- -
- 100%
- +
Пролог
Сердце стучало как бешеное, гоня кровь по венам, но всё тело сковывал могильный холод. Красные брызги не могли достать меня через стекло, но я словно чувствовала кожей каждую каплю. Липкие, вязкие точки осыпали светлый ковёр, двери и, стекая вниз, оставляли алый след.
Бежать! Нужно бежать, пока они не заметили меня! Но я не могла двинуться с места, глядя на лежащее на полу безжизненное тело. Тот, кто выстрелил, опустился на колени к упавшему мужчине и протянул к нему руку. На безымянном пальце сверкнул золотом перстень.
Я наконец смогла сделать шаг назад и тут же врезалась в журнальный столик, на котором были расставлены шахматы. Фигурки с шумом посыпались на стеклянную поверхность стола и в тот же миг несколько голов повернулись в мою сторону. Эта секунда, когда я рванула к левому борту растянулась в целую вечность.
Спрятаться! Но где? Мы на яхте посреди большой воды. Они найдут меня! Прошерстят все углы, каюты и в конце концов найдут. И что тогда сделают со мной? Ведь я непрошенный свидетель. Времени на раздумья не осталось – я уже слышала крики и топот за спиной. Пробежав по лестнице на нижнюю палубу, я кинулась к корме. До берега около километра, но так у меня появится хотя бы крошечный шанс на спасение. За спиной раздался выстрел и фонарь над головой разбился на тысячи осколков, осыпав мелким острым дождём.
Я вскрикнула и вскинула руки, стараясь укрыться от сыплющегося стекла. Это на мгновение задержало, но в следующий миг, когда мужские руки уже потянулись, чтобы схватить, я вскочила на перила и прыгнула в бездну. Мгновение полёта и грохот воды обрушился на меня, впуская в объятия холода. Тьма приняла, сдавила и потянула вниз. Воздух выбило из лёгких, и первой мыслью было тут же всплыть наверх и глотнуть кислорода. Но наверху меня ждут пули, а внизу – мёртвая глубина.
Неужели это конец? Неужели мне предстоит умереть, поддавшись страху и панике? Вот так выглядит смерть – мрак и холод?
Нужно было сделать выбор, который в любом случае приведёт к гибели. Но только мне решать, как закончится моя жизнь. И я рванула наверх сквозь толщу воды.
Глава 1
На моей памяти тридцать лет Алисе исполнялось уже третий раз. Но, как и все её юбилеи, это была вечеринка года. Самые красивые девушки и самые богатые мужчины, именитые повара, диджеи. Чего греха таить, известные спортсмены и молодые звёзды не чурались посещением подобных праздников. Она всегда знала, кого звать на такие мероприятия. И весь бомонд Москвы понимал, для чего те или иные люди заглядывают на такие вечеринки. Провинциальные девушки, мечтавшие покорить Москву, искали богатых и влиятельных любовников, а последние охотно высматривали среди них подходящие экземпляры. Как говорится, все всё понимали и с удовольствием принимали правила игры.
Я знала Алису девять лет. Это она привела меня в мир богатых и сильных мужчин, научила маленьким хитростям и рассказала всё обо всех. Иногда мне казалось, что ей стало попросту жаль молоденькую провинциалку, которая однажды пришла в клуб в приступе безысходности.
В тот вечер девять лет назад я расплачивалась в магазине за вчерашний батон и бутылку кефира, пытаясь наскрести мелочь.
– Рубля не хватает, – зыркнула на меня кассирша. Я шарила по карманам. Пустые. Подумала уже отказаться от хлеба, как заметила под ногой сверкнувшую серебром монету. Не задумываясь подняла её с грязного пола. Пять рублей. Повезло. Кассирша смерила меня взглядом и отсчитала сдачу.
– Спасибо, – я взяла продукты в руки и выскочила на улицу. На Москву уже опустился вечер, августовская духота пошла на спад, стоило солнцу скрыться за горизонтом. Днём в жару совершенно не хотелось выходить из дома, тем более что куда-то съездить развлечься просто не было денег. И только сейчас я рискнула высунуть наружу нос, чтобы совершить прогулку до ближайшего магазина.
По дороге я стала всухомятку откусывать батон. Хлеб был совершенно безвкусный и немного пересоленный. Из чего они только пекут эту гадость? Но делать было нечего, наличных хватило только на это. В который раз проверила мобильный банк, будто от этого мой счёт мог пополниться как по мановению волшебной палочки. Всё по-прежнему – 5 рублей 30 копеек. Аванс будет только завтра. Звонить маме и просить перевести мне денег не хотелось. Да и зарплаты простого библиотекаря едва хватало ей самой. Когда она звонила, я всегда рассказывала, что у меня всё отлично. Зачем ей говорить, что я едва свожу концы с концами? Она и так переживала о моём решении остаться в столице.
Я вернулась в комнату, которую снимала. Зажгла тусклый свет и осмотрела своё скромное жилище. Старенькие обои, потрёпанный диван, телевизор с кинескопом и платяной шкаф, который видел ещё Брежнева. Столом мне служила крепкая табуретка, куда я положила купленные батон и кефир. Вновь включив телевизор, я щёлкала каналы, пока не наткнулась на какую-то романтично-ванильную комедию, главные героини которых меня ужасно раздражают. Они всегда показные оптимистки, всё-то у них схвачено, они талантливы, успешны и им достаются лучшие парни.
А я… а что я? Самая большая неудачница, какую знаю. Безотцовщина, нищебродка и горе-пианистка, возомнившая, что она может покорить столицу, оказавшаяся в итоге без друзей и поддержки в огромном городе.
Я даже не удосужилась отрезать ломоть и стала откусывать батон, не доставая его из упаковки, и запивая кефиром прямо из горлышка. На сердце навалилась такая тоска, что впору было зарыдать, свернувшись калачиком, и попросту забыться до утра. А завтра капнут денежки на карту и можно будет продолжить жить.
Я завидовала этим девушкам с экрана. Завидовала их уверенности, деньгам, независимости, тому, что они могут позволить себе то, о чём я могла только мечтать. Конечно, я понимала, что в действительности этих девушек не существует, но так хотелось хоть ненадолго прикоснуться к их беззаботной жизни. Меня уколола беспричинная обида – кажется, в детстве меня перекормили сладкими сказками о принцессах.
И тут я поняла, как жалко смотрюсь со стороны. Как жалею сама себя, страдаю, играю трагическую роль театра одного актёра. Но только зрительский зал совершенно пуст. Я в нём одна. Нет даже ни одного свидетеля, перед кем можно было бы излиться в рыданиях, сетуя на свою жизнь. Да и кому интересны мои переживания? Мои проблемы – только мои проблемы. И решать их должна я сама.
Москва, этот дорогой праздник, её ночная жизнь, полная приключений, ждала меня за стеной этой убогой комнатушки. А я вместо того, чтобы кинуться ей навстречу, жалею себя и занимаюсь самокопанием.
Да, в кошельке у меня пусто, но это не заставит меня остановиться. Я вскочила с дивана и открыла шкаф. Вещей было немного. Кое-что уже вышло из моды, но годилось для обычным прогулок по городу. А для выхода в свет у меня была всего одна вещь – маленькое чёрное платье. По лучшим заветам Коко Шанель вечная классика никогда не устаревает.
Наложив макияж поярче и взбив волосы попышней, я надела платье, лёгкой волной лёгшее на моё тело. Если бы москвички узнали, что я откопала его на развале, наверняка подняли бы меня на смех. Но оно было из настоящего шёлка и отлично подчёркивало мою фигуру. Тонкие бретельки открывали изящные плечи, а короткая длина позволяла любоваться стройными ножками.
Лучшее вложение пятиста рублей!
У меня даже настроение поднялось, когда я увидела своё отражение в зеркале. Да я чудо как хороша! Удивительно, что мне ещё не сделал предложение какой-нибудь местный миллионер. Хотя, учитывая, что мой обычный гардероб состоял из бесформенных футболок или протёртых джинсов… совсем неудивительно.
Я достала с нижней полки яркую коробку, которая представляла моё самое бесценное сокровище. Я много раз пожалела, что потратила на это целую кучу денег, но отнести обратно в магазин так и не решилась. То, что лежало в этой коробке олицетворяло для меня всё, что мне хотелось иметь в этой жизни – успех, деньги, беззаботность.
Блеск ослепил, когда я открыла крышку. Переливаясь в свете люстры на атласной ткани лежали самые прекрасные туфли, которые я когда-либо видела. Острый нос, тысячи страз, двенадцатисантиметровые шпильки и запах роскоши. Ни разу не выходившие в свет туфли-девственницы. Я только дважды надевала их дома, чтобы полюбоваться, как они смотрятся на ноге. А на ноге они сидели как хрустальные туфли Золушки, не меньше. Да что там, Золушка подохла бы от зависти!
Я ещё раз взглянула на себя в зеркало, и от восторга захватило дух. На меня смотрела девушка, ради которой мужчины готовы совершать подвиги и бросать к её ногам головы драконов. Чёрный шёлк соблазнительно огибал стройное тело, подчёркивая талию и грудь, а волшебные туфли сделали ноги просто бесконечными.
Почему я не решилась на это раньше? Почему не примерила на себя образ роковой соблазнительницы, берущей в руки свою судьбу? Ведь девчонки с работы часто звали меня в клуб потанцевать, а я находила какие-то нелепые отмазки, чтобы остаться дома. Думала, что буду чувствовать себя не в своей тарелке, ведь до этого мой досуг состоял из просмотра старых фильмов и чтения женских романов.
Какая наивная девочка! Да я рождена, чтобы покорить этот город! Он будет валяться у этих роскошных ног!
Схватив сумочку и накинув джинсовку на плечи, я выскочила на улицу, но обступившая темнота пошатнула мою уверенность. Окружающая действительность выглядела гораздо мрачнее, чем в моём воображении. Отовсюду возникали неясные тени, грубые голоса слышались из каждого угла. Звонко цокая каблуками, я бодрым шагом шла по улице, пока не заметила, что вслед стали доноситься свист и оклики.
– Эй, малышка!
– Хорошие ножки.
– Куда спешишь, крошка?
Выругавшись про себя, я уже начала жалеть, что вышла из дома. За спиной слышались шаги.
«Чёрт. Дура. Как ты будешь убегать на таких каблуках?»
Где-то слышала, что можно использовать острые каблуки как оружие, чтобы отбиться от насильников. Я уже думала снять обувь и, бросив идиотскую затею, вернуться домой в обшарпанную, но безопасную комнатёнку, как взгляд выхватил яркую неоновую вывеску «Rooms». Что бы это ни было, там были люди, и дай Боже, чтобы вход туда был бесплатный.
Я метнулась через дорогу, игнорируя красный сигнал светофора. Двое крепких ребят у входа открыли мне дверь, едва глянув на меня. Внутри было темно, музыка глухо отражалась от стен, пока я спускалась по лестнице, на ходу снимая куртку. Но стоило войти в зал, как грохот звуков обрушился, нещадно стуча по ушам. Тут же чьи-то руки стали скользить по телу, касаясь талии и обнажённых плеч. Я замечала взгляды мужчин и женщин, затуманенные выпитым алкоголем и полные похоти. И все они были направлены на меня. Тело вдруг сковало, неловкость и неуверенность вернулись.
Я попятилась к выходу, спотыкаясь и стараясь не касаться танцующих людей. Нет-нет, тут мне не место. Кого я пыталась обмануть? Девушка, воспитанная на музыке Шопена и Баха, зачитывавшаяся романами Джейн Остин и сестёр Бронте, никогда бы не пришла сюда. Femme fatale из меня никудышная. Отныне только джинсы и кроссовки, только сериалы и книги!
На улице я вдохнула полной грудью, будто за одну минуту, проведённую в зале ночного клуба, я успела отвыкнуть от свежего воздуха, и со стоном выдохнула.
– Да, ты права, там полный отстой, – раздался звонкий голос за спиной. Я обернулась и увидела у входа эффектную брюнетку, смотревшую прямо на меня. Её короткое сверкающее платье бросалось в глаза, как и дорогая сумка, закинутая на плечо. Я на её фоне смотрелась как серая мышка. – Место недавно открылось, мне сказали, что здесь можно хорошо повеселиться, но… – она что-то быстро напечатала на своём телефоне и бросила его в сумочку, – внутри одни обдолбыши. Как насчёт прогуляться в одно классное местечко? Вместе веселее.
Её непосредственность меня подкупала. Взгляд девушки был открытый, речь живая и быстрая. Показалось, что она всего на пару лет меня старше. Она окинула меня взглядом, но это был не оценивающий взгляд, каким тебя обычно приветствуют в магазинах консультанты. Он был полон любопытства и озорства.
– Да нет. Я, пожалуй… – начала я.
– Что, неудачный день?
Я пожала плечами.
– Скажем так, не самый лучший в моей жизни.
Она подскочила ко мне с грацией горной лани и подхватила под руку.
– Тогда тебе и правду надо развеяться. Я Алиса, кстати.
– Послушай, – я мягко отстранилась, – боюсь, я не могу себе позволить…
– Ой, да не беда. Я угощаю тебя в честь нашего знакомства. Ты ведь неместная, я права? Это видно. Нет-нет, одета ты неплохо. Туфли, кстати, шикарные. Но вот в разговоре отсутствует эта дурацкая манера растягивать слова.
Она запрокинула голову и рассмеялась.
– Да расслабься. Сейчас нас мигом домчат. А вообще тут совсем недалеко. Стёпа!
Она подвела меня к чёрной машине. Вот бы ещё разбираться в марках автопрома. Но одного взгляда на автомобиль хватило, чтобы понять, что мне и за всю жизнь не заработать на него. С водительского места вышел крупный лысый мужчина и вежливо открыл перед нами дверь.
– Что, Алис, не понравилось? – весело спросил он.
– Да ну, ни одной знакомой рожи. Отвези-ка нас с… – Алиса вопросительно посмотрела на меня.
– Аней, – шепнула я.
– …с Аннет в «Лаунж», – она легонько подтолкнула меня вперёд.
Всякая разумная девушка сказала бы твёрдое «нет» и отказалась бы от подобной авантюры, но мною двигало любопытство. В животе, казалось, порхали бабочки, дрожь прокатилась по телу в предвкушении неведомых мне приключений. После секундного колебания я решительно опустилась на заднее сиденье. Никогда ещё не бывала в такой роскошной машине. Светлая кожа сидений, в которых можно было утонуть, лакированное дерево и мягкий свет. Машинка – просто космос!
– Главное достоинство личного водителя, – Алиса села рядом, – это то, что ты можешь веселиться от души, пить сколько хочешь, а Стёпа как настоящая сестра-трезвенница довезёт тебя в целости и сохранности. Правда, Стёп?
– Правда, – усмехнулся водитель.
Я наклонилась поближе к своей новой знакомой и спросила так, чтобы Стёпа не слышал:
– Он твой личный водитель?
– Ну, формально… – так же тихо ответила Алиса, – как бы… в общем, он работает на моего папика.
– Твоего отца?
– Да нет! – она подняла одну бровь. – Ты что, с луны свалилась? Ну папик… ну, мужчина, который меня содержит и… Даже не знаю, стоит ли тебе говорить такое? Ты как вообще? Девочка?
– В смысле? – нахмурилась я.
– Ну парень у тебя уже был? Того самое? – она кокетливо повела плечами.
Кожа на лице вспыхнула огнём. Так вот что она имела в виду. Папик! Любовник! Какой же она, наверное, считает меня дурочкой.
– Ах, это. Да… то есть, я поняла, что ты имеешь в виду.
– Ну, слава Богу. Думала, придётся объяснять тебе шестой класс биологии про пестики и тычинки, – она легонько ткнула меня локтем. – Ну так Стёпа работает на моего папика, возит меня повсюду, с сумками из магазинов помогает. С ним весело. Он мне как батя, которого у меня никогда не было.
Алиса была такой непосредственной, что за короткую поездку успела мне рассказать почти всю свою биографию. Что родом она из маленького Крымского городка, что живёт в столице уже пять лет, как работала в клубе танцовщицей, пока её не заприметил один депутат, как сменила уже пятого любовника, про свои многочисленные путешествия, пляжи, дорогие отели, подарки… Она говорила громко, так что сомнений в том, что Стёпа слышит каждое её слово не возникало. Но, судя по всему, он и так всё это знал. Поглядывая на него в зеркало, я замечала только, как он усмехается.
Слушая, я вдруг представила себя на её месте. Как и я, Алиса была провинциальной девушкой. Красивая, боевая, искренняя, нос не задирала. Она показалась мне баловнем судьбы. Как можно было так быстро освоиться в Москве и ухватить удачу за хвост? Да, у нас с ней были разные цели. Но она приехала в столицу за своей мечтой, которая кардинально отличалась от моей. Её целью были богатые ухажёры и роскошная жизнь за их счёт. И, судя по всему, её любовники прекрасно были осведомлены о её планах. Всех всё устраивало. Они пользовались молодостью и красотой Алисы, а она их деньгами.
Меня это должно было шокировать… но почему-то стало ужасно любопытно. В каком доме она живёт? Кто её мужчины? С кем она дружит? В каких магазинах одевается?
– Приехали!
Стёпа притормозил у ярко освещённого здания, состоящего, казалось, из одного стекла. Он открыл нам дверь и помог выйти. В этот миг я почувствовала себя самой настоящей принцессой. Никогда мне ещё не помогали так элегантно выбираться из машины. Внутри меня неловкость боролась с восхищением.
«Я тоже так хочу. Хочу, чтобы мне открывали двери, подавали руку, покупали шмотки, возили по разным странам. Я хочу быть Алисой!»
Новая знакомая ввела меня внутрь под руку. Судя по тому, как она приветливо махала кому-то и здоровалась, Алиса бывала здесь часто. Она подошла к бару и указала мне на стул.
– А разве за столиком не удобней? – Я огляделась. В зале ещё были места, хотя народ потихоньку набивался внутрь.
– Здесь нас лучше видно, – подмигнула Алиса.
– Что будете заказывать? – подошедший бармен сладко улыбнулся. Ещё чуть-чуть и подмигнёт.
– Ничего, – повернулась к нему Алиса. Но, уловив на его лице разочарование, быстро добавила, – пять минут, и кто-нибудь сделает это за нас. Никогда… Аннет, слышишь? Никогда не заказывай напитки, если приходишь развлечься. Стоит закинуть ножку на барном стуле и через несколько минут тебя будут одолевать мужчины, наперебой предлагая выпить. Ты красотка, фигурка ничего. Только лицо попроще сделай, и не оглядывайся так, будто ты кого-то выискиваешь. Расслабься. Лучше расскажи мне свою грустную историю.
И я рассказала ей всё. Поначалу она почти клещами вытаскивала из меня информацию о том, из какого я города и почему оказалась в Москве, но потом я сама не заметила, как легко выложила всё, что было у меня на душе. Рассказала, что приехала сдавать экзамены в Гнесинку и не смогла поступить на бюджет. Оказалась недостаточно талантливой, а лишних денег у нашей маленькой семьи не было. Как я решила остаться в столице, заработать немного денег и попробовать поступить на следующий год. О том, как тяжело работать в дешёвой забегаловке, и что сегодня мне едва хватило денег на скромный ужин.
– Правда? Никогда бы не сказала, что ты бедная девчонка, – удивилась Алиса. – Ты ведь красотка! А мужики… ну, нормальные мужики с деньгами, всегда ищут себе таких как ты.
– Но я не ищу себе спонсора, – мне было даже немного обидно, что она приняла меня за "золотодобытчицу". – Я бы хотела выучиться на пианистку и играть как настоящий профессионал.
Алиса пожала плечами.
– Ну, знаешь, одно другому не мешает. Да и компания в большом городе будет кстати. Не всё же время куковать без парня. Сейчас мы тебе кого-нибудь подыщем.
Я пыталась что-то возразить, пока Алиса окидывала взглядом зал, как вдруг за моей спиной раздался голос:
– Дамы, могу ли я вас угостить?
Лицо Алисы осветилось.
– Серж! Тебя нам послали сами небеса. Знакомься, моя подруга Аннет, талантливая пианистка. Ты, как я помню, в свой ресторан ищешь как раз пианиста.
Я посмотрела из-под ресниц на её знакомого. Откуда у меня вдруг появилось это жеманство? Каждый мой жест, каждый взгляд и улыбка – были подражанием Алисе. Я протянула руку, которую элегантно, в духе истинного джентльмена, поцеловали.
Сержем оказался Сергей Павлов, известный московский ресторатор, и он стал моим первым… папиком.
Глава 2
С того рокового вечера, когда я познакомилась с Алисой, прошло целых девять лет. За это время мы успели крепко подружиться. Она, казалось, знала абсолютно всё о жизни содержанок, и стала мне настоящим ангелом-хранителем. Помогла подобрать ключик к Сержу, завоевать его внимание и поймать его в свои сети.
Как и большинство успешных московских мужчин среднего возраста, Павлов оказался глубоко женат, но меня это не волновало. Замуж я не стремилась. Удивительно быстро я переступила через себя, заведя интрижку с женатым мужчиной. Девушка, которая раньше и помыслить не могла о подобном, которая верила в любовь с первого взгляда и до гробовой доски, исчезла, а на смену ей появилась легкомысленная кокетка, не чурающаяся роли любовницы на содержании.
Наш бурный роман начался через месяц после того, как он нанял меня в качестве музыканта в один из своих ресторанов. Четыре недели мы ходили вокруг да около, бросая друг на друга пылкие взгляды и безбожно флиртуя, пока я не взяла инициативу в свои руки. В первую нашу ночь он так распалился, что не довёз меня до отеля – всё случилось в подсобке ресторана. Ещё через месяц он снял мне квартиру, небольшую и не в центре, зато с хорошим ремонтом. Помимо наших встреч в ресторане он наведывался ко мне по три раза в неделю, переводил на карту энное количество кэша, иногда привозил дорогие подарочки и пару раз вывез на белоснежные пляжи Бали.
Для своих сорока шести лет Серж выглядел вполне достойно. Поддерживал хорошую физическую форму, одевался с иголочки и даже закрашивал от седины редеющие волосы. Он был симпатичным, щедрым, воспитанным, целовался как Бог. И это было самым лучшим в наших отношениях. Потому что в постели… может, возраст уже давал о себе знать или он просто не был особо искушён. Но всё, что могло меня ждать – это миссионерская поза под одеялом и очень редкие оргазмы. Не скажу, что у меня самой был богатый опыт, но расстраивать Сержа я не хотела. Он мне действительно нравился, одно время я даже думала, что смогла бы в него влюбиться. Поэтому в постели изображала из себя всё, на что была способна. Охи, ахи, стоны и дрожь, тянувшие на Оскар, не меньше. Зато за это получала такие "чаевые", которые мне раньше и не снились.
Я продолжала развлекать гостей его ресторана игрой на рояле. Мне нравилось, что я занимаюсь тем, что люблю. А Серж – это был приятный бонус к моей работе. Я стала одеваться лучше, ездить на такси, а не в душном общественном транспорте, сделала небольшой апгрейд, чтобы соответствовать столичной жизни. Алиса посоветовала хорошие салоны и клиники красоты. Ноготочки, реснички, зубки. Ничего сверх меры – я уже нагляделась на отпиленные носы и перекаченные губы и поняла, что нож и иглы хирурга не прикоснутся к моему телу. Зато выглядеть и чувствовать себя я стала невероятно уверенно.
Наконец-то я поняла, что такое просто хорошо жить. Ладно, на те деньги, которые выделял мне Серж, особо было не развернуться в Москве, чтобы каждый день есть красную икру ложками, но я не задумывалась о том, на чём в этом месяце можно сэкономить, чтобы приобрести осенние сапоги. Прогуливаясь по городу, могла не задумываясь купить то, что мне нравилось. И это, положа руку на сердце, было здорово. Жизнь превращалось в некое искривлённое подобие сказки то ли о Золушке, то ли о Рапунцель.
С одной стороны, у меня был мой принц. Ну, или как минимум его министр, исполняющий любое моё желание. А с другой – я куковала в своей башне одна. Мой «министр» во избежание сплетен и скандалов никуда не выводил меня в свет, опасаясь гнева жены и развода, по которому она могла оттяпать у него добрую половину всего. Я понимала, что рано или поздно эти заранее обречённые отношения кончатся, и через год он бросил меня, когда его жена стала что-то подозревать.
Алиса тогда меня очень выручала, составляя тёплую компанию, пытаясь меня растормошить и знакомя с другими потенциальными «кандидатами». На её вечеринках, которые устраивались по нескольку раз в год, она собирала вокруг себя настоящих акул, главной из которых была она сама. Самые красивые девушки, самые богатые мужчины. И эта вечеринка в честь её третьего тридцатилетия ничем не отличалась от других.
Я чувствовала скользящие по мне взгляды мужчин, среди которых были известные актёры, бизнесмены и политики. Как их только не палят жёны и пресса, одному Богу известно. Но меня не волновал их интерес – вот уже четыре месяца я пребывала в замечательных «отношениях» с руководителем одного крупного концерна. В отличие от других моих любовников, с которыми я знакомилась на таких вот вечеринках, он сам нашёл меня в одном ресторане, когда я забежала перекусить между шопингом и фитнесом.
Был месяц как я рассталась с четвёртым своим папиком, директором банка, и я уже успела заскучать. Не так, чтобы я остро нуждалась в спонсоре – успела всё-таки подумать о том, чтобы подстелить соломку на чёрный день – но Павел показался мне действительно интересным мужчиной. Он не пытался, как другие, быстрее затащить меня в постель. Даже старался ухаживать, приглашая на выставки и в театры. Это подкупало. В отличие от других мужчин, которые не могли придумать ничего лучше походов в клуб или ресторан, Павел мог удивить. Он был внимательным слушателем и увлекательным рассказчиком, знал, как рассмешить и решить любую проблему. И был так же по уши женат, как и остальные. Я даже позавидовала той женщине, которой в мужья достался такой мужчина. Да только история с искривлённой сказкой повторялась из раза в раз. Меня не могли вывести в свет, на серьёзных мероприятиях его всегда сопровождала супруга. А мне доставалось лишь пара вечеров в неделю и редкие развлечения вне дома.