и замерла, не веря собственным глазам. Прошло полтора часа, а оба уровня подвала уже были готовы. Как такое возможно? Для стремительного роста нужна колоссальная магическая подпитка! Моего резерва на такие чудеса точно не хватило бы!

Я прошлась по будущему убежищу, поднялась в купальню, именно такую, как я себе представляла. Проверила воду: шла и горячая, и холодная! Потрясающе! Просто невероятно!

Я вышла обратно на улицу и села на землю, поздно вспомнив, как сложно стирать в нашем маленьком поселении. Настоящая эпопея с тазами и бельём, развешанном на верёвках. И я помочь магией не в состоянии. После стройки всё приходилось делать только руками. Ни единой искры с кончиков пальцев не слетало.

– Так, ладно, – пробормотала я под нос. – Всё равно уже испачкалась, пора работать.

Зарылась пальцами в землю и начала растить в своём воображении первый этаж. Там должна быть точно такая же, как в трактире, кухня с настоящей печью, столовая, гостиная. Диванчики закупим позже, пока пусть останется свободное пространство. Тут же, чуть дальше – мягкая зона, о которой просила Доминика. И огромный камин – больше для атмосферы, чем для тепла.

Закончив со стенами, я провела водопровод на кухню и перепроверила отопительные чары. Мысленно рассмотрела своё детище и решила рискнуть. Сразу нарисовать второй этаж. Там планировались игровая, две ученические комнаты и библиотека с каменными полками по периметру. Ещё на втором этаже я организовала собственную спальню и комнаты для Риль. Как и обещала ей, отдельно – мастерскую, отдельно – жилую комнату. Третий этаж полностью уходил под спальни воспитанников, а на четвёртом я хотела устроить зимний сад.

Бесо пришёл за мной, как раз когда я думала, стоит ли брать сегодня и третий этаж тоже.

Посмотрел на меня хмуро, сложил руки на груди и заявил:

– Выглядите так, будто таскали каменные блоки.

Чувствовала я себя и правда неважно, но мыслями зацепилась за другую часть фразы.

– Ты таскал каменные блоки?

– Есть-то хотелось, – невозмутимо ответил он. – Пока управляющей не было и никто нами не занимался, мы с парнями ходили на работу в город. Помогали каменщикам. Потом на вырученные деньги закупались продуктами. Особо не шиковали. Втроём нормально не заработаешь, когда ртов в десять раз больше. Но мелким на молоко раз в неделю хватало. А ещё нам на хлеб и не очень вкусный сыр.

Я потянулась к волосам Бесо и взъерошила их, как обычно делает он сам. Парень улыбнулся и разве что не зажмурился от удовольствия. Если мне в детстве тепла не хватало при полном-то штате нянек и гувернанток, то что говорить о тех, кто лишился семьи, дома и даже еды на какое-то время?

– Не жалейте, лина Хельда, – попросил Бесо. – Вы обещали помогать, а не жалеть.

– Вот ещё! – притворно возмутилась я. – Пахать будете хуже, чем на той стройке! Я дармоедов кормить не стану. Всех к работе приставим!

Такой ответ лидера приютских детей устроил – он зашагал быстрее. Ох, настоящий мужчина растёт.

После ванны я оделась и вышла на улицу, где уже был накрыт стол.

– Муку мы достали, – отчитывался Бесо. – Миника на мельнице в соседней деревне закупила и привезла, за доставку только деньги взяла. Три больших мешка. Рыбу ещё, молочку. Продукты мы с парнями в подвал по комнатам распределили, так что не должны пропасть, хоть и много там всего.

– Я лёгкий стазис наложила, – добавила Каро. – Точно не пропадут.

– Хорошо, – я кивнула, выкладывая с блюда на тарелку ту самую рыбу. Вкусная и без костей почти. – А что с деревом?

– Мало пока, на всё не хватит, – поморщился приютский вожак. – Только столы или половина кроватей. Мы побольше заготовим, а потом уже саму мебель мастерить начнём.

– Правильно, – одобрила я. – И начинайте со столов, если что. Кровати у нас, возможно, необычные будут. Не забывайте про оборотней. Риль, а что с постельным бельём?

– Мы шить, шить, шить, – закивала треянка.

– Тридцать комплектов готово, – доложил Бесо. – Она так быстро шьёт, что девочки в восторге. Тоже хотят научиться.

– Риль будет учить. Кочевой народ говорить, каждый женщина надо мастерство передавать. Дочь или ученица. У Риль десять ученица. Всем хватит.

– Тридцать комплектов – хорошая скорость, – я доела рыбу и улыбнулась. – Но белья нужно в четыре раза больше. Ткани хватит?

–Риль посчитала, что хватит, – ответил вместо неё Бесо. – Она хочет на скатертях название трактира вышить и что-нибудь затейливое по краю.