- -
- 100%
- +
– Вопросы здесь буду задавать я, – с мягкой улыбкой произнес незнакомец, но это было сказано таким голосом и с таким взглядом, что у Абдулы выступил холодный пот на спине. – Или тебе понравилось, когда я сжимал тебе шею?
– Ты… ты… – начал что-то мямлить он, судорожно пытаясь проглотить ком, вставший колом в его горле.
– Ладно. Удовлетворю твое любопытство. Я дракон. Ты доволен? А… – махнул рукой Максим, поняв, что сделал только хуже. – Значит, так. Или ты отвечаешь на мои вопросы, или я тебя убиваю. Причем долго и мучительно. Ты меня понял?
Ответа не последовало.
Поэтому юный дракон решил снова воспользоваться магией школы жизни для того, чтобы хоть немного восстановить слегка поредевший запас маны. Он повернулся к ближайшему человеку, лежащему без сознания, и начал выпивать его, забирая прану, которая в сложившихся обстоятельствах вполне могла стать источником маны.
Конечно, одного, полностью выпитого человека не хватило даже для сотой доли магического запаса дракона, но хоть какая-то подпитка. Да и демонстрация намерений очень неплохая. Так что, когда через три минуты незадачливый спутник Абдулы превратился в мелкую, серую пыль, предварительно иссохнув до состояния мумии прямо на его глазах, тот был не только бледен, словно арктический снег, но и предельно покладист.
Поговорили. Но новости не порадовали. Совсем.
Оказалось, что на дворе стояло пятое января 1229 года, в переводе с замечательного мусульманского летоисчисления на григорианский календарь. То есть Максим опять вляпался в глухое Средневековье. Причем не просто так, а прямо в эпицентр многолетнего военно-политического конфликта, который в Европе почему-то называли Крестовыми походами.
– Приплыли, – произнес он раздраженно. – Ни технологий, ни магии… ничего. Просто какое-то проклятое место. – Он посмотрел на совершенно не понимающего его даэдрик араба, усмехнулся и буквально под нос продолжил: – Хотя в качестве усыпальницы для древнего дракона лучше места не найти. Даже если он сможет выжить после смертельного ранения, то выбраться отсюда станет для него нетривиальной задачей.
– Что вы говорите, господин? – с некоторым даже подобострастием спросил Абдула, совершенно не понимая язык высших демонов.
– Так ты говоришь, что рядом Вифлеем?
– Да, господин. Совершенно так.
– И какая там стража на воротах? Как мне… – продолжил допрос Максим, стараясь выудить из Абдулы как можно больше полезной информации.
Увлекательный вышел разговор. И долгий. Впрочем, это не спасло незадачливых воинов. Очень уж не хотелось дракону оставлять свидетелей, да и легализоваться опять-таки нужно как-то. Одежда, оружие, деньги, лошади… ничего лучше не придумаешь. Путешественник из Газы – вполне обычное явление. Никто особого внимания и не обратит…
Так что, когда Максим покинул место потасовки, там было чисто и аккуратно все прибрано. Люди и оставленные лошади оказались поглощены и развеяны прахом, а остатки одежды и имущество, неподходящее в качестве трофеев, сожжено. Простенькое плетение школы огня он все-таки смог из себя выжать.
Спустя сутки. Вифлеем
Максим, гордо восседая на лошади и «блистая» тряпьем неудачливых воинов, ехал по городской улице, искоса посматривая по сторонам. Стража, конечно, попыталась придраться к нему, но лишняя монетка и несколько благодарных слов в адрес Аллаха и его благочестивых слуг избавили их от въедливости и подозрительности. Тем более что юный дракон старался выглядеть вполне набожным правоверным. По крайней мере, в разговоре со стражей. Вот что-что, а ходить пешком или ездить на ослике, как это было положено всем неверным, его совсем не прельщало…
Сутки пролетели незаметно. Выбор постоялого двора. Рынок. Осмотр замечательных видов древних глинобитных домиков и бомжеватого вида обывателей на улицах. В общем, насыщенно, но ничего особенно интересного.
Спустя двое суток
– Слушаю тебя, – кивнул худощавый мужчина с пронзительным взглядом, когда к нему подошел с почтением молодой парень.
– Зовут его Максим, по крайней мере, так он представился держателю постоялого двора и нескольким торговцам.
– Крестоносец?
– Нательного креста на нем не было. На нашем языке говорит легко и свободно, не испытывая никаких затруднений. Не крестится. Но молитв Аллаху, как полагается, тоже не возносит.
– То есть?
– Стражники, дежурившие в тот день на воротах, его запомнили и абсолютно уверены в том, что он мусульманин, может быть, из Испании или с Балкан. Причем не простой, а весьма набожный. Однако, кроме этой и еще парочки подобных сценок напоказ, он ни разу не вознес молитв Аллаху. Вообще.
– Думаешь, притворяется?
– Да, уважаемый.
– Хм… это действительно наводит на очень нехорошие мысли.
– И не только это. Я поговорил с Большим Сулейманом, так тот поначалу вообще не хотел о нем говорить. Да еще меня чуть палками не погнал со двора.
– Тот его так сильно запугал?
– Как это ни удивительно, но нет. Это мне его пришлось запугивать, – криво улыбнулся парень. – А вот наш странный гость поступил интересней – он вылечил лежавшего при смерти сына торговца.
– Очень интересно. И как происходило это лечение?
– Максим зашел в комнату, где лежал Ибрагим, и молча постоял рядом с ним. А спустя совсем недолгое время сын Сулеймана вдруг зашевелился и встал, ощупывая себя, не веря свалившемуся на него счастью.
– Что, вот так просто смотрел? Исцелял взглядом?
– Сулейман и Ибрагим клянутся, что да. Из необычных вещей, что они смогли заметить, оказались только глаза – они у Максима на время стали желтыми с вертикальными черными зрачками.
– Как у кошки?
– Примерно. Из-за этого Сулейман сильно испугался, подумав, что связался с дэвом. Пытался откупиться, уговаривая Максима взять деньги. Много денег. Но тот отказывался. Ссылаясь на то, что доброе отношение Сулеймана ему важнее. А вы сами знаете, что быть должником что джина, что ифрита, что дэва – не очень хорошо.
– И что, Сулейман теперь должник Максима?
– Наш Сулейман даже шайтана сможет уговорить и сторговаться! – хохотнул парень. – В общем, сговорились они о том, что торговец честно оценит и приобретет трофеи странного гостя. Ну и в благодарность от себя подарит хорошую одежду и коня.
– Интересно… очень интересно… Так он полагает, что Максим дэв?
– Да, уважаемый.
– Удивительно. Совершенно неожиданная внешность и имя для такого вида существ. Да их и не видел никто уже многие столетия. Так сколько, ты говоришь, стоила та одежда и конь?
– Свыше трехсот дирхемов. Одежда шелковая. Превосходной выделки. Разве что золотом и драгоценными камнями не расшита. Такую не каждый эфенди может себе позволить. Впрочем, если верить злым языкам, то и конь, и эта одежда достались Сулейману очень дешево – он их купил у проходившей недавно группы бедуинов.
– Хм… кстати, а это случаем не тот конь, на котором разбился его сын?
– Он самый, уважаемый.
– Хорошо, – усмехнулся Мустафа. – Сулейман во всей своей красе! Полагаю, что он посчитал эти вещи проклятыми?
– Именно. Впрочем, он даже серебро, выплаченное странному гостю, брал из денег, вырученных у тех бедуинов.
– Дэв… – медленно произнес Мустафа. – Нет. Что-то не верится. Слишком уж поведение Максима не похоже. Что еще необычного он сделал за эти трое суток?
– Завел себе двух слуг из племени хамер[5]. Да, тех самых, что ошивались у площади и просили милостыню. Их ведь никто не хотел брать, полагая, что они отбились от каравана нарочно, прихватив что-нибудь ценное.
– А Максим не знал этого? – повел бровью Мустафа.
– Знал. Ему и на площади говорили, и на постоялом дворе. Но он и ухом не повел. А эти двое бегают теперь за ним, словно псы. Чуть ли не в рот заглядывают.
– Вы пытались с ними беседовать?
– Да. Попробовали поспрашивать, но слуги лишь посмотрели на Карбана с укором, покачали головой и пошли дальше.
– Странно.
– Очень. Тем более что раньше они охотно болтали.
– Что еще?
– Максим потратил пять дирхемов на своих слуг, переодевая их в чистую, новую одежду, дабы они выглядели прилично. И это только добавляет странностей. Ведь у Сулеймана он получил всего три десятка дирхемов, а слуги вполне могли ходить в одежде и проще.
– Все?
– Да, уважаемый.
– Когда он уехал из города?
– Только что. Я не медля к вам побежал.
– Хорошо. Выдвигаемся…
На рассвете следующего дня
– Что тут стряслось? – Юный помощник с легким недоумением рассматривал пятна какой-то странной серой пыли на песке, вперемешку с фрагментами одежды и не очень ценным имуществом.
– Полагаю, что на Максима кто-то напал…
– Кто же он такой? Почему его враги опадают какими-то странными горстками праха?
– Если бы я знал, – покачал головой Мустафа.
– Оружия, доспехов и денег нет, – отметил уже не молодой брат-хранитель.
– И крупных кучек праха меньше тех, что, вероятно, были людьми.
– Значит, они взяли трофеи и лошадей.
– Пять лошадей, если допустить, что все в отряде были конными.
– Восемь лошадей на три человека, из которых один похож на выходца из Европы, а двое других негры племени хамер… очень хорошо. Просто замечательно, – отметил предводитель отряда. – В Иерусалиме такому отряду затеряться практически невозможно.
– Но зачем его искать в Иерусалиме? Мы ведь можем их догнать? Вон, – махнул он рукой, – следы совсем свежие.
– Ты так стремишься присоединиться к этому пеплу?
– Я… – осекся парень.
– Вот и я о том же. Мы не знаем, что тут произошло. Максим выглядел вполне состоятельным человеком, и отряд, повстречавшийся с ним по пути в Иерусалим, мог попытаться его ограбить. И теперь человек, который в одиночку перебил такой крупный отряд, очень зол. Вы хотите встретиться с ним сейчас?
– Нет… – как-то сразу скис юный помощник.
– Поэтому мы все, вы слышите, – громко произнес Мустафа, – будем очень осторожны с Максимом. Чтобы предпринимать какие-то шаги, нам нужно понять, кто такой наш новый гость и что он несет в этот мир. – Предводитель говорил, а сам слегка косился на один из барханов, чувствуя, как предательски у него начинают дрожать ноги и пробивает холодный пот. Хорошо хоть он был верхом, и это выходило не так заметно для окружающих. – А пока разбивайте лагерь. Мы должны похоронить прах этих несчастных.
Бойцы Мустафы неохотно стали спрыгивать на песок. Идея хоронить прах в песке им совсем не понравилась.
А он сам, когда подумал, что никто не видит, обернулся в сторону того самого бархана, что вызывал в нем панику, и максимально вежливо поклонился. Несколько секунд ничего не происходило. А потом над песком выросла голова того непонятного незнакомца, и их глаза встретились.
«Ибрагим не врал, – подумал Мустафа, пытаясь не выказать страха… действительно, желтые, с вертикальными зрачками… как у гадюки или кошки».
Но этот зрительный контакт был недолгий. Максим вдруг чуть улыбнулся и кивнул, возвращая поклон. И ушел… А у предводителя отряда хранителей врат еще несколько часов по спине бегали мурашки.
– Уважаемый, – робко обратился к нему юный помощник, привлекая внимание.
– Ты хочешь узнать, отчего я распорядился хоронить прах?
– Да, уважаемый. Мы все в недоумении.
– Полагаю, что вы не обратили внимания на то, что наш гость наблюдал за нами…
– Что?! – удивленный ропот прошел по отряду.
– И я постарался с ним договориться, обозначая наши намерения и миролюбие. Благодаря чему он сохранил нам жизни.
– Но как же так? – возмутился парень. – Мы ведь хранители врат! Неужели мы с ним не справились бы?
– С кем с ним? – начал раздражаться Мустафа. – Ты знаешь, кто прошел через врата? Я вот даже не догадываюсь. Для меня Максим загадка. Существо, которое легко перебило весь отряд Малика в одиночку, вряд ли нам по зубам. А если мы и сможем его побороть, то потеряем практически всех. Ты этого хочешь?
– Но ведь он убивает…
– Он показал, что не жаждет ничьей крови просто так. Да, ход его мыслей и желаний нам не понятен. Это только доказывает, что перед нами не человек, а что-то неведомое. Однако лично я убедился в том, что Максим весьма разумен. В любом случае мы можем лишь сопровождать его и наблюдать издалека.
– Может быть, в Иерусалиме можно будет с ним поговорить? – спросил один из бойцов отряда. – Если он миролюбив, то вряд ли набросится на нас сразу.
– Может быть, может быть… – согласился Мустафа. – Но помните, никаких попыток нападения или давления. Если так случится, что вы с ним встретитесь, то обращайтесь к нему так, словно он сам халиф.
– Мы не пожалеем? Вдруг он какой-то злой демон? – спросил юный помощник.
– У нас все равно нет выбора, – пожав плечами, ответил Мустафа. – Особенно, если он злой демон.
Глава 2
10 января 1229 года. Мир «Сот’ари». Иерусалим
Максим шел по улице Иерусалима и обдумывал случай, произошедший в пустыне. Слежку он заметил еще в Вифлееме, но не придал ей особенного значения. Мало ли, просто контролируют странного гостя. Однако тот факт, что неизвестные выдвинулись за ним следом с довольно крупным отрядом, его сильно насторожило. Получается, что эти люди что-то подозревают. Мало того, они очень спокойно отреагировали на прах…
«Как бы на Орден Света не нарваться, – пронеслось у юного дракона в голове. – Им, конечно, тут делать нечего, но чем черт не шутит…»
– Уважаемый, – к Максиму обратился с поклоном совершенно незнакомый феллах. По крайней мере, одежда у него была именно такая.
– Чего тебе?
– Меня просили вам передать, что с вами хотят поговорить.
– Кто?
– Те, с кем вы встретились в пустыне.
– Что?! – слегка разозлился дракон, так как намек ему совсем не понравился.
– Не беспокойтесь, они не желают вам зла. Их интересует только лишь мирная беседа.
– Хорошо, – ответил Максим, чуть подумав. – Пускай приходят вечером. Полагаю, постоялый двор, где я остановился, они и так знают.
– Да, уважаемый, – снова согнулся в поклоне феллах.
Максим пошел дальше, внимательно осматриваясь по сторонам. Теперь он твердо знал – его ведут. Только кто и зачем, было совершенно не ясно. Но ничего, вечером все прояснится. А пока юного дракона ждала прогулка по городу. Когда еще получится прогуляться по улицам средневекового Иерусалима, да еще без спешки? Так что Макс не желал упускать такой возможности…
Вечером, как только стемнело, в дверь робко постучали.
Максим кивнул Луке, а сам аккуратно поправил саблю, усаживаясь удобнее и готовясь к возможному бою. За дверью, на удивление, оказался просто старик, причем без оружия. Тот самый, что поклонился ему в пустыне.
– Доброго вечера, – первым поприветствовал гостя дракон.
– И вам крепкого здоровья, – поклонился, не переступая порог, гость.
– Проходите. Присаживайтесь, – махнул рукой Максим на лавку недалеко от себя. – Полагаю, что вас сюда привело чувство любопытства?
– Спасибо, – кивнул старик, проходя и размещаясь. – Конечно.
– Не боитесь?
– Боюсь.
– Хорошо. О чем вы хотели поговорить?
– Кто вы?
– Мне не очень хотелось бы раскрывать свое инкогнито, – уклончиво ответил дракон. – Тем более что я не знаю, с кем беседую и чем рискую. А брать на свою совесть лишние жизни мне совсем не с руки. Поверьте, мне это несложно, однако подобное не значит, что я стремлюсь убивать. Напротив, я уважаю человеческую жизнь, а потому стараюсь избегать насилия, – произнес Максим и вопросительно посмотрел на гостя.
– Простите мне мою невежливость, – склонился в поклоне старик. – Мое имя Мустафа. Род и титулы крови мы с братьями оставляем, принимая клятву.
– С братьями?
– Да. Орден Врат. Мы охраняем этот мир от тех, кто входит через древние врата Архонтов.
– И в чем заключается защита? Уничтожаете гостей?
– Только если они угрожают нашему миру.
– Интересно… – задумчиво произнес Максим. – Вам знакома такая организация, как Орден Света?
– Конечно, – кивнул, чуть подобравшись, Мустафа. – Мы храним легенды о них. По преданиям братья Света смогли поразить и запечатать в гробнице великое зло.
– И вы знаете, как звали это зло? – с улыбкой спросил Максим на языке хилиари[6]. Эффект получился очень интересный – Мустафа замер с искренне удивленным лицом.
– Кто вы? – снова спросил он спустя минуту, также на хилиари.
– Вашу организацию, если я ничего не путаю, создали братья Ордена Света. Я прав? – Мустафа молча кивнул. – Так вот. С другой стороны портала находится другой мир. И там тоже есть организация, аналогичная вашей. Вы поняли, о чем я?
– Понял, – кивнул старик, подозрительно покосившись на Максима.
– Не верите?
– Ваши глаза. Они выдают вас.
– Ничего удивительного, – улыбнулся Максим и, демонстративно расслабившись, откинулся на спинку лавки. – Инициировать портал может только брат Ордена Света или Бог. Не знаю, известно вам или нет, но названное вами великое зло было загнано сюда после большой битвы там, – дракон махнул головой куда-то в сторону. – Тут его только добивали. Ваш мир был выбран потому, что он очень опасен для магических существ, не давая им восстанавливать силы.
– Это я знаю, – понимающе кивнул Мустафа.
– Стремительное истощение магических сил приводит к тому, что они оказываются беспомощными. Слабыми. И их легко убить. Полагаю, вам нечего к этому добавить?
– Вы правы, – согласился старик. – В древних записях нашего братства есть что-то подобное. Но об этих легендах многие уже позабыли.
– Зря, очень зря, – улыбнулся Максим. – Так вот. Невероятно слабый магический фон делает беспомощными всех, кроме братьев Ордена Света и Богов. Вспомните, скольких в совокупности я уничтожил? Плюс лечение сына торговца. Плюс бытовые плетения, о которых вы, вероятно, слышали.
– Бытовые?
– Да, – кивнул дракон, – я изгонял клопов и вшей из таверны, в которой остановился. Уж больно они меня доставали.
– О!
– Вот именно. Как вы думаете, стал ли я так поступать, испытывая острый недостаток в силе? Понимаете, к чему я клоню?
– Да… – ошарашенно кивнул Мустафа, с огромным любопытством рассматривая дракона. – Но ваши глаза… В древних рукописях не говорится о такой особенности во внешности братьев Ордена Света.
– Расскажу вам небольшой секрет, который, я надеюсь, останется между нами, – произнес Максим, лукаво подмигнув. – Орден Света состоит не из простых смертных, а из малых Богов. Полубогов, если хотите. Вы читали древние легенды о Геракле? Персее? Тесее?
– Только слышал о них…
– Внешне это были обычные люди, но некая толика божественной крови наделяла их особенными способностями. Так вот – Орден Света состоит исключительно из таких людей. Эм. Полубогов. Именно по этой причине они в состоянии пользоваться магией там, где магический фон очень слаб. Они ведь не ману используют для этих целей, а божественную энергию. А глаза… так ведь мы разные. Очень разные. У всех свое наследие. Скажу даже больше, чтобы вы там себе ничего не надумали, я совсем не убийца по своей природе и способностям. Если меня вынуждают, то, конечно, я буду защищаться. Но на самом деле всю свою жизнь я практиковался в исцелении, – произнес Максим и с улыбкой применил несколько плетений, которые серьезно подлатали Мустафу, подарив как минимум пару десятилетий бодрой жизни.
– Боже… – тихо произнес слегка помолодевший старик, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Но я прошу вас не распространяться о моем прибытии. Мы не знаем, насколько коварными могут быть демоны и где имеются их уши.
– Конечно, конечно, – закивал Мустафа, буквально сияя глазами. – Могу я узнать, чем Орден Врат сможет вам помочь?
– Полагаю, что я и сам справлюсь. Хотя путешествовать в одиночку не очень удобно для безопасности окружающих. Каждый встречный, видя, что ты один или вас немного, пытается ограбить. А убивать я не люблю. Поэтому мне хотелось бы набрать себе попутчиков.
– Я с радостью предоставлю вам хоть сотню братьев!
– Не нужно. Ваш Орден поставлен здесь, чтобы следить за вратами. Представьте, что будет, если они уйдут, а сюда явятся демоны?
– Но ведь вы сказали, что врата может открыть только брат Ордена или Бог?
– Верно, – кивнул Максим. – Но вдруг смогут договориться? Есть ведь и весьма деструктивные Боги, склонные к проказам и гадостям. Поэтому вы с братьями останетесь тут и будете, как и прежде, бдительны. Я же хочу набрать людей из числа каких-либо узников. Найдутся в Иерусалиме такие?
– Конечно. Если вы изволите, то утром я вас проведу на рынок рабов и рекомендую торговцам. Они меня хорошо знают и с удовольствием продадут вам рабов из числа бывших пленных. Вам ведь они нужны? Вот. Но у вас мало денег. Могу я одолжить вам необходимую сумму?
– Нет, спасибо. Они вам и самому пригодятся. Просто укажите на человека, у которого их в достатке.
– Вы хотите его ограбить? – слегка напрягся Мустафа.
– Безусловно, – улыбнулся Максим. – Поэтому рекомендую вам указать мне на человека, который давно заслуживает укора небес за свое недостойное поведение.
Спустя двое суток
Над Иерусалимом едва сгустилась тьма наступившей ночи, а Максим уже пришел в назначенное место. Огляделся. Да. Так и есть. Не перепутал.
– Уважаемый, – донесся сзади голос Мустафы.
– Доброй ночи, друг, – ответил дракон.
– Вот этот дом, – кивнул старик на высокую, пятиметровую, стену. – Вы уверены, что хотите это делать? Я ведь могу вам помочь получить выбранных вами рабов бесплатно.
– И что потом? Их ведь нужно одеть подобающим образом, вооружить, кормить. Да и лошадей нужно приобретать. Это все дорого, и я не вправе принимать от вашего братства такой подарок. Вам и самим непросто все дается.
– Мы с радостью услужим вам, – вежливо кивнул Мустафа.
– Что это за дом?
– Наместника Иерусалима. Не дом – целая крепость. Поэтому я и переживаю за вас. Наместник, конечно, человек очень скверный, причинивший много горя и несправедливости людям, но зачем вам так рисковать? Я уверен, что миссия, возложенная на вас, намного важнее этой мимоходной кары.
– Люди должны помнить о том, что Бог пусть изредка, но карает нечестивцев, – серьезно произнес Максим и ломанулся на стену, карабкаясь по ней, словно ящерка. Само собой, применяя магические плетения. Без них никто не смог бы взобраться по ней. Вот дракон и решил в очередной раз продемонстрировать избыток сил, которых ему, дескать, некуда девать.
Мустафа же только и успел открыть рот, чтобы что-то сказать, но не решился, посчитав это лишним.
Перемахнув через стену, Максим «выключил» нескольких слуг и прошел в небольшую внутреннюю мечеть. Нужно было действовать быстро и нагло. Стремительно продвигаясь, придавливая случайным свидетелям магией сонную артерию, дабы теряли сознание раньше, чем что-то заметят или запомнят. Ведь дракону совсем не хотелось оставить после себя горы трупов.
«Так… что-то их там много, – проскользнуло у него в голове при виде целого десятка разных мужчин возле красиво украшенной двери. – Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет», – буркнул про себя Максим и решил перебраться через трехметровую стену и заглянуть в то любопытное место, которое так охраняли. Так что он отошел в сторону, чуть разогнался и подпрыгнул, цепляясь за верхнюю кромку. Подтянулся и выглянул. «Сад… странно… ладно, на месте разберемся», – хмыкнул дракон и уже спустя несколько секунд мягко приземлился на лужайку удивительной свежести.
Несмотря на то что Максим постарался все проделать как можно аккуратнее и тише, его появление не прошло незамеченным – из большой и просторной беседки стали выходить полуобнаженные женщины, разглядывающие его с каким-то кулинарным интересом.
– Мать моя женщина… – тихо выдавил он из себя по-русски, начиная осознавать то, куда он забрался.
– Девочки! Смотрите! У нас гость!
Максим внутренне содрогнулся. Лез в сокровищницу, попал в гарем. И ведь попади он в гарем к кому другому – ничего страшного. А вот у хозяина этих особ, по вполне достоверным сведениям, давно уже пропала мужская сила, чего тот жутко стеснялся. Поэтому он продолжал набирать себе женщин, да таких, чтобы полных страсти, дескать, обычные ему уже скучны и не могут насытить. Так что про его гарем ходили разные слухи, одни чуднее другого. Но в целом все сводилось к тому – в здешние места опасно заходить, ибо там натуральный эпицентр женской страсти и неудовлетворенности. Хорошо хоть игрушками их снабжал, видимо, из жалости, а то бы вообще у девиц крыша потекла.
– Тише, девочки! Тише… – Максим попытался образумить местных обитательниц, во все большем количестве выходящих из самых разных закутков гарема. Причем у них как раз шел час разврата с игрушками, а потому сексуальное желание разгоряченных и давно избегаемых мужчиной женщин было столь сильно, что его можно было черпать половником и раскладывать по бочкам.