Риана. Душа воина

Вечером, после ужина, меня ждал к себе отец. Как только я вошла в кабинет, то сразу приметила знакомую фигуру в кресле, а также ощутила приятный аромат клубничных духов, тех самых, которыми пользовалась миссис Кривэн. Неожиданный визит. Да, уж.

Отец сидел за столом и хмурился, но когда я прошла, то его брови взлетели вверх и он, невиданное дело, даже позволил себе улыбнуться. Похоже, разница в целый месяц была действительно разительна. Раз он удостоил меня такой реакцией.

– Я ведь говорила, что сделаю все от меня возможное, – послышался приятный женский голос.

– Очень хорошо. Я бы даже сказал превосходно. Только нам надо обговорить несколько нюансов. Риана, сядь, – пригасил отец, и я опустилась в кресло напротив.

Сейчас в помещении было еще светло, но уже скоро придется включить световые приборы. Все же лица присутствующих были хорошо видны, и можно было рассмотреть реакцию присутствующих. Мистер Шонт крутил в руках карандаш и задумчиво проводил каждое мое движение.

– Через пятнадцать дней, примерно в это же время ты, Риана, отправишься на рынок, где Тауши должны будут забрать тебя. Товар из тебя вышел отличный, так что проблем с этим я не вижу. Только есть несколько особенностей в твоем будущем поведении. Чем увереннее ты будешь, тем бОльшую сумму за тебя отдадут. То есть они будут смотреть не только на твое тело, но и смирение. Если все пройдет успешно – мы получим сто десять тысяч, если станешь упираться и реветь… максимум восемьдесят. Как видишь, разница разительна. Так что я разрешаю тебе проститься с братом и провести с ним несколько дней. И надеюсь на твое понимание.

– Да, я понимаю, – склонила голову, хотя от этих мыслей хотелось разреветься.

– Миссис Кривэн проведет с тобой еще несколько занятий, но для того, чтобы ты понимала серьезность происходящего, мы должны будем с тобой прогуляться по рынку. Я не хотел этого делать, хотя и понимаю, что это необходимо. Туда попасть ты можешь только в сопровождении мужчины, и перепоручить кому-то я этого не могу. Так что оденься, пожалуйста, в как можно более прикрывающую фигуру одежду и через два часа мы отправляемся. На счет твоего брата… – тяжело вздохнул отец.

– Я его уже не раз пыталась убедить, что данный вариант будет самым выгодным не только для семьи, но и для меня. Но он не хочет слышать об этом. Я хотела попросить разрешения писать ему. И даже если мне будет очень плохо в королевстве Тауши, я все равно буду писать, что мне очень повезло оказаться там, и я счастлива и благодарю вас за предоставленную возможность обрести семью. Думаю, его это убедит, что мы сделали правильный выбор, – подытожила я.

– Хороший вариант. Лолируд просится в море… Он жаждет сам посмотреть на Тауши и, как я понимаю, хочет быть уверенным, что у тебя все сложилось удачно. Но думаю, письма действительно могут подействовать наилучшим образом. Так что я даю на это согласие. И еще, – явно с недовольством сказал отец, – твоя мама была хранительницей одной книги… Такие были обязаны иметь все женщины в ее роду. Я передаю ее тебе.

Он поднялся и направился к шкафу с книгами. При этом Дина почему-то подбадривающе мне улыбалась. Похоже, именно она заставила отца отдать реликвию. Первый раз вижу, чтобы он что-то делал с такой неохотой. И тем более для меня.

– В день, когда ты станешь совершеннолетней, тебе придется самостоятельно пройти ритуал. Он настроен на то, чтобы твоя душа не конфликтовала с разумом. В их роду происходило такое очень редко, но опасение повторения такого были. Если душа выберет избранника, и он по каким-то причинам не сможет стать твоим мужем, то тебя не станет в течении года. Все описано на первых же страницах. Надеюсь, ты не станешь пренебрегать этим. Если тебя не станет через год, Лолируд очень расстроится…

– Я обещаю, что все сделаю через двадцать девять дней.

– Отлично, – поднялась со своего места миссис Кривэн. – Прошу извинить, но меня ждут неотложные дела. Всего хорошего.

Дина улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой и попрощалась с нами. А мы с отцом продолжили сидеть каждый на своем месте. Он, прищурившись, смотрел на закрытую дверь. Я же все внимание обратила на небольшую книгу, украшенную витиеватыми символами. Странно, такие я не изучала. Хотя может это просто украшение?

– Я пойду собираться? – вспомнила о предстоящей прогулке с отцом.

– Да, конечно, Риана, – он неотрывно проследил, как я поднялась, и уже перед самым выходом добавил. – Я очень любил твою маму. И понимаю, что здесь мы не сможем найти тебе достойного мужа. Извини, что все так получается…

– А Лолируд? Он сможет выбрать себе жену? – почему-то сейчас меня больше всего интересовало будущее брата, нежели мое.

– Для него только одно условие – полюбить. Думаю, у него будет шанс.

– То есть ему не надо будет проходить ритуал и все такое?

– Нет, меня тревожит только одно. Что он при такой сестре никогда никого не полюбит. Лоли ведь станет искать такую же, как ты. В этом вся проблема.

В назначенное время я уже сидела в карете, дожидаясь отца. Пришлось отменить прогулку с Карисой, но она только махнула рукой и сказала, что завтра будет больше времени на объяснения. Так что все к лучшему. Ночь уже вступила в свои права, и мне было не понятно, почему выдвигаться нам приходится так поздно. Когда дверь кареты отварилась, я уже думала, что про меня забыли, и хотела выбраться, чтобы напомнить о себе. Отец был одет во все черное, а на лице застыла серая маска. Только сейчас стало заметно, что он уже не так молод и прожитые годы сказались на невозмутимом лице. В пути мы провели немного времени, возможно, получилось бы и быстрее, но дороги, покрытые кашей из снега и грязи, подмерзли, отчего замедляли движение.

– Выходи и спрячь лицо под шарфом. Нечего, чтобы на тебя все смотрели. Молчи, слушай и запоминай. Не вздумай проявлять слабость, или плакать. Ясно? – дождавшись моего ответного «Да» мистер Шонт выбрался из кареты и медленно направился в сторону длинного крытого помещения.

А меня аж ознобом пробило. И куда мы идем? Что отец не пренебрёг такими напутственными словами? Оказалось, не напрасно.

Крытое помещение, оказалось, ничем иным, как рынком рабов. По правой стороне практически не было свободного места. Девушки стояли, опустив взгляды в пол, и немного сутулились от холода, ведь на них были одеты только отрезы тонкой ткани, прикрывающей тело. При этом, стоявшие рядом женщины-продавцы, отличались более теплой одеждой.

С другой стороны, можно было увидеть другую картину. Вначале никого не было, но уже через сотню метров в теплых меховых шубках стояли Рабыни Страсти. Их красные шарфики явно говорили об их статусе и принадлежности. Взгляды девушек очень отличались от тех, кто стоял по правую сторону, более открытые, любопытные и оценивающие.

Мы шли дальше. Пока отец, внимательно вглядывающийся в лица рабынь, вдруг не остановился и не вернулся назад на несколько метров. Хоть я и была здесь впервые и откровенно не хотела рассматривать происходящее здесь, как и присутствовать, но тоже удивилась на рынке мужчине. Он так же, как и другие продавцы стоял тепло одетый, а рядом с ним переминалась с ноги на ногу испуганная темноволосая девушка.

– Мистер Соулес! – поздоровался отец, и мужчина в ответ пожал ему руку.

– Рад видеть вас мистер Шонт! Вы пришли на представление?

– Да, сегодня ожидается интересный вечер, говорят, такого нам еще не предстояло видеть, – мужчины переглянулись и засмеялись, от этой их реакции в душе отчего-то похолоднело.

Но хоть немного приоткрылась занавеса тайны. И теперь я знала, что меня сюда привели не для того, чтобы показать, как мне будет плохо, если вдруг стану противиться воли отца. А для того, чтобы я посмотрела представление? Странно, конечно, но уж лучше сидеть в зрительном зале, и подальше от этого… Взгляд сам собой устремился на девушку рядом с мужчиной, похоже она была в отчаянье. Взгляд был настолько испуганный и болезненный, что хотелось успокоить девушку и дать теплое пальто.

– Так может сразу, и испытаешь? – мистер Соулес кивнул на рабыню, и та еще больше сжалась от внимания.

– Хм… А что она умеет? – немного пригляделся к ней и добавил, – Слушай, я понимаю, что ты хочешь продать девчонку как можно выгоднее, но не таким же способом! – Нахмурился отец, – Она ведь ничего не знает!

– Сам не знаю, что с ней еще сделать… Слишком старая для ритуала и миссис Кривэн не согласилась ее брать, что-то ей, видите ли, не понравилось. Был вариант оставить ее в служанках, но сам знаешь, что намного выгоднее продать, чем спотыкаться об родственные связи. Прислуга должна быть доступной, а не скотиной… Но и здесь уже неделю стоит – толку нет! Я думал, что специально тянут время, но, похоже, она действительно никого не может заинтересовать.

Осознание, что он продает свою собственную дочь, больно кольнуло сердце. Ведь не будь миссис Кривэн, я так же могла стоять здесь, кутаясь в полупрозрачную ткань, стараясь согреться. Перевела взгляд на задумчивого отца, который мял кожаные перчатки. Явно что-то обдумывал.

– Сколько ты за нее хочешь? – шагнув к девушке, сказал папа, и, прикоснувшись к подбородку, заставил посмотреть ему прямо в глаза, чуть приподнял верхнюю губу, осматривая ровные белые зубы.

– На час? Или? – обрадовался продавец.

– Или…

– Семь золотых… – но увидев ироничный взгляд отца, исправился, – четыре.

– Пусть оденется, – пренебрежительным тоном откликнулся мистер Шонт и достал из кармана оговоренную сумму.

Мы двинулись дальше, а позади нас пристроилась купленная рабыня. И зачем отец это сделал? Додумать мне не дали, мы свернули налево в узкий проход и минув темный коридор очутились в светлом, просторном холле. Здесь уже было намного теплее и уютнее, даже воздух и тот казался более приятным, но, возможно, это мне только показалось. Справа от нас оказалось еще несколько входных дверей, а вот напротив стояли практически раздетые Рабыни Страсти. Они улыбались и перешептывались, словно и не стояли в одном нижнем белье при мужчинах. Последние, кстати с неподдельным интересом чем-то интересовались у девушек, а когда те отвечали, то все находящиеся рядом начинали улыбаться.

– Мистер Шонт… – к нам словно из неоткуда вышла миссис Кривэн и ее взгляд устремился на дочку мистера Соулеса. – Я думала наши девушки достаточно…

– Это для Рианы, – перебил отец женщину, и пояснил, – Я хочу, чтобы у моей дочери была полагающаяся ее статусу прислуга. Думаю, этот вариант будет достаточно хорош, и не менее выгоден.

– Превосходная идея! – без грамма сарказма оценила решение Дина, и задумчиво добавила, – Мне бы и в голову такое не пришло. Хорошо. Тогда девушки, прошу следовать за мной, а вам мистер Шонт, я приказываю хорошо провести время. Если поторопитесь, то успеете поучаствовать в отборе претендентки на роль главной актрисы в сегодняшнем представлении.

На их лицах отразились счастливые улыбки, и Дина поспешила раскланяться. Нас ждала небольшая прогулка по залам, а потом крошечное ложе на балконе с двумя стульями. Здесь оказалось жарко, поэтому я, с разрешения миссис Кривэн, сняла верхнюю одежду, но уже через несколько секунд пожалела об этом. В помещении стоял отвратительный запах, от которого разом пробило нос и на глаза накатились слезы. И если раньше можно было прикрыться шарфом, то теперь пришлось прикрыть нос рукавом.

– Ужас! И как только ваш отец мог додуматься до такого? – чуть не плача сказала Дина и прикрыла нос рукой, поглядывая на рабыню. – Ты! Быстро за мной!

Но меня одну миссис Кривэн не оставила, наоборот она позвала кого-то из холла и что-то шепнула подошедшей девушке на ухо. А потом дверь закрылась, оставив нас с Диной вдвоем.

– Начнем с того, что ты сама станешь разбираться с этой проблемой. Мне такое не нужно! – сразу предупредила женщина.

– А почему вы отказались брать ее в ученицы? – вырвалось у меня.

– Она не глупа и красива, но вот не хватает в ней огня. Ты же знаешь, что все Рабыни Страсти носят красные платки, что символизируют негаснущее пламя. Эта девушка не способна на страсть без любви, а вот любить нам нельзя ни в коем случаи. Ты не представляешь, сколько бед из-за неразделенных чувств у нас раньше было. Хотя, что я? И недавно такое произошло. Одна рабыня полюбила клиента, но ему нужна была игрушка. Вместо того чтобы смириться и продолжить работать, она решила покончить с собой. Еле успели… Вот после таких историй я стала внимательнее приглядываться к девушкам. Мне легче так, чем неделю приводить весь дом в чувства. Они ведь дружат, общаются друг с другом. И если у одной что-то произошло, то и другие начинают переживать. Что сказывается на работе.

– И что мне с ней делать? – спросила в наступившей тишине, так как Дина, похоже, задумалась о чем-то своем.

– Вначале отмыть! Походу ее все это время держали в сарае, ужас! Потом поговорите, и подумай, в чем тебе нужна будет помощь: одеваться, причесываться, стирать, мыть, носить чемоданы. В общем, всю работу переложи на нее. А уже в королевстве Тауши подумай, заслуживает ли она свободу. Там все равно у твоего супруга уже будет прислуга и в ее услугах, ты больше нуждаться не станешь. А значит, можешь отпустить рабыню. Но если будет сложно, то наоборот, постарайтесь держаться вместе. Хорошо? – Миссис Кривэн глубоко вздохнула и, поднявшись, отдернула темно синюю плотную ткань, – Скоро начнется представление. Я попросила привести тебя для того, чтобы могла посмотреть, что тебя ожидает. И чтобы ты поняла, что близость с мужчиной это не только обязанность жены, но и удовольствие.