- -
- 100%
- +
– Что ты говоришь? – прошептал Бор, помогая встать раненому.
– Нам нужно уходить! – шепнул Арыс, и Бор подался к двери, – Нет! Через окно, никто не должен нас увидеть!
Бор как можно тише открыл массивный ставень и как можно бережнее просунул в оконный проем раненого. Благо навес, на котором они оказались, упирался прямо в лес. Еле-еле Арыс сполз по кривому дубу вниз, Бор с легкостью прыгнул на мягкую лесную подстилку.
– Дым идет, нужно вернуться! – метнулся Арыс, но упал в перегнившие листья, – там Ве…
Таверна начинала дымиться изо всех щелей.
– Мы не можем вернуться! Но не волнуйся, все итак уже проснулись, слышишь крики?
– Ладно, скорее, в Волову! – промычал Арыс, он терял последние силы, – вдоль дороги – не ошибешься!
– Я тебя не брошу! – Бор взял его под мышки и потащил в чащу.
– Алексей, козёл! Предатель! – стонал Арыс.
***
– В итоге мы кое-как добрались до Воловы, там я его и оставил, иначе он бы не дотянул до… – Бор допил содержимое фляги.
– Если бы вы доверяли Арысу, а не Алексею, этого бы не случилось! – укорила их Эленд, глядя на Элиаса, видимо, она уже всё знала про ночной разговор в тайном убежище Теней в Цветочном городе. Элиас виновато опустил голову, – я не удивлюсь, если это злополучное письмо было написано Алексеем! Он никогда мне не нравился!
Все замолчали. Элиас извлек из дорожного кожаного мешка еще одну флягу – полную.
– Ну так, а что же с сакраментом? – спросил Бор, вспомнив про то, что Эленд сказала в Линденгарде.
– Кочерга успел немного перевести из книги, – заговорил Элиас, начав флягу, – он сказал мне так: «Он простер руку свою и взял его, и оно не обожгло его, и воцарилась густая тьма по всей земле, и никто не видел друг друга и только его люди имели свет, так как Солнце было в его руках. И тогда, взяв Солнце ушли они к морю, освещая всё на своем пути, да так ярко, что вся трава сгорела под Солнцем».
– Так получается, что сакрамент это – Солнце! – Бор раскрыл рот от удивления.
– Разве ты не ощутил этого? – спросила Эленд, – там, на Белой горе?
– Не знаю, я видел что-то странное как будто вся земля как блин, стоящий на удивительных тварях…
Бор замолчал. А как вообще выглядит мир, далеко-далеко, откуда можно было его разглядеть как на ладони. Элиас глотнул огненной из фляги, Эленд оглянулась назад. Тройка въехала в Старый Олдоглор, затем остановилась на главной площади Олдоглора, где к ним присоединились дочь хозяина «Теплой», Ка’вира, Тавия, Роса и Эни. Все радостно поприветствовали Бора, и большая повозка двинулась дальше, предварительно заменив уставших лошадей.
– А что же все-таки за артефакт тогда остался у северян?
Элиас пожал плечами.
– Хрен его знает, что они там нашли, Кочерга вроде ничего им не сказал.
– Артефакт был уже у них, когда они прибыли в Хабли-Эфрим, – кивнул Бор.
– В любом случае, Алексей проиграл!
– А вдруг его план всё ещё работает? – не унимался Бор.
– Он мертв, а без него все его планы рухнули! – усмехнулся Сильверман.
– Умер? Как такое могло случиться? Я думал, что он шёл за мной по пятам!
– Так и было, но прошлой ночью Роса и Эни выследили его и отправили на тот свет!
Глава 11
Председатель сельсовета спустился к мельнице по пологому пригорку и вошел внутрь. Все зерно перемололи, и теперь мужики пили крепкие напитки и играли, кто в бабки, кто в карты. При виде Кириила все притихли.
– Добро, мужики, слушайте, что говорю! – громко и четко начал толстяк, – сегодня, здесь, в мельнице было схоронено древнее сокровище! Не пытайтесь искать его, оно на виду у всех и в то же время от всех глаз скрыто! Я вам доверяю всем, как себе, храните его, защищайте от всякого негодяя, ибо многие будут пытаться заполучить его! Добро, братья мои! – Кириил развернулся и зашагал прочь, заметив темную фигуру в капюшоне, сидевшую в дальнем углу мельницы у жерновов.
***
– Всё сделано, как ты и сказал, – улыбнулся толстяк, протягивая ложку меда больному, лежавшему в темном чулане, – ночью я спрятал в закромах серповидный малахит, а нынче днем просил, чтобы все берегли его как зеницу ока!
– Там был мужик в черном плаще? – тяжело спросил больной.
– Был, сидел под хорами, думал, я его не примечу!
– Отлично! Всё идет по плану!
– Ты отдыхай, Ар, – успокоил его Кириил, – Василиса сказала, что финка, которой тебя пырнули была ядовита. Она определила, что это была цианка, и она дала тебе синьку, да и сахарочек тебе помог, я, как посмотрю, ты всё-так и остался сластеной!
Арыс тяжело улыбнулся.
Глава 12
Солнце плавно превратилось в Луну на небосводе. Из белых домиков с соломенными крышами повалил дым. Спустившись к реке, большая группа оставила лошадей и повозку на конюшнях и, преодолев широкий открытый мост, направилась в сельсовет.
Эленд завидела Кириила в дверях его дома и с ходу спросила, где ее муж. Лицо ее помрачнело, когда добряк развел руки.
– Что значит ускакал? – кричала Эленд.
Дети Кириила забились за печную трубу, Василиса охала, то и дело откидывая пышную косу за спину, Кириил раздосадовано объяснял, что ни при чем.
– Пан Кочерга прискакал на своем осле и срочно попросил Арыса. Он был так настойчив, что я сказал, что он здесь и провел его к нему. Они недолго говорили о сакраментах, Эль-Ифраме, Адроне Леангре. После того, как Арыс услышал про него, он вскочил и, сев на лошадь, ускакал!
– Куда?
– Почем я знаю, он меня не слушал!
– А где Валерий? – спросил стоящий сзади Элиас, – он давно здесь был?
– Да небось в «Хате» пьет! – выкрикнула Василиса.
Валерий стоял у печи и возвещал о тайнах, сокрытых в глубинах истории, когда в трактир ворвались Эленд, Бор, Элиас, а за ними и все остальные.
– Где Арыс? – заорала Эленд во всё горло, сбивая с ног пьяного рыжего малого.
– Э—э—э, он должен был успеть на последний корабль! – пробулькал Кочерга.
– Куда? – продолжала кричать эльнийка.
– Куда ж ещё? – буркнул рыжий, – в Ифрам!
Эленд, недолго думая, пустилась на конюшню, оседлала лошадь и, преодолев крытый расписной мост, пустилась на юг. Бор скакал сзади на красивом огненном жеребце. На горизонте показалось зарево. Скоро рассвет. Дорога начала давать круг на восток. Впереди вдалеке показалась бескрайняя гладь воды. Вскоре дорога примкнула почти к самому берегу, а с лева ее ограничивала растущая по ходу движения скала. Становилось теплее, а по пути всё чаще и чаще мелькали фруктовые деревья – персики, инжир, сливы и виноградники. Впереди, на берегу небольшой дивной бухты показались маленькие квадратные каменные домики с пирамидальными четырехскатными крышами с деревянными горизонтальными пластинами по всем скатам, как будто крыши были разлинованы по всей длине. Несколько домиков уходили в небольшое ущелье за городом в подножии высокой отвесной скалы горы. Вокруг росли виноградники, ползущие по стенам домов и плетёным изгородям. На дальнем высоком мысе стоял высокий маяк с большим масляным кострищем наверху. На противоположном мысе располагалась небольшая пристань. Корабль давно отчалил и теперь был еле виден на горизонте.
Эленд соскочила с лошади и уставилась в сторону уходящего судна.
– Мы нагоним его на следующем корабле, – подошел сзади Бор.
– Нет, – мотнула головой эльнийка, – следующий корабль только через неделю, если не будет шторма, а если море будет неспокойно, то после его окончания. Чтобы его найти на огромном незнакомом материке, нам понадобиться не день и не месяц, а может год, два. Прежде чем отправиться в Ифрам, нужно собрать целую экспедицию, с лекарем, хорошими войнами, переводчиком, гужевыми животными, повозками, провизией, походными палатками и шатрами. На это нужно время.
– Можете не стараться! – послышался сзади голос Сильвермана, спешившегося с черного коня и подошедшего к Бору и Эленд, – Арыс узнал, что Адрон вчера отплыл в Эль-Ифрам, он последовал за ним. Найти их, что искать иголку в стоге сена.
– На чем он уплыл? – удивилась Эленд, – почтовый корабль только отошел!
– У Адрона есть связи, поверь мне, он был и Тенью и главой Союза Рабочих, он нашел подходящее судно. Думаешь, оно одно вдоль всего побережья? Здесь полно рыбацких деревень, некоторые из них весьма богатые и имеют добротные корабли для дальних морских путешествий.
– Но я должен пойти за ним, он мне стал как брат, – сказал Бор, глядя на Элиаса.
– Успеешь, не горячись! – улыбнулся Сильверман и достал из-за пазухи плотного короткого зипуна смятый конверт с печатью, изображающую сову.
Эленд побелела и с дрожью развернула протянутый ей конверт.
– Это от Шелленд, она жива! – прохрипела Эленд, читая дальше, – она нашла Альенд! Я должна отправиться на север! В Омут и дальше, я должна их разыскать, они живы!
Эленд оседлала лошадь и поскакала обратно, в Волову.
– Если ты последуешь за Арысом в Ифрам, то не только не найдешь его в бескрайней пустыне и непролазных тропиках, но и сгинешь там сам, и он этого бы не одобрил, – положил Сильверман руку на плечо героя, – но если ты не убережешь ее, он тебе этого никогда не простит! – Элиас кивнул головой в сторону удаляющейся из Уайтбрида Эленд, – если бы Арыс раньше получил это письмо, то отправился бы за ней!
Бор взглянул на друга, вскочил на огненную сивку—бурку и пустился вслед за северной эльнийкой.
Эпилог
Кириил сидел, понурившись, перед кривым могильным камнем на старом деревянном пеньке. Вокруг стояли другие такие же надгробья посреди нагорного редколесья.
– Зачем ты нас покинул, – немного дрогнув, говорил толстяк, – если бы ты не ушел так рано, то можетуспел бы на чему-нибудь, может, было бы всё по-другому, может, тогда бы мы жили в мире и без ненависти друг к другу. А не как сейчас!
Глаза толстяка налились слезами и, опустив голову, он тихо заплакал. Никто никогда его таким не видел, разве, что только обитатели этого старого погоста.
– Может он нас успел научить! – раздался голос позади и толстяк вздрогнул. Он обернулся и утёр слёзы. За ним, опершись на старое кривое дерево, стоял высокий худой мужык, немного старше его, со светлыми лохматыми вихрами, – не знал, что ты такой сентиментальный!
– Что тебе нужно? – хрипло спросил толстяк.
– Я не ненавижу тебя, и пришло время это доказать! – сказал Элиас Хитрый и протянул брату старый воеводский перстень, – наш отец был большим человеком, кто ж знал, что всё так обернется. Держи, он твой!
Густые хлопья снега медленно падали на холодную землю. Солнце отдалилось от земли и слабо светило бледным пятном где-то над горизонтом.
КОНЕЦ