Непутевый папочка

Глава 1

Я беременна. Всего два слова. Произнести их совсем несложно.

Но рука в очередной раз опускается, так и не нажав на кнопку звонка. Я не решаюсь сделать это. Сердце колотится как сумасшедшее. Я жутко волнуюсь и в очередной раз вытираю мокрые ладони о джинсовую юбку.

Рома, парень, с которым я провела ночь любви, пропал. Его телефон не отвечает. Он всё время выключен. Я пыталась написать ему в социальной сети, но Рома ограничил возможность слать ему сообщения. А заявку в друзья он не принимал.

Рома пропал почти сразу же после того, как мы провели вместе несколько ночей. Просто в очередной раз назначил встречу и не стал отвечать на мои звонки. Я думала, что парень сильно занят работой, но прошло уже два с лишним месяца! А он и не думал объявляться.

От переживаний и беспокойств я еле-еле закрыла сессию. Третий курс окончен. Мама ждёт, что я вернусь к ней в провинциальный городок. На лето, как обычно. Но как я приеду к ней с новостью о том, что беременна?

Беременна и без отца ребёнка? Скандал будет такой, что мало не покажется. Потом к делу подключится ещё и папа… Ой, даже подумать страшно, что будет! Нет, ехать домой не вариант. В одиночку не вариант. Но вместе с Ромой – другое дело. Кажется, именно так и делают пары. Встречаются, влюбляются, женятся и заводят детей.

– Я беременна, – говорю вслух шёпотом.

Потом резко нажимаю на кнопку звонка. Знакомая птичья трель. Я уже могу напеть мелодию звонка. Потому что прихожу сюда не впервые! И нет никакой гарантии, что на этот раз дверь распахнётся, и я увижу Рому.

Но не успею я разочароваться и похоронить надежду под могильной плитой, как дверь распахивается. Резко и быстро. Меня едва не сбивает с ног.

В следующее мгновение меня затаскивают внутрь сильные руки.

– Что так долго? – недовольно спрашивает мужчина низким голосом, от которого по телу бегут мурашки.

– Кто вы? – спрашиваю я.

– Да кто пожелаешь! – хмыкает мужчина и… подхватывает меня под коленями.

Незнакомец перекидывает через плечо и несёт в спальню. От шока и возмущения я не могу даже закричать. Только когда мужчина сбрасывает меня на кровать и хватается за футболку, стягивая её через голову, до меня доходит. Он меня с кем-то перепутал.

– А-а-а-а! – кричу я, швыряю в незнакомца подушкой. – Кто вы такой? Отпустите меня.

– Крошка, я заказывал не такие игры, – хмурится мужчина, отбрасывая футболку в сторону.

Складывает руки под внушительной грудью. Обдаёт меня жарким взглядом.

– В кого играешь?

– Ни в кого!

Вскакиваю с кровати.

На этой самой кровати я провела несколько потрясающих ночей, и воспоминания обжигают меня изнутри. Мужчина усмехается, приняв покрасневшие щёки на свой счёт. У него открытое, волевое лицо и потрясающе красивая улыбка. Открытая и чуточку безбашенная, как у молодых парней. Хотя сам мужчина не молод. Ему явно около сорока или даже чуть больше. Но его возраст становится заметен, только когда разглядываешь его очень пристально. И он хорошо сложен. Широкие плечи, развитая грудь… Ох, хватит его разглядывать!

– Я не знаю, кто вы такой, и как попали сюда! Но не надо на меня так смотреть! И оденьтесь, пожалуйста, – прошу, опуская взгляд.

– Странно. Обычно девушки твоей профессии просят раздеться…

– Я ищу своего парня.

– Сегодня я буду твоим парнем, – одной улыбкой этому мужчине удаётся обещать очень многое. И почему-то кажется, что речь идёт не о дружеских прогулках по аллее парка.

– Вы меня пугаете. Я… я хочу уйти! – начинаю паниковать и проклинаю собственный голос, сорвавшийся на мышиный писк. К тому же голос дрожит, выдавая подступающие слёзы.

– Да что с тобой? – недоумевает мужчины. Поймав мой взгляд, полный отчаяния, заявляет более мирным тоном. – Ладно, я оденусь. Только сырость не разводи, идёт?

Мужчина наклоняется, демонстрируя прокачанную спину с большой татуировкой на всю спину. Я торопливо перевожу взгляд в окно с видом на вечерний город, чтобы не разглядывать незнакомца.

– Пожалуй, я пойду… Мне здесь не место, – пытаюсь улыбнуться и осторожно двигаюсь в сторону выхода.

– Постой. Кто ты вообще такая и что тебе от меня надо? – спрашивает мужчина.

– Я беременна! – выпаливаю я. Едва слышно, но всё же говорю это!

Вообще-то я хотела сказать про Рому в первую очередь, чтобы решить все недоразумения. Но я так часто произносила эти два слова и так долго не могла сказать их вслух, что сейчас они вылетают из меня со скоростью пули.

Мужчина поражён. Небрежным жестом поправляет рукой причёску. Андеркат. Машинально отмечаю широкое запястье с надетым серебряным браслетом. Разглядываю синеватые вены, оплетающие мужские руки. Светло-зелёные глаза мужчины округляются от изумления, но следом в них загорается огонёк недоверия.

– Крошка, – кашлянув, отвечает мужчина. – Я вижу тебя впервые в жизни! Поверь, я бы тебя запомнил.

Спустя мгновение до меня доходит, как именно мужчина растолковал мои слова.

– Что? Боже, вы меня неправильно поняли! Я вас тоже вижу впервые! Я говорю о Роме Молчанове, – уточняю. – Рома – мой парень. Я встречалась с ним. В этой квартире.

Я не хочу раскрывать перед незнакомцем интимные подробности. Но мой взгляд предательски падает на кровать, видевшую очень многое.

– Ромка Молчанов? Русоволосый, метр девяносто, с вороном на левом плече? – спрашивает мужчина, перечисляя основные приметы.

– Да, вы описываете моего парня, – выдыхаю с облегчением, думая, что мы вот-вот разберёмся в глупой ситуации.

– Понятно! Рома Молчанов – мой сын. Это моя квартира. Да, обычно в ней живёт сын. Но и я иногда появляюсь. Время от времени. Ладно, подробности тебе знать ни к чему! – мужчина потирает ладони, разглядывает меня с головы до ног. – Беременна, значит. Сколько недель?

– Девять. Я хочу поговорить с Ромой. Если вы знаете, как его найти, скажите, пожалуйста, и я уйду.

– Знаю, конечно, – мужчина расправляет на теле футболку. – Ромы нет в городе и в стране его тоже нет.

– Что? – сердце делает сальто и падает вниз.

– Но скоро должен вернуться. Попробую ему позвонить. И давай выйдем из спальни? – мужчина показывает ладонью на коридор.

Я поспешно выхожу из спальни, но отец Ромы стоит на проходе так, что я всё-таки задеваю его плечом, когда он начинает двигаться синхронно со мной. Ощущение, будто я натолкнулась на каменную стену, но жутко горячую.

– Осторожнее, – слышится над моим ухом. Мужское дыхание опаляет шею.

– Простите, – лопочу, покрываясь мурашками неизвестно от чего. Оборачиваюсь на мужчину через плечо. – Вы футболку шиворот-навыворот надели…

– Да? – удивляется мужчина. – Сейчас исправлю!

Он тянет нижний край футболки вверх. Опять собирается устраивать для меня бесплатный стриптиз? Поспешно отворачиваюсь.

– Подожди меня на кухне. Налево по коридору! – кричит мне вслед отец Ромы.

– Да, я знаю… – отвечаю издалека.

Попадаю на модно обставленную, просторную кухню и забираюсь на высокий стул. Прикладываю ладони к пылающим щекам. Почему-то мне жутко стыдно. Я вроде не сделала ничего дурного или неприличного, но лицо горит, будто его перцем натёрли.

– Итак… Давай знакомиться!

Я вздрагиваю. Мужчина улыбается, протягивая мне руку.

– Олег. Отец Ромы.

Я цепляюсь за протянутую мужскую ладонь. Она у него широкая и жёсткая. Местами кожа огрубевшая и царапает мои пальцы. Олег пожимает мою руку, но не торопится отпускать её.

– В ответ нужно сказать своё имя, – подсказывает, улыбаясь.

Как будто подтрунивает надо мной. Глаза озорно блестят.

– Самойлова Мирослава Константиновна! – выпаливаю я. – Ой… Можно просто Мира. Так привычнее.

– Очень приятно, Мира! – возникает небольшая пауза. Мужчина обводит взглядом кухню. – Ну что ж, как хороший хозяин, я должен напоить тебя хотя бы чаем, да?

– Нет, что вы! – протестую я. – Не хочу вас стеснять. Просто дайте мне номер телефона Ромы или… или скажите, когда он приедет.

– Сначала всё-таки чай, – Олег щёлкает кнопкой чайника и достаёт кружки из шкафа. Нежно-бирюзовые. Аккуратно ставит их на стол и распахивает холодильник. – У меня есть шоколад. Всё остальное… – показывает на шеренги пивных бутылок. – Тебе, пожалуй, нельзя.

«В таком количеством пива можно утопиться!» – потрясённо думаю я. Потом вдруг понимаю, что я же совсем ничего не знаю о мужчине! Вдруг он соврал мне? Вдруг он психопат или просто алкоголик? Я крепче стискиваю ремень сумочки и осторожно сползаю со стула.

– Пиво осталось после вечеринки, – поясняет Олег.

Чёрт. Мне срочно нужно телепортироваться отсюда!

– Нет, ты неправильно поняла! – Олег сжимает моё плечо пальцами, удерживая на месте. – Это осталось от вечеринки, которая так и не состоялась.

– Почему?

Задаю вопрос и не решаюсь посмотреть мужчине в глаза, разглядываю волевой подбородок. Гладко выбритый, с побелевшей линией старого шрама чуть ниже левого уголка губы.

– Вечеринка моего сына не состоялась, потому что я отправил Рому в срочную командировку. В дружественную республику, – объясняет Олег. – Садись, я найду чего-нибудь съедобного. Извини, но сам я ем вне пределов дома.

Олег находит на полке холодильника не только шоколад, но и упаковку печенья. Ловко наламывает плитку шоколада на дольки и укладывает на тарелку, пододвигает печенье и заливает кипятком чайный пакетик.

– Чёрт побери. Опять шоколад, – комментирует он густой, пряный аромат чёрного чая с ароматом шоколада.

– Я люблю шоколад. Спасибо! – осторожно откусываю кусочек шоколада.

Олег садится напротив, сложив локти на стол. Под короткими рукавами футболки напрягаются мышцы. Мужчина изучает моё лицо, не стесняясь.

Мой взгляд не решается так же открыто гулять по его широкоплечей фигуре. Я только разглядываю его руки с длинными пальцами. Олег постукивает пальцами по столешнице. Замечаю обручальное кольцо. В то же мгновение мужчина опускает руку, доставая телефон из кармана джинсов.

– Позвоню сыну. Он уехал и купил номер местного оператора, – объясняет он. – Так было нужно по работе…

Я короткими глотками отпиваю чай, стараясь не обжечься, и усердно отгоняю мысли об одном из солнечных дней, когда мы просыпались с Ромой вдвоём. В то же мгновение я понимала, что проспала на учёбу, а он задерживал меня объятиями и нахальной улыбкой уверенного в себе парня. Задерживал иногда в коридоре или на кухне у мойки, пока я убирала посуду. Было жарко!

Я делаю очередной глоток и тут же хватаю ртом воздух. Всё-таки хапнула слишком горячего чая, задумавшись совершенно не о том, что надо!

Случайно пересекаюсь взглядом с Олегом. Он иронично заламывает бровь и прячет усмешку, придавая лицу серьёзный вид. Но, кажется, что он видит меня насквозь и прекрасно понимает, о чём я думаю. Явно не о том, о чём нужно!

– Не отвечает, – Олег со вздохом откладывает телефон. – Сын должен прилететь буквально на днях.

Лезу в сумочку, доставая блокнот с ручкой.

– Я напишу номер телефона, – говорю я. – Позвоните мне, пожалуйста, как Рома объявится.

Мужчина толкает по столу свой телефон по направлению ко мне.

– Запиши лучше сюда. И пометь как-нибудь, чтобы я знал, что это ты.

– Хорошо, – прячу блокнот, проклиная себя за неуклюжесть. Я только и делаю, что попадаю впросак и наверняка выгляжу очень глупо. – Записала.

– Мира, девушка Ромы, – читает Олег. Через секунду мой телефон издаёт звонкую трель. – Я набрал твой номер, – объясняет мужчина. – Только имя твоё сохраню по-другому, а то буду сто лет гадать, что за девушка Ромы.

– У вас так много сыновей по имени Рома? – уточняю я.

Олег смеётся. Оглушительно и заразительно.

– Простите. Я несу чушь… Это от волнения!

– Ерунда! – усмехается Олег. – Нет. Сын у меня всего один.

Олег не торопится подниматься из-за стола. Наверное, мне нужно сделать это самой.

– Хорошо. Спасибо за чай и за… за всё.

Встаю и иду на выход.

– Постой, – догоняет меня Олег, ласково удерживая за запястье. – Ты домой?

– Да, мне уже пора, – улыбаюсь, а сама с тоской думаю о том, что добираться придётся очень долго и с пересадками. Я снимаю комнату у одной бабушки, которая живёт на другом конце города. Явно не центр, но это всё, что я могу себе позволить.

– Я отвезу тебя, – Олег накидывает косуху на плечи и всовывает ноги в белые кеды Nike, окончательно становясь похожим на кого угодно, только не на отца моего парня, от которого я беременна.

– Не хочу вас стеснять, – пытаюсь отдалиться от мужчины, чтобы спокойно подумать обо всём. Но Олег не позволяет этого сделать, он захлопывает дверь квартиры и берёт меня под локоть.

– Поехали. По дороге расскажешь о вас с Ромкой…

Глава 2

Вот это сюрприз подогнал для меня сынуля!

Хороший такой сюрприз, ничего не скажешь! Становиться дедом в сорок один год я не планировал. Вообще об этом не задумывался, если быть честным.

Мне было девятнадцать, когда моя девушка Оля забеременела. Родители поженили нас прежде, чем мы успели открыть рты и возразить, что оба не готовы становиться семьёй. Но семья образовалась.

Скоро Ромке исполнится двадцать три. С его мамой я давно в разводе. Сын долгое время жил у Оли, я строил карьеру и активно расширялся. Брал сына только на праздники и на прогулки. Этакий вариант «прогулочного, всегда весёлого и щедрого папы». Потом, когда мой балбес окончил девять классов, Оля окончательно отправила его жить ко мне. У Оли за это время появился новый муж и две дочки от нового брака. В общем, воспитание сына целиком и полностью перешло на мои плечи.

Сейчас я женат второй раз. Но думать о нынешнем браке хочется даже меньше, чем понимать мотивы сына-оболтуса, не думающего о предохранении.

Ромке двадцать два, а вот Мире… Чёрт, сколько же ей лет? Невысокого роста, стройная, ладненькая. Личико кукольное и с вздёрнутым носиком и тёмно-серыми глазами. Губки пухлые. Красавица, одним словом. Но кажется совсем крохой.

– Сколько тебе лет?

– Скоро исполнится двадцать один, – с готовностью отвечает Мира.

– Скоро – это когда?

– Через месяц, – смущаясь, отвечает Мира. Начинает перебирать пальцами шерсть на каком-то жутко пушистом брелоке нежно-розового цвета.

– Давно с Ромкой встречаешься?

Управляю автомобилем, понимая, что каким-то образом выстроил не самый короткий маршрут. Вышло автоматически. Никакого подвоха здесь нет. Просто хочется разобраться во всём. Только и всего.

– Ромы нет уже два с лишним месяца, – погрустнев, отвечает Мира. – Но до этого мы встречались месяц.

– Шустрая молодёжь! – смеюсь, но приказываю себе тут же прикусить язык. Потому что сам заделал младенца Оле на третьей неделе наших «серьёзных отношений».

Чья бы корова мычала, Молчанов, а твоя… Ага, пусть делает то самое, созвучное с твоей фамилией.

– Остановите, пожалуйста! – хмурится Мира. Бросает на меня взгляд и переводит его в окно.

– Далеко собралась? – спрашиваю недовольным тоном, заметив, что девушка уже обхватывает пальцами ремень безопасности.

– Здесь остановка метро недалеко. Я доберусь до дома сама.

– Сиди! – говорю чуть резче, чем следовало.

Мира замирает и, кажется, едва дышит. Матерю себя. Давно не имел дело с такими нежными и пугливыми тепличными цветочками. Где только её мой разгильдяй подцепил? Он же других девушек предпочитает!

– Сиди, Мира, – говорю более миролюбивым тоном. – Здесь останавливаться нельзя. Я довезу тебя до дома. Не принимай мои слова близко к сердцу.

Мира не отвечает, но больше и не порывается покинуть машину едва ли не на ходу. Раздумываю секунду, прежде чем продолжить разговор. Надо найти какую-нибудь безопасную тему и затолкать куда подальше циничные предубеждения.

– Чем занимаешься?

– Я студентка. Учусь на менеджера. Третий курс закончила…

– Как сессию закрыла?

– На «хорошо» и «отлично».

– Значит, у тебя, студентка, летние каникулы? Ты местная?

– Нет, я не местная. Здесь комнату снимаю у бабушки одной.

– Хочешь задержаться в большом городе? – спрашиваю без намёка, просто констатирую факт. Когда мне было девятнадцать, я тоже рвался прочь из провинции. Вот и вырвался, оставив Олю с родителями, а сам пытался устроиться в жизни.

– Я пришла к Роме не для того, чтобы задержаться в столице! – возражает Мира.

– Неужели? – усмехаюсь. – Как правило, о том, что парень станет отцом, сообщают с намёком на дальнейший брак! – поясняю я. – Так?

Не знаю, для чего говорю всё это. Со стороны послушать, так я словно пытаюсь выставить Миру охотницей за большим кошельком. Но это абсолютно не так. Просто я пытаюсь выяснить, какие отношения связывают моего оболтуса и эту невинную крошку. Откровенно говоря, уже не невинную, если она беременна.

И вообще-то кто сказал, что она на самом деле беременна? Срок небольшой, живота невидно! И даже если беременна, где гарантия, что беременна от моего сына? Ох, чёрт. Как же сложно в сорок с небольшим доверять людям! Даже таким красивым и трогательным крошкам, как Мира.

Кажется, все сомнения написаны у меня на лице. Потому что Мира словно замыкается в себе. Она сцепляет пальцы в замок и не говорит ни слова. Поджимает пухлые губы и смотрит прямо перед собой. Девушка сидит неподвижно, словно каменное изваяние. И я, честно говоря, пытаюсь в этот момент вспомнить, какие эмоции я испытывал, когда нам с Олей строго заявили, что свадьбе быть. Кажется, не верил до последнего, пока не услышал марш Мендельсона.

Но сейчас Мира – по ту сторону баррикад. Сам чёрт ногу сломит, что творится в моей голове. Я уже и баррикады какие-то мысленно возвожу…

Надо завязывать с этим. Сначала поговорю с Ромкой, потому буду думать, как поступить дальше. Ведь разгребать проблемы за Ромкой придётся именно мне. Парень у меня неплохой, но малость ветреный и мамой избалованный. Чуть что, сразу плачется Оле по телефону. Исподтишка, разумеется. Но потом раздаётся ответный звонок бывшей жены. Оля начинает насиловать мой бедный мозг. Упорно. Методично, словно действует по специально выработанной схеме, отточенной с годами до совершенства.

Так что мысленно я готовлюсь… Вот только не могу понять, к чему готовиться – убеждать юную деву, что аборт – есть необходимость или уже можно начинить присматривать рестораны для свадебного торжества и искать самого лучшего тамаду?

– Спасибо. Всего хорошего!

Мира выскальзывает из автомобиля прежде, чем я успеваю задержать её. Поспешно иду вслед за ней, спешащей к подъезду. Бежит так, словно за ней сам чёрт гонится. Хотя, может быть, я в этой ситуации и есть чёрт?

– Мир, постой!

Моя ладонь опять по собственному желанию накрывает худенькое, узкое плечо девушки. Мира вздрагивает.

– Мне пора идти. Я с вами уже попрощалась! – твёрдым голосом заявляет пигалица.

– Ты попрощалась. Я – нет, – смотрю на старенькую хрущёвку. – На каком этаже живёшь?

– Я не сообщаю свой адрес незнакомцам! – хмурится Мира.

– С незнакомцем ты погорячилась. Я – отец твоего парня. Рома же твой парень? Или всё-таки нет?

Мира поджимает губы и смотрит на меня так, словно из последних сил сдерживается, чтобы не зареветь.

– Оставьте меня в покое! – чеканит она. – И… и Роме можете ничего не говорить! По вашему поведению я уже поняла, что моя беременность – это только моя проблема. Не ваша и не вашего сына. У таких, как вы, проблем не бывает!

Мира всё-таки изворачивается и выскальзывает из моего захвата.

– У тебя проблемы? Деньги нужны? – спрашиваю.

Но ответа не дожидаюсь. Дверь подъезда захлопывается с жутким грохотом. Похоже, девочка жуть как обидчива. Или я просто ляпнул совершенно не то? Отхожу от подъезда и сажусь в автомобиль. Но не спешу уезжать. Прокручиваю в голове короткий разговор. Теперь я чувствую, что в моих репликах было слишком много обвиняющих тонов и скрытых намёков.

Неудивительно, что Мира обиделась. Но ведь поговорить можно было нормально! Не замыкаться, не поджимать пухлые, сочные губёшки, а поговорить открыто. Хотя… Помню я те разговоры со своими родителями и с родителями Оли! На нас смотрели так, словно мы совершили ужасное преступление, за которое нужно расплачиваться до конца дней своих, ведь учёба Оли была отложена, а на девочку возлагали большие надежды.

Удивительным образом настоящее моего сына переплетается с моим прошлым. Вроде я должен смотреть на ситуацию иначе, ведь сам проходил через нечто подобное. Но сейчас известно ещё очень мало, чтобы делать какие-то выводы.

Сижу в машине, проворачивая мысли в голове. Наблюдаю за подъездом – вижу, как несколько человек поднимаются вверх. Запоздало думаю о том, чтобы пойти следом… Ладно, сначала позвоню Ромке.

Набираю номер сына. Когда Мира сидела на кухне, Рома не поднимал трубку. То же самое происходит и сейчас. Просто гудки. Я отправляю сыну сообщение с намёком. Скидываю ему ссылку на рекомендацию о защищённом сексе и следом отправляю ссылку о беременности.

Я не стал писать сообщением Роме о том, что ко мне пришла девушка и заявила о беременности от него. Подобные разговоры должны решаться тет-а-тет. Не посредством телефонного разговора и уж тем более, не через сообщение.

Можно же тронуться с места и поехать домой. Вернее, на временное убежище – квартиру. Но вместо этого я выхожу и зачем-то трусь возле подъезда. Слышится писк домофонного замка. Выходит пара средних лет.

– Вечер добрый. Не подскажете, в какой квартире могу найти Самойлову Мирославу?

– У нас такие не живут! – пытается отделаться от меня мужчина.

– Двадцать лет, студентка, снимает комнату у бабушки, – чеканю я.

– А-а-а, это про квартирантку бабы Жени, – подсказывает спутница мужчины. – Пятый этаж. Дверь налево. Только бабульку на «скорой» увезли недавно. Ей с сердцем плохом стало!

– Спасибо огромное. Чудесного вечера!

Я прощаюсь с жильцами и быстро поднимаюсь на нужный этаж. Стучу по двери. Мне никто не открывает. Начинаю стучать сильнее. Слышу разговоры на повышенных тонах, и от души пинаю дверь пару раз, начиная беспокоиться за Миру.

Дверь наконец распахивается. На пороге стоит мужчина средних лет, хмурый и недовольный.

– Чё надо?

– Во-первых, здравствуйте. Во-вторых, я ищу Мирославу. Она снимает комнату у бабы Жени.

– Никто у моей бабки комнату не снимает! – огрызается мужик. – Это ещё понять надо, откуда у неё ключи от квартиры! Аферистка, может, какая-нибудь!

– Не гони, мужик. Она студентка.

Мужчина явно не собирается меня пускать.

– Ко-о-о-оль, вызывать ментов или нет? – кричит из глубины квартиры женщина.

Потом я слышу всхлип. Точно Мира. Двигаю мужчину плечом и захожу внутрь, не разуваясь.

– Эй! Ты!

Мужчина кидается следом. Я резко разворачиваюсь, выбрасывая вперёд ладонь.

– Не стоит, приятель. За девчонку я ручаюсь.

– Ручаешься? Значит, забирай! – цедит сквозь зубы мужик. – Нам воровки и аферистки не нужны!

– Где она?

Мужик указывает рукой на коридор, подсказывая:

– Направо.

Я захожу в комнату, видя картину маслом. Мира сидит на кровати. Перепуганная. Глаза как огромные плошки, полные слёз. Ящики из шкафа вывернуты. Рядом с Мирой стоит тучная женщина, а вторая собирается кому-то звонить.

– Мир, всё в порядке?

– О-о-о-олег? – кажется, её глаза в этот момент становятся ещё больше.

– Да. Это я.

– Вы кто такой? – голосит полная женщина, выбрасывая вперёд руку, чтобы не позволить Мире встать. – Сообщник?

– Женщина, вы в своём уме? Какой сообщник?

– Такой! Откуда у неё ключи от бабкиной хаты? Мы в квартиру зашли, а она по шкафам шныряет! Воровка!

– В шкафу лежат мои вещи, – говорит Мира, смахивая слёзы.

– Будьте так любезны. Отойдите, – прошу я. – А за клевету можно и получить штраф в немалом размере!

Переступаю через разбросанную одежду и решительно отодвигаю женщину в сторону.

– Пойдём, Мира.

Протягиваю девушке ладонь. Она несмело хватается за неё пальцами. Я легонько тяну Миру на себя, неожиданно обнимаю за плечи, вжимая в грудь. Крошка сразу начинает всхлипывать уже открыто, выпуская через слёзы скопившееся напряжение.

– Так чё, Коль, ментов вызываем или как? – повторяет свой вопрос женщина.

– Какие менты? – раздражённо спрашиваю я. – Если вы не знали, что бабушка сдавала комнату, это ваши проблемы. Я забираю девушку, и мы уезжаем.

Глажу девушку по волосам. Они удивительно мягкие и пушистые под моей ладонью.

– Мир, всё в порядке. Сейчас уедем. Вещей у тебя много?

Девчонка отрицательно кивает головой.

– Давай бери самое необходимое и про документы не забудь, – как можно ласковее говорю я, отирая слёзы со щёк Миры. – Помочь?