Приключения в Ух-Чудиновке

Глава 1

Что произошло, когда мама была на дежурстве

– А зачем вам моя кошка понадобилась? – с нескрываемым любопытством спросил Вовка у ребят, когда они вошли в его комнату.

Гриша и Маруся, брат и сестра, в нерешительности топтались на месте, думая, как рассказать соседскому мальчишке невероятную историю, которая произошла с ними накануне. Вовка перешёл в седьмой класс, считал себя самостоятельным и снисходительно относился к младшим.

Гриша, уставившись на ботинки, будто они были главным объектом его внимания, тихо сказал:

– Ты же говорил, что Мурка очень музыку любит. Вот мы и хотели проверить её музыкальные способности.

– Да ну! Чего их проверять? Она в консерваторию поступать не собирается, – рассмеялся Вовка. – Скажешь тоже! Давай выкладывай, зачем тебе моя Мурилла?

Гриша вопросительно посмотрел на сестрёнку – рассказывать или нет – и, получив одобрительный знак, помялся немного и начал говорить…

И вот что Вовка услышал…

У Марины Эдуардовны, мамы Маруси и Гриши, было очередное ночное дежурство в больнице. Ребята уже привыкли, что иногда они ночевали одни. Перед сном брат и сестра всегда читали сказки. Вот и в этот вечер, удобно устроившись на старом диванчике, они разложили перед собой большую потрёпанную книгу. Страницы её пожелтели от времени, в некоторых местах истёрлись и порвались, но всё равно это была самая любимая книга.

– Жили-были старик со старухой… – с выражением начал Гриша. Но тут из соседней комнаты послышалась музыка.

Играли на пианино, жалобно и тоскливо…

В комнате никого не было. Но… откуда тогда музыка? Такая печальная, такая грустная, она проникала прямо в душу и бередила её… Жуткое предчувствие охватило ребят, и они крепче прижались друг к другу.

– Там кто-то есть! – прошептала маленькая Маруся и со страхом посмотрела на Гришу.

Музыка на время стихла.

– Да нет там никого. – Брат стал успокаивать Марусю, но по голосу сестрёнка поняла, что он и сам немножко испугался. Гриша погладил её по русым косичкам и уже увереннее добавил:

– Просто показалось.

– Давай посмотрим, – осмелела Маруся и потянула Гришу за рукав.

– Сейчас проверю. Мы входную дверь закрыли, никто не мог войти. – Гриша решительно направился через холл.

И вдруг замер. Дверь в соседнюю комнату приоткрыта, и в комнате темно! А Гриша хорошо помнил, что не выключал свет!

И тут он снова услышал музыку! Она была тихая и очень грустная.

– Я боюсь, – заплакала Маруся, но музыка зазвучала громче, веселее. Девочка успокоилась и вытерла слёзы.

– Там, наверное, мама, – радостно прошептала она и подбежала к двери, из-за которой опять лилась тоскливая, печальная мелодия.

Маруся резко остановилась, потому что… дверь – сама! – стала медленно открываться. А музыка становилась всё тише и тише и наконец смолкла.

Дрожа от страха, ребята застыли перед полуоткрытой дверью. Неведомая сила тянула посмотреть, что там, и наконец любопытство победило. Брат с сестрой заглянули в комнату. Тишина… Во мраке смутно проступал силуэт пианино. Белые клавиши ясно выделялись в лунном свете и выглядели жутковато. Ребята включили свет и осторожно вошли. Никого! Казалось, всё было на своих местах – во всяком случае, ничего подозрительного они не обнаружили. Пианино и круглый вертящийся стул стояли там же, где и всегда.

– Ну вот, зря мы боялись, это, наверное, слуховые гал-лю-ци-на-ци-и, – с трудом выговорил Гриша сложное слово.

Он ещё раз внимательно посмотрел по сторонам и с облегчением вздохнул, увидев красный огонёк на приёмнике:

– Уф-ф, теперь всё понятно. Мама забыла выключить радио. – Он нажал на кнопку, и огонёк погас.

Окинув взглядом комнату, Гриша заметил на пианино мамины белые перчатки. Убрал их в шкаф и с чувством выполненного долга повернулся к Марусе:

– Пойдём спать, сестрёнка.

Только они отошли на несколько шагов, как раздался едва слышный аккорд.

На цыпочках, не оглядываясь, ребята забежали к себе в комнату и спрятались под одеяло. Маруся прижала к себе плюшевого медвежонка и тихонько прошептала ему на ушко:

– Не бойся, я с тобой!

В комнате было тихо, и, как ни дрожали ребята, сон постепенно сморил их.

Утром с дежурства вернулась мама. И строго спросила:

– Зачем взяли перчатки? Почему открыто пианино? – Не дождавшись ответа, она вытащила из кармана куртки исписанный листок и недоумённо пробормотала:

– Надо же, рецепт. Я его сегодня одной пациентке выписала.

Мама невольно вздрогнула, вспомнив, как по окончании дежурства к ней в кабинет зашла сухая тщедушная старушка. Сверлящий взгляд, нос крючком, в руках палка – прямо колдунья из сказки. Запомнилось имя: Чудинова Полина Прокопьевна. Скрипучим голосом пациентка спросила, можно ли современными лекарствами вернуть молодость и бодрость. Поначалу мама подумала, что у бабульки с головой что-то неладное. Однако, не показав удивления, посоветовала ей больше гулять на свежем воздухе и выписала рецепт витаминного чая.

«Странная старушка, она мне ещё что-то про чудеса и про какие-то перчатки говорила, в гости звала, а я её не выслушала до конца, – вспоминала теперь мама. – Ах да, меня позвали к тяжёлому больному, а когда я вернулась, старушки уже не было, только листочек, исписанный старческим почерком, остался на столе…» – Мама положила рецепт обратно в карман. – «Непонятно, как он оказался в куртке, точно помню, что отдавала его».

Тряхнув головой, мама постаралась избавиться от мыслей, которые не давали ей покоя после визита странной пациентки. Но справиться с внезапно возникшим раздражением так и не удалось. Она сердито выговорила ребятам:

– Не берите мои вещи, а если играете на пианино, то не забывайте его закрывать.

Гриша отвёл глаза и почему-то соврал:

– Мы даже в комнату не заходили.

– А почему перчатки оказались на пианино и оно открыто? – не поверила мама и, развернувшись, вышла из комнаты.

Возвращаясь к себе, она удивлялась:

«Чего я так разошлась? Ну поиграли и поиграли, что с того? Подумаешь, забыли пианино закрыть! И перчатки, если Маруся и брала их померить, не причина для возмущения. Какие же мелочи выводят меня из себя! Нельзя на детей срываться, – продолжала укорять себя мама. – Наверное, я очень устала. Пора в отпуск».

Когда мама ушла, ребята недоумённо переглянулись.

– Почему она так рассердилась? На неё это совсем не похоже. Тебе не показалось, что мама сегодня какая-то странная? – спросил Гриша.

– Она никогда не ругала меня, если я её вещи иногда мерила, наоборот её всегда это веселило, – удивлялась Маруся. – Да-да, она изменилась и стала такой… такой… – Девочка никак не могла подыскать подходящее слово. Да, мама сегодня сама на себя непохожа.

Спрыгнув с кровати, Маруся босиком подбежала к брату. И еле слышно прошептала:

– Я знаю, во всём виноваты перчатки! Да-да! Это они играли на пианино! – Голос её дрожал.

– Нет, Марусь, этого не может быть! – не согласился с ней Гриша. И задумчиво протянул: – Белые перчатки… Слушай, а давай проверим! Когда у мамы будет следующее дежурство. Возьмём у Вовки кошку и запустим её в мамину комнату, если заиграет музыка. Вот тут-то кошка перчатки и схватит!

Через два дня мама предупредила, что у неё внеочередное дежурство и Марусе с Гришей опять придётся ночевать одним…

Теперь ребятам надо было убедить Вовку, что им очень-очень нужна его кошка. Объяснив приятелю ситуацию, они с нетерпением ожидали его решения…

– Ну ты даёшь, Гришаня! Это ж надо напридумывать! – Вовка сложил руки на груди и важно изрёк: – Самоиграющее пианино? Cамолетающие перчатки? – Он покрутил пальцем у виска. – И где это ты так врать научился?

Маруся отважно вступилась за брата:

– Так всё и было! Правда-правда! Знаешь, как мы испугались, когда дверь сама стала открываться!

Почувствовав, как ребятам важен его ответ, Вовка снисходительно сказал:

– Ну ладно, так и быть, берите Мурку! Только за хвост не дёргайте! – Он погрозил кулаком, подхватил с дивана спящую кошку и передал её Грише. – А вообще, ребят, я передумал – сам пойду с вами! Вы с моей кошкой не справитесь.

Гриша хотел было что-то сказать, но Вовка, забрав у него Мурку, опередил:

– Не стоит благодарности, так и быть побуду эту ночь с вами, чтобы не придумывали всякой чепухи.

Вовкина кошка была спокойной и разумной. Но, переступив порог соседней квартиры, она вдруг нервно забегала по коридору. А истошным мяуканьем только подтверждала: здесь явно что-то не в порядке.

Ребята решили сразу запустить кошку в комнату, где стояло пианино. Мурка упиралась всеми лапами и орала. От страха глаза её стали похожи на два огромных стеклянных шара. Маруся встала на колени, чтобы погладить и успокоить кошку, но та вырвалась и забилась в дальний угол под диван.

– Кис-кис-кис, – Гриша пытался вытащить Мурку, но она царапалась и кусалась. Тогда Вовка, страшно гордый, что рассеет ребячьи страхи, ловко ухватил кошку за шкирку и закинул её в комнату.

– Всё, эксперимент начался. – Он плотно закрыл дверь и, подмигнув ребятам, заулыбался во весь рот. Вовка не верил, что Гриша с Марусей боялись какой-то музыки.

В комнате было подозрительно тихо, даже Мурка замолчала. Но внезапно раздался такой душераздирающий кошачий крик, что все трое, не думая о последствиях, бросились спасать кошку.

В комнате творилось что-то невообразимое: повсюду летали перья из подушек, земля, цветы и черепки разбитых цветочных горшков были разбросаны по полу. Но самое главное – белые перчатки, которые сами играли на пианино. Ребята не верили своим глазам: перчатки старательно нажимали на клавиши, а те, в свою очередь, издавали какое-то подобие музыки – это была не игра, а жуткая какофония хриплых и визжащих звуков.

В довершение всего раздался страшный грохот и звон бьющегося стекла: зеркало – да, это было зеркало из шкафа – не выдержало и разлетелось на множество осколков. В каждом из них отразилась Вовкина кошка. Через мгновение настоящие чёрные кошки с красными бантиками на шее стали вылезать из каждого маленького зеркальца. Целые полчища Мурок и Барсиков быстро заполнили комнату, оглашая её громким мяуканьем. Потрясающее зрелище: появляясь из зеркального осколка, каждая кошка обретала реальную форму, отряхивалась, потягивалась, оглядывалась по сторонам и начинала мяукать, присоединяясь к кошачьему многоголосью.

Удивительно, но страх испарился, как сон. Стараясь не наступать на орущих под ногами кошек, ребята пытались подобраться к перчаткам и схватить их. Но не тут-то было. Перчатки легко взлетели к потолку, а потом стали набрасываться на кошек. Кошки лопались и исчезали так же быстро, как и появлялись. Только настоящая Вовкина кошка, забившись в тёмный угол, продолжала мяукать как ненормальная.

– Нам не стоит оставаться в этой комнате. Бежим! – скомандовал Вовка. Взъерошенная Мурка пулей выскочила в коридор, а следом и ребята.

Дверь с грохотом закрылась. За ней раздались новые звуки: как будто кто-то с силой хлопал в ладоши.

– Ну и дела, – мрачно изрёк Вовка, с размаху плюхнувшись на пол. – Прямо полтергейст… – Он озабоченно почесал в затылке и огляделся по сторонам.

В приоткрытую неведомой силой дверь было видно, как распахнулось окно. Перчатки сделали фигуру из трёх пальцев, а попросту кукиш, и улетели в ночь. Их сопровождали невесть откуда взявшиеся хихиканье и улюлюканье. Закрыв окно, ребята принялись собирать осколки зеркала.

– Что же теперь мама скажет? – Взволнованная Маруся ждала от ребят объяснений. Но Гриша и Вовка сами терялись в догадках и спрашивали друг у друга:

– Может, это волшебные перчатки?

– Ну да, как же, – язвительно произнёс Вовка и решительно добавил: – Чудес на свете не бывает!

– Как это не бывает? – обиделась Маруся, заплетая растрепавшиеся волосы в тугую косичку. – Мы же только что сами всё видели.

– Ну ладно, может, иногда и бывают, – нехотя согласился Вовка.

Глава 2

Шерстяной мальчик

Наступило утро. Мама вернулась с дежурства, прошла в детскую и устало опустилась в кресло.

– Сегодня мальчика привезли по скорой, его собака укусила за ногу. Повезло, что рана неглубокая и небольшая. Но мальчик сильно испугался и, наверное, от страха придумал целую историю! Вы уж, ребятки, осторожнее, не подходите к собакам, – попросила мама.

– А что за история? – заинтересовался Вовка.

– Мол, на улице к какой-то собаке подлетели перчатки и завязали ей на шее красный бантик. Собака разозлилась и укусила мальчика – он как раз мимо проходил. Вот такой фантазёр и выдумщик!

Мама неожиданно замолчала. Мелькнула мысль: «Какое совпадение! Та старушка, Полина Прокопьевна, рассказывала невероятную историю про перчатки!» – Мама помотала головой, стараясь отогнать навязчивые воспоминания, и пошла к себе в комнату.

Маруся горячо зашептала брату:

– Сейчас отругает нас за разбитое зеркало. Давай расскажем про волшебные перчатки!

– Лучше подождём, – ответил он, не желая признаваться в пережитых ночью страхах. И тут из соседней комнаты донёсся тревожный мамин голос:

– Почему зеркало мутное? Вы чем-то его…

Мама замолчала на полуслове. На зеркальной поверхности проявился размытый мужской силуэт.

– Андрей?! – ахнула мама и испуганно отступила назад. Видение исчезло. Чуть слышно прошептала: – Померещилось.

Тяжёлые воспоминания нахлынули на неё. Это был силуэт её мужа, пропавшего без вести несколько лет назад.

Услышав шаги детей, мама быстро смахнула слёзы.

Ребята вбежали в комнату и замерли, увидев на стенке шкафа… абсолютно целое зеркало. Почудилось или нет? – из зеркала пристально смотрели чёрные кошки с красными бантиками на шее и хитро подмигивали Грише и Марусе.

Самое время рассказать историю с перчатками! Выслушав детей, мама открыла дверцу шкафа и взяла с полки белые лайковые перчатки. Ничего особенного – перчатки как перчатки. Вдруг она взволнованно воскликнула:

– Это не мои! – и удивлённо ахнула, увидев маленькие дырочки.

– Дайте мне посмотреть! – крикнул Вовка и мигом оказался рядом с Мариной Эдуардовной. Она пожала плечами и протянула мальчику перчатки. Вовка натянул их и, довольный, воскликнул: – Ух тёпленькие! – Но вдруг осёкся, увидев в глазах друзей невыразимый ужас.

– Что случилось? – вскрикнула Марина Эдуардовна, тревожно глядя на мальчика. Надев перчатки, Вовка в одно мгновение покрылся собачьей шерстью. Марина Эдуардовна побледнела и слегка покачнулась. Держась одной рукой за сердце, другой она попыталась удержать равновесие и схватилась за полку шкафа. Полка накренилась, и оттуда вместе с разными вещицами вывалились мелкие клочки настоящих маминых перчаток.

От ужаса все замерли – ни пошевелиться, ни повернуться. Мама медленно оседала на пол, у неё перехватило дыхание, она пыталась сказать хоть что-нибудь, но все слова застревали в горле. Прошло несколько тревожных минут. Мама потёрла виски и наконец пришла в себя:

– Невероятно! Этого не может быть!

Она внимательно осматривала Вовку, легонько дёргала за шерстинки, но они не отделялись:

– Мистика!

Маруся и Гриша, испуганно глядя на Вовку, собирали разбросанные лоскутки, а Вовка разглядывал себя в зеркало и жалобно всхлипывал:

– На кого я похож? Оброс собачьей шерстью. От меня же все шарахаться будут!

Он пытался стащить с себя злополучные перчатки, но не тут-то было: они словно срослись с Вовкиными руками! Гриша попробовал пошутить, чтобы ободрить друга:

– У тебя, Вовка, такой прикольный вид, что многие позавидуют! И наряд на бал-маскарад не надо придумывать!

Но шутка была неудачной. Вовка грустно вздохнул и неловко отмахнулся:

– Меня даже мама не узнает! Сам бы так нарядился, тогда бы понял!

Вовка взял большие ножницы и стал состригать с себя собачью шерсть, стряхивая её на пол. Получалось криво и неаккуратно, но это его не волновало. Взамен состриженной шерсти сразу появлялась новая, и Вовка, отчаянно подавляя желание разреветься, упрямо продолжал с ней бороться.

Гриша посоветовал:

– Намочи перчатки – вдруг они сами слетят?

Вовка подставил руки под воду, но ничего не изменилось.

Маруся вытащила из коробки цветной карандаш:

– Давай я нарисую цветочек! Может, он понравится перчаткам, и они тебя отпустят.

Ярко-оранжевые лепестки украсили белую перчатку – но безрезультатно.

Марина Эдуардовна мучительно думала и повторяла вполголоса:

– Что же делать, что же теперь делать?

– Вызвать скорую помощь, – предложила Маруся.

– Нет, доченька, думаю, в данном случае это не выход, – возразила мама, с сочувствием посматривая на Вовку и теребя мелкие лоскутки.

– Может, в полицию позвонить? – высказал предложение Гриша, но мама, поразмыслив, его отвергла:

– Нет-нет, уверена, полиция тоже не поможет. Неспроста всё это, – раздумывала она. Неожиданно мамино лицо озарилось. – Старушка! Полина Прокопьевна! Мне кажется, что невероятные события и эта странная бабушка связаны между собой.

Глядя на притихших ребят, мама взволнованно сказала:

– Пришла ко мне два дня назад одна старушка. От одного её вида мне не по себе стало – взглядом словно прожигала. Интересовалась, как ей снова молодой стать! Я даже подумала, что она шутит. – Мама вздохнула. – Но она не шутила. И поведала мне необычную историю – про чудеса, которые в её деревне происходят. Про перчатки что-то говорила, только я не дослушала. А ещё настойчиво в гости приглашала. В какой-то момент старушка преобразилась: стала такой ласковой и сердечной… Мне даже неловко было, что я её за колдунью приняла. Она мне записку с адресом оставила. – Мама полистала блокнот:

– Вот, нашла. Чудинова Полина Прокопьевна… Надо же, и деревня Ух-Чудиновка называется. Странное совпадение…

Мама достала карту и вместе с Гришей начала поиски, но они оказались безуспешными: просто Чудиновок полно, а вот Ух-Чудиновки ни одной.

– У меня же есть рисунок с описанием, как попасть в эту деревеньку! – вспомнила мама, вытряхивая всё из карманов. Не найдя там того, что искала, она решительно перевернула сумку. Оттуда посыпались записные книжки и блокнотики, ключи и тюбики губной помады, выпорхнули два листочка бумаги. На одном из них был вкривь и вкось нарисован план: как добраться до Ух-Чудиновки. На другом, розовом, ребята прочитали имя: Андрей.

– Так звали вашего папу, – взволнованно проговорила мама, недоумевая, откуда взялся второй листок.

– Мам, а что с папой случилось? – спросила Маруся.

Мама ласково обняла дочку:

– Лет шесть назад, когда ты ещё совсем маленькая была, ушёл папа в экспедицию и не вернулся. Неизвестно, что там произошло.

– Я его никогда не видела, – пожаловалась Маруся.

– Да, доченька, все его фотографии тогда же пропали, – с горечью промолвила мама и добавила: – Наш Гриша очень на папу похож. И такой же добрый.

Интуиция подсказывала маме, что разгадку всех этих колдовских явлений следует искать именно в таинственной Ух-Чудиновке. Но путешествие в неизвестное место – рискованная затея. Поэтому мама сомневалась, брать ли с собой детей.

Неожиданно на выручку пришёл Вовка:

– Поехали все вместе! Деревня-то эта недалеко.

– А и правда, поехали! Предупредим твоих родителей – и в дорогу. – Марина Эдуардовна уже набирала телефон Вовкиной мамы.

Глава 3

Начало путешествия. Встреча с Егором-Пифагором

Ребята забрались в машину. Гриша хотел сесть рядом с мамой, но она отправила его назад, к Вовке с Марусей.

Мама накинула на голову розовый шёлковый шарфик, чтобы ветер не растрепал волосы. Шарф скрывал нежный овал лица, но густые тёмные ресницы не могли утаить глубины и чистоты маминых глаз. Марина Эдуардовна была очень красива, и Маруся всегда радовалась, когда кто-то говорил, что она мамина копия.

Марина Эдуардовна надела солнцезащитные очки, удобно разместилась на водительском месте, включила зажигание и взялась за руль. Машина шустро понеслась по дороге.

Вовка сосредоточенно рассматривал свои руки и раздумывал, как ему жить с ненавистными перчатками, если их не удастся снять и он останется таким навсегда.

– Да ладно, Вовк! Ты не волнуйся! Не так уж и плохо – зимой одеваться не надо! – подбадривал его Гриша.

– Легко тебе говорить, ты-то без шерсти и без перчаток, – не мог успокоиться Вовка. – Как я буду готовить кулинарные шедевры? Моя мечта стать поваром теперь не осуществится!

– А недавно ты лесником хотел быть, – удивился Гриша. – Сам же рассказывал о всяких премудростях, которым тебя дедушка обучал.

– Так то раньше…

За оживлённой болтовнёй время пролетело незаметно. Через пару часов показался поворот, за которым нормальная дорога закончилась. Разбитые бетонные плиты, громадные ухабы и колдобины не оставляли ни единого шанса ехать дальше на машине.

– Ну что ж, выбора у нас нет – придётся идти пешком. – Мама старалась сохранять хладнокровие.

– Ещё бы знать, правильно ли мы идём, – засомневался Вовка.

Впереди показался старичок с увесистой корзиной грибов. Он ловко обходил большие ямы и легко перескакивал через глубокие рытвины.

Мама поспешила к нему:

– Здравствуйте, добрый человек! Нам в Ух-Чудиновку надо. Не подскажете, как туда дойти? Не ровён час, заблудимся. – Мама нервно теребила концы розового шарфика.

– Почему ж не подскажу – подскажу, да и путь покажу, – старичок поставил на землю корзину и поманил пальцем ребят. – Чего ж вы такие понурые да угрюмые?

Окинув взглядом Вовку и дёрнув себя за ус, он многозначительно произнёс:

– Так-с, с тобой, молодой человек, всё понятно. Эх, и угораздило же тебя такой наряд нацепить! – искренне сокрушался он. – Небось вспотел, жарко, вон солнце-то как высоко, печёт. – Пожалев мальчика, он дунул на него прохладой и, лукаво прищурившись, загадочно проговорил:

– Скоро освободишься от этой напасти.

Затем обратился к Марине Эдуардовне:

– А позвольте полюбопытствовать, к кому вы в Ух-Чудиновку путь держите?

– К Полине Прокопьевне, – опередил маму Гриша, щурясь от солнца.

Старичок помолчал, будто раздумывал – говорить или не говорить. Справившись с секундным замешательством, как-то нехотя объяснил:

– Идёте вы правильно, никуда не сворачивайте. Как дорога закончится, идите прямо – увидите речку, поищите мосток да перебирайтесь по нему осторожно: древний и трухлявый он. Смотрите внимательно, там ВодоЛюбка иногда балует, – со всей серьёзностью предостерёг он компанию и после небольшой паузы добавил: – Потом ещё мёртвую деревню пройдёте.

И маме, и ребятам стало не по себе.

– А почему она мёртвая?

– Там сейчас никто не живёт. Если боитесь, так обойдите, а напрямик через деревню пойдёте – расстояние сократите, – пояснил дед.

– А скажите, милый человек, – обратилась к нему мама, – не опасно ли здесь машину оставить без присмотра?

– Так возьмите её с собой – и волноваться не будете, – не задумываясь, ответил старичок.

– А вы шутник! Смеётесь? Как же мы возьмём её с собой? – недоумевала мама.

Дед подошёл к автомобилю, положил руку на капот. На глазах изумлённых ребят машина уменьшилась до размеров спичечного коробка.

– Вот ваша машина, берите да в карман её кладите. – Добродушно улыбаясь, старичок подал ставший игрушечным автомобильчик растерявшейся маме.

От изумления никто не мог выговорить ни слова. Быстрее всех пришёл в себя Вовка и по-хозяйски спросил:

– А как же мы обратно поедем на такой маленькой? Это уже не машина, а так, игрушка.

– Ошибаешься, это настоящая машина. Когда будете возвращаться, кликните меня: «Дед Егор-Пифагор, возвращай-ка наш забор». – Он хитро посмотрел на ребят и зажмурился, довольный произведённым впечатлением.

– А при чём тут забор? – удивился Гриша.

– Да ни при чём, просто в рифму так получилось, – засмеялся дед, запрыгал на одной ножке и закружился быстро-быстро, стал уменьшаться и, превратившись в какого-то необычного зверька – то ли белку, то ли хорька, сиганул на сосну и был таков.

Мама чуть слышно вымолвила:

– Чудеса! Похоже, они здесь на каждом шагу. Но выбора у нас нет. Пойдёмте, мои дорогие, искать Полину Прокопьевну.