Роман с морем…

Елена Чижикова Редактор

Корионова Валентина Корректор

Марина Трубникова Иллюстратор

Мария Ведищева Дизайнер обложки

© Елена Ларюшкина, 2024

© Марина Трубникова, иллюстрации, 2024

© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-3264-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Приходите к Фани

В праздники она любила быть одна. Кому-то это может показаться странным, но только не Фани. Она работала кондитером, у нее была маленькая кофейня на пять столиков внутри, и при хорошей погоде добавлялось еще пять на улице.

По образованию Фаина была экономистом, но в душе всегда мечтала быть поваром или кондитером. Она с детства не только хорошо и вкусно готовила, но любила придумывать новые блюда и угощать ими родственников и друзей. Конечно, это были далеко не всегда кулинарные шедевры, но девушка не сдавалась. Как часто это бывает, родители настояли на более серьезной, по их мнению, профессии. Фани подчинилась, получила красный диплом и успела отработать три года бухгалтером.

Но душа требовала другого. Пока она училась в университете, она продолжала следовать своей мечте. Собирала разные рецепты и даже иногда успевала пройти обучение по приготовлению различных блюд. Фани пробовала все: французскую, итальянскую, вьетнамскую, грузинскую и многие другие кухни. Она была человеком настроения. Иногда, проснувшись утром, а может быть и не утром, особенно в выходные, когда не надо было спешить в университет, она открывала глаза и смотрела на книжную полку, висевшую напротив ее кровати, на которой были размещены только кулинарные книги. Сначала это была маленькая полочка. Но буквально через пару лет потребовалась еще одна, а потом еще. Фани любила путешествовать, и конечно, из каждой поездки она привозила не сувениры, а, как нетрудно догадаться, кулинарные книги. Они были цветные, сочные, с аппетитными иллюстрациями. Девушка могла часами рассматривать их, выискивать нужный рецепт. Ее не смущали тексты на иностранных языках, хотя, конечно, легче было обходиться с изданиями на русском или английском.

Благодаря своему увлечению за два года Фани освоила азы французского. Куда же без французской кухни? Когда выдалась возможность, Фани отправилась в Париж. К сожалению, на кулинарные курсы не было денег и времени, зато она посетила несколько кафе, которые ей очень понравились. Так как среди ее друзей не нашлось знатоков этого чудесного города, а обычные путеводители ей были неинтересны, Фани решила воспользоваться книгой «Парижанка и ее стиль» Инес де ла Фрессанж, в которой автор рассказывала, как выглядит истинная жительница столицы высокой моды и кухни, где и что покупает, как себя ведет и где любит проводить досуг. В конце книги, в разделе «Классические рестораны», описывались различные заведения, где можно было поесть. Их-то и взяла на заметку Фани. Она сумела посетить три: Cafes de L’Indusrie, Le Cafe de L’Odeon, Chez Georges. Каждое было со своим характером и отличалось чем-то особенным.

Девушке очень понравилось Le Cafe de L’Odeon («Одеон»), в которое она пришла однажды вечером после долгой прогулки по городу. Обычно в конце весны столики из кафе выносят прямо на площадь перед театром Оdeon, это один из шести национальных театров Франции. Некоторым он знаком тем фактом, что в 1784 году здесь состоялась премьера пьесы Пьера де Бомарше «Безумный день, или Женитьба Фигаро». Здание театра было построено во второй половине 18-го века. Колонны в дорическом ордере, растяжки с афишами и столики с зонтами и стульями для посетителей создавали впечатление, что ты находишься в зрительном зале и смотришь театральное представление под названием «Парижская жизнь».

Фаина уже не понаслышке знала, что во Франции будьте готовы ждать, и довольно долго, заказанные вами напитки и блюда. Девушку это совсем не смущало, наоборот, она погружалась в атмосферу города, улочек и всего происходящего вокруг. Слушала обрывки фраз о погоде, ситуации в стране и просто о том, что занимало или волновало посетителей кафе на данный момент. Она устала. Телефон показывал 23 тысячи пройденных шагов, и за этими цифрами прятались незабываемые моменты, проведенные вместе с Парижем.

Дождавшись заказа, Фани с удовольствием отведала кролика в соусе с картофелем, а потом неспешно, вспоминая в деталях, где была и что интересного увидела, выпила бокал бургундского.

Все-таки три дня для такого города ― это так много и так мало одновременно. Фани потом не раз еще приезжала в Париж и постоянно открывала что-то новое. А пока ее ждал самолет и возвращение домой. В такое родное и любимое место.

Однажды утром Фаина проснулась, посмотрела на полки с драгоценными книгами, но в этот раз решила взять толстую тетрадь, в которую собственноручно добавляла, дописывала и вклеивала рецепты.

Кто-то ведет дневники, кто-то пишет рассказы или стихи, а Фани вела свою историю жизни, описанную в кулинарных шедеврах. Первый рецепт был выведен еще печатными буквами, хоть и с ошибками, но очень старательно: «БУТРЕБРОД С ЯГОДАМИ ИЗ БАБУШКИНОВО САДА: ВКУСНАЯ БУЛОЧКА, МАЛИНКА, ИЖЕВИКА И МАРОЖЕНОЕ».

Это блюдо Фани готовила родителям и всем своим друзьям. Основным ингредиентом были сдобные бабушкины булочки, которые она пекла по праздникам и выходным, ну или когда внучка просила. Дедушка Игорь очень хорошо шил, он всю жизнь проработал портным, и только когда глаза стали подводить, а руки уставать от долгого шитья, ему пришлось отказаться от больших заказов. Но он все равно продолжал шить для своей любимой внучки. Поэтому у Фани всегда были красивые платья, сарафаны и, конечно, все необходимое для приготовления еды: фартуки, нарукавники, косыночки и даже пара поварских колпаков. С возрастом все эти вещи стали малы, как и детская фарфоровая посуда, которая занимала всю нижнюю полку в бабушкином комоде.

Теперь Фани это бережно хранила в специальном чемоданчике с другими драгоценностями, которые были так милы сердцу. В детстве Фаина тоже пыталась шить для своих кукол и плюшевого зайца по имени Иннокентий, но все-таки больше она любила им готовить и устраивать чаепития. По этому случаю был куплен кукольный сервиз, который состоял из чайника, чашек с блюдцами, сахарницы и пиалы для угощений. Ох, какие это были праздники! Собирались все друзья со двора, бабушка накрывала два стола: один для детей, а их обычно было не меньше десяти, а другой для кукол. Фани обязательно составляла меню для своих гостей. Она ловко выводила печатные буквы цветными карандашами. В этом ей помогал дедушка. А вместе с бабушкой Фани выбирала скатерти, которые Людмила Абрамовна очень любила и покупала новые при каждой возможности. Фаине очень нравились льняные, расшитые цветами, и она очень переживала, если скатерти пачкались от угощений. Но бабушка, в отличие от девочки, никогда не расстраивалась и повторяла одну и ту же фразу, чтобы успокоить внучку: «Вещь не жизнь ― купим другую». Только с годами Фани поняла, что она означала.

Ей понадобилось пять лет, чтобы начать получать стабильный доход от дела своей мечты. Сначала было очень сложно. Конечно, Фаина смогла накопить немного денег, но этого было явно недостаточно для открытия собственной кондитерской. В кредите ей отказали, так как она просчиталась и решила его взять, когда уже уволилась с прежнего места работы. Занимать у родителей и друзей она не решалась, поскольку не была уверена на сто процентов в успехе своего предприятия. После нескольких месяцев поиска нужного помещения девушка готова была опустить руки: накопления уже подходили к концу, и последнее, что ей оставалось, ― продать машину. Но тогда она не сможет возить бабушку и дедушку на их любимую дачу. Мама с папой ездили в свой загородный дом, а старики категорически отказывались переезжать к ним. Как говорила мудрая бабуля, «двум хозяйкам на одной кухне не место», даже если это родные мать и дочь.

Фаина решила: если за месяц не найдет нужное помещение, то снова будет искать работу бухгалтера. От одной мысли об этом становилось грустно. Но ничего другого не оставалось. В один из пятничных вечеров, преодолев за три часа через пробки путь до дачи длиной в 78 километров, Фаина практически без сил села за стол. Бабуля налила чай и поставила угощения.

– Ну, ба-а-а, ― жалобно протянула Фани, ― я же на диете!

– Ох уж вы со своими диетами! От жизни надо получать удовольствие! Тем более ты рулила столько времени по этим пробкам. Мы с дедом, наверное, тебя утомили своими разговорами. Так что давай, не капризничай, выпей чаю с булочкой и малиновым вареньем.

Фани не стала сопротивляться.

Бабуля налила чай себе, позвала дедушку.

– Что-то ты, внучка, совсем приуныла в последнее время, мы с дедом тебя не узнаем. Давай рассказывай.

– Да что тут говорить: деньги на исходе, помещение найти не могу. Еще немного ― и опять пойду работать бухгалтером, а я не хочу. НЕ ХОЧУ!

– И правильно, нечего тебе эти дебеты с кредитами сводить. Надо заниматься тем, к чему душа лежит, тогда и уставать приятней, ― сказал дедушка Игорь.

– Да знаю, дедуль, кто ж спорит? Но жить на что-то надо?

– Ну а бизнес-план у тебя есть, или как у вас это называется?

– Конечно, только что с того? Он был рассчитан совсем на другие сроки.

И Фани подробно все рассказала дедушке, хотя не была уверена, что он поймет детали. Но Игорь Моисеевич все внимательно выслушал, помолчал, подумал, а потом сказал:

– Ладно, не раскисай, если основная проблема в деньгах, мы поможем.

– Игорь, ты о чем? ― с недоумением спросила Людмила Абрамовна.

– Сама знаешь о чем.

– Но это же на черный день! ― всплеснула руками бабуля.

– Я твою половину не трону, а сам помирать не собираюсь. Уж больно хочется в кафе у Фани отведать всяких вкусностей. Внучка, давай так, ищи помещение, о работе пока не думай, как найдешь, дай знать, а родителям ни гу-гу. Договорились?

Фани не верила своим ушам. Как говорится, помощь приходит оттуда, откуда не ждешь. Она подбежала к дедушке с бабушкой и обняла их.

– Дорогие мои! Не волнуйтесь, я не подведу!

Людмила Абрамовна только вздохнула, но дедушка был настроен воинственно, бабушке оставалось лишь подчиниться.

Родителям решили пока ничего не говорить.

Конечно, у Фани было много страхов и переживаний. А вдруг не получится, вдруг все это зря? Но в глубине души она верила в лучшее и не ошиблась. Через полтора месяца было найдено небольшое помещение под кофейню в старой части города. Еще за три месяца был сделан необходимый ремонт, закуплено оборудование и мебель для посетителей. Дизайном интерьера Фаина занималась самостоятельно. Название долго придумывать не пришлось. Было решено назвать кафе в честь хозяйки: «У Фани».

Дедушка отшил занавески на окна и скатерти, а также фирменную одежду для персонала. Хотя пока это были всего три человека, но это ведь только начало. Первый год после открытия кафе был самый сложный. Не всегда все складывалось гладко: выходило из строя оборудование, кто-то из персонала заболевал, и тогда приходилось работать за двоих, а то и за троих до поздней ночи, иногда в плохую погоду несколько дней не было посетителей. Фани не скрывала, что в некоторые моменты хотелось все бросить и остановить эту борьбу за свою мечту. Но немножко отдохнув, она понимала, что это дело всей ее жизни, это то, чем она хочет заниматься. Иногда у девушки просто не было сил ехать домой, и она оставалась ночевать на работе. Про личную жизнь говорить не приходилось.

Про Фани так и говорили: вышла замуж за свое кафе. Но это ее ничуть не смущало. Иногда, поздно вечером, когда кофейня была уже закрыта, а зал и кухня вымыты, Фани выключала основной свет и оставляла только торшер. Она располагалась у столика в углу, где стоял диван с подушками, ― это было ее любимое место. Над столиком висела книжная полка. Многие думали, что это просто деталь интерьера. На самом же деле там стояли книги, которые Фани любила перечитывать вечерами, оставаясь в полном одиночестве. Среди них были приключения и романы. Она погружалась в сюжеты, представляла себя одной из героинь произведений. Это был ее мир, ее маленькая сказка. Шел год за годом, и сказка превратилась в реальность.

В один из дней кафе закрылось после обеда, чтобы подготовиться к очень важному мероприятию и не менее важным гостям. В назначенное время подъехало такси, водитель открыл дверь и помог выйти пожилому мужчине. Приехали дорогие бабушка и дедушка. Для Игоря Моисеевича и Людмилы Абрамовны в кафе был накрыт столик с желтой льняной скатертью, расшитой розовыми цветами. На столе стояла ваза с любимыми бабушкиными хризантемами. Фани приготовила угощения для всей семьи, чтобы отпраздновать юбилей мечты, а именно пять лет со дня открытия кафе. Вскоре приехали и родители. Все было готово, чтобы начать праздновать. Тут Игорь Моисеевич как бы невзначай сказал:

– А что у нас накрыт только один стол?

– Дедуль, это специально для нас.

– И больше никто не приедет?

– Ну, я же специально повесила табличку и вчера предупредила постоянных посетителей, что кафе будет закрыто на специальное мероприятие.

– Да, ты абсолютно права, внученька. Но как же такое отмечать без друзей? ― и дедушка заговорщицки подмигнул Фаине. ― Людочка, где та большая коробка, которую мы привезли? ― спросил он супругу.

– Поставила в кладовку.

– Хорошо, сейчас принесу.

Дедушки не было минут пять, и было слышно, что он с кем-то разговаривает по телефону.

– Дедуль, ну ты скоро? Все уже накрыто, все в сборе, тебя только ждем.

– Вот ты всегда торопишься, внучка. Все да не все, все да не все.

– Ты какой-то загадочный сегодня! Давай рассказывай, что задумал.

Но не успела Фани закончить фразу, как в дверь постучали. Она повернулась и увидела за стеклом друзей своего детства. Сразу нахлынули воспоминания про первые чаепития на даче во дворе у бабушки с дедушкой.

Что тут началось! Шум, гам, веселье, накрыли еще два стола, а Людмила Абрамовна торжественно открыла коробку и достала оттуда свои фирменные сдобные булочки.

Фани была счастлива, по-настоящему счастлива. За окном пошел дождь, но посетители кафе этого даже не заметили, все были увлечены разговорами, воспоминаниями, шутили, улыбались и, конечно, наслаждались угощениями, которые можно было попробовать только в кафе «У Фани».

Буся у аппарата

Полина шла по мокрому асфальту. Только что закончился сильный дождь. Приходилось обходить большие лужи. Она шла с работы уставшая и расстроенная. Уставшая, так как был конец месяца и голова гудела от отчетов, которые почему-то понадобились всем отделам именно на этой неделе. Ее коллега Света была на больничном, а начальница Кира Васильевна в отпуске, так что Полине приходилось отдуваться за всех и сразу. Но ей было не привыкать, такое уже случалось. Но больше она была расстроена из-за того, что уже третий раз у нее никак не складывалось свидание с Сашей. Вроде бы и причины уважительные: первый раз ему срочно понадобилось к стоматологу, второй раз допоздна пришлось задержаться на работе из-за начальника, а третий раз уже сама Поля была занята и не смогла уйти пораньше, то есть в 18:00, когда официально заканчивается рабочий день.

Полина задумалась. И как это часто свойственно женщинам, мысли роем закружились в голове, перебивая друг друга.

«А может быть, это все неспроста, если уже третий раз не можем встретиться? Может быть, это знаки свыше? Ох, кто бы знал. Вдруг я ему не нравлюсь или у него появилась другая? За неделю? А почему бы и нет?»

Как же надоели ей эти «умные» монологи. Сколько всего ненужного мы додумываем, хотя иногда действительно хочется сказки. Просто немножечко чуда. А может быть, все это придумали, про настоящую любовь, а ее вовсе не существует? Полина попыталась вспомнить, кто из ее окружения счастлив в отношениях. На ум пришли почему-то ее тетка с дядей, которые прожили вместе сорок лет, правда, он был капитаном дальнего плаванья и иногда месяцами не появлялся дома. А когда возвращался, они жутко ругались. Но это не помешало им вырастить троих детей и встретить старость вместе. Нет, для Поли это был не очень удачный пример отношений, о которых она мечтала. Среди семейных друзей у всех хватало проблем. Вот бы узнать секрет счастливых отношений. Сразу бы тогда получила Нобелевскую премию или две, а то и три. С такими мыслями девушка дошла до отделения банка. Надо было забрать новую карту, проверить поступление платежей по счету. Полина мысленно готовилась к очереди. Но перед ней был только один пожилой мужчина. Табло замигало, и его вызвали к стойке номер пять. Он шел, медленно шаркая, по пути роясь в сумке и что-то бормоча.

«Да уж, ― подумала Полина, ― вот так учишься-учишься, работаешь-работаешь, а потом бац, и старость. И ты уже еле-еле ходишь и живешь от пенсии до пенсии. Ну и мысли у тебя в голове, Полина Сергеевна».

Электронное табло снова замигало, и девушка направилась к окошку номер четыре, как раз по соседству со старичком. Пока оператор вводила данные паспорта Полины, девушка стала невольной свидетельницей проблемы, которую пытался решить мужчина.

– Милая, ― обратился он к сотруднице банка, ― посмотри, пожалуйста, что за сообщение пришло мне на телефон? Внизу указано, что услугу можно оплатить у вас в банке, ― и он показал текст на аппарате с крупными кнопками.

– Это долг по абонентской плате, у вас есть спутниковое телевидение?

– Да, мне как раз это и нужно. Сколько с меня?

– Михаил Егорович, для оплаты мне понадобится номер договора, ваш тариф, сумма, которую вы готовы внести, а также наличные или карта для транзакции.

В какой-то момент Полине уже самой показалось, что она бы не справилась со всем этим потоком информации. Что уж было говорить о пожилом мужчине. Она была бы рада ему помочь, но чем?

Мужчина надел очки с большими диоптриями и стал набирать цифры на телефоне. На миг в помещении воцарилась тишина.

– Бу-уся-я! ― старичок немного растягивал слоги. ― Как хорошо, что ты ответила. Мне нужна твоя помощь, ты не знаешь номер договора на нашу космическую тарелку?

Прошло несколько секунд ожидания, и мужчина начал диктовать нужные цифры.

После оператор попросила сообщить, какой тариф у клиента.

– А что это? ― не понял старичок.

– Это, дедушка, пакет услуг, который подключен к вашему договору: «Все обо всем», «Все обо всем Плюс», «Все обо всем детям»…

– Секундочку, ― и мужчина опять заговорил в трубку. ― Бусинка, ты еще у аппарата? Опять нужна твоя помощь. Милая девушка в окошке спрашивает, какой у нас тариф услуг: «Все обо всем», «Все обо всем Плюс» или что-то там еще? Понял, принято.

Пожилой мужчина торжествующе посмотрел на оператора и ответил:

– «Все обо всем Плюс».

Девушка быстро внесла данные, приняла оплату по карте, которую мужчина бережно достал из кармана куртки, застегнутого на молнию. Сама же карточка была завернута в целлофан.

– Спасибо вам большое, ― ответил старичок и направился к выходу, снова говоря в трубку. ― Бусенька, задание выполнено, можно собираться на дачу, теперь у тебя будет работать телевизор, а малиновое варенье я уже купил, две банки, выдвигаюсь домой, жди!

И мужчина, еще раз поблагодарив оператора, слегка шаркая, вышел на улицу.

Полина представила, как Михаил Егорович сидит со своей Бусенькой за столом на даче, за окном шелестят листвой от легкого ветерка яблони, они смотрят любимые передачи или сериалы по своей космической тарелке и пьют чай с ароматным малиновым вареньем.

«Все-таки настоящая любовь существует! Я тоже обязательно буду чьей-то любимой Бусенькой». И девушка вышла из банка с улыбкой на лице.

Пазл счастья

Она открыла глаза. «О! Не реанимация», ― подумала Рита. Значит, операция прошла по плану, и возможно, ее вернут уже сегодня в палату.

«А что это за неприятный звук пикает надо мной? Фух! Выключился». Марго (так звали ее друзья) опять провалилась в сон, но, к сожалению, он был недолог и прервался опять непонятным звуком, исходящим откуда-то сверху. Уснуть не удалось. Низ живота ныл. В прошлый раз таких ощущений не было. Да и не могло быть. Тогда Рита проснулась как раз в реанимации, где провела двое суток под пристальным наблюдением врачей и постоянной анестезией. Но сейчас совсем другое дело, ей поставили сетку, чтобы убрать грыжу. Операция называлась красивым словом: герниопластика. И пусть она была не такая сложная, но все-таки опять полостная. А это вам не пластырь приклеить. Звук становился невыносимым. Медсестры не подходили, кнопки вызова под рукой не было. Так, надо действовать. Она оглянулась. На соседней койке мирным сном спал мужчина. Тоже после операции. Марго посмотрела на него с завистью. Хотя нет, еще неизвестно, что там ему прооперировали. Девушка видела медперсонал за стеклом: они что-то постоянно делали, перебирали документы, обсуждали. Рядом с ними сидел молодой человек за компьютером. Как выяснилось позже, когда Рита все-таки докричалась до медсестер и поняла причину звука, этот молодой человек как раз пытался починить пожарную сигнализацию, которая никак не хотела выключаться и мешала не только больным, но и медперсоналу. Марго этому не удивилась, так как, где бы она ни находилась, техника всегда давала сбой: будь то рабочий ноутбук, мобильный телефон, компьютер у врача в кабинете, программное обеспечение в автомобиле или пожарная сигнализация в больнице. Рита давно привыкла к таким явлениям, но старалась не думать об этой особенности, когда отправлялась на операцию. Все-таки там аппаратура непростая, не дай Бог чего… и Бог не дал. Все прошло хорошо.

Во второй половине дня Риту перевели в палату. Ее соседка Аня, прооперированная на сутки ранее, была рада ее возвращению. Они быстро подружились (если можно было так сказать), когда их еще только оформляли на госпитализацию. Обе были позитивные, энергичные и разговорчивые. Анна много лет отработала администратором в одном из ведущих российских клубов бальных и латиноамериканских танцев. Рита, лежа в палате, с радостью слушала истории про конкурсы, выезды, соревнования. И была искренне удивлена двум вещам: стоимости нарядов и экипировки спортсменов, а также тому факту, что в паре оценивают главным образом партнера, а партнерша всего лишь дополнение, хотя и немаловажное. Марго всегда казалось, что самое главное ― это пластика и платье партнерши. Да, особенно платье. Материал словно сосуществовал со своей владелицей и был единым целым. Каждое движение, взмах и мимика сливались с костюмом и соединялись в какой-то волшебной гармонии. По крайней мере, так казалось Рите. На партнера она особо и не обращала внимания. Оказывается, зря. Вот кто правит балом, вот кто, оказывается, настоящий король. Аня так красочно и живо рассказывала про происходящее, что Марго невольно представляла себя в качестве танцовщицы. Венский вальс, танго, фокстрот… а потом безудержные латиноамериканские танцы: ча-ча-ча, джайф, самба, румба, пасодобль. Ох, как же хотелось не лежать в палате, а в один миг перенестись в зал и танцевать, танцевать, танцевать. Мысли улетали далеко от больницы. Но долго мечтать не приходилось. Так как процедуры, уколы и перевязки быстро возвращали Марго в реальность.

В этот раз у Риты была плановая госпитализация, поэтому подготовка была основательной: косметолог, парикмахер, маникюр-педикюр, две красивые брючные пижамы и большой талисман ― кролик в розовом платье, который мужественно проходил все тяготы лечений и выслушивал иногда не очень цензурную речь своей хозяйки, когда ей делали очередной укол. Рите хотелось себя чувствовать женщиной даже в таких обстоятельствах. Но весь этот праздник испортили послеоперационные прелести. Она совершенно забыла про бандаж и дренажи с катетерами, с которыми надо было как-то сосуществовать, в связи с чем, кроме просторных женских сорочек, ничего надеть было нельзя.

Через сутки надо было уже вставать. Утром пришли хирурги. Доктор, который оперировал Риту, был в возрасте, носил разноцветные банданы. Они почему-то больше всего запомнились Рите в его образе. Возможно, потому что она привыкла видеть докторов в белых или зеленых шапочках.

Говорил он мало и практически не улыбался. Марго его побаивалась, хотя знала, что хирург он хороший, поэтому и обратилась к нему по рекомендациям друзей.

Марго не очень нравился момент первого осмотра после операции. Лежишь голая, в одном корсете и чулках, с большим заклеенным швом.

– Так, давайте я вас осмотрю, ― сказал хирург.

– Можно мне минуточку, чтобы подготовиться? ― спросила Рита и пожалела об этом, так как ее неразговорчивый доктор вдруг стал говорить, а точнее, ругаться!