Замужняя для миллионера

Глава 1. Ника

— Нет, машина не потерялась, — в очередной раз повторила я, прижимая гарнитуру к уху и быстро переключаясь между открытыми окнами на мониторе. — Водитель уже въехал в центр города и сейчас движется по вашему адресу.

— Тогда почему его до сих пор нет? — раздражённо спросила женщина на другом конце провода.

Я открыла карту, нашла нужную машину и приблизила изображение. Красная точка стояла посреди длинной полосы, обозначавшей пробку, и за последние несколько минут почти не сдвинулась с места.

До конца рабочего дня оставалось семнадцать минут.

Я знала это точно, потому что за последнюю четверть часа успела посмотреть на часы не меньше пяти раз.

— На дороге затор, — ответила я, одновременно печатая водителю сообщение. — По навигатору осталось около сорока минут.

— В заявке написано, что доставка должна быть до шести!

Женский голос стал ещё громче, и мне пришлось немного отодвинуть наушник от уха.

— Я понимаю, но водитель не может проехать сквозь другие машины.

Соседка по столу подняла голову от монитора и с трудом сдержала улыбку. Я тоже поняла, что сказала, но забирать слова обратно было поздно.

К вечеру терпения всегда оставалось немного. К концу пятницы оно исчезало окончательно.

— И что вы предлагаете мне делать? — возмутилась женщина.

Я устало потёрла переносицу и снова посмотрела на часы.

Без пятнадцати шесть.

Мне ещё нужно было добраться домой, принять душ, высушить волосы и найти хоть что-нибудь подходящее из одежды. В восемь мы с подругами договорились встретиться в баре, и я не хотела опаздывать. Мы пытались собраться уже несколько недель, но каждый раз что-нибудь происходило.

Сегодня всё наконец получилось. Если, конечно, эта женщина когда-нибудь закончит разговор.

— Водитель привезёт ваш груз сегодня, — спокойно произнесла я. — Перед приездом он обязательно позвонит.

Телефон, лежавший рядом с клавиатурой, завибрировал.

На экране появилось сообщение от Алёны в общем чате:

«Стол забронировала. Я уже начала собираться».

Следом написала Марина:

«Ты начала собираться ещё утром».

Я невольно улыбнулась, но сразу вернулась к разговору. Клиентка продолжала перечислять причины, по которым её совершенно не устраивало опоздание машины. Мне оставалось только слушать, иногда соглашаться и надеяться, что водитель не решит по дороге заехать на заправку.

Когда женщина наконец отключилась, до конца рабочего дня оставалось шесть минут.

Я сняла гарнитуру и откинулась на спинку кресла. Шея затекла, в пояснице тянуло от долгого сидения, а глаза устали настолько, что строки в таблице начали расплываться. Хотелось закрыть их хотя бы на пару минут и просто посидеть в тишине.

Но отдыхать было некогда.

Я быстро внесла последние изменения в заявку, сохранила документ и начала закрывать программы.

— Куда торопишься? — спросила Оля, продолжая печатать.

— Мы сегодня с девочками встречаемся, — ответила я, выключая монитор.

— Точно. Ты же рассказывала. В бар идёте?

Я подняла взгляд на Олю и вымученно улыбнулась.

— Да. Если успею добраться домой и собраться.

— Закажи такси, — хмыкнула Оля.

— Оно сейчас рублей пятьсот будет стоить, — задумалась я.

— Зато не придёшь к закрытию.

Я достала из-под стола сумку, положила в неё ежедневник и зарядку. Оля посмотрела на часы, после чего поспешно сохранила свою работу.

— Всё. Остальное в понедельник.

В ту же секунду зазвонил рабочий телефон.

Мы обе замерли.

До шести оставалась одна минута.

Телефон продолжал настойчиво звонить, а мы молча смотрели на него.

— Ничего не слышу, — первой произнесла Оля, выключая компьютер.

— Я тоже.

Я поднялась со стула и шагнула к шкафу. Пока надевала пальто, телефон наконец замолчал, но через несколько секунд зазвонил снова.

Нет. На сегодня меня хватит.

В понедельник обязательно выяснится, что кто-то не получил груз, водитель не нашёл адрес или клиент перепутал дату доставки. Но сейчас начался мой законный выходной.

Мы вышли из офиса вместе. Оля направилась к остановке, а я задержалась у входа и открыла приложение такси. Стоимость поездки заставила меня нахмуриться.

Пятьсот двадцать семь рублей.

Я могла доехать домой на автобусе в десять раз дешевле. Правда, пришлось бы ждать его на остановке, потом стоять в пробке, а от остановки ещё идти пешком. Домой я попаду не раньше семи, и на сборы останется меньше часа.

Несколько секунд я продолжала смотреть на цену, пытаясь убедить себя, что одна поездка не нанесёт семейному бюджету непоправимого ущерба. Мы не голодали, не сидели без денег, но лишних всё равно не было. Постоянно находилось что-то необходимое: одежда, оплата секции, коммунальные счета, продукты. В этом месяце ещё нужно было сходить к стоматологу, потому что зуб снова начал реагировать на холодное.

Я вздохнула и нажала кнопку заказа.

Иногда можно было потратить деньги и на себя. Наверное.

Машина должна была приехать через пять минут. Я отошла от входа, чтобы не мешать выходившим сотрудникам, и открыла чат с подругами.

«Вышла. Жду такси».

Алёна сразу прислала фотографию двух платьев, разложенных на кровати.

«Какое?»

Марина ответила раньше меня:

«То, в котором твой мужчина не отпустит тебя из дома».

«Очень смешно».

«Я серьёзно. Сразу сэкономишь нам нервы».

Я увеличила фотографию и быстро напечатала:

«Зелёное».

«Вот! Ника понимает».

Через несколько секунд появилось новое сообщение:

«Он уже спросил, почему платье такое короткое».

Я не успела ответить. К тротуару подъехала машина. Я убрала телефон, сверила номер и села на заднее сиденье.

В салоне было тепло. Негромко играла музыка, пахло кофе и резким ванильным ароматизатором. Я расстегнула пальто и устало прислонилась затылком к подголовнику.

Машина медленно влилась в плотный поток.

За окном зажигались вывески магазинов и фонари. Люди спешили к остановкам, выходили из торгового центра с пакетами, переходили дорогу, пряча лица от холодного ветра. Обычный пятничный вечер, который большинство проведёт дома перед телевизором или за домашними делами.

Я тоже могла остаться дома.

Приготовить ужин, проверить уроки Влада, убрать вещи, скопившиеся на кресле, и лечь спать ближе к полуночи. Дима сел бы играть за компьютер, а я устроилась рядом с телефоном и время от времени рассказывала ему что-нибудь, не понимая, слышит он меня через наушники или нет.

Но сегодня всё будет по-другому.

Несколько часов мне не придётся быть матерью, женой или оператором транспортной компании. Можно будет просто сидеть с подругами, пить коктейли и разговаривать обо всём, на что обычно не хватало времени.

От предвкушения внутри становилось тепло, но вместе с ним появилось знакомое чувство вины.

Дима останется дома с Владом, пока я буду отдыхать.

Я сразу разозлилась на себя за эту мысль. Влад был его сыном. Дима не делал мне одолжение, оставаясь с собственным ребёнком, и прекрасно мог накормить его, помочь с уроками и уложить спать.

Почему тогда каждый мой выход из дома воспринимался как маленький побег?

Дима спокойно встречался с друзьями и иногда ходил с ними в компьютерные клубы. Он сообщал мне об этом, собирался и уходил, ни разу не спросив, справлюсь ли я одна. Я тоже не должна была спрашивать разрешения.

Но всё равно спрошу. Я знала это заранее.

Когда такси остановилось возле дома, до встречи оставалось чуть больше часа. Я быстро поднялась на свой этаж и открыла дверь.

Из кухни пахло жареной картошкой. В прихожей стояли рабочие ботинки Димы, а поверх куртки, которую он небрежно бросил на крючок, висела форма с логотипом магазина.

— Пап, ты неправильно объясняешь! — возмутился Влад из комнаты. — Нам не так показывали.

— Тогда объясни сам, — ответил Дима. — Я слушаю.

— Я не могу объяснить.

— Значит, будем делать так, как написано в учебнике.

Я сняла пальто, разулась и прошла на кухню. На плите шипела картошка, рядом лежала разделочная доска с нарезанными огурцами. Я уменьшила огонь, взяла лопатку и перемешала подрумянившиеся кусочки.

Не сгорела. Уже хорошо.

— Мам! — позвал Влад. — Иди сюда!

Я вытерла руки полотенцем и вошла в комнату.

Сын сидел за столом перед раскрытой тетрадью, крепко сжимая ручку. Дима устроился рядом на диване и листал учебник по математике. Он уже успел переодеться в домашнюю футболку и спортивные штаны. После смены на складе он выглядел уставшим: волосы растрепались, под глазами залегли лёгкие тени.

— Что случилось? — спросила я, подходя ближе.

— Папа заставляет меня переписывать решение, — возмутился сын.

— Потому что он решил неправильно, — протянул Дима, чуть склонив голову.

— Ответ правильный! — Влад ткнул пальцем в тетрадь.

Я наклонилась и поцеловала сына в макушку.

— Если учительница просила решить столбиком, значит, нужно решить столбиком.

Влад недовольно простонал.

— Предатели.

Он перевернул страницу и начал заново выводить цифры, сильно нажимая на ручку. Я провела ладонью по его волосам и посмотрела на мужа.

— Я сегодня с девочками встречаюсь. Помнишь, говорила?

Дима нахмурился, пытаясь вспомнить, затем кивнул.

— А, точно. Сегодня же пятница.

— Мы заказали стол на восемь.

Я всё ещё стояла рядом, ожидая реакции. Он закрыл учебник и положил его возле Влада.

— Хорошо. Тогда собирайся.

— Ты не против?

Вопрос вырвался сам. Я тут же почувствовала себя глупо.

Почему он вообще должен быть против? Я взрослая женщина и не собиралась делать ничего плохого. Просто проведу вечер с подругами.

Дима тоже, похоже, не понял, зачем я спрашиваю.

— А почему я должен быть против? — нахмурился он.

— Не знаю. Просто спросила.

— Конечно, иди. Я всё равно сегодня с ребятами играть собирался, — ответил он, кивнув в сторону компьютерного стола.

Я проследила за его взглядом и вздохнула.

— Картошку не сожги. Я огонь уменьшила.

— Не сожгу, Ник.

Он говорил спокойно. В голосе не было ни раздражения, ни недовольства. Дима никогда не запрещал мне встречаться с подругами, не звонил каждые полчаса и не требовал вернуться домой к определённому времени.

Я должна была радоваться.

У Алёны любой поход в бар превращался в долгие уговоры и отчёты. Она присылала своему мужчине фотографии, отвечала на звонки и постоянно следила за временем, чтобы не задержаться. Марина после развода вообще осталась одна с ребёнком и могла выйти куда-нибудь только тогда, когда её мать соглашалась посидеть с ним.

На их фоне моя жизнь выглядела прекрасной.

Тогда почему спокойствие Димы меня задело?

Он даже не спросил, куда мы идём. Не уточнил, кто будет с нами и во сколько я собираюсь вернуться. Просто разрешил уйти, потому что сам планировал весь вечер играть.

Нет. Не разрешил. Мы ведь уже решили, что мне не нужно его разрешение.

Я запуталась в собственных мыслях и почувствовала раздражение. Не на Диму. Скорее на себя. Он не сделал ничего плохого, а я уже пыталась найти скрытый смысл в обычной фразе.

— Мам, а ты куда? — спросил Влад, продолжая писать.

— В бар с тётей Алёной и тётей Мариной.

— А мне можно с вами? — Он тут же оживился и внимательно посмотрел на меня.

Я сделала самое серьёзное лицо на свете.

— Нельзя. Это взрослое заведение, и дети там по вечерам не сидят. К тому же мы собираемся разговаривать о своих делах, а тебе станет скучно уже через десять минут.

— Дома будет скучно, — протянул Влад, надувая губы.

— Не будет. Мы пиццу закажем, — пообещал Дима.

Я повернулась к нему.

— Зачем тогда ты жаришь картошку?

— Картошка будет сейчас, а пицца потом.

— Прекрасный план, — ответила я с усмешкой.

Дима улыбнулся и поднялся с дивана.

— Иди уже собирайся. Ты же потом сама будешь нервничать, что опаздываешь.

С этим спорить было бессмысленно.

Я взяла халат и закрылась в ванной. Горячая вода ударила по плечам, постепенно смывая усталость после рабочего дня. Я долго стояла под душем, растирая затёкшую шею и стараясь больше не думать о реакции мужа.

Вернее, о её отсутствии.

Ничего не произошло.

Именно так я должна была воспринимать наш разговор. Дима не устроил сцену, не испортил мне настроение, не заставил оправдываться. Он спокойно остался с сыном и даже приготовил ужин.

Хороший муж. Нормальный. Такой, каким и должен быть.

Почему тогда мне хотелось, чтобы он хотя бы немного расстроился из-за моего ухода?

Наверное, мне просто не хватало внимания. В последнее время его вообще стало мало. Мы разговаривали о работе, деньгах и Владе, решали бытовые проблемы, иногда смотрели фильмы. Но я уже не помнила, когда Дима в последний раз сам предложил провести время вдвоём.

Впрочем, я тоже не предлагала. Значит, вина была не только его.

Выключив воду, я завернулась в полотенце и вернулась в спальню. До приезда такси оставалось сорок минут.

Я открыла шкаф.

Для работы одежду выбирать было легко. Брюки, свободная блузка или кофта, скрывающая живот и полные руки. Все вещи были удобными, спокойными и совершенно одинаковыми.

Для бара хотелось чего-то другого.

Я достала тёмные джинсы, приложила к себе и сразу вернула на полку. Затем вытащила синюю блузку, надела её, посмотрела в зеркало и сняла. В ней я выглядела так, будто собиралась не встречаться с подругами, а проводить собеседование.

Оставалось чёрное платье.

Оно уже больше года висело в шкафу. Я купила его перед корпоративом, один раз надела, а потом решила убрать до тех времён, когда похудею.

Я часто так делала.

Покупала красивую вещь, видела в примерочной живот, складки на боках или слишком полные руки и убеждала себя, что совсем скоро всё изменится. Нужно только взять себя в руки, начать правильно питаться и сбросить хотя бы десять килограммов.

Но ничего не менялось.

Вес то немного уходил, то возвращался обратно. Платье продолжало висеть в шкафу, а я всё ждала, когда стану достаточно стройной, чтобы иметь право его надеть.

Сегодня ждать больше не хотелось.

Я сняла платье с вешалки и осторожно натянула его на себя. Мягкая ткань легла по фигуре, подчеркнув грудь и талию. Живот тоже никуда не исчез, особенно если смотреть сбоку.

Я провела ладонями по ткани, разглаживая её, и втянула живот.

Так было лучше.

Только дышать стало тяжело.

Выдохнув, я снова посмотрела на отражение.

Да, я была полной. У меня были широкие бёдра, мягкий живот и руки, которые хотелось прикрыть рукавами. Но платье сидело хорошо. Не делало меня стройнее и не скрывало всё, что я привыкла считать недостатками. Просто подчёркивало фигуру.

Может быть, в этом не было ничего страшного?

Я распустила волосы и начала сушить их, вытягивая длинные пряди круглой расчёской. Руки быстро устали, стало жарко, а отдельные пряди постоянно прилипали к влажной коже. Через пятнадцать минут я сдалась. Волосы всё равно легли мягкими волнами, и этого было достаточно.

Когда я закончила краситься, отражение наконец начало мне нравиться.

Лицо стало ярче, карие глаза выделялись сильнее, а небольшие морщинки возле них почти исчезли под тональным кремом. Я улыбнулась и сразу заметила зуб, который давно требовал лечения.

Улыбка тут же стала слабее.

Нужно всё-таки записаться к врачу. Только сначала дождаться зарплаты, оплатить Владу секцию и купить ему новую зимнюю обувь.

Как всегда.

В комнату заглянул сын. Увидев меня, он остановился в дверях.

— Мам, ты красивая.

Я почувствовала, как внутри разливается тепло.

— Правда? — спросила я, не сдерживая улыбки.

— Да, — довольно ответил он.

— Даже в этом платье?

Влад удивился вопросу.

— Да… А что с ним не так?

Я снова посмотрела в зеркало.

Действительно. Что с ним было не так?

Ничего. Проблема находилась только в моей голове.

— Всё нормально. Иди ужинать.

— Папа сказал подождать тебя.

— Я не буду есть. Вы ешьте сами.

Влад убежал на кухню. Через несколько секунд оттуда послышался звон тарелок и голос Димы, попросившего сына принести хлеб.

Я надела серьги, положила в сумку помаду и вышла к ним.

Дима стоял возле плиты и раскладывал картошку по тарелкам. Влад уже сидел за столом и пытался незаметно стащить кусочек колбасы.

— Руки мыл? — спросила я.

Он тут же убрал руку.

— Сейчас.

Сын прошёл мимо меня и снова улыбнулся.

— Пап, смотри, какая мама красивая.

Дима поставил сковороду на выключенную конфорку и повернулся. Я невольно выпрямилась, ожидая, что он скажет.

Его взгляд скользнул по платью, волосам и лицу. Никакой особой реакции не последовало.

— Да, — произнёс он.

Улыбка исчезла сама собой.

— Просто «да»?

Он замер с тарелкой в руках.

— А что не так?

Я напряглась и пристально посмотрела на него.

— Ничего. Как я выгляжу? Тебе нравится?

Он снова оглядел меня.

— Хорошо выглядишь. Мне нравится.

Дима сказал именно то, что я хотела услышать. Только теперь эти слова уже ничего не значили. Я сама вытянула их из него, вынудила посмотреть внимательнее и подсказала правильный ответ.

Стало неприятно. И стыдно за собственное желание получить комплимент.

— Спасибо, — ответила я и отвернулась, делая вид, что проверяю содержимое сумки.

— Тебе не нравится платье? — спросил он, раскладывая картошку.

— Нравится.

— Тогда в чём проблема?

— Ни в чём.

Он несколько секунд молчал, ожидая продолжения, но я ничего больше не сказала. Объяснять всё равно было бессмысленно. Дима не поймёт, почему одного слова «да» оказалось недостаточно. Да я и сама не была уверена, почему так болезненно отреагировала.

Наверное, потому что Влад заметил меня сразу. А мужу понадобилась подсказка.

Телефон завибрировал в руке. Такси уже ожидало у подъезда.

— Ну всё. Я поехала.

— Хорошо посидеть, — сказал Дима, ставя перед Владом тарелку. — Ключи взяла?

— Да, взяла, — ответила я, проверив сумку.

— Если поздно вернёшься, открывай сама. Я буду в наушниках и могу не услышать звонок, — продолжил Дима, подходя ко мне.

— Хорошо, — отозвалась я, поправляя платье.

Он быстро поцеловал меня в щёку и вернулся к ужину.

Влад подбежал следом, обнял меня за талию и ещё раз повторил, что я красивая. Я поцеловала его в макушку, надела пальто и вышла из квартиры.

Глава 2. Ника

На улице оказалось довольно прохладно. Ветер сразу растрепал волосы и бросил несколько прядей на лицо. Я поспешно убрала их, открыла дверь машины и села внутрь.

Дорога до бара заняла около получаса.

Когда я вошла, Алёна и Марина уже сидели за столом. Перед ними стояли бокалы, открытые меню и тарелка с нарезанными фруктами.

Алёна была в том самом зелёном платье, которое присылала в чат. Оно действительно оказалось коротким, но сидело на ней прекрасно. Светлые волосы она распустила, а губы накрасила яркой помадой.

Марина выбрала чёрные брюки и белую рубашку. После развода она отрезала длинные волосы, и теперь они едва касались плеч. Новая причёска делала её строже, хотя рядом с подругами она быстро превращалась в прежнюю Марину — громкую, язвительную и способную смеяться над собственными проблемами.

— Наконец-то! — Алёна поднялась и обняла меня. — Мы уже хотели начинать без тебя.

— Вы уже начали. — Я кивнула на её наполовину пустой бокал.

— Это для настроения, — пробурчала она, возвращаясь на своё место.

Марина тоже поднялась и поцеловала меня в щёку.

— Красивое платье.

— Спасибо.

Я сняла пальто, села рядом и взяла меню. Только сейчас почувствовала, насколько проголодалась. С обеда я ничего не ела, а от запахов еды живот неприятно свело.

— Что заказываем? — спросила я, перелистывая страницы.

— Я хочу мясо, — ответила Марина. — И картошку. И ещё что-нибудь вредное, за что завтра будет стыдно.

— У меня диета, — произнесла Алёна и потянулась за кусочком ананаса.

Марина посмотрела на её коктейль.

— Особенно по составу напитка заметно.

— Ну ладно. Сегодня можно, — улыбнулась Алёна и отпила из бокала.

Её телефон загорелся. Она сразу взяла его и быстро прочитала сообщение.

— Кто бы сомневался, — пробормотала Марина, подзывая официантку.

Алёна набрала ответ, затем подняла телефон и сфотографировала стол.

— Ты зачем это делаешь? — спросила я.

— Он попросил показать, что я с вами.

— А если мы пригласили мужчин и спрятали их под столом? — Марина отодвинулась и заглянула вниз. — Здесь места хватит минимум для двоих.

— Очень смешно, — ответила Алёна, слегка скривившись.

Официантка подошла к столу, и мы на несколько минут отвлеклись, выбирая еду. Я заказала салат и коктейль. Когда девушка ушла, Алёна всё ещё переписывалась.

— Он тебя одну вообще куда-нибудь отпускает? — спросила Марина, накалывая на вилку виноградину.

— Конечно. Он меня не запирает в клетке, — иронично ответила Алёна.

— Какая щедрость.

— Просто волнуется. Сейчас много всяких придурков, — продолжила она, не отрываясь от телефона.

— И поэтому решил стать главным из них? — спросила Марина уже серьёзнее.

Алёна раздражённо положила телефон экраном вниз.

— Ты после развода во всех мужчинах видишь врагов.

— Не во всех. Только в тех, кто требует фотоотчёт от взрослой женщины.

— У всех свои отношения. Меня всё устраивает, — ответила Алёна, вздёрнув подбородок.

— Тогда зачем ты постоянно жалуешься?

— Я не жалуюсь. Просто рассказываю.

Они замолчали. Алёна взяла бокал и сделала несколько больших глотков, а Марина спокойно продолжила есть фрукты, не чувствуя за собой никакой вины.

Я знала, что через несколько минут они снова начнут разговаривать, поэтому не вмешивалась.

Так происходило почти каждый раз.

Марина не могла спокойно наблюдать за отношениями Алёны, а та защищала своего мужчину, даже если пять минут назад сама называла его ненормальным. Возможно, ей было проще жаловаться на него, чем признать, что такое отношение действительно её не устраивает.

Телефон Алёны снова завибрировал.

Она посмотрела на экран, но на этот раз не стала отвечать.

— Вот у Ники нормальный муж, — произнесла она, убирая телефон в сумку. — Никуда не запрещает ходить и не пишет каждые две минуты.

— Потому что ему всё равно, — пошутила я и сразу пожалела об этом.

Слова прозвучали слишком легко, но внутри что-то неприятно сжалось.

Алёна не заметила перемены в моём настроении.

— Нет. Потому что он тебе доверяет.

— Или знает, что я никому не нужна, — ответила я с усмешкой.

— Ты дура? — Она возмущённо посмотрела на меня. — Ты себя видела сегодня?

Я опустила взгляд на меню, хотя уже сделала заказ.

— Видела. И что? — спросила я, поправляя прядь волос.

Мне было приятно, что подруга заметила, как я выгляжу, но почему-то не хотелось этого признавать.

— Дима что-нибудь сказал про платье?

Я вспомнила, как он стоял с тарелкой в руках и растерянно пытался понять, какого ответа я жду.

— Сказал, что я хорошо выгляжу.

Формально это было правдой.

— Вот видишь.

Официантка принесла мой коктейль. Я поблагодарила её, взяла трубочку и медленно перемешала лёд. Напиток был ярко-красным, сладким и холодным. После первого глотка по телу растеклось приятное тепло.

— Дима вообще хороший муж, — сказала Марина, отламывая дольку апельсина. — Работает, с Владом помогает, не контролирует тебя. И домой каждый день приходит.

— Невероятное достижение, — усмехнулась я.

— После моего бывшего — да.

Марина улыбнулась, но почти сразу опустила взгляд к тарелке и отправила апельсин в рот.

Я прекрасно понимала, что она имеет в виду.

Муж Марины тоже каждый день возвращался домой. Ужинал, играл с ребёнком, ложился с ней в одну постель. А потом выяснилось, что после работы он регулярно заезжал к другой женщине и уже несколько месяцев жил на две семьи.

Марина узнала обо всём случайно. Увидела сообщение, пришедшее ночью, прочитала переписку и утром выставила его вещи за дверь. Через неделю он переехал к любовнице, а ещё через месяц объявил, что давно собирался уйти, просто не знал, как сказать.

После этого верность стала для Марины чуть ли не главным достоинством любого мужчины.

На её фоне я вообще не имела права жаловаться.

— Я не говорю, что Дима плохой, — произнесла я и сделала ещё один глоток. — Просто иногда мне кажется, что мы с ним живём как соседи.