Беглецы. Цикл «Око Теней»

Над живописной долиной, что спряталась среди южных гор, занимался рассвет. Ночная мгла, неспешно уступала место рассветным сумеркам. Седая дымка тумана, выпавшего ночью, укрывала долину будто пуховым одеялом. Постепенно затихающая ночная фауна, создающая непередаваемый звуковой фон южной ночи, уступала место фауне утренней и дневной. Вот с озера, расположенного в самом центре долины, послышалось кваканье просыпающихся лягушек. Вот стали выбираться из своих гнёзд утренние пташки, что собирались хорошенько поохотится на заре. Из своего гнезда, устроенного среди старых пней, вылезло и отправилось по своим делам семейство мышей.

Из леса, что покрывал склоны гор, окружающих долину, появились пять фигур, едва различимых в рассветных сумерках. Передвигались они лёгким, экономным бегом, при этом сохраняя полную тишину – ни ветка не хрустнет, ни трава не зашуршит. Они пересекли долину, придерживаясь при этом не слишком густых зарослей кустарника, что раскинулся от самого леса, и вплоть до озера посреди долины.

Все пятеро – люди, одетые в тёмный лесной камуфляж, лица скрыты масками, на груди автоматы, внешне похожие на АК-74, в принципе ими и являющиеся, разве что, глубоко модифицированные, чтобы соответствовать специфике работы этих людей.

Направлялись они к небольшому посёлку, расположенному на берегу озера. В самом посёлке было тихо и темно – ни в одном из окон домов не светятся окна, нет даже отблесков света, улицы не освещены фонарями, хотя на улицах посёлка и стоят столбы. Создавалось полное ощущение, будто посёлок нежилой. Ощущение усиливалось, стоило зайти вглубь – вывалившаяся кладка заборов, покосившиеся калитки и ворота, отсутствующие стёкла в окнах большинства домов, перекосившиеся и распахнутые двери этих домов.

Собственно, посёлок и в самом деле был нежилым. Когда-то, он знавал и лучшие времена. Много лет назад, здесь располагалась туристическая база отдыха, предназначенная в первую очередь для альпинистов, приезжающих покорять окружающие долину горы. И именно отсюда начинались многие маршруты.

Люди зашли в посёлок, практически полностью пересекли его, и вошли в один из домов, внешне, ничем не отличающийся от всех прочих. Но именно в подвале этого дома, был расположен вход в катакомбы, что раскинулись под посёлком, и своим размером, они ничуть не уступали размеру посёлка на поверхности, пожалуй, даже превосходили его. Катакомбы были построены около двадцати лет назад, и использовались различными вооружёнными формированиями в качестве места, где можно отсидеться во время операций, что проводили силовики. И даже сейчас, спустившись в бетонные тоннели, можно было найти всё необходимое, чтобы пересидеть тут довольно-таки долгое время. Кто-то регулярно обновлял запасы провизии, медикаментов, боеприпасов.

Один за другим, все пятеро спустились в подвал, и перед самой дверью, что запечатывала вход в катакомбы, буквально растворились во мраке подвала. В буквальном смысле растворились, став бесплотными тенями, которым ничего в материальном мире не может быть препятствием. Почти ничего.

Прошло около десяти минут, как люди исчезли за дверью, ведущую в недрах катакомб, и долина буквально сотряслась, от взрыва огромной мощи. Посёлок перестал существовать. Как перестали существовать и катакомбы, что скрывались под ним. Именно в недрах катакомб и находился эпицентр взрыва. Взрывной волной смело добрую четверть леса, что укрывал склоны гор, окружающих долину, и ещё часть леса накрыло лавиной, сошедшей с гор. Сколько осталось от населяющего долину животного мира, и птиц – неизвестно, но спустя несколько дней, разбежавшаяся в испуге живность, вновь вернётся в места своего обитания. А людей, что ушли вглубь катакомб, никто и никогда не найдёт. Да и нечего там искать, даже стены подземелий, кое-где представляющие из себя скальную породу, превратились в пыль, что уж говорить о людях.

Глава 1

Сознание включилось в каком-то сером, киселеобразном тумане. Среди окружающего тумана, хаотично плавали плотные, почти чёрные пятна. В голове полная пустота и абсолютная тишина, будто уши набили ватой. Мыслей нет никаких, чувства также отсутствуют, да и что такое мысли и чувства я не знаю. Что есть такое это самое я, тоже непонятно. Через какое-то время сознание накрыла полная темнота и ещё более насыщенная, буквально звенящая, тишина, пусть я и не осознавал, что это такое, просто приходило понимание, или может быть знание, что тут именно так и никак иначе. Так продолжалось некоторое время, и пусть понятие время так-же было мне недоступно, я твёрдо это знал.

Полная темнота хаотично, какими-то вспышками, сменялась киселеобразным туманом. Вспышка – кисель с облаками в тишине, вспышка – темнота и звенящая тишина. Не знаю сколько продолжалось это бултыхание в нигде, но я также знал, что мне хорошо, даже очень хорошо. Постепенно частота вспышек замедлялась, кисель вокруг сохранился, а вспышки темноты начали расплываться в огромные кляксы, состоящие из непроглядной тьмы. И пришло понимание что я не знаю кто я и где я.

Вспышки совсем затихли, а плавание в киселе наоборот ускорилось и меня буквально закружило в этом киселе, по крайней мере если судить по мельтешению чёрных пятен вокруг, пока одно из пятен не решило, что я ему нравлюсь, и не рвануло ко мне. Если бы я знал как, я бы, наверное, постарался удрать от этой клубящийся черноты, понятия не имею зачем, потому-как негатива, эти тёмные пятна во мне не вызывали, но сиё мне было недоступно, и пятно полностью захватило меня, окружающий кисель стал быстро темнеть, и сознание полностью выключилось.

М-м-ать, как же больно то! Будто гигант по рёбрам бревном врезал, я спиной вперёд улетел к его дружку, который меня таким-же бревном отбил, и теперь эти два долбаных переростка принялись играть мною в большой теннис, что-бы это ни было. А на голову мою одели железную бочку, и лупят по ней со всей молодецкой удалью кузнечным молотом, при этом ещё и кто-то на ухо орёт! И орущий сидит в бочке, вместе с моей головой. Сквозь этот ор и грохот, иногда прорывались какие-то невнятные звуки, похожие на голоса, но что говорили я не понимал, просто набор звуков и грохот, жуткий грохот в мозгах и боль во всём теле. Наконец-то темнота, ну привет подруга, заждался.

Опять очнулся, открыл глаза. Вокруг светлая дымка, сквозь неё проступают какие-то цветные пятна. Радует, что кузнецы ушли покурить, захватив с собой дружков-гигантов, вместе с их брёвнышками. Что такое брёвнышки, что такое гиганты, что такое кузнецы я без понятия. Также без понятия кто я такой и где нахожусь, но лежу на чём-то мягком, сверху тоже лежит что-то мягкое и пушистое. Цветные пятна вокруг перемещаются, и издают какие-то непонятные звуки, наверное, говорят, я их всё равно не понимаю, даже звуков не разбираю, “Ы-ы-вау” и “К-у-натаа” какие-то, алеуты что ли. Опа, а кто такие алеуты, откуда я знаю про них? Додумать мысль не успел. А-а-аа м-мать, кузнецы пришли с перекура, опять грохот и тихие голоса алеутов. Ну здравствуй темнота.

Открыл глаза в тёмном киселе. Опять что ли? А нет, прикрыл, снова открыл глаза, кисель рассеялся, это просто темно, ночь пришла видать. Чувствую, что могу пошевелиться, вроде кузнецы пока не появляются. Огляделся. Нахожусь в довольно большом помещении, видно контуры мебели, сам лежу на кровати, укрыт очень толстым и пушистым одеялом. Между прочим, кровать просто гигантская, метра два слева от меня точно будет, справа где-то полметра, я таких в жизни не видел. Хм, это гдеж такой госпиталь-то нашли, с кроватями-аэродромами. Опа, а госпиталь это что? А нет, кузнецы опять просто курили, ну привет, давно не виделись. Темнота.

Очередное пробуждение, по-прежнему темно, кузнецы курят. Снова верчу головой, вставать даже не буду пробовать пока, стоя дождаться кузнецов будет сильно неудобно, головой об пол лететь далеко. Глаза немного привыкли к темноте, разглядел здоровенный шкаф напротив кровати, между прочим, до него метров пять будет, до боковых стен также где-то. На правой стене широкое окно, метра два с половиной шириной, в углу, около шкафа здоровый диван и кресла, стоят полукругом, на полу похоже ковёр, в темноте плохо видно. На ковре стоит низкий столик, на нём ваза с незнакомыми цветами. Вдоль стены с окном стоят небольшие тумбы, с вазами и похожими цветами, окно занавешено лёгкой, почти прозрачной занавеской, за окном виден кусочек неба со звёздами. Поворачиваю голову налево, вижу дверь и тоже какие-то мебельные излишества. Стены толи каменные, толи отделка камнем, местами драпированы тканью и деревом. Довольно приятный для глаз интерьер. Офигеть палата в госпитале. Самое интересное, я без понятия, откуда в голове появляются все эти слова и названия, просто смотрю на предметы, и понимаю, что это такое. Ахтыж ёшкин кот, в голове начал нарастать шум, сейчас походу придут кузнецы. О, точно, вот они, накурились. Темнота.

Раннее утро, за окном только рассвело. Кузнецы видать завтракать ушли. Зато пришли живые люди, трое, два странно одетых мужика, и весьма красивая женщина, жгучая брюнетка, лет 35 на вид, одетая в длинное голубое платье. Мужчины ходят вокруг кровати с сосредоточенными, и несколько задумчивыми лицами, водят вокруг руками и издают звуки. Наверное, они так говорят, жаль я не понимаю ни фига в этом наборе звуков. Лицо женщины сильно обеспокоенно, глаза и нос красные, похоже плакала, она ходит вдоль окна и не знает куда ей деть свои руки. А я могу только лежать и вертеть головой, когда проснулся, пробовал поднять голову и пошевелить руками, ничего не вышло, даже не дёрнулся, говорить тоже не могу, даже мычать. Так что вот, лежу, верчу головой, моргаю. И думаю. Пытаюсь понять кто я такой, где я нахожусь, кто эти люди вокруг меня… и не могу ничего вспомнить.

***

– Госпожа Лисана, я не знаю, что с вашим сыном, диагностика показывает, что он полностью в порядке. Все переломы срослись, повреждения внутренних органов и мягких тканей полностью устранены. – доктор Мортис прохаживался вокруг кровати младшего Лурга и периодически запускал диагностические щупы, после этого глядя на мониторы медицинских приборов, стоящих за изголовьем кровати, и недоуменно морщился – Реакции организма в норме, почему он молчит и практически не двигается я не знаю. Возможно, из-за того, что после остановки сердца прошло почти 15 минут, мозг получил серьёзные повреждения, но мозговая активность, хоть и несколько снижена, всё же в пределах нормы. – Мортис подходит к голове пациента и маленьким фонариком светит в глаза – И зрачки реагируют правильно. Нервные волокна также в полном порядке, всё восстановилось в полном объёме.

Женщина так-же подошла к кровати и глядя в лицо своего сына, нервно сказала:

– Зачем вы мне рассказываете про показания приборов, реакции, и прочее, Дурем, Тай, по-моему, не только не двигается, он и не узнаёт никого. У него же двигается лицо, он иногда морщится, кривится, но, когда он видел меня или свою сестру, у него на лице всегда появлялось выражение радости, а сейчас я вижу равнодушие пополам с недоумением!

Лисана тяжко вздохнула, и опять отошла к окну.

– Госпожа, я наблюдаю вашего сына не один год, я полностью понимаю и разделяю вашу печаль. Мозг, это самый слабо изученный орган у всех разумных рас, даже целители эйнов мало что достоверно знают про него. Да, они умеют восстанавливать нейроны и нейронные связи, но даже они не знают точно, как оно работает. Я думаю, что надо просто подождать, возможно функциональность мозга полностью или хотя бы частично восстановится. В конце концов он пришёл в сознание менее суток назад. – Лекарь заложил руки за спину, и стал прохаживаться вдоль кровати. – мы продолжим наблюдение и если к завтрашнему утру, всё останется по-прежнему, применим целительный артефакт эйнов. Да – лекарь вскинул руку в успокаивающем жесте в сторону дёрнувшейся и собирающейся что-то сказать госпожи – это некоторый риск, в силу отличий наших с эйнами физиологий, но тем не менее, в 95% случаев он приводит организм реципиента в идеальную форму и восстанавливает источник.

– А в остальных пяти делает из пациента безмозглое растение – едва слышно прошептала Лисана – может стоит подождать дольше? – уже громче спросила она.

– Определённо нет, у Тайрона полностью уничтожен его источник, а как вы знаете восстановление пациента идёт на 90% за счёт него. И, хотя энергетические каналы в полном порядке, как и всё остальное, брать силу организму просто неоткуда, и, если ничего не предпринять, энергоканалы начнут потреблять жизненную энергию самого господина Тайрона. Морий конечно прогоняет свою силу через каналы господина Тая, но этого мало, источник может заменить только артефакт. – Мортис остановился у изголовья кровати, и задумчиво посмотрел на мониторы – либо надо выжигать каналы, и ваш сын, госпожа Лисана, станет простым человеком. Причём риск что с каналами будет уничтожена часть нервных волокон, значительно превышает пять процентов!

Раздался стук в дверь, и после разрешения со стороны Лисаны открылась. Вошла высокая, светловолосая женщина, примерно ровесница госпожи Лисаны, одета в свободные брюки кремового цвета и свободный жакет того же цвета. Фигурой она напоминала легкоатлетку, а движениями походила на большую кошку.

– Лисана – вошедшая кивнула головой в знак приветствия – Барух вернулся, они догнали и захватили стрелков.

– Где они!? – Глаза Лисаны сверкнули красным, и она вся подалась в сторону вошедшей.

– Барух подвесил их в подвале, допрос пока ничего не дал, Дарион решил оставить их так на пару дней, возможно будут более говорливы.

– Исана, кто был целью выяснить я так понимаю не получилось?

– Прости сестра, все трое молчат, а из моих знакомых мозгокрутов никто недоступен, я конечно отправила сообщения кому смогла, но, когда ждать ответа не знаю. – Исана виновато пожала плечами – мы пробовали обратится к федералам в городе, там приказали разбираться самим, Дарион сказал, что попытается поискать по старым связям, но…

– Нуда – Лисана горько усмехнулась – мы просто небольшая семья виноделов, 10 человек вся СБ вместе с дружиной, и связей с крупными чиновниками федерации не имеем, с чего бы им нам помогать… ладно – Лисана тяжело вздохнула – ладно, ждём утра, если не будет улучшений, то ваш план принимается Дурем. И да поможет нам Создатель!

Лекарь молча поклонился, и все, кроме разумеется Мория, занимающегося прогонкой силы вышли из комнаты.

***

Лежу, верчу башкой и глазами, больше всё равно ничем не могу, почти вся утренняя компания, плюс дамочка, пришедшая позже, удалилась. Один из мужчин, оказывается всё время находится за пределами моей видимости, где-то за изголовьем кровати, уж не знаю, что он там делает, наверное, приглядывает за мной, толи чтобы не сбежал, что крайне маловероятно, толи чтобы кузнецы не добили, что более вероятно. В течении дня, молотобойцы приходили 6 раз, то есть примерно каждые 2-3 часа, причём что самое неприятное, ближе к ночи вернулись их дружки, что снова начали играть мною в теннис. После явления теннисистов, пришёл и тот второй мужик, что размахивал руками над моей тушкой, вместе с ним пришла и утренняя дамочка. Выглядели они все взволнованными, я бы даже сказал крайне взволнованными, женщина так вообще чуть не рыдала. Кто же они такие-то а? А я кто такой что они так переживают за меня? Хоть бы слово из их ыканья понять, может удалось бы разобраться. Аааа опять башка в бочке. Темнота.

В очередной, не знаю какой, раз прихожу в себя. В комнате включено освещение, за окном ночь. Голова по-прежнему пустая, о хоть без кузнецов, чего нельзя сказать про тело, к теннисистам присоединились друзья, и стали пинать меня с сумасшедшей частотой. Крутить головой больше не выходит, просто не шевелится, как и всё остальное тело, только и могу двигать глазами и моргать… Что-то мне стрёмно, видимо всё, отвертелся… Заплаканная женщина сидит на кровати и держит мою руку, ну я так думаю, поскольку ничего не видно, а из-за пинков игроков, ещё и почти ничего не чувствую. Мужчины ходят вокруг меня и явно к чему-то готовятся, у одного в руках довольно приличных размеров, круглая фиговина, второй, тот, что постарше, машет руками от этого кругляша в сторону меня и что-то бубнит, так проходит некоторое время, боль постепенно нарастает. Наконец старший забирает из рук молодого кругляш и начинает приближать его ко мне, по мере приближения фиговина начинает светится. Свет становится неимоверно ярким, начинает болеть голова и почему-то живот, ага он мало болел до этого. Когда кроме света не вижу ничего, и кроме живота не болит ничего – сознание гаснет. Темнота.

Глава 2

М-м-ать, опять боль. Кузнецы ушли, гиганты, что играли мною в теннис тоже, болит только живот, сильно – прислушался к себе – но в общем то терпимо, примерно, как когда осколков от гранаты наловил животом же. Чуть тогда концы не отдал, 30км по джунглям с развороченным пузом, одной рукой придерживаю свои кишки, кое как наспех примотанные к брюху, второй рукой тащу напарника с оторванной ногой, он практически лежит на моём плече. Меня пробивает как разрядом – ну здравствуй моя память. Вторым разрядом приходит непонимание, почему я жив. Нас же взорвали, в кишке тоннеля под базой, которую мы полезли проверять. Якобы там сидели нужные нам злодеи, а там заместо них сидело только много кило чего-то взрывающегося. В стены, твари, взрывчатки затолкали, вдоль всего тоннеля, и бетоном залили, чуйка взвыла, когда уже поздно было. Совсем поздно, одновременно со взрывом считай сработало… Как этого смогли добиться, надо думать, в голову пока ничего не приходит. Ээх, все пятеро там легли…

Итак, что я помню. Помню кто я – Ильяс Сергеевич Кудряшов, позывной – «Вода», капраз в отставке. «Вода», это трансформация самого первого прозвища – «Водяной», полученного за способность до восемнадцати минут сидеть под водой, безо всяких дыхательных приспособлений. Ну и умение пролезать в любые, даже на первый взгляд недоступные, места, тоже в немалой степени способствовали трансформации позывного. Комиссовали меня, когда коленом поймал немаленькую и непростую пулю, из чего точно не знаю, моё колено её не остановило, кости разнесла да в горные дали улетела. Помню, как три года это колено восстанавливал. Сначала почти год мне его собирали, сустав из какого-то хитрого сплава, такая же хитрая смазка в этот сустав, часть костей ноги реконструировали, и ещё не знаю, что, я что доктор что ли такое знать? Потом ещё два года реабилитации и тренировок, чтоб полностью восстановить форму. Мне за месяц до той командировки как раз 35 исполнилось, и ещё за месяц до этой даты каперанга дали. Вот 38-летний военный пенсионер, хе-хе, и получился. После полного восстановления в пенсах просидел недолго, предложили службу в 14м управлении генштаба, хоть ранее про такое и не слышал даже, но это неудивительно, про моё прошлое место службы тоже мало кто слышал. А вот они обо мне очень даже слышали, и, судя по всему, наблюдали, как я восстанавливался. Потому-как, сперва я думал, что на аналитику зовут иль ещё куда в таком, штабном смысле, ан нет, всё по профилю оказалось.

Помню своих родителей, помню, как батя меня учил. Матушку свою помню, редкой красоты женщина была, крови там было намешано-о-о, и китай там был, и европа там была, и арабская кровь, а уж темперамент како-о-ой, просто огненный шторм, не меньше девятки порой. От кроткой восточной женщины там только название и было, хе-хе. Где уж батя такую нашёл не знаю, сам он почти ничего не рассказывал про это, знаю только, что они вместе из командировки батиной вернулись, откуда-то из-за речки. Эх, матушка теперь получается одна осталась, батя ещё когда я в учебке был из командировки не вернулся… Хотя, я же живой получается, так может и домой смогу вернуться.

Хм, а я оказывается шевелится могу, руку поднял немного, посмотрел на неё. Офигеть, что с моей рукой, чего она такая тонкая, где мои сухожилия!? Вторую посмотрел – та-же петрушка, приподнял голову осмотрел туловище своё. Ну что сказать – не моё! Тело – будто голодом морили, года два минимум! Куда дели моё тело и куда засунули меня!? По-видимому, от движений и сопутствующих волнений, силы кончились, потому как перед глазами всё поплыло, и я опять начал вырубаться, спасибо хоть кузнецы в гости не зашли, просто вырубился и всё. Темнота.

И снова здравствуйте, открываю глаза, в комнате светло, на улице по-прежнему светлое время суток, около кровати стоят трое. Мужик, тот, что постарше, женщина, которая держала меня за руку и много плакала и ещё одна женщина, та что заходила позже. Смотрю на них они смотрят на меня. Молчим. я бы может и сказал, чего, только сомневаюсь, что их Ыканье смогу воспроизвести, да ещё чтоб меня кто понял.

– Тай, ты меня слышишь? – произносит заплаканная женщина посредине.

Обалдеть, ыкать перестали, нормально заговорили. а кто такой этот Тай к которому она обращается? Хотя. Смотрит на меня, так что видимо Тай – это я. Но я-то знаю, что я не Тай, я Ильяс, якорь им всем в зад, Кудряшов! Непонятно. Ну ладно, диалог всё равно надо налаживать как-то, хотят считать меня. Таем, будет им Тай. Тем более что раз они меня видят и всё равно называют. Таем, то видимо это тело Тая. Интересно, а как я сюда попал? И куда сюда? И куда делся сам владелец этой хиленькой тушки? Ладно, надо отвечать чего-нибудь, а то женщина, кажется, опять заплакать собралась.

– Сударыня, не имею чести быть вам представленным, но я вас слышу и понимаю.

Охренеть выдал, яж никогда так не разговаривал, конечно мой словарный запас нельзя назвать скудным, и стиль общения тоже далёк от пролетарского, но всё же 25 лет службы накладывают определённый отпечаток. Угу, все трое стоящих перед кроватью в ступоре, может теперь они меня не понимают, и я им стал Ыкать? Будем выяснять.

– Прошу прощенья – опять начинаю говорить – возможно вы меня не понимаете, как я вас всех вчера, вы если мне будет позволено так сказать, вчера все дружно ыкали, уукали и произносили другие трудно собираемые в понятную речь звуки, возможно сегодня мои речевые потуги выглядят для вас также, но право слово, тут я бессилен чем то помочь вам. Или себе, м-да.

Замолкаю, смотрю на их всё увеличивающиеся в диаметре глаза, жду хоть какой-то внятной реакции.

Наконец женщину посредине немного отпускает, и она произносит подрагивающим голосом:

– Тай, ты что, меня не узнаёшь?

– Простите сударыня, но я не знаю кто вы – смотрю на неё, и решаю уточнить – более того, я не имею ни малейшего понятия, кто окружающие вас, без всякого сомнения, уважаемые и достойные люди – и немного подумав, решаю ещё дополнить, для понимания отсутствия понимания так сказать – и я также хотел бы уточнить, что я не имею ни малейшего понятия, кто я такой – завершаю свою краткую речь, и вопросительно смотрю на них.

– Дурем – произносит всё таже женщина посредине компании – почему не сработал артефакт!?

– Простите госпожа Лисана, но артефакт отработал полностью – названный странным именем задумчиво смотрит на меня и машет руками вокруг моей головы – видимо повреждения, полученные мозгом во время остановки сердца были слишком велики, и даже артефакт не в силах полностью их исправить. возможно, память со временем восстановится, полностью или частично, но когда это произойдёт, и произойдёт ли вообще – Дурем перестаёт махать руками и переводит взгляд на Лисану – простите госпожа, я ничего не могу сказать.

Лежу, смотрю на эту странную компанию, про себя недоумеваю над непонятными словами, артефакты какие-то ещё приплели. А что интересно случилось с этим. Таем-мной? Решаю выяснить, может это подскажет что я тут делаю и как попал.

– Ещё раз прошу прощения господа – тут же поправляюсь – и дамы – внимание присутствующих сосредотачивается на мне – а что, собственно, случилось со мною, почему я ничего не помню? И почему я лежу в кровати и с трудом шевелюсь? И возможно для вас не будет затруднительно уточнить, кто вы все? Я понимаю, что вам удивительно что я задаю такие вопросы, но как сказал многоуважаемый господин доктор, моя голова почти пуста – замолкаю и опять внимательно смотрю на них.

Женщина, названная госпожой Лисаной, вздыхает, прикусывает губу, и подходят к кровати, усаживаясь на край.

– Тебя зовут Тайрон Лург, я твоя мать, Лисана Лург, это – она делает жест в сторону старшего мужчины – Дурем Мортис, наш семейный лекарь, это – жест в сторону женщины – Исана Янш, глава нашей семейной службы охраны и также моя старшая сестра, твоя тётя. Тот молодой человек – жест куда-то в сторону изголовья кровати – Морий Тверн, помощник и ученик Дурема – Лисана на несколько минут замолкает, разглядывая моё лицо, я тоже молчу, жду продолжения – также у тебя есть старший брат Симон и Тирона, твоя старшая сестра. Они скоро придут навестить тебя, вместе с твоим отцом, Дарионом Лургом.

Женщина вновь замолкает, и молчит минут пять, я уже собираюсь начать задавать уточняющие и наводящие вопросы, но она вновь продолжает: