Повелители Стихий: Восстание Тифона

Глава 1 «Сны, порождённые кошмаром»

Существуют сны, от которых не скрыться наяву. Они не пугают — они разъедают изнутри, оставляя после себя не просто тревогу, а ощущение опасной пустоты, словно что-то важное и незримое было навсегда изъято из твоей сущности. Именно в эту нарастающую пустоту, в эту тишину после внутреннего обвала, Лео каждый раз сползал снова, и эта ночь не была исключением.

Холодный пот, липкий и солёный, стекал по вискам подростка. В разрывах между обрывками сна его мягкие, побледневшие губы судорожно шептали одну и ту же мольбу:

— Отпусти… Отпусти меня.

Голова бессильно металась по подушке, а тело вздрагивало в такт невидимой дрожи. Пальцы впились в хлопковую наволочку с такой силой, что сквозь ткань он почувствовал, как ногти врезаются в собственные ладони.

— Освободи. Меня... — протяжно, как струя ледяного воздуха из глубокой пещеры, звучал низкий голос, прораставший из самой гущи кошмара.

Судороги усилились, сжимая тело в тисках, пока образы за закрытыми веками не обрели пугающую чёткость.

Густой, молочно-белый туман, живой и тягучий, окутывал пышную зелень леса. Сквозь него не пробивалось ничего, кроме смутных силуэтов верхушек сосен и елей, упирающихся в серую мглу. Босые ступни парня ощущали холод сырой земли под ногами, мелкие камушки и колючие травинки. Он застыл, не смея сделать шаг, статуей вмерзнув в тропинку, что терялась вперёд. Этот сон был не таким, как прежде — слишком реальным. Каждая деталь, от леденящего по спине ветра до запаха хвои и влажной почвы, кричала о своей подлинности.

— Подойди, юнец, подойди ближе… — хриплый голос раскатывался эхом, отражаясь от невидимых стен тумана, будто звучал со всех сторон сразу.

Подсознание, натренированное множеством ночных ужасов, кричало об опасности. Ведь финал всегда был один — пробуждение с криком и быстро бьющимся о рёбра сердцем.

Парень сглотнул комок в горле, судорожно огляделся и крикнул в белесую пустоту:

— Кто ты такой?

— Ха-ха-ха, — рассмеялся голос, и смех этот был похож на скрип ржавых петель. — У меня много имён, но тебе должно быть известно одно из них…

— С чего это мне должно быть известно? — он невольно вздёрнул бровь, пытаясь выдавить из себя дерзость.

— Ссс... Ты ещё узнаешь обо мне, так же как узнают остальные, — зашипел голос, и в его тоне послышалась зловещая уверенность.

Земля под ногами дрогнула, потом вздрогнула сильнее, и с сухим треском разверзлась, обнажив бездонную черноту. Из провала, словно щупальца спрута, вырвались дымчатые, полупрозрачные руки и впились мёртвой хваткой в его лодыжки. Он сопротивлялся, дёргался, пытаясь вырваться, но тенистые пальцы лишь сжимались туже, неумолимо затягивая в бесконечную пустоту. Паника, острая и всепоглощающая, вырвалась наружу криком:

— ААААААААА!!

Тело резко выпрямилось на кровати, сотрясаясь от лихорадочной дрожи. Сердце колотилось с такой бешеной силой, словно пыталось вырваться из клетки рёбер. Он был в своей комнате. Тихой, знакомой, залитой призрачным сиянием уличного фонаря за окном.

Вдох.

Выдох.

Лео пытался унять тремор в пальцах, сжимая их в кулаки до побеления костяшек. Кожа была мертвенно-бледной в свете из окна, заливавшем комнату.

— Сон… Это просто сон, — пробормотал он, проводя влажной ладонью по лицу и взмокшим тёмным волосам.

— Выглядишь стремно, — раздался спокойный голос прямо перед кроватью.

— ВААААА! — парень дёрнулся всем телом, отлетая к изголовью.

— АААА! — отозвался неожиданный визитёр, тоже подпрыгнув от неожиданности.

— Шаан? — прохрипел юноша, всматриваясь в знакомые черты в полумраке.

— Лео? — Шаан сглотнул, приходя в себя.

— Какого чёрта ты здесь делаешь?

— В окно залез, — Шаан скривился, покачивая головой, будто это было очевидно.

Глаз Лео дёрнулся.

— Серьёзно? А я уж думал, ты сквозь стену прошёл.

— Если б я так умел, давно бы заглянул к моей соседке, а не в это хранилище твоего барахла, — Шаан ленивым жестом указал на стул, заваленный одеждой, в то время как встроенный в стену шкаф стоял полупустой.

— Нормальная у меня комната, заткнись!

— Считаешь нормальным использовать стул как вешалку для горы вещей? — усмехнулся Шаан.

Лео скорчил гримасу.

— Ладно, что тебе надо-то?

Он спустил ноги с помятой двуспальной кровати, стоявшей в центре комнаты. Под ногами пружинил большой тёмный ковёр, а на стене напротив красовались фотообои с пёстрыми граффити. Пижама Лео — просторные сине-белые клетчатые штаны и болтающаяся, как балахон, чёрная футболка — которая явно была ему велика.

— Мистер Никсон прихватил кое-что очень важное. Это надо вернуть, — без предисловий заявил Шаан.

— А, ну, удачи тогда, — Лео повалился на спину, закинув ногу на ногу.

Шаан одним движением стащил с него серое одеяло на пол и, не церемонясь, ткнул лакированным ботинком в бок.

— Эй!

С глухим стуком Лео приземлился плечом на твёрдый пол, свернувшись калачиком от внезапной боли.

— Кх… Мог бы и словами попросить о помощи, — скривился он, потирая ушиб.

— Ты ж не дослушал, — пожал плечами Шаан, поправляя складки на своей кожаной куртке.

Через минуту Лео поднялся, выпрямившись почти вровень с другом. За лето он заметно вытянулся, и теперь его рост, около 183 сантиметров, почти не уступал 187 сантиметрам Шаана.

— Жду на улице. Но только не через дверь, а то твоя «любимая» тётя снова нажалуется дяде, — бросил Шаан, ловко перевалившись через подоконник на ветви старого дерева во дворе и бесшумно скрывшись внизу.

— Прыгать? Ты с ума сошёл? Я ж лицом в асфальт въеду! — но его друг уже растворился в темноте. — Боже, с кем я только дружу… — пробурчал Лео, закатив глаза.

На скорую руку он натянул широкие синие джинсы, белую футболку и сверху — бежевую клетчатую рубашку на пуговицах.

Осторожно, затаив дыхание, он ступил ногой на скользкую от ночной влаги ветку. Сделав ещё шаг, почувствовал, как мир заваливается набок, и в панике вцепился в шершавый ствол дерева.

— Чем занят? — снизу донёсся спокойный голос Шаана. Тот стоял, скрестив руки, и наблюдал за зрелищем.

— Да так, решил с деревом пообниматься, снимаю стресс, — съязвил Лео сквозь стиснутые зубы.

Внезапный порыв ветра, будто подстроившийся специально, рванул ему навстречу. Лео не удержался и с глухим «упс» слетел с двухметровой высоты. К счастью, приземлился он на мягкий, идеально подстриженный газон, а не на асфальтовую дорожку у гаража.

— Тьфу ты, идиотский ветер, чтоб тебя…

— Не продолжай. Просто пошли, — Шаан перебил его, протягивая руку, чтобы помочь подняться.

Они быстрым шагом направились к зданию старшей школы. Мистер Никсон, заместитель директора со взглядами из прошлого века, славился тем, что конфисковывал у учеников любые вещи, даже на чужих уроках. Его «бездонный» ящик в кабинете был местной легендой — туда пропадало всё, и обратно ничего не возвращалось. Благодаря должности, на его самоуправство закрывали глаза. Поэтому ученики периодически устраивали «вылазки» за своим имуществом.

— Там охрана в каждом корпусе, куча камер, да ещё и ключ от кабинета нужен, — Лео разводил руками, стараясь идти в ногу с Шааном.

— План простой. Ты в корпусе с серверной отключаешь камеры. Я лезу через окно в его кабинет — взломать замок проще простого. Беру своё и уходим, — невозмутимо изложил рыжий кудряш.

— Звучит... опасно. А как же люди в форме? Они же на каждом этаже, включая сам кабинет охраны!

— Не твоя забота. Сейчас в серверной никого. Иди в первый корпус, первый этаж, направо. Сам найдёшь. А я — в третий. Удачи.

— А если попадёмся?

— Кто попадётся — тот трупак, — щёлкнул пальцами Шаан и растворился в тени, бесшумно побежав к дальнему зданию.

Лео предстояло преодолеть сетчатый забор. К его удаче, в одном месте сетка была аккуратно прорезана плоскогубцами.

— Спасибо, неизвестные герои, вы лучшие, — прошептал он со слабой улыбкой, протискиваясь в проём.

Через чёрный ход, который охрана использовала для обхода, он проник внутрь. В кабинете видеонаблюдения, пахнущем потом и пылью, и правда никого не было. Прохлада застоявшегося воздуха щекотала кожу.

— Так, система, камеры… — он устроился за компьютером, лихорадочно ища нужную программу.

— Нашёл! — его лицо озарилось, но тут же помрачнело. — Пароль? Серьёзно?

Он ввёл простую комбинацию от 1 до 8 — безрезультатно.

— Хм, а может, не такие уж они и простые? — пробормотал он. Затем попробовал восемь нулей. Экран мигнул и открыл доступ. — Или всё-таки простые, — усмехнулся Лео, отключая все камеры в школе.

Тем временем Шаан у окна кабинета Никсона ловко орудовал отмычкой. Щёлк — и створка поддалась. Перелезая внутрь, он зацепился рубашкой за раму, и ткань с неприятным звуком подалась.

— Чёрт... Это Итальянская рубашка, — он с досадой разглядывал оторванный лоскут. — Надеюсь, это вам вернётся бумерангом, мистер Никсон.

Кабинет был похож на архив, пострадавший от урагана. Стеллажи, заваленные бумагами и всяким хламом, теснились у стен. Массивный дубовый стол стоял у двери. А вдоль стены тянулись ряды деревянных ящиков — тех самых «сейфов» для конфиската. Шаан приблизился. На каждом ящике был вырезан один и тот же странный символ: круг, внутри которого две змеи, сплетённые в бесконечную петлю, пожирали хвосты друг друга.

— Странно... — прошептал он, проводя пальцем по резным линиям. На всякий случай сфотографировал символ на телефон. Потом открыл нужный ящик и достал то, за чем пришёл — старую серебряную монету, подарок отца на память о матери.

В этот момент в коридоре раздался тяжёлый, размеренный топот, эхом отдающийся по пустым этажам. Охрана начала ночной обход. И если они заглянут в третий корпус к Шаану, то вполне могут навестить и первый, где засел Лео.

Сам Лео, ничего не подозревая, решил размяться от нервного напряжения. Встал и, поддавшись глупой импульсивности, начал повторять заученные движения из «Тик-Тока», раскачивая бёдрами и руками.

Внезапно от сильного порыва ветра с грохотом распахнулось окно.

— Да чтоб тебя! Я чуть не обделался! — выдохнул он, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу.

Но его голос привлёк внимание. Дверь кабинета с силой распахнулась, и в проёме, заливая всё светом мощных фонарей, возникли трое охранников. Крупные, массивные, с дубинками наготове, они перекрыли единственный выход.

— Слушайте, ребята, — залепетал Лео, нервно хихикая и отступая к компьютерному столу, — давайте без проблем. Я уйду, вы сделаете вид, что меня не видели, все в выигр…

Один из мужчин, самый крупный, шагнул вперёд. Его лицо было каменным.

— Лео Андерсон. Ты пойдёшь с нами, — прозвучал низкий, неестественно ровный баритон.

Лео сильно удивился, от чего его глаза широко распахнулись.

— Я... я не называл своего имени...

Лео.

Лео.

Лео.

Имена прозвучали синхронно из трёх глоток, голоса слились в один жуткий хор. Охранники двинулись к нему. И тогда Лео увидел: по их лицам, будто чернильные трещины, поползли чёрные жилы. Они сплетались в паутину, доходили до глаз, и белки за секунду заливались густой, маслянистой чернотой. Взгляды стали пустыми, как бездонные колодцы.

Лео онемел от ужаса. Это... это же кошмар наяву! Сейчас он проснётся. Должен проснуться!

— Что вы такое?! Что вам нужно?! — закричал он, отчаянно пятясь к окну.

Ответом стало лишь изменение. Чёрный дым начал струиться из их глаз, окутывая тела, сливая фигуры в одну. Костлявые конечности удлинились, спина выгнулась, из голов выросли искривлённые рога. Трое охранников превратились в одного двухметрового монстра, чьё тело клубилось тенями, а глаза скрывались в дымной маске. Существо медленно двинулось к Лео.

Инстинкт самосохранения наконец сработал. Окно! — мелькнуло в голове. Но не успел и двинуться как чья-то сильная рука вцепилась ему в рубашку на спине и резко дёрнула назад. Лео вылетел через распахнутую створку, кубарем покатился по земле и встал уже рядом с Шааном.

— Шаан? — его голос дрожал.

— Цел?

— Не уверен... У меня, кажется, галлюцинации. Я вижу... эту хрень, — он дрожащим пальцем ткнул в сторону монстра, застывшего за окном. Чудище не двигалось, лишь безглазая маска смотрела на них.

Шаан, не отводя глаз от существа, сунул руку в карман и достал ту самую монету.

— О, конечно, — саркастично хмыкнул Лео, — сейчас самое время подбросить монетку на удачу.

— Я его тоже вижу. С твоей головой всё в порядке.

— Что? Если ты его видишь, почему ты так спокоен? Ты... ты такое раньше видел? Что это?! Да нет, это сон. Я сплю. Пора просыпаться! — он начал нервно метаться, бормоча себе под нос.

— Один вопрос за раз. Это не галлюцинация. Его называют Всадником Скверны. И приходит он в человеческий мир за такими, как мы, — голос Шаана был пугающе спокоен.

Лео резко остановился.

— Что ты несёшь? «Такие как мы»? Типа, мы волшебники, эльфы, что ли? — он нервно провёл рукой по волосам. — Бред какой-то. Самый долгий кошмар в моей жизни.

Шаан тяжело вздохнул.

— Как ты отличаешь сон от реальности?

— Что?

— Как ты понимаешь, что ты не во сне сейчас?

Лео нахмурился.

— Во сне я не могу читать. Вижу буквы, но они плывут, и я не могу сложить их в слова.

— Проверим. Открой телефон. Найди что-нибудь и прочитай. Если сможешь — значит, не спишь. И придётся принять, что это всё по-настоящему.

— А что с этим... Всадником? Он почему замер?

— Пока что скован. Но ненадолго.

— Откуда ты всё это знаешь? Что значит «пока что»? И что значит «такие как мы»?! — вопросы вырывались из него лавиной.

— Лео, просто заткнись и гугли, — резко оборвал его Шаан.

Лео, стиснув зубы, достал телефон. Пальцы дрожали, сбиваясь на клавишах. Он ввёл в поиск «Скверна». Нажал «Найти».

«Скверна — в мифологии и эзотерике символизирует глубокое, всепроникающее зло, осквернение, нравственную порчу. Часто персонифицируется как тёмная сила, пожирающая чистоту души».

Он прочитал. Вслух. Чётко.

— Я... прочитал, — тихо сказал он, опуская телефон. — Значит, я не сплю.

— Я тебя в этом и пытался убедить, — Шаан напрягся, заметив, что тень Всадника дрогнула.

— А чем он скован? — спросил Лео, не отрывая глаз от монстра.

— Я попросил кое-кого о помощи.

— Ты сделал что?!

Его вопрос утонул в звуке разбивающегося стекла. Что-то стремительное и лёгкое вынеслось из темноты и сбило Лео с ног. Он приземлился на спину, больно ударившись локтем, и зажмурился.

— Что это было? — прохрипел он, открывая глаза.

Над ним склонились два лица: бесстрастное Шаана и незнакомой девушки. Её пронзительные серые глаза, цвета грозового неба, изучающе смотрели на него. Длинные вишнёвые волосы, вьющиеся мягкими волнами, падали на плечи, обрамляя острые скулы. Лео на мгновение застыл, пойманный её тяжёлым взглядом, затем резко вскочил, отряхиваясь.

— Я могла бы просто вырубить его, — равнодушно заметила девушка, обращаясь к Шаану.

— Не надо, Яна. Лучше скажи, что делать со Всадником.

— Удивительно. Он смог пошевелиться против моего удерживающего потока, — её брови чуть приподнялись.

— Потока? Эй, может, кто-то объяснит, что, чёрт возьми, происходит? — в голосе Лео слышались и страх, и злость.

Шаан шагнул к нему, положив руку на плечо.

— Ты такой же, как мы...

— О, Боже, — закатила глаза Яна.

Шаан продолжал, глядя прямо в глаза Лео:

— Рождённый с силой древних Повелителей стихий. Тех, кто может повелевать первоэлементами мироздания. В легендах они хранили баланс вселенной. Имён у них было много. Но одно из них ты наверняка слышал — в тех самых мифах, которые мы читали в детстве. Вспоминаешь?

Глаз Лео снова дёрнулся.

— Ты притащил меня сюда, тут двухметровая чупакабра пытается нами поужинать, а ты читаешь мне лекцию по мифологии? Нет, я не участвую в этом психоделическом бреде, — он развернулся, чтобы уйти.

Но ноги будто вросли в землю. Невидимые потоки воздуха сжимали их, не давая сдвинуться с места. Перед ним возникла Яна, скрестив руки.

— Терпеть не могу таких, как ты, — холодно сказала она. — Вам прямо показывают что легенды правдивы, а вы всё цепляетесь за свою скучную реальность, как устрица за раковину.

Её слова, сказанные свысока, добили его. Взгляд Лео потемнел.

— А я не терплю выскочек, которые судят о людях, ничего не зная. И да, твои оскорбления прошли мимо моих ушей, — бросил он, встречая её хмурый взгляд.

Шаан грубо встал между ними.

— Дети! Кончайте грызться, у нас тут проблема! — он указал на Всадника.

Монстр дёрнулся. Его когтистые лапы на глазах преобразились в длинные, шипованные хлысты. Один из них со свистом взметнулся и, пробив кирпичную стену, метнулся к стоящим парням.

Яна взмахнула рукой. Невидимая стена ветра встала на пути хлыста, заставив его замереть.

— Валите отсюда! Я вас догоню! — крикнула она, не отводя взгляда от чудовища.

— Да я только за! — Лео тут же рванул к выходу, как только инерция ветра отпустила его ноги.

— Яна, не дай Скверне коснуться тебя, — бросил на бегу Шаан.

Она кивнула, её лицо было сосредоточено.

— И будь осторожна! Ждём у выхода! — донёсся его голос уже издалека.

Глава 2 «Кровь Повелителей стихий»

«Скверна существует на ином, невидимом для смертных слое реальности, поэтому обычные люди не способны её воспринимать. Однако из этого правила есть пугающие исключения. Изредка рождаются те, чей разум по природе своей тонок и может случайно прорвать эту завесу. Они начинают видеть тени истинного облика Скверны — чудовищ без глаз, скелетообразных существ, источающих чёрный дым. Слышать их шёпот и шаги в пустоте. Но человеческая психика не создана для таких знаний. Не будучи потомками Повелителей, эти люди лишены защиты для разума. Видение потустороннего ужаса медленно, но неотвратимо разрушает их рассудок, превращая жизнь в непрекращающийся кошмар, который заканчивается безумием. Сама Скверна не обращает на них внимания — они для неё лишь фоновый шум, но сам факт их видения становится смертным приговором для разума».

Яна резким движением засучила рукава серого укороченного бомбера, и её пронзительный взгляд, холодный и собранный, скользнул по фигуре Всадника. Чудовище уже освободилось от сковывавшей его ветряной хватки, и теперь стояло, источая тихий, угрожающий гул.

«Всадники Скверны как бессмертные ходячие дикие трупы- у них есть только цель, ни сердца, ни мыслей, ни слов, ничего, кроме цели…».

Ветер, слушаясь волю девушки, усилился, подхватывая её вишнёвые волосы и развевая их тёмными волнами. Всадник, напоминающий ожившее изваяние смерти, не выражал эмоций. Его задача была проста и ужасна: уничтожить противоположность природе Скверны — потомков древних Повелителей стихий. И сейчас эта противоположность была перед ним в лице Яны.

Тем временем у железных ворот разворачивался не менее напряжённый спор. Лео метался, размахивая руками, его лицо было искажено паникой. Шаан, напротив, стоял, стоически скрестив руки на груди, и его терпение явно подходило к концу.

– Хочешь сказать, что эта девчонка ростом метр с кепкой сможет нас защитить, дуя ветерком? – Лео почти не контролировал поток слов. – Я окончательно схожу с ума. Это полный бред!

– Чёрт, если ты не успокоишься, я тебе врежу, – сквозь зубы процедил Шаан, и в его тоне впервые за вечер прозвучала настоящая угроза.

Лео взорвался:

– Это пугало пытается нас убить, а ты говоришь мне успокоиться?!

Шаан молниеносно шагнул вперёд, вцепился другу в шиворот и с силой прижал его к холодному бетонному столбу. Его взгляд, обычно насмешливый, пылал такой яростью, что по спине Лео пробежали ледяные мурашки.

– Прости, – хрипло выдохнул Лео, встретившись с ним глазами. – Мне правда страшно.

Шаан ослабил хватку и отступил на шаг.

– Мне тоже. Как и Яне. Поэтому уймись и жди. И запомни: эта девушка не такая, как ты думаешь. Не суди по первому взгляду.

Их спор разрешил оглушительный звук — нечто среднее между рычанием зверя и скрежетом ржавого металла. Парни обернулись к первому корпусу, где бушевала настоящая буря. Яна, легкая и стремительная, парила в воздухе, уворачиваясь от хлёстких ударов дымчатого хлыста Всадника. Каждое движение монстра, лишённое изящества, но полное грубой силы, заставляло её отскакивать, отталкиваясь ногами от самого воздуха, как от невидимого трамплина. Но усталость давала о себе знать.

Внезапно Всадник, словно уловив момент, массивной когтистой лапой выхватил из груды строительных материалов железный прут и швырнул его в девушку с чудовищной силой. Яна не успела среагировать. Прут с глухим стуком ударил её по голове и, отрикошетив, с лязгом покатился по асфальту. Девушка пошатнулась в воздухе, мир перед её глазами поплыл и раздвоился.

На звук борьбы примчались Шаан и Лео.

– Яна! – крикнул Шаан, увидев, как она, теряя равновесие, медленно снижается.

Она с трудом перевела взгляд вниз, силуэты друзей расплывались в туманной пелене. Её слабость не укрылась от Всадника. Монстр мгновенно развернулся, и его безглазая маска будто нацелилась на Лео. Теневой хлыст, свистя в воздухе, закрутился, подобно лассо, и метнулся в сторону ничего не подозревающего парня.

Яна, едва коснувшись земли, увидела это. Время для неё сжалось в одну болезненную, растянутую секунду. Не думая, на последнем вздохе, она рванула вперёд. Сердце замерло. Всё произошло на одном вздохе.

Сделав в воздухе разворот, который отозвался огненной болью в раскалённой голове, она прикрыла Лео собой. Острый, как бритва, кончик хлыста со свистом рассек воздух и впился ей в ногу. Раздался неприятный, влажный звук, и Яна с криком, больше похожим на сдавленный стон, рухнула на асфальт. Боль была всепоглощающей, жгучей, будто в рану влили расплавленный свинец. Сознание помутнело, но одна мысль билась, как пойманная птица: «Закроешь глаза — умрёшь. Умрёшь — умрут все».

Лео застыл в оцепенении, лишь через мгновение осознав, что перед ним на земле корчится от боли девушка, сжимающая окровавленную ногу.

Шаан молнией оказался рядом, его глаза стали огромными от ужаса.

– Яна… – прошептал он, опускаясь на колени.

Осторожно, помогая ей опереться спиной о колесо припаркованной машины, он осмотрел рану. Кровь сочилась тёмными струйками. Он видел, как она стискивает зубы, как слёзы боли выступили у неё на глазах, но не пролились. Прижав свою ладонь к её ране, пытаясь остановить кровь, он почувствовал, как она вздрогнула.

– Ах!

– Прости… Это моя вина. Я должен был помочь, а не оставлять тебя одну, – голос Шаана дрогнул, в нём звучала тягостная горечь.

Яна с трудом перевела дух.

– Не твоя… Сейчас главное — защитить его, – она кивнула в сторону Лео, всё ещё стоявшего в ступоре. – Это наше задание.

Шаан на мгновение замер, его взгляд метнулся от бледного лица Лео к искажённому болью лицу Яны. Решение созрело мгновенно. Он резко провёл рукой по своим взъерошенным рыжим кудрям.

– Я уведу его. Ты знаешь, куда идти.

Он уже собирался подняться, но Яна слабой, но цепкой рукой вцепилась в его рукав.

– Посмеешь сдохнуть — я найду тебя, – прошипела она, и в её серых глазах, сквозь боль, вспыхнула стальная решимость.