- -
- 100%
- +
«Высокие цели, хотя бы невыполнимые, дороже нам низких целей, хотя бы достигнутых»
Гюго
Пролог
В помещении стояла жуткая духота и всё потому, что забыли открыть окна, а женщин разного возраста, претендовавших на должность няни, столпилось не менее пятидесяти. На два часа дня был заявлен отбор на вакансию няни для работы в престижных семьях местной элиты. Этот конкурс совместными усилиями подготовили агентство по трудоустройству и социальная служба города.
Что характерно, все, кто вместе с Анной Николаевной Суриной не так давно окончили курсы, скромно ютились позади разгорячённой толпы. А вот большинство претендентов обоего пола явилось со стороны, и были значительно моложе. Их поведение не вписывалось в обычные рамки приличия. Скорее подпадало под определение «вызывающее». Некоторые позволяли себе неприкрытую и недопустимую наглость. Они намеренно шумели, желая обратить на себя внимание. Бойко, а иногда и агрессивно работали локтями, применяя силу по отношению к претенденткам, окончившим специализированные курсы. Набежавшим со стороны дамочкам очень хотелось обратить на себя внимание. Анне Николаевне такое поведение было чуждо и непонятно. Даже смотреть на это женщине не хотелось. Мгновенно портилось настроение. Поколебавшись, она мысленно решила
отказаться от участия в конкурсе. Протиснулась сквозь толпу и вышла в коридор. Не успела отойти подальше от дверей аудитории, как к ней подбежала заведующая агентством. Именно его коллектив являлся организатором специализированных курсов, которые не так давно окончила Анна Николаевна. Заведующая за спиной бывшей студентки, словно заговорщица, протараторила:
– Анна Николаевна, куда же вы направились?! Я вас искала.
– Мне срочно нужно уйти, – не оглядываясь, ответила женщина. Ей не терпелось покинуть это сборище.
– Что вы тут делаете?! – не успокаивалась заведующая. – Мы своих студенток трудоустраиваем без всяких конкурсных отборов. Разве вы не знали?
Анна Николаевна, услышав слова заведующей, повернулась к ней и покачала головой.
– Вера Ильинична, это вы?! Простите, что не заметила вас там. И голос ваш показался незнакомым. Здесь собралось столько чужих людей, вот и решила, что мне лучше уйти. Извините, но я отказываюсь в этом участвовать. Иначе перестану себя уважать, – тихо ответила женщина. Она утонула в своих мыслях и не слушала руководителя агентства.
– Догадываюсь, что там творится. Вам и не нужно было участвовать. Разве вас не предупредили?!
– Нет, я не знала, что не следует приходить.
– Мы всем нашим студентам разослали предупредительные письма.
Анна Николаевна задумалась.
– Ой, моя вина. Несколько дней не проверяла почтовый ящик.
– Ничего, это поправимо. Пойдёмте со мной. У меня для вас есть очень хорошая новость. Вы наша лучшая студентка и вас в первую очередь положено обеспечить местом работы.
Женщины отошли подальше от аудитории, внутри и возле которой скопились желающие участвовать в конкурсном отборе.
– Хочу помочь вам, – твёрдым голосом заявила заведующая.
– Благодарю вас, Вера Ильинична. Но чем, собственно, вы можете мне помочь? Там собралось человек пятьдесят только женщин. Многие из них моложе меня. Вдобавок мужчины пришли. Не считала сколько, но и их много.
– Ну и что же? Они не мои работники. А вы вносили деньги за обучение на курсах, которые организовало наше агентство по трудоустройству. Я не обязана помогать посторонним. Ведь так? Социальная служба решила провести конкурс, я бы это назвала «Сито среди желающих», а после захотят предложить нам победителя для сотрудничества. Это дело завтрашнего дня. И я ещё хорошо подумаю, беседовать с их победителями или сразу отправить домой. Повторяю – вас всё это не касается.
Сегодня я хочу помочь своей лучшей студентке. Имею полное право. Тем более что, как нельзя кстати, появился серьёзный клиент.
– Неужели?! Звучит убедительно. Благодарю вас.
– Пройдёмте в мой кабинет. Есть очень приличная семья… как по заказу для вас, – Вера Ильинична перешла на шёпот, как будто их кто-то подслушивал.
***
Родительский дом
С раннего детства в память Ани врезались слова отца:
«У каждого человека своя миссия. Твоя заключается в одном – отдавать себя людям. Стремись своими поступками сделать окружающий мир совершенным и добрым. Только доброта лечит раны и дарит отчаявшемуся человеку надежду. Не спеши принимать подарок, если не уверена в порядочности дарителя».
Эти слова стали девизом Ани, с ними она пошла по жизни и руководствовалась в спорных ситуациях.
По натуре любимица отца была общительной. В детском саду и в школе дружила со всеми девочками и мальчиками. Участвовала в утренниках, декламировала стихи. Первой выходила вперёд, когда медсестра вызывала детей на прививки. В школе одноклассники охотно и запросто приходили к ней в гости. Её бабушка и мама всегда угощали соучеников вкусностями.
Аня помогала всем: одних подтягивала по предметам, других утешала, если кто-то обижал. Она умела поставить обидчика на место, в присутствии взрослых доказать вину провинившегося, аргументируя фактами. Позднее её стали называть «защитница».
Подружки делились с ней первыми любовными переживаниями и Аня, пользуясь своим авторитетом в классе, восстанавливала тончайшую нить только-только зарождающихся отношений.
Кому-то рисовала иллюстрации к конкурсным работам по географии и истории. Кому-то писала изложения и сочинения по литературе. Она легко сочиняла стихи, поздравительные послания на красивых открытках, эпиграммы, забавные тексты для записочек, которыми пользовались соученики, когда желали назначить свидание, но тушевались, стесняясь и опасаясь огласки. Всё хранилось в строжайшей тайне, только так получалось разжечь интерес у адресата.
***
«Истинное одиночество – это присутствие человека, который тебя не понимает»
Элберт Грин Хаббард
Разочарование, которого она не ожидала
В старших классах совершенно случайно Аня познакомилась со своим ровесником из другой школы. Они как-то быстро нашли общий язык, и парень регулярно стал навещать девушку, затем приглашать на прогулки. Потом появились просьбы, на которые она тут же откликалась и выполняла. Ну конечно, они ведь друзья. Гриша очень занят, он готовится к олимпиаде, у него репетитор, тренировки… ему некогда. И Аня по нескольку часов просиживала в библиотеке, подбирая для него нужный материал. Подготовить реферат по математике, он понятия не имел, с чего начать. А тут по мановению волшебной палочки – Аниной доброй души – всё преподносилось на блюдечке. Подружка бралась за работу и красиво оформляла альбом иллюстрациями и ремарками. Своим вниманием, заботой и помощью она избаловала парня. Он дошёл до того, что срывался с урока, бежал в учительскую, на ходу придумывая очередную ложь. Якобы очень торопился и не успел позавтракать, выпустив из вида наказы лечащего врача. От голода в любой момент может потерять сознание. Учителя предлагали ему уйти домой. Тогда появлялся дополнительный вариант небылиц: на следующем уроке у него контрольная по математике. Учительница сочтёт его отсутствие за прогул и снизит четвертную оценку. Слёзно просил разрешения позвонить двоюродной сестре, которая привезёт ему еду. Учителя шли навстречу. И обманщик звонил в школу, где занималась Аня. Кто-то из учителей вызывал её с урока. Девочка, испугавшись, летела в учительскую и выслушивала, как избалованный обманщик жаловался, что не успел позавтракать и если она не принесёт ему поесть, у всех на глазах свалится в обморок. С трудом досидев до звонка, девочка бежала в буфет. Покупала пирожков с разными начинками, котлеты с картофельным пюре, сок в маленькой картонной коробке. Что важно, на деньги, которые родители выделяли ей на школьный обед. Отзывчивая тётя Валя – буфетчица – по её просьбе перекладывала еду в стеклянную банку и закрывала крышкой. И Аня срывалась с уроков, летя в другой конец города, чтобы Григорий сытно подкрепился и утолил голод. Не дождавшись от него элементарного «спасибо», она возвращалась в школу. Даже младшего брата Гриши из садика забирала тоже Аня. По причине и без таковой избалованный парень задействовал подружку. Скорее всего, нагло эксплуатировал её доброту и безотказность, а сам относился к ней потребительски, как к собственной няньке, не замечая внешней и душевной красоты девочки. Мама Ани как-то не выдержала и в сердцах сказала дочери:
«Не могу больше молчать, накопилось. Ты что ослепла, не видишь, что он просто-напросто использует тебя. Эксплуататор выискался. Выжмет из тебя всё и бросит, как отработанный материал. Дочь, нельзя забывать о чувстве собственного достоинства и позволять унижать себя подобным образом. Его поведение навязчиво внушает одну очень неприятную мысль – он никогда не был, и так не стал тебе другом – случайный знакомый. Забудь о нём, прошу тебя».
Но Аня отказывалась слушать маму, витая в облаках и своих грёзах. Она привязалась к Грише и ошибочно считала его самым лучшим другом.
Время шло, а они всё реже и реже виделись, порой неделями он не звонил и не приходил. Аня попыталась сама позвонить Грише. В ответ услышала менторский тон:
«Не звони мне больше, я очень занят. Тратить время на пустые разговоры с тобой не намерен».
Но, когда срочно нуждался в помощи, находил её в любое время суток. А она, забыв о его грубом отношении, сидела ночами и готовила всё, что он просил. Иллюзии не позволяли девочке увидеть истинное лицо Григория и его отношение к ней.
Однако жизнь учит и порой очень болезненно бьёт. Когда-то это должно было случиться, ибо прозрение ожидало своего часа.
В канун новогодних праздников школьники готовились к балу. Неожиданно в школу, где занималась Аня, явился Гриша. Она обрадовалась, подбежала к нему:
– Гриш, рада тебя видеть. Я скоро освобожусь. Закончу рисовать оформление для праздника и пойдём. Подожди меня.
А он, не поднимая на неё глаз, заявил тем же тоном:
– Пришёл сказать тебе.
– Что? – неисправимая фантазёрка мечтала о признании в любви, её душа давно созрела для романтических отношений. А услышала то, что сбило с ног и лишило последней надежды:
– Заруби у себя на носу. Отныне мы пойдём разными маршрутами, ибо наши взгляды на жизнь не совпадают, – он замешкался, подбирая слова, – я встретил девушку своей мечты, и попусту тратить на тебя время не собираюсь. Ты мне надоела.
Похожие слова Аня уже слышала от него, но на этот раз они прозвучали угрожающе и беспощадно. Как ножом отрезал и тут же исчез. Девочка, словно обухом прибитая, стояла, не понимая, что ей делать. Как такое могло произойти в её жизни? Она так старалась быть ему нужной, полезной, всегда выручала, помогала. А он… отхлестал ледяным тоном и вместо уважительного отношения и благодарности за всё, что она для него сделала – оскорбил. За что?!
В кабинет Аня не вернулась. Спустилась вниз, оделась и ушла. Тогда девочка проплакала всю ночь. На душе было горько, и острая боль пронзила сердце. Стало тяжело дышать. Она пролежала в слезах несколько дней, закрывшись в своей комнате. Не было никакого желания разговаривать и тем более идти на новогодний бал. Отравленное настроение и чувство брошенной отработанной надоевшей собаки – терзали её.
Мама спрашивала, дознаваясь, что с ней, но Аня молчала. Не смогла открыться. Гриша, не подумав о последствиях, очень сильно и безжалостно ранил её в самое сердце. Самолюбие и пробудившееся женское начало кричало в ней:
«Как такое могло случиться в моей жизни?! Как? Я ведь так старалась для него, забыв о себе и обо всём. Жертвовала многим ради его благополучия. А он…».
Переключиться на другие мысли не представлялось возможным, Григорий ей очень нравился, девушка строила планы, поверив, что и он питает к ней нежные чувства. А вышло всё не так. Оказалось, что она жестоко обманывалась?! Эти мысли дробили мозг на части и выворачивали душу наизнанку. Ничего не утешало.
В день новогоднего бала ближе к вечеру позвонили в дверь. Аня услышала голоса своих подружек-одноклассниц. Желания общаться не было. Девушки вошли в комнату, что-то шумно и эмоционально обсуждая. Она не слушала их – всё было как в тумане. Но им всё же удалось уговорить её пойти с ними. Однако и там Аня не смогла отвлечься от невыносимых навязчивых мыслей, которые удушливой волной накрывали сознание, хотелось спрятаться где-то и рыдать, рыдать, чтобы хоть так выплакать и пережить девичье горе.
Весь вечер она простояла в углу зала у стенки, утопая в печальных мыслях и делая грустные выводы. Издали наблюдала, как кружились по залу улыбающиеся пары в маскарадных костюмах. Смех, разговоры, выкрики, витающее в воздухе конфетти. Ей казалось, что на этом всё лучшее в её жизни закончилось и больше никогда она не поверит ни одному парню. Никого не предупреждая, Аня потихоньку протиснулась сквозь толпу, и покинула зал. В гардеробе надела пальто, шапку и ушла. Пешком добралась домой. Не хотелось в транспорте видеть счастливые лица людей с подарками, покупками, ёлками. Все готовились к празднику. На носочках прошла по коридору, отдалённо слыша, как разговаривали родители в своей комнате. Оказавшись у себя, переоделась и легла. Слёзы душили, девочка орошала ими подушку, чувствуя себя совершенно несчастной и потерянной. Так прошла ночь.
На следующий день ничего не изменилось. Аккомпанируя измучившим её печальным мыслям, вдруг зазвонил телефон.
Дома никого не было. Пришлось подняться и снять трубку.
– Ань, привет, это я, – услышала она голос двоюродной сестры. – Что молчишь? Не узнала?
– Любаша, конечно, узнала тебя. Настроения нет разговаривать.
– Понятно, ты вся в печали. Так не годится. Праздник на носу. Слушай, сестрица, не так давно Антошка позвонил и сказал, что его отпускают в увольнение, и он прихватит своего друга из военного училища. Будем встречать Новый год все вместе. Собирайся, зайду за тобой. Бабуля уехала на дачу, а мы отпразднуем у неё. Мама столько всего наготовила. Голодными не останемся.
– Как ты собираешься нести блюда с едой в другой конец города? – безучастно, так, для поддержания разговора спросила Аня. Её мало интересовали предпраздничные хлопоты. Смысл жизни безнадёжно был утрачен. Желания что-либо делать не возникало. Хотелось только уединения и тишины.
– Папа отвезёт нас.
– Любаша, в этот раз празднуйте без меня. Пожалуйста. Нет настроения, да и желания идти куда-то, лучше я побуду дома с родителями.
– Я этого не слышала. Пообещала Антошке, что приду с тобой. Поняла? Забудь обо всём плохом, этот жалкий урод не стоит твоих переживаний. Не подводи меня, собирайся. Я слово дала.
– Ничего, Любаша, скажешь ему, что мне нездоровится. Могу же я один раз позволить себе отдохнуть в одиночестве.
– Ань, не придуривайся, потом отдохнёшь – в старости у тебя будет много свободного времени для этого.
– Любашенька, не могу я, честно.
– Ань, мне не нравится твоё поведение. И настроение… это так на тебя не похоже. Ты же у нас оптимист по натуре. Словно кто-то чужой говорит за тебя. Давай, собирайся. Впереди каникулы. Между прочим, последние. Ещё немного и начнётся взрослая жизнь. Некогда раскисать.
Сестрица замолчала, что-то взвешивая.
– Значит так, дорогая. В десять вечера я у тебя, чтобы была готова и, как всегда – самая красивая. Это задание. Папу нельзя задерживать, ему нужно успеть вернуться домой до Нового года. Иначе подведём маму.
– Ладно, так и быть, уговорила. Только из уважения к твоим родителям. И ненадолго, хорошо?
– Посмотрим на твоё поведение, – засмеялась Любаша и отключила телефон.
***
А судьба не спит, выжидает самый удобный момент…
Встреча
Алексей – друг Антона – сразу произвёл на Аню хорошее впечатление. Удивило лишь одно, что даже среди его ровесников
скромных и застенчивых не было. Не подумайте только, что он был инфантильным, отнюдь. Хотя в его окружении многие стремились любой ценой достичь желаемого. Поведение Алексея на их фоне сильно отличалось. Это не было притворством, либо игрой. Как Аня убедилась позднее, молодой человек был хорошо воспитанным, выдержанным и учтивым. Алёша был старше её на пять лет. Тогда в новогоднюю ночь юноша не сумел скрыть от девушки своего интереса и зарождающихся чувств. Она заметила, как он смотрел на неё, как держал дистанцию в танце. Беседуя с Аней, часто уводил взгляд, краснея. И тщательно подбирал слова, словно боялся допустить ошибку. Молодой человек стремился выглядеть достойно в её глазах. Как-никак будущий защитник Родины.
Антон, желая разрядить обстановку, постоянно командовал другом:
– Алёшка, ну что же ты сидишь? Угости девушку, поухаживай за ней. Пригласи на танец.
Ближе к утру двоюродный братец громко заявил:
– Мы с Любашей идём домой. Убирать придём завтра. Очень спать хочется. У меня три дежурства подряд было. Крайне необходимо отдохнуть. Дружище, сделай доброе дело, проводи Аню, а?
И Алексей, повинуясь просьбе друга, пошёл провожать понравившуюся ему девушку. Городской транспорт не так давно отправился в депо отдыхать. А юным всё по плечу. Новогодний морозец взбодрил их, и они пешочком совершили прогулку по праздничному городу. Романтика … новогодняя ночь дарила свой необыкновенный шарм и аромат.
Аня потом часто вспоминала, как увлекательно Алёша рассказывал о своей учёбе, смешных эпизодах и курьёзных случаях из жизни курсантов. Освоившись, они разговаривали на любые темы легко и непринуждённо. Она запомнила, как он отзывался о своих родителях, с какой гордостью говорил о старшем поколении, победившем фашизм.
Так незаметно молодые люди приблизились к дому, где жила Аня.
– Ну вот, мы и пришли, – сказала она. – Новогодняя ночь подходит к своему завершению, пора и на покой. Завтра ждут запланированные дела. Спасибо, что проводили.
– Аннушка, в конце мая у нас последние экзамены и распределение – разъедемся по гарнизонам, и начнётся служба. Позволите написать вам? – он пытливо всматривался в лицо Ани, желая понять, есть ли у него надежда.
– Пишите, если хочется. Только предупреждаю, в моей жизни нет ничего особенного и интересного, особо и рассказывать не о чем. Думаю после школы подавать документы на юридический факультет, а там, как сложится – не знаю.
Аня запомнила одну очень мудрую фразу, которую Алексей тогда сказал:
– Загадывать и не нужно. К тому времени появятся другие новости, о которых мы с тобой и не мечтали. Пробежит зима, весной многое может измениться. Жизнь не стоит на одном месте. Просто мы всегда куда-то торопимся и часто не замечаем грядущих перемен.
В ту новогоднюю ночь у своего дома Аня, слушая его, обратила внимание, как Алексей преобразился. Куда пропал застенчивый скромный юноша. Лицо стало взрослым, взгляд глубоким, сосредоточенным, голос с мягкими обертонами незаметно и ненавязчиво убеждал. Парень говорил, аргументируя, и с полным пониманием того, что будущий военный старался донести до неё, в чём-то убедить, и так незаметно успокоить девушку. Истинный защитник Отечества. Он больше не выглядел в её глазах робким и неуверенным. Аня почувствовала, что стоявший напротив молодой человек со всей ответственностью готов вступить во взрослую жизнь, на защиту граждан своей страны. Алексей нравственно созрел и был полностью готов приступить к выполнению профессиональных обязанностей. Служить делу, которому собирался посвятить всю жизнь. Тогда Алексей Сурин мгновенно вырос в её глазах. Она распознала многие достоинства, которые этот скромный паренёк носил в себе.
Светало, пришла пора расставаться.
– До свидания, Алексей. Успешного вам завершения учёбы и исполнения желаний. Спасибо за приятный вечер, вернее ночь.
И вдруг молодой человек выдал себя, проронив фразу, которая поразила Аню. Она почувствовала, что в эти слова он вложил глубокий смысл:
– Аннушка, последнее из только что сказанного, напрямую будет зависеть только от вас.
Девушка не стала расспрашивать, не желая углубляться в суть. Рана в душе всё ещё зияла, теребила, больно скребла и кровоточила. Ей тогда не хотелось вникать в смысл чужих мыслей и слов. Но призналась себе, что новому знакомому удалось своим поведением, убеждённостью суждений и добрым отношением хоть немного отодвинуть предателя Гришу на задний план. Однако, как в жизни бывает, это она поняла не скоро, лишь спустя время. Пройдёт немало вяло тянувшихся месяцев, и только в процессе их переписки с Алёшей истина откроется ей. Ведь не зря в народе говорят:
«Всё познаётся в сравнении».
Так и случилось.
Время шло, все переживания Ани, связанные с поступком Гриши, таяли как снежинки под первыми лучиками солнца, но порой всё же отзывались в душе болью. На их место пришли иные заботы. Они занимали внимание девушки и постепенно вереницей новых событий и хлопот затмили прежние переживания. Предстояли выпускные экзамены и поступление в ВУЗ. И к этому нужно было скрупулёзно готовиться, причём, заранее и со всей серьёзностью, ибо конкурс на место избранного факультета был немаленьким.
Алексей иногда названивал, но ничего не предлагал. Узнавал как дела и рассказывал, что происходит в его жизни. Он успешно сдал все выпускные экзамены. Получил красный диплом. Перед отъездом в гарнизон позвонил девушке и напомнил:
– Аннушка! Я буду писать вам письма, и ждать ответа.
– Пишите, Алёша. Постараюсь отвечать. Счастливой и спокойной вам службы.
– Благодарю.
***
Роман в письмах
И вот началась длинная эпоха их переписки, которую Аня потом назвала «Красивый роман в письмах».
Алексей действительно каждую неделю отправлял ей послания по обычной почте. Да-да, сразу несколько. Он заготавливал их и датировал разными датами, а потом все вместе отправлял. Его душа требовала общения с ней, и она это чувствовала, съедая глазами его романтические послания. Но какие это были письма! В каждом слове девушка ощущала его тепло, заботу, внимание и поддержку друга. И не только. В этих строчках она уловила и остро почувствовала высокую степень ответственности за слова и чувства по-настоящему влюблённого взрослого мужчины. В них раскрылась душа Алёши. Его письма в полном смысле слова перевернули её сознание, мировоззрение, взгляды на сверстников и на самые обычные жизненные ситуации. Благодаря этим трогательным откровениям пришло осознание того, что бывает и такое отношение со стороны мужчины. Именно это подарило девушке надежду и так незаметно, но планомерно лечило её давние раны. Да-да, именно те, что время от времени оголялись, безбожно напоминая о себе, вскрывали толстый чудовищный застарелый шрам. Послания Алексея стали частью её жизни, она ждала их с превеликим нетерпением, несколько раз в день спускалась с третьего этажа на первый, чтобы проверить почтовый ящик. Прежде чем ответить, неоднократно перечитывала письмо. Каждое послание напоминало рукотворный труд, порой поэму, в которой Алёша, прикрываясь обыденными ежедневными делами, заботами, объяснялся ей в любви и потихонечку склонял к замужеству. Между строк сквозил хорошо завуалированный лейтмотив, и она уловила его. Алексею хотелось верить, что у их отношений есть будущее. Поначалу Аня старалась не принимать все его слова всерьёз, говоря себе, что ей спешить некуда. Учёба, работа, семейные заботы – на первом плане. А всё остальное – подождёт. Не мудрено, повзрослевшей и некогда оступившейся девушке трудно было заставить себя поверить в искренность слов и чувств мужчины. Гриша сделал своё грязное дело. Оставил горький и глубокий след недоверия и разочарования в её душе.
Но время шло, а письма с каждым днём становились более убедительными и располагающими. Тепло и душевность в них поднимали отношения молодых людей на новый уровень. И Ане неимоверно захотелось поверить Алёше. Аккомпанируя в душе первым проблескам-подвижкам, пришло письмо, после которого девушка долго плакала. Но не от горя, нет … от грядущего, ожидаемого и такого желанного счастья.
«Аннушка, дорогая!
Простите меня, больше молчать не могу и не хочу. Безумно тоскую по вам, вы в моём сердце и эта боль не даёт дышать. Что бы ни делал, думаю только о вас. Наказание и счастье.
Почему? – спросите вы. Отвечаю.
Наказание, потому что не так скоро увижу вас, и нет никакой уверенности, что вы ответите мне согласием на предложение. Счастье – потому, что люблю. Это чувство подняло меня высоко над землёй, душа парит и ликует, и именно оно заставило бороться за вас и верить.
Каждый день просыпаясь, зачёркиваю в календаре над кроватью дату, умышленно сокращая дни, недели и месяцы долгой разлуки с вами. Вы помните нашу первую новогоднюю ночь? Никогда не забуду, как душа моя настойчиво требовала уже тогда признаться вам… но я спасовал, оробел и не сумел. Да-да, Аннушка, с той самой первой встречи я полюбил вас. И если учесть тот факт, что по натуре я однолюб – все мои потуги напрасные, ибо чувствую, что безразличен вам. По всей вероятности, таков мой удел. Сердце обливается кровью, а сделать ничего не могу. Это заставляет мою душу страдать. Я уже родным написал, что встретил свою любовь и мечтаю жениться. Родители порадовались за меня. Конечно, я не стал им сообщать, что вы равнодушны ко мне. Зачем расстраивать близких?