Фиктивная невеста. Как не вылететь из академии

Девчонки пытались меня как-то приободрить, но ничего не могли сделать, кроме как помочь с домашкой. Но, как назло, большинство заданий сейчас давали не письменных, а устных, и проверяли готовность на следующий день. Ну не иначе как ректор постарался загрузить меня по полной программе и со всех сторон, чтобы даже мысли не допускала о еще одном возможном проникновении в его комнату. А я думала об этом каждый день, с небольшими перерывами на лекции, отработки и сон, правда, пока ничего путного в голову не лезло. Ну вот как пробраться к этому… этому… даже слов нормальных не подберу. К этому ардаху и остаться незамеченной, а? Такое ощущение, что у ректора нюх конкретно на меня и он примчится даже из императорского дворца, если я снова попытаюсь проникнуть в его спальню. В кабинет то есть. Именно кабинет. Что ж мне его спальня постоянно на ум приходит?

А уж если дотронусь до шкафа…

Шурх подери, ну почему мне так не везет?!

Наверняка у него там еще более усиленные магические «сигналки» стоят. После моего визита. Двух. Ну точно стоят, наверняка позаботился об имуществе своем драгоценном. И от малейшего прикосновения или даже движения они завопят на всю академию. И тогда точно плакала моя учеба.

Эх…

Эта сценка так ярко предстала перед глазами, что захотелось топнуть ногой от досады. Но, кажется, все это мне приснилось, так как Виора уже минуту тормошила меня в надежде привести в чувство.

Деспоты, поспать не дают.

Проворчала что-то нечленораздельное и приняла более-менее вертикальное положение, прислушиваясь к разговору. Мои девчонки продолжали раздумывать об артефакте, а вот за соседним столиком активно обсуждали предстоящие выходные, которые мне, как обычно, придется провести в окружении дрейгов. Больших и грозных. А еще вредных и упрямых, постоянно норовящих сбежать и не дать себя почистить. Ну не любили они цепи и вольеры, а в академии по-другому их держать не получалось. Потому эти животные кидались на всех подряд. Даже на тех, кто их кормит и чистит. Засранцы.

А мне так хотелось хотя бы одного дня отдыха в неделю.

Ведь рядом с нашей академией находился небольшой городок, куда все адепты заглядывали в выходные. Там мы с девчонками очень любили брать вишневый, лимонный и малиновый чай у тетушки Ниары и невероятно вкусные конфеты у мэтра Клеменса. В шоколадном деле ему просто нет равных. Там вообще много чего было интересного: всевозможные кафе, лавки с разнообразными вкусностями, магазины с атрибутикой для учебы и досуга, каток, блуждающие аттракционы, большая площадь для танцев, «Лавка шуток и шалостей братьев Мертен». Моя любимая лавка с магическими зельями и всем, что нужно для их создания. Но в ближайший месяц путь туда мне был закрыт. Как и вообще в город. Потому что все выходные я буду не отдыхать, как все порядочные адепты, а вкалывать на благо академии и ректора, чтоб у него пыль в комнатах никогда не убирали.

У-ух, зла на него не хватает.

И сейчас, накануне пятницы, дня, когда мне надо было предоставить Дитмару хоть какой-то артефакт, мы с девчонками сидели в столовой на ужине, куда я невероятным образом все же попала, закончив отработку раньше обычного, и решали, что делать дальше. Вернее, они решали, а я просто пыталась не уснуть прямо тут.

– Нет, ну так нельзя, – сокрушалась Шанти. – Срок уже завтра, а у нас до сих пор нет артефакта.

– У меня, – сонно поправила я. – Вас мой провал никак не коснется, даже если меня отчислят.

– Ишь чего удумала, – хмуро вставила Виора. – Никто тебя отчислять не будет, мы этого не допустим.

Девчонки уверенно кивнули, но я их оптимизм уже не разделяла.

– И что же вы сделаете? – вяло спросила у них. – Пойдете к ректору просить, чтобы он меня, бедную и несчастную, пожалел? А еще лучше, чтобы сам выдал артефакт. На время. Маленький да удаленький, еще и объяснил принцип его действия. Девочки, мне он ясно дал понять, что еще хоть одно замечание, хоть один косяк с моей стороны, и я вылетаю отсюда со скоростью боевого пульсара.

– Ну два раза он же тебя не отчислил, – неуверенно протянула Кьяра.

– И поэтому вы решили проверить, прокатит ли это еще раз? Спасибо, что-то не хочется. Артефакт, скорее всего, снова не достану и либо вылечу, либо схлопочу еще одну отработку, а мне и этих хватает за глаза.

Мы говорили тихо, но Виора, как самая предусмотрительная и искусная заклинательница потока, заранее поставила простенький звуконепроницаемый купол, чтобы нас наверняка не подслушали. Ведь тут каждый второй адепт владел заклинанием усиления слуха. А магистры и без него прекрасно могли расслышать даже шепот за дальними столами, как высшие драконы. Так что защита не будет лишней.

Тем более всю неделю я и так постоянно ловила на себе внимательные взгляды ректора. Наверняка проверял, достаточно ли я уставшая для того, чтобы не замышлять никаких глупостей, или еще нужно что-то добавить. Да и сейчас тоже периодически чувствовала, что он прожигает во мне дыру. И вместо того, чтобы спокойно и беззаботно наслаждаться прекрасным ужином, пытается подслушать наш разговор. Чешую даю на отсечение, что так оно и есть. Интересно, проникнет за купол или нет? Он ведь ардах, высший, ему почти все доступно.

Уф, лучше не надо. Мы же тут такое говорим, что о третьей попытке я смогу только мечтать. И, скорее всего, уже дома, как отчисленная даже за помыслы проникновения в ректорские покои.

Однако не только ректор был моим кошмаром. Не так далеко сидел еще один чешуйчатый гад и обжигал спину ненавистным взглядом. И если от ощущения, что на меня смотрит ректор, я чувствовала неловкость и в какой-то мере стыд, то в Дитмара хотелось встать и запульнуть чем-нибудь позабористее. Ухмыляется ведь еще наверняка, дракон недоделанный. Самого бы заставить выполнить мое задание, посмотрела бы я тогда, каким он будет бравым.

– Погоди, ты что, предлагаешь просто сидеть и ничего не делать? – удивленно вскинула брови Кьяра, вырывая меня из коварных мыслей. – Просто принять поражение на милость этому чешуйчатому козлу?

– А у вас есть еще идеи?

– Не говори глупостей, Асти. Неужели ты согласишься сдаться и пасть к его ногам? Он ведь именно этого и добивается.

– Ну, предположим, не пасть, а принять поражение, но мне уже все равно, я правда устала, – отмахнулась от девчонок и вновь легла на стол, прикрыв глаза и чувствуя, как меня плавно уносит в сон.

И вот перед моим взором ректор.

Не грубый, холодный и требовательный, а милый, добрый и пушистый, ой, то есть понимающий, ласковый, нежный. Он не ругает меня, не пытается отчислить, не буравит грозным взглядом, нависая, как гора, а нежно гладит по голове и аккуратно сажает на колени, чтобы через мгновение притянуть к себе ближе и…

– Эй, Астрид, не спать! Мы тут думаем, как тебя от исполнения желания одного королька освободить, а она дрыхнет.

– Угу…

Сажает на колени, притягивает ближе и…

– Астрид, проснись сейчас же!

Виора начала активно меня тормошить, применив короткое, но действенное бодрящее заклинание, и сон действительно помахал мне ручкой. Ну вот, на самом интересном месте. Он ведь едва не дошел до поце… хм, не закончил, в общем.

И откуда у меня такие мысли?!

– Даже поспать нормально не даете, – проворчала, принимая сидячее положение. Сама же нахмурилась и украдкой посмотрела в сторону преподавательского стола, где до сих пор сидел ректор и внимательно, неотрывно смотрел прямо на меня. Даже закралась мысль, а не он ли напустил такой странный сон? Никогда не замечала за собой склонности вздыхать по мужчинам и уж тем более по магистрам или, упаси Иллария, по ректору. А мне вдруг снится такое. Невольно покраснела, вспомнив, с какой нежностью он меня обнимал, и отвернулась. Не хватало, чтобы он заметил мой интерес и принял на свой счет.

– Дадим. Как только решим, как тебе добыть завтра артефакт, – уверенно сказала Виора, возвращая меня с грешных мечтаний, то есть снов, на землю.

– Мы уже поняли, что мне его не добыть, – мрачно констатировала я.

– Это ты так думаешь, – улыбнулась подруга и внимательно стала осматривать зал, словно кого-то выискивая.

– Ви, кого ты там…

– Эй, Заву, можешь пересесть к нам? И Мейна прихвати, – выкрикнула она, снимая звуковую защиту.

Наш рыжик с поднятыми в высокий хвост волосами задорно улыбнулся и уверенно кивнул. А следом Виора выкрикнула еще несколько знакомых имен, подзывая сокурсников и хороших знакомых. И пока я соображала уставшей головой, что она задумала, к нам начали пересаживаться ребята. Заву прихватил с собой лучшего друга Мейнора и сестру Джитту, младше нас на год. А она, в свою очередь, захватила лучшую подругу Карин и ее парня Стикка. Тот хотел еще парочку своих друзей прихватить, но Виора остановила. Сказала, что с ними можно и чуть позже все обсудить. В итоге к нашему столику ребята приставили еще один, чтобы мы смогли нормально уместиться. И никого, вот совсем никого из них не смущали удивленные взгляды магистров и хихиканье адептов на такие глобальные перестановки. Иногда адепты сдвигали столики, чтобы посидеть большой компанией, но не в середине ужина точно.

А меня вот совсем-совсем не смущало такое открытое обсуждение на глазах у доброй половины академии моего задания на «стыривание», вернее, заимствование ценного артефакта. Косые взгляды со всех сторон и перешептывания. Но как мне однажды сказала Ви: «Чем больше народу находится вокруг, тем меньше будет подозрений». Может, в этом тоже был смысл.

Когда же все заняли свои места, Виора обновила заклинание прослушки и обвела всех внимательным взглядом.

– Итак, я позвала вас всех, чтобы сообщить пренеприятную новость.

– К нам едет проверяющий? – усмехнулся Стикк, но Карин тут же пихнула его локтем.

– Если бы, – хмыкнула она. – Наша Асти собирается сдаться и не выполнять задание от зазнавшегося королька.

Боги, как хорошо, что вокруг нас стоит заглушающее заклятие. Просто сначала за столом воцарилась звенящая тишина, которая сопровождалась направленными точно на меня взглядами, а затем сменилась на непрерывный гомон. И ругань. Ребята начали возмущаться тем, что я, такая-сякая нехорошая, вдруг решила сдаться. И не кому-нибудь, а наглому парню, которого в нашей компании никто терпеть не мог. Что мне нужно собраться и ни в коем случае не раскисать.

– И вообще, ты почему меня в прошлый раз не позвала, а? – разразился праведным гневом Заву, сидевший от меня чрез одного адепта. – Я же сразу, еще на отработке тебе сказал, что помогу. Отвлеку ректора, пока ты будешь пролезать в его комнату. Асти, я с тобой разговариваю! Что можешь сказать в свое оправдание?

Нет, ну нормально, да? То есть я еще и виноватой оказалась. Хотя, если сказать по правде, я действительно погорячилась в последний раз. Поспешила.

– Я просто… действовала спонтанно.

– Спонтанно она действовала, – передразнил меня рыжик. – И потратила целую неделю на ерунду в виде двойной отработки. А могла бы обойтись вообще без нее, если бы с самого начала сообщила обо всем мне.

– А чего это только тебе? – возмутился Стикк, жгучий брюнет с нетипичной для нашего высшего общества асимметричной челкой. – Мы бы все вместе уже давно разработали план и смогли достать артефакт.

– Да ты то, чем тут мог помочь? – снова возмутился Заву. – Дальше комнаты своей подружки не ходишь и хочешь пролезть в личные покои ректора?

Карин на это замечание возмущаться не стала, но покраснела знатно, вызвав лишь умильную улыбку.

Ребята продолжали возмущаться, переругиваясь друг с другом, а я в это время смотрела на предмет нашего спора – на ректора. Он вроде бы не обращал на нашу компанию внимания, спокойно общался с магистром Хоруном, преподающим у старших курсов основы ментальной магии, и внимательно его слушал. Но это на первый взгляд. То и дело я просто всей кожей ощущала, что он смотрит в сторону нашего столика и конкретно на меня.

Вот хвост даю на отсечение, что он точно знает, о чем у нас идет разговор. Знает, но никак нам не мешает. Пока. Почему, интересно? Неужели что-то задумал? Тогда меня в его комнате может поджидать что-то похлеще предыдущих охранок. И этот внимательный, чуть прищуренный взгляд мне не нравится. Совсем-совсем не нравится. Такое ощущение, что он нас действительно слышит и все знает.

– Ребята, а вас не смущает, что мы обсуждаем такую… хм, деликатную тему на глазах у половины академии, а? – спросила я, улучив момент. – И, более того, на глазах у ректора.

Вся честная компания замерла на мгновение, а затем продолжили гомон, словно ничего такого я не сказала.

– Нет, не смущает.

– Да кто нас подслушивать будет?

– Тем более Виора прекрасно владеет шумозаглушающими чарами.

– Точно, ей в заклинаниях нет равных, – подхватили все чуть ли не в один голос.

– И все же я бы пошла в другое место, – проворчала тихо. – Если наш замысел накроют, то шансов на удачный исход дела у меня уже не будет.

Кажется, последний аргумент был более весомым, чем все предыдущие. Ребята переглянулись, осмотрели зал, заметили внимательный и не очень добрый взгляд Дита со своей свитой. Ректора, с хмурым выражением лица посматривающего на нас, и дружно кивнули.

– Встретимся в саду у оранжереи через полчаса, – деловито сказал Заву, кивнул своему другу в сторону выхода, и они вдвоем быстро ретировались, словно и не спорили тут минуту назад. Следом выбежали из столовой Карин, Стикк и Джитта, а уже после них, через пять минут, и мы с девчонками. Чтобы создать впечатление, словно мы просто поговорили и разошлись каждый по моим делам. И если большинство адептов и правда не обратили на нас внимания, продолжая обсуждать свои темы, то для Дита и ректора наш маневр не остался незамеченным. Ректор не сдвинулся с места, лишь проводил нашу компанию хмурым, чуть прищуренным взглядом, а вот Дитмар догнал. Нагло перегородил дорогу и, больно вцепившись в мою руку, отвел в сторону. Девчонок, которые начали возмущаться, оттеснили к противоположной стене его верные друзья, будь они неладны.

– Ты что задумала, Астрид? – прошипел он не хуже дрейгов, совершенно не обращая внимания на косые взгляды проходящих мимо адептов.

– А что я задумала?

Сказала, невинно похлопав ресницами и состроив недоуменную гримасу. Надо сказать, что в состоянии крайней степени усталости сделать это оказалось гораздо легче, чем в обычный день. Правда, Дита не проняло. Вместе «прости» и «извини» он одарил меня огненным, разгневанным драконьим взглядом.

– Ты должна выполнить задание одна, без помощников.

– Я и выполню одна, – ответила в тон ему, резко вырвав руку. – О магической составляющей долга я прекрасно знаю и не собираюсь жульничать. А вот что касается всего остального… тут уже буду действовать на свое усмотрение.

Парень не стал удерживать, но и отпускать не спешил. Наклонился ближе, оперев руки по обе стороны от моего лица и захватывая меня в капкан. Шурх побери, захочу выйти, и не получится. Немаленький у нас Дит, высокий и плечистый. Любимчик дам, чтоб его.

– Ты так уверена, что справишься, да? – почти ласково прошипел он над ушком. – Надеешься, что твои никчемные друзья тебе помогут?

– Это не твое дело, – отрезала и снова дернулась, но меня вновь удержали на месте.

– Не совсем так, моя милая. Все, что касается моей будущей невесты, касается и меня.

Твою ж. Опять завел ненавистную песню.

– Я не твоя невеста! – выпалила гневно, но у парня это вызвало лишь неприятный смешок.

– Пока не моя, но скоро все изменится. Ты не сможешь выполнить задание – это невозможно. Так что скоро, очень скоро будет так, как я скажу.

Ну, это мы еще посмотрим, гад чешуйчатый. Вот теперь я точно не буду отступать.

– Была бы ты послушной девочкой, пришла бы ко мне сама, – продолжил он, ласково ведя костяшками пальцев по моей скуле, но вызывая лишь омерзение. – Я бы с удовольствием заменил задание на легкое, и тебе не пришлось бы ходить на отработку.

– А я непослушная, – сказала с вызовом, но Дита это только позабавило.

– Люблю таких. И знаешь, как только мы объявим о помолвке, ты сразу же станешь шелковой.

Во мне поднялась волна гнева. Шелковой, значит, стану, да? Может, еще стелиться начну и угождать во всем?

У-у, ненавижу!

– Да пошел ты, – прошипела в ответ и снова собралась обогнуть парня, но, видимо, мои слова несравненного короля немного задели. Он больно схватил меня за руку и потянул назад.

– Отпусти немедленно! – прошипела, пытаясь вывернуться, но на гада это не произвело должного впечатления. И вот когда я собралась заехать ему по одному месту…

– У вас проблемы, адепты?

О, этот голос я узнаю из тысячи. Гроза и ужас большинства адептов собственной персоной. И точно. Обернувшись, я наткнулась на внимательный взгляд нашего ректора. Как всегда внешне спокойного, уравновешенного, но по плескающейся тьме в синих глазах можно было понять, что он готов испепелить Дита на месте. Очень красноречиво поглядывая на сжимающую мое плечо руку. Стоял он очень близко, на расстоянии вытянутой руки. И как только так бесшумно подкрался? Не дракон, а кот, честное слово.

– Нет.

– Да! – выпалили мы одновременно, но я, бросив на недокороля гневный взгляд, продолжила: – Да, лорд ректор, у меня проблема. Мне нужно идти… на отработку, но адепт Розетальс меня не пускает.

Этот самый адепт рядом прошипел не хуже шурха, но отчего-то встревать или оправдываться не стал. Значит, признает, что не выпускал специально. Магистр Рангвальд посмотрел теперь на меня. Вопросительно.

– Отработка? Кажется, на сегодня она у вас окончена.

Теперь уже я зашипела. Правда, мысленно. Вот ведь зараза, уже все про меня знает. И то, что магистр Брумс не стал меня сегодня нагружать, и что закончила я рано. И что свободна на весь оставшийся вечер. Не иначе тот обо всем отчитывается. Или тут дело в чем-то другом?

– А-а-а… магистр назначил мне еще одну, – мигом соврала я. – Я испортила сегодня котел, и мне нужно его отчистить. Как раз после ужина.

Ну а что? Такое вполне в духе магистра Брумса, назначить дополнительную отработку как раз на самое неудобное время – раннее утро выходного дня или поздний вечер перед каким-нибудь экзаменом.

– Котел, говорите? Может быть. Но вам выспаться необходимо, адептка Дагмар. У вас очень усталый вид.

Да неужели? И кто же виноват в моем таком уставшем виде, не один ли ректор с повышенным чувством справедливости? Однако такая забота, пусть и неявная, внезапно отдалась теплом в сердце. Все же он хороший. И добрый. А еще заботливый, хоть и тщательно это скрывает. Так что я даже чуть улыбнулась.

– Я посплю, вернее, высплюсь. Вечером. То есть ночью. Обязательно. Сразу после отработки, – затем подумала и добавила: – Спасибо за заботу.

И искренне причем сказала, без всякой задней мысли. Даже несмотря на то, что такая уставшая я именно по его милости.

– Да не за что, адептка. Я лишь беспокоюсь, чтобы у вас хватило сил убраться в клетках с дрейгами. Вы ведь в выходные туда наведываетесь? На следующей неделе у нас запланирован первый в этом году полет, и дрейги должны выглядеть безупречно. У вас ведь еще завтра вечерняя отработка, а силы вам пригодятся.

Что?

После этих слов Дит, все еще стоявший рядом, неприятно усмехнулся, а я поначалу потеряла дар речи. А затем, когда до меня дошел весь смысл слов, еле сдержалась. Да у меня чуть ли не пар из ушей пошел! Вот, значит, какая у вас забота, да, лорд ректор? Вот, значит, что можно от вас ожидать?! А я еще поблагодарила этого гада, хорошо о нем думала. А этот ардах еле заметно улыбался и даже не пытался скрыть смешинки в глазах.

У-ух, драконище нахальный! Ненавижу!

Не-ет, он не кот и уж точно не дракон, он козел! Самый что ни на есть настоящий. Вот теперь я точно из чешуи вон вылезу, но стащу нужный артефакт.

Клянусь истоками магии!

В саду у оранжереи, где мы договорились встретиться с ребятами, все ждали только меня. Причем не один час! Терпеливо ждали и даже не разошлись, что заставило тепло улыбнуться несмотря на прескверное настроение и дичайшую усталость. Ведь я опоздала, да. О-очень сильно. И снова из-за этого ректора. Ему, видите ли, захотелось посмотреть, какой такой котел мне поручил вымыть магистр Брумс. Поэтому он, отпустив моих подруг и Дита с компанией восвояси, пошел к вышеупомянутому магистру вместе со мной.

А ведь магистр-то и не в курсе, что я должна у него еще что-то вычищать. Встретил нас немного удивленным взглядом, но, хвала Илларии, отпираться от внезапной помощи не стал. Даже добавил мне еще пару-тройку котелков, приготовленных на завтрашнюю отработку. И ведь никуда не денешься, пришлось чистить под неустанным надзором уже двоих магистров.

У-ух, зла на них всех не хватает!

Я и так с ног валилась, засыпая на ходу, а теперь вообще клевала носом и под конец внеплановой отработки еле-еле елозила тряпкой по котелку, даже не вслушиваясь, о чем там разговаривают мои мучители. Ой, то есть великие и ужасные магистры. В какой-то момент я, кажется, даже задремала. Просто перед глазами предстала удивительная и нереальная картина.

Передо мной был ректор. Как всегда высокий, красивый, притягательный. Стоял близко, мне показалось, что я даже уловила нотки его аромата с дикими ягодами, после которого голова пошла кругом. Стоял и смотрел на меня с легкой, мягкой улыбкой, а не ледяным взглядом и без привычной хмурости. Он ласково убрал прядь волос, спадающую мне на лицо, и невесомо огладил скулу, вызывая толпу будоражащих мурашек, резво и счастливо скачущих по спине к по… в общем, вниз.

И почему я так на него реагирую?

Однако я нахмурилась. Нет, это точно сон. После сегодняшнего «любезного» напоминания об отработке в выходные я удостоверилась, что хорошего от нашего непрошибаемого главы академии точно ждать не стоит. Это послужило неким толчком, и я тут же проснулась, действительно увидев перед собой ректора. Только не улыбчивого и ласкового, а строгого и хмурого. И не сидевшего передо мной, а стоявшего над душой со скрещенными на груди руками.

– Кажется, вам пора заканчивать, – сказал он, кивая на недомытый котелок. – Вы уже засыпаете.

Ах, теперь, значит, он беспокоится? Ну-ну.

– Нет уж, я домою, – ответила упрямо, села ровнее и продолжила тереть злополучный котел, не обращая на ректора внимания. Совсем не обращая, да! И даже не замечая прожигающий спину взгляд, словно тут смотреть больше не на что. Долго терла, старательно, и все же закончила работу где-то за час до официального отбоя. Вот же шурх. Теперь времени обсудить с ребятами план практически не осталось.

Магистра Брумса в аудитории уже не было. Когда только успел ретироваться? Не иначе как во время моего сна. А вот ректор остался. До конца. Видимо, решил проконтролировать. А то вдруг сбегу, заговор устрою или забастовку, чего доброго. По правде говоря, была такая мысль. Особенно после внеплановой отработки, но лучше не буду усложнять жизнь себе. И ректору. Он и так уже диким дрейгом на меня смотрит.

Аккуратно ставлю отчищенный до блеска котел к остальным и вежливо интересуюсь, нет ли еще каких отработок или заданий на сегодня. Очень вежливо и даже улыбаюсь, но по скривленной физиономии понимаю, что улыбка, по всей видимости, больше смахивает на оскал. А что он хотел после очень веселой и такой «легкой» недели? И это я еще сама любезность и доброта, ага.

– На сегодня нет, адептка. Можете идти отдыхать.

Да неужели?

Ох, как же хотелось съязвить, но я сдерживаюсь и снова улыбнулась. Да я сегодня прямо образец хороших манер! Сама от себя в шоке. Выхожу из аудитории впереди ректора и надеюсь оторваться от него, мне ведь еще к ребятам бежать в оранжерею. А это, между прочим, не ближний свет, но ректор идет прямо за мной. И не в преподавательское крыло, а в спальное, к адептам. На мой вопросительный взгляд он поясняет, что в такое время мне лучше не разгуливать одной по академии. Хм, почему это? Смотрю на академические башенные часы, которые как раз виднеются в окне, и понимаю, что еще далеко до отбоя и разгуливать, а точнее, возвращаться с отработок еще разрешено.

На еще один, более вопросительный взгляд ректор уже никак не реагирует и продолжает идти рядом. Вот ведь упрямый. Я, конечно, не возражаю и больше вопросов не задаю, хотя язык так и чешется поинтересоваться столь странным и внезапным вниманием к моей персоне. Действительно, с чего бы это ректору провожать провинившуюся адептку до комнаты? Тем более сейчас, когда до отбоя еще уйма времени и в коридорах можно встретить и адептов, и магистров. Но я молчу, лишь недовольно посапываю, напоминая себе насупленного ежика, и стараюсь как можно быстрее попасть к себе в комнату. Надо понять, где ребята и как мне теперь к ним пробраться. Желательно побыстрее.

– Спокойной ночи, адептка, – говорит ректор, проводив меня до самой двери. – Очень прошу не гулять по академии после отбоя и тем более ночью.

Мне показалось или это был то-о-оненький намек на наше собрание?