Мои счастливые мгновения

ВИДА

Шла последняя неделя февраля. В среду утром у меня невыносимо заболело горло и пропал голос. К нам с Леной перед парами зашла Майя, от которой мне пришлось терпеть насмешки по поводу хрипа, издаваемого мной вместо слов.

– Ты даже представить себе не можешь как это ужасно смешно! – в сотый раз за последние пятнадцать минут повторяла Майя, не переставая при этом безудержно хохотать.

Я попыталась сказать ей, чтобы она замолчала, но вместо этого сильно закашлялась. Лена бросила на меня взгляд, полный сожаления и немого упрека, после чего прошла на кухню, чтобы разлить кофе по нашим чашкам.

– Нужно было меня слушать, когда я говорила тебе начинать лечиться! – в ее ворчании сквозило неподдельное беспокойство и забота, что я очень ценила.

– Ну, я же лечилась! – еле слышно попыталась возразить я.

– Ага, две пачки аскорбиновой кислоты и спрей от насморка не в счет, – усмехнулась моя соседка по квартире, в то время как Майя почти задыхалась от смеха, перебрасывая свои длинные золотистые волосы через плечо. – Может, останешься дома? – с тяжелым вздохом спросила Лена в третий раз за это утро. Ее предложение, конечно, было заманчивым, но мне не хотелось проблем, которыми грозили мои незапланированные каникулы.

– Все это из-за твоего бега по утрам. Я тебе сразу сказала, что еще очень рано, – продолжала ворчать Лена, когда мы вышли на улицу и направились в университет.

Несмотря на аномально теплую для этого времени погоду, мне было холодно. Я плотнее укуталась в пальто и непривлекательно шмыгнула носом.

– Наверное, ты права, – я вынула из кармана телефон и на ходу написала маме сообщение с просьбой перезвонить.

До университета мы добрались без приключений. К счастью, он находился в двух кварталах от нашей квартиры. Подруги бурно обсуждали предстоящую самостоятельную по «Статистике», а мне оставалось только кивать в знак согласия или мотать головой, если я была с чем-то не согласна, так как я физически не могла говорить.

Посреди пары мама написала, что у нее сеть возможность поговорить со мной и под предлогом плохого самочувствия (что не было ложью) мне пришлось отпроситься у преподавателя в туалет.

– Алло, Вида, что случилось? – голос мамы звучал обеспокоенно, а я чувствовала вину за то, что отвлекаю ее от дел.

– Привет, – начала хрипеть я – прости, что отвлекаю. Просто… – я нервно сглотнула. Не знаю, зачем я вообще решилась ее побеспокоить.

– Вида, что случилось? – тяжело вздохнула она так, словно была раздражена моей медлительностью.

– Кажется, я заболела. Просто хотела узнать у тебя название того лекарства, что ты в последний раз мне давала. Оно хорошо помогло, – ответила я и зажмурилась от внезапно подступивших к моим глазам слез.

В трубке повисла короткая пауза.

– Так! Ты сейчас на занятиях, я правильно поняла? – строгим голосом спросила мама.

– Угу, – промычала я, бросая на себя взгляд в зеркало. Потускневшие голубые глаза с красными капиллярами вокруг и черные круги, спустившиеся до самых щек, говорили о том, что выгляжу я неважно.

– Немедленно бросай все и поезжай к бабушке с дедушкой. Сходишь к ним в больницу, – наконец, заключила она, отправляя меня к своим родителям.

– Мама… – тяжело вздохнула я, понимая, что она была права.

– Даже не вздумай возражать, просто собери вещи и поезжай.

– Ладно… – невнятно промямлила я в ответ.

– Отлично, там за тобой присмотрят. Я попозже тебе еще позвоню.

Я промычала в ответ, что поняла ее, закончила вызов, бросила телефон в сумку, и упираясь руками в края раковины еще раз посмотрела на себя в зеркало. Возможно, мне пойдет на пользу провести денек-другой в постели.

Всего через пару часов я вместе со своими вещами села в автобус, помахала на прощание Лене и направилась в свой родной поселок.

***

На пороге моего родного дома меня встретил Виктор, который сообщил, что ему звонила моя мама, которая просила приглядеть за мной и передал, что я могу сразу пойти в нашу местную больницу, которая представляла из себя старое, обшарпанное трехэтажное здание из серого кирпича. На первом этаже находится хирургическое отделение, в котором мой дедушка провел большую часть своей жизни в качестве хирурга, а бабушка как его верный и преданный ассистент.

Я знала в этой больнице каждый уголок, потому что в детстве проводила здесь очень много времени, когда у бабушки с дедушкой совпадали дежурства, а за мной некому было приглядывать.

Я прошагала по белому коридору к лестнице и поднялась на второй этаж, где меня уже ждал терапевт. Прием у врача не занял и десяти минут. Меня быстро осмотрели, выдали рецепт, и я спустилась вниз, где как раз встретила свою бабушку.

– Родная! – ее милое круглое лицо, покрытое морщинами, озарила искренняя улыбка и она притянула меня в свои объятия. Голубой медицинский костюм был идеально выглажен и хорошо сидел на ее слегка полноватой фигуре, а уставшие карие глаза излучали радость от встречи.

– Привет! – ответила, несмотря на то, что большая часть моего лица была скрыта под медицинской маской. Ничто не сравнится с тем, чтобы оказаться в теплых объятиях родного тебе человека.

– Осмотр прошел нормально? Тебе выписали лекарства? – она отстранилась и осмотрела меня с головы до ног.

– Да, – я перевела взгляд на лист в своих руках, – сейчас сразу пойду в аптеку.

– Жди меня здесь, – бабушка усадила меня на один из стульев в коридоре, а сама скрылась за дверями соседнего кабинета.

Я закрыла глаза и прислонилась затылком к стене, ощущая невыносимую головную боль.

– Вида, – я резко открыла глаза и увидела перед собой бабушку с протянутыми денежными купюрами в руках, – вот возьми. Купишь все необходимое.

– Бабушка, не на….

– Никаких возражений! – строго остановила она меня, и я невольно вспоминала наш с мамой утренний разговор.

Я поднялась на ноги, взяла деньги, быстро обняла ее и поспешила покинуть больницу.

Единственная аптека в нашем поселке располагалась в местном Торговом центре, который так и назывался. По дороге к нему были обледеневшие тротуары, а на подходе к нужному мне зданию разлилась вода от уже подтаявшего снега, которую я старательно пыталась обойти.

Несмотря на то, что я шла очень осторожно, наступив в лужу, моя обувь заскользила по льду, который был под водой. И это оказалось только половиной беды, потому что с громким «у-у-ух», я врезалась в рядом стоящего человека и упала, ощущая себя так, словно проломила своими костями мокрый асфальт.

Послышался громкий мужской гогот. Чувствую, как мои щеки заливает краска стыда, а джинсы мгновенно промокают. Но быстрее, чем успеваю проанализировать окружающую обстановку, вижу перед собой протянутую руку.

Не поднимая глаз, вкладываю в нее свою мокрую ладонь и осознаю, что это рука молодого человека, в которого я врезалась. Ему каким-то образом удалось удержаться на ногах. Все еще боюсь смотреть на него и начинаю извиняться, устремляя взгляд в лужу, виновную в моих мучениях. Молодой человек молчит, и когда я поднимаю на него свой взгляд, вижу, как он с интересом наблюдает за мной, а затем улыбается. Я замолкаю и через мгновение узнаю в нем одного из знакомых Виктора, которого зовут Алекс.

– Ты не ушиблась? – с искренним интересом спросил он своим низким бархатистым голосом. От неожиданности я заворожено смотрела на него, и только когда он вопросительно вскинул брови, я, наконец, нашла, что сказать в ответ.

– Все в норме, – улыбнулась я и ощутила, как мое лице еще сильнее залила краска стыда под пронзительным взглядом его серо-голубых глаз. Я уверена, что с последней нашей встречи прошло как минимум пару лет, вот только он, кажется, совсем не изменился.

В отличие от меня. Потому что из неуклюжего подростка я превратилась в почти изящную девушку.

– Точно все хорошо? – спросил он и усмехнулся, не скрывая легкой насмешки в своем взгляде. В ответ я нервно кивнула головой, чувствуя, как вся моя одежда медленно пропитывается ледяной водой из лужи.

– Да, точно. Еще раз прости меня, пожалуйста, я не специально я …э… шла, и… – я обратила внимание, как молодые люди, с которыми до нашего столкновения говорил Алекс, продолжают говорить между собой, не обращая на меня никакого внимания, отчего смогла немного расслабиться.

– Тебе не за что извиняться, – он сунул руки в карманы своей легкой спортивной куртки и слегка пожал плечами, продолжая смотреть на меня. – Как Виктор? Я слышал, что Лара все-таки окольцевала его.

– Да. Они поженились несколько месяцев назад, – хриплю я в ответ и изо всех сил стараюсь сдержать приступ кашля. – Прости, мне нужно идти, – сделала я несколько шагов в сторону Торгового центра, ощущая, как меня начинает бить озноб.

– Рад был тебя видеть, – в свойственной ему вежливой манере закончил он наш короткий диалог.

– Взаимно, – слабо улыбнулась ему я и поспешила войти в здание.

– Вида! – крикнул Алекс мне вслед, отчего я резко остановилась и медленно обернулась, отмечая его уверенную походку и правильную осанку, которые явились основой его грациозных движений. Он остановился прямо напротив меня, сохраняя при этом дистанцию, но не разрывая зрительного контакта со мной. – Передавай привет Виктору.

Я кивнула в ответ и нерешительно улыбнулась, оглядываясь по сторонам, чтобы хоть как-то скрыть свою неловкость.

Его внезапное появление передо мной произвело на меня странное впечатление. Возможно, это из-за его не совсем обычной внешности. На фоне темных волос его серо-голубые бездонные глаза очень выделялись. Высокий лоб, прямой аккуратный нос возвышался над идеальными пухлыми губами, а его кожа имела идеальный бронзовый оттенок. Легкая щетина, прикрывавшая его крепкую челюсть, придавала ему небрежность.

Я где-то слышала, что у него есть европейские корни, но никогда особо этим не интересовалась, хотя это объясняет его не совсем обычное имя. Но, мне ли об этом рассуждать?

– Еще увидимся, – подмигнул он на прощание, а мне осталось лишь недоуменно смотреть на его удаляющуюся фигуру, с трудом вспоминая, что мне нужно в аптеку.

И к концу моего медикаментозного шоппинга я смогла прийти в себя и добраться домой без приключений. Все мои вещи пришлось стирать из-за того, что на них остались большие пятна от воды и дорожной соли. Единственным напоминанием служил постепенно проступающий синяк на моей пятой точке.

К семи часам вечера я приготовила ужин, приняла таблетки, и наконец-то, легла в постель.

Поздним утром следующего дня я открыла глаза и обнаружила бабушку, сидящую рядом со мной.

– Доброе утро! – она аккуратно убрала прилипшие к моему лицу волосы и провела по моей щеке пальцами. Прошлой ночью у меня была температура и я то и дело просыпалась от озноба, то от того, что меня бросало в жар.

– Доброе утро. Который час? – со стоном произнесла я и села, плотнее кутаясь в одеяло.

– Десять. Я не хотела тебя будить, но мне пора на работу. А мне нужно было убедиться в том, что ты в порядке, – слабо улыбнулась она. – Как ты себя чувствуешь?

Я провела ладонью по лицу и попыталась улыбнуться ей в ответ.

– Гораздо лучше. Надеюсь, завтра смогу вернуться к Лене. Как твои дела? Дедушка пришел?

– Пришел-пришел, – быстро ответила она. – Несколько часов поспит и опять на работу. Кстати, спасибо за ужин.

– Не за что, – я бросила взгляд на окно и отметила, что сегодняшний день обещать нам яркое солнце.

– Весна, судя по всему, будет ранняя, – задумчиво произнесла бабушка.

– Ага, – отозвалась я и повернулась к ней лицом.

– Я хотела тебя кое о чем попросить. Если ты нормально себя чувствуешь, конечно, – неуверенно обратилась ко мне бабушка.

– Конечно, – не смогла я удержаться от улыбки, умиляясь ее неуверенности.

– Нужно купить земли под рассаду. Я совсем не успеваю, – нервно рассмеялась она в ответ.

– Я все улажу, – без колебаний согласилась я.

– Деньги и список оставлю в прихожей на полочке.

Я кивнула головой, после чего бабушка медленно поднялась на ноги и вышла. Еще несколько минут я понежилась в постели, а затем поднялась на ноги и энергично начала собираться.

Погода была солнечной и теплой. В воздухе чувствовалось приближение весны, и это не могло не радовать. Мое самочувствие заметно улучшилось, и я почти была готова вернуться к учебе.

Я немного прогулялась по родному поселку и решила, что самое время зайти в магазин. И вот я в местном цветочном магазине среди женщин, жаждущих купить семена и атрибуты, необходимые для их рассады. Беру все, что указано в списке и иду на кассу, где образовалась очередь, от которой у меня отвисает челюсть. Проходит минут десять, а она все растет и растет. Когда передо мной остается четыре человека, вижу причину, по которой мы движемся со скоростью улитки. За кассой стоит парень, узнаю в нем сына хозяина магазина, по-моему, его зовут Юрий, а рядом с ним стоит человек, которого не видно из-за стойки с семенами. Юрий обслуживает клиентов и в то же время разговаривает с этим человеком, а если быть точнее, он обслуживает клиентов в перерывах между разговором. Спустя еще несколько минут я не выдерживаю и обращаюсь к парню за кассой.

– Молодой человек, не могли бы вы сначала обслужить очередь, а потом уже вести свои светские беседы? – Юрий смотрит на меня и ничего не отвечает, а парень, с которым он разговаривает, поворачивается, и я узнаю Алекса, который ослепительно улыбается, затем прощается со своим другом и выходит из магазина, продолжая при этом улыбаться.

Когда подходит, наконец, моя очередь, вздыхаю с облегчением, благодарю Юрия (вопреки своим внутренним ощущениям) и выхожу прочь оттуда. Мне нужен был свежий воздух, чтобы остудить скопившуюся во мне жгучую ярость.

Как только оказываюсь на улице, первое, что замечаю – глаза ясного небесного цвета, ярко выделяющиеся на фоне талого снега, которые снова смотрели на меня с нескрываемой насмешкой.

– А я думал, ты жить там остаешься, – подметил Алекс, продолжая улыбаться, а я от неожиданности снова испытала смущение, не понимая, почему его присутствие так на меня действует.

Не отрицаю – он был привлекателен, но в его взгляде было что-то такое, что заставляло меня давать себе установку держаться от него подальше. Он был опасен для меня, я это чувствовала.

– Ну, если бы кое-кто не отвлекал кассира от работы, я бы уже дома пила вторую чашку чая, – хриплым, но от этого не менее язвительным тоном ответила я, на что он ухмыльнулся так, словно все, что произошло было заранее спланировано.

– Готов искупить свою вину. Подвезу тебя до дома. Моя машина рядом, – он кивнул головой в сторону парковки, расположенной за зданием магазина.

– Я способна справиться самостоятельно. Но спасибо за предложение, – улыбнувшись, я расправила плечи и прошла мимо него.

– Не проблема, – он быстрым шагом нагнал меня, – раз ты не хочешь, чтобы я подвозил тебя, тогда давай подвезу твои тяжелые пакеты.

Его слова заставили меня остановиться и даже всерьез подумать над его предложением.

– Думаешь разумно отправлять их с тобой? – взглядом указываю на действительно тяжелые пакеты у себя в руках.

Вместо ответа Алекс улыбается и забирает у меня пакеты из цветочного магазина.

– Думаю, что им все ровно, кто их доставит до дома. Ох… какие тяжелые! – наиграно кряхтит он, оценивая их вес, и уходит, а мне осталось лишь проводить его взглядом, а затем наблюдать за тем, как он проезжает мимо на своей черной иномарке (никогда не разбиралась в их названиях).

Отхожу от окна и смотрю на часы. Уже семь часов вечера, через час вернется бабушка с работы, а мои пакеты так и не были доставлены домой. Магазин будет работать еще целый час, и я собираюсь пойти туда, чтобы узнать у Юрия, где могу найти Алекса. Выхожу из подъезда и вижу ту самую черную машину, которую несколько часов назад провожала взглядом. Первое, что ощущаю – облегчение, но через мгновение оно сменяется дикой яростью. Алекс выходит из машины, и, улыбаясь, направляется ко мне.

– Ты заблудился, потому что не спросил у меня адрес моего дома? – скрещиваю руки на груди и смотрю на него в упор, ощущая, как каждая клеточка моего тела напряжена.

– Прости, но у меня были неотложные дела, – вижу, что он прячет улыбку.

– Я… – что могу сказать? Накричать на него будет глупо. Сказать, что он мог позвонить, но он не знает мой номер телефона. Да и я сама виновата. Можно подумать, у него больше нет дел, кроме как носиться с моими пакетами. – Ладно, не проблема, – выдыхаю я и провожу ладонью по лицу. Снова попала в глупую ситуацию.

– Вот. Все в целости и сохранности, – с легкой улыбкой на губах передал он мне пакеты.

Когда я протянула свои руки, наши пальцы соприкоснулись, отчего я резко отдернула свои руки, избегая смотреть ему в глаза. Меня бросило в жар, и я захотела поскорее вернуться домой. Я вела себя крайне глупо и незрело, но мои действия не поддавались моему разуму, поэтому приходилось мириться с последствиями.

– Спасибо, что доставил мои пакеты. Тебе, наверное, пора, – кивнула я в сторону его машины, мотор которой до сих пор работал.

– Знаешь, – он прочистил горло и попытался поймать мой взгляд, – мне так неудобно. Я не смог выполнить свое обещание. Позволь мне загладить свою вину.

Я подняла на него свой вопросительный взгляд. Пустяковая проблема так сильно расшевелила его совесть? И что это за настойчивость в каждом слове и действии?

– Все в порядке, в конце концов, ты не обязан был этого делать, – безразлично пожала я плечами и резко отвернулась от него. – Еще раз большое спасибо, – сухим тоном бросила я через плечо и поспешила скрыться в подъезде, ощущая подступающие слезы, причина которых мне не была ясна.

АЛЕКС

Не редко судьба подкидывает тебе подарки в самый неожиданный момент. Что может быть лучше случайности, которая освобождает тебя от решения насущной проблемы? Именно так и произошло со мной в тот момент, когда Вида врезалась на меня. Теперь дело осталось за малым – не упустить этот шанс.

Уютные коридоры офиса моего отца без преувеличения были моей заслугой. В последнее время он занят какими-то своими делами и все его обязанности генерального директора легли на меня. Сегодня был тот редкий день, когда он решил заехать в офис и по этому случаю вызвал меня, несмотря на то, что был уже поздний вечер.

Подхожу к двери его кабинета, несколько раз уверенно стучу в нее и после одобряющего возгласа вхожу. Отец сидит за массивным темным столом и перебирает какие-то бумаги. Подхожу к столу и сажусь на один из множества стульев перед ним.

– Ты опоздал, – строгим тоном констатировал он, не поднимая глаз от бумаг.

– Я был у бабушки, – спокойно ответил я, не обращая внимания на его холодный тон и упрек.

Отец удивленно вскинул брови, но при этом все еще не смотрел на меня.

– Вот как. Надеюсь тебе есть чем меня порадовать? – перешел он сразу к делу.

– Если ты о Виде, то я уже занимаюсь этим вопросом, – тяжело вздохнув, ответил я, ощущая тяжесть в своих плечах.

Отец наконец-то бросает на меня взгляд исподлобья и откладывает бумаги в сторону.

– Ты же понимаешь, что она ничего не должна знать. Ни в коем случае не подавай вид, что все происходящее не случайно. Будь в курсе всего, что происходит с ней. С кем она общается, какие у нее отношения с семьей, а главное – известно ли ей что-нибудь о Дмитрии и его оставшихся активах.

Я нервно сглатываю и поддаюсь слегка вперед, чтобы лучше его видеть.

– Объясни мне, наконец, зачем тебе Вида? Она еще совсем юная и не думаю, что она как-то связана с прошлым Дмитрия.

Отец тяжело вздыхает и на его лице появляется сожаление, только что-то мне подсказывает, что оно наиграно и на самом деле он намеренно от меня что-то скрывает.

– Она вверена мне ее отцом. Ты же знаешь.

– Но она же ничего… – вновь попытался я возразить.

– У меня нет времени тебе что-либо объяснять. Просто делай то, что я тебе говорю. И сделай это так, как ты умеешь! – повысил отец голос, показывая, что его слова имеют важное значение.

Я сделал глубокий вдох и провел ладонью по волосам.

– Это все. Или ты еще хотел мне что-то сказать?

Отец тяжело вздохнул, положил ладони на стол, сомкнув их в замок.

– Как мой заместитель ты знаешь, что дела наши пошли в гору. К началу лета я планирую открыть несколько магазинов в соседних городах, – он выдержал короткую паузу, о чем-то задумавшись. – Мне нужно будет поехать посмотреть помещения, заняться набором сотрудников, в общем, все проконтролировать. Всеми делами здесь будешь заниматься ты, так что будь готов.

Я кивнул головой и посмотрел перед собой, понимая, что для меня существенно ничего не изменится.

– На этом все? – деловым тоном спросил я.

– Да, это все, что я хотел тебе сказать. Можешь идти, – я поднялся на ноги и направился к выходу. – Алекс? – уже в дверях мне пришлось обернуться. Отец посмотрел мне прямо в глаза. Выглядел он крайне серьезным и сосредоточенным. – У меня будет одна просьба, – следует еще одна короткая пауза и я чувствую, что отчего-то начинаю нервничать, – не позволяй этому заходить слишком далеко. Помни об Инне.

ВИДА

Двор моего родного дома всегда действовал на меня успокаивающе. Здесь я чувствовала себя в безопасности. Здесь выросла почти вся моя семья и, к счастью, я не стала исключением. За то время, что я жила здесь сменялись поколения, люди уезжали и возвращались, с каждым годом появлялось больше новых лиц, и только я, казалось, совсем не менялась.

Но на самом деле все было не так. Я изменилась. Повзрослела и на многие вещи теперь смотрю по-другому. Например, моя подруга детства Маша. Всю жизнь она живет в одном со мной подъезде, но только на втором этаже. Раньше это было чем-то привычным и неважным, но пару лет назад это, можно сказать, спасло мне жизнь и с тех пор даже незначительные мелочи стали для меня важными и судьбоносными. Все не то, чем кажется, и с каждым днем я сильнее в этом убеждаюсь.