Творцы Касии и волшебное дерево

Глава 13 – Не сдавайся

Врач в травмпункте сказал, что Алик вывихнул лодыжку и сломал руку. Когда перепуганные родители примчались в местную больницу, мальчику уже вправили ногу и наложили гипс на перелом. Увидев одинокого Алика в коридоре, мама побледнела, а потом и вовсе залилась слезами. Отец бросил на сына строгий взгляд и пошел в кабинет к врачу.

Все время, что пара сидела в коридоре в ожидании папы, мать гладила гипс многострадального Алика. Мальчику было приятно. Мама всегда была к нему очень добра. А вот строгость папы иногда обижала малыша, но, когда отец в машине отчитывал гуляку, тот не обижался. В этот раз он действительно заслужил нагоняй. Поскольку папа не знал, что его сын не смог защитить Грозонога, ругал его за поздние прогулки и неосторожность. Но Алик знал, что заслужил и худшего наказания за то, что не смог обмануть дуб.

Когда родители успокоились и легли спать, мальчик, лежа в кровати, долго размышлял. Отец строго – настрого запретил лазать по деревьям, а значит, таинственной жизни Алика конец. Пора было набраться смелости и познакомиться со всеми участниками оживления зверей. И кто знает, возможно, ему даже удастся познакомить их между собой. Он даже придумал, как найти подход к пугающемуся всего нового Илаю.

Следующее субботнее утро началось с разговора родителей. Отец еще раз строго объяснил, что теперь деревья под запретом. А мама дала малышу специальный, не пропускающий холод, коврик.

– На нем можешь сидеть рядом со своим дубом, – ласково сказала она.

Идея сыну понравилась и, свернув коврик трубочкой, он прикрепил его к рюкзачку. Посмотрев на себя в зеркало, Алик обрадовался. Теперь он был совсем как путешественник и искатель приключений. Дополнив набор карандашей маленьким фонариком и курточкой, малыш побежал в парк.

Лодыжка перестала болеть сразу, как только вправили вывих. Оставалось немного неприятных ощущений, но эластичные бинты помогали раненой ноге восстанавливаться. Уже через три дня после падения Алик мог быстро ходить, а через четыре – бегать. К сожалению, рука заживала не так быстро. Гипс нужно было носить несколько недель. Несмотря на то, что гипс мешал бегать и ужасно чесался, Алику повезло сломать левую руку. Он сохранил способность рисовать, и это главное!

Петляя по извилистым тропинкам парка, Алик наблюдал за своей тенью. Со свернутым ковриком за спиной и не сгибающейся загипсованной рукой, его силуэт напоминал Крюколапа. У того тоже были маленькие скрюченные передние лапы, как у динозавра Рэкса. А еще у этого чудо-зверя был панцирь с длинными отростками по бокам.

Добравшись до дуба, мальчик расстелил коврик и, достав карандаши, принялся рисовать. У него был план. Он хотел рассказать историю пяти маленьких волшебников Камиле. Уж кто-кто, а она точно оценит подобную сказку!

Поскольку заикание мешало общаться, Алик решил рассказать историю рисунками. Задумав создать небольшой комикс- историю в картинках, мальчик начал быстро рисовать. Работы было много. До прихода девочки нужно было сделать сразу шесть рисунков. Именно столько героев было в этой сказке.

Он с трудом успел закончить последнюю страницу, когда вдали послышался любимый голос Камилы. Она, как всегда, шла, сильно размахивая руками и чуть пружиня на пяточках. Алик не видел, но знал, что Кингу идет рядом и разговаривает с девочкой.

Когда Камила подошла, сразу протянула папку с рисунками.

– Мамочке очень понравилось, – начала рассказывать она, – Она внимательно изучила все картинки, и больше всего ей понравился рисунок Кингу. Он всегда со мной, а родители его не видят. Было приятно наконец их познакомить…

Камила говорила-говорила-говорила, а Алик сидел и наслаждался моментом. Он был так счастлив, что смог подружиться с кем-то живым и настоящим. А то, что этот кто-то сама Камила, наполняло его душу щекочущей радостью.

– Ты не против, если я оставлю рисунок Кингу себе? – смущенно спросила девочка.

Это вывело Алика из задумчивости, и он, улыбнувшись, ответил:

– Б… Бе… Бери В… Вс… Все.

– Правда! Спасибо! Это лучший подарок за всю мою жизнь! – громко воскликнула девочка и обняла папку.

Не дожидаясь пока Камила снова заговорит, мальчик протянул ей свой альбом. Камила отложила папку в сторону и присела рядом с художником на удобный коврик. Девочка начала листать альбом, а Алик наблюдал.

Первая страница рассказывала о нем. На ней маленький художник сидел на ветке и рисовал дуб. Второй лист был посвящен прекрасной Камиле. Алику удалось нарисовать, как девочка разговаривает, а он подслушивает и рисует, спрятавшись в кроне дуба.

На третьем листе был Илай. Он сидел на аккуратно разложенном пледе и лепил скульптурку Грозонога по эскизу Алика. На уголке листа художник отчертил квадратную зону и нарисовал там рисунок, лежащий под камнем. Так Камила смогла понять, откуда у маленького скульптора эскиз.

В четвертой серии рисованной сказки были близняшки. Ясечка сидела рядом со скульптуркой на камне, а Света играла на дудочке.

– Почему у этой девочки такие странные глаза? – удивилась Камила, увидев крестики вместо зрачков.

– О… Она… с… сле… слепая, – пояснил мальчик.

На последнем листе Алик изобразил коварный дуб. Он постарался показать, насколько страшно тот выглядит, когда источает свет. На картине оживший Грозоног пытается убежать от широкого луча, исходящего из дупла, но это не было правдой. В реальной жизни он топтался на камне и не понимал, что происходит. Но Алику хотелось показать, что зверек ожил после песни девочек. Камила это поняла.

Девочка начала листать дальше и очень расстроилась, что нет продолжения.

– А что было дальше? – с жадностью спросила она.

– Ни… Ничего, – пожав плечами, ответил Алик.

– Так не должно быть. Нужно закончить эту историю. Куда попадает Грозоног, когда его засасывает дерево? Сказки всегда должны заканчиваться чем-то понятным, а здесь ничего не понятно, – начала тараторить Камила.

– Э… Эт… Это не с… ска… сказка, – сказал мальчик.

Он забрал из рук удивленной девочки альбом и начал рисовать седьмой рисунок.

Глава 14 – Мышестрел

Разделив лист на несколько частей, Алик начал рисовать, как упал с дерева. Он показал, что пытался спасти Грозонога, но не смог встать и беспомощно наблюдал за его исчезновением. В другой части листа мальчик изобразил свою исчезающую руку. Лучи из дупла падали на кисть художника, и та постепенно растворялась.

– Так вот откуда у тебя гипс! – воскликнула Камила.

Алик кивнул.

– Бедненький, – искренне пожалела подруга.

Девочка перевела взгляд на лист и, указав на последний фрагмент, спросила:

– Дуб и правда пытался тебя съесть?

Мальчик нервно закивал.

– Невероятно, ты столько пережил в одиночку. Почему не попросил помощи у нас?

Алик посмотрел Камиле в глаза и густо покраснел.

– С… Ст… Стесн… Стеснялся.

В этот момент послышались чьи-то шаги. Это был Илай.

Болтая с Камилой, Алик совершенно потерял счет времени. Взгляд непроизвольно упал на камень. Под ним было пусто.

Илай тоже увидел, что под камнем нет листка, и остановился. На его лице отобразилось горе. Еще чуть-чуть, и он заплачет.

Юный художник жестом попросил у Камилы папку и, вынув одну из своих первых работ, подложил рядом с валуном. Потом немного подумал и положил нарисованный для Камилы комикс. Всю стопку листов Алик привалил камнем и отошел в сторону. Камила последовала за ним.

Маленький художник перестелил коврик и сел в стороне от дерева так, чтобы не мешать скульптору. Камила уютно устроилась рядом и осторожно поглядывала на Илая.

Скульптор стоял в стороне и наблюдал за происходящим. Ему не нравились перемены, но и нарушить свой обычный распорядок мальчик не мог. Пришлось смириться с соседством странной парочки. Делая вид, что никого рядом нет, малыш стал раскладывать плед.

Видя, как мучается со складочками на ткани Илай, Камила хотела встать и предложить свою помощь. Алик удержал девочку и кратко объяснил, что скульптор не любит новое. Новые люди и события расстраивают Илая. Камила с трудом поняла прерывистую речь Алика, но больше вмешиваться не пыталась.

Когда все было готово, брусочки лежали на досочке, а рисунок слева, началась работа. От любопытства Камила потеряла осторожность и, вытянув шею, любовалась, как из прямоугольных кусочков рождается Мышестрел – маленький, похожий на летучую мышь, зверек с усиками, похожими на стрелки часов.

– Как настоящий! – шепотом восхищалась Камила, – Потрясающе.

Несколько раз она повернулась к Кингу и что-то прошептала ему на ушко. Видимо единорог ей что-то отвечал, потому что она начинала кивать и улыбаться.

Алик в это время смотрел лишь на то место, где раньше лежал камень. Там все еще томился его комикс. Илай взял листок с рисунком Мышестрела, а незнакомые страницы не тронул.

Юный художник сидел и думал, сможет ли любопытство перебороть привычку скульптора? Возьмет ли он стопку остальных рисунков, чтобы посмотреть?

Тем временем очередная скульптурка чудо-зверька была готова. Илай поставил Мышестрела на камень и принялся собираться. Сложив пластилин в чемоданчик, малыш долго складывал плед.

Алик погрустнел. Он понял, что Илай не посмотрит его комикс, а значит, подружиться не получится.

Илай сложил плед и, убрав в чемоданчик, пошел в сторону парка. Сделав несколько решительных шагов, он резко остановился и обернулся. Внутри малыша шла борьба. Он смотрел то на странную пару, то на оставшиеся лежать возле камня рисунки. Лоб его был нахмурен, губы поджаты. Мальчик сомневался. Наконец, морщинки на лбу разгладились, и он пошел обратно к дереву. Взяв с земли комикс, Илай поставил чемоданчик и стал перелистывать страницы. Сначала он просмотрел картинки быстро. Потом принялся вглядываться в каждый рисунок. Когда малыш разглядывал рисунок светящегося в ночи дуба, его глаза увеличились. Он поднял голову и посмотрел на крону, затем плавно обвел взглядом ствол и сделал шаг назад от странного дерева.

Закончив изучение рисунков, мальчик положил рисунки возле камня и снова собрался уходить.

– Илай, – не выдержав, позвала Камила.

Малыш замер, но не обернулся.

– Давай дружить, – продолжила девочка.

Маленький скульптор замер и долго не двигался. Снова внутри мальчика кипела война. Страх и любопытство боролись друг с другом.

– Меня зовут Камила, – не отступала девочка.

– А меня Илай, – не оборачиваясь ответил скульптор.

Он постоял еще немного и сделал шаг по направлению к парку.

– Вы придете в следующую субботу? – не останавливаясь, спросил малыш.

– Конечно, – радостно ответила девочка.

– А рисунок под камень положите?

– Д… Да, – вмешался Алик.

Илай, не оборачиваясь, кивнул и веселой походкой пошел в парк.

Глава 15 – Ох уж эти девочки

Стоило Илаю скрыться за холмом, Камила вскочила на ноги и подбежала к камню. Несколько минут она крутилась вокруг красавца Мышестрела, не решаясь взять шедевр скульптора в руки.

– Он как живой! А какие глазки, какой носик! – не уставала восхищаться девочка.

Ей казалось невозможным, что два мальчика смогли настолько точно передать воображаемое животное.

Сумерки сгущались. Камила взяла фигурку в руки и засобиралась домой. Алик начал волноваться, он показал девочке одну из страниц комикса и сказал:

– Он д… дол… должен о… ож… ожить.

Камила замерла и надолго задумалась.

– Мама будет очень ругать меня за опоздание, – проговорила себе под нос девочка.

Она поднесла к лицу мордочку Мышестрела и улыбнулась. Сбывалась ее мечта! Она не может уйти!

Очень быстро стемнело. Камила играла с еще не ожившим Мышестрелом, забыв обо всех тревогах. Алик искал место, где можно спрятаться.

Вдали послышались голоса. Свет фонарика стал отчетливо виден в темноте. Алик забрал у подруги фигурку и поставил на камень. Затем потянул девочку за руку и утащил в ближайшие кусты. Там друзья и спрятались.

Ясечка и Светик, как всегда, запыхались. Светик почему-то дышала тяжелее, а Ясечка быстро пришла в себя.

– Если тебя положат в больницу, мы больше не сможем сюда приходить, – грустно сказала Ясечка и села на камень.

– Не положат, – облокотившись на дуб, ответила сестра, – Доктор давно грозится, это он для устрашения…

В этот момент произошло то, чего маленький художник не ожидал. Ясечка, как обычно, села на камень и создалось впечатление, будто придавила пластичного Мышестрела. Мальчик не сильно волновался, он знал, что все идет по плану, а вот Камила испугалась. Не сдержав эмоций, девочка выскочила из куста и закричала:

– Ты его раздавила!

Ясечка так испугалась, что вскочила с камня и бросилась бежать по направлению голоса сестры. Когда в ничего не подозревающую Светочку врезалась слепая сестренка, девочки рухнули на мох.

Пока близняшки приходили в себя, Камила искала Мышестрела. Оказалось, он, как обычно, упал в траву между стволом и камнем. Нащупав фигурку, Камила обрадовалась.

– Ты кто такая? – сурово спросила Светик, отряхивая юбку.

– Я Камила, это мой питомец Мышестрел и друг Алик…

С этими словами девочка начала осматриваться. Поняв, что Алика нет рядом, малышка смутилась.

– Какой стрел? – спросила Светик.

– Мышестрел. Мой чудо-зверь, – гордо заявила девочка и протянула близняшкам фигурку.

Светик взяла скульптурку и начала разглядывать. Пластилиновый зверек был очень необычный и при этом милый. Его черные глазки поблескивали от света фонарика и выглядели совсем живыми.

Вдруг Ясечка снова звонко вскрикнула. Девочки вздрогнули. Светик чуть не выронила фигурку.

– Что случилось? – настороженно спросила сестра.

– Там кто-то есть, я слышу, как они дышат, – дрожа от страха, сказала Ясечка.

– Не бойся, это мой друг Алик. Это он нарисовал Мышестрела…

С этими словами Камила подошла к кусту и, взяв смущенного мальчика за руку, вывела на свет.

Девочки хмуро смотрели на незнакомца, тот молчал. Возникла неловкая пауза. Чтобы исправить ситуацию Алик протянул Светику свой комикс. Девочка нехотя взяла стопку листков и начала просматривать.

Сначала ее лицо выражало строгость и недоверие.

– Что там? Чем ты шуршишь? Что происходит? – начала волноваться Ясечка.

Только тогда Камила вспомнила, что на рисунках Алика одна из близняшек была слепой. Словоохотливая девочка начала объяснять, что происходит.

– В субботу к этому дереву приходит сразу пять детей. Мы не встречались друг с другом потому, что приходили в разное время. Алик самый первый. За ним у дуба отдыхала я. После здесь лепил из пластилина Илай. А когда темнело, прибегали вы. Я узнала об этом благодаря Алику…

– Алику? – повторила Ясечка и начала озираться, – а почему он сам не расскажет?

– Я с… ст… стесня… стесняюсь, – честно признался мальчик.

– Он стесняется своего заикания, – пояснила Камила.

– Понимаю, – грустно вздохнув, ответила Ясечка.

– Но самое интересное не в том, что мы приходили к дубу, но не встречались. Алик утверждает, что мы творим волшебство. Я придумываю чудо-зверей, Алик рисует, Илай, глядя на картинку, лепит, а вы, девочки, оживляете волшебной песней…

– Мы оживляем? – оторвавшись от рисунка, недоверчиво воскликнула Светик.

– А чему ты удивляешься? Если наша песня зажигает звезды, она может и другие чудеса творить, – начала спорить Ясечка.

– Чудес не бывает, а звезды и без нас в это время суток загораются, – упрямилась сестра.

– Но ты же говорила…

– Мы обе знаем, что мне просто скучно бегать до дерева одной, – перебила Светик.

– Девочки, не надо спорить, это же очень легко проверить, – вмешалась Камила.

Она усадила Ясечку на камень так, как рисовал Алик. Поставила рядом с ней фигурку Мышестрела и отошла в сторону.

– Начинайте, мне не терпится услышать вашу волшебную песню, – попросила девочка.

Камила была такой веселой и убедительной, близняшки не стали спорить. Светик достала свою дудочку и начала играть. Первые звуки ночной мелодии разнеслись по округе. Алик и Камила застыли от восхищения. Потом к дудочке присоединился голос Ясечки. Тонкий мелодичный голос начал рассказывать о волшебниках и дереве. Ребята слушали с наслаждением, забыв о фигурке и звездах.

Мелодия стихла, и близняшки посмотрели на небо. Там, среди облаков, виднелись небесные искорки.

– Мы снова их зажгли, – как всегда сказала Светик.

Внезапно Ясечка вскочила на ноги и снова громко закричала.

– Что случилось? – испугалась Камила.

– Т..там к… кто-то есть, – заикаясь от страха, сказала девочка.

Друзья обернулись и увидели, как совсем рядом промелькнула чья-то большая тень. Камила схватила Алика за руку и сильно сжала. Она была так напугана, что мальчику стало ее жалко. Он выступил вперед, заслонив собой девочек, и спросил:

– К… Кто т.. там?

Раздался треск и шуршание. Кусты напротив дуба задрожали, и на свет вышел человек.

Глава 16 – Подножка

Илай! – удивленно воскликнула Камила.

Маленький скульптор стоял возле кустов и не решался сделать шаг вперед. Он отвел взгляд в сторону и выглядел очень напряженным.

– Ты ужасно нас напугал, – продолжила Камила, – Что ты здесь делаешь?

Малыш стоял, сжав кулачки, и ничего не отвечал. Он и сам не знал, почему, придя домой, не мог забыть о странной девочке и мальчике у дуба. А комикс, который показал ему Алик, и вовсе поразил маленького скульптора. Несколько часов мальчик боролся с желанием вернуться к дереву и вот, наконец, не выдержал. Нарушив все свои правила, он побежал в парк и, пока девочки увлеченно болтали, спрятался в кустах.

Илай сам испугался своего поведения. Впервые в жизни любопытство было настолько сильнее страха. А когда мальчик услышал невероятную песню близняшек, то и вовсе забыл об осторожности.

Пока Илай нерешительно переминался с ноги на ногу, остальные ждали ответа.

– Девочки, это Илай, мальчик, который слепил Мышестрела, – не дождавшись, представила друга Камила.

– Так это ты сделал эту фигурку? – облегченно вздохнула Светик.

– Ф… Фи… Фигурка! – неожиданно вскрикнул Алик и обернулся.

Там, возле камня, шуршала трава. Все забыли про Илая и подошли к стволу.

– Я его слышу, – шепотом произнесла Ясечка.

Все затихли и прислушались. Где-то возле камня раздавалось отчетливое шуршание травы. Алик достал из кармана маленький фонарик и направил в сторону шума. Сначала яркое пятно света открыло зрителям только мокрую от росы траву. Потом что-то блеснуло на границе света и тени.

– Видели? Вон там, – тихо сказала Камила.

Алик перевел луч света правее и тот осветил пластилиновую спинку Мышестрела. Мгновением позже над травой сверкнуло крыло. Маленький чудо-зверь полз по земле, перебирая ручками-крыльями, как летучий мышонок.

Камила оказалась самой смелой. Она протянула руку и аккуратно взяла Мышестрела в руку. От испуга зверек свернулся клубочком, укрывшись перепончатыми крылышками.

– Что там у вас происходит? – беспомощно спросила Ясечка.

– Я взяла малыша Мышестрела в руки, и он от испуга свернулся в клубок. Они всегда так делают, когда боятся, – начала рассказывать Камила.

– А почему он не улетит? – удивилась Светик.

– Пока не умеет. Летать Мышестрелов учат папы, а этот только ожил, его не успели научить, – с умным видом ответила фантазерша.

Вдруг совсем рядом послышались шаги. Алик сначала насторожился, но потом вспомнил про Илая. Маленький скульптор, борясь с собой, подходил все ближе и ближе к незнакомым детям. По лицу мальчика было видно, насколько ему тяжело и страшно идти на контакт с незнакомыми. Алик сразу вспомнил, какое жгучее смущение сам испытывает при знакомстве с новыми людьми. Ему стало жалко Илая.

Осторожно забрав у Камилы ожившего Мышестрела, художник сам подошел к Илаю и показал зверька. От потрясения скульптор вздрогнул и отступил назад. Чудо-животное перестало бояться и расправило крылья. Теперь все, кроме Ясечки, могли увидеть Мышестрела в полный рост.

– Он такой милый! – восторженно выдохнула Камила.

– Даже не верится, что мы это сделали, – все еще отрицая чудо, сказала Светик.

Алик повернулся к Ясечке и, попросив протянуть руки, вложил зверька в ее худенькие ладошки. Почувствовав маленькое шевелящееся существо в руках, девочка заулыбалась.

– Такой легкий…

Мышестрел начал обнюхивать Ясечку и ползать по ладони.

– И подвижный, – продолжала описывать слепая девочка.

Все были под таким большим впечатлением, что совершенно забыли о дубе. Поэтому, когда земля под ногами задрожала, все, кроме Алика, удивленно посмотрели вниз.

– Д… Дуб п… про… просып… просыпается, – испуганно прокричал художник.

Мальчик выхватил у Ясечки Мышестрела и побежал прочь от оживающего дерева.

И тут произошло нечто совершенно магическое. Один из корней выгнулся таким образом, словно дуб намеренно хотел подставить Алику подножку. Художник упал на тот локоть, что уже был сломан, и вскрикнул от боли. Послышался треск гипса.

– Алик! – испуганно воскликнула Камила и бросилась к мальчику.

Подбежав, девочка начала помогать художнику встать, но тот, словно в бреду, повторял:

– С… Спасите Мы… Мыше… Мышестре… Мышестрела.

Светик тоже пришла в себя и, взяв фонарик, начала светить на землю в поисках чудо-животного, который при падении выпал у Алика из рук.

Корни дуба продолжали извиваться и мешать поискам. Внезапно под кроной стало светло. Это были струйки света, которые пробивались сквозь морщинки коры. Илай онемел от ужаса и большими глазами смотрел на разгорающееся дерево. Все было, как на рисунке Алика.