Ветер. Часть 3. Тёмные стороны

Таира улыбнулась. Почему-то ей захотелось произнести эту фразу на чистом аталском. С первым словом возникла проблема – там был щёлкающий звук. Таира пробовала и так, и эдак, но правильно произнести не получалось.

«Не знаю, но почему-то мне кажется, когда-нибудь я всё же выучу аталский».

Последний луч померк у горизонта, чёрное море слилось с небом. Сверху искрились звёзды, снизу – тихие волны. Таира ушла в рубку.

Там было тепло, лежали книги и газеты, но Равану, Эйр и Таире было не до них, – после бессонной ночи все трое уснули, расположившись на небольшом диванчике. Катер приблизился к аномальной зоне и теперь двигался вдоль неё. Аномалию никак нельзя различить визуально, только по приборам, – капитан определял по компасу: если стрелка начинала крутиться, всё – дальше нельзя.

Спустя несколько часов они добрались до места. Уже начало темнеть, но было отлично видно зависшие над волнами шесть маленьких шаров и один большой. Тут же на дежурстве находился военный корабль «Волна-3». Катер приблизился на максимально близкое расстояние к границе опасной зоны. Таира словно оцепенела: она смотрела на огромный зеркальный шар, вцепившись в поручень, и тихо плакала.

– Что с тобой? – спросила Эйр.

– Не разговаривайте со мной, пожалуйста. Не подходите!

Все в ужасе смотрели на Таиру: на её лице проявлялись странные рисунки, фигуры появлялись и растворялись, сменяя друг друга. По волосам, как по проводам, пробегали электрические разряды. Волшебница подняла руки и стала что-то шептать. В направлении большого шара прямо в воздухе стала появляться дорожка непонятно из чего – все на катере видели её, не только Раван и Эйр. Таира в трансе, бледная, как полотно, закружилась и запела песню на непонятном языке, а потом ступила на дорожку и пошла прямо по воздуху. Все, затаив дыхание, смотрели, как девушка спокойно преодолела границу аномальной зоны и пошла дальше. Она приложила руки к зеркальной поверхности корабля, дверь открылась, и колдунья прошла внутрь. Дверь закрылась. Все стояли, ошеломлённые, боясь пошевелиться, и ждали.

Оказавшись внутри корабля, Таира вышла из транса и осмотрелась. Здесь горел свет, но снаружи этого не было заметно, – всё пространство вокруг было огромным окном с непроницаемой зеркальной поверхностью. Однако Таире было совсем не до окна: здесь находились люди! У большой приборной панели сидел пожилой человек с седой бородой, скорее всего, капитан. Слева от него – человек лет сорока, державший в руках какое-то устройство с блестящим экраном. Справа расположились два совсем молодых парня, они смотрели в окно. Все четверо сидели неподвижно. Скорее всего, они замерли в тех же позах, в которых были, когда время остановилось. Члены экипажа были живы, но ни на что не реагировали. Таира не решилась до них дотронуться – неизвестно, какие последствия от этого будут в их состоянии. Это аталаны – как и у Эйр, у них длинные руки, ноги и пальцы. Зелёные глаза открыты, – Таире стало не по себе от этого. Но было очевидно, что никто из экипажа зеркального корабля её не замечал.

И тут Таиру бросило в жар, потом в холод, – в одном из этих молодых аталанов она узнала парня из своих видений! Это его она видела рядом с собой в стране цветов! Девушка открыла рот, сделав глубокий вдох, да так и осталась стоять, пытаясь продолжить дышать. Знакомый аромат белых цветов заполнил пространство вокруг. Пьянящий, дурманящий... Она закрыла глаза. На руку села маленькая птичка, нежно-розовая, с ярким длинным хвостом. Хвостик и хохолок переливались разными оттенками розового и фиолетового. Подошёл ОН, птичка улетела.

– Разговариваешь с птицами, моя маленькая волшебница? – Парень улыбнулся, обнимая Таиру.

– Да. Я тебя уже заждалась!

– Так торопился, что, кажется, влез без очереди на выход взлётной площадки. Ждём штрафа.

Губы горячие, сладкие, длинные пальцы нежные... Таира сделала усилие и открыла глаза. Да, конечно, это он! И раньше был он... Этот парень так похож на Равана! Только моложе, черты лица немного мягче. И он в очках... Девушка подошла ближе, посмотрела в его безжизненные глаза. Интересно, как его зовут? Стало очень стыдно: получается, она чуть не разрушила чужую семью – просто потому, что ошиблась! Но Раван и этот аталан действительно очень похожи, очень, – как братья! «Я. Никогда. Никому. Про это. Не расскажу».

Затаив дыхание, Таира разглядывала молодого человека. Удивительно, какие знакомые черты... Какой он красивый! Дух захватывает! Возле уха едва заметная родинка. Как и у неё. Словно зачарованная, Таира смотрела на эту родинку, и сама не заметила, как поцеловала прекрасного незнакомца. «Спокойно! Давай договоримся: мужиков без сознания больше не целуем!» – сказала она себе и рассмеялась. А вдруг случится чудо, и он оживёт, как бывает в сказках? Но чуда не произошло.

Таира немного успокоилась и огляделась. Очень тихо, – казалось, в этой абсолютной тишине слышно, как движется время. Но только для неё – не для них. В корабле светло, тепло, – видимо, когда время остановилось, двигатель работал и сейчас как-то работает. Сколько же эти люди так проживут? Таира внимательно всё осмотрела и решила вернуться на катер.

На столе девушка заметила тарелку с неизвестными фруктами. Она взяла один – свежий, сочный, ароматный, по пути захватила какой-то незнакомый прибор и открыла дверь. Но выйти не получалось – что-то не давало покинуть корабль, как она ни старалась. Таире стало страшно – неужели она тоже останется здесь? А может быть, отсюда ничего нельзя забирать? Оставив прибор и фрукт на своих местах, Таира спокойно покинула корабль и вернулась по волшебной дорожке на катер. «Хорошо, что я не съела тот фрукт», – с облечением подумала она.

Капитан подал Таире руку. Она еле держалась на ногах, от потрясения ничего не могла сказать, плакала и дрожала. Девушку проводили в каюту, налили чай. Таира успокоилась и рассказала обо всём, что видела. Катер направился в сторону Могара, а «Волна-3» осталась на дежурстве.

– Считаю, «Волне» нужно отойти подальше, – сказал Раван. – Это аталские корабли, там люди, – аталаны наверняка вернутся за ними. Наш корабль будет им только мешать. А если они преодолеют аномальную зону, мы сможем выйти на контакт.

– Хорошо, отдам им приказ отойти, но продолжать наблюдение, – согласился Алекс.

– Сложно будет спасти этих людей, – сказала Таира. – Любой, кто приблизится к ним, тоже попадёт во временную ловушку. Аталаны уже пробовали, поэтому их сейчас здесь нет. Они не знают, что делать.

– А ты знаешь? – с надеждой спросила Эйр. Впечатлённая тем, что видела, она теперь не сомневалась, что Таира может всё.

– Нет.

– Как бы то ни было, сейчас никто не знает, что нужно сделать, чтобы их спасти, – сказал Раван. – Давайте всё спокойно обдумаем и составим план. Будем пробовать разные варианты.

– Я попробую связаться с Энер. Сами мы вряд ли найдём решение, – сказала Таира.

– Завтра мы должны ехать в санаторий, – секретаря уже замучили вопросами, куда я опять делся. Нам всем нужно успокоиться: если будем суетиться, толку не будет. «Волна» дежурит круглосуточно, если что-то произойдёт, мы узнаем об этом сразу. А сами тем временем обдумаем план. Таира попробует связаться с Энер. Собираемся в санатории через два дня – мы с Эйр, Таира и Алекс. Если понадобится раньше, значит – раньше. Телефоны есть, созвонимся.

На следующий день вся семья отправилась в приморский санаторий. После покушения всем нужно было прийти в себя, в том числе и детям. Решили провести там две недели, как минимум, а школьную программу потом догнать. Семейство поселилось в отдельном доме под усиленной охраной. Сезон уже закончился, они купались в тёплом бассейне во дворе дома.

Несмотря на принятые меры безопасности, все старались держаться вместе. Холодный колючий страх никуда не исчез, а наоборот – как будто усилился. Возможно, в том числе из-за того, что они оказались в замкнутом пространстве под серьёзной охраной. Встреча с Таирой и Алексом, которую планировали провести через два дня, не состоялась, – Алекс уехал в срочную командировку, а когда вернулся, Таира сильно заболела, и её забрали в больницу. Эйр туда позвонила, хотела к ней поехать, но врачи не разрешили.

Через неделю Раван не выдержал и начал рабочую деятельность. В комнату, которая стала его кабинетом, постоянно кто-то приезжал, включая военных, что тоже не добавляло спокойствия. Эйр всё время проводила с мальчиками и уходила в свою спальню, только когда они засыпали.

– Будем ли мы жить как прежде? – спросила она Равана перед сном.

– Конечно.

– Боюсь, у меня не получится. Я всё время напряжена: в каждом охраннике, работнике санатория, в твоих посетителях я вижу угрозу. Мне кажется, они наблюдают за нами, чтобы потом передать эту информацию, как твой шофёр.

– Да, у меня то же самое.

– Папа проводил исследование на эту тему. Анализировал биографии самых жестоких правителей в истории разных стран в разные периоды. Там наблюдалась интересная тенденция: в самом начале своего правления они были довольно успешными и прогрессивными, имели народную поддержку. А потом происходило покушение, и дальше всё шло по одному сценарию: сначала уничтожались те, кто к нему причастен. Потом – те, кто с ними так или иначе связан. Потом – близкие друзья и даже родные. А дальше уже все подряд, кто попадал под подозрение. У правителя появлялся какой-нибудь специальный отряд головорезов, которые искали возможных заговорщиков и расправлялись с ними.

– У нас есть преимущество перед этими правителями. Даже два: во-первых, я умею стрелять молниями. Это серьёзное оружие, о котором никто не знает. Во-вторых, я точно знаю год, в котором буду ещё жив: в параллельном пространстве я времени зря не терял. Подробности, сама понимаешь, рассказать не могу. Только вот всё, что произойдёт до момента, который я видел, мне неведомо. Кто знает, может, нам придётся временно спрятаться? Поэтому на всякий случай нам всем сделают другие документы. В случае опасности мы ими воспользуемся и исчезнем.

– Вы-то, может, и исчезнете, а я? Моя аталская внешность меня сразу выдаст.

– Будешь жить в волчьем облике, это не запрещено. Многие так делают по разным соображениям. В могарских паспортах, как ты знаешь, две фотографии: одна – человека, другая – волка. Я нашёл место, где мы сможем жить, пока опасность не минует. Добраться туда сложно, никто не будет нас там искать. Но есть и другой сценарий, он, кстати, более вероятный: что-то случится с нами одновременно, и мы не успеем принять меры. Тогда дети под другими документами окажутся в других семьях. В разных семьях. Я куплю им дома в других городах, эти семьи туда сразу переедут, никто не будет знать, что этих детей у них не было. По документам они будут. Там дети будут в безопасности, пока мы не сможем их забрать. Я всё тебе расскажу подробнее, когда будет точная информация. Мы сейчас продумываем, как это осуществить при разных условиях.

– Мы – это кто?

– Военные, не буду называть имён. Не нужно никому об этом знать. У них будет инструкция, что делать без наших указаний. Кодовая фраза: «С белой собакой всё хорошо».

– Что?

– Запомни её. И детям скажем: если кто-то произнесёт эти слова, значит, он знает о плане, и ему можно доверять.

– Ааа... Как всё сложно!

– Жаль, мы везде брали детей с собой, все их знают. Это проблема. Не следовало этого делать. Больше не будем их брать ни на какие мероприятия.

– Ты знаешь всё, что произойдёт в будущем?

– Я всего лишь знаю год, когда буду ещё жив. И всё. Идея с документами – попытка застраховаться от того, что, может, и не произойдёт никогда.

Связаны одной нитью… Получается, в это время Эйр тоже будет жива, раз он так спокоен. Всё равно Раван не скажет, расспрашивать бесполезно, – он обещал волчице не рассказывать о будущем. На его месте Эйр тоже бы молчала.

– Раван? – спросила Эйр и задумалась: она не знала, как задать вопрос, который не выходил у неё из головы.

– Думаешь, сдвинутое пространство – моя фантазия?

– Да.

– А разве это важно? У нас есть два варианта: жить спокойно или жить, вздрагивая от каждого звука. Мне больше нравится первый вариант. Давай просто поверим, что это не фантазия. Но примем разумные меры безопасности.

Посоветовавшись с охраной, решили немного ослабить ограничения и иногда посещать общий пляж санатория. Это простое решение оказалось спасением: страхи стали постепенно уходить, появилось чувство, что всё снова так, как раньше. Отдыхающих на пляже было мало, зато нашлась семья с детьми – ровесниками Макса. Мальчики быстро подружились и теперь постоянно уговаривали родителей вместе ходить на общий пляж.

Стоял последний тёплый денёк, Раван с Марком решили искупаться, несмотря на довольно холодную воду. Эйр читала, лёжа на шезлонге, одним глазком иногда поглядывая на Макса, играющего с ребятами на песке. Она не прислушивалась к их разговору, но вдруг отчётливо услышала, как один из мальчиков сказал:

– А твои мама и папа – не настоящие!

Что?! Эйр уставилась на детей, размышляя, не послышалось ли ей.

– Ну и что дальше? – спокойно спросил Макс.

– А то, что мама и папа должны быть настоящие!

Эйр охватил жар, руки задрожали. Она вскочила с шезлонга, готовая схватить этого гадкого мальчишку за ухо и бросить в море, но взяла себя в руки. Надо просто найти его родителей.

– Завидуй молча, – спокойно ответил Макс. – Тебя вождь никогда не усыновит.

Вот это да! Эйр даже открыла рот от неожиданности. Макс ответил так же, как Раван, – с той же интонацией и абсолютным спокойствием. А Эйр всю трясло. Макс это заметил и подбежал к ней.

– Смотри, какую я тебе ракушку нашёл!

– Красота! – сказала Эйр, посадила мальчика себе на колени и крепко обняла, безуспешно пытаясь улыбнуться.

– Не слушай его, он глупый. Я тебя люблю, – тихо сказал Макс, обнимая её.

– И я тебя! – ответила Эйр, тая от счастья.

– Всё, я пошёл играть, – Макс поцеловал её и убежал.

Мальчики продолжали игру как ни в чём ни бывало! Вернулись Раван и Марк, они очень замёрзли.

– Я схожу за чаем, – сказала Эйр, поднимаясь с шезлонга.

– Я сам, – возразил Марк. – Заодно согреюсь.

– Ты куда это собрался? – удивился Раван. – Давайте закажем сюда всё, что нужно. Я бы и от бутербродов не отказался.

В ожидании Марк ушёл к брату, а Эйр рассказала Равану, что случилось, и спросила:

– Это ты его научил так отвечать?

– Нет. Я даже не думал, что может сложиться такая ситуация. Ну, Макс, ну молодец! Мой сыночек!

– Такой малыш, и уже такой умный, – тихо пробормотала Эйр, задумчиво глядя на сына.

Они пили горячий чай, ели бутерброды, пригласив к столу и мальчиков, и их родителей. Те оказались прекрасными людьми… Просто дети иногда не понимают некоторых вещей. Наслаждаясь ароматным чаем, Эйр любовалась на своих сыновей, всё её существо наполнила гордость. Сильнее любить невозможно. Раван рассказывал смешные истории… Какое же счастье, что он жив! Слёзы подступили... Только с ним всё наполнено светом и смыслом. Вот как странно: есть человек, такой же, вроде бы, как все, – две руки, две ноги, но он совершенно необходим! Именно он. Именно такой. «Моя любовь, моё счастье. Как хорошо, что ты есть на свете».

Отпуск закончился, дети вернулись в школу, родители – к своим обычными делам. Охрану вождя и его семьи усилили, полностью пересмотрев прежние правила. Теперь, куда бы он ни направлялся, одновременно выезжало две или три одинаковых машины, и шофёры до последнего не знали, с кем именно поедет Раван. Детей на всякий случай предупредили: может так случиться, что нужно будет спрятаться, тогда они должны будут временно пожить в других семьях. Чтобы их не напугать, Раван объяснил, что это мера безопасности предусмотрена для всех детей вождей, просто раньше они были маленькие, а теперь пришла пора об этом узнать:

– В жизни всё может случиться. Для нас с мамой самое главное – ваша безопасность. Вы должны помнить: мы никогда вас не бросим и при первой же возможности заберём. Если вам будут говорить о нас что-то плохое, не верьте. Знайте: как только опасность минует, мы вас найдём. Мы вас любим больше всех на свете.