- -
- 100%
- +
Глава 1. Жорик
– Денис Сергеевич… Там этот… эти… – Моя секретарша, хорошенькая, прости Господи, Леночка, мялась в дверях, вздыхала и мычала что-то невразумительное.
"Прости Господи", потому что насколько она привлекательная, настолько же и тупая. Мне Леночка досталась по наследству и я уже почти неделю соображал, кем бы заменить эту идиотку. Таких идиоток, реально поискать надо. Сомневаюсь, что найдутся.
В первый же день у нас с ней сложилась ситуация, которая сразу расставила для меня все точки над "и".
Я провел буквально полчаса в своем новом кабинете, который принадлежал фирме, где мне пришлось стать новым же директором, как дверь приоткрылась и в щель просунулось миленькое личико Леночки.
– Денис Сергеевич, мне кажется, вас просят к телефону.
– Что значит «кажется»? Просят или нет? – я вопросительно посмотрел на это небесное создание. Платиновые волосы, идеальная фигурка, уровень IQ где-то в пределах нуля.
Секретарша немного покраснела, причмокнула губами, будто разминая их, уж не знаю, для чего, а потом пояснила.
– Я сняла трубку и услышала: «Это ты, мой сахарочек?» И не поняла, вас спрашивают или меня…
Несколько минут мы смотрели друг на друга в абсолютной тишине. Я молчал, потому что прикидывал, если пошлю Леночку на хрен прямо сейчас, во что мне это выльется. Как много в офисе лежит на ее плечах? Она – просто молчала. Без какого либо умысла. Глядя на меня совершенно пустыми, но необычайно красивыми, глазами. Потом в них, в этих глазах, появился крохотный зародыш мысли.
– Ой… – Выдала, наконец, Леночка, – Голос в трубке был мужской… Наверное, не Вас. Извините…
Она пискнула, охнула и исчезла, наконец, за дверью. В этот момент я понял, легко не будет. Секретаршу надо срочно менять. Эту, очевидно, держали здесь для определённых обязанностей. Как там называется модное слово? Харассмент? Правда, подозреваю, судя по глубине ее декольте, из которого сиськи просто вываливались наружу сами собой, без каких-либо усилий со стороны их обладательницы, защита требовалась не этой тупой блондинке, а всем, кто рядом. От нее защита.
Очередное идиотское поведение, которое я наблюдал в данную секунду, это только подтверждало. Твою мать… И пока нет других вариантов. Объявление о вакансии вышло только сегодня. Не прибить бы эту дуру раньше времени.
– Позвольте… – Раздался за спиной секретарши мужской незнакомый голос.
Леночку просто взяли за шиворот и убрали с дороги. Зато в кабинете нарисовались новые посетители. Они были одеты "по гражданке", но такую категорию лиц я знаю хорошо. Рожи у них характерного вида. Менты.
– Всем доброе утро. Управление Экономической безопасности и противодействия коррупции, старший лейтенант полиции Ткачев Станислав Игоревич. Все оставайтесь на своих местах…
Мы с ним уставились друг на друга. Потому что, кто, мляха муха, все? В кабинете – я один. Он явно тоже сообразил, что сказал полную хрень. Но при этом сделал вид, будто все очень даже по уму. Вот только, какого, вообще, черта тут делает БЭП?
– Денис Сергеевич Никонов. Верно? Сейчас я со своими коллегами буду проводить обыск в вашем офисе. Так, понятые, вы наблюдаете за каждым нашим действием. Ваши права я разъяснил. У вас есть вопросы?
Следом за старлеем протиснулась тетка в облезлом платье с вороньим гнездом на голове. Наверное, это была какая-то прическа. Когда-то. Подозреваю, еще во времена ее молодости. В руках "понятая" держала авоську. Из авоськи что-то капало прямо на пол и весьма ощутимо тянуло селедкой. За теткой появился пацан, лет двадцати. Он оглядывался с интересом, пережёвывая жвачку так громко, что я отчетливо слышал, как двигаются его челюсти. Мне кажется, кстати, не только я, но и ближайшие несколько районов. Судя по его физиономии, он не до конца понимал, где и зачем находится.
– Нет, нам все понятно, что вы зачитали. – Затрясла башкой тетка, при этом мотыляя одновременно, в такт, своей сумкой. Содержимое внутри авоськи перетряхнулось и в разные стороны полетели несколько брызг. Одна попала мне на джинсы. Уже в этот момент я начал заводиться. Потому что теперь селедкой воняло и от меня. Это не считая того, что джинсы стоят, как тетка, пацан и старлей вместе взятые. Не то, чтоб жаль шмоток, но, твою мать…
Станислав Игоревич посмотрел на тетку, на сумку. Хотел, наверное, вздохнуть, судя по открывшемуся рту, однако, закрыл его обратно. Рот, имею в виду. Набрался терпения, бедолага. Видимо, на роль понятых никого другого они выцепить на улице не смогли. Ну, да. Здание приличное, а вот район не очень. Пусть скажет спасибо, что эти двое хотя бы трезвые и "свежие". А без понятых ему никак.
– Хорошо, тогда начнем. На время проведения следственных действий, я запрещаю, звонить, мешать или препятствовать проведению обыска различными действиями. Никто офис не покидает без моего разрешения. Телефоны все достаем, я их собираю. Компьютеры не выключаем. – Продолжил "рабочим" тоном мент.
За дверью послышался тихий скулеж. Так понимаю, это Леночка среагировала на слова сотрудника органов. Наверное, представила, как ее будут обыскивать.
– Я, конечно, дико извиняюсь, но можно уточнить? А что происходит… мммм… старший лейтенант Ткачев? Верно? – Даже не пытался придать своей интонации хотя бы подобия уважения или почитания. Не люблю ментов. Особенно, когда я к ним вообще никакого отношения не имею. И они ко мне тоже не должны иметь. Так-то.
– Да. Станислав Игоревич меня зовут. Для Вас, действительно, старший лейтенант. Уточнить можно. В демократической стране живем, как-никак. Гласность, свобода слова, все дела. – Ментенку мой тон явно не понравился.
Тем более, судя по всему, он года на три старше меня. Ему около двадцати четырех. Естественно, смотрит на писюна перед собой, это он так думает, что я – писюн, и мысленно уже вешает мне какие-нибудь особо "приятные" статьи. Лошара. Как бы это не было поперек горла, и как бы я не зарекался пользоваться своей фамилией, но на крайний случай скажу отцу. Этот Ткачев пойдет в постовые. Не хотел больше пользоваться семейными бонусами. Честно, не хотел. Но тут, походу, придется.
История, конечно, странная и мутная. Фирму попросил принять хороший знакомый. В мои планы становиться бизнесменом не входило. Пошел навстречу, чтоб помочь. Даже в подробности не стал вдаваться. Компания по грузоперевозкам. Что там может быть "не то". Сменить директора надо было на время. А мне, как раз, пришла в голову блажь жить самостоятельно. Без семейной поддержки.
Вообще… если честно… Я – бывший мажор и бывший Попаданец. Так, наверное это называется. Не мажорю и не паподанствую уже три месяца.
Вот так мог бы сказать, если бы существовало общество анонимных шизофреников. По крайней мере, меня неплохо в этом убедили. Что я – псих.
Некоторое время назад попал в аварию. Почти месяц провалялся овощем. Говорят, спал.
А для меня все выглядело иначе. Я очнулся в 1980 году, в теле сына партийной шишки. Пацана за плохое поведение сослали в деревню к родственникам. Когда говорю "деревня" именно это имею в виду. Не современный вариант провинции, а самое настоящее село. С курами, коровами, козами и уличным толчком. Жорик Милославский. Раздолбай и придурок. Такой же, как я. Был когда-то. История там вышла муторная и достаточно сложная. Но покуролесил неплохо. Весело. На самом деле, весело. Круто даже. Финал, правда, вышел невесёлый, но какое оно теперь имеет значение?
Просто, когда очнулся, узнал, что ни черта этого не было. Все события, в которых, как мне казалось, я участвовал – бред воспаленного, пострадавшего в аварии мозга.
Выписался из больницы и практически сразу все рассказал отцу. Мое пребывание в прошлом напрямую было связано с ним. Рассказал, потому что мне показалось, он точно знал, что ни хрена это не сон. Специально делал вид, будто ни при делах. Слишком много моментов на данный факт указывало.
Но… После того, как вернувшись из больницы, вывалил все отцу, на следующий день в нашем доме появилась милая, улыбчивая женщина в дорогом брючном костюме.
Психолог. Я охренел, если честно. Отец очень активно убеждал меня, будто ничего страшного не происходит. Марина, так звали эту тетку, просто будет приходить каждый день и говорит со мной о приключениях в Зеленухах. Мол, это для моего же блага. Потому что авария и месяц бессознательного состояния не прошли бесследно. И вообще, они с матерью и сестрой беспокоятся обо мне. Насчёт сестры, с которой мы друг друга ненавидим, особо, конечно, повеселило. В общем, все для меня. Все ради меня. Бла-бла-бла.
Поначалу отказывался верить в свое сумасшествие. Пусть и временное. Пытался даже найти в инете информацию о Милославских. Однако, ни черта там не нашлось.
В итоге, за прошедшие три месяца, я реально поверил в то, что путешествия в прошлое не было. Зеленух не было. Жорика не было. И Наташки, тоже не было. Сука… По ней скучал сильнее всего. По несуществующей девчонке.
Постепенно я вообще перестал говорить о Милославском и о том, что ухитрился попасть в 1980 год. Правда, иногда, ловил на себе внимательный взгляд отца. Особенно, когда он думал, что я не вижу его.
Ну, а потом мне захотелось самостоятельности. Я отправился в Академию и забрал оттуда свои документы. У родителей был шок. Отец – член Совета Федерации, мать – сидит в Думе, а сын – полный раздолбай. Но чего-то захотелось своего. Самому. Чтоб без папы за спиной и без его связей.
В то же время знакомый предложил стать директором фирмы по грузоперевозкам. Произошло это буквально неделю назад. Оформили все одним днем. Он сильно торопился, сказал, отчеты сдавать. Или какая-то такая херня. Просто…Он не рискнул бы меня подставить. Вообще никак. Не самоубийца же. Или наоборот… Чуть не долбанул себя ладонью прямо по лбу. Этот знакомый мог понимать, что уж кто-то, а я точно отмажусь. Самая идеальная кандидатура. Что мне этот Бэп – хереп…
– Объясните свое присутствие. – Повторил я старлею еще раз. Вид сделал стоумовый. Чтоб не было видно по моей роже мои же мысли.
– Денис Сергеевич, вот наше постановление, вот мое удостоверение. – Мент протянул мне бумагу и корочку. – Управление экономической безопасности, старший лейтенант полиции Ткачев Станислав Игоревич… Это на тот случай, если Вы плохо слышите или туго соображаете. Ознакомьтесь и подпишите постановление. Тогда я вам все объясню.
Мент явно невзлюбил меня, как и я его. Бывает такое. Неприязнь с первого взгляда. Договорив свою фразу, он обернулся к еще нескольким мужчинам в штатском, которые тоже появились в кабинете. Такими темпами скоро кому-то из нас точно придётся выйти. Народу набилось до жопы просто. Я не против, если мне.
– Так, парни, приступаем к обыску. Изымаем все флешки, диски. В том числе жесткие из компьютера. Документацию, где фигурируют интересные нам фирмы. Черновые записи с интересными для нас фактами. В общем, что я вам объясняю? Работаем!
– Слушайте, товарищ мент…. – Я даже не собирался вести себя иначе. Просто этот придурок вообще не понимает, с кем связался. А больше всего бесит тот факт, что он не спрашивает. Он утверждает. Сразу решил, будто я виноват. – Еще раз говорю. Объясните мне, какого хрена тут происходит? Млять… Убери ты на хрен свою рыбу! На рынке, что ли?!
Я в два шага оказался рядом с теткой, сумка которой уже не капала, а просто текла, выхватил авоську из ее рук, открыл окно и швырнул вонючую хрень на улицу. Второй понятой даже жвачку жевать перестал. На одну секунду, пока длилось его удивление.
– Да ты совсем? Я ее по скидке купила! Там же икры на два захода! Сволочь ты буржуйская! – Взревела тетка и кинулась к окну. Мне кажется, ее не остановил бы даже тринадцатый этаж. Она готова была прыгнуть вслед за своей сумкой.
– Гражданка Лапина! – Старлей все-таки не выдержал. – Стоим и смотрим, как работают сотрудники. Стоим! Смотрим! Ясно?!
Тетка затихла, кивнула своим вороньим гнездом и замерла рядом со столом. Спорить с властью ей точно не хотелось. Есть такое у простых людей. В крови, наверное, с рождения. Страх перед погонами. Правда, в мою сторону она успела кинуть взгляд, полный ненависти и презрения.
– Денис Сергеевич, – Старлей переключился снова на меня, – ваша фирма занимается транспортными перевозками. Насколько мне известно, а мне это точно известно, Вы же понимаете? В собственности, не считая "наемников", числится порядка ста грузовых машин. Не будем темнить. Правда? Тем более, уверен, Вы сами в курсе. Скрывать от нас правду, не советую. Смысла нет. Две недели назад по моим наработкам была задержана группа лиц, обналичивающие деньги. Вот ваша компания фигурирует у нас именно в данном интересном направлении. Немаленькие суммы проходили по вашим счетам.
– Ну, во-первых… Мммм… Черт, забываю Ваше имя все время… так вот, мы оказывали услуги по грузоперевозкам. Нам давали заказ, мы груз, соответственно, везли, ни о чем не подозревая. Можете ознакомиться с договорами, все согласно букве закона. Во-вторых, видите ли, я в должности директора буквально неделю. Поэтому, то, что Вы там две недели назад кого-то где-то обнаружили, это не касается меня. Сорян, старлей. Но позвольте откланяться.
Я хотел обойти Ткачева и смыться из кабинета. А потом набрать того самого знакомого, который втянул меня в эту хрень, дабы поинтересоваться, не надоело ли ему жить? Может, конечно, не буквально. Но уж в смысле, не надоело ли ему жить на свободе, точно.
– Денис Сергеевич, – Ткачев сделал шаг в сторону, загораживая мне проход, – Видите ли, по документам Вы стали директором этой организации гораздо раньше. Почти три месяца назад.
– Слышишь, три месяца назад я валялся в больнице. Кем и мог стать в то время, только инвалидом. Если бы в себя не пришёл.
Как же меня бесил этот мудак в погонах. Вернее, он был без погон, само собой, но бесил реально сильно. Какой-то охреневший мент, отвечаю. Ему ни о чем не говорит фамилия Никонов?
– Мы во всем разберемся, Денис Сергеевич. Не переживайте. Сейчас проведем обыск, затем доставим вас в ГСУ для дачи показаний. И кстати… телефончик будьте любезны, отдайте нашим сотрудникам. Прямо сейчас.
Старлей говорил ублюдочно спокойным голосом. Он явно видел, как сильно я завожусь и его это прикалывало. Типа, Робин Гуд? Портит настроение богатым и дарит его бедным? Очевидно Ткачев не любит людей с деньгами. И даже не скрывает этого. Хотя, будучи при исполнении, делает вид, что все культурно.
– Ну, ок… – Швырнул мобильник на стол. – Я хочу вызвать адвоката. Чтобы вы тут лишнего себе не позволили.
– Аааа….Адвокат, это – хорошо. Это – ваше право. Это, конечно, вызывайте. Только имейте в виду, ждать мы его не будем. – Ткачев улыбнулся одними губами. Просто растянул их в узкую полоску. – По ходу дела впишем, как участвующее лицо. Вы готовы подписать постановление на проведение обыска вашего офиса?
С каждой минутой нашего общения голос старлея становится все более ласковым. Знаю я эту херню. Встречался пару раз с подобным тоном у ментов. Значит, они перероют все. Каждую бумажку, каждую программку проверят. Костьми лягут, но найдут даже то, чего здесь отродясь не было. На принцип пошел ментёнок. Хорошо, что БЭП. Был бы какой-нибудь Госнаркоконтроль, точно "нашли" бы до хрена интересного.
– Да, готов. Обыскиваете, конечно. Вы же все равно его проведете? Правда? Скажите, товарищ… блин…хреново с памятью после аварии. Товарищ, мент, а Вы всей моей биографией интересовались? Чисто для понимания. Хочу знать, в курсе ли Вы тех проблем, которые себе создаёте.
– Конечно, интересовался, Денис Сергеевич. Не беспокойтесь. Я все-таки… как Вы говорите? Товарищ мент? Свою работу знаю и делаю ее хорошо. Да… в протоколе вы тоже будете записаны, как участвующие лицо.
– Чудесно. Продолжайте делать свою работу. Хорошо.
Я развёл руками и отошел в сторону.
Вот мне интересно, кто из нас троих дебил. Я, который подписался принять фирму, даже не проверив ее. На честном слове. Мой знакомый, который сам не понимает, уровень каких проблем себе нажил. Я же его все равно найду. Или этот старлей, который очевидно знает, кто мой отец, но один хрен лезет на рожон. Типа, идейный что ли? Борец за справедливость?
Короче, обыск длился пять часов. Я уже хотел жрать и бухнуть. Это при том, что с момента, как пришёл в себя на больничной койке, грамма алкоголя в рот не брал. Но сейчас прям накатило. Накатило желание накатить. Каламбур, мляха муха.
Я думал, честно говоря, окончание обыска означает, что нам пора с товарищем старлеем расстаться. Хрена там!
Оказалось, поездки к следователю не избежать. Сука!
На своей машине мне ехать не разрешили. Пришлось трястись в раздолбаной "гранте". С обеих сторон ко мне прижались плечом доблестные сотрудники БЭПа. Везли, твою мать, как рецидивиста.
– Вы бы еще наручники мне надели, товарищ Ткачев. – Бросил я ментенку, который уселся в комфорте рядом с водилой. Он периодически оглядывался назад, смотрел, как меня расплющило между двумя его вообще не худыми коллегами, и очевидно получал от этой картины наслаждение.
– Любите ролевые игры, Денис Сергеевич? Да, я слышал, люди, избалованные вседозволенностью имеют склонность к извращениям. Но не сегодня и не с нами. Мы больше по классике.
Менты, прижимавшиеся ко мне с двух сторон, заржали, как дебилы.
Мы подъехали к светло-желтому четырех этажному зданию.
– Выходите, Денис Сергеевич. Прибыли. – Ткачев вылез сам, а затем открыл заднюю дверь. – Следуйте за нами.
Я выбрался наружу, следом за ментом, который сидел справа, и потопал к крыльцу здания. Главное Следственное Управление. Раньше не бывал, но что это такое, знаю.
Зашли внутрь, миновали металлическую рамку и вертушку.
Дежурный в форме, с откормленный рожей, проводил нас сонным взглядом.
На третьем этаже, перед одной из многочисленных дверей, Ткачев остановился, обернулся, посмотрел на меня, будто я ему на спину плюнул, пока мы шли, а потом велел.
– Стойте здесь, Денис Сергеевич. Ждите, пока позову. Ребят, с ним один останьтесь.
– Ой, мляяя… – Тихо, но так, чтоб он обязательно слышал, протянул ему в след. Типа, срать я хотел на его ребят. Захотел бы, хрен бы здесь стоял. Так что, мой выбор, где находиться.
В кабинете, как оказалось, заседала старший следователь Сафонова Наталья Николаевна. Имя было написано на двери. Ясен хер, я успел его прочитать и запомнить. Женщина, это уже хорошо. С женщиной мы точно договоримся.
– Проходите, Денис Сергеевич. Присаживайтесь пока. – Ткачев распахнул дверь и сделал приглашающий жест, а когда я переступил порог, тихо добавил. – Сядешь потом…
– Мммм… с юмором хреново, старлей…
Не мог не сказать ему это, когда шел мимо. Блин, выйду из этой богадельни, поеду в ночной клуб и напьюсь. Отвечаю. Сначала позвоню отцу. Как бы мне не хотелось самостоятельности, но, походу, в данной ситуации, хрен получится. А потом нажрусь, просто, как свинья.
Глава 2. Стасик
– Ну, что там, Стас? Как все прошло? Мандец ты, конечно. Нашел, кого подтягивать.
Не успел спуститься во двор, как тут же подскочил один из коллег. Витька Щербаков.
– Да ничего. Ожидаемо. Богатый мудак, который думает, что ему все по херу. – Я пожал плечами, вынул из кармана пачку сигарет, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся. С некоторых пор стал курить гораздо больше. Выбесил меня, конечно, этот скот изрядно. Вёл себя нагло и самоуверенно.
– Слушай, ну, ты ведь знаешь, кто его отец. Зачем тебе это? Сам понимаешь, дело спустят "на тормозах". Найдется кто-нибудь крайний. Вон, бухгалтер, например. Стас, ты не первый год в отделе. Сам все понимаешь.
– И что? Мне ему в ноги поклониться? Этому мажору. Или извиниться, что его фирма в обнале?
– Стас, ты прости, конечно, – Витька наклонился ближе, чтоб нас не услышал никто из проходящих мимо. – Можно ведь нормально там договориться. Подумай, какие перспективы.
– Витя… Сделаю вид, что ты этого не говорил, а я этого не слышал…
– Блин… Реально, прости, но ты мандец, какой странный после той аварии. Будто подменили.
– Да иди ты, блин… – Я в сердцах бросил половину сигареты в урну и пошел к машине, которая стояла во дворе следственного управления. Что за гадский день. Покурить даже нормально не дают.
Странный… Станешь тут странным. У меня иногда теперь ощущение, будто реально поехала крыша. И главное, даже поделиться не с кем.
Ну, да. Случилась авария. Я обмывал повышение, сел за руль бухой. Даже не на своей тачке поехал кататься. Отнял с пьяных глаз у какого-то таджика-таксиста. Дебил, блин. Не таксист, конечно. Я – дебил. Вообще этого не помню. Так мне рассказали уже значительно позже. Ясное дело, ни черта хорошего из этого не вышло. Рассадился в хлам. Документов при себе не было, умчался в сторону какой-то деревни. Ни камер, ни черта. На хрен она мне была нужна, эта деревня? Кто бы знал. Я вот точно не знаю. Потому что, не помню.
Несколько дней меня искали родные. Хорошо, папа служит в прокуратуре. Был бы работягой, так и сгнил бы я в деревенской больничке. Нашел, транспортировал в город. А потом почти месяц я валялся в коме. Или не в коме. Не знаю. До сих пор не могу понять, если честно. Мне вообще, на самом деле, нормально было. Только не знал об этом никто. Врачи, как положено, отхаживали. Думали, пацан в нирване.
А я, на самом деле, оказался в теле тоже Станислава Игоревича, но только Соколова. В 1980 году. Срочник, который отправился служить в ряды Советской армии. Кому расскажешь, не поверят. Я никому и не рассказывал. Точно в шизики записали бы. Потому что сам так и не знаю до конца. Было это или не было. Очнулся в больнице. Пришел в себя внезапно. Главное, там, в 1980, вроде помог одному пацану. А здесь, в своём времени, узнал, что этого пацана я на машине бухой, как раз, сбил. Правда, был он уже не пацаном, а пожилым человеком. Жив остался мужик. Слава богу. Короче, история, полный бред.
Я ее вообще старался не вспоминать. Чтоб на самом деле крыша не потекла. Слишком все реально происходило в моей башке. Была даже мысль проверить, существовал ли такой тип. Соколов Станислав Игоревич. Внук героя войны. Но не рискнул, если честно. Побоялся. В глубине души все равно хотел верить, будто случившееся со мной – правда.
Странное дело, но, когда очнулся, что-то во мне изменилось. Хрен его знает, почему. Решил, не буду больше взятки брать. Сон или не сон, а было все, как наяву. И армия, и учебка, и те люди, которые меня окружали. Ну, его к черту.
Пока в себя пришел, восстановился. Вернулся на службу. А тут эта фирма долбанная. Занимался ею из-за обнала. Там вообще вся схема на виду. Даже нормально спрятать не потрудились. Сегодня планировали обыск. Конечно, я знал, кто там в директорах числится. Сынок Никонова. Хер его туда занёс. Неужели бабла мало папиного? Понять не могу.
Вот ещё с утра догадался, что день пойдет через задницу. Как только припарковал машину возле Главного Следственного Управления. Голубь так серанул, будто специально всю жизнь меня ждал. Прямо на плечо. Гадина.
Нужно было забрать постановление на проведение обыска одного из офисов. Две недели назад провел реализацию оперативной обработки. Пора двигаться шустрее.
Еще следователь досталась … Сафонова Наталья Николаевна. Улыбается всегда, сучка. А глаза – холодные. Будто на части меня разбирает.
Но по совести сказать, следаков вообще не выношу на дух. Стоит только им передать дело на возбуждение, так они потом затрахают своими поручениями и жалобами начальству, что уголовное дело не сопровождается.
И вот вопрос, какого хрена я, опер, должен проводить обыск? Зачем нам следствие?! Хотя, раньше обыски я любил. Там всегда можно было поживиться чем-то полезным.
– Здравствуй, ты сегодня так рано, Стас. Приятно, когда оперативники ответственно подходят к сопровождению уголовного дела. Вот, постановления я подготовила. Можете начинать работать. – Сафонова расплылась своей традиционной крокодильей улыбкой.
Сука, еще и ехидничает…
– Да, Наталья Николаевна, спасибо, что все подготовили. Могу быть чем то полезен? – Ответил ей таким же тоном. Мол, че ты брешешь, стерва. Рада она.
– Нет. После обыска – ко мне на допрос директора. Хорошего тебе дня, Станислав. – Улыбка Натальи Николаевны стала еще шире. Как бы рожа не треснула у нее. Но мне, конечно, так повезти не может. А жаль.
– Спасибо.
Вышел из кабинета с мыслью, задолбала, сука.
И вот тогда я уже понимал, что день не задастся. Было очень сильное предчувствие. Аж свербило во всех местах.
Оно, мое предчувствие, оправдалось полностью. Поэтому, когда мажор вышел от Сафоновой с довольным лицом, я точно понял, напьюсь.
Внешне все было прилично.
– Здравствуйте, Денис Сергеевич. Я – старший следователь Сафонова Наталья Николаевна. Сейчас проведу допрос по возбужденому уголовному делу, по статье 172 УК РФ. Я буду задавать Вам вопросы, а Вы будете мне на них отвечать предельно честно. Перед допросом я обязана вас предупредить о статье 51 конституции РФ. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников. А также о статье 307 УК РФ, за что предусмотрена уголовная ответственность. За заведомо ложные показания. Вам это ясно?