- -
- 100%
- +
Глава 1
– Твою мать… – выдыхаю ошарашенно. В ушах стоит звон битого стекла и скрежет металла.
Меня редко одолевают эмоции, но сейчас мои дела как начало в плохом анекдоте. Идиотка на Ладе отвлеклась на телефон, вылетела на перекрёсток и подрезала мерс. Новенький. Представительского класса.
На моей старушке вмята передняя пассажирская дверь. Поворачиваю голову в сторону второй машины и веду рукой по шее, пытаясь выцарапать из петли верхнюю пуговицу блузы.
Капот у мерина убитый, дымит… фары в хлам… Попытка прикинуть примерный ущерб, который мне явно предстоит покрыть из своего кармана, ясности не приносит. Я гуманитарий, у меня такие цифры в голове не складываются.
Трындец. Как всё не вовремя…
В глаза бросается знак «уступи дорогу»…
Вообще супер!
Ну, почему именно сейчас? Полис ОСАГО у меня истёк позавчера, ехала продлевать…
Гарик уверял, максимум, что мне грозит – встреча с гайцом и несерьёзный штраф. Оптимист, блин.
С рекламного щита на меня осуждающе смотрит Бастриков, кандидат в мэры города. Под его ястребиным взором из мерса выходят два здоровенных амбала. Типичные братки из девяностых, только в солидных костюмах. Один склоняется над погнутым крылом автомобиля, второй стремительно приближается, поправляя над ухом дугу гарнитуры.
Я убито прикрываю глаза.
– Мужчина, послушайте, все же целы. Это главное, – иду на опережение, пытаясь избежать хотя бы разговора на повышенных тонах. – А по железу давайте обсудим конструктивно, без эмоций…
Но мужик на мой лепет не реагирует. Ощущение, будто он вовсе меня не слышит, молчит, сосредоточенно глядя на билборд.
– Да, Олег Иванович. Понял вас.
Мозги ему, что ли, вышибло подушкой безопасности?
Меня окатывает волной адреналина, когда он впивается мне в плечо бульдожьей хваткой.
– Пошли.
– Вы что себе позволяете? – Безотчётно отшатываюсь, но нажим на руке усиливается. И всё.
Ни взгляда в ответ. Ни пояснения. Ничего.
Сердце от шока лупит по рёбрам так сильно, что выбивает из лёгких воздух. Не то что крикнуть не получится, дышать бы.
Передо мной открывают заднюю дверь машины и без лишних разговоров заталкивают в салон.
Пока есть секунды форы, вжимаюсь лопатками в сиденье, вытягивая из заднего кармана джинсов телефон.
– Не торопитесь вызывать гаишников. ОСАГО покроет максимум в четыреста кусков. И я сильно сомневаюсь, что вам будет чем закрыть остаток.
Я ошарашенно таращусь на внезапно обнаружившегося соседа, запрокинувшего голову и зажимающего пальцами переносицу. Дорожка из крови пересекает линию сжатых губ, стекая за белоснежный воротник рубашки.
Прекрасно, Марина. Лучше не бывает.
Один-единственный раз прокатиться без страховки и так вмазаться!
Помимо дорогущего автомобиля, я умудрилась разбить лицо самого Бастрикова, что улыбалось городу с рекламного щита. Как там его по батюшке? Олег Иванович?
– И что вы предлагаете? – вздыхаю расстроено. – Я преподаю английский. Но у вас в штате наверняка уже есть переводчик.
Хмурюсь, пытаясь придумать, что ещё могу предложить? Чем могу быть полезной? И как не влезть в долги по гроб жизни? Это он ещё не в курсе, что мне и страховые почти полмиллиона покрыть не светит. Бастриков же не просто так о деньгах заговорил. Значит, есть надежда решить вопрос иначе.
Он склоняет голову, задумчиво глядя на меня.
– Вы производите впечатление не только очень красивой, но и умной девушки. Этот факт натолкнул меня на идею сделать вам выгодное, пусть и немного экстравагантное предложение.
Ход его мыслей нравится мне всё меньше. Не хочу делать поспешных выводов, но дела мои, похоже, совсем дрянь.
– У меня есть целая здоровая почка. Берегла на случай, если нечем будет выплачивать кредит за машину. Вас она вряд ли интересует, – заключаю с невесёлой усмешкой.
– Без экспертизы точно не сказать. Вероятно, одной почки будет недостаточно… – подхватывает Бастриков иронию, не переставая разглядывать меня каким-то неприятным взглядом, пристальным и цепким.
– Полагаю, у вас уже созрел ответ, как нам полюбовно разрешить ситуацию.
– Верно.
– Тогда не будем ходить кругами.
– Вы мне всё больше нравитесь…
– Марина Андреевна, – намеренно дистанцируюсь.
– Так вот, Марина, – сталью выделяет наше неравное положение в сложившейся ситуации. – Предлагаю оказать мне услугу интимного плана. И мы в расчёте.
Растерянно нащупываю пуговицу у основания шеи, застёгиваю блузу.
Он же в отцы мне годится! Вот это ты, Марина, попала…
– Нет, – отрезаю категорично, дёргая ручку двери. Заблокировано.
– Нет? – меняются его интонации на удивлённые. – Разве я что-то неправильно понял и покрыть семизначный долг для вас не проблема?
Я до скрипа сжимаю зубы. Проблема. Ещё какая.
– Простите, но это за гранью. Вы человек семейный, отец двух дочерей, такая связь против моих принципов. К тому же эскорт вам обойдётся дешевле.
– Не торопитесь с выводами. Услуга мне нужна для сына.
– Для кого? – переспрашиваю, уверенная, что ослышалась. Хотя сама по себе информация по-прежнему не несёт для меня интереса.
– Лиам – мой внебрачный сын. И мне бы не хотелось подкладывать ему продажную женщину.
Глава 2
Другими словами, его сынку не по статусу резвиться с проституткой, а мне мараться в самый раз. Что ж, своё отношение ко мне Бастриков чётко обозначил. На льготы рассчитывать не стоит.
Вопрос, как теперь отказаться и не нажить проблем вдобавок к уже имеющимся.
– Олег Иванович, раз уж мы говорим начистоту, то я не вижу разницы. Финансовая мотивация в моём случае тоже предполагается.
– Разница есть. У вас безвыходное положение. По крайней мере, в глазах общественности клейма на вас не стоит. В моём положении приходится заботиться о репутации. Согласитесь, сын чиновника и молодая преподаватель английского не вызовет такого резонанса в прессе, каким могла бы стать его связь с проституткой.
– Поймите меня, пожалуйста, Олег Иванович…
– Что ещё?
– Я не могу согласиться на такую сделку. Не могу!
– Почему? Вы замужем?
– Нет. Не в этом дело! – Сжимаю челюсти.
– Тогда не вижу проблемы.
– Серьёзный аргумент, конечно, – не сдерживаюсь я. – Но я не торгую телом.
– Марина, поймите меня правильно. Я не принуждаю, – мягкость его тона не соответствует стали во взгляде.
– Не принуждаете, но загоняете в угол?
– Вы сами эту кашу заварили. Хотите расхлёбывать самостоятельно – кто ж вам запретит? Вперёд. Я предложил оптимальный выход. У меня нет желания выкручивать вам руки, как и вам не хочется остаться в минусе. Если бы я был плохим человеком, то инспектор уже бы составлял протокол. Более того, я бы настоял на медицинской экспертизе. Нос, кстати, болит страш-ш-шно… – шипит он, откидываясь на кресле. – Уверен, там перелом. Пожалуй, в заключение эксперта можно добавить сотрясение. А это дополнительный удар по вашему карману.
– Ваша забота о моих финансах впечатляет, – усмехаюсь, внимательно наблюдая за выверенной мимикой Бастрикова, уже понимая, что пощады не будет.
– Решение суда, разумеется, будет полностью в мою пользу. Далее вам придётся возместить мне ущерб в семизначную сумму. При уклонении вас ждёт закрытие проезда за границу, отказ в кредите или даже депозите, контроль и частичное удержание поступлений на карту. И в довершение, поверьте, знакомство с коллекторами вам сильно не понравится, – словно почувствовав мою безысходность, повышает ставки Бастриков. – Но я пока что пытаюсь договориться мирно. Поймите меня правильно, я могу не дожить до момента, когда вы всё выплатите. А так есть возможность не остаться внакладе.
– Я могу позвонить?
– Конечно.
Как и следовало ожидать, Гарик мои проблемы воспринял ровно.
– Могу перевести тридцать штук, больше у меня нет, извини.
Капля в море.
– Не нужно.
– Уверена?
– Ты останешься ни с чем до зарплаты, а меня это не спасёт.
К Гарику претензий никаких. Секс по выходным на его территории сложно назвать отношениями. Но почему-то то, что он слился, коробит…
Ладно. Истина проста: нужны деньги – спи с олигархом, а он всего лишь хореограф.
– Итак? – сухо напоминает о себе Бастриков, когда я завершаю звонок. – Вызываем гаишников?
Я нервно смеюсь, признавая своё полное поражение. Какой смысл лицемерить? Долг в несколько лямов – это реально пожизненная кабала. У меня таких денег нет и не предвидится. Я на лечебный санаторий для мамы за год едва накопила.
А ещё мне скоро стукнет двадцать семь. И секс с постоянным партнёром меня последние лет пять вполне устраивал. Один дополнительный эпизод с незнакомым сопляком не стоит бездонной долговой ямы, в которую я сегодня с таким размахом влетела по собственной невнимательности.
– Ваш сын хотя бы совершеннолетний? – уточняю последний, но очень важный вопрос.
– Ему девятнадцать. Трудный возраст… Но есть ещё один щекотливый нюанс.
У меня спина холодеет, но не показываю вида.
– Я вся внимание.
– У Лиама ещё не было женщины.
Неожиданно. Исходя из наблюдений за моими студентами, ко второму курсу золотые детки сами кого угодно могут испортить.
– Вы свечку держали? – усмехаюсь скептически.
– Я знаю, – жёстко отбивает Бастриков.
– А что так? Хотелось бы понимать, каких сюрпризов ждать на берегу, – произношу деловым тоном, проглатывая брезгливость.
– В этом нет ничего удивительного. Его мать – ирландская модель. Моё проклятие молодости… В её безумном графике не нашлось места даже для любви к собственному сыну. Триса увезла Лиама на свою родину, но родительского тепла он не получил. Парень вырос в частном пансионе для мальчиков. Там у него сложился весьма жёсткий, я бы даже сказал бескомпромиссный характер.
– Проще говоря, он склонен всё разделять на чистое и грязное, – понимающе заключаю я.
– С вами определённо приятно иметь дело.
– И как наш… Наша интимная связь ему поможет? Я далеко не ас и ничего особенного в постели не умею, – говорю как есть.
– Это уже не ваша забота, – сухо одёргивает меня Бастриков. – Одна незабываемая ночь и мы в расчёте. Повторюсь, вы очень красивы. Выложитесь на полную не опытом, так эмоциями. Большего мне от вас не нужно.
Тут он прав. Вникать не в моих интересах. Так проще.
– Где и когда мы должны будем встретиться?
– Я устраиваю маскарад в честь его приезда. Вам пришлют пригласительный, – хмурится Бастриков. – Вы будете представлены одним из моих переводчиков. Дальше потребуется действовать максимально креативно, но аккуратно. Марина, позаботьтесь, чтобы он вас заметил. Лиам не должен знать о моём содействии и вашем личном интересе. Пусть у него будет это приключение.
Что ж, цена и правила обозначены. Мне выпал шанс отделаться лёгким испугом, и я буду дурой, если откажусь.
Глава 3
Такси останавливается у роскошного особняка. На воротах стоит охрана, показываю пригласительный.
Здесь невообразимо красиво, двор напоминает огромный сад. На деревьях читальпы, растущих вдоль дорожек, крупными розоватыми гроздьями распустились цветы. Сделав глубокий вдох, я поражаюсь силе аромата. Должно быть, где-то рядом цветёт жимолость.
По всему периметру горят фонари, но света мало. Полумрак раскрепощает и немного сбивает мандраж. Июнь… Вечерний воздух плавит лёгкие, и ни единого дуновения ветра.
Веду рукой по волосам, убирая их за спину. Поправляю ажурную полумаску. На мне узкое чёрное платье, бессмертная классика. Достаточно лаконичное, но простора воображению не оставляет. Тем не менее смотрится роскошно. Моя мать – первоклассная швея.
– И запомни, Марин, автомеханики любят назвать одну сумму, но с приставкой «от», а при расчётах внезапно заявить, что ремонт обошёлся в несколько раз дороже. Поэтому обязательно узнай максимальную итоговую смету. Сразу оговори: никакой самодеятельности, только согласованные работы.
Наставления Гарика доходят до меня белым шумом. Думать сейчас о чём-то, кроме предстоящего задания, нереально.
Я не могу облажаться, потратив на такси последние деньги. Если не справлюсь, мне даже уехать отсюда будет не на чём. Но как перебороть себя и настроиться на флирт с сопляком, которого я даже в глаза не видела?
– Марина, ты здесь?
– Да, Гарик. Спасибо за всё, обязательно так и сделаю.
Ещё и звонок этот не вовремя, а оборвать разговор не позволяет совесть. Гарик вызвался оплатить ремонт моей старушки.
– Вечером увидимся?
– Не получится. У меня другие планы, – морщусь, ударившись носом туфли о ступеньку. Его навязчивый трёп отвлекает. Собраться с мыслями ну просто невозможно!
– Марин, у тебя кто-то появился?
Я бы не стала так называть одноразовый секс. Который имеет всё больше шансов вообще не случиться.
– Тебе не о чём беспокоиться. Замену мне можешь пока не искать. Если, конечно, наши отношения тебя по-прежнему устраивают.
– Замену? Всё шутишь? Марина, тебе скоро тридцать. Давно пора задуматься о семье и детях.
– Я сама буду решать, о чём мне думать, – перебиваю сухо.
Идея создать семью проскальзывает с его стороны всё чаще. Умом я с Гариком согласна, но что-то внутри меня её отторгает.
– Смотри, потом будет поздно. Ты не молодеешь…
Я ухаживаю за собой и никогда не парилась о возрасте. Но тон, каким он это произносит…
Иду и чувствую, как с меня сыплется песок.
– Гарик, я тебе всё до копейки верну. Вчера взяла ещё двоих ребят на индивидуальные занятия, дай мне немного времени.
– Марина, при чём здесь это? Ты меня слушаешь?
– К сожалению, слушаю. И удивляюсь, зачем это делаю, – роняю отрешённо.
Во время его пылких монологов в моей голове всё чаще всплывает это ужасное слово «возраст». Из зеркала на меня продолжает смотреть стройная шатенка с сияющими глазами. Не вижу я возрастных изменений. Не вижу! Но ощущение будто разглядываю красивый плакат, а под ним стена вся в плесени и трещинах.
– Прости, Маришка… – затягивает Гарик виноватым голосом.
Меня морально тошнит от его мягкотелости. Если бы не чёртов организм, которому периодически требуется физическая близость, я бы себя не мучила. В этой ситуации смущает только необходимость искать себе другого партнёра. Гарик уже родной практически, а я не особо лажу с мужчинами.
– За что на этот раз? – холодеет мой тон. Дверь уже близко, мне всё сложнее сосредоточиться на разговоре.
– За то, что давлю на тебя.
– Так не дави.
– Я постараюсь, – обещает он заискивающе. – Расскажешь про свои планы?
– Нет. Это личное.
– Ты мне так мстишь?
– Господи, нет же. Не нужно передёргивать. Я не мщу, Гарик. Просто моя жизнь не ограничивается тобой. Де-ла, – чеканю по слогам. – Так понятней?
– Марина, – взлетает его тон, но я выключаю телефон, иначе он будет перезванивать, пока не надоест настолько, что я сдамся.
Я отвлекаюсь, чтобы убрать мобильный в клатч. И тут же, как в наказание за невнимательность, тупая боль взрывает плечо.
– Простите, пожалуйста.
Мужской голос ввинчивается мне в сознание непередаваемой смесью акцента и хрипотцы. Его эхо продолжает звучать в голове, гуляя током по нервным окончаниям. Ошеломляющий эффект, учитывая моё раздражённое состояние.
– Нет проблем, – моргаю, стряхивая морок. – Это я на вас налетела.
Нацепив на лицо вежливую улыбку, пытаюсь пройти. Мужчина обхватывает мою руку своей горячей ладонью. Удерживает…
– Что вы делаете? – Смотрю в его глаза цвета голубой стали.
Не смотрит – режет! И меня сносит куда-то в первобытное, потому что взгляд этот отнюдь не холодный. Он… дикий. Алчный. Неуправляемый.
– Хотел задержать вас на пару секунд…
– Зачем?
– Поймать видение.
– Завязывали бы вы со спиртным…
Обычно мужчины в такие моменты тушуются и либо отшучиваются, либо спешат убраться с радаров. Но не этот.
Этот подходит вплотную, окутывая меня неожиданно горячим и дерзким ароматом, в котором гремит танцпол и взрываются децибелы драйва. Даже энергичный Гарик предпочитает более спокойные запахи…
Большая часть его лица закрыта шёлковой маской, добавляя образу порочности. И теперь я рада, что на мне узкое платье, а ткань тесно стягивает бёдра, между которыми всё непроизвольно сжимается.
Его лицо склоняется ближе… и ещё ближе…
И мы отрезаны от звука сейчас… Вокруг нас вакуум. Раскалившийся воздух в нём становится вязким и втекает внутрь настойчивой жаждой. Меня тянет вперёд животный инстинкт. Губы покалывает.
Это просто… Просто тело требует свой законный пир, которого я его на прошлых выходных лишила. Не стоило отказывать Гарику в свидании…
Я прикрываю глаза за секунду до того, как безвольно соскользнуть взглядом ниже, к его губам. Не понимаю, как меня так накрыло. Ужас!
– Мне нужно пройти, – мой голос ломается.
– А что я получу взамен? – Напирает требовательно.
Чего? Мы что, вдруг оказались на школьной тусовке?
– Серьёзно? – смеюсь неверяще. – Это всё, что пришло вам в голову? Примите мои соболезнования. Боюсь, первое впечатление уже не реанимировать.
– Марина, добрый вечер! – Рядом с нами совершенно неожиданно возникает Бастриков. – Лиам, я тебя обыскался. Ты, смотрю, не скучаешь.
Я едва сдерживаю желание нервозно прикусить губу, ошарашенно глядя на сопляка, который чуть не отымел меня одним своим запахом.
Мужчина… – мысленно усмехаюсь своему же определению. Как-то не ожидала, что девятнадцатилетний юнец окажется выше меня на голову и напористее собственного отца.
Глава 4
– Марина временно исполняет обязанности моего переводчика, – представляет меня Бастриков.
– Значит, хорошо владеет языком… – задумчиво говорит Лиам.
Его реплика звучит несколько двусмысленно, но не настолько, чтобы это утверждать.
Олег Иванович переводит свой взгляд с сына на меня. Он без маски и это плохо, потому что мимика выглядит неестественно, как у чиновника, которого застали врасплох на получении взятки, но он идёт ва-банк, отыгрывая ситуацию, где ему просто вернули долг.
– Мои гости из Бруклина не прибудут, отменили рейс. Ваши знания английского сегодня не понадобятся. Наслаждайтесь вечером, Марина. – Его улыбка продолжает жить на лице отдельной жизнью, выдавая фальшь.
Непростительная прозрачность для политика. Но обычное дело для взволнованного отца. Не похоже, что Бастриков задумал эту дичь с первым разом сыну во вред.
– Спасибо, – произношу после секундной заминки, взятой на то, чтобы восстановить дыхание. – У вас прекрасный сад,
Ощущение будто он своим появлением мне трезвящую оплеуху влепил. И не понять, я признательность чувствую или разочарование.
– Если хотите, Лиам может вам здесь всё показать, – роняет он с дежурной вежливостью, задерживая взгляд на руке сына, так и не отпустившую моих пальцев. Телефон в его ладони оживает. – Прошу меня извинить. Важный звонок.
Ай да Бастриков!
Как ювелирно он избавил меня от необходимости светить лицо перед гостями, а себя от нежелательной огласки.
– Вы любовники? – прямолинейный вопрос настигает меня, едва Олег Иванович возвращается в дом.
Вывод не сказать, что приятный, но он бы правдоподобно объяснил возникшую заминку. Вот только мне неизвестно, насколько брезглив этот парень. Вряд ли связь с его отцом добавит мне привлекательности в глазах Лиама, если бесповоротно не отвратит. И что тут ответить?
Как он меня постоянно так нагибает, кошмар ходячий?!
Я не люблю врать, но отмалчиваться нельзя! Цена ошибки так и стоит перед глазами.
Прямо смотрю в голубые глаза.
– Возможно, в его фантазиях. – Вытягиваю руку из тисков мужской ладони.
Красивые губы недовольно вздрагивают.
Лиам продолжает смотреть, а у меня голова снова кругом.
Нервничаю ли я? Пожалуй, да. Неоправданность моих ожиданий обескураживает. У меня была чёткая цель. Теперь непонятно, кто кого соблазняет.
Я тщательно давлю в себе замешательство. Впервые такое чувствую. Впервые не удаётся перехватить контроль над ситуацией. И это за годы общения со студентами его возраста! Общения не всегда комфортного в силу их поголовного гормонального помешательства.
– Так вы покажете мне сад? – адресую сопляку свою самую завлекательную улыбку.
Голодный интерес в его глазах вдруг сменяется едкой та-а-кой иронией.
– А что случилось с первым впечатлением? – Он пальцем завороженно скользит по моей нижней губе, проникая в рот по самую фалангу. Будто почувствовал зелёный свет и теперь исследует границы дозволенного. – Чудесным образом воскресло?
Боже, что в его мозгах происходит? Мы знакомы пару минут. Даже если я и запала, разве это даёт ему право распускать руки? Вообще-то, принято ещё хоть какое-то время сохранять дистанцию, прикидываясь слепыми дурачками. Понятия не имею, зачем, но все так делают.
В голову ничего дельного не приходит. Подавляя в себе недоверчивый, истерический смех, щёлкаю зубами.
Взгляд, только что таранящий мой рот животным голодом, недовольно вспыхивает. Лиам с шипением отдёргивает руку и тут же сжимает пальцы на моей нижней челюсти.
Вот нахальный-то, а! Я напоминаю себе, что нужно установить с ним контакт. Пока всё туманно. Засранец может в любой момент как остаться, так и уйти, оставив меня с долгами.
В любом случае оправдываться нельзя, это станет провалом.
Хищно улыбнувшись, вскидываю руку и плавно провожу ногтями по задней части его шеи. Жест чисто интуитивный, я знать не знаю никаких особых точек. Руководствуюсь тем, что мне на его месте этого сейчас хватило бы, чтобы уплыть. А ведь я считала себя скупой на реакции. До сегодняшнего вечера.
Молодая, горячая кровь делает своё дело. По коже над воротником чёрной рубашки выступают мурашки. Дыхание, танцующее на моих щеках, становится громче.
– Ну и чего ты ждёшь? – усмехаюсь с вызовом, который так сильно цепляет самолюбие самцов его возраста. – Добивать первое впечатление будешь? Оно всё ещё бьётся в агонии.
Мутный взгляд фокусируется на мне не сразу.
– Ты же хочешь, да?
Меня терзают смутные сомнения, что речь совсем не о моём вопросе.
– Почему бы и нет? – тяну неопределённо. – Можем устроить похороны и баиньки.
– Я не про это.
– А про что?
– Про меня. Ты меня хочешь.
Звучит самонадеянно, учитывая полное отсутствие вопросительных интонаций. Наивная. Я думала, что давно разучилась смущаться. Кровь, подхваченная лёгкой паникой и вскипячённая злостью резко бьёт в голову.
Так. Не краснеть, Марина. Он всего лишь наглый, неопытный мальчик. Просто с бешеной энергетикой и адской прямолинейностью.
И что, я сейчас должна ответить «да»?! Восторженно повиснуть на его шее и напроситься посмотреть одну из спален? Возможность идеальная, а вот осадок дешёвенький.
Я старательно пытаюсь представить себе, как выглядит миллион, но это куда бледнее удара указкой по мажористой заднице.
От одной мысли на душе тепло…
– Может, и хочу… Пока не решила. – Сужаю глаза, с трудом выдерживая нахальный взгляд. – Убеди меня, что я не пожалею. Сможешь?
Глава 5
Лиам на мой вызов ничего не отвечает, вместо слов он берёт меня за руку и уводит в сад.
Его терпение тает за первым поворотом.
– Тебе правда интересно бродить по этим зарослям?
– Почему нет? Я люблю природу.
– Здесь её даже не слышно. Суррогат.
Не обращала до этого момента внимания, но он прав. Я слышу шорох гравия, игру приглашённых музыкантов – что угодно, но только не шелест трав или песню сверчков.
– Зато приятно пахнет. – Вдыхаю сладкий запах цветов полной грудью.
– Удушливо, – хмурится он. – И камеры на каждом шагу.
– Ах, вот оно что…
– Давай сбежим.
Ситуация не располагает, но мне хочется улыбнуться. Шустрый какой.
– И ты бросишь гостей?
В его взгляде явственно читается недоумение.
– А что здесь такого? Я их даже не знаю.
Какой же он ещё мальчишка! Несмотря на рост и силу, скрытую в поджаром теле.
– Они собрались здесь ради твоей персоны.
Лиам равнодушно смотрит в сторону дома.
– Не смеши. Они пришли лизать друг другу зад и заводить полезные знакомства.
Он настойчиво переплетает наши пальцы, ускоряет шаг. Я едва поспеваю за ним на высоченных шпильках. Надо же, как не терпится…
– И куда ты меня ведёшь?
Быстрый, раздевающий взгляд из-под густых бровей не оставляет вопросов. Но Лиам, очевидно, пытается меня к себе расположить, потому что всё-таки отвечает:
– Принято начинать со свидания, да? – боже, таким кислым тоном можно разъесть металл.