Самое древнее зло I. Брянский фоллстрайк
- -
- 100%
- +
Огненные шары получились, но не так, как мы расчитывали: слоггер метал их куда попало. Мне не удавалось соединить «Огонь» с «Распознаванием». Времени на эксперименты не было. Взамен предложила вставить в него один стен-камень, который можно было активировать, создавая вокруг слоггера защитное поле.
– Прекрасно придумала. А говоришь, не разбираешься.
– Матвей, я сама поразилась идее! Защитное поле даёт нашему созданию огромное преимущество.
– Ведь это очевидно, почему никто из магов до этого не додумался?
– Вероятно, потому, что никто не переживает за сохранность слоггеров. Они же расходный материал. Проще сделать нового, чем тратить энергию и время на оснащение защитой.
– Голь на выдумку хитра, – отозвался Лимоныч.
Защитный стен-камень я замуровала в чугунной груди слоггера. Он получился выше вражеских, шире и, что скрывать, более грозным. Но его четыре руки создали новое препятствие. Не получалось согласовать их движения так, чтобы они не задевали одна другую.
– Матвей, кажется, не выйдет… Я не знаю, что делать. Он будет колотить молотом левой руки по топору правой…
Мы задумались. Матвею не хотелось лишать нашего слоггера пары рук. Ведь ему придётся воевать с сотней врагов.
– Придумал, – воскликнул Матвей. – Рассинхронизация.
– Что это?
– Нужно сделать так, чтобы левая часть действовала независимо от правой.
– Я не понимаю.
– Ну, сделай так, чтобы слоггер был один, а думал и действовал как двое. Как бы союзники в одном теле.
– Хм, интересно… Нужно будет создать спаренный рулль. Такое делал Саммлинг при постройке тоннеля через Щербатые горы…
После нескольких попыток я сделала спаренный рулль и приложила к слоггеру. Тот совершил один шаг, второй и рухнул. Начал корчится, как припадочный.
Пришлось остановить его существование.
– Два слоггера в одном привело к тому, что оба действуют по-своему, – сказала я. – Тянут общее тело в разные стороны.
– Надо думать.
– У нас нет времени, Матвей. Аделла и Хадонк давно на месте. Вдруг им нужна наша помощь?
– Придумал. Сделай так, чтобы каждый слоггер на долю секунды становился главным. То есть, каждый сможет совершать нужное ему движение, не мешая товарищу.
– Убей меня булыжник, это самая сложная магическая процедура в моей жизни!
– Усложнение простых вещей называется «научным подходом». Привыкай, мы на Земле постоянно этим занимаемся.
Как ни странно, но идея Матвея сработала. Я задала «Времени» свойство прерывистости. На неуловимое мгновение спаренный рулль отдавал управление то первой, то второй своей части.
Слоггер ходил, не падая, взмахивал гигантскими руками с топором и молотом, не задевая сам себя. Иногда шевелил сложенными за спиной железными крыльями.
– Святые камушки… Даже не верю, что получилось.
– А прыгать, прыгать-то он будет? – спросил Лимоныч.
– Способность к прыжкам и краткосрочному полёту придётся проверять на поле боя. Мы и так сильно задержались.
Матвей сфотографировал слоггера:
– Как мы его назовём?
– Доминатор, – сразу отозвался Лимоныч. – Нужно агрессивное название.
– Согласен. Итак, Доминатор, вперёд! У тебя целая армия, которую надо уничтожить.
3
Доминатор сунулся в одну сторону, в другую… оказалось, что у него нет иного выхода из цеха, кроме как разрушить стену. Не успела его остановить, как ударом молота он пробил брешь, ударом топора расширил. Навалился всем телом и выломился наружу.
Мы еле успели отскочить от рушащихся балок потолка и стен.
Земля задрожала. Это сто тридцать четыре каменных слоггера Первомага помчались в нашу сторону. Мы же побежали по коридорам полукруглого здания к выходу на площадь.
Матвей на бегу взял меня за руку.
Воссоединившись с остальными солдатами отряда, мы залегли за вагонами. Таким образом, со стороны могли наблюдать, как стадо слоггеров, скрываясь в туче пыли, неслось к цеху, откуда выпрыгнул Доминатор. Пролетев половину площади, расправил крылья и плавно опустился на землю.
– Летает, – довольно сказал Матвей.
Я тяжело дышала от бега. Сунула руку в сумочку, вынула стен-камни.
– Устала? – спросил Матвей.
– Да… Но нет времени расслабляться. Вместе с Доминатором, расправимся хотя бы с половиной. Надеюсь, Аделла с Хадонком придут на помощь.
Матвей искренне разозлился:
– Жаль, что я не владею магией. Чувствую себя лишним.
– Эй, боец, сейчас и нам работа будет, – заметил Лимоныч.
С другой стороны площади появилась зелёная шеренга крипдеров. Хаотично прыгая в стороны, они приближались к нашему укрытию.
– Все на крышу вагонов! – скомандовал Лимоныч. – Пулемётчики, готовсь!
Матвей предложил подсадить меня, но я помотала головой:
– Нет. Пойду к Доминатору.
Зажала в ладонях по самородку и побрела к тучи пыли. В ней появлялись: то голова слоггера, то молотобойная рука Доминатора, крошащая эту голову в песок. Время от времени вылетали огромные куски камней с обломками рук и ног. А то и целый слоггер, перебитый пополам топором Доминатора.
Когда слоггеров вокруг него стало слишком много, снова совершил прыжок и опустился недалеко от меня. Одно крыло Доминатора помято и едва держалось на шарнирах от танкового шасси. Да, это его последний прыжок. Доминатор сильно пострадал в схватке.
Пока стадо слоггеров разворачивалось в нашу сторону, я создала защитное поле вокруг себя и приказала стен-камню в груди Доминатора загореться. Нашего мегаслоггера опутал сиреневый туман с жёлтыми прожилками.
Я бросила взгляд за спину, где земляне уже вовсю расстреливали крипдеров. Сквозь топот и грохот слышались автоматные очереди и окрики Лимоныча.
Посмотрела в небо: порталы возникали и закрывались с прежней периодичностью. Намерения Первомага так и оставались неясными.
Я подбросила первый самородок…
20. Снова вместе
1
Я обернулся и посмотрел, как Бленда подбросила в воздух самородок, вызывая шквальный «Огненный дождь». Из второго сделала «Стену огня». Пылающая завеса накрыла передних слоггеров, превращая их в лужи, но чем дальше стена уходила от Бленды, тем менее становилась яркой. Из белой превратилась в жёлтую, потом в оранжевую, красную… и потухла.
Снаряды каменного дождя посыпались на толпу слоггеров. Оторванные каменные руки и головы полетели в стороны. Поле боя окутал дым и пар от горящего камня.
Красавец Доминатор, раскинув все четыре руки, помчался в гущу событий. На ходу расстрелял весь боезапас гранатомётов и отбросил их в сторону.
– Боец, куда смотришь? – ударил меня в плечо Лимоныч. – Работаем!
Шеренга крипдеров бурлила, дёргалась, надвигаясь на вагоны. Оба наших снайпера давно стреляли. Каждый выстрел валил одну тварь, но её место занимала новая.
По команде Лимоныча все бойцы, кроме меня, дали залп из подствольников. Мой АК-74 был без подствольника. Точнее, я его сам снял от греха подальше. Пользоваться им не умел, а в армии наслушался рассказов, как неумелые бойцы подрывали сами себя.
Снаряды пробили бреши в шеренге, но те быстро затянулись новыми тварями. Нас спасало то, что крипдеры толком не знали где мы, поэтому кидались во все стороны, на любой подозрительный сарай или столб.
Наиболее эффективными оказались пулемётчики. Они выкосили целые ряды крипдеров. Шеренга тварей превратилась в прерывистую линию. Они замедлили продвижение, временно отступили, сбиваясь в стаи. Оказывается и у этих искусственных созданий имелось что-то вроде рудиментарного инстинкта самосохранения.
– Откуда же вы берётесь, – процедил Лимоныч.
– Точно, – осенило меня. – Где-то рядом портал переброски.
– Даже если и узнаем где, как мы его закроем? Хотя, мочить гадов прямо на выходе из него было бы проще.
Я расстегнул рюкзак и достал свой квадрокоптер:
– Сейчас разведаем!
Излучение от магии влияло на качество связи с планшетом, на который передавалась картинка с коптера. Особенно сильные помехи происходили при формировании порталов переброски в небе.
Коптер поднялся над нами. Сквозь подёргивания и пикселизацию виднелся двор завода, быстро уменьшающийся в размерах. Увидел себя, Лимоныча и бойцов, расположившихся на крышах трёх вагонов.
Я предполагал, что аппарат проработает недолго. Но этого оказалось достаточно, чтобы засечь портальное свечение возле закрытого цеха. С периодичностью в пять-десять секунд из него появлялись крипдеры и присоединялись к растущей толпе за стеной цеха.
– Копят силы, гады, чтобы массой атаковать, – сделал вывод Лимоныч.
Изображение на планшете потухло. Квадрокоптер потерял связь и начал снижаться в автоматическом режиме. Но сильный порыв ветра, образовавшийся от возникшего рядом портала, отнёс его в сторону. Перевернувшись несколько раз, коптер упал в гущу крипдеров. Вот и конец игрушке за полторы штуки баксов.
Лимоныч распределил пулемётчиков по крышам других вагонов. На них вся надежда: должны прикрывать наш прорыв к порталу.
Бленда уже вовсю махала своими огненно-электрическими плетями. Доминатор рубился в гуще слоггеров. Рука с молотом оторвалась, а топор смялся в гармошку, нанося минимальный урон каменным слоггерам.
Я не понимал, справлялась Бленда или нет? Нужна ли ей помощь? И если да, то чем я смогу помочь магичке, способной вызвать метеоритный дождь? Добрым словом, поддержкой, анекдотом?
– Ты вот что, Матвей, – сказал Лимоныч. – Оставайся здесь, с пулемётчиками.
– Я не боюсь идти в атаку.
– Ты нам только помешаешь. Твоя подготовка – дерьмо. Сколько ты пердунов подстрелил?
– Ну… парочку.
– Парочку! А каждый из моих бойцов по паре сотен уже. Короче, приказ не обсуждать. Прикрывай пулемётчиков.
2
Пулемётчики прекрасно обходились без меня. Экономно стреляли, отсекая крипдеров от группы Лимоныча.
По манёвру спецназовцев, понял, что они собирались обойти цех с правой стороны. Избегая встречи с основной массой тварей, практически бросали нас на съедение, если те решат снова идти к вагонам.
Бленда и Доминатор продолжали неравный бой. Часть внутренней площади завода затянулась клубящейся пылью, всполохами огня, лентами энергии. Так как и Бленда, и слоггеры дрались молча, то месиво напоминало не битву, а нерешительный вулкан, который всё никак не мог извергнуться.
В туче из магии и пыли потонули корпуса администрации, а парк, который когда-то приукрасили и облагородили к приезду Президента России, превратился в частокол из поломанных деревьев, среди которых растекались жёлто-красные ручьи расплавленного камня.
Воспользовавшись затишьем, я достал камеру и сделал несколько снимков. Вообще, я уже наснимал столько фантастических кадров, что можно самовольно назначить себя «Фотографом года». Одних снимков, где маги схвачены в момент своих действий, было штук сто. Не считая видов разрушенного Брянска, крипдеров, слоггеров…
Фотографии больше походили на кадры из фэнтези-фильма, чем на реальные снимки. Как и фотосессия с хвостатой и ушастой Аделлой, позирующей с арбалетом, походила на фотосессию какой-нибудь корейской косплеерши.
К нам прибежал вестовой от Лимоныча:
– Пулемётчики, собираемся. Выдвигайтесь к порталу. Матвей, приказ Лимоныча: ты идёшь к Бленде и остаёшься с ней.
Опять от меня избавлялись как от лишнего груза:
– Почему?
– Потому что приказ, ёпты.
– Не лучше ли мне помочь стрелять в крипдеров?
– Мы заблокировали портал автобусом, теперь пердуны сразу на выходе бьются в него, теряют ориентацию, тут-то мы их косим.
– Тем более, я могу…
– Ты хреновый стрелок, без обид, брат. Твоя задача сопровождать Бленду к Первомагу. Так что хватит болтать. Прячь фотик и дуй к магичке.
Я спрыгнул с крыши и отправился в сторону клубка пыли. Героические солдаты решили пожертвовать собой, задерживая крипдеров, давая мне и Бленде возможность уйти. Я развернулся и сделал несколько снимков ребят, удалявшихся в противоположную сторону.
Если наш мир когда-нибудь выпутается из этой фантастической беды, память о настоящих героях будет сохранена благодаря мне. Хоть какое-то утешение в своей полезности.
Стараясь держаться подальше от разлетающихся обломков слоггеров, я присел на ствол выкорчеванного дерева. Бленда тоже стояла поодаль от всеобщей свалки. Хлестала огненно-энергетическим кнутом по головам слоггеров, да время от времени швыряла в толпу раскалённые стен-камни. От их разрывов на землю сыпался дождь каменных осколков. Они стучали по моей каске, били по незащищённым частям тела.
Доминатор едва двигался. Его защитное поле исчезло. Теперь каждый удар вражеского слоггера оставлял вмятину на его танковом корпусе. Ствол на башне погнуто смотрел вниз, как хобот грустного слонёнка.
Доминатор доживал последние минуты своего короткого существования.
Кнуты Бленды потеряли первоначальную яркость и гибкость, что свидетельствовало об усталости девушки. Теме не менее дело шло к концу. Пыль оседала, открывая груду разломанных слоггеров, среди которых бродили уцелевшие. Осталось штук пять или шесть. Да и те были лишены или одной конечности или головы.
– Соскучился? – рядом со мной опустилась Аделла.
3
На базе в торговом центре нам выдали новую снарягу, бронежилеты и каски. Аделла попросила самый большой размер, рассчитывая на превращение в зверя. Теперь эта одежда тоже висела лохмотьями, вдобавок была залита белой кровью крипдеров, как и лицо Аделлы. Кровь уже подсохла, превратившись на её коже в корочку, как подгоревшее молоко.
– Ты одна? – удивился я. – А где твоя группа?
– Выбесили они меня. Командир начал указывать, «туда нельзя», «сюда нельзя». «Иди тут, не стой там, не сиди здесь». Да кто я для него, зверушка дрессированная?
Аделла раздражённо дёрнула ушами и ударила хвостом по земле:
– Я взяла и сбежала, понятия не имею, что с ними стало.
Я ощутил такую пустоту, что даже не знал, как объяснить Аделле чудовищность её поступка? Ведь она не со зла? Она искренне считала, что можно бросить людей в городе, полном злобных магических монстров. С другой стороны, они были военными, знали на что шли.
Бленда так бы никогда не поступила. Всё-таки Аделла настоящая кошка, самодовольная, безразличная… Это делало её ещё притягательнее.
Аделла устало потянулась, встала на четвереньки и начала превращаться в животное. На этот раз я проследил за процессом чуть дольше:
– Скоро перестану пугаться твоих превращений.
– Р-р-грау! – отозвалась Аделла и отпрыгнула в гущу битвы.
С её помощью со слоггерами было покончено. Последний гигант, теряя камни, рухнул и рассыпался на валуны. Я подошёл к погребённому под обломками Доминатору. Он шевелился, пытался встать, опираясь на обломки рук. Танковая башня превратилась в смятую банку.
– Покойся с миром, – сказал я. – Ты первый настоящий боевой магический робот на нашей планете. И создан ты был не в Японии или США, а в России… Из тепловозов, танка и щепотки магии.
Бленда приложила ладонь к обрубку Доминатора и тот затих. Девушка была бледна, я даже сделал движение, чтобы придержать её. Показалось – собирается упасть в обморок. Но Бленда сделала глубокий вдох, сдула со лба грязную прядь белых волос и отошла.
Из-за другой груды камней вышел Хадонк.
Аделла прыгнула на каменный холм и приняла свой прежний облик. Она научилась превращаться быстрее, не показывая на лицеморде яркого страдания от процесса:
– Гр-р-р, мяу, а вот и наш непобедимый драйденец. Расправился с врагами, а на самом ни пылинки?
Хадонк действительно выглядел свежим, в отличие от нас. Снаряга целая, даже чистая, только низ брюк запылился. Полный энергии и движения споггель молниеносно двигался над ним.
– Ты тоже бросил свою группу? – спросила Аделла.
– Нет.
Хадонк рассказал, что на подходе к территории завода в подвалах многоквартирного дома обнаружили почти сотню беженцев. Большая часть из которых – дети.
– Все они плакали, звали маму, несколько десятков взрослых и воспитателей детского сада не могли успокоить ораву. Было решено разделиться: часть солдат повела беженцев, а часть пошла со мной. Потом мы услышали грохот, звуки далёкой битвы, видать, это вы рубали слоггеров. Бросились было к вам, как услышали выстрелы за спиной: стая крипдеров напала на беженцев. Я заставил всех солдат присоединиться ко второй группе, а сам пошёл сюда.
– Верно, от этих землян толку нет, – фыркнула девушка-кошка.
Как бы я не относился к Аделле, но нужно что-то делать с её заносчивостью:
– Бестолковые земляне прямо сейчас рискуют жизнями, удерживая портал с крипдерами. Если бы не они…
– Хватит, Матвей, – устало отозвалась Бленда. – Ты её не переделаешь. Давайте двигаться дальше. Чтобы усилия Лимоныча не оказались ненужными.
– А ты знаешь куда?
Бленда показала на двухэтажное здание администрации. Над ним образовалось что-то вроде воронки из облаков, по стенам лазали редкие крипдеры. Опалённый триколор пафосно трепетал на ветру, который менялся каждую секунду:
– Пробные порталы переброски чаще всего открываются над этим домиком с флагом. Значит, там и Первомаг.
21. Дракон для Аделлы
1
Мы двинулись, обходя завалы камней, перебираясь через ямы.
Однажды я работал фотожурналистом для новостного сайта. Делал на этом заводе то ли фотосъёмку помпезного открытия нового цеха, то ли реставрации старого. Территория завода была чистенькой, ухоженной. А новый цех выглядел почти современно.
Теперь весь Брянск смотрелся, как локация из Фоллаута.
На половине пути я обнаружил под ногами сломанный флагшток с втоптанным в землю триколором. Я остановился, достал нож и срезал флаг. Оттряхнул, свернул и спрятал в рюкзак.
Хадонк уважительно сказал:
– Знамя государства не должно валяться в земле, если хотя бы один его гражданин всё ещё ходит по ней. Ты патриот, это хорошо.
– Вообще-то, совсем не патриот, – признался я. – Когда в стране мир и спокойствие, когда ты уверен в завтрашнем дне, всегда хочется критиковать и страну, и власти. Но сейчас, когда Брянск превратился в руины, а самое древнее зло копит силы, чтобы превратить в руины всю Россию, а далее и мир, я вдруг понял, что идея государства – это единственно, что помогает нам сейчас.
– Понимаю, – ответил Хадонк. – В истории Драйденских Земель был период смуты, когда сторонники монархии, поддерживаемые деньгами из Химмельблю, решили…
Над нашими головами раздался оглушительный хлопок и открылся портал. Из него выперло огромное чудище. Вытянутая морда усеяна копьеобразными наростами, жёлтые выпуклые глаза часто моргали, как у ящерицы. Из приоткрытой пасти торчал раздвоенный язык, с которого капала слюна. Когда её капли достигли камней, то прожгли насквозь.
Чудовище всё лезло и лезло. Расправило кожистые крылья, схватилось за края портала когтистыми лапами, как попугай на обруче, оттолкнулось и взмыло в задымлённое небо.
Я и Бленда оторопело наблюдали за ним. Хадонк сразу приготовился к драке, сгребая к себе валуны побольше.
И только Аделла восторженно закричала:
– Дракон! Огненный, в расцвете сил!
И побежала за ним, как ребёнок к ёлке за подарками.
– Вернись! – крикнула Бленда.
– Это же дракон! Грррр-мяу!
Аделла в два прыжка оборотилась в зверя, причём размером в половину дракона… На третий прыжок подпрыгнула так высоко, как прыгают кошки, настигая взлетающего голубя.
– Первомаг делает всё, чтобы отвлечь нас, – сказала Хадонк.
– На некоторых это срабатывает, – кивнула Бленда.
Аделла настигла дракона, ухватив лапами за хвост. Развернув башку, дракон окутал Аделлу облаком пламени. Опалённая кошко-девочка упорно тащила дракона в низ. Оба зверя рухнули, разбрасывая камни и пыль, только-только осевшую после битвы со слоггерами.
– Убей тебя булыжник, Аделла, – закричала Бленда. – Мы идём дальше.
– Разве мы не должны ей помочь? – удивился я.
– Если не слушается приказов, пусть сама справляется.
Хадонк тоже нерешительно стоял, подняв своей невидимой силой несколько гигантских обломков бетона.
– Ну, пойдёмте же.
Аделла и дракон катались по земле. Дракон не мог больше использовать огонь, потому что Аделла плотно к нему прижалась, обхватив всеми лапами. Дракон бил её крыльями и оглушительно верещал. Было странно слышать от величественного животного столь тонкие звуки.
Хадонк бросил камни:
– Драген научил её превращаться в тинь-поу, после чего она стала мечтать о следующем шаге: о превращении в дракона. Пока она не победит и не усвоит его образ, не успокоится.
Хадонк и Бленда пошли вперёд. Я остался.
Бленда бросила на меня взгляд через плечо, но ничего не сказала, а только ускорила шаг.
Аделла явно побеждала: дракон уже не старался ударить её, а извивался, выкручивался из её хватки. Иногда ему удавалось пролететь десяток метров, но Аделла снова тащила его на землю. Швыряла о камни, рычала, мяукала и била лапами по крыльям, по голове и туловищу.
Странно, подумал я, если тинь-поу сильнее дракона, то какой смысл желать в него превратится? Из-за пафоса разве что? Хотя Аделла несколько раз упоминала: для ливлинга превращение в дракона – высшее достижение. Сильнее дракона нет никого. Не могла же она ошибаться.
– Он тебя обманывает, – осенило меня. – Слышишь, Аделла? Он поддаётся!
2
Я кричал это и бежал за перекатывающимися телами зверей. Но Аделла не то, чтобы не слышала меня, но просто не обращала внимания. Сейчас она была огромным мускулистым животным. В три раза большим, чем тогда, когда охотилась на оленя.
– Послушай же! Здесь что-то не то…
Из-за груды камней выскочил крипдер с перебитой ногой. Если бы не его ранение, я бы не успел снять автомат. Крипдер криво прыгнул, я откатился в сторону, сбрасывая рюкзак.
Отставив перебитую ногу, крипдер сжался, готовясь ко второму прыжку.
Лимоныч прав, я хреновый стрелок. В армии одинаково плохо стрелял из положения «лёжа», «с колена» и «на ходу без остановки». Но в этот момент я будто бы перерос самого себя, как в случае с государственным флагом. Все знания, что мне вдалбливались и были позабыты, вдруг дали результат. За мгновение переключился на стрельбу очередями и за пару секунд всадил в тварь все тридцать патронов.
Не отрывая взгляда от неподвижного крипдера, сменил магазин. Осмотрел окрестности: дым, пыль и кое-где языки пламени от сгорающих в лаве древесных стволов.
Двинулся дальше, но не кричал и не бежал, опасаясь, что где-то остались другие одиночные крипдеры.
Аделла и дракон продолжали борьбу. Вышибли своими телами деревянные ворота старого цеха и закатились внутрь. Перепрыгивая через ручейки лавы, поскальзываясь на каменной крошке, я последовал за ними.
В цеху дракон умудрился вырваться из лап Аделлы. Завис в центре помещения. От взмахов его крыльев с пола поднялся весь мелкий мусор, а столы, кресла и прочие незакреплённые предметы раскидало в стороны. Крылья дракона расцарапаны, брызги крови окропили столбы, разобранные моторы и краны.
То, что он не улетел, подкрепило мои подозрения:
– Дура! Разве не видишь, что он всё специально делает?
Аделла подобрала передние лапы к задним. Мелко-мелко переминалась, рассчитывая угол прыжка. Совсем как кошка, которую дразнят бумажкой на ниточке.
Дракон послал на неё сгусток пламени, не такой большой, как раньше. Вероятно, ослаб от битвы.
Аделла легко отпрыгнула в сторону, оттолкнулась от стены лапами, наискосок перелетела цех по направлению к крану, оттолкнулась от него – тяжёлая конструкция покачнулась, но удержала большую кошку. Дракон с трудом держался в воздухе – его крылья били по столбам, по выступающим балкам, ему было попросту тесно. Он не смог предусмотреть манёвр Аделлы и снова оказался в её объятьях.
Победно рявкнув, Аделла прижала одно крыло лапой и впилась в шипастую шею… Я уже подумал, что был не прав, как ловушка захлопнулась!
Аделлу и дракона окутали полосы энергетических разрядов, словно кто-то быстро наматывал их на зверей. Железные балки и рельсы тоже загудели и заискрили. Автомат стал покалывать мои руки синими искорками, пришлось убрать его за спину.
Аделлу приподняло в воздух. Дракон в её лапах вдруг стал терять материальность, превращаясь в такую же синеватую искрящуюся энергию. Отпустив его, Аделла запоздало попробовала убежать, но лишь беспомощно растопырила лапы, трепыхаясь в воздухе. Ей не за что было уцепиться…
Я бегал вокруг, задирая голову и жмурясь от разрядов:
– Блин, что делать, чем помочь?
– Гр-р-р-мяу!
– Я не понимаю!
Дракон стал расползаться на такие же энергетические линии, вплетаясь в общий клубок. Когда дракон исчез, клубок стал менять шарообразную форму, приобретая углы и очертания… обычной клетки!