Мой личный дракон. Наследие старого маяка

3

Я скинула тяжелый мешок с плеча, – которое уже начинало жалобно поднывать, – подняв при этом целое облако пыли. Чихнула.

– Ты так будешь скучать по дому, что решила прихватить пару булыжников из его основания? – Дракон иронично приподнял бровь.

– Очень смешно, – буркнула я. Тоже мне, остряк-самоучка. – Будешь говорить, что делать? Или я пошла?

– Ты же знаешь, что ошейник повиновения не снять? – тихо начал дракон, вновь становясь серьезным.

Я неуверенно кивнула. Кажется, я что-то подобное слышала. Признаться, раньше артефакты и все, что с ними связано, не сильно-то меня интересовали.

– Он одевается раз и навсегда. И только смерть его носителя вновь откроет его, позволив одеть на нового бедолагу. – Грусть и легкая хрипотца в голосе заставили мое сердце болезненно сжаться.

– Значит, ты теперь раб навсегда?

– До самой смерти… – Он вздохнул и сделал шаг ко мне. Его глаза, темные, как ночное небо, смотрели прямо на меня. – Но есть способ. Чтобы мне перестать подчиняться приказам твоей мачехи, ты должна взять контроль себе.

– Как?

– Кулон. Это часть артефакта. Тонкая серебряная цепочка с подвеской в форме полумесяца из такого же металла, что и это. – Пальцы драконы коснулись ошейника, лицо при этом болезненно дрогнуло. – Пока он у нее, я ее раб. Если кулон будет у тебя, ты сможешь отдавать приказы.

Я нахмурилась. Да, теперь я припоминала, что у отца в шкатулке лежал такой кулон. Так вот, что это было. Управление ошейником.

– Ты предлагаешь мне вернуться в дом и выкрасть его? – сиплым голосом уточнила я.

– Другого выхода нет. Без него я даже не смогу выйти из этого сарая. Чтобы трансформироваться и улететь, мне нужно разрешение владельца ошейника.

Я еще раз взглянула на металлический обод, плотно обвивавший шею, и будто вросший в кожу. На нем тускло поблескивали какие-то символы.

Нет. Я не могла оставить его здесь. Даже если он соврал про дом, я должна хотя бы попытаться вытащить его отсюда.

– Ладно, – прошептала я, чувствуя, как спина покрывается потом от волнения. – Попытаюсь его найти.

– Последнее, что я видел, – как Вивьен клала его в карман своего платья.

Я кивнула. Это значило, он должен быть где-то у нее в комнате.

Вернулась в дом тем же путем, что и уходила, – через кухонное окно. Сердце в груди колотилось как молот, но осознание, что решение принято и дороги назад нет, подгоняло меня и придавало сил.

Не достанется Вориану никто – ни я, ни дракон. Вспомнив его хищные глаза, поежилась.

Первым делом я поднялась в комнату отца. Понимала, что шансов мало, но вдруг мачеха положила кулон туда, где он хранился все эти годы? В деревянную, резную шкатулку.

Столько лет прошло со смерти папы, а здесь все еще пахло табаком и старыми бумагами. Да и вещи остались нетронутыми.

Перед глазами встал образ отца – его мягкая улыбка, волевой подбородок, спокойный голос. Если бы болезнь не забрала его, сейчас все бы было иначе. Сердце сжалось от неожиданной боли, а глаза защипало. Но я быстро прогнала эти внезапно вспыхнувшие чувства и решительно направилась к шкатулке.

Открыв ее, с трудом подавила разочарованный вздох.

В ней не было кулона. Впрочем, в ней вообще не было ничего из того, что хранилось раньше. Ни золотого, что отец хранил «на удачу», ни часов, ни перстней. Что ж, я особо и не надеялась.

Я снова тяжело вздохнула. Значит, придется идти туда, куда хочется меньше всего на свете – в комнату мачехи.

Наудачу дверь в ее комнату оказалась приоткрыта. Я юркнула внутрь и замерла, осматриваясь и прислушиваясь. Мачеха спала. Было слышно ее равномерное дыхание и легкое посапывание.

Комната Вивьен выглядела как лавка с безделушками. На бесконечных полках были расставлены десятки фарфоровых статуэток, а в воздухе витал запах духов. С ароматом роз, разумеется. На туалетном столике лежала горстка украшений.

К ним я в первую очередь и направилась, стараясь не наступать на скрипучие доски. Где они находились, я помнила отлично, мне приходилось мыть здесь полы не одну сотню раз.

Но среди украшений серебряного полумесяца не было. Следующая цель – комод. Я как можно тише постаралась выдвинуть ящик. Скрип!

Сердце подскочило куда-то в район горла и сжалось от страха. Мачеха что-то пробубнила себе под нос, перевернулась на другой бок и… захрапела. Раскатисто, с вариациями.

Фух! По виску побежала капелька пота.

Я осмотрела содержимое комода, но безрезультатно. Здесь хранилась сотня всевозможных украшений: ожерелья, кольца, бусы, даже брошь, в виде змеи с короной на голове, – кто вообще такое носит? – но кулона не было.

Я склонилась над мачехой, осматривая зону ее декольте. Вдруг она надела его на себя? К моему безграничному счастью – нет. Никаких украшений на Вивьен не оказалось.

Нужно было проверить под подушкой. Она могла положить его туда, как нечто ценное. Драгоценный символ будущего богатства.

Подушек было две. На одной раскинулась мачеха. А вторая оказалась пуста.

Вот под нее я и сунула руку и – о, чудо! – мои пальцы коснулись цепочки. Мне бы быстрее ее вытащить, но тут Вивьен громко захрапела, заставив меня взволнованно замереть.

И с каким-то финальным аккордом мачеха переложила голову на другую подушку. На ту самую, под которой в тот момент находилась моя рука.

Мысленно я вспомнила пару нехороших слов. Очень нехороших. Из тех, что слышала от торговок на рынке, каждый раз краснея при этом. А потом я взмолилась. Благословите меня, покровители тихих крадунов и воришек. Интересно, такие вообще существуют? Тогда я очень надеялась, что да.

Медленно. Очень медленно. Я начала вытягивать руку вместе с кулоном из-под подушки. Мачеха снова захрапела, а потом, не открывая глаз, расплылась в довольной улыбке.

Не иначе как ей снился сон о том, как она тратит пятьсот золотых, которые получит за меня с драконом.

К моменту, когда рука полностью показалась из-под подушки, я была мокрая насквозь. Пот не просто прошибал тело, он струился по нему ручьями.

Зажав заветный кулон в кулак, я на цыпочках поспешила прочь из комнаты.

Выпрыгивая в кухонное окно, я думала только об одном: как бы не умереть от бешеного сердцебиения. Слышала, такое бывает.

В сарай я внеслась, сжимая кулон так крепко, что казалось, отпечаток луны останется на ладони навечно.

– Нашла? – дракон вынырнул из темноты, напугав меня. Хотя, казалось бы, куда уж больше?

– Да, – выдохнула и уперлась руками в колена, стараясь отдышаться и унять сердцебиение.

На это ушла целая минута, а потом я разжала ладонь и продемонстрировала трофей. Кулон тускло светился в ночном полумраке.

– Прикажи мне что-то, – тихо попросил дракон, не отводя взгляда от полумесяца. Я слегка опешила.

– Чего, например? И как?

– Вели мне покинуть сарай.

Я сглотнула, перехватив кулон за цепочку, приподняла его и, – чувствуя себя слегка глупо – произнесла:

– Выйди из сарая!

Тело дракона едва заметно дернулось, а потом он быстро двинулся вперед, легко преодолел порог и замер.

– Работает! – почти одновременно выдохнули мы.

– Что теперь? – взволнованно произнесла я.

– Теперь мне нужно место, где бы я мог спокойно обратиться. Подальше от чужих глаз.

– Бери мои вещи и идем, я знаю одно такое.

Мы беззвучно выскользнули из задней калитки, оставляя позади дом, где я прожила всю свою жизнь. Но тогда я не думала об этом.

Столица, казалось, спала спокойным сном. Воздух был влажным и пах сырой землей и свежестью. На задней улочке, как я и предполагала, не было ни души. Лишь одинокий вой собаки слышался где-то неподалеку. Да иногда от резких порывов ветра хлопали ставни, заставляя мое сердце подпрыгивать до горла.

Мы шли быстро, не оглядываясь. Дракон нес на плече мешок с моими вещами.

– Может, все же поделишься, что в нем? – поинтересовался дракон, бросая на меня заинтересованный взгляд. – Кирпичная коллекция?

– Книги, – буркнула я. – Нужные и важные, поэтому неси аккуратно.

– Юная девушка сбегает из дома и берет с собой… книги. Интересно.

– Ничего интересного. Просто мне по ним еще к экзаменам готовиться. В Академию поступить хочу.

С мощеной улицы мы свернули на тропинку, что вела к заброшенному пустырю на окраине города. Здесь некогда была стихийная ярмарка, но управление столицы ее прикрыло, ссылаясь на грязь и полчища крыс.

Истинной же причиной было то, что она, своими крошечными ценами, составила конкуренцию официальному рынку. И нашлось пару толстосумов, очень недовольных этим фактом.

Сейчас здесь были лишь заросли сорняков, битые бутылки да доски от сломанных прилавков.

– Здесь подойдет, – сказал дракон осматриваясь. – Я смогу обратиться. После этого забирайся мне на спину, и мы полетим. Главное, ничего не бойся.

Он поймал мой взгляд, убеждаясь, что я готова.

Я кивнула и отвела глаза. Слишком уж пронзительными оказались его. Темные, бездонные.

Сердце колотилось, как перед прыжком в неизвестность. Хотя я уже сделала свой выбор и отступать было поздно. Доверилась этому абсолютно постороннему… Нет, даже не человеку, дракону.

– А книги? – запоздало уточнила я.

– Я возьму их в лапы. С ними все будет в порядке.

Я снова кивнула, колеблясь перед неизбежным.

– А как тебя зовут? – вдруг спросила я, понимая, что так и не узнала имени своего сообщника.

– Кайрос. Меня зовут Кайрос. – Дракон улыбнулся идеальной белозубой улыбкой. – Если готова, то приказывай.

И я приказала…

Я и моргнуть не успела, как там, где только что стоял мужчина в рваной одежде, вдруг оказался огромный дракон. Лунный свет красиво отражался от черной чешуи.

– Вот это да, – восторженно ахнула, отступая, чтобы захватить его взглядом полностью.

Я видела драконов несколько раз, но лишь издали, высоко в небе. Вблизи это оказалось иначе. Мощный, безупречный. Словно идеальная работа скульптора. Даже не верилось, что природа могла создать нечто подобное…

Абсолютно инородным и неправильным на его шее смотрелся ошейник. Дракон раскинул крылья, на мгновение заслоняя полнеба.

А затем он наклонил плечо и опустил крыло к моим ногам, словно приглашая по нему подняться. Что я и сделала. Забравшись, устроилась в ложбине между лопаток, и крепко схватилась за шею, чуть ниже ошейника.

Я понимала, что нужно быть смелой и что другого выхода попросту нет. Но все же не удержалась от сдавленного, испуганного крика, когда дракон, подняв вихрь пыли, взмыл вверх.

Я, вцепившись в шею, прижалась к нему всем телом. Воздух пронзительно засвистел в ушах, а платье с силой захлопало по ногам.

Зажмурилась. Смотреть вниз, видя, как удаляется земля, было безумно страшно, а вперед… Впереди дул ветер, заставляя меня все крепче сжимать веки.

Переживания и сомнения накрыли с новой силой. Что я наделала? Какая гарантия, что дракон, сделав пируэт, не скинет меня где-нибудь по дороге? Ведь я ничего такого ему не приказывала…

Но Кайрос летел ровно. Крылья плавно опускались и поднимались, не делая рывков. И очень скоро я смогла привыкнуть, расслабиться и даже, – чего я совсем от себя не ожидала, – начала получать удовольствие от полета.

По ощущениям мы летели почти час, когда линия горизонта начала тлеть золотом. А потом первый луч рассек ночное небо, и я ахнула.

Под нами открылась картина, словно нарисованная рукой талантливого художника: нежно-зеленые луга, темные вертлявые линии рек, дремлющие города с терракотовыми черепичными крышами. Башни, мельницы, узкие улочки, дым из труб – все это мелькало под нами, нескончаемой вереницей.

Я не смогла сдержать улыбку. Могла ли я еще вчера с утра представить, что буду лететь на драконе, любуясь этими завораживающими видами?

Ветер бил в лицо, заставляя слезы навернуться на глаза. А может, это были слезы восторга? В этот момент я ощутила себя по-настоящему свободной. Это было такое давно забытое, щемящее чувство.

– Это невероятно! – прокричала я, неуверенная, что дракон меня услышит.

Но он услышал. Ответом мне стал тихий, довольный рык. Не страшный, а глубокий, вибрирующий. Кайрос полетел чуть ниже, словно давая возможность получше рассмотреть мельчайшие детали – шпили, арки, даже людей. С такой высоты они были похожи на муравьев.

А потом под крыльями дракона простерлось море. Огромное, бескрайнее, бирюзового цвета с темными переливами и белоснежными гребнями волн.

Я в изумлении уставилась вниз. Море. Настоящее море. Я столько раз читала о нем, видела рисунки, слышала рассказы торговок на рынке. Но ни одна история и ни одна картинка не могла подготовить меня к подобному величию. Оно казалось бесконечным и… живым.

– Я даже не догадывалась, что оно такое… – прошептала я.

Кайрос замедлил полет, и вскоре мы стали снижаться, скользя вдоль побережья. Под нами раскинулись могучие скалы.

Уже издали на одной из них я приметила старый маяк, словно забытый временем страж, он возвышался над морем. К нему мы и устремились.

Дракон мягко опустился на каменистую площадку у подножья маяка. Я спустилась на землю и только там осознала, что меня потряхивает от холода, а ноги стали ватными от долгого сидения.

Но все это не помешало осмотреть строения, возле которых мы оказались.

Маяк был старым, угрюмым и величественным. Его стены были выложены из грубого, темно-серого камня, покрытого мхом и глубокими трещинами.

Одна из сторон башни была почти полностью оплетена диким виноградом, зеленым и буйным. Его толстые стебли и цепкие усики давно добрались до верхней стеклянной части и теперь пытались захватить и крышу.

Недалеко расположился флигель. Старый, деревянный, невнятного выгоревшего цвета. Он, видимо, когда-то служил жильем или складом.

Но теперь его крыша была обрушена, а дверь сиротливо висела на одной петле, словно побывала в шторме. А, может, и ни в одном.

Но все это не выглядело пугающим, скорее одиноким и запущенным. А еще, на фоне бескрайнего моря, по-своему атмосферным.

Кайрос тем временем обратился в человека, и подхватив мешок с моими вещами, объявил:

– Добро пожаловать в новый дом, Тесса!

Значит, дракон все же не придумал дом. Хоть, это и не дом, а всего лишь маяк. Но это гораздо лучше, чем ничего.

Дверь маяка скрипнула, но легко поддалась, когда дракон потянул ее на себя. За порогом пахло солью, пылью и чем-то пряным. Свет проникал, через узкие окна, рисуя длинные золотые полосы на каменном полу.

Внутри оказалось прохладно. Первое, что бросалось в глаза, – узкая винтовая лестница, что вела наверх.

А вот первый этаж выглядел вполне себе жилым. Круглая комната, хоть и старая, не выглядела заброшенной. На столе у стены стояла посуда, – тарелка с остатками каши и массивная глиняная кружка. Рядом – грубая деревянная ложка и нож с потемневшим лезвием.

С другой стороны стояла кровать, застеленная шерстяным пледом, рядом возвышалась стопка книг и старых, пожелтевших газет.

Здесь явно кто-то жил.

Я так увлеклась осмотром обстановки, что не сразу заметила, как из-за массивных перил показался человек.

Это был старик. Худой, как сушеная вобла, в длинной вязанной тунике в сине-белую полоску и штанах, закатанных под коленьями. Его голубые, как море, глаза явственно говорили, что это именно человек. У драконов светлых глаз не бывает. У чешуйчатых всегда были темно-карие, почти черные.

Старик вышел из тени не спеша и будто бы, совсем не удивляясь незваным гостям. Он остановился в нескольких шагах от нас, опираясь на крепкую палку. Прищурился. Осмотрел нас долгим, выверяющим взглядом. Таким, от которого моментально стало не по себе. Казалось, что он заглядывает в самую душу, изучает потаенные мысли, осуждающе перебирая их.

Я поежилась. Везет же мне последнее время на подозрительных стариков.

Особенно долго его взгляд задержался на ошейнике Кайроса. Старик недовольно сжал челюсть, его кадык прошелся вверх-вниз.

Молчание затягивалось. Его нарушал лишь плеск волн и крик чаек, доносившийся из открытой двери.

Дракон тем временем вел себя так, словно происходящее его ничуть не смущает. Он широко расправил плечи и в ответ, не таясь рассматривал хозяина маяка.

– Значит, пришел, – наконец прохрипел старик. – Вот только не думал, что ты будешь в кандалах.

– Не будь я в них – меня бы здесь не было, – Кайрос пожал плечами.

– Не верите, значит, в легенды, да не торопитесь… – Как-то недовольно, почти зло проговорил старик. – А зря…

– Если б что-то здесь было, давно бы это отыскали.

Какие легенды? Чего здесь хотели отыскать? Я с любопытством переводила взгляд с одного собеседника на другого, но вопросы задавать пока не спешила. Еще успею.

– Надолго, значит, сюда? – старик кивнул на ошейник. Дракон неопределенно пожал плечами.

– Как получится.

– А это, стало быть, твоя владелица? – Еще один кивок, в этот раз в мою сторону.

– Да. Это Тесса, а меня зовут Кайрос.

– Тесса и Кайрос… – старик задумчиво почесал подбородок. – Что ж, будем знакомы. меня зовут Эрвином. Идемте, покажу вам свои… ваши владения. Раз уж пришли…

Мы возражать не стали. Старик тем временем очертил палкой в воздухе круг и начал свою нехитрую экскурсию.

– В этой комнате я ночую и скрываюсь от дневного зноя. Здесь, в толстых каменных стенах, всегда царит прохлада. Там… – Эрвин указал палкой вверх, – на самом верху есть еще одна комната, фонарное помещение. Но я туда уже лет пять не хожу. Ноги уже не те… – Он звонко хлопнул себя по бедру.

– А как же вы включаете маяк? – удивилась я.

– Этот маяк уже пару десятилетий, как не используется по назначению. Давно построили новый. Он выше и ярче. – Ответил старик, глянув на меня так, что я снова поежилась.

И за что только уже успел меня невзлюбить?

Мы вышли из маяка. Утреннее солнце уже вовсю припекало. Здесь было гораздо жарче, чем у нас в столице.

– А вот готовлю я тут, – продолжил свой рассказ Эрвин, направившись к флигелю. Я с сомнением еще раз осмотрела полуразрушенное здание.

– Да, крыша обвалилась, – объяснил старик, словно зная, о чем я подумала. – Но над кухней она все еще целая.

– Здесь безопасно? – спросила я, заходя за мужчинами в покосившуюся дверь.

Ответом меня не удостоили.

– Тут, значит, кухня, – пройдя по узкому коридору, мы зашли в первую дверь по левой стороне. – Не ахти какая, но чай сделать можно. И суп. Иногда даже пироги пеку, когда не лень месить тесто. Печь старая, но верная.

Кухня действительно оказалась вполне себе ничего. Большая каменная печь, добротный деревянный стол и полки, заставленные стеклянными банками, мешочками и коробками.

– Вы тут один живете? – спросила я, проводив Кайороса взглядом. Дракон вышел из кухни, должно быть, желая осмотреть флигель целиком.

– Один, – подтвердил Эрвин.

Я задумчиво осматривала полки. Интересно, откуда старик берет продукты? Наверное, здесь должен быть какой-то городок или деревушка неподалеку.

– А откуда у вас… – начала я, но договорить не успела.

Мелькнувшее за спиной движение я заметила слишком поздно. Развернувшись, в последний момент, я увидела старика с занесенной над моей головой палкой.

А потом… удар. Мир перед глазами дрогнул, качнулся… и поплыл куда-то в темноту.

«Вот так и помогай людям», – подумала я, прежде чем потерять сознание.

4

Сознание возвращалось медленно, словно сквозь густой туман. Голова гудела, как старый колокол, а виски болезненно пульсировали.

Я медленно открыла глаза. Запах соли и винтовая лестница надо мной сразу подсказали, что я все еще в маяке.

Лежала на узкой кровати, укутанная шерстяным пледом. То, что это была постель Эрвина, сомнений не было.

Значит, огрел меня по голове, а потом уложил спать. Надо же, какая забота! Если бы не дикая боль, я бы презрительно фыркнула.

С тихим стоном я попыталась приподняться, и тут же замерла. Возле меня на стуле сидел Кайрос. Дракон выглядел напряженным и сосредоточенным.

– Ты очнулась, – сказал он, и в голосе прозвучали тревога и облегчение.

– Какого болотного это было? – выругалась я, прислоняя ладонь к затылку.

Там выросла шишка размером со сливу. А может, даже с яблоко. Небольшое такое яблоко.

– Эрвин… Он неправильно понял ситуацию. Хотел забрать у тебя кулон. Но я не позволил.

Я мгновенно проверила шею, цепочка все еще была на мне.

Кайрос наклонил голову, внимательно осматривая меня. В его глазах все еще тлела тревога. Она казалась такой неподдельной, что часть моего негодования моментально испарилась. Давно кто-то так искренне не переживал за меня.