КНИГА 5. Жена Громовержца

Ефанда сидела на постели, укутавшись в одеяло. За окном кружились снежинки. Верная служанка была здесь же. Она помогала принцессе высушить влажные волосы тканью. Ефанда готовилась к празднику, то есть к продолжительным гуляниям. Скорее всего, она пойдет в город вместе с Синеусом и Олегом.

- Моя госпожа согрелась? - беспокоилась Хильд за вечно мерзнущую принцессу.

- Нет. Все еще зябко. Кажется, зимы тут еще холоднее, чем у нас на родине…

- Сейчас еще пока токмо начало зимы, кажется…- огорчила Хильд принцессу этим замечанием.

- Что же тогда будет в разгар холодов? Окончишь прическу и займись печкой, иначе я тут заледенею, изба дырявая совсем, - повелела Ефанда. - Мой убор к празднику готов?

- Готов, за дверью в сенях дожидается, - Хильд принялась одевать принцессу в шерстяные чулки и теплые платья. Ефанда будто сама не могла нарядиться.

- Так что ж ты молчишь? - выразила недовольство Ефанда. - Принеси. Поглядеть хочу.

Хильд вынесла из сеней меховой головной убор, переходящий в маску, полностью закрывающую лицо. Ефанда натянула на себя изделие и оглядела свое отражение в подносе, откуда на нее теперь смотрел волк. Волчья голова оказалась на макушке у принцессы, а лицо закрывала шкура.

- Мне не нравится, - недовольно отозвалась Ефанда. - Я же сказала, чтобы сделали покрасивее что-то! Как-никак я королева города!

Тут вдруг на крыльце послышался шум, который вскоре стих. Ефанда кивнула служанке, чтобы та изучила природу возни. Может, как-то связано с надвигающимися Колядами? Сегодня все наперекосяк…Только в избу Ефанды уже постучали трижды за это утро!

Хильд двинулась к дверям, а Ефанда с недовольным лицом продолжала разглядывать волчий образ в отражении. Хорош он или плох, но, как бы там ни было, времени на изготовление новой личины не оставалось. А служанка тем временем распахнула дверь. Раздался ее удивленный возглас. На пороге стояла корзина, полная тряпиц. На улице было холодно, и служанка занесла плетенку в горницу, недоуменно глядя на свою госпожу.

- Что там, Хильд? - не снимая личины, Ефанда подошла к корзинке. Бросив настороженный взгляд на опешившую служанку, принцесса отодвинула край ветошки.

Открывшаяся картина застала Ефанду врасплох, принцесса растерялась. В плетенке дремало дитя. Несмотря на холод и неудобства, ребенок выглядел безмятежным.

- О Фригг, что это? - служанка была озадаченна.

- Это ребенок, Хильд, - побелела Ефанда. - Клянусь Одином, это девочка.

- Почему? - Хильд принялась рыться в пеленках, дабы установить истину.

- Если бы это был мальчик, то его мамаша уже осаждала бы эти покои, требуя признать наследника…- усмехнулась Ефанда, настроение которой нескрываемо ухудшилось. А ребенок тем временем проснулся и теперь уже плакал.

- И правда, это девочка, - подтвердила Хильд, закутывая малыша обратно.

- Еще бы…- Ефанда стояла как вкопанная. – С кем же он опять спутался?

- Наверное, это еще в Дорестадте было…- предположила Хильд.

- Верно. Значит, кто-то из прислуги. И как я не заметила…- несмотря на то, что Ефанда не питала к Синеусу любви, ей были неприятны его похождения. Они буквально оскорбляли ее.

- Госпожа, сие не стоит расстройств. Это всего лишь девчурка…- утешала Хильд. Однако Ефанда заметно сникла. - Вот если бы госпожа сама родила ребенка…- мечтательно размышляла служанка, укутывая младенца.

- Ты же знаешь, что этому не бывать, - мрачно отозвалась Ефанда.

- Но, может быть, что-то придумать? - Хильд уже укачивала дитя.

- Что же?! Привязать к животу подушку, а летом украсть у кого-нибудь младенца?! - сорвалась Ефанда. - Да и с какой стати ты решила, что я жажду рожать детей?! Это опасно и трудно. Мне такого не нужно, Хильд. Я не хочу ходить беременной, не хочу корчиться в муках, а затем остаток жизни дрожать за своего ребенка. Нет уж. Лучше без этого.

- Ну да, - согласилась Хильд, которая поняла, что лучше не касаться волнующей темы. Потому поспешила перевести разговор на иное. - Госпожа, а что же делать с этой малышкой? - Хильд невольно улыбалась, глядя на ребенка.

- Не знаю. Но чтобы здесь ее не было, - Ефанда стянула с себя волчью маску и бросила на кровать. Наряжаться к празднику теперь и вовсе не было желания. С другой стороны она готовилась к этому дню, потому как желала предстать пред народом. Теперь она главная женщина города. Это впервые. Раньше впереди нее всегда шествовали Умила, Ума, Дива.

- Я лишь хочу сказать, что она неопасна, - Хильд робко кашлянула. - Все-таки не мальчик. И ничего дурного не содеется, если будет расти где-то тут…

- Отдай ее кому-нибудь…- Ефанда махнула рукой в сторону двери.

- А кому? - растерялась Хильд. - Слишком маленькие дети никому не нужны. Разве что работорговцам…

- Сыщи решение сама. Но тут она не останется!

- Я вспомнила, - озарилась Хильд. - Недавно одна служанка родила двойню…Где два, там и три…

- Действительно, - усмехнулась Ефанда. - Вот и отдай служанке. Пусть воспитывает.

- А князю скажем про такое? - уточнила Хильд несмело.

- Мне иногда кажется, что у тебя в голове размолотая крупа…Конечно, нет! - фыркнула Ефанда.

- Бедная крошка, - Хильд с жалостью посмотрела на дитя, поправляя одеяльце. - Совсем одинешенька. Ни матушки, ни батюшки, считай, у нее нет…И не будет. Никому не нужна…Вот такая несчастная появилась на свет…

Ефанда на этих словах подошла к Хильд и задумчиво оглядела ребенка.

- И как у такого мерзостного ублюдка может уродиться столь милое дитя…- подумала Ефанда вслух.

Тут же на улице послышался громкий глас Синеуса, а после на пороге возник и он сам. Принцесса бессознательно отстранилась от ребенка и отвернулась от двери.

- А вот и я! – не раздеваясь, Синеус проследовал в горницу с довольным выражением лица. - Чем вы тут заняты?

В ответ звенела тишина. Ефанда продолжала молчать, надув губы и уперев взгляд в угол, а Хильд все также качала дитя. Что до Синеуса, то он даже не обратил внимания на изменение состава этой горницы. Князь подошел к Ефанде, обнял ее и поцеловал в ухо. Да так, что у нее там зазвенело. Она ненавидела, когда он поступал подобным образом. А делал он это очень часто. Словно намеренно жаждая доставить ей неудобство. Собственно, она уже по привычке ежилась и отворачивалась от его поцелуев.

- Что за мрачные лица? - Синеусу было весело, и ничто не могло испортить ему настроения. Еще бы! Сегодня праздник. А веселье - это хорошо. А после гулянок встреча с Вассой. А потом еще грядет несколько дней гуляний. И вот тут-то он, наконец, и отдохнет. Ведь он устал. Потому как многое успел за день, но еще больше за все это время. Не так давно он княжит у Белого озера, но уже многие начинания заложены. Ни дня Синеус не бездельничал и теперь заслужил отдых. - Как ты поживаешь, моя Ефанда?

Принцесса раздраженно увернулась от надвигающегося поцелуя, нацеленного на другое, еще не оглушенное, ухо. Синеус всегда целовал ее таким образом, чтобы доставить ей хлопоты. И это хорошо еще, что сегодня он хотя бы не пытался вытереть об нее усы! Как он ей омерзителен! Боги, существует ли на свете более гнусный тип?!

- Прекрасно, - ответила Ефанда своим всегдашним подчеркнуто спокойным тоном. Однако Синеус уже вполне изучил ее нрав и потому сразу заметил, что все не столь уж «прекрасно», как заявлено. Обычно принцесса не дулась, а стояла недвижимо, как статуя.

- Не очень-то приветливо встречаешь мужа. Совсем от рук отбилась, надо взяться за тебя, - заметил Синеус с присущим ему насмешливым ехидством. - И как я только терплю тебя! - оскалился князь сияющей улыбкой. Он, впрочем, сиял от радости весь. Нравился он сам себе. Нравилось ему происходящее в его жизни. И еще больше нравилось грядущее. - Поистине, я слишком добр, - после этого вывода Синеус хотел развернуть жену к себе, чтобы одарить новым поцелуем, но она вырвала свою руку из его лап и отошла в сторону.

- О, какая знатная личина…- Синеус заметил волчью маску, лежащую в ожидании праздника. - Тебе такое в пору. Ты истая волчица. И оскал подходящий…

Ефанда продолжала молчать, вид ее выражал недовольство. А может, и упрек.

- Хильди, что это с ней сегодня? - скорчив шутливую рожу, обернулся Синеус к служанке. Хильд растерялась, не зная, что ответить. Ее взор коснулся ребенка, словно объясняя. Синеус наконец обратил внимание на кулек. - Так-так…- князь оставил Ефанду в покое и подошел к Хильд, чуть склонившись над дитем. После чего непринужденно обратился не то к служанке, не то к принцессе, не то к самому малышу. - Так у нас здесь маленький гость? - Синеус начал потихоньку догадываться о причине столь сурового поведения супруги в этот день. - Мне, кстати говоря, никогда не доводилось брать на руки детей, - признался Синеус. - Дай-ка мне его, Хильди. А это мальчик или девочка?

- Да какая разница! - не выдержала Ефанда. А Хильд уже не знала куда деваться, поскольку ее присутствие здесь, явно, лишнее. Как бы там ни было, Хильд бережно и с заботой уложила ребенка на руки Синеусу.

- И правда, никакой, - усмехнулся князь, даже не разозлившись на повысившую голос Ефанду. Хотя обычно он не упускал повода, чтоб ткнуть гордую принцессу в то, что она обязана уважать супруга. Ефанда в свою очередь уже совладала с собой и приняла хладнокровный облик. - И откуда у вас этот малыш? - уточнил князь, с несвойственной ему умилительной улыбкой разглядывая личико ребенка.

- Ее подкинули перед твоим приходом, - Ефанда стиснула зубы от этой его беззастенчивости. Он столь спокоен, словно не понимает, что это за ребенок!

- Значит, все же девочка, - заключил князь, улыбаясь. - Какие ясные глазки…Почему ты плачешь? - обратился Синеус к малышу. - Отчего, вообще, дети всегда в слезах? Так, Хильди, возьми ее и сделай что-нибудь.

- Что именно, князь? - уточнила Хильд, аккуратно забирая дитя у Синеуса.

- Ты у меня спрашиваешь? Сама должна знать. Ты же женщина, - рассудил Синеус.

- Хильд, оставь нас, - строго потребовала Ефанда. А служанка спешно начала укладывать дитя в корзинку. Поскольку, надо полагать, удалиться следует вместе с подкидышем.

- Нет, Хильди, не уходи. Не оставляй меня с этой зубастой волчицей…- шутил Синеус. Но Ефанда не смеялась.

- Но князь…- терялась служанка, попеременно глядя то на Синеуса, то на Ефанду.

- Я пошутил. Ступай, Хильди…- Синеус уже устал от воплей ребенка и был не против того, чтоб служанка унесла источник шума. - И успокой малыша, - скомандовал напоследок князь.

Хильд поспешила удалиться вместе с корзиной и плачущим ребенком, оставив супругов наедине.

- Душа моя, я ухожу и буду только к утру, - оповестил Синеус супругу. - Если кто-нибудь станет искать меня, то ответишь, что я отмечаю Коляды, Йоль, любимую ночь Сварога и так далее…Мы должны чтить богов и уважать праздники, принимая в них участие…- размышлял Синеус, глядя на обиженную супругу. - Поняла меня?!

- Поняла, - сухо подтвердила Ефанда, еле сдерживая гнев. Однако что тут ему предъявишь? Хоть слово пикнешь про ребенка, он сразу же разорется и обвинит ее в том, что она не родила ему наследников. Хотя, кажется, они ему не очень-то и нужны. Даже сейчас его больше заботит сегодняшний вечер, чем судьба ребенка. - Значит, я не пойду с тобой на праздник? - опешила Ефанда. - Народ хочет видеть короля и королеву.

- Здесь нет королей и королев, - поправил Синеус. В его планах на сегодняшний вечер Ефанды не присутствовало. Он собирался переодеться в простого горожанина и отправиться на гуляния вместе с Вассой и малочисленной свитой. Не будучи узнанным, ему не понадобится и много охраны. Ну а после гуляний он останется на ночь с Вассой, которая уже свила им где-то гнездышко, кажется. И где тут Ефанда?

- Но я готовилась предстать перед подданными, - сдержанно напомнила Ефанда. Несмотря на то, что принцессе не нравился город, она желала обнаружить жителям свою персону, явиться пред ними в несравненном великолепии и величии.

- Лучше позаботься о малыше, - посоветовал Синеус. Он не желал, чтобы она увязалась за ним в город и испортила таким образом ему весь праздник.

- Сам не хочешь позаботиться? - своим неизменным ровным голосом уточнила Ефанда.

- Я? - удивился князь. - Ее принесли тебе, а не мне. Причем здесь я? Не надо меня везде вплетать.

- Ну я-то к этому ребенку никакого отношения не имею…- отметила Ефанда негромко.

- Теперь имеешь, - оскалился довольный Синеус. Да, может, это и не мальчик. И пусть даже не законный отпрыск, а вообще нагульное чадо. Но дети – это всегда хорошо. Лучше так, чем никак. - Что ж, я тороплюсь…Ты поняла, как отвечать, если меня будут искать. Да, кстати, а как ее имя? Я подумал, мы могли бы назвать ее в честь твоей матушки. Раз уж ты благодетельница подкидышей…- веселился Синеус. А Ефанда истратила почти все свое терпение. Ей хотелось убить глумящегося над ней супруга лично и немедленно. Молчание давалось принцессе с трудом, однако она все же не произнесла ни слова. Синеус подошел к жене, обнял ее и примирительно поцеловал в губы, оцарапав щетиной. - Заканчивай яриться. Ну я пошел.