Духовная безопасность нас и наших детей

© Издательство «Сатисъ», 2008

Вступление

Петренко Владимир Николаевич, доктор педагогических наук, ректор НОУ «СИУ»

Дорогие друзья. В своем вступительном слове я хочу отметить, что мероприятие, честь проведения которого выпала нашему Высшему учебному заведению, имеет очень глубокий смысл.

В наше время – время кризиса во многих областях российской действительности: в образовании и науке, экономике и политике, культуре и нравственности – отчетливо просматривается кризис прежде всего духовной культуры. После развала Советского Союза, когда общество вроде бы стало открытым, произошел феномен «духовного взрыва», когда на фоне духовного вакуума, духовного голода народа после 70-летнего периода атеизма, отчетливо проявился факт отсутствия у постсоветских людей иммунитета от разлагающих веяний либерализма.

Под прикрытием прогрессивных идей в светскую общественную жизнь, в искусство, науку, средства массовой информации внедряются откровенно псевдорелигиозные, языческие и магические представления: астрология, медитация, уфология, вера в леших, домовых и опасные психотехники, практикующиеся в школах, детских садах, ВУЗах.

Специалистам хорошо известно, что многие из этих псевдорелигиозных движений (в простонародье – сект) финансируются Западом. Вопрос стоит очень серьезно. Поэтому хочу попросить вас принять активное участие в обсуждении докладов. Желаю нашей конференции успешной работы.

Религиозный плюрализм в современной России

Щербакова Ирина Валентиновна, методист НОУ «СИУ», студентка III курса теологического факультета СИУ

Дорогие братья и сестры, досточтимое собрание! Позвольте мне начать это выступление с вопроса: «В каком государстве жили наши деды и прадеды?» И ответ, пожалуй, будет однозначным: это Российская Империя, это мощное православное государство. В какой стране жили наши родители, родились мы с вами? – Это Советский Союз и современная Россия.

В историческом прошлом, при дедах и прадедах, религия играла первостепенную роль. В советский период, когда атеизм насильственно насаждался на государственном уровне, встал вопрос о существовании самой религии в стране. В новейшей истории постперестроечной России на общем фоне религиозного возрождения возникло такое явление, как узаконенный, юридически регулируемый, религиозный плюрализм. Фактически произошло следующее: наряду с повсеместным оживлением и активностью традиционных для нашей Родины религий была зафиксирована навязчивая пропагандистская миссионерская активность новых религиозных организаций (сект), чуждых менталитету народов, традиционно проживающих на территории страны.

Давайте обратимся к фактам. За десятилетний период с 1993 по 2003 год число религиозных объединений увеличилось в 2,5 раза, что составило на начало 2003 года более 21 000. По некоторым экспертным оценкам еще от 3 до 5 тысяч религиозных групп действуют на территории нашего государства без государственной регистрации.

По информации МИДа, за один только 2000–2001 год официально в Россию прибыло более 20 тысяч миссионеров, из них по официальным приглашениям традиционных конфессий, например, из РПЦ, – только 4,75 %, мусульманских организаций – около 1 %, буддийских – чуть более 2 %, иудейских организаций – 2,6 %. Остальную же часть – почти 90 %, составляют неопротестантские организации, новые религиозные движения, эзотерические культы – одним словом, секты.

С 2004 года, на основании нового федерального закона о свободе совести и религиозных объединений, прошла перерегистрация всех действующих на территории России религиозных организаций. И что же показал анализ?

По оценкам экспертов, сегодня в России функционирует 75 основных разновидностей нетрадиционных религиозных движений, а общее количество групп данного типа может исчисляться сотнями. Они оказывают немаловажное воздействие на общественное сознание через книжный рынок, через СМИ, стремятся форсировать свое проникновение в систему образования и в органы управления.

Среди них – скандально известные Свидетели Иеговы, сайентологи, разноплановые оккультные движения и корпорации New Age, со своими органами печати, с сетью магазинов «Путь к себе». У них «свои» прочные связи с некоторыми детскими садами, например в Калужской области и Карелии, где созданы программы так называемого «духовного усыновления» российских детей.

Стоит вспомнить программу полового воспитания школьников, навязываемую насильно Российской системе образования. А ведь по мнению независимых экспертов, как в России, так и за рубежом, эта программа давно была признана вредной для здоровья и психики подрастающего поколения.

Многие термины оккультных практик прочно вошли в обыденный лексикон. Астрологические прогнозы, медитации, «диагностики кармы» воспринимаются как вполне «научные» методики постижения мира.

Растущая активность новых религиозных движений (сект) – это серьезная и многогранная проблема. В наше время секты создаются не всегда в результате искреннего заблуждения людей. Если знаменитый Хаббард, основатель Церкви сайентологии, честно признавался, что его цель – «заработать миллион долларов» через «создание собственной религии», поскольку это эффективнее, чем «романы писать», то основная цель многих современных движений – господствовать над душами людей. Тотальный контроль за адептами приводит к трагическим последствиям как для самих сектантов, так, зачастую, – и для общества, служащего ареалом для распространения и утверждения учения сект. Уже не секрет, что некоторые секты управляются западными спецслужбами. Большинству этих движений свойственна конфронтация с властями, социальными и церковными институтами.

Так в каком государстве будут жить наши дети, внуки, как будет называться наше государство, если данная динамика сохранится?

На настоящий момент численность приверженцев новых религиозных движений оценивается неоднозначно. Одни справочники называют около 10 % населения страны, а это почти 15 млн. человек. Другие предлагают 0,2–0,3 % населения (300–400 тыс.). Как правило, источники информации при этом не раскрываются.

Представители православных реабилитационных центров считают, что в новые религиозные движения входят примерно в 3–5 млн. человек. По мнению известного философа и религиоведа академика Митрохина, ныне покойного, речь идет всего о 230 тыс. чел.

Наблюдается два основных потока экспансии в Россию групп с миссионерской ориентацией. Один идет с Запада в Центральную Россию, другой – с Востока: из Южной Кореи, Японии, Индии и США. Они ориентируются на Приморье, Хабаровский и Красноярский края.

На карте России просматривается несколько регионов высокой активности сект, причем основная масса их приверженцев сосредоточена в крупных городах: Москве, С-Петербурге, Новосибирске и т. д. В Перми особо активна «Семья, дети Бога». В Краснодаре, а также в Поволжье, в местах расселения морийцев, чувашей, удмуртов возрождается неоязычество. Языческие центры регулярно проводят моления, ритуальные празднования на общественном, и даже республиканском уровнях.

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 1994 года в своем определении решительно осудил пропагандистскую активность представителей лжехристианства и лжерелигий. По определению Собора, все секты, новые религиозные движения с христианством несовместимы. Люди, разделяющие учение этих сект, а тем более способствующие их распространению, отлучили себя от Православной Церкви.

Принципиальное значение для широкого распространения нетрадиционных религий на постсоветском пространстве имел ряд исторических обстоятельств. Среди них – весьма неблагоприятная духовная атмосфера периода застоя 70-х – начала 80-х годов. Она способствовала духовному голоду и росту религиозно-мистических настроений. Затем – резкие, глубокие социокультурные изменения конца 80-х – начала 90-х годов, значительно усилившие этот процесс и приведшие его в фазу экстремального развития. Но главной причиной следует считать глубокий урон, причиненный тоталитарным советским режимом Православной Церкви.

Этой ситуацией воспользовались зарубежные секты. Как отметил проф. МГУ диакон Андрей Кураев, «вслед за коммунистами они взращивают в русских людях отторжение от той духовной традиции, которая тысячелетиями вдохновляла все лучшее, что было в русской культуре и русской истории».

Хочется еще процитировать слова нашего современника, оптинского схиигумена Илия. «Совсем недавно мы перевернули страницу XXI столетия, и есть в нашем времени нечто общее со временем первых христиан. И это общее – не только в том, что XX век как век I восстал на Христа, обагрив землю кровью мучеников. Общее есть в ином: сегодня мало тех, кто впитал в себя веру с молоком матери. Многие поздно пришли к Богу, и обрели Его порой на краю погибели, испытав уже измученной душой весь ужас жизни без Бога и безумие богоборчества». Поэтому после многих десятилетий атеизма и бездуховности интерес к вопросам духовной жизни возрастает. Каждый пытается рассуждать о духовности. Однако вера, духовность, религия – все это предметы слишком серьезные, чтобы говорить о них без знания их законов.

К сожалению, люди часто рассуждают так: бездуховность и атеизм – это плохо, а какая угодно духовность, любая вера – это хорошо. Важно верить во что-то светлое, возвышенное, а различия между религиями принципиального значения не имеют. Как эти нехитрые рассуждения далеки от той глубины, которая характерна для людей действительно верующих, воцерковленных и серьезно мыслящих!

Вспомним слова Иоанна Богослова: Возлюбленные! Не всякому духу верьте, а испытывайте духов: от Бога ли они. Потому что много лжепророков появилось в мире (1 Ин. 4, 1).

В заключение, пожалуй, следует сказать, что сектантское миропонимание требует пристального изучения и оценки как политологов, теологов, социологов, религиоведов, философов и культурологов, так и просто людей, любящих свою Родину.

Общество будущего. Модели современного сектантства

Конь Роман Михайлович, кандидат богословских наук, преподаватель Московской Духовной Академии

Наше время можно охарактеризовать двумя устоявшимися тенденциями: величайшим научно-техническим прогрессом, развитием современных, новых технологий, – и в то же время величайшим пренебрежением к человеческой личности. Минувшее столетие ознаменовалось жесточайшими войнами, десятками миллионов убитых, сожженных в концлагерях, уморенных голодом в лагерях и тюрьмах. И хотя сегодня пропагандируется идея о необходимости перехода к новым мировоззреческим стандартам, к жизни по либеральным ценностям, основанным на правах человека, и этот подход рассматривается как залог благоденствия, процветания общества, в то же время мы наблюдаем великое социальное неравенство, нещадную эксплуатацию слабых сильными, расслоение общества, развитие наркомании, рост безработицы, насилия, терроризма и так называемой «сексомании».

И в западных странах, с их весьма высокими темпами и уровнем общественного развития, и в других государствах, которые по этим показателям намного им уступают, доминирующим фактором культуры становится культ наживы, «мамоны», достижения выгоды любой ценой. Закат духовных ценностей, чудовищная несправедливость, глубокое разочарование, неуверенность в завтрашнем дне становятся условиями того, что люди в поисках человеческого тепла, стабильности, предсказуемости стремятся к поиску различных альтернативных мировоззренческих систем, которые дали бы им возможность стабильного существования, стабильной жизни.

И вот в такой ситуации на исторической арене появляются новые религиозные движения, или, как их именуют в богословской науке, секты. Секты предлагают людям ответы на все их вопрошания, на все их духовные поиски. Они пытаются дать ответы на вопросы: кто такой человек, откуда он произошел, что его ждет после смерти, какие у него перспективы для устойчивого развития во время земной жизни? И в этом отношении новые религиозные движения и секты ничем не отличаются от традиционных мировых религий. Скорее, они представляют собой альтернативный путь религиозного делания, пути и понимания спасения. Поэтому их деятельность в первую очередь представляет собой вызов Русской Православной Церкви. И собственно говоря, когда заходит речь о противостоянии РПЦ сектантам, появляются реплики вроде той, что идет борьба за души, за сферу влияния в духовной, экономической и политической области.

Однако было бы упрощением сводить деятельность новых религиозных движений только лишь к проповеди их веры. И поскольку доктрины многих сект ставят перед собой задачу изменить человека и мир, в котором он живет, их религиозная деятельность неизбежно приобретает и социальное, и культурно-экономическое измерение.

Социальные концепции, которые проповедуют сектанты, предполагают радикальное изменение действительности, в которой живет человек, и самого человека. Эти концепции определяют тип общественного устройства, правила ведения хозяйства, модель родовых отношений, в том числе предопределяют новые стандарты, правила и принципы поведения в семье. Зачастую они предлагают новый язык человечества в будущем.

Секты пытаются заложить собственные основы уклада жизни всех людей. Это предполагает и рекомендуемую пищу, и вид одежды, даже регламентацию многих интимных сторон жизни человека. Эти сектантские модели распространяются не только на быт, но и на искусство. У многих сект свое представление, каким искусство (музыкальное, изобразительное, театр) должно быть, и как оно должно развиваться. Фактически речь идет о создании на основании сектантского мировоззрения нового культурного пространства, в котором должна возникнуть новая цивилизация, новые экономические и человеческие отношения. Причем эти рекомендации в сектантских концепциях распространяются вплоть до того, что некоторые группы хотят создать (буквально вывести) «новое человечество» в антропологическом отношении – новый антропологический тип, новый человеческий вид.

По степени воздействия на мир и масштабам его перестройки секты, естественно, отличаются друг от друга, поскольку отличаются их религиозные доктрины, которые конституируют эти социальные концепции. Однако, несмотря на различия моделей устройства общества будущего, у этих сект есть нечто общее, что их роднит. Оно заключается в том, что все эти модели принципиальным образом отличаются от устоявшихся этических норм, уклада жизни, принятого в нашем обществе.

Смысл построения новой модели отличается в каждой секте, поэтому говорить об «общесектантском» представлении об обществе будущего неправильно с научной точки зрения. Поэтому я ограничусь описанием некоторых моделей, которые представляют нам сектанты.

С идеей построения новой цивилизации, в которой не будет безумия, преступности, войны, в свое время выступил основатель «Дианетики и сайентологии» Рон Хаббард. Основные принципы, которые он провозгласил, на самом деле ничего нового, эвристического, собой не представляли. Хаббард провозглашал те же идеи, что и отец современного сатанизма Алистер Кроули. Последний в свое время выступил с идеей о наступлении некоего нового эона (промежутка времени, эпохи), когда мир будет управляться законом: делай, как хочешь, делай что изволишь. Кроули утверждал, что в этот период каждый человек сможет сам лично управлять, контролировать свою судьбу и своей волей подчинить всю вселенную. То есть каждому предоставлялась возможность стать, выражаясь богословским языком, «богом», господином своей судьбы, своей вселенной.

Идеи Кроули тешат сегодня сторонников Хаббарда иллюзией индивидуального роста с целью возвращения себе власти над космосом, которую якобы прежде когда-то имел человек: помимо каких-либо отношений личных и с Богом, и с Абсолютом, и тем более с другими людьми.

Вкратце суть концепции Хаббарда заключается в следующем. Он утверждает, что весь мир возникает и поддерживается с помощью лжи. И вот для того, чтобы выжить в этом мире, по Хаббарду, надо «играть», «вести игру». Каждый человек имеет свою роль (сознает он это или не сознает). Чтобы достичь тех целей, которые предлагают сайентологи, людям предлагается «лучшая игра», то есть не та, в которую «играют» все профаны, а игра сознательная. Этичными в этой игре считаются любые поступки, любые действия человека, которые направлены на его выживание на нескольких уровнях: на уровне личности, на уровне семьи, на уровне общества, государства, нации, цивилизации и человечества в целом. В связи с этим такие понятия, как целомудренная жизнь, честность, порядочность, верность данному слову имеют для сайентологов такую же ценность, как двоедушие, обман, отнятие чужой собствености и даже лишение чужой жизни.

Наградой за действия, способствующие выживанию, по мысли Хаббарда, является удовольствие. Эта идея красной нитью проходит через его первый труд, который называется «Дианетика. Наука душевного здоровья». Если человеку какие-либо действия доставляют удовольствие, то они считаются этичными, и их необходимо развивать и поддерживать.

Идеал человека по Хаббарду – это состояние, в котором каждый индивид жил бы в абсолютной свободе, без каких-либо ограничений, кроме тех, которые налагает, естественно, сам Хаббард и его организация. Этот путь Хаббард именует «мостом к свободе». Но такое понимание смысла жизни и условий его достижения ведет в конечном итоге к изоляции индивидуума, его замыканию на собственной индивидуальности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.