Сборник рассказов. 2018

Когда мне скучно я начинаю слегка бредить. И во мне просыпается дух погибшего таджика – маляра, приехавшего в Россию, чтобы прокормить свою семью, проживающую в бедной деревушке на западе Таджикистана. Все восемь человек с нетерпением ждали перевод от него. В молодости таджик успел получить хорошее техническое образование, но после распада советского союза остался без работы, когда единственный завод в соседнем городе закрыли. А ведь в семье шесть дочерей, и каждой нужно приданное чтобы выйти замуж. Продав все, что только можно, он приехал в Москву. Ехать пришлось в набитом грузовом вагоне среди удобрений и бочек с химикатами, но оно того стоило: пусть многие не доехали, пусть многим не хватило кислорода, он остался жив и сумел устроиться на стройку – невероятная удача для человека из средней Азии.

Отработав полгода, он узнал, что старшая дочь выходит замуж. Он был счастлив, зная, что дочь выходит замуж за солидного человека, из городских, и в этот вечер впервые за полгода позволил себе расслабиться. Он пошел с остальными рабочими выпить непонятную бурду, которая их веселила. Лучше бы травки покурили, думал он, но в России с ней почему-то борются. Если бы он знал, чем все это кончится, то не позволил бы себе так поступить: ведь он бросил свою семью на произвол судьбы, смерть не является оправданием.

Когда всем уже стало весело, решено было отправить его и еще одного парня в магазин за каким-то одеколоном. Они весело болтали, но тут дорогу им перегородила группа лысых парней в кожаных куртках… Он уже слышал о них – здесь их называли скинхеды. Молодые призывали бороться с ними, старые их побаивались, зная, что многие из них защищены своими богатыми родителями…

Московский строитель еще ни разу с ними не встречался, хотя и видел избитых земляков, рассказывающих о зверствах бритоголовых…

Парни грубо толкнули его товарища и спросили, куда они направляются. От них тянуло смесью перегара и некачественной конопли. Он не сразу оценил возможную опасность: всегда, когда был пьян, он был добр ко всем и попытался утихомирить парней. Чем вызвал приступ бурного веселья. Их было шестеро, и драться в любом случае было бы глупо. Самый маленький из них с испачканным в чем-то белом воротнике и обвешанный нацистскими значками как новогодняя елка плюнул ему на спецовку. Он возмутился, но его друг ударил нациста…

Это и было главной ошибкой. Скинхеды разъярились и начали избивать их. Касим, так звали его друга, смело бросился вперед, но двое здоровых парней успели схватить его и низкорослый главарь принялся методично бить Касима по лицу. Старика прижали спиной к стене и ему пока удавалось сопротивляться, но не более, у него уже не хватало нескольких зубов и перед глазами все расплывалось. Но у одного из нападавших была рассечена бровь и кровь мешала ему видеть, а у другого довольно быстро заплывал правый глаз. Они зря решили сопротивляться, совершенно неясно, что именно взбесило их противников. То ли хохот Касима, неудержимо вырывающий из его груди, несмотря на непрерывные побои. То ли то, что не удавалось схватить старика, но у главаря в руках появился нож. Громилы, держащие Касима, опешили – видимо их удивил нож не меньше чем удивил строителей.

Они начали убеждать своего друга убрать нож, и в этот момент он полоснул Касима по лицу. Просто. Не целясь. Уродуя лицо от правой щеки и до левого виска. Касим истошно завопил. Нападавшие отвлеклись, и он бросился к Касиму. Он сумел оттолкнуть парней, что его держали. Касим упал и в его глазах читался ужас. Тут старик почувствовал резкую боль в спине, попытался обернуться и упал на одно колено. Касим вскочил и смотрел на него, старик сумел обернуться и увидел кровь, сочащуюся из поясницы. Она уже пропитала всю спецовку и на грязном асфальте уже образовывалась темно-красная лужа. Бритоголовые были словно оглушены, вид умирающего человека испугал их. Старый таджик посмотрел на Касима в надежде на помощь, в его глазах была мольба и боль за свою семью, которая может умереть от голода из-за его смерти. Но ужас застилал глаза Касима и не дал ему увидеть мольбу друга…

Он начал пятиться, затем развернулся и побежал во дворы. Оцепенение, в котором все находились, закончилось, четверо погнались за Касимом. Остались лишь убийца и парень с рассеченной бровью. Он пытался успокоить главаря, но тот подошел к старику, взял за волосы и провел ножом по шее. Таджику не было больно: возможно, он уже знал, что умрет, и поэтому не было смысла мучиться. Возможно, он сумел полностью уйти в мысли о своей несчастной семье, может быть, что еще. А потом стало темно. И тихо. Очень темно и тихо…

Синяя машинка

Это был отвратительный день. Очередной отвратительный день. Хотя нет – он был даже хуже. С утра псевдоматери позвонили из этой чертовой, частной школы и рассказали, что меня там не было уже 2 месяца. Поинтересовались, не случилось ли со мной чего плохого. Лицемеры! Как будто их волнует мое здоровье. Если бы не состояние банковского счета моего отца, учителя и не вспоминали бы про меня. В результате псевдомамаша закатила истерику с угрозами рассказать все отцу сразу же, как только он вернется из Лондона.

Мной может командовать только, моя мать! Точнее могла. Сейчас эта дура живет в вонючей хрущевке со своей школьной любовью. Она странная: ведь всем нужны деньги, а она даже не попыталась отсудить у отца его состояние. Хотя, наверняка, боялась, что он её убьет. Мой отец всегда говорил, что миром правят деньги. И им в том числе. Но та дура хотя бы была моей настоящей матерью. Не то, что эта непонятная смесь с востока. Ненавижу её и всех этих рабов настоящих людей. Но пока приходится ей подчиняться. Просто чтобы она прекратила свой вой. Да и на сегодня у меня другие планы. Сегодня день рождения Рыжего.

Нас всегда было трое. Мы вместе поняли ущербность этого мира и осознали ошибки наших предков. Рыжий принес Майн Кампф. И мы поняли, прониклись, осознали. Точнее сделали вид. Это было весело: пугать одним своим видом этих жалких косоглазых. Несколько раз мы избивали их. Это всегда было приятно. Особенно если представить на месте жертвы псевдомать, директора чертовой школы, завуча, класс рука, отца…

Однажды нам не повезло. Выпив для настроения, мы нашли дворника. Это был молодой азиат, среднего роста и очень скромной комплекции. Одетый в лохмотья и с черными, засаленными волосами. Я разбил бутылку и позвал его, чтобы он убрал осколки. Если учитывать отношение к недочеловеку, довольно вежливо позвал, почти без мата и оскорблений. Дворник подошел и спросил: «зачем я мусорю?» Рыжий заржал и пнул его ногой в живот. Парень упал, и я запихал ему за шиворот бычок – он так забавно начал крутиться. Но мы не заметили, что в будке, где жил этот нелегал, сидело еще пять его друзей. Они выскочили ему на помощь. Мы, как истинные представители высшей расы, смело бросились на них, но почему-то проиграли. Неважно почему. Просто проиграли.

Вечером меня ждал дома отец. Это было самое неприятное в тот день. Он спросил у меня что произошло. Не знаю, как у меня получилось, но я сумел убедить его, что подрался с парнем в школе из-за девушки. Если бы отец узнал правду, он бы, наверняка, меня убил: ведь это могло помешать его политической карьере.

Однажды в детстве, когда мне было 3 года, мне подарили машинку на радио управлении, подарили родители матери, и отца это жутко бесило. Он уже был богат и влиятелен, но, почему-то, ничего, никогда мне не дарил, считая это пустой тратой денег. Я был самым счастливым ребенком на свете! Дни напролет я играл с этим подарком. Пока случайно в один из дней не выбежал в сад.

Я всегда считал отца властным, сильным, уверенным в себе. Я не помню, с кем он встречался, но тогда отец жутко лебезил перед гостем. А я случайно подвел машинку прямо под ноги этого человека. Естественно тот споткнулся и упал. Упал неудачно и сломал кисть. Отец долго извинялся, пытаясь хоть как-то исправить ситуацию, но переговоры, видимо, сорвались. Я точно не знаю до сих пор. Домой он пришел очень пьяным и поздно вечером. Они долго ругались с матерью, она пыталась защитить меня, но отец силой запер её в ванной. Потом взял молоток и подошел ко мне. Отобрал мою машинку, положил её на стол и одним ударом молотка разбил её вдребезги. Затем отец повернулся ко мне, держа в правой руке молоток, а в левой руке обломки игрушки. Он тяжело дышал, плечи и руки дрожали от ярости, а в глазах я не увидел ничего кроме бешенства. Отец со мной ничего не сделал, просто сказал: «так будет со всем, что мне помешает».

Если не ошибаюсь, именно после этого отношения моих родителей испортились и начали постепенно скатываться к разводу. Не знаю, что именно хотела моя мать, но если бы любила, то не бросила бы меня с отцом. Хотя сейчас мне плевать на её чувства.

Так или иначе, мы поняли, что нам нужны еще люди. Нам нельзя было снова проигрывать. Рыжий и Костя пострадали не так сильно, но мы были друзьями с детства, и нам всегда казалось, что мы прекрасно понимаем проблемы друг друга. Хотя какие могли быть у них проблемы? Родители Рыжего уехали полтора месяца назад, и он был предоставлен сам себе, а у Кости все было наоборот, постоянный контроль со стороны родных он перекрывал гулянками с нами.

Рыжий предложил двух парней из его двора: здоровенные, тупые быки, их можно было, буквально заправлять пивом, а потом использовать как угодно. Другого предложил я – это был мой старый знакомый из небогатой семьи, который с завистью смотрел на нашу компанию. К тому же он торговал наркотой и у нас появился новый способ развлечься.

Так нас стало шестеро. Пару тройку раз мы нападали на одиноких дворников, затем перешли на строителей. За это время я пристрастился к кокаину: он мне дарил ощущение всесилия, вседозволенности и уйму энергии.

В этот вечер мы отмечали день рождения Рыжего. Мы просто не могли обойтись без нападения на низшую расу в праздничный день. Мы шли к стройке и наши надежды оправдались. Слегка пошатываясь, навстречу нам, шли два азиата. Один был молодой с широким лицом и глупой улыбкой, а вот второй был уже слегка седой с умными глазами, но в такой же грязной спецовке, как и первый.

Рыжий толкнул молодого. Тот сразу же набычился и приготовился к драке, а вот старый сразу же начал что-то лепетать и извиняться. Это разозлило меня. Как этот урод смел со мной разговаривать! Как будто мне есть дело до его слов: скот должен знать свое место. И я плюнул в него. К сожалению, попал только на его одежду. Жаль, целился в лицо. И тут молодой сделал то, что не позволительно рабам – он ударил меня. Ребята не растерялись и тут же схватили его. Идиоты, конечно, но в драке свое дело знают. Я решил наказать его. Я хотел разбить его наглое лицо. Я бил, надеясь, что его раскосые глаза станут круглыми. Надеясь, что у него не останется больше ни одного зуба, а вместо носа будет просто дыра.

Но он не испугался. Не повел себя так, как должен был вести себя раб. Он стал хохотать. Громко. В голос. Как же это меня взбесило. Я посмотрел, как там обстоят дела со стариком. Он был прижат к стене, изо рта лилась кровь и одна скула была разбита, но он не сдавался.

Вчера я купил нож. Просто чтобы был. Или чтобы убить своего отца и псевдомать. Я еще не определился. Но сегодня я понял, зачем он был мне нужен. Я достал его и улыбнулся. Парни удивились и чуть не упустили мою жертву. Идиоты. Как будто рабов не надо наказывать. Я ударил раба ножом по лицу, метя в этот отвратительный нос. Брызнула кровь и я, наконец-то увидел в его глазах, то, что там должно было быть давно. Страх. Страх передо мной. Мной настоящим. Доказывающий, что я живу, что я человек.

Но вот старик видимо еще ничего не понял. Он бросился на помощь молодому, и умудрился растолкать моих соратников, но молодой упал. Старик повернулся ко мне спиной, чтобы помочь ему встать. Он пытался противиться мне. И я ударил его ножом в спину. Честных ударов достойны только люди. Старик лишь охнул и начал оседать на землю, затем повернулся и удивленно посмотрел на лужу крови разливающуюся под ним. Липкой, теплой крови, дающей ему жизнь и постепенно убегающей из его тела. Липкой, теплой крови…

Молодой урод побежал в сторону каких-то домов, наши рванули за ним. Остались лишь я и Рыжий. Рыжий что-то говорил мне, пытался остановить. Но я уже знал, чего я хочу. Я подошел к лежащему на земле скоту, поднял его голову за волосы и перерезал его гнилое горло. Больше ты никогда не разобьешь мою машинку папа. Никогда.

Счастье

Месяц назад он попросил моей руки у моего старшего брата. Как жаль, что папы нет рядом. Я бы хотела, чтобы именно отец благословил наш брак. Ему пришлось уехать, но по-другому у нас бы не было бы денег. Надеюсь у папы все хорошо.

Как же мне повезло! Максим такой хороший. Они с друзьями решили совершить небольшое путешествие по Таджикистану, и проезжали мимо нашей деревни. Это была судьба. Их машина сломалась, и им было нужно несколько дней на ремонт. Мы увидели друг друга. Он тут же подошел ко мне, чтобы познакомиться. Такая поспешность меня смутила. Он удивился, и сказал, что у него на родине это норма. Он мне понравился, но я сказала, что так нельзя. И убежала домой.

Возможно, этим я и влюбила его в себя. Он рассказывал, что у него было много девушек до меня, но ни одна не поступала так, как я. В тот же вечер он пришел к моему дому и долго разговаривал с моим братом. Пока нет отца он у нас старший мужчина в семье. После этого дня мы много гуляли, я показывала ему красивейшие места вокруг нашей деревни. Затем его друзья починили машину, и он должен был уехать. Но он решил остаться: попросил благословения у моего брата и предложил мне уехать вместе с ним после свадьбы.

Я счастлива. Жаль, что ему все же пришлось ненадолго уехать. У его брата, которого он называет Рыжим, какие-то неприятности. Надеюсь, там нет ничего серьёзного, и он скоро вернется. Папа был так рад, когда я сказала ему, что выхожу замуж. Жаль, что сейчас не получается с ним связаться, надеюсь у него все хорошо. Как же я счастлива!