Лжедмитрий. Том 3. На железном троне

Предисловие

Наш современник, участвовавший в маневрах военно-исторических реконструкторов, волею судьбы был заброшен в самое начало XVII века – на дворе начинался сентябрь 1603 года. И сразу же оказался вовлечен в водоворот зарождающейся Смуты, потому что удивительным образом походил на сына Ивана Васильевича «Грозного» – того самого царевича Дмитрия.

Не желая примерять лавры Лжедмитрия, наш герой начал всячески открещиваться от своих прав на престол. Дескать, я не я и лошадь не моя. Вместе с тем старательно придерживается линии поведения, направленной на максимальное снижение потрясений. Однако, что бы он ни делал, как бы ни старался, окружающие только сильнее убеждаются – он настоящий царевич Дмитрий. Даже Мария Нагая при боярах опознала его, а бояре о том документ составили. Он! Натуральный! Без консервантов и вкусовых добавок! Прямо как по старому ГОСТу! В конечном итоге выбранная Дмитрием линия поведения приводит к его сближению с Борисом Годуновым, который, стремясь укрепить свое положение, планирует отдать за него свою дочь. Но не получается – она гибнет от яда. Но в любом случае царевич Дмитрий оказывается в списке соратников первого царя из дома Годуновых.

Пытаясь заняться созидательным трудом, Дмитрий, неплохо образованный даже по меркам XXI века[1], начинает разворачивать облегченную испанскую терцию – единственный вариант военной формации, подходящий под материальные возможности Москвы 1603–1604 годов. Вводит практику системной физической и боевой подготовки, совершенно чуждой миру в те годы. Марш-броски, работа на турнике и брусьях, полоса препятствий и строевая подготовка легли в основу главных инструментов преобразования сброда в крепкое, хорошо дисциплинированное и управляемое войско.

В 1605 году начинается Смоленская война. Сигизмунд III Ваза стремится посадить в Москве свою марионетку – царевича Василия, что на самом деле являлся сыном опальной жены Ивана Грозного Анны Колтовской, нагулявшей его на стороне – от окольничего. За что ее царь и «забрил» в монахини насильно, хотя должен был казнить. Деньги на войну Сигизмунду выделил Сейми клан Мнишек – самый богатый и влиятельный клан в Польше тех лет. Он контролировал практически все крупные города Польши и держал в своих руках огромные финансовые потоки. Но был худородным. Вот и планировал поправить это дело, сделав женой нового царя Василия дочь своего лидера – приснопамятную Марину Мнишек.

Выступив к Смоленску со своим войском, Дмитрий в трех сражениях разгромил армию Сигизмунда, обратив ее в бегство. Захватил походную казну, богатые трофеи, а также Василия и Марину. И внезапно оказалось, что Марина удивительным образом напоминает героиню компьютерных игр о Ведьмаке – чародейку Йеннифэр из Венгерберга. Не только внешностью, но и характером. На фоне местных эталонов красоты, далеких от вкусовых предпочтений царевича, она выглядела в его глазах если не богиней, то чем-то подобным. Впрочем, только для него – все окружающие не считали ее красивой и не понимали, что в ней нашел царевич. Ведьма ведьмой же. И недоумевали от чувств царевича к ней, считая приворотом.

В это время в Москве Иван Шуйский поднимает мятеж против Бориса Годунова, стремясь занять престол. Почему Иван, а не его старший брат Василий? Так тот в это время находился в Испании, куда его с посольством отослал Борис по совету Дмитрия. Но и брат не подвел. Семейная забава – бунты – у них в крови. Царевич вынужден отказаться от своего плана идти на Литву, спешно заключает с Сигизмундом «вечный мир» на пять лет и идет освобождать Москву. На подступах к городу разбивает войско сторонников Шуйских и, войдя в столицу, берет Кремль. И как-то так «вдруг» оказывается, что единственным претендентом на престол остается только он. И это несмотря на то, что корона ему даром не нужна, и вообще – во все это изначально он вляпываться не хотел…

Понимая, что править Русским царством не хочет, он созывает Земский собор и устраивает там грандиозную провокацию. Цель проста – сорвать это действо и провести государственный переворот, дабы установить в державе республику. Или что-то аналогичное. А потом плавно отойти от дел, занявшись чем-то более приятным. Тащить бремя монарха ему не хотелось совершенно, а допускать избрание других он считал смертельно опасным для себя – убьют.

Но сложилось так, как сложилось: 12 августа 1605 года его единогласно избрали царем – Дмитрием Ивановичем. Недовольный, но смирившийся со своим положением, он начинает готовить масштабные реформы. Просто потому, что вообще ни разу не согласен с той моделью государства, экономики и войска, что установлена в державе. Да и крепостное право для него что красная тряпка для быка.

В ходе подготовки реформ Марина находит способ выиграть пари. Смысл задумки прост. Дмитрий страстно жаждет Марину и одновременно с тем боится своей страсти к ней. Ведь так и под каблук легко попасть. А потому он ищет оправданий. Если девушка выиграет пари, то он возьмет ее в жены. А если нет? Казнит от греха подальше. Однако все сложилось довольно позитивно, и эта полячка, приняв православие, обвенчалась с Дмитрием, став царицей – Мариной Георгиевной, что круто изменило жизнь нашего героя.

В эти же дни происходит второе фундаментальное событие – Дмитрий понимает, что он не самозванец. Слишком много совпадений. Взять, к примеру, поведение его приемной семьи, члены которой всегда относились к парню очень холодно. Странный шрам. Внешность, входящая в диссонанс со всеми его родственниками там, в XXI веке. Судя по всему, получалось, что некто вытащил раненого царевича в будущее, где вылечил и пристроил в надежную семью на воспитание. А потом, волею судьбы, тот все равно «загремел» в ту эпоху, в которой ему надлежало жить… и умереть. Причем приемные родители, по крайней мере отец, знали, кто он и откуда.

В сентябре 1606 года проходит новый Земский собор, который утверждает грандиозные реформы на Руси. Так, например, отменяется крепостное право, отменяются все внутренние таможни, а сама держава провозглашается империей.

Казалось бы – благие начинания. Однако они прямо бьют по кормовой базе бояр и помещиков, провоцируя тех на восстание. Ведь от прохода в будущее нас всегда удерживает множество якорей. Вот Дмитрий и постарался их обрубить по-нашему, по-джедайски. Топором то есть.

В марте 1607 года Дмитрию удается предотвратить дворцовый переворот. А уже в мае стало известно – началось вторжение интервентов из Швеции, на сторону которых перешли бояре, а вместе с ними ряд крупных городов севера Руси. Прежде всего Новгород и Ивангород. Швеция только что нанесла серию поражений ослабленной после разгрома 1605 года и опустошительных крымских набегов 1605, 1606 годов Речи Посполитой, заняв все старые земли Ливонии. И теперь, на волне успеха, жаждала еще и земли Новгорода «отжать».

Дмитрий выступает со своим войском на север.

Сокрушительный разгром шведов при Валдае. Бескровная капитуляция Новгорода. Разгром шведов при Ивангороде и его бескровная капитуляция. Успешный штурм Нарвы. Рейд на торговых судах к Ревелю и его захват наскоком. Проход на тех же торговых судах к Риге. Взятие на абордаж «в шлюпки» шведского линейного корабля 4-го ранга и двух пинасов, пользуясь внезапностью. Кровопролитный штурм Риги. Провозглашение провинции Ливония. Дерзкий каперский рейд на побережье Швеции, дабы отвлечь шведский флот от торговцев, везущих русские войска из Риги в Нарву. Захват еще одного линейного корабля 4-го ранга, на этот раз на рейде Стокгольма…

Блистательная Ливонская кампания!

Однако угроза масштабной интервенции с юга становится сильнее с каждым днем, а потому Дмитрий спешит в Москву. И очень кстати. Потому что Тохтамыш Герай, внук приснопамятного Давлет Герая, собрал под своей рукой огромную армию и получил благословение султана Ахмеда I на взятие Москвы и правление теми землями.

Кто выступил против Дмитрия, подбитый сладкими посулами предателей из числа помещиков да бояр? Собственно, Крымское ханство с пятитысячным отрядом янычар и мощной османской артиллерией. Обе ногайские орды, казаки разные, черкесы и прочее, прочее, прочее. Совокупно – свыше ста тысяч. Огромная армия! И полная, абсолютная уверенность в своей победе.

В первой битве при Коломне в декабре 1607 года Герай легко разбивает войско Мстиславского. Однако уже спустя две недели, в трехдневном сражении под Серпуховом, терпит сокрушительное поражение от легиона Дмитрия. Спешно отступает. И новое поражение во второй битве при Коломне – на переправе. Окончательная потеря обоза. А спустя три недели Дмитрий ловит остатки войска Герая на отходе под Тулой и довершает разгром. На полях трех сражений оказалось восемьдесят две тысячи пятьсот тридцать один труп противника! Да еще сколько под лед Оки ушло…

Степь кардинально опустошена!

Но Дмитрий на этом не останавливается. Под Тулой встречается с корпусом Запорожских казаков, опоздавших к сражениям. Их сторона в этом конфликте выглядит крайне подозрительной – не будь Герай разгромлен, не ясно, за кого бы они были. Однако это не мешает Дмитрию отправить их в Крым – грабить все и вся. Любимая работа! Почему бы и нет? Тем более он пообещал выкупить у них награбленное за трофейное вооружение, коего у него теперь видимо-невидимо.

В это время из Москвы приходит гонец от патриарха Иова – друга и соратника Дмитрия. Оказывается, что вернулось посольство Василия Шуйского. Неопределенность исхода борьбы со степью и чудовищность армии Герая убеждают Василия в гибели Дмитрия. Он пытается взять власть в свои руки и короноваться. Вступает в конфликт с Мариной. Накручивает против «этой ведьмы, что свела Дмитрия в могилу», всю Москву и берет штурмом Кремль. Последний оплот обороны – укрепленные царские палаты – удерживаются остатками личной гвардии, преторианцами. Иов оказывается за решеткой. Вместо него церковные иерархи, перешедшие на сторону Василия, выбирают нового патриарха – Игнатия. И тут Василий узнает о грандиозной победе императора….

Поняв, что ему конец, идет на крайние меры. Ведь нужно уходить в бега, а без «выходного пособия» это делать затруднительно. Кому он где без денег нужен? Тем более с такой репутацией.

Дмитрий врывается в Москву и наводит там «конституционный порядок», убивая все, что хоть отдаленно напоминает бунтовщиков. Зачищает Кремль… Однако спасти удается только Марину. Все остальные гибнут от пуль, клинков или в дыму. Важным моментом является формат спасения, ведь Марину он вытащил из дыма со слегка посиневшим лицом и бездыханную. А потом взял и откачал на людях, подспудно обещая высшим силам напихать полный рот козявок, если те не помогут. Из-за чего все вокруг, включая саму супругу, считают, что он ее воскресил.

Практически сразу после подавления бунта Дмитрий созывает Поместный собор Русской православной церкви и вынуждает его осудить, лишить сана, а также предать анафеме тех иерархов, что поддержали Игнатия. А потом этих «бедолаг» вместе с остальными осужденными на смерть за мятеж приказывает похоронить заживо…

Иерархи под впечатлением. Поэтому, не рассусоливая, он предлагает им провести обширные реформы. В итоге на Руси вводится Новоюлианский календарь, летоисчисление от Рождества Христова и празднование Нового года на Рождество. Но главное – утверждается новая доктрина Церкви, основанная на борьбе со стяжательством с одновременным осуждением «иосифлян» как ересь. И сразу же, «не отходя от кассы», в рамках новой доктрины Церковь добровольно-принудительно отказывается от своих земельных угодий и имущества в пользу казны. Безвозмездно. То есть Дмитрий проворачивает банальное раскулачивание клира. Оставшимся в живых иерархам это было не по нраву, но они просто не рискнули ему перечить.

Таким образом, летом 1608 года на Руси завершается гражданская война, неизбежная после столь масштабных реформ. Помещики и бояре практически исчезают, сгорев в ее горниле: частью гибнут, частью эмигрируют, частью переходят в иные сословия. Церковь из крупнейшего землевладельца и крайне влиятельной политической фигуры превращается в полностью зависимую от казны структуру. Практически все сельскохозяйственные угодья сосредоточены в руках монарха. Крепостного права и внутренних таможен больше нет. Налоги ощутимо снижены. Казна переполнена за счет военных трофеев, конфискатов и «добровольного пожертвования» Церкви. А почти все соседи энергично мажут попу зеленкой.

Картина маслом!

Однако Дмитрий понимает, что этой цепочкой своих успехов он навлек на Русь внимание большинства крупных игроков Европы и Азии. А значит, теперь детские шалости закончились – началась Большая игра.

Казалось бы, должен гордиться и радоваться. Но вот беда – Дмитрию досталась нищая и малолюдная страна, ослабленная тяжелым полувековым экономическим кризисом, усугубленным страшным голодом первых лет XVII века. А тут еще и он приложил сверху пусть и скоротечной, но гражданской войной. Вытянет ли держава игру в лиге взрослых мальчиков на таких условиях? Ведь никто ждать не станет и поблажек давать не будет…

Пролог

5 ноября 1613 года. Исфахан

– Вах![2] – Вот и все, что смог воскликнуть Шаханшах[3] Аббас[4], когда его посол, вернувшись из Москвы, вскрыл ящик с ружьями.

– Так в Московском арсенале упаковывают все ружья, принимаемые на хранение, – произнес посол, после чего деловито снял фиксатор, достал ружье и передал его Шаханшаху. – Осторожно, все сильно в масле.

– Зачем?

– Чтобы защитить от ржавчины. Такое оружие, по словам императора, может лежать десятилетиями без вреда для себя.

– Хм. А вот это что? – указал Аббас на небольшой внутренний ящик в ружейной таре.

– Здесь лежат штыки. Они идут в комплекте с ружьями, а потому находятся внутри тары.

– Штыки? Что такое штыки? – заинтересовался Шаханшах.

– Клинки, позволяющие превращать ружье в короткое копье. Смотрите. – С этими словами посол извлек штык и легким движением руки насадил его на ствол ружья. – Как вы видите, он не мешает стрелять и позволяет встретить врага последним залпом в упор.

– А этими короткими копьями удобно драться? Выглядят они неказисто…

– Это так, – кивнул посол. – Я тоже не был впечатлен их видом. Но в Москве мне провели демонстрацию. Я выставил своих бойцов с саблями против воинов с такими копьями. И мои люди просто ничего не смогли сделать. Просто не подступиться. Но там, правда, были хорошо обученные бойцы, крепко держащие строй.

– Хм… – многозначительно произнес Аббас.

– Кроме десяти ружей и комплекта штыков стандартная тара обязательно содержит комплект запасных частей для ремонта, десять наборов для чистки и ухода, а также удвоенный комплект ключей к замку. Московский арсенал очень строго следит за состоянием и комплектацией таких вот ящиков, – махнул рукой посол в сторону небольшого штабеля с ружьями.

– Ты говоришь так, словно это не подарок, – после небольшой паузы произнес Шаханшах.

– Это подарок. Император дарит три сотни ружей, предлагая испытать их в бою. И, если Шаханшаху они понравятся, предлагает покупать для перевооружения своей армии и врагов ваших врагов…

Дмитрий решил подложить англичанам и прочим французам свинью галактических масштабов. А именно взять и начать вооружать вполне современным оружием азиатов до того, как их подомнет под себя Западная Европа. Красиво? Конечно. Великий правитель стремился делать великие дела. На публику по крайней мере. А так, если отбросить реализацию масштабных геополитических планов, Дмитрий просто стремился заработать денег. Много денег. Очень много денег.

На 1613 год Балтийский торговый канал оказался изрядно затруднен из-за войны между Швецией и Данией. Редкие корабли англичан, голландцев и испанцев – вот и все, что видели его порты уже несколько лет подряд. Да, пробные партии ружей приобретались, но пока особенно не рвались осуществлять массовые закупки. Дмитрий это объяснял для себя тем, что особой нужды не было. Вот когда вспыхнет новая волна религиозных войн – то да, заинтересуются. А пока Европа с натянутой улыбкой реагировала на промышленные товары, сделанные на Руси.

Требовалось время для укрепления репутации и начала внятных продаж. Десять, может, даже двадцать лет. Но Дмитрий столько ждать не хотел, не видя в этом смысла. Поэтому, воспользовавшись удачно подвернувшимся посольством из Персии, он решил разыграть эту карту.

Для обеспечения своих амбиций в области международной торговли оружием император развернул к 1613 году Московский оружейный завод. Наверное, наиболее технически и технологически развитое предприятие мира.

Головной комплекс с сотней сотрудников осуществлял окончательную сборку, сортировку и приемку. Непосредственное же изготовление лежало на двадцати трех цехах, разбросанных по окрестностям Москвы. Пять сотен сотрудников, тридцать два водяных колеса, сорок три «ветряка» и полторы сотни воротов конного привода. А вместе с тем разнообразные токарные и сверлильные станки, кривошипные и винтовые прессы, кузнечные механические молоты, обеспечивающие радикальный рост производительности труда на поковке. И так далее, и тому подобное. Но главное – стандартизация всего и вся, строгий взаимоконтроль и самое обширное внедрение конвейерных принципов[5]. Ну и над повышением технологичности производимых конструкций тоже шла напряженная работа. Так, например, в 1610 году была запущена полностью обновленная линейка, изрядно преобразившаяся именно в этом плане, что существенно снизило стоимость и время производства без потери эксплуатационных качеств[6].

Как итог всех этих маневров, Дмитрий, опираясь на персонал в шесть сотен человек, из которых большая часть не тянула по квалификации даже на подмастерьев, производил по три тысячи стандартных ружей и десять тысяч замков[7] каждый месяц. КАЖДЫЙ МЕСЯЦ![8] Такой дикой производительности труда не было нигде в мире в те годы. А главное – эти изделия были не только массовыми и дешевыми, но и весьма качественными. Очень немногие мастера-ремесленники Европы могли изготавливать что-то подобное. И да, ружья с колесцовыми замками были не единственной продукцией Московского оружейного завода.

Конечно, Аббас всего этого знать не мог, а потому в его глазах ситуация выглядела совсем иначе…

В один прекрасный день его извечные враги – османы – вдруг запросили мира и спешно стали отводить свои войска на Балканы и Черноморское побережье Кавказа. Что такое? Почему? Шаханшах очень заинтересовался причинами столь странного поступка. И каково было его удивление, когда он узнал о фактическом исчезновении Крымского ханства?

Тут нужно пояснить тот факт, что Аббас всю свою жизнь с самых первых дней правления искал союзников для борьбы с Османской империей. Рассылал дипломатов по всей Европе. Все улыбались его послам, хлопали по плечу, говорили красивые слова. Но единственное, чего ему удалось добиться, – привлечение англичан к формированию корпуса регулярной пехоты. Разумеется, взамен они потребовали огромные льготы в торговле.

А тут такой подарок – и дружественный сосед, и с османами на ножах. Сказка наяву!

Разумеется, в Москву сразу же ушло большое посольство с богатыми дарами – договариваться. Не ушло. Убежало. Потому что Аббас разрывался между борьбой с державой шибанидов на востоке и османов – на западе. И эта передышка, что была обеспечена ему Дмитрием, позволила серьезно укрепиться на востоке.

Император не пожелал ничего подписывать и давать какие-либо обязательства, используя очень разумные доводы. И Аббас вполне согласился с тем, что воевать с ТАКИМ плечом снабжения довольно глупая затея. Неудача? Может быть. Ведь правитель Севера не мог воевать с османами. Но и не отказывался, указывая на то, что идея ему нравится, но прямо сейчас он не готов. А это был пусть и маленький, но дипломатический успех. Впервые за всю историю крайне интенсивной дипломатии Шаханшаха.

Мало того, демонстрируя добрые намерения, Дмитрий прислал очень интересный подарок, глядя на который Аббас ясно и четко осознал, что за старье втридорога ему «загнали» хитроумные англичане. Понравилась ли идея Шаханшаху? О да! Он с радостью будет покупать эти ружья. Сколько Дмитрий продаст, столько и купит. Ведь в землях бурлящей и непрерывно воюющей Индии эти дивные «стволы» у него с руками оторвут, как и на Аравийском полуострове. А что это означает? Правильно. Правитель Севера ему фактически предлагал перевооружить свою армию самым современным оружием за счет врагов его врагов. Почему бы и нет?

Дипломатический ход сделан. «Шар» оказался на стороне Аббаса, и ему требовалось сделать следующий шаг.

Как ему поступить? Как найти способ закрепить и расширить этот едва теплящийся союз между правителем Севера и Юга? Поэтому он, отложив подарки, принялся самым подробным образом расспрашивать своего посла. Что Дмитрий за человек? Какой характер? Какие увлечения? Чем живет? Что любит? И так далее.

Посол эту реакцию своего монарха просчитал еще в Москве, начав готовиться самым тщательным образом. И начал с того, что достал серебряную пластинку дагерротипа[9].

– Государь-император Дмитрий Иванович, – произнес посол и замолчал, давая Шаханшаху и остальным насладиться видом.

– Удивительно тонкая чеканка… – покачал головой Аббас.

– Ее делали сами лучи солнца.

– Что? Но как?

– Государь-император придумал механизм, который позволяет собирать солнечный свет в пучок и выдавливать на серебряной пластине изображение. Этакий отпечаток мгновения. Таким способом можно сделать оттиск не только внешнего вида человека или животного, но и всего, что может наблюдать глаз. Метод пока очень трудоемок и непрост, но император работает над его совершенствованием.

– Но он же полководец! А это все так неожиданно выходит, – покачал Аббас головой.

– Ходят слухи, что до того, как стать монархом и полководцем, император хотел стать ученым. Вот и последствия этих желаний. Кстати, ружья, что он прислал, – тоже его разработка. От и до. Они переполнены новинками. Тот же штык – полностью его изобретение, неизвестное ранее в Европе.

– Даже так, – произнес, покачав головой Аббас. – Правитель, полководец, ученый. А что он за человек?

– Странный, – чуть подумав, ответил посол. – Очень странный и неоднозначный. За первые три года своего правления он уничтожил сто пятьдесят тысяч человек. Для тех слабозаселенных земель – большие потери. Вырезал или выгнал из державы аристократию, что противилась его реформам. То есть почти всех. Конфисковал их земли. Отобрал у Церкви три четверти земель и денег. Уничтожил поголовно всех легитимных претендентов на престол. И в то же время он печется о простых селянах, ремесленниках и купцах. Отменил все внутренние таможни, приравняв подобные поборы к разбою. Сильно снизил налоги и подати. Упразднил привязку людей к земле и любые формы личной зависимости. Воскресил человека.

– Что?! – поперхнулся Аббас. – Воскресил человека?!

– Да. Свою жену. И сделал это на глазах очень многих людей. Во время восстания столица оказалась охвачена бунтом. Его супруга, мать и единственный ребенок погибли в дыму. Жену он очень любил, поэтому настолько истово воззвал к небесам, что те откликнулись. Поговаривают даже, что император угрожал высшим силам, но, я думаю, это простая болтовня.

– А ты видел ту, что воскресла?

– Конечно. И не один раз. Очень деятельная и толковая особа, хоть и баба. Она пользуется большим доверием императора и является блюстителем престола в его отсутствие. Дело в том, что Марина после воскрешения сильно изменилась. Родив ему дочку, она приняла постриг, потеряв всякий интерес к близости. Впрочем, далеко от себя он ее все равно не отпустил – она сейчас заведует Имперским архивом и подготавливает открытие большой публичной библиотеки. По этому делу мы с ней и общались много раз. Я заглянул в архив и изрядно удивился его устройству[10]. Она, кстати, просила при возможности выслать ей человека, что ведает в старых и новых восточных языках, а также рукописях. Ее интересовали персидская и индийская литература. Марина слышала и про сборник сказок «1000 и 1 ночь», и про «Камасутру», и про многое другое.

– Ты с ней разговаривал только о книгах? – удивленно повел бровью Аббас.

– Книги были поводом для общения, – лукаво улыбнулся посол. – Постриг ведь подразумевает, что брак между супругами расторгается. А Дмитрий новую жену себе не взял. Вот я и пытался понять – почему.

– И что ты выяснил?

– Не находит подходящей кандидатуры.

– Странно. Как же так?

– Дело в том, что у него очень необычные вкусы. Ему нравятся подтянутые, поджарые женщины, подобные степным волчицам или большим диким кошкам. Дерзкие, своевольные и сильные. Такой тип – редкость. Тут и с телом беда, и с характером[11]. Упитанные, мягкие, нежные женщины ему неинтересны. Он считает, что только сильные женщины рождают сильных мужчин.