Псионик. Обратный отсчет

Глава 1

– Ее высочество, Великая Княжна Елизавета!

Я, конечно, не знаю, зачем мужик в панталонах и чулках так старался, палкой о пол лупил, голос надрывал, мог бы просто молча открыть дверь. Один черт на его вопли никто не обратил внимания.

Кстати, он реально был одет в панталоны и чулки. На башке у него имелся парик, с которого при малейшем движении головой сыпалась белая пыль. Мне, честно говоря, стоило больших усилий не заржать каждый раз, когда я смотрел на этого бедолагу. Просто форменный клоун какой-то. Представить не могу, сколько должны платить за такую работу. Стоишь дурак-дураком, людей смешишь одним своим видом. Хотя, похоже, внимание на него обращал только я. И, пожалуй, Ангелина, которая, конечно, не могла упустить возможности по этому поводу ткнуть в меня парочкой шпилек своего идиотского сарказма:

– Что ты улыбаешься, как дурачок? Все равно из тебя провинциальным духом несет за километр. Думаешь, в твоем случае улыбка поможет? Точно нет. И костюм не поможет. И новообретенные родственники в лице нашей семьи.

Романовская тихо фыркнула, а потом еще небрежно повела плечиком. Мол, глупость какая.

Вот красивая она, конечно, особа, но едва рот откроет, это ужас какой-то. Льётся оттуда чистый яд. Достойная дочь своего отца, ничего не скажешь. Гены – мощная штука. И хитра, конечно, тоже в папочку. Семейка, блин. Нет, точно мамаша от нее не зря сбежала.

Пока Полковник находился рядом, Ангелина старалась держаться от меня подальше. Стоило ему отойти, даже не на сильно большое расстояние, она моментально передвигалась ближе к моей скромной персоне, чтоб выпустить очередную порцию желчи.

Видимо, после случившегося, девчонка теперь не просто меня ненавидит. Она боится и ненавидит. А для таких людей, как Романовская, нет ничего хуже страха. Он их угнетает и морально корёжит. Вот по данной причине дочь Ликвидатора и не может оставить меня в покое. Ведет себя, как обезумевший заклинатель змей, который тычет кобре в морду палкой. Чисто показать, видишь, а мне не страшно. Все равно ты – в моей власти. Ой, ну да, ну да…

А я и правда улыбался. Как можно оставаться серьёзным, когда перед тобой такой смешной тип маячит? Еще палку ему вручили здоровую. Палка была почти в два раза выше бедолаги в чулках. Он ее еле держал.

Я, конечно, понимаю, подобный нюанс в виде человека, охраняющего за каким-то чертом двери и сообщающего о прибытии важных персон – дань традициям, но если мне не изменяет память, в прошлой истории нашей страны подобных клоунов в услужении у императоров и царей вроде не имелось. Больше старой Европой отдает. Очень, очень старой. Даже не той, которая была до Третьей мировой.

– А я, Лина, видишь ли, планы строю. Думаю, куда тебе в следующий раз путешествие организовать. Или туда же хочешь? Понравилось, я гляжу… Все для, твоего блага, сестричка… – Я подмигнул девчонке.

Романовская моментально утратила весь свой саркастический пыл. Она тихо икнула, испуганно оглянулась по сторонам, прикрыв рот ладошкой, а уже в следующую секунду тактично свалила в сторону. Молча. Вообще больше ни слова не сказала. Правда выглядеть после моего намёка на ее веселую прогулочку в ад стала очень уж бледненько. Прямо лицо у нее в одну секунду изменилось.

Ну, потому что не хрена мне тут свой характер показывать. Ясное дело, вряд ли я ее куда-то отправлю. Причина одна, единственная – сам не знаю, как у меня это получилось. Вернее, благодаря Насте предполагаю, но не особо хочу снова во все это окунуться. И кстати, по данному поводу сильно хотелось бы поговорить с тем псиоником, которого я вытащил из… Черт его знает из какой задницы. Просто Романовская особо рассказывать о своем путешествии не собирается. А вот пацан… Он мог бы мне дать ответы на некоторые вопросы.

– О чем вы беседовали? Почему Ангелина так изменилась в лице? – Тут же нарисовался рядом Ликвидатор. Следит он за нами, что ли? Минуту назад его не было видно, а тут уже, ты погляди, стоит, физиономией кривится.

Я его вопрос проигнорировал. Не специально. Отвлекся на высокие резные двери, которые после объявления княжны распахнулись, в ожидание именинницы. Однако она пока еще на пороге не появились. Может, и к лучшему. Мне эту девочку даже было жаль, если честно.

Почему? Да потому что все присутствующие в зале гости, совершенно не парясь о приличиях, продолжали тусоваться, общаться, весело хихикать и переговариваться между собой. Многие по-прежнему косились в мою сторону, предвкушая то, что должно произойти.

А вот Бутурлина я не нашел среди гостей. Видел мельком Лопухину вместе с ее отцом. Варя помахала мне рукой издалека. Заметил Шереметева, тоже с семьёй. Потом вроде мелькали Головин и Анна Морозова. А вот Макса что-то не было. Либо он притаился где-нибудь в углу, ожидая моего позора.

В любом случае громкие слова мужика в чулках о появлении Княжны не произвели должного впечатления. Даже никто не дернулся. Честное слово. А буквально пару минут назад им так-то сообщили о прибытии второй персоны в Империи. По крайней мере, чисто номинально она вторая. После императора, само собой.

Ну, да. Теперь я понимаю, о чем говорила императорская дочка возле пруда. И еще понимаю, вернее понял бы, захоти она и правда утопиться. Очень погано, наверное, иметь статус будущей императрицей, зная, что тебя твои подданные в хрен не ставят.

Просто, вполне очевидно, собравшимся в честь ее дня рождения богатеям вообще искренне наплевать на девчонку. И они этого не просто не скрывают, они это даже выпячивают.

Нет, я понимаю, императорская семья у нас – чистая формальность, но не настолько же. Мда… я думал, мы, бедняки, страдаем от кучи проблем. Видимо, некоторые еще хуже себя чувствуют, даже имея деньги, драгоценности и власть. Власть, которая, словно очень хиленькая конструкция, возведена на зыбучих песках.

– Ты где был? – Романовский, нахмурился, покосившись на меня недовольно.

Он, кстати, не стал исключением. Ликвидатор в сторону дверей совершенно не смотрел, зато пялился на меня внимательным, прожигающим взглядом. Не знаю, чего именно хотел Сергей Сергеевич? Может, надеялся, что у него получится превратить непослушного псионика в горстку пепла… Черт… Интересно, а я так могу?

Стоило Ангелине отскочить в сторону, этот – наоборот, прицепился, будто репей. Стоял рядом и активно шипел мне в ухо, требуя ответа на один и тот же вопрос. И задавался этот вопрос, наверное, в десятый раз за то время, что я вернулся из сада.

– Говорю же. Гулял. Вы сказали гулять, я послушно выполнял ваше указание. Вы уж, Сергей Сергеевич, как-то определитесь. Сначала послали меня шляться по этим парковым аллеям. Аж голова закружилась от усердия, как старательно я их патрулировал. Зато теперь недовольны. Вас, богатых, не поймёшь…

– Ты изменился… – Выдал вдруг Романовский. Его взгляд стал не просто внимательным. Полковник теперь будто пытался просканировать меня. – Хочу понять, откуда в тебе эта уверенность. И не понимаю. Не вижу причин для нее… Ты по-прежнему находишься здесь, в столице, на моих условиях. Не забывай. Лишь мое решение изменить ситуацию в Империи является гарантом того, что ты пока жив. Ключевое слово – «пока». Еще раз спрашиваю, где ты был столько времени? Я сказал прогуляться, а не исчезать почти на час.

– Да что ж ты будешь делать… Гулял. Гулял и дышал воздухом. – Я отвечал Ликвидатору, а сам продолжал пялиться в сторону распахнутых дверей. Ну, где же она… Ухитрилась еще куда-то вляпаться?

– Антон… Ты зачем сейчас делаешь из меня дурака? Вернее не так… Ты почему думаешь, что можешь делать из меня дурака? – Полковника явно таращило от злости, однако он упорно хотел сохранить лицо.

Слишком много вокруг свидетелей. Нельзя допустить, чтоб все эти люди заподозрили самого Сергея Сергеевича Романовского в неприличном поведении, а в проявлении эмоций – тем более.

Поэтому в голосе Ликвидатора отчетливо слышалась злость, но при этом на физиономии сохранялась улыбка. Вежливая, до тошноты.

– Даже не собирался. – Я небрежно пожал плечами. – Слушайте, а ничего, что этот мужик в чулках объявил приход дочери императора? Я так понимаю, вон та бедолага с хреновиной на голове – она и есть. Почему никто не отреагировал даже?

В дверях большой залы действительно появилась моя новая знакомая. Я смотрел, как по широкому проходу, устланному красной ковровой дорожкой, украшенной золотыми вензелями императорского дома, идёт Княжна, и испытывал странное чувство. Мне очень, очень сильно хотелось подойти, взять ее за руку и преодолеть это сраное расстояние от дверей до места, где сидел ее отец, вместе с Елизаветой.

Ну, ладно… признаю. Девчонка была права. Жизнь у нее не сахарная. Правда, ей тоже как-то надо влиять на такую ситуацию. Что уж она позволяет с собой обращаться подобным образом. Я даже сейчас не про всех этих богатеньких придурков, собравшихся в зале. Хотя бы свою обслугу на место поставила. Они над ней будто издеваются. Я бы лично так расценил.

После возвращения во дворец, видимо, Княжну привели в порядок. Ее предыдущее платье было угроблено неожиданным заплывом, как и причёска. Казалось бы, какое счастье. Есть шанс переодеться в нормальную одежду. Но нет.

Девчонка снова выглядела огородным пугалом. Ее нарядили в точно такое же платье, совершенно один один похоже на то, которое было испорчено в пруду. На голове соорудили очередную башню. Хотя бы без цветочков. Правда сильно это картину не улучшило. Только теперь, ко всему прочему, ещё и лицо императорской дочери намазали какими-то кремами, от которых она казалось не просто бледной, а синюшной. Будто из парка реально во дворец пришла упопленница. Вот ее, эту утопленницу, быстренько облачили в самый отвратительный наряд. Причесали максимально плохо. А потом выпустили к гостям. Мол, иди, порадуй людей своим уродством.

Судя по слегка покрасневшим глазам Княжны, это они пытались скрыть следы ее слёз, когда на лицо шмякнули слой косметической штукатурки. А ведь она не так уж уродлива, как могло показаться с первого взгляда. Когда при нашем знакомстве Княжна искупалась в пруду, она стала выглядеть даже приятно, не смотря на вид мокрого облезлого кота.

Но при всем этом, надо признать, держалась Елизавета достойно. Достойно императорской дочки. Так скажу. Если брать в общем, то зря она вообще позволяет всему этому происходить. Однако, если смотреть с точки зрения ее статуса, то тут несомненно, у Княжны просто охренительная сила воли.

Девчонка топала по проходу, придерживая край юбки ужасного платья, которое к тому же своим цветом нежной фиалки добавляло лицу Елизаветы еще больше синевы. Голову она держала гордо, слегка задрав подбородок. Спина была такая прямая, что любая танцовщица имперского балета удавится от зависти. И еще, Княжна вообще не смотрела по сторонам. Просто маршировала вперед, уставившись взглядом в одну точку. Туда, где на некотором подобие трона сидел ее отец.

Цирк, конечно. В зале, где происходило все торжество, реально имелись два больших кресла, каждое в виде царского трона. Их поставили в конце помещения на высоком постаменте. И вот на одном из них сидел Император собственной персоной. К нему у меня, кстати, было больше всего вопросов.

Выглядел этот человек… Сильно уставшим. Так, наверное, можно сказать. На всю эту шушеру, собравшуюся, вообще-то, в его доме, в честь день рождения, вообще-то, его дочери, он даже не глянул на разу. Просто развалился в кресле, оперся подбородком на руку и пялился куда-то вниз, на носки собственных туфель.

Правда, в отличие от Княжны, самого императора хотя бы не нарядили посмешищем. На нем был классический смокинг. Обычный, черный. О статусе этого темноволосого мужчины с седыми висками говорила лишь корона на голове и большой, громоздкий перстень на безымянном пальце левой руки.

Корона, блин! По мне это такой бред, если честно. Подозреваю, вся тяга к некоторым сильно выпячиваемым традициям прошлого – это бонус, компенсация за роль, которую Императору приходится играть. Он же не идиот, понимает, в чем смысл его существования в роли правителя Империи. А тут просто придумали сделать несколько ярких моментов, которые точно подтвердят, да, ты – император. Иначе он об этом просто однажды забыл бы.

– Ах, да… – Романовский, наконец, отвлекся от моей персоны и повернулся к проходу, по которому топала Княжна.

Причем она реально топала. Маршировала. Чеканила шаг. Подойдут любые термины подобного толка. Такое ощущение, будто девчонка не на своем собственном дне рождении присутствует, а готовится к драке.

А вот следующие действия Полковника заставили меня наверное даже простить ему многое. Не все. Это – харя треснет. Да и есть вещи, которые простить нельзя. Но многое.

Ликвидатор в несколько шагов преодолел расстояние от места, где мы стояли, до Княжны, которая как раз проходила мимо. Причем, когда по залу двигался Романовский, люди, многие даже сами того не замечая, просто расходились в стороны, стараясь не мешаться ему на пути. Да, Ликвидатора, может, не любят. Может, ненавидят. Но то, что его боятся и уважают – это факт. Был бы он достоин занять трон? А я все больше склоняюсь к мысли, что это и есть конечная цель Романовсего. Не знаю. По мне у Сергея Сергеевича на почве бесконечной борьбы с псиониками крыша реально потекла. Могу сказать точно, на одной только императорской короне он не остановится. Ему этого мало. А мир, есть у меня такое подозрение, не сильно готов к еще одной глобальной войне. Особенно, к войне, где оружием являются псионики.

Однако общий план, который Полковник мне пока еще весьма расплывчато обозначил, говорит именно о его желании заполучить огромную власть. Подмять под себя Корпорации, создать подобие маленькой армии псиоников. Ну… Точно не для развлечения это все задумано. Подозреваю, метит господин Романовский во властители мира.

– Ваше высочество! – Громко, отчетливо произнёс Ликвидатор. Потом вообще вышел вперёд и остановился напротив Княжны. – Позвольте первым поприветствовать вас и поздравить со столь замечательным праздником. Вы сегодня удивительно прекрасны.

Он осторожно взял руку девчонки в свою, а затем, склонившись, еле-еле коснулся губами тыльной стороны ладони. Княжна, само собой, в момент, когда Ликвидатор выскочил перед ней, тоже замерла. Странно было бы продолжать идти, вынуждая тем самым главного особиста Империи бежать следом. И что интересно, на учтивость Ликвидатора она отреагировала… Черт, такое чувство, будто ей захотелось отдернуть руку, а потом вытереть ее о платье. Однозначно эта девчонка нравится мне все больше.

А вот богатеи, собравшиеся в зале, как только Полковник произнёс первое слово, мгновенно заткнулись. Просто все, как один, замолчали в секунду. Реально. Я такой реакции никогда не видел. Неееет… Они не просто боятся Великого и Ужасного Ликвидатора. Они обосраться готовы, лишь бы только не дай бог он не заподозрил кого-то в неуважении к своей персоне. Теперь понятно, почему все гости ждут не дождутся моего сегодняшнего выступления. Это же реально охренительнся возможность посмеяться над тем, кто держит их в страхе. Правда, думаю, хохотать они будут после бала, закрывшись по своим домам. Чтоб не дай бог до Особого отдела отголоски смеха не долетели.

– Благодарю вас, Сергей Сергеевич. – Ответила Княжна спокойным, вежливым голосом.

Потом она посмотрела в сторону, где стояли гости, и ее взгляд буквально столкнулся с моим.

Глава 2

Собственно говоря, выбора не было изначально, потому что ситуация складывалась не лучшим образом. Естественно, как всегда, не лучшим образом для меня. Я уже начинаю привыкать к подобному развитию событий. За одной задницей непременно следует другая. Видимо, это – специфика моей жизни. Побочный эффект способностей псионика.

Оно и раньше все не особо хорошо было, но теперь вообще просто какая-то бесконечная жесть творится. Проблемы сыпятся мне прямо на голову, будто какой-то шутник сидит наверху и трясет дырявый мешок.

Едва только девчонка сообщила, что она является дочерью императора, а соответственно, именно с ее ноги мне предстоит стянуть чулок на потеху публике, я подумал – да ладно! Так не бывает. Что за нелепое совпадение? Просто… Твою ж мать… Из всех гостей этого дурацкого дня рождения именно ее потянуло к пруду. Именно в тот момент, когда там был я. Ну, разве это не достойно звания самой нелепой ерунды, которая только могла произойти?

В первые пару минут у меня были именно такие мысли. Тихое офигевание от происходящего. Потом пришло понимание, вариантов моих действий немного, на самом деле. Буквально через очень короткое время, если что-то не предпринять, вполне возможно разразится скандал похлеще петушиного крика.

Может, девчонка ничего и не скажет, увидев мою физиономию среди гостей. Но я ее совсем не знаю. А эффект неожиданности тоже никто не отменял. Поэтому мне срочно, очень срочно требовалось сообразить, какой из вариантов развития событий выбрать.

Первое – я прямо сейчас беру Княжну за шиворот и закидываю обратно в пруд. Могу еще пару камешков сверху накинуть. Чтоб наверняка. Тут как в одной старой поговорке, нету тела – нету дела. Чисто теоретически, это – самый оптимальный вариант. Но! На хрена я ее тогда спасал? Напрягался, силы тратил. Рисковал, между прочим. Да и вообще, целенаправленное утопление царственных особ не является моим хобби. Романовский, конечно, уже долгое время пытается меня убедить в том, что все псионики – неадекватные сумасшедшие, однако подтверждать данную мысль не хочется совсем. Даже если никто не узнает о случившемся, что маловероятно, я то все равно буду знать. Вот кем-кем, а убийцей я стать не готов.

Второй вариант – убрать часть памяти девчонки. Стереть. То есть просто почистить последние минут пятнадцать жизни Княжны. Но это тоже риск. Причем, риск большой. Все-таки она – императорская дочь, а не какая-то бродяжка, чтоб подобные эксперименты ставить. Может, на ней и не висит защита, как на Ликвидаторе. Скорее всего не висит. Иначе как бы я ее по пруду таскал? Сопротивления не почувствовал вообще никакого. В доме Романовских к примеру, я будто ощущаю тяжесть. Давит на башку. Здесь же, парке, ничего подобного нет. Да и на кой черт псионикам Император? Никому нет дела до этого человека. Последний идиот только не знает, что наш правитель не решает ровным счетом ничего.

Однако, уверен, девчонку периодически проверяют на воздействие. Да и вообще. Если она не сможет объяснить, где провела минут двадцать своей жизни, явившись в крайне потасканном, намоченном, грязном виде, это вызовет большой интерес со стороны особистов, который в свою очередь приведёт к интересу со стороны главного особиста. Короче, тоже нет. План – хрень полная.

Третий вариант – взять ноги в руки и смыться с бала. Я бы рад, если честно, поступить именно так, но подобное поведение опять же вызовет проблемы с Ликвидатором, который ждет от меня Наследников, готовых служить на благо Романовских. К тому же Бутурлин будет признан победителем в нашем споре. То есть здесь вообще получается комбо. И один хрен меня кто-нибудь в конце убьет. Например, Полковник за сорванные планы.

Поэтому, я выбрал четвертый вариант. Самый абсурдный на первый взгляд. Я бы даже сказал, безумный. Но в то мгновение именно он показался мне правильным. Скажем так, сработала интуиция.

– Слушай, тут такое дело… Сейчас я кое-что тебе расскажу. Я ведь тебя спас, верно? Соответственно, ты – моя должница. То есть, вроде как дашь на дашь должно быть. Ну… Если по-честному.

– О-о-о-о-о… – Во взгляде Елизаветы появилась легкая тень разочарования. Мол, я думала ты не такой как все, а ты… – Сколько хочешь? Деньги? Драгоценности? Отец заплатит. Я бы не хотела говорить ему о случившемся. И без того постоянно со всех сторон слышу, какое недоразумение наша наследница. Тем более учитывая, как именно произошло спасение. Эта история с падением в воду вызовет очередные разговоры подобного толка. А насчёт тебя… У меня нет предвзятости к псионикам. Наоборот, я совсем не против подружиться. Это даже по-настоящему круто. У меня будет товарищ со способностями. Насчет моего молчания не переживай. Отцу скажем, будто ты просто вытащил меня из воды обычным, человеческим способом. В себе я уверена. Но…

– Деньги? Ты думаешь, мне нужны деньги? – Я уставился на девчонку, искренне недоумевая, что жажда наживы – первая мысль, пришедшая ей в голову. Они о чем-то кроме своих сраных денег вообще думают?

– Разве нет? – Княжна вскинула подбородок и с вызовом посмотрела мне в глаза. Мол, а то непонятно. Что еще может интересовать?

– Я сейчас, наверное, проявлю сильное неуважение к твоей царственной персоне и, возможно, с императорской дочерью так говорить нельзя, но скажи… ты нормальная? На твоих глазах только что псионик, находящийся в императорском дворце, применил свои способности, а ты реально думаешь, будто мне хочется обогатиться? Серьезно? Не поверишь, но мертвецов деньги не радуют. Они им просто без надобности.

– Ты думаешь я тебя сдам?! – Княжна возмущённо взмахнула руками и попыталась вскочить на ноги.

От столь необдуманных действий ее прическа-башня несколько раз подпрыгнула вверх, а потом мокрым жгутом шлёпнулась Княжне прямо на нос. Девчонка тряхнула головой, пытаясь откинуть это убожество в сторону. Хрен там.

– Не суетись. – Я осторожно убрал настырную многострадальную башню, которая теперь скорее напоминала постиранную и выкрученную тряпку, с лица Елизаветы. – Я не думаю, будто сдашь. Но и ты меня пойми. Некоторые опасения все же имеются.

– Ты меня спас! – Она гневно фыркнула, оттолкнув мою руку. – А мог этого не делать, хотя бы ради своей безопасности. Неужели ты думаешь я совсем… чёрт, как это говорят… Думаешь, я совсем конечная?

– Ну, хорошо. Верю! Не психуй. Тогда мне придётся сообщить тебе еще один нюанс… – Я замолчал, подбирая слова.

Вот тут как раз у меня выходила главная закавыка. Нужно рассказать девчонке, что я – Антон Лерманов, то бишь племянник Ликвидатора. Но говорить о непосредственном участии Романовского в данном факте нельзя, это однозначно. По крайней мере о том, что я не тот, за кого себя выдаю. Потому что это породит вполне закономерный вопрос. По какой причине человек, убивающий псиоников, объявил одного из них своим родственником?

И вот после данного вопроса вообще начинается лютый треш. Представляю, как сильно удивится девчонка, если я сообщу ей о том, что Ликвидатор планирует занять место ее отца с помощью псиоников. Да и вообще прибрать остальной мир к своим рукам. Это даже в моих мыслях звучит погано.

Не то, чтоб меня сильно волнуют честь и достоинство Романовского. По большому счету, думаю император, даже зная правду, хрен ему что сделает. Просто подобная информация опасна в первую очередь для самой Княжны. Поэтому, будем врать.

– Видишь ли… Ты, наверное, заметила, что я не ребёнок. Мне… – Я завис на секунду, вспоминая возраст настоящего Лерманова, – Мне шестнадцать. И по всем законам логики меня уже не должно быть в живых. Сама знаешь, как это происходит. Все знают. Особый отдел работает чётко. Скрываться от особистов непросто. Впрочем, такое мало у кого получается. Но мне повезло. В некотором роде… Я родился там, где искать никто не будет.

Княжна замерла, превратившись в одно большое ухо. Она слушала меня, открыв рот. Просто девчонка сразу поняла, сейчас последует нечто крайне интересное. Ну, я ее, как бы, не подвёл.

– Моя фамилия Лерманов. Мой родной дядя – Сергей Сергеевич Романовский. Великий и ужасный Ликвидатор, убивающий мне подобных. И само собой, о том, что я – псионик, не известно никому. Теперь ты являешься обладательницей этой тайны. Моя жизнь, по сути, в твоих руках. Рассказал тебе, потому что так сложились обстоятельства. На балу ты все равно меня увидела бы.

Замолчал, ожидая, что последует за столь необычным признанием. Очень надеюсь, в девчонке я не ошибся. Она не похожа ни на кого из богатеев. Какая-то не испорченная, что ли.

– Ох-ре-не-ть… – Выдала Великая Княжна, наследница трона Империи после небольшой паузы. Правда тут же испуганно оглянулась, будто кто-то мог застать ее за неподобающим поведением. Наверное, дочери Императора нельзя использовать бранные выражения. – Ты… О-о-о-о-о… Подожди… Лерманов! Тот самый, с кем поспорил дурак Бутурлин! Тот, о котором уже больше недели говорят все, кому не лень. Ничего себе! И ты – псионик!

Девчонка снова попыталась вскочить на ноги, но ее идиотское платье, которое промокло насквозь, прилипло во всех местах да еще своим объёмом не давало ей нормально двигаться.

– Черт! – Елизавета, психанув, несколько раз дернула грязный подол. Само собой, безуспешно. – Дебильный наряд… Ладно. Бог с ним. Подожди… То есть все эти годы ты, зная о своей особенности, просто сидел под боком у Полковника? Прямо на его глазах? И выжил благодаря этому… Вот это да…