Допмун. Печальное Солнце

Глава 0

Новости с Севера

Солнце опустилось за горизонт.

На темном небе посреди бесчисленных звезд воцарилась луна.

К заставе приблизились две темные фигуры и еле слышно позвонили в маленький колокол, подвешенный на резной воротине. Со стороны небольшого острога, стоящего на высоком холме, показались еще двое, направляющиеся к первым.

Поравнявшись, все четверо обменялись небрежными поклонами, скорее даже кивками. Один из пришедших последними произнес тихим голосом:

– Все спокойно, можно снять капюшоны.

Присутствующие открыли лица. Те, что пришли первыми ничем не отличались от обычных людей. Один был темноволосый, с короткой стрижкой, среднего роста. Его спутник был похож на южного эльна, с белыми длинными волосами, но высокий, что было не характерно для лесовиков. И ко всему, у него были уши человеческого типа и человеческие глаза. Было ясно, что он просто хотел быть похожим на этих существ.

Посоветовавший снять капюшоны, человек с седыми волосами, преклонного возраста. В глазах его отражалась мудрость прожитых лет. Он был низкого роста, худощавый. Последний отличался от остальных большими красивыми глазами, бледной кожей, заостренными кверху ушами и светло-русыми волосами, собранными в пучок причудливой заколкой. Это была Северная Эльнийка.

– Ну, какие новости с Севера? – спросил она.

– Новости не самые лучшие, – ответил темноволосый, и, достав свиток с печатью, протянул его женщине.

– Влад и Архангелоградье объединяются с Новым Городом, – заговорил блондин, – две недели назад Левобережье пал под натиском войск Влада, это была последняя крепость перед Омутом. Столица будет занята Севером. Это лишь вопрос времени!

– Что значит это послание? – спросила женщина с явным удивлением, развернув перед собравшимися свиток. На пергамене не было ни единого слова.

Темноволосый чуть притянул к себе свиток, как будто хотел в нем разглядеть хоть какие-нибудь знаки, но в следующее мгновение он, казалось, уже знал причину.

– Император, возможно, хотел, чтобы мы всё передали на словах! – сказал он, – Север всегда был непокорным, а теперь набрал столько силы, что сможет завоевать весь материк!

– Но северянам, нужна не Империя, им нужны ресурсы юга! – с явным беспокойством произнес старик.

– Вот именно, Си́лен! – вышел вперед длинноволосый, – Орканум – последняя провинция перед Большим Водоразделом, если все земли – от Никеля до Хабли-Эфри́ма – будут под властью Севера, эта междоусобица может перерасти в великую войну. Эль-Ифрам будет уничтожен, а вместе с ним и все Сакраменты! Вы представляете, что всё это значит?!

– Будет тебе, Арсений, – остановил его спутник, – Император хочет, чтобы мост в Орканум был разрушен! – говорящий оглянулся назад, в сторону противоположную острогу. Вдали виднелась длинная линия слабых факелов – это, по-видимому, и был тот, мост о котором говорилось, – больше никаких действий, все армии итак в полной боевой готовности, остается только надеяться на лучшее!

И, немного подождав, он накинул капюшон и развернулся.

– Идем, Арсений, удачи вам! Может, еще увидимся.

Арсений поклонился, накинул капюшон и исчез в темноте вслед за своим товарищем.

Оставшиеся двинулись в противоположную сторону от моста, к острогу на холме, где на башнях были видны огни факелов дозорных.

– Ты чем-то расстроена, Эленд? – спросил Силен у своей спутницы, заметив мрачное выражение ее лица.

– Левобережье, моя родина, его обитатели были последними, кто остался верен империи на Севере – ответила эльнийка тихим голосом, – столько эльнов погибло напрасно, столько крови!

– Эленд, не печалься, ты удивительный эльн, – улыбнулся старик, – знаешь, обычно северные эльны бездушны и жестоки, но ты не такая, поверь, твои сородичи погибли не напрасно! Теперь все в твоих руках.

Они подошли к деревянным воротам острога. В свете факела Силен заметил, как на прекрасном лице Эленд блеснула слеза.

Они постучали три раза. Ворота Тарроса медленно отворились.

Глава 1

Зима в Цветочном Городе

Был прекрасный летний день. Яркое солнце на безоблачном небе сменило луну и теперь царило над всем Орканумом.

Дорога из Тарроса в Цветочный Город, центр Александрии, северных земель Орканума, проходила по восточной границе Забытого Леса, который по ночам наводил ужас на все прилегающие к нему поселения. Но сейчас был ясный день и, ни о каких чудовищах и нечисти речи и быть не могло. Сам Цветочный Город стоял на большой поляне, своеобразно углубленной в лес, так что дорога в этой части расходилась на две, а та ее часть, что вела в город, закруглялась по опушке леса.

Вдоль дороги, ещё до развилки, где город был еле виден через приклинок леса, вокруг которого и проходила дорога в город, собирала травы и ягоды красивая молодая южная эльнийка в светло-голубом чепчике и легком платье, напевая веселые песенки на своем языке.

Тишину нарушил звук скачущих лошадей, приближавшийся со стороны Тарроса. Эльнийка обернулась в сторону шума.

– Северяне!? – ужаснулась девушка, – нужно предупредить город.

И в следующую секунду, бросив корзину на землю, она пустилась бежать через лес напрямик – так был хоть какой-то шанс успеть раньше всадников.

Она уже выбежала на поле – до города оставалось всего каких-то пару сотен саженей – когда перед ней возник вздыбленный конь. В ту же секунду с жеребца слетел огромный воин и схватил эльнийку, однако, она смогла вырваться. Но с другой стороны ее поджидал еще один… похожий на человека. Оба нападавших имели человеческое телосложение, но кожа их была синей, на голове вместо волос было что-то подобное коротким шипам, а глаза налиты красным.

– Здрасьте, красавица, куда это мы направляемся? – сказал один из существ обычным мужским баритоном.

– Девушка увидела краем глаза, что остальные члены отряда уже приближались к городу. У нее не было никаких шансов, ни предупредить горожан, ни спастись самой.

– Иди-ка сюда, милая, – с отвратительной улыбкой сказал второй и попытался схватить ее.

Но вдруг из его груди возникло острие клинка, и из открывшегося рта хлынула кровь. Другой нападавший удивился и обнажил меч. Убитый доломит повалился наземь – за ним стоял молодой парень с окровавленным мечём. Он был среднего телосложения с мускулистыми руками и сильными ногами. Небрежно зачесанные назад каштановые волосы говорили о волевом характере, а злобное и решительное выражение лица – о его непоколебимой намеренности не церемониться с обидчиками. Синелицый бросился на спасителя, но тот искусным ударом снес ему голову.

– Идем, ты знаешь город? – спросил парень и, взяв эльнийку за руку, направился вдоль дороги, – есть тайный ход, так чтобы другие нас не заметили?

– Да, идем! – эльнийка повела своего спасителя от дороги и через несколько минут они оказались у железной калитки. Девушка достала маленький ключик и открыла замок, – кстати, я – Анлиль – улыбнулась она и повела его в узкий проем между двумя домами.

Проем выходил на большую рыночную площадь красивого города с домами из белого тесаного камня, покрытыми огромным количеством разнообразных цветов.

– Стой, дальше нельзя! – прошептала Анлиль и увлекла своего спутника за ящики, стоявшие в конце проема, – Они уже в городе!

Цветочный Город расположился, как уже было сказано, на поляне, которую рассекала река, вытекающая из Забытого Леса. Река разделяла город на две части, которые соединялись между собой массивным каменным мостом. В западной части стоял графский дом, постоялый двор и Дом Колдунов. Восточная часть представляла собой просторную рыночную площадь, в южной части которой располагались торговые лавки и таверна, а в северной – ряд жилых двухэтажных домов. Врата в город были здесь же – в восточной стене. Повсюду стояли горшки с множеством разнообразных цветов, по каменным стенам вились плющ и хмель. Площадь была выстлана камнем, как и все пространство между домами. Таким предстал город перед спасителем Анлиль, который, вероятно, был здесь впервые.

В центре площади в это время стоял человекоподобный синекожий воин и оглядывал людей, которых схватили его бойцы; остальные горожане, что были на улице, но не посмели уйти или просто не успели, жались в стены окрестных домов.

– Эти синекожие – доломиты,– шепнула Анлиль своему спутнику, – Север завоевал их родину в горах Альдер – Делам.

– Мне кажется, я уже видел их раньше, – с колебанием сказал незнакомец.

– В смысле «кажется, видел»? – удивилась Анлиль – их ни с кем, вроде, не перепутаешь!

– Я не помню, кажется, видел в…– парень запнулся, – …где же я их видел….

– А как тебя зовут? – Анлиль, кажется, поняла, в чем дело.

– Меня зовут, эээ, – парень посмотрел на нее потерянным взглядом, – похоже, что я не знаю.

В это время доломит, стоявший в центре площади, говорил:

– Жители Цветочного Города и всего Орканума передайте всем, что войны Севера, несмотря на, то, что мост разрушен, скоро будут здесь! Омут осажден нашими войсками и скоро будет повержен. И если наша армия не сможет переправиться через Овраг, то мы найдем и другие способы, как уничтожить ваши города!

Доломит выхватил у стоящего поодаль него северного эльна длинный посох и с размаху врезал его в землю тыльной стороной. Посох пустил волну холода и начал замораживать стоящих рядом горожан. Воинов Севера мороз не брал. Дома начали покрываться инеем, цветы и зелень увядать. Над городом образовалась снежная туча, подпитываемая посохом. Северянин отнял руки от посоха, продолжившего стоять вертикально земле, и взмыл на лошадь.

– Стужа! – проорали всадники и пустились вон из города.

Посох больше не замораживал, но с неба падал снег, и морозило, как на родине северных эльнов.

Постепенно начали выползать жители из своих убежищ и, охая, разглядывали ледяные фигуры своих соседей.

– Холодно, – сказал незнакомец, потирая свои мускулистые плечи.

Анлиль и ее новый друг вышли из своего укрытия и начали считать замороженных.

– Семеро, их семеро, – раздосадовалась эльнийка, – вот скоты, скоро они нас всех заморозят, а может еще хуже! Ты слышал, они знают другие способы, как нас извести! Что делать? Что делать?

– Для начала, – произнес незнакомец, ежась, – надо найти место для ночлега, здесь есть постоялый двор, таверна?

– Есть, на том берегу, «Княжья лилия», – ответила девушка, – только она тебе не по карману, у тебя вообще деньги-то есть?

Неизвестный осмотрел себя в поисках кошельков, сумок или хотя бы карманов, но ничего подобного не нашел.

– Судя по всему ни денег, ни чего-нибудь другого ценного у меня нет, – вздохнул парень, – придется спать на улице.

– Не придется! – улыбнулась Анлиль. Она схватила своего спутника за руку и повела за собой.

– Я живу недалеко от города, останешься пока у меня, если конечно ты не убийца, – говорила девушка, – ведь ты не убийца, верно?

– Надеюсь, что так, – промолвил ее спутник.

Они перешли по обледенелому мосту и пересекли небольшую улицу, на которой суетились богатые постояльцы «Княжьей лилии»; обитатели и прислуга графского дома; колдуны, поспевающие к месту появившейся волшебной аномалии и, судя по внешнему виду, воришки и прохиндеи, решившие воспользоваться общей суматохой.

Анлиль со своим новоиспеченным приятелем зашли за графский терем и через такую же калитку, как та, что привела их в город, вышли к подножию уходившего вверх холма.

– Так значит, ты потерял память? – первой заговорила эльнийка.

– Выходит, что так.

– Надо тебе придумать имя! – предложила Анлиль, – какое ты хочешь?

– Не знаю, я и имен не помню, какие есть?

– Ну, ты вроде, хорошо обращаешься с клинком, значит ты воин. Так как, известно только это, пусть и имя у тебя будет соответствующее – Бор, значит, воин.

– Мне нравится! – улыбнулся парень.

Взобравшись на вершину холма, они оказались перед небольшим домиком, наполовину деревянным, наполовину кирпичным, заросшим ягодными деревьями. За домом был устроен небольшой садик с овошником, огороженный слегами. За садом земля резко обрывалась в крутой овраг, на противоположной стороне которого рос Забытый Лес. У крыльца причудливого строения росли два высоких вереса.

– Вот и мой дом, – улыбнулась Анлиль, – идем, я тебя накормлю. Мои родители давно умерли, так что я живу одна. Можешь никого не стесняться.

Внутри было весьма уютно. Все пространство было разделено на две части плоской печью. В передней части комнаты была устроена кухня с дверью на задний двор и алхимическая лаборатория. За печью в передней части стоял большой диван и книжный шкаф, в глубине располагалась большая кровать с балдахином. Стены давно покрылись копотью, но было очень чисто.

За окном уже давно было темно. Анлиль приготовила ужин. На столе стояли чугун с печеным картофелем, тарелки с помидорами, огурцами и зеленью, хлеб на доске в форме ячменного колоса и копченый окорок.

Девушка присела напротив Бора и оба с явным удовольствием принялись уплетать за обе щеки.

– Слушай, – спохватилась Анлиль, – ты, наверно, не чураешься этого дела?

Парень сначала оторопел, но из глубин памяти, сам пришел ответ:

– Вроде как противник выпивки никогда, думаю, не был.

Хозяйка обрадовано открыла один из многочисленных шкафчиков и достала оттуда темную бутыль, объемом не меньше четверти ведра.

– Это я сама делала, – налив в два темно-синих стакана золотистую жидкость, похвалилась девушка, – Хмельной мед.

Наевшись вдоволь, новые знакомые переместились в так называемую горницу. Бор, довольный, развалился на большом диване и с улыбкой попивал медовуху. Анлиль убрала кухню, перенесла догорающую лампу на маленький столик у дивана. Здесь же оставила полупустую бутыль со сладким зельем. Юная хозяйка запрыгнула на кровать, задернула балдахин и, раздевшись, забралась под одеяло. Чуть отодвинув занавесь, она собралась немного поболтать перед сном, но ее новый друг уже сомкнул глаза и мирно храпел.

Глава 2

Дом Колдунов

Завтрак Анлиль был великолепен. Яичница с удивительными ифрамскими специями, свежая зелень, еще горячий ржаной хлеб и травяной завар. Хмель сняло, как по волшебству – видимо, девушка специально подобрала определенные травы для напитка.

– И что теперь? – заговорила Анлиль, – что планируешь делать дальше?

– Вчера всё само собой определилось, – ответил Бор, дуя на горячее содержимое кружки, – для меня всё началось с чистого листа! Я должен помешать северянам опустошить Орканум. Я чувствую, что это мой дом, и я должен его защитить!

– А может…, – девушка села перед ним и положила свою руку на его, – может, ты просто останешься со мной, и мы будем…

Бор встал и отошел к окну, из которого открывался вид на город, заметаемый снежной бурей.

– Я должен попытаться, – обернулся он к помрачневшей девушке, сидевшей поникнув на краю стола, – может это все не случайно, может, я предназначен для этого!

– Бор, в Оркануме живут тысячи людей, почему именно ты должен всех спасать?

– Я должен делать, что и другие, должен бороться, ты же сама дала мне такое имя, – ответил парень и подошел к девушке, – но если ты позволишь, – он взял ее за руку, – я буду каждый раз возвращаться к тебе, как только буду рядом.

Анлиль улыбнулась и легонько кивнула головой, затем она встала и вытащила из книжного шкафа запечатанное письмо с гербом.

– Вот возьми, это письмо от верховного магистра Дома Колдунов из Омута Харбиля CXXIX, в нем написано, что ты прибыл по вопросу о происшествии в Цветочном Городе.

Бор взял конверт.

– Откуда это?

– Я сама сделала. Герб Колдунов изображен над дверью их дома. Я его каждый день вижу, запомнила уже давно. Почерк и роспись магистра я видела в объявлении, висевшем на площади несколько лет подряд о каком-то ворожейском запрете. Память у меня хорошая, так, что все точно, можешь не волноваться. Да и ко всему – в этой суматохе никто не будет ничего подозревать.

– Я все равно не совсем понимаю…

– Что не понятного? – девушка начала вытаскивать вещи из большого сундука за кроватью, – Думаешь, я не знала, что ты решишь? Мужчины все такие. Я просто заранее все подготовила.

Девушка подобрала подходящий колдунский наряд.

– Надо тебя одеть соответствующе, твои крестьянские лохмотья тебя выдадут сразу!

***

Даже в страшную метель Дом Колдунов снаружи выглядел великолепно. Дом вписывался в общие экстерьеры города, но, в то же время, был не похож на другие строения. Очертания его не были идеально прямыми, а кое-где пытались создать закругленные фигуры. Синяя черепица на кривых скатах крыши, показывала еще одну индивидуальность Дома. Больше в городе синей черепицы нигде не было, преобладали красная, светло-зеленая и коричневая. Большие окна неправильной формы в большинстве своем были застеклены разноцветными витражами. Над массивной дубовой дверью висел герб Дома Колдунов – глаз с листом ясеня посередине.

Внутри было тепло и пахло разнообразными травами. Колдуны постоянно снаряжали экспедиции в Забытый Лес и другие опасные места, где и произрастали редкие виды ценных растений. В дополнение к этому в таких местах у колдунов имелись свои люди, живущие там постоянно и занимающиеся в основном собирательством, приносящим неплохой доход. Фармацевтика являлась одним из приоритетных направлений деятельности Дома Колдунов, поэтому на его гербе помимо «всевидящего ока» был изображен ясень – редкое растение, обладающее удивительными свойствами, но практически истребленное в наше время. Тусклый свет свечей, группами плавящихся на выступах в стенах, мистически растворялся в клубах дыма воскурявшихся снадобий. Пришедший сюда чувствовал себя умиротворенно, хотя это и было навеяно действиями чудесных обитателей полей и лесов.

Из полумрака возникла молодая колдунья с темными волосами в цветных одеждах.

– Доброго утра вам, волшебник.

– И вам того же, – улыбнулся Бор и протянул письмо, – у меня сообщение настоятелю вашего дома.

– Прошу вас за мной, – девушка увлекла псевдоколдуна в узкий темный коридор, который вывел их к массивной деревянной двери.

Посреди комнаты стоял дубовый стол, за которым сидел, видимо, настоятель и курил большую трубку. Одет он был в большое количество фиолетового цвета лохмотьев, а на его седой голове возвышалась широкая заостренная шляпа. Старик улыбнулся, пригласил гостя сесть перед собой и распечатал поданное девушкой послание.

Прочитав рукопись, он медленно поднял свое тучное тело из массивного кресла, подошел к стене и щелкнул пальцами. Темные шлифованные камни раздвинулись, и перед ним появилось большое застекленное окно, из которого сквозь клубы снежных хлопьев на другой стороне реки виднелась площадь с холодильным посохом, исправно морозившим небо. Старый волшебник заговорил:

– Тридцать лет и три года я управляю этим отделением Дома Колдунов, а до этого тридцать лет совершенствовал свое мастерство, но никогда за все эти годы не сталкивался с подобным колдовством!

Старик вновь щелкнул пальцами. Комнату вновь наполнил полумрак. Настоятель вернулся на свое место и затянул поглубже трубочку. Глаза его наполнились умиротворением и сладким безразличием – подействовала смесь, забитая в его трубке.

– Не обращай внимания, – Бор вздрогнул от сладкого голоса, прозвучавшего у него в голове, и обернулся на стоящую поодаль юную волшебницу, приведшую его сюда, – ой прости, не пугайся, просто я умею так говорить, и еще мысли читаю, – девушка улыбнулась и продолжила, – настоятель Жорес последнее время открыл удивительные свойства дурман-травы. Вот теперь исследует побочные действия.

Бор широко улыбнулся ей и мысленно ответил:

– Судя по его состоянию, побочные действия все-таки есть!

В это время настоятель Жорес продолжил:

– Мой родной Цветочный Город не должен так страдать. Я должен его спасти. И я спасу его! – настоятель снова затянул дурман, но на этот раз чуть-чуть, – очень хорошо, что вы прибыли, адепт Бораций, – наш герой удивился своему титулу и измененному имени, – магистр в письме говорит о вас, как об очень способном ученике. Для вас положительный результат этого мероприятия обернется повышением. У нас уже есть некоторые соображения по поводу этой чертовщины, что творится в городе. Я лично буду помогать вам в этом нелегком деле. Орнела будет помогать вам, – он указал на телепатку, – ее способности могут пригодиться как никогда кстати. Вы ведь уже убедились в этом, – старик с улыбкой подмигнул новоиспеченному адепту, который почувствовал себя весьма неловко, – Приступайте немедленно, всю информацию передавайте мне, я помогу всем, чем смогу, Бораций.

Адепт и телепатка уже стояли у двери, когда настоятель добавил:

– Орнела, милая, накорми гостя, он с дороги проголодался, и напои нашим особым отваром из березовых брунек с кипреем из Орешникового леса. Чудесное действие, мой дорогой, чудесное действие!

Просторная столовая находилась в противоположной части особняка. Как и везде, здесь стояли те же дубовые столы и стулья, большой очаг, полыхавший много больше обычного, у которого суетилась старая повариха. Под витражными окнами стояли деревянные тумбы и лари. Напротив, на стене висели массивные полки с разнообразной кухонной утварью.

Пока готовился отвар юная Орнела куда-то исчезла. У Бора было немного времени все обдумать. Он уселся за стол и погрузился в свои мысли. Но тут появилась его новая спутница и заговорила.

– В общем, ничего толком про этот морозильный посох не известно. Предмет определенно с Севера, поэтому-то никто ничего не знает. Древнее волшебство. Северные Дома отделились и начали исследовать свои силы. У нас вообще нет таких холодов, да и снега бывает не всегда много. Так что придется исследовать все с нуля!

– Понятно, – улыбнулся Бораций. Повариха подала целебный отвар, – хотел поинтересоваться, ваш настоятель тоже умеет мысли читать?

– Он много что умеет, – пожала плечами юная красавица, – вроде и не умеет, но знаний у него много. Несмотря на его милейший образ, он может быть и очень злющим. И сил у него хоть отбавляй!

***

Заваленная сугробами площадь была заполнена людьми. Большинство из присутствующих были разного сана колдунами: одни – волшебники высших уровней – озабоченно стояли и что-то пытались надумать; другие – адепты и ученики – суетились и бегали вокруг посоха, то и дело, смотря на медленно разрастающуюся снежную тучу, нависшую над городом и ползущую на окрестности. Судя по всеобщему смятению, никакого разумного решения проблемы еще не было принято.

Бораций все внимательно осмотрел. Его ничем не забитый мозг, надо было полагать, мог быстрее прийти к правильному выводу. Орнела пошла расспрашивать всех об аномалии. Может, кто и скажет, что-нибудь вразумительное.

– О, здравствуй, прелестная Орнела! – завидев ее, ожил бывалый кудесник средних лет в изумрудных одеяниях, – а у нас тут, как видишь, непонятная вещь – лютая зима!

– Вижу, вижу, – отозвалась девушка, – да, явление действительно очень-очень странное, – она специально подбирала незамысловатые выражения, – никто ничего не знает. Волшебников много, а оказывается толку от них мало, Емельян.

– Ну не так уж и мало, – многозначительно ответил волшебник, покручивая туловищем с запрокинутыми назад руками, – у меня, например, кое-какие догадки есть на этот счет! И я бы сказал – немалые.

Орнела внутри обрадовалась такому повороту, но никакого вида не подала. Она, зевая, вымолвила:

– Я, конечно, не очень то, честно говоря, интересуюсь такими сложными для моего уровня развития чудными явлениями, но вы-таки смогли разжечь во мне интерес!

Емельян осторожно отвел любознательную девушку в сторону от толпы и начал, озираясь по сторонам, делиться своими соображениями.

– Все поняли, что колдовство северное, это и дураку было бы ясно. То, что посох питается за счет теплоты земли, тоже многие догадались, – это было интересно, хотя и на первый взгляд бесполезно, – туча растет! И это многие заметили! А вот то, что эта туча дико боится небесное светило, я думаю, еще мало, кто заметил! Сама глянь, – Емельян указал на тучу, точнее туда, где виднелось солнце. Даже через клубы снежинок можно было заметить, что в этом месте туча разрежена, – я был на Северах и могу заверить, что обычные, не волшебные, облака так не тают от Солнца! Это может помочь не просто понять природу происходящего, но помочь устранить его! – говорящий был очень важен.