- -
- 100%
- +
Глава 1
Крат шел по коридору административного корпуса Гаола по направлению к своему кабинету. Усталый взгляд мужчины скользил по светлым каменным стенам, звук шагов эхом разлетался по длинному пустому коридору. До конца рабочего дня оставался час.
Начальник Гаола был человеком железной дисциплины, за двенадцать лет работы в своей должности он ни разу не задержался на работе. Каждый его день был расписан по минутам, огромная ответственность и большое количество должностных обязанностей могли поглотить кого угодно, но только не его. Что бы ни случилось, его любимая жена Вера ровно в семь часов вечера накрывала на стол и знала, что через три минуты муж войдет в дом.
Своей железной дисциплине он подчинил и главное исправительное поселение Гаол, что до его прихода не удавалось никому. Крат сумел подавить восстание заключенных и внедрить продуманную систему правил жизни в тюрьме. Всего за два года из главного во всем мире очага чрезвычайных ситуаций ему удалось создать прекрасно отлаженную среду под названием Гаол. Это был трудный и болезненный процесс, сравнимый с гражданской войной. Чтобы обуздать этот преступный мирок, ему пришлось обращаться за помощью к миротворческому корпусу. Тогда силами КВК, Хранителей и Мирового совета он полностью перекроил и обуздал Гаол.
В процессе его реформ, которые некоторые называли репрессиями, погибло семьдесят четыре процента преступного населения тюрьмы. Большие потери понесли и военные, но результат того стоил.
События, связанные с подавлением Гаола, тщательно скрывались от общественности, но весь преступный и военный мир помнил эту трагедию. Многие потеряли родных, близких и братьев по оружию. Новости разлетались молниеносно, обрастая новыми подробностями. Со временем описание событий порабощения Гаола дополнилось новыми подробностями и преувеличениями. Именно с этого момента имя Крата стало внушать ужас не только преступникам, но и многим нечистым на руку высокопоставленным чиновникам.
А после того, как в течение последующих трех лет силами заключенных Крат перестраивал Гаол, деля его на сектора и зоны, возводя стены, жилые и охранные сооружения, за ним еще больше закрепилась репутация жестокого и беспощадного руководителя.
Помимо покорения и реструктуризации старого Гаола, Крат создал большой научный отдел по разработке Галита – главного щита тюремного поселения. Он представлял собой некое подобие щита священного Ормана, но со своими особенностями. Вот уже девять лет ученый отдел дорабатывает и совершенствует систему защиты Гаола, и за последние четыре года никому не удалось взломать сложнейшую систему защиты тюремной зоны. Галит превзошел щит Ормана, сведя до ничтожного минимума несанкционированное пересечение его границ.
Вызов по коннектору вывел мужчину из задумчивости. Это была Вера.
– Ты не забыл про наш сюрприз? – без особых прелюдий приглушенным голосом осведомилась она.
– Конечно, нет. Буду как всегда, подарок лежит в гараже. Шелт уже вернулся?
– Нет, сегодня он привезет Нону. Наконец-то мы с ней познакомимся, – мечтательно сказала Вера.
– Мне все-таки казалось, что день рождения Шелта – семейный праздник… – начал ворчать муж.
– Да перестань, когда ты уже привыкнешь к тому, что он вырос? Это для детишек пяти лет день рождения – семейное торжество, а потом им становится скучно… – начала убеждать женщина.
Крат слушал увещевания жены вполуха. Он подошел к кабинету, достал ключ и открыл дверь.
Войдя в кабинет, мужчина недовольно поморщился. На рабочем столе его ждала большая стопка документов с пометкой «на подпись». «Снова придется нести работу домой и сидеть ночью», – подумал мужчина.
– Мы ведь с такой опекой никогда от него внуков не дождемся… -продолжала причитать жена.
Крат со вздохом сел в свое удобное рабочее кресло и вытянул ноги. Слушая Веру, он скользил бездумным взглядом по кабинету, в котором за двенадцать лет службы мало что изменилось. Крат знал каждый уголок, каждый сантиметр этого помещения. Эти светлые стены, темная мебель и большое окно, откуда открывался панорамный вид на весь Гаол. Казалось, он мог нарисовать все это с закрытыми глазами.
– Большая удача, что он сам решил познакомить нас со своей девушкой…– продолжал звучать голос жены из коннектора.
Вдруг боковым зрением мужчина уловил странное несоответствие привычной картины. Крат вскочил и повернулся вправо. Только сейчас он заметил, что в одном из углов кабинета, за небольшой тумбочкой, пролегла большая тень. Словно там притаилось какое-то животное. Мужчина моментально выхватил служебное оружие и стал аккуратно продвигаться к тени.
– Надеюсь, это будет скромная девушка. Ты же знаешь современных красавиц, они настолько самовлюбленные, что им наплевать на чувства других. А я так переживаю за Шелта, ведь это его первые серьезные отношения… – звучало из коннектора, который Крат продолжал держать в свободной руке.
Когда мужчина приблизился к углу, ему стало видно, кто скрывается за тумбочкой. На секунду он похолодел. На свете мало что могло обескуражить опытного военного, но то, что он увидел, потрясло его. Мужчина замешкался.
– Крат, ты меня слушаешь? – спросила по коннектору Вера.
Этот вопрос привел мужчину в чувства. Он быстро спрятал оружие и нагнулся к незваному посетителю. Военный бережно взял хрупкое запястье и прощупал пульс. Он был слабый.
– Вера, я сегодня не приду, празднуйте без меня, – твердо сказал Крат жене.
На другом конце коннектора повисла пауза. Вере нужно было время, чтобы осмыслить услышанное. После недолгих размышлений женщина пришла к выводу, что должно было случиться что-то страшное, чтобы Крат не пришел с работы вовремя, да еще и в день рождения любимого сына.
– С тобой все в порядке? – испуганным голосом спросила Вера.
– Со мной да, – загадочно ответил Крат.
– Это самое главное, береги себя, – попросила жена и прервала вызов.
Не теряя ни минуты военный сделал новый вызов:
– Квит, у меня к вам важное поручение. Приготовьте бокс в лабораторном корпусе и пришлите в мой кабинет бригаду медиков. У меня здесь пострадавший, нужно оказать ему срочную помощь. Сейчас от меня придет человек и проводит санитаров через аварийную систему сообщения зданий. Нужно все сделать как можно незаметнее.
– Задание понял, – кратко ответил Квит.
Крат сделал новый вызов и распорядился проводить медиков к себе в кабинет подземным маршрутом.
Не прошло и пяти минут, как тело незваного посетителя погрузили на носилки. Путь до лаборатории тоже не занял много времени.
Когда в подготовленный бокс внесли пострадавшего, начальник медицинского отдела Квит застыл на месте.
– Они все равно узнают. Это скрыть не получится, – не сводя глаз с пациента, тихо проговорил он.
– Я знаю, но нужно выгадать время, – ответил Крат.
Пока младшие медицинские сотрудники ставили катетеры и подключали к телу больного капельницы, Крат и Квит молча стояли рядом, задумчиво наблюдая за происходящим. Первым молчание прервал начальник медицинского отдела.
– Но как?! – потрясенно спросил он.
– Это нам и предстоит выяснить, и как можно скорее. Если об инциденте станет известно совету, проблем у нас сильно прибавится, – задумчиво проговорил военный.
– Разве такое возможно?! – не унимался Квит. – Галит совершенен.
– Как видишь, не совсем. Мы что-то упустили. Что-то очень существенное.
– Сколько у меня времени? – спросил медик.
– Думаю, не более четырех часов. Дольше это шило в мешке утаить не удастся, – ответил Крат и повернулся к Квиту.
– Этого может не хватить, – сказал тот.
– Бывали задачи и посложнее. Уверен, ты справишься.
– Вопрос не в том, чтобы привести в чувства и все выяснить, а в том, чтобы сделать это, не навредив, – оправдывался Квит.
– Четыре часа, Квит, четыре часа, – ответил Крат и похлопал подчиненного по плечу.
Военный развернулся и пошел к выходу, а начальник медицинского отдела Гаола так и стоял, не сводя потрясенных глаз с пациента.
Глава 2
Первое, что почувствовала Мия, когда открыла глаза, была резкая боль. Холодный искусственный свет, словно игла, прошел сквозь глазное яблоко и впился в мозг. В ушах зазвенело. Девушка застонала и снова закрыла глаза.
Несколько минут она прислушивалась к ощущениям. Во рту был привкус металла, на сгибе обоих рук чувствовалось до боли знакомое покалывание. Мия попыталась пошевелиться, но тело не поддавалось, все конечности отяжелели.
Постепенно начало приходить осознание ситуации. События прошлых дней лавиной обрушились на Мию. Девушку затрясло. Теперь самым важным было понять, где она. То, что это какой-то медицинский блок, она догадалась по свету и катетерам в венах. Осталось только узнать, чей именно это блок. Мия прислушалась. Звон в ушах постепенно стих, и девушка услышала незнакомый мужской голос где-то рядом:
– Я тоже сначала думал, что она без сознания, но это не так. Ее состояние можно описать как нечто среднее между потерей сознания и глубоким сном. Похоже, что она очень давно не ела и не спала. Мы тщательно ее обследовали и пришли к выводу, что ничего кроме сильного истощения организма девушку не беспокоит.
– Что же с ней произошло? – задумчиво ответил другой мужчина.
Голос второго собеседника был знаком Мии. Она слышала его всего раз в жизни, но хорошо запомнила. Сердце бешено заколотилось. Это означало, что ей все-таки удалось найти Крата.
Из-за учащения пульса приборы, подключенные к телу девушки, начали издавать равномерный писк. Медработники всполошились. В бокс кто-то вошел и начал суетиться рядом с кроватью Мии.
– Все в порядке? – прозвучал голос Крата совсем рядом.
– Да, небольшое учащение пульса, думаю, она приходит в себя, – ответил незнакомец.
Мие во что бы то ни стало нужно было поговорить с начальником Гаола. Девушка снова попыталась открыть глаза, но яркий свет моментально ослепил. Она попыталась привстать, но, будто налитое свинцом, тело было неподъемным.
– Крат! – крикнула она что есть силы.
– Тихо, – скомандовал начальник Гаола, – я, кажется, что-то слышу. По-моему, она что-то сказала.
Вокруг воцарилась тишина. Все замерли в ожидании.
– Крат! – снова прокричала Мия.
– Мия, – ответил военный.
– Мне нужно переговорить с Вами, наедине, – прохрипела девушка и попыталась проморгаться.
Глаза начали слезиться и никак не хотели привыкать к свету.
– Приглушите освещение, скомандовал начальник.
Раздался щелчок выключателя и бокс погрузился в полумрак.
Девушка открыла глаза и облегченно вздохнула. Поначалу было сложно сфокусироваться, но спустя несколько минут она более отчетливо стала различать цвета и объекты.
Никто не говорил ни слова, все наблюдали за пробуждением Мии.
Наконец зрение полностью восстановилось, и девушка посмотрела на Крата.
– Спасибо Вам, – сказала она и попыталась улыбнуться.
– За что? – удивился мужчина.
– За то, что я пока не в тюрьме, – тихо проговорила девушка.
Мужчина улыбнулся и сказал:
– Не хочу Вас расстраивать, но Вы именно там.
– Я имею в виду за то, что не под арестом, – ответила Мия, затем с сомнением в голосе добавила. – Я ведь не арестована?
Крат отрицательно покачал головой. Затем повернулся к присутствующим и взглядом попросил всех удалиться. Спустя мгновение бокс опустел.
– Вы расскажете мне, что с Вами произошло? – тихо спросил мужчина.
– Я расскажу Вам все, что поможет найти моего брата. Остальное неважно.
– Мия, с самого первого дня исчезновения Кима, я прилагаю все усилия для его поисков. Мои лучшие ищейки прочесали весь Гаол, но все безрезультатно. Я помню, в каком неоплатном долгу перед Вами, и не оставляю попыток найти Кима. Обычно в подобных случаях администрация Гаола вносит в базу пометку "пропал без вести", что, по сути, означает мертв, но я не позволяю прекращать поиски. Поверьте, мы делаем все, что в наших силах, и Вы мало чем можете помочь.
Слова Крата больно ранили Мию. Конечно, она все это и сама знала, но, видимо, из-за ослабленного состояния, и всего пережитого накануне, девушка не выдержала. По щекам градом полились слезы, она начала бесшумно рыдать.
Крат взял с прикроватной тумбочки салфетку и протянул девушке. Мия попыталась ее взять, но рука была неподъемной. Поняв состояние девушки, начальник Гаола сам принялся вытирать слезы с ее бледных впавших щек. Сердце сжималось от жалости. Глядя на бледную исхудавшую Мию с яркими синяками под глазами, он с ужасом представил, что ей пришлось пережить.
– Я не сдамся, он вся моя жизнь. Кроме него и отца у меня нет никого ближе и дороже. В них вся моя жизнь. Она не нужна мне без них, понимаете? -задыхаясь от слез, шептала Мия.
– Прекрасно понимаю, – коротко ответил Крат.
Он хорошо помнил минуты агонии, когда перед его глазами пытались убить единственного сына. Это чувство невозможно забыть. На что он был готов в тот момент? На все! И его собственная жизнь тогда тоже не имела значения.
Он смотрел на Мию, и его переполняло сочувствие.
– Мия, я не прошу Вас сдаваться, но и отпустить одну в Гаол не могу. Вы не проживете там и суток. Я Ваш должник, и, если не смог сохранить Кима, попытаюсь сберечь Вас, – прошептал военный.
– Я выросла в хищном обществе, в мире, где женщина – слабое звено, в обществе, где все решают мужчины, поэтому привыкла, когда решения принимаются за меня и порой без учета моих собственных желаний. Но в этом вопросе никому не позволю за меня решать, – серьезным тоном заявила девушка.
– Мия, лучшие военные, знающие Гаол, как свои пять пальцев, не смогли найти Кима. Вам такое точно не под силу, – настаивал Крат.
– Я понимаю Ваши сомнения. У меня тоже нет уверенности, что я найду Кима. И то, что проживу там больше суток, гарантировать не могу, но я попробую.
– Попробую?! Вы же не крем-брюле собираетесь на десерт заказать, а про жизнь свою говорите. Попробуйте с парашютом прыгнуть, замуж выйти, детей нарожать, но пробовать выжить в Гаоле – не лучшее занятие для девушки! – возмутился Крат.
– Я хотела попробовать и замуж выйти, и детей нарожать, но мой жених где- то в этих проклятых трущобах… – проговорила девушка и, не закончив, разрыдалась снова.
– Мия, я понимаю Ваши чувства, но отпустить в Гаол не могу. Ким мертв, я уверен в этом на девяносто девять процентов, вам нужно смириться с потерей и жить дальше. Подумайте об отце, он потерял сына, и вот-вот потеряет единственного оставшегося в живых ребенка. Рид не выдержит такой потери.
Упоминание об отце отрезвило Мию. Она перестала плакать и задумалась. Если она остановится сейчас, ей удастся помочь пережить отцу боль утраты, но если и она сгинет в Гаоле, то он точно не справится с горем.
Заметив замешательство девушки, Крат успокоился. То, что девушка еще способна думать о других, говорило об ее вменяемости.
Воспользовавшись паузой, мужчина начал расспрашивать о том, что было, действительно, на данный момент важным:
– Мия, вы расскажете мне, как прошли сквозь Галит?
Девушка подняла на Крата удивленные глаза и переспросила:
– Что значит «прошла сквозь Галит»?
Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Крат хорошо разбирался в людях и видел, что Мия не врет. Она, действительно, не понимала, о чем идет речь.
Было непонятно, как себя вести дальше. Если Крат объяснит девушке, что ей каким-то непостижимым образом удалось взломать самую неуязвимую охранную систему в мире, то непонятно, как это может отразиться на дальнейшем развитии событий. С другой стороны, не объяснив Мие, что произошло, ему, возможно, никогда не удастся понять, где уязвимое место в щите Гаола.
– Понимаете, Мия, – осторожно начал Крат, – когда вы проникли на территорию Гаола, мне должны были сообщить.
– Конечно, понимаю. Вы напрасно так осторожничаете. Я прочла про Галит очень много статей в сети и прекрасно осведомлена о механизмах его действия, – ответила девушка.
Удивлению мужчины не было предела. Как в этой юной особе может сочетаться столько взбалмошности и рациональности одновременно. Зная о том, что Галит мог убить ее, она все равно пересекла периметр.
– В таком случае, вас тоже должно удивлять, что Галит не сработал, – сказал Крат.
– До настоящего момента я понятия не имела, что он не сработал.
Они снова удивленно уставились друг на друга.
Прошло несколько минут молчания. Крат пребывал в глубокой задумчивости, Мия его не тревожила. Наконец мужчина спросил:
– Вы можете рассказать мне во всех подробностях, как именно пересекли периметр?
– Конечно, – ответила Мия.
– Моя цель была следующая: добравшись до Гаола, пройти в зону моратория и там ожидать ареста за несанкционированное проникновение. Из сети я узнала, что при попытке пересечь стену в других зонах Галит меня убьет. Ареста я хотела добиться для личного разговора с Вами. Но все пошло как-то не так… – сказала девушка и задумалась.
– Что именно?
Мия набрала воздуха в грудь, чтобы продолжить рассказ, но стук в дверь прервал беседу.
Не дожидаясь ответа, в дверь вошли несколько человек в униформе Хранителей. Одного из вошедших мужчин Мия узнала сразу. Внутри все сжалось и похолодело.
– Господин Крат, пройдемте, – прозвучал холодный голос Вилара.
Начальник Гаола тяжело вздохнул и вышел. Остальные проследовали за ним. Верховный Хранитель даже не взглянул в сторону Мии. На мгновенье ей стало так страшно, что она непроизвольно впилась внезапно ожившими пальцами в край кровати.
Стена и дверь, отделяющие бокс от коридора, оказались очень тонкими. Девушка не могла видеть, что происходит вне помещения, но прекрасно слышала.
– Благодарю за помощь в поимке подследственной, дальше мы сами, – неожиданно начал Вилар.
– Оставьте нас, пожалуйста, – сказал Крат, обращаясь к присутствующим.
Послышался звук шагов. Все сопровождающие разошлись. После некоторой паузы начальник Гаола продолжил:
– Я не могу передать ее под ваш контроль, Хранитель Вилар, – отчеканил военный.
– На каком основании? – осведомился Вилар.
– Она основной участник внутреннего расследования.
– Какого расследования? – раздраженно переспросил Вилар.
– Внутреннего, – с металлическими нотками в голосе ответил Крат.
– У вас есть документы, подтверждающие это, и разрешение от вышестоящего руководства?
– Нет, но, если это необходимо, будут.
Некоторое время мужчины молчали, затем Вилар резко сменил тон беседы.
– Послушай, Крат, я понимаю, что ты ее должник, но я две недели рыл носом землю не для того, чтобы просто уйти с пустыми руками…
– Я прекрасно осведомлен, насколько большие последствия имел для тебя ее побег. Уверен, со временем шумиху замнут, с тебя снимут обвинение в превышении должностных полномочий и халатном отношении к делу… – перебил Крат.
– Дело не в этом, – резко отрезал Хранитель и замолчал.
– Я не отдам ее, Вилар, – откровенно признался Крат. – Ты знаешь, что Гаол – автономная организация, и подчиняется только Мировому совету. У тебя нет полномочий… – продолжил он.
– В любой другой ситуации нет, но ты укрываешь преступника, поэтому статью о превышении полномочий можно повесить и на тебя.
– Хочешь инициировать разбирательство – дело твое, но представь, сколько на это уйдет времени.
Мужчины снова замолчали.
– Она сильно истощена, в таком состоянии девушку перевозить нельзя. Ко всему прочему, она, действительно, владеет очень важной информацией, относящейся к безопасности Гаола, а это дает мне все основания держать ее здесь.
– А ты уверен, что способен удержать ее здесь. Мы оба прекрасно знаем, чего она хочет. Где гарантии, что когда она встанет на ноги, ты сможешь остановить ее? – спросил Вилар.
– Ты удивляешь меня. Мы знакомы столько лет, но я впервые вижу такое беспокойство о судьбе преступника.
– Я тоже ее должник, и еще добрая половина Миротворческого корпуса, – оправдался Верховный Хранитель.
Мужчины снова замолчали.
– КВК в курсе? – неожиданно спросил Крат.
– Разумеется. Насели на меня, как блохи, следят за каждым движением. Они давно искали, как бы впить в меня зубы. Побег Мии стал для них настоящим подарком, – с досадой в голосе ответил Хранитель.
– Это плохо, но, думаю, у меня получится удержать их на некоторое время. Договоримся так: Мия останется здесь, но абсолютно открыто и легально. Я подготовлю все необходимые обоснования и получу официальное разрешение от совета. В состав ее охраны будут входить Хранители. Выбери проверенных людей, и пусть она всегда будет под твоим наблюдением. Цель у нас с тобой одна, а значит, и воевать незачем. На данный момент важно провести внутреннее расследование, вылечить девушку и выяснить, что же с ней произошло.
Снова последовала небольшая пауза.
– C одним условием, я должен присутствовать на всех допросах, – спустя минуту прозвучал голос Вилара.
Теперь пришла очередь Крата задуматься. Поскольку дело касалось Галита, военный огласки не хотел.
– Там буду обсуждаться вопросы безопасности Гаола, необходимо все сохранить в строжайшем секрете, – ответил Крат.
– Договорились, – отозвался Вилар.
Больше мужчины не сказали друг другу ни слова. Мия услышала звук удаляющихся шагов по коридору. Больше ее никто не тревожил.
Девушка погрузилась в размышления и незаметно для себя провалилась в сон.
Последующие пять дней девушку никто не беспокоил, только несколько раз в день один и тот же вежливый медработник приносил Мие не слишком вкусную, но, по всей видимости, очень полезную еду. Понимая, что ей необходимо как можно скорее восстановить силы, Мия съедала все до крошки, хотя особого аппетита не было. По прошествии недели девушка стала чувствовать себя гораздо лучше. Чем лучше ей становилось, тем сильнее ее одолевало желание пуститься на поиски брата. Девушка понимала, что самое главное препятствие в виде Галита она каким-то непостижимым образом уже преодолела, и ничего, кроме состояния здоровья, ей не мешает.
Дни шли, а новостей от Вилара и Крата не было. Они словно забыли о ее существовании. Это бесконечно расстраивало девушку, поскольку она рассчитывала на помощь начальника Гаола. Он мог снабдить ее картой и пометить точку нападения на конвой Кима.
Ожидание сводило с ума, каждую ночь во сне она видела неподвижную фигуру оленя в зарослях лилий. И каждый раз, подойдя к нему, щупала пульс животного, прислушивалась к сердцебиению. А когда понимала, что жизнь еле теплится в Тотеме брата, просыпалась в слезах.
Ожидание превратилось в пытку, и когда она окончательно окрепла, решила бежать. Мия запланировала побег на вечер. Расчет был прост: медбрат принесет ужин, и до утра ее никто не хватится. В запасе будет вся ночь, что послужит отличной форой. А для ее Тотема ничего не стоит выбраться незамеченным из здания лаборатории.
Мия провела в напряженном ожидании весь день накануне побега. Девушка вспоминала все, что ей удалось выучить наизусть относительно планировки Гаола. В голове крутились слова Крата об отце. Она не была уверена, что поступает правильно. Даже больше. Она понимала, что по отношению к отцу ведет себя неразумно. Шансы выжить в Гаоле ничтожны, а Рид не переживет утрату обоих детей. Однако цель была так близка, надежда сильна, а позади был такой сложный, пусть и ошибочный, путь, что отступать не представлялось возможным. В итоге, отбросив все сомнения, девушка приняла окончательное и бесповоротное решение: идти в Гаол.
Через несколько часов после обеда произошли события, которые нарушили все планы Мии.
В дверь медицинского бокса постучали. От неожиданности девушка вздрогнула. Не дожидаясь ответа, в помещение вошли двое мужчин в униформе Хранителей. Мия сразу их узнала. На секунду девушка растерялась, она смотрела на вошедших, и к горлу подступали слезы. После ареста Кима любое воспоминание о нем болью отзывалось в сердце. Поэтому увидев родное лицо Лана, девушка с трудом сдержала слезы. После того, как первое потрясение прошло, ей нестерпимо захотелось броситься на шею другу и разрыдаться. Казалось, Лан разделял чувства девушки, он стоял у двери, не решаясь приблизиться к ней. Ситуацию разрядил второй Хранитель. Нот никогда не отличался особой сентиментальностью, поэтому подошел к ошарашенной Мии и сказал:
– Мы пришли сопроводить тебя на допрос.
Слово "допрос" привело девушку в чувство. Она ничего не ответила и, не сводя глаз с Лана, кивнула. На лице друга появилась виноватая улыбка.
Нот положил на край кровати какой-то сверток, и мужчины вышли за дверь. Мия распаковала посылку и нашла там одежду. Только сейчас девушка вспомнила, что с самого первого дня разгуливает в белой безразмерной больничной ночнушке, похожей на мешок. На мгновение ей стало стыдно.