- -
- 100%
- +
Что касается баронессы… Может, я и не разбираюсь в людях… но мне тетушка Асуко показалась злобной лицемерной тварью. И не только из-за того, что околдовала беднягу Мэзэру для удовлетворения своих желаний.
Но одно точно: спорить с ней сейчас предельно глупо. Формально, конечно, я Наследник Сегменции Демавенд, у нее же, насколько я знаю, вообще нет никакого звания. Но на деле, связи подобной особы колоссальны. Не удивлюсь, что и папаша с опаской смотрит на свою сестрицу.
Потому, пока что будем делать то, что посоветовала баронесса. Развлекаться, развлекаться и еще раз развлекаться!
Тем более что это должно быть весело!
Следующие полдня прошли в занятиях. Утром – фехтование с длинным, как цапля, чернокожим демоном по имени Тэнг, затем, после плотного обеда – по истории и общей культурологии демонов, а заключающим уроком шли занятия по магии. И если первые два мне не показались особо интересными, то господину Сантуну, бывшему придворному магу какого-то могущественного князя, я внимал с превеликим вниманием!
Магия в мире демонов была везде. И применяли они ее не задумываясь. Магические потоки пронизывали пространство во всех направления, и нужно было лишь уметь взять эту силу и вложить в подготовленную для нее основу. Мне чрезвычайно с импонировало то, что маг не стал грузить меня теорией, а начал с практики, обучая прикладным вещам, таким как использование амулетов, пространственных вызов и подогреву бассейна.
А вот после я пожелал узреть Мааса Икара. Именно так: я пожелал! Ибо насчет него у меня сложились некоторые мысли.
Сухенький демон прибыл незамедлительно. Пергаментная кожа выдавала почтенный возраст, он мелко перебирал ножками и постоянно кланялся, но, как мне кажется, все это была лишь некая маска, кою он показывал перед Высшими. Не думаю, что тетушка просто так возводила на него напраслину, а значит и мне с Главным Писарем, что в отсутствии папаши держал в руках реальную власть на Сегменции, нужно было держать ухо в остро…
И ничем не отличаться от остальных Высших: быть наглым высокомерным уродом по отношению ко всем, кто не принадлежал к самой благородной части демонской расы.
– Хочу тут все поменять, – сказал я, покрутив пальцем по сторонам.
– Что именно молодой господин хочет изменить в своей опочивальне? Я хочу напомнить, что сия обстановка осталась еще от старого графа…
– Ты глухой? Я сказал: Хочу. Здесь. Все. Поменять! – последнее слово я буквально рыкнул, сам удивившись вдруг прорезавшемуся реву.
Маас вздрогнул, часто закивал головой и, достав откуда-то из-под полы балахона большой блокнот, записал в него мое пожелание. Смотрелось это довольно комично. Интересно, что он туда вписал? «Наследник хочет все поменять?»
Не маловато ли, кстати, для взбалмошного Наследника, чью роль я теперь решил отыгрывать?
– А еще раздобудь мне нормальных шлюх, не буду же я донашивать обноски за отцом?
Главный писарь вновь закивал, а я усмехнулся про себя, прямо-таки наяву увидав, как он заносит меня в перечень малолетних идиотов, дорвавшихся до богатств.
– И да. Я хочу знать, куда отправился мой отец? Что там за эти слухи с его проблемами у Подножья Трона Великого Дутура?
Надеюсь, этот животрепещущий вопрос хорошо попал в струю инфантильных желаний молодого наследника? Он должен был выглядеть как: «И сколько еще я смогу творить все, что душа пожелает?»
Но вот именно на него писарь и не захотел давать ответ. О, конечно это было обставлено более витиевато:
– Ничтоже прошу прощения молодой господин! Но столь убогим существам, как я не понять высоких игр Высших сословий! Ваш отец имеет благословление самого Великого Дутура и я не сомневаюсь, что он свершает сейчас великие дела в его Славу! Куда уж нам, сирым, разуметь мысли столь благородных Высших?!
Вот как. Давить я не стал, ибо понял, что этой отповедью он и отсылает Высших по известному адресу.
Маас откланялся. Что и говорить, коротышка мне понравился. И именно после разговора с ним у меня начал складываться некий план, как сделать так, чтобы не оказаться марионеткой многочисленных родственничков.
Кстати о родственниках. Как я и подозревал, одной тетушкой Асукой и ее отпрысками перечень домогавшихся до моей персоны не ограничился.
Не успел Главный Писарь захлопнуть за собой дверь, как в нее снова постучали.
– Хозяин, к вам посетители… Ваш двоюродный дядя господин барон Кацу с сыном. Желаете принять их в вашем будуаре или…
– Давай в саду, – вздохнув я, уяснив, что пока я лично не узрею полный перечень моей рогатой родни, покоя мне не будет.
Впрочем, в отличие от «слабой на передок» тетушки, барон Кацу оказался весьма приятным малым. В отличие от практически всех виденных мной Высших, он не стремился щеголять в гориллоподобной форме, а являл собой колобкообразного коротышку. Небольшие рожки, рыжая шевелюра клочьями и бородка клинышком делала его похожим на древнего шоумена Романа Трахтенберга, чей образ до сих пор эксплуатировали в земной виртуалке. Отличался барон и одеждой, предпочитая вместо традиционной юбки-гоморы расфуфыренный камзол с позолотой и драгоценными каменьями. Еще потешнее смотрелся его сынок – нескладный подросток по имени Тоши, двух метров ростом, с уже оформившимися тяжеленными рогами. Юбка-килт болталась на нем как на вешалке, а меч, который он с какого-то хрена таскал с собой, перекашивал его на левую сторону.
Барон тут же засыпал меня вопросами о Земле. Похоже, мое прошло его действительно интересовало. Поинтересовался, как я тут поживаю, поцокал языком, услышав о вчерашней вечеринке в Амфитеатре-В-Джунглях, бормоча что-то вроде: «эх, нынешняя молодежь уже не та…», ну и вообще ничем, вроде как не выразил желание на меня как-то влиять.
Ха-ха! Как говориться: «Мойша, кому вы парите?» Если б такового желания не было, то не было бы здесь и самого барона!
Уже собираясь откланяться, он вдруг хлопнул себя по лбу:
– Ах да, Керо, я совсем забыл, зачем к тебе пожаловал! Ох, возраст, возраст… Держи, это мой подарок. И не гоняй сильно!
А вот тут, братцы, он меня пронял… Ибо по щечку когтистых пальцев, пространство раздвинулось и прямо около фонтана, близ которого мы мило беседовали, на траву вывалился огромный аэромобиль!
Е-мое! У меня натурально отвисла челюсть, при виде этого чуда! Огненно красный пятиметровый болид чем-то смахивал на древнюю «Феррари». Зауженные фары, в хлам тонированные стекла, небольшие черные крылья и вороненое хвостовое оперение. Убойное сочетание любимых демонских цветов: черного и красного!
– Я в них не разбираюсь, Керо. Но мой сын сказал, что это самая последняя модель.
Завистью в глазах Тоши можно было плавить свинец. Походу, для сынка барон так не раскошеливался!
– Ну, а теперь мне пора.
Барон Кацу свалил, а его сына я просто не мог отпустить просто так и предложил юному баронету немного прокатиться. Тем более что я все равно понятия не имел, как управлять этой штуковиной!
ГЛАВА 4
Ух ты!
Вернее: бл*дь, как ох*енно-то!
Как любого русского мужика, для выражения полного восторга мне был жизненно необходим мат!
Но это действительно было просто опупенно!
Поначалу Тоши боялся даже лишний раз дернуть штурвал управления. Но уже вскоре лихо закручивал та-а-а-акие виражи, что нам только оставалось, что кричать от ужаса и восторга. Маленький аппаратик резал пространство вокруг Грозди со скоростью истребителя, в то же время умная система безопасности исправляла косяки не очень умелого управления, не позволяя нам врезаться в какую-нибудь Сегменцию.
Вообще это сочетание магии и высоких технологий меня поначалу ошеломило. Но постепенно привык. Регион Сар, где дрейфовала Гроздь во главе с Великим Дутуром, был населен десятками рас на сотнях миров, и часть из них имела вполне себе приличный технологический уровень, зачастую даже более продвинутый, чем Земля. Впрочем, остальные вполне довольствовались магией, что, как выяснилось, могла дать не меньше, а иногда даже больше, чем эти самые развитые технологии.
Красный болид мчался сквозь пространство, в котором висела бесконечная махина Грозди, а мы внезапно разговорились с Тоши о политике.
– Косность и реакция правит нашим миром, Керо! Вот ты мне скажи, почему тот же Маас Икара – величайший ум в нашей Сегменции вынужден терпеть издевательства всех Высших, что завидуют его положению? Я уж не говорю о том, что какой-нибудь тупорылый болван с перекаченными мускулами, который только и делает, что прогуливает родительского состояние в нашем обществе стоит выше бизнесмена, что отваливает твоему отцу налогов на несколько сотен золотых в год? И они еще смеют говорить, что занятие бизнесом – это не для Высших! Ха! Как будто никто не знает, что у всякого здравомыслящего дворянина есть парочка своих «маасов», что ведут их дела! А некоторые, типа нашей уважаемой тетушки и вовсе сами организуют дело на своих землях! Это глупо и несправедливо! Все демона должны иметь равные права! Разделение на Высших и Нижних – исторический атавизм, мешающий развитию нашего общества!
Забавные сентенции из уст рогатого уродца. Судя по жару, с каким Тоши все это вещал, идеи Ленина нашли отклик в душе юного баронета.
– Высшие давно закостенели и только и занимаются тем, что жируют на труде других демонов! Почему мы допускаем Низших к службе в наших дружинах, но не допускаем их к управлению Сегменциями?
– Но ведь сейчас Демавендом по сути правит Маас? Разве нет?
– Ха! Управляет до тех пор, пока в один миг твой отец не решит, что ему надоела его морщинистая рожа пред его троном! После чего он отправится или в халупу в горах или в Бездну! Вот увидишь, такова будет благодарность за годы преданного труда…
Тоши вдруг заткнулся и испуганно покосился, только сейчас вспомнив, кому это он все говорит.
– А другие народы? Те же люди, тольтеки, амаяки и прочие? – перечислил я находящихся в подчинении Грозди поданных. – Рабы, в конце концов?
– А что рабы?
– Ну тебе не кажется, что им тоже нужны равные права?
– А-ха-ха-ха-ха, – заржал баронет, запрокинул голову. – Ну и шуточки у тебя. Керо! Ха-ха…
Вообще Тоши оказался интересным пареньком. В нашим мире таких, как он называют «ботаниками». Он денно и нощно корпел над древними фолиантами, пытаясь найти зерна истины в подчас сумасбродной писанине местных ученых, философов и магов-исследователей (что в мире демонов по сути было одним и тем же). А учитывая, что самые сильные маги всегда чуточку сумасшедши, бреда в этих фолиантах было, действительно, до хрена. Барон же Кацу, как выяснилось, совершенно не интересовался отпрыском, полностью погрузившись в хитроумные интриги против баронессы Асуко. Правда, при отце интриговать против нее было довольно глупо, ибо класть он хотел большой и толстый на все потуги хитрозадых родственников, а против самого Амонояку – опасно. Ибо нрав у него был жестокий, а крыша в виде Правителя Грозди сводила на нет любые потуги, как-то потеснить его с трона Демавенда. Зато, когда на острове появился я – несмышленый паренек с окраины вселенной, Кацу быстро вспомнил о собственном отпрыске.
Все эти манипуляции были настолько читаемы, что их легко видел даже я. Как и попытку примитивного подкупа, и знаете что? А мне это даже нравилось, ха-ха! Главное было не лезть в их паутину, а прикидываться шлангом и вести свою игру. Потому как, пусть мне и мало лет, вечно быть объектом, а не субъектом местной политики я не собирался.
Меж тем, я решил воспользоваться Тошей как водителем и навестить кое-кого, кому предстояло сыграть в моих планах центральную роль.
– Ты знаешь, где находится постоялый двор «Приют Адуга»? – спросил я его, когда мы вдоволь налетавшись меж целым «метеоритным облаком» небольших летающих островов, возвращались к нашей Сегменции.
– Нет… Зачем он тебе? Сейчас в твоем распоряжении весь замок!
– Там остановился один мой знакомый.
– Сейчас узнаем…
Тоши включил автопилот и сосредоточенно уставился прямо перед собой. В воздухе запахло магией.
– «Приют Адуга»… «Приют Адуга»… – бормотал он, пыжась и пыжась все сильнее. Я уж думал, молодой баронет сейчас лопнет от напряжения, но вдруг Тоши расслабился и сказал. – Это на северной оконечности острова, в горах. Жуткая дыра! Кого ты там решил навестить?! Серных коз?
Я в ответ лишь улыбнулся.
– Узнаешь. Правь в «Приют Адуга».
– Ба! Какие гости!
Дардак, потрясая многочисленными складками на пузе, шее и прочих частях тела засеменил к нам с недоуменной улыбкой на рогатой ряхе. Откуда-то слева вынырнул хозяин постоялого двора, но варвар отпнул его копытом будто даже и не приметив.
– А ты мне не рад? – хитро прищурившись, спросил я демона, на что тот быстро-быстро закивал.
– Что-то, что ты, дорогой друг Керо! Но мог ли я представить, что ты самолично почтишь меня присутствием? Прошу, прошу к моему огню!
Раскланиваясь и расшаркиваясь, отчаянно косясь на нескладную фигуру Тоши, он потащил нас в один из неказистых сложенных из больших валунов домиков на краю обрыва. Я же, смотря на физиономию юного баронета, едва сдерживал смех. Недавно распинавшийся про «равенство и братство», вышагивал с такой рожей, будто даже дышать одним с варварами воздухом было выше его сил. Забавно, такого высокомерия я не припомню даже от товарищей Мамору.
Твою ж мать…
Внутри оказался сущий кавардак! Шкуры, чадящие факелы, какие-то засаленные подушки, сваленное в груду оружие, голая задница в куче тряпья, разбитые бочонки, расплесканное пойло и обгрызенные кости… И все это было укрыто густым пологом сладковатого дыма. Настоящая обитель великана из сказок!
Кстати о великанах. В Центре этого бедлама восседали три огромных демона, чьи рога на голове и плечах были столь массивны, что я даже засомневался в том, что они способны крутить головой. Они по очередь курили здоровенную «трубку мира» и прихлебывали какое-то дымящееся пойло из огромных деревянных кружек.
Едва мы вошли, демоны синхронно повернули к нам мутные взгляды, которые в одно мгновение наполнились злобой и свирепостью.
Е-мое! Унести бы отсюда ноги!
Но опасения оказались напрасными. Как только варварский принц провозгласил, что их скромное жилище (честно говоря, более похожее на сральню) посетил сам Наследник Сегменции Демавенд, морды демонов раскололись зубастыми улыбками и уже вскоре я держал в руках полуметровый рог с булькающим отваром, от которого неимоверно разило спиртом.
– За Великого Дутура! – взревел Дардак.
– За Отважного лорда Аманояку! За Наследника Керо! – завторили его подручные.
Мы бумкнули чарами и я отважно залил в рот варварское пойло…
Хм… Как ни странно на вкус оно оказалось вполне себе пристойно! Что-то вроде горячего рома. Своеобразно, но отторжения не вызывает… В отличие от моих соседей по «столу». Несло от них неимоверно!
Глядя на меня, Тоши скорбно выдохнул и тоже пригубил из кружки, за что тут же получил взбадриваюший удар по спине от одного из сотоварищей Дардака:
– Кто ж так пьет-то?! У-у-учись, друг, как надо! – и он лихо опрокинул в себя всю оставшуюся кружку. – Гудруг, зажигай!
И Гудруг зажег! Демон вдруг звонко ударил себя по рогам и неожиданно приятным бархатистым баритоном затянул неразборчивую песню. Что-то о битвах и танцах на головах врагов…
Я же, пригубив еще пару раз из рога и сочтя, что приличия соблюдены, цепанув Дардака за локоть, вытащил его наружу.
– Что с тебя потребовал Ичиру за мою помощь?
Ха-ха. Первый же вопрос заставил скривить жирного демона, будто он проглотил пару лимонов. Но для меня это был очень важный вопрос. До того, как посадить этого малого на свой крючок, я должен был убедиться, что его не держит кто-либо еще.
– Ну, смелее, – подбодрил я трехсоткилограммового уродца. – Перед тем, как тебе помогать, я должен знать, что ты задолжал этим парням.
Ух, видели бы, как загорелись надеждой желтые глазища этого бедолаги, едва он услышал эти слова!
Конечно же, после этого он вывались все договоренности с Ичиру и его братвой, как на духу!
– В случае успеха, я должен буду господину Ичиру три сотни золотых, господину Мэзэру две и еще две господину Мамору… А также по три умелые рабыни… – выпалил демон и, помявшись, простодушно добавил. – Гм… Рабынь я уже отдал.
Ха! Бабло и шлюшли для потрахушек! Как банально. Ни тебе здесь торговой фактории в варварских краях, ни рабов для каменоломен. Думаю, тот же Тоши нашел бы как конвертировать добычу престола Сегменции своему ставленнику в что-то более основательное. Пацанчики просто решили срубить на мне бабла, ха-ха!
– Что ж. Ты отсыплешь им эти монеты, в конце концов, они их заслужили, ха-ха… Но для меня…
– Все что угодно, господин! – быстро-быстро закивал Дардак, бросившись на колени и тем самым оказавшись одного со мной роста. – Только помоги отомстить сраному Кударгу! Золота, женщин, лучших в этих местах ездовых драконов!..
– Тише, тише, Дардак, не надо об этом рассказывать всей этой дыре… Взамен… ты будешь мне другом.
Эх, как приятно делать добрые дела. Потрясая жиром, здоровенный демон припал к моим ступням, а в моем мозгу снисходительно похохатывал Вито Корлеоне.
Поговорив с варварским принцем, я хотел было отчалить восвояси… Но в мире демонов так просто из гостей уйти было невозможно!
Когда мы вернулись в дом, веселье было в самом разгаре. Задевая оленьими рогами за потолок в центре залы, прямо около вновь разожженного костра, разгоняя скопившийся дым, отплясывал в дребадан убитый Тоши. Когда он только успел так уделаться?!
Один из «людей» Даудака – здоровенный увитый мускулами демон, аккомпанировал юному баронету на собранном из костей барабане, а двое других, сидя по-турецки, залихватски хлопали в ладоши, поддерживая танцевальный порыв гостя.
Твою мать… Шансы отсюда улететь стремились к нулю. В таком состоянии Тоши не то чтобы держать штурвал аэромобиля, он свой-то кожаный штурвал удержать был не в состоянии.
– Ну где вы ходите?! – заорал Гудруг так, будто мы находились на концерте рок-группы. – Этот учкак наконец зажарил нам молодого гурку!
И действительно, в углу обнаружился давешний хозяин постоялого двора с медным подносом наперевес, на котором громоздилась скрученная кольцами и зажаренная до коричневой корочки здоровенная змеюка! В глазах престарелого демона читался испуг и желание оказаться где-то далеко-далеко, а лучше всего, чтобы там оказались буйные гости. Под одним глазом дедка виднелся фингал, а на левый рог была надета кружка. Но увы, не думаю, что нищие варвары могли себе позволить нечто большее, чем постоялый двор в самой заднице Сегменции Демавенд. Похоже, все остальные деньги Даудак отложил для Ичиру сотоварищи.
– За моего Друга, Наследника Керо! – взревел Дардак, когда гурка была разрезана, а кружки и рога вновь наполнены выпивкой.
Последние пару часов я уже плохо воспринимал происходящее. Бесконечные тосты, какие-то нелепые пари, откуда ни возьмись появившиеся полуголые рабыни, жратва и выпивка, выпивка и жратва… Когда я уже понял, что не в состоянии выпить даже еще один глоток, Дардак осторожно, словно ребенка, взял меня на могучие руки и отнес наверх.
Мне, как самому почетному гостю, выделили весь второй этаж. Факел, горящий на веранде, брызгал в комнату шипящим колеблющимся светом, который, однако, позволял немного рассмотреть обстановку… Но лучше бы ее видно не было. Косматые шкуры, потрепанные и засаленные подушки, тяжелые сундуки по углам. И все это к тому же жутко смердело застарелым потом и копотью.
Только моя голова прикоснулась к подушке, как напротив прохода на веранду, романтически озаряемая трепещущим огнем факела, появилась женская фигурка. Кажется, эту рабыню я сегодня еще не видел. Те, что крутили задами внизу, были староваты и довольно страшноваты. У этой же виднелись тяжелые спелые бедра и объемная чуть отвисшая грудь, длинные волосы каскадом ниспадали до талии. В нос ударил странный, но приятный цветочный запах, резко сконтрастировавший с лошадиными «ароматами» спальни Дардака. Должно быть, то была одна из тех «умелых рабынь», что варвар приготовил для Ичиру и его банды… Хотя, он вроде бы говорил, что уже передал ему их…
Пьяные мысли путались, сплетались в змейки и узелки… Я так задумался над чрезвычайно важным фактом того, говорил ли мне про рабынь Дардак или нет, что даже не заметил, как ко мне прильнуло горячее тело, а чертов цветочный аромат закружил на своих волнах, подобно наркотику.
В полумраке и полусознании от выпитого я даже не мог рассмотреть лица незнакомки… Впрочем, а так ли это важно? В мире демонов было не принято запоминать наложниц и рабынь, кои выполняли сугубо утилитарную функцию… Но я все равно хотел запомнить ту, с которой скоротаю эту ночь…
Если, конечно, не засну в самый неподходящий момент.
Девушка склонилась надо мной, и я ощутил нежное прикосновение к левому соску. Она поцеловала его раз, другой, а затем, не отрывая губ от моей груди, медленно перешла к другому, что тоже вскоре получил свою порцию ласк.
Черт, желание, что до этого едва тлело в накаченном выпивкой теле, вдруг возгорелось подобно огню маяка. Я зашарил по телу рабыни, нащупывая то тяжелые груди с большими торчащими сосками, то мягкие бедра. Хотелось вцепиться в эти мягкости и не отпускать их… Но я никак не мог выбрать в какие.
А еще я почувствовал ее желание. Она не собиралась просто отрабатывать со мной номер, а тоже жаждала обладать сегодня моим телом.
Больше не в силах сдерживаться, я зарычал, опрокинул утробно охнувшую девушку на спину и навалился следом, вонзившись в распахнутое лоно.
О-ох, член обожгло сладостным огнем. Кольцо жарких ног обхватило торс, неистово заталкивая в себя. Я попытался схватить ее за грудь, но черт подери, она была слишком велика!
Рабыня застонала, а я же только и мол, что вбивать себя в нее. Всякие мысли смыло алкоголем и страстью, оставив лишь один животный инстинкт: глубже, глубже, глубже!
Вдруг спину обожгло болью. Когти демонессы впились в меня, сжимая нас в один извивающийся клубок. И…
Р-р-р-р!
ГЛАВА 5
Черт подери… я знал, что это не сможет продолжаться долго…
Вырвавшийся крик ознаменовал окончание процесса. Я выгнулся дугой, застыв на пике, а потом враз обмяк, распластавшись среди раскинутых ног. Девушка же словно боялась пошевелиться, застыв вместе со мной, лишь ероша волосы на затылке нежными пальцами.
Наконец я откинулся на шкуры, полностью расплавившись в этой неистовой долбежке. Вонючие шкуры, готовая выполнить любые твои прихоти демонесса рядом, стоящий во дворе космолет, компания здоровенных демонов этажом ниже… Взаправду ли все это? Быть может, только сон или продвинутая виртуалка?
Все предыдущие дни я гнал от себя эти мысли. Но сейчас, почему-то, они нахлынули неудержимой волной, заставив сомневаться в собственном рассудке. И демонесса с окраины миров, кажется, поняла это.
Ее рука, слегка царапая мою кожу, проскользила по груди и накрыла обмягкший член. Увы, после такого, он, кажется, спал крепким сном. Но рабыню это не смутило. Прошло несколько минут, пока я витал в сладостной нирване, и ее ласки вновь подняли моего друга. Но, черт подери, двигаться не хотелось от слова «совсем». И рабыня уловила и это.
Миг и на бедра навалилась жаркая тяжесть, она схватила член и вставила его в себя. После чего принялась насаживаться на меня плавными, тягучими движениями, заставляя меня получать удовольствие от прохождения каждого миллиметра моего ствола. Тяжелая грудь плавно, словно нехотя, закачалась в такт движениям, отыгрывая каждую фрикцию, сопровождающимся протяжными вздохами.
Некоторое время я лишь созерцал восхитительное зрелище колеблющихся сосков, что, то нацеливались на меня, словно ракеты, то взмывали в высь, устремляясь к звездам, но вскоре ее усилия таки сорвали мне стоп-кран!
Ритм все ускорялся, как и ее вскрики. Я зарылся в ее грудь, купаясь в восхитительной мягкости, а руками впился в колыхающиеся в такт скачке ягодицы, что кажется, жили своей жизнь, ускользая и ускользая от моих рук. Рабыня, неистово двигая тазом, быстро приближала нас к конечной точки, но мне и этого было мало!
– Быстрее! – шепотом умолял я ее. – Быстрее, твою мать! Еще!
Схватив себя за грудь, она буквально утопила меня в ней. Стон вдруг перешел в рык, и в моей голове вдруг промелькнула дурацкая мысль: я же, черт подери, трахаюсь с демонессой! Не сожрет ли она меня, словно сделавшего свое дело паучка-самца?!
Йе-е-ес!
Горячий поток семени ударил ее в нутро в тот момент, когда она сама разрядилась воспарившим над горами воем. Тело рабыни сломалось, пытаясь одновременно сжаться и распрямиться, волосы взлетели тяжелым туманом, и она сползла куда-то в сторону, тихонько поскуливая, будто от хорошей трепки.
Я тоже в изнеможении опал на шкуры, не обращая внимания, что они мокры от пота. Неистовая жажда варварской демонессы выпила остатки сил, что еще оставались после обильных вечерних возлияний.