Сводные. Не по правилам

Глава 1

– Лер, – слышу маму, которая незаметно подкрадывается ко мне: – Поверь, тебе там понравится…

Неоднозначно угукаю, потому что вся моя жизнь, которая мне нравилась, в одночасье закончилась.

Всё осталось в Питере.

А сейчас я вынуждена собираться на ужин, равно знакомство с маминым ухажёром, ради которого мы переехали в Сочи.

И откровенно сказать, этот воздух мне уже не нравится.

Трудно дышать, а сам город для меня не более чем большая деревня. Там, где я родилась и чувствовала себя уютно, по сравнению с этими местами было более величественно.

Вздыхаю, продолжая расчёсывать свои тёмные волосы.

– Говорят, что это неплохое учебное заведение, – тянет вновь мать.

– Это тебе твой Дмитрий сказал? – со скепсисом хмыкаю.

Мало того что я буду новичком в университете, плюс я не имею представления, что за интересные места здесь есть.

В Питере у нас был ряд наших любимых кафе. Кондитерская, ресторан, в котором мы любили сидеть, и бар, где весь персонал был мне знаком.

– Лера, – голос мамы меняет окрас на более жёсткий, и я шумно выдыхаю воздух из лёгких.

– Когда мне можно будет съездить навестить отца? – оборачиваюсь на неё с вопросом в глазах.

Она прикрывает их на минуту.

С отцом они развелись около шести лет назад, и их общение не складывалось. Тогда как я всё равно продолжила, пусть и после некоторого молчания. Теперь же единственная возможность увидеться с друзьями – это поехать к нему.

– Лера, мы только приехали… Тебе надо обжиться, устроиться, познакомиться с ребятами и сыновьями Димы.

Да, ещё одно важное уточнение. У меня внезапно появилось аж два сводных брата. Хотя я даже имён их не знаю.

До отчаяния хочется устроить истерику, но знаю, что это ни к чему не приведёт, лишь к ужесточению моих же рамок.

Поэтому, стиснув зубы, молчу.

– Ты уже решила, что наденешь?

Воодушевлённо начинает мама, я же пожимаю в ответ плечами.

– Дорогая, я понимаю, тебе сложно…

– Нет, мам, – оборачиваюсь на неё: – Если бы я захотела уехать, ты бы не отпустила меня в эту самостоятельную жизнь. А так мы тут только потому, что у тебя появилась новая любовь. Но это не относится ко мне, я вполне могла бы жить с отцом.

Выпаливаю на одном дыхании то, что по существу мы обе боимся произносить вслух. Для неё это удар ниже пояса, для меня… Я уже даже и не знаю, что это для меня.

Она медленно встаёт с кровати и, поджав губы, несколько раз кивает. Однако в дверях всё же останавливается.

– Я дам тебе время, Лера, – озвучивает она тихо, и я чувствую укол совести.

Я не хочу её обижать, но то, что привычный мир для меня изменился – это долбанный факт.

– Затем, если ты пожелаешь, ты уедешь к отцу.

Она выходит, а я снова шумно выдыхаю и дёргаю волосы на голове.

Слышу, как на телефон падают уведомления в наш чат с подругами, но даже смотреть боюсь.

Тогда разревусь и поеду на ужин не в самом лучшем виде. За это мама меня тоже не простит. Она уже дала понять, насколько ей важно, чтобы всё прошло идеально.

Натягиваю на себя полюбившиеся широкие джинсы и топ, на голове делаю хвост из чуть волнистых волос. И, глянув в зеркало, готовлюсь быть послушной и приветливой.

Хотя, признаться, хочется лечь в кровать и смотреть в одну точку.

Мама, нарядившись в лёгкое светлое платье, встречает меня взглядом и прячет недовольство. Она мечтает, чтобы я носила лёгкие, воздушные платья, но в них я чувствую себя недозефиркой, которой жутко некомфортно.

– Едем? – с восторгом в глазах спрашивает она, на что я киваю, поджав губы.

Мы садимся в такси, где таксист всячески пытается увести нас в увлекательную беседу. Но я, прислонившись головой к окну, пропускаю мимо ушей, а вот мама вежливо общается.

Сейчас бы прогуляться по Таврическому саду, рассказывая подругам, как прошёл день, и обсудить последние сплетни. А я еду в неизвестное мне место знакомиться с людьми, с которыми нет никакого желания родниться.

Вместе с тем, я и не в праве лишать своего родителя счастья.

Наконец, машина останавливается у какого-то ресторана на набережной. Количество людей на улице вызывает недоумение. Только я прячу собственное мнение и покорно вылезаю из автомобиля. Я договорилась сама с собой и пообещала маме.

Вижу, как она нервничает, поправляя волосы.

– Ма, всё в порядке, – мягко говорю ей: – Ты отлично выглядишь.

Она с благодарностью смотрит в ответ, а я чувствую себя ужасной дочерью.

Надо засунуть свои переживания подальше и действительно дать ей возможность почувствовать себя счастливой и расслабиться.

Мы входим внутрь, она называет фамилию Астахов, и нас с ослепительной улыбкой сотрудник проводит по залу.

Убранство ресторана выглядит вполне себе. В духе дизайнерских ресторанов Питера. Много зелени и света, а столы сервированы красивой фарфоровой посудой.

Около огромного окна с выходом на террасу я замечаю трёх человек и по реакции матери понимаю, что это они.

Мужчина, явно высокий и статный, сидит в костюме и что-то мрачно озвучивает, видимо, своим сыновьям.

Один из них в белой рубашке с неприкрытым скепсисом смотрит на своего отца. Второй в футболке сидит, вальяжно развалившись на стуле.

Глубоко вздыхаю, потому что они напоминают золотых мажоров, и интуиция уже подаёт сигнал: вряд ли мы найдём точки соприкосновения.

Глава 2

Вижу, как мужчина оборачивается и проходится глазами по маме.

Откровенно, он горяч, пусть и возрастом явно втрое старше меня. Остальные «родственники» тоже ведут глазами, замечая, как он встаёт.

Тот, что в футболке, попивает что-то из бокала и щурит глаза. А второй, в рубашке, чуть склонив голову набок, жуёт жвачку.

Гены, конечно, дают своё. Все трое темноволосые и как отретушированные в редакторе для обложки журнала.

– Дима! – слышу мамин голос, и она буквально падает в объятия мужчины: – Я так соскучилась!

Он прижимает её к себе, пока я стою, отвернувшись, и переминаюсь с носков на пятки.

Неловко немного. Учитывая, что такие нежности от своих родителей я видела лет так восемь, десять назад.

– Это Лера, – мама немного смущается и касается моего плеча.

А я не понимаю, над столом как будто беснуется сгусток энергии, и, мне кажется, я даже догадываюсь, от кого она исходит.

Тёмные глаза того, что в рубашке, с небрежной чёлкой, спадающей на них, буквально секундно оценивают меня, а я, если откровенно, ощущаю натуральное удушье.

Разрываю контакт с «рубашкой» за столом и нелепо оборачиваюсь к мужчине.

– Добрый день, – озвучиваю, растягивая губы в лёгкой улыбке.

Мужчина кивает и подходит ближе.

– Рад, наконец, с тобой познакомиться, – говорит он с тёплой улыбкой: – Это…

Указывает рукой на столик, и я вижу, как приподнимает брови, на что оба парня нехотя поднимаются со своих мест.

– Мои крайне невоспитанные сыновья, – выдаёт он, очевидно, пряча негодование: – Младший Демид и старший Леон.

Младший, как понимаю по кивку, это тот, что в футболке и с более короткой стрижкой.

– Салют, – поднимает он бокал: – Можно просто Дём.

Мы с мамой синхронно киваем. А вот оставшийся не торопится приветствовать, лишь прищурившись, вновь разглядывает.

– Лера, – несмело тяну я, чтобы заполнить паузу, а сама опускаю глаза в пол, чтобы не встречаться с его взглядом.

– Леон, – слышу вновь главу семейства, но парень никак не реагирует, лишь обратно садится: – Простите, он редко бывает в духе.

– Ничего, полагаю, мы узнаем друг друга позже, – мягко отвечает мама, а Дмитрий отодвигает ей стул.

Подхожу к столу, не дожидаясь, что и меня будут обхаживать, поэтому хочу отодвинуть стул. Однако замечаю, как младший из братьев толкает его ногой, не вставая со своего места.

– Спасибо, – мямлю я, присаживаясь.

Наблюдаю, как этот Леон посылает яростный взгляд в младшего, но тот лишь в ответ усмехается.

– Итак, – начинает мужчина: – Мама тебе уже сказала, что мы присмотрели отличный особняк неподалёку, в котором поместимся все?

Брови невольно лезут на лоб, и я даже закашливаюсь, а мама в это время строит виноватую гримасу.

– Мы пока это ещё не обсуждали… – наклонившись к своему мужчине, тихо говорит она.

– А, – озадаченно он тянет: – Тогда мы можем съездить все вместе посмотреть его?

Он переводит глаза на каждого. И кроме мамы, согласно кивающей, очевидного восторга здесь нет ни у кого.

– Мне всё равно, главное, чтобы не во время тренировки, – наконец подаёт голос младший из братьев.

– Леон? – его отец снова посылает громкоговорящий взгляд в него.

– Выбирайте день, – гортанно низким голосом отдаёт свой приказ мажор.

– Кстати, Демид, вы же одного возраста с Лерой, да? – начинает мама, а мне хочется завыть.

Ещё не хватало, чтобы у меня появилась нянька.

– Не знаю, – он поворачивается на меня, прожигая своими тёмными глазами: – Сколько тебе, сестрёнка?

– Восемнадцать, – озвучиваю, игнорируя то, как он назвал меня.

– Ну почти, – тянет он моей матери: – Мне девятнадцать.

Она кивает, а я уже хочу уйти отсюда.

– Может быть, если, конечно, у тебя будет время, расскажешь и покажешь, как и что тут? – мама улыбается, глядя на Демида, а я почти закатываю глаза.

И в этот момент замечаю, как ухмыляется старший из братьев.

– Что?! – хмуро обращаюсь к нему, на что он лениво поворачивает свою голову и нахально всматривается.

– У нас загруженные дни из-за тренировок, – хрипит он: – Сестричка ведь сможет сама разобраться в коридорах универа…

Вижу, как он застывает с печатью неприязни на лице, а сама я пытаюсь удержать растущее раздражение.

Я на дух не перевариваю тех, кто ведёт себя, как властелин мира. А эти двое как раз таки и демонстрируют своё превосходство. И это только одними глазами.

– Обойдусь, да, – киваю я с фальшивой улыбкой, на что мой собеседник кивает.

– Леон… – слышу упрёк в голосе его отца, но парень и бровью не ведёт.

– Прошу меня извинить, – театрально кланяется он, но в глазах действительно мрак: – У меня дела.

Встаёт, отбрасывая салфетку с колен и не обращая ни на кого внимания, уходит из заведения.

– На связи, па, – тут же вскакивает младший.

– Дем, – отец пытается повлиять и на этого, но он пожимает плечами и уходит вслед за своим командором.

– Простите, – качает головой глава Астаховых: – Я надеялся, что будет проще. Но эти двое…

– Всё в порядке, – гладит по его плечу мама.

Я же невольно оборачиваюсь на выход и вижу, как старший дожидается младшего.

Взгляд высокомерных мрачных глаз метко переходит ко мне, и он, прищурившись, пронзает меня ими.

Не понимаю, что мы ему сделали, раз такое неприкрытое презрение читается в его поведении, но абсолютно точно, мои дни здесь будут крайне, крайне сложными.

Глава 3

Смотрю на огромный белый одноэтажный дом, а сама ещё отхожу от неловкого ужина, где чувствовала себя определённо лишней.

Риелтор или агент Дмитрия Астахова с неприкрытым блеском в глазах рассказывает о преимуществах, а я даже и не слушаю. Двигаюсь чуть дальше парочки, что в обнимку вкушает мечты об идеальной жизни.

Наверное, мама заслужила. Она много лет терпела зависимость отца к алкоголю, пока не приняла решение уйти. Правда, и папа за это время уже тоже изменился. Избавился от пагубной привычки и одно время пытался её вернуть, но все попытки оказались тщетными.

Слышу, как до нас доносится звук двигателя, и невольно оборачиваюсь на звуки.

К дому подъезжает огромный открытый джип, такой, на которых в телевизоре разъезжают по сафари. Из него выпрыгивают оба Астаховых и, смеясь, вальяжно двигаются в нашу сторону.

Вдыхаю поглубже, резко отворачиваясь.

Надеюсь, что сегодня у обоих настроение получше. Не хотелось бы въезжать в этот элитный особняк, как кошки с собаками. По крайней мере, ради наших родителей.

– Привет, малая, – слышу низковатый и немного ломаный голос младшего.

– Сам-то давно повзрослел? – не глядя отвечаю ему, на что слышу его усмешку.

Его брат выходит чуть вперёд и, я уверена, разглядывает меня из-под солнечных очков. Ёрзаю, не понимая, почему мне так неприятно, а тело словно резать на живую собираются.

Правда, вместе с этим то, как он одним видом демонстрирует, что я таракан на его чистейшей территории, мгновенно злит. Скрещиваю руки на груди и радуюсь тому, что надела бесформенную футболку.

– Ну что, как тебе тут? – продолжает разговор Демид, заставляя оторвать взгляд от своего надменного братца.

– Нормально, – вру я, бросая взгляд на открытый вход с передней террасы внутрь дома.

– Ты сейчас пытаешься обмануть нас или себя? – встревает гортанный баритон старшего.

– А ты такой проницательный, – с фальшивой улыбкой отвечаю ему.

Он подходит ближе, снимая очки, и убирает рукой волосы, что спадают ему на лоб.

Стараюсь сделать вид, что мне наплевать, и уж тем более я его не боюсь. Однако по его расплывающейся ухмылке понимаю, вряд ли это у меня получается.

– Проницательнее, чем ты думаешь… – щурится он: – Из какой там халупы вы вылезли?

От удивления усмехаюсь.

– Такая халупа тебе и не снилась! – парирую я.

Мы не сказать, что богаты. Но и бомжами нас уж точно нельзя назвать.

Да, коммунальная квартира, но родители её выкупили, а при разводе отец оставил её нам.

Пусть там старая паркетная доска, дающая знать о приближении кого-либо; стены в обоях и старый сервант, зато это исторический центр города. Любой, кто понимает, что такое Санкт-Петербург, оценил бы.

Вижу, что он так и стоит с усмешкой на лице, а его брат практически влезает между нами.

– Ладно, ладно, – кладёт Демид ему руку на плечо.

А я прямо от громкого осознания головой качаю.

Так вот, что он думает о нас с мамой. Что нам нужны только кошельки их достопочтенного семейства.

– В универе, – продолжает он угрожающе и глухо: – Даже не думай стоять рядом. Ещё не хватало, чтобы нас увидели с тобой, – с презрением, особенно на последних словах, добавляет он.

А меня это задевает.

Я не надеялась на то, что меня тут обнимут и проведут кровный ритуал. Но и не думала, что со мной будут говорить так.

Прячу задетые чувства и сжимаю челюсти.

Я пыталась быть вежливой, этому есть свидетели. Но очевидно, этот парень совершенно не представляет, что это такое.

Демид почти толкает брата вперёд, а на меня посылает на пять процентов извиняющийся взгляд.

Отворачиваюсь, потому что стресс от этого переезда только начинает набирать обороты, а мне казалось, что должно стать легче.

Не хочу я смотреть этот дом, не хочу даже соглашаться въезжать сюда, потому что тогда нас точно будут считать нахлебниками.

А мы таковыми не являемся.

– Милая! – слышу голос матери, и с силой тру лицо: – Лера!

Вдох-выдох, и я всё же плетусь туда, где стоит вся эта компания.

Когда дохожу, наблюдаю, что сыновья уже валяются на шезлонгах у огромного бассейна.

– Ну как тебе? – у мамы в глазах столько счастья, что я отчаянно не хочу портить ей настроение.

– Мам, ты уверена, что это по карману? – начинаю издалека.

И всеми возможными способами корю себя за то, что повелась на его издёвки.

– Да, – уверенно отвечает она: – Дима сказал, что это не проблема, да и у меня есть сбережения. Немного, но… – пожимает она плечами, вновь оборачиваясь на дом: – Это как мечта, Лер.

Пожёвываю губу, и на секунду веду глазами к бассейну, где будто короли этой жизни расположились те двое.

– Хорошо, мам, – вновь обращаю внимание на маму: – Если тебе нравится, мне тоже понравится.

Она обнимает меня на эмоциях, а я думаю, что моя жизнь переживает настоящий катарсис.

Мало того что я оказалась в обществе напыщенных мажоров, коих ненавижу, так ещё и в новом городе, где должна буду жить с ними под одной крышей… Но и этого там наверху, видимо, мало, поэтому, как выясняется у нас ещё и университет один на троих.

Класс.

Глава 4

Утро следующего дня вызывает только тремор и потеющие ладони, поэтому от завтрака я отказываюсь. Пытаюсь выбрать, что надеть, но особых вариантов, кроме как джинсов и подобия футболки со спущенными плечами, у меня нет. Вещи я даже не разбирала, а это единственное, что наименее мятое из моего гардероба.

Волосы оставляю распущенными, но резинку всё же беру. Ощущение, что здесь всё ещё лето, хотя уже осень уже как несколько недель вступила в свои права.

Мама собирает мне подобие ланча, а когда я это вижу, тут же отказываюсь. Довольно громко и эмоционально.

– Лер, всё будет в порядке. К тому же двух студентов ты уже знаешь, – озвучивает она мне с улыбкой: – Да и в каком бы городе ты ни была, это всё равно случилось бы впервые.

Соглашусь, что это всего лишь первый курс, и неважно, дома я или здесь. Это всегда новые люди и новая жизнь. Однако дома бы мне было проще, потому что там друзья. Ну и потому что я всё равно ходила в университет на день открытых дверей.

Сажусь в машину, чувствуя себя какой-то маленькой девочкой, что волнуется на первом утреннике. И пытаюсь размеренно дышать, чтобы немного успокоиться. Мы отъезжаем от дома, в котором снимаем жильё, пока идёт оформление сделки того самого коттеджа.

– Кстати, Дима сказал, что уже на днях можно будет заселяться в дом, – она пытается отвлечь меня, но сейчас мне плевать, когда мы войдём в ряды светских богатеев:– Лер, ну правда, ты общительная девочка, всегда была такой, – мама, очевидно, думает, что проблема только в этом.

А проблема, в принципе, во всём. Я не хотела переводиться сюда и не хотела жить в таком огромном и богатом доме.

– Всё нормально, – тяну я, отворачиваясь в окно.

Наблюдаю активную жизнь города за стеклом и готовлюсь. Провожаю глазами офисные здания и жилые дома, а сама как будто даже и не вижу. Непонятно, что с мыслями, разбегаются, как муравьи.

Когда спустя двадцать минут мы подъезжаем к университету, здание напоминает что-то современное и дорогое. И это уже вводит в ступор. Я должна была учиться в Герцена в Питере, а там колонны, архитектура и огромнейшая территория на несколько корпусов.

Мама прощается и желает хорошего дня, поднимая сжатые кулаки в воздух, в попытке взбодрить меня. Я же на автомате киваю и останавливаюсь перед воротами в эту новую жизнь. Рассматриваю газон, ряды скамеек и небольшое здание, отдающее светлой отделкой и стеклом. Вокруг тоже студенты, кто-то группами, кто-то в одиночку куда-то шагает. Замечаю нескольких человек, что читают на скамейках у корпуса.

Поворачиваю голову и замечаю у самых ворот припаркованные машины. Одна из них бросается в глаза. Это тот самый открытый джип.

Значит, братцы-кролики на месте.

Однако рядом с железным монстром стоит изящная машина яркого жёлтого цвета с наглухо затонированными стёклами. Смотрится комично, усмехаюсь такому контрасту, а в этот миг пассажирская дверь внезапно открывается, и из неё вылезает владелец рядом стоящего джипа. Натягивает футболку и поправляет джинсы, а вслед за ним появляется фигуристая блондинка, что вытирает рот рукой.

Фу.

Мотаю головой и не верю, что они действительно занимались сексом в этой маленькой игрушке. Но недолго думая, ускоряю шаг на территорию университета, чтобы остаться незаметной.

Когда подхожу к зданию, наблюдаю второго Астахова, что стоит в окружении девушек и нескольких парней. Он, откинув голову назад, смеётся, придерживая рукой свой рюкзак. Снова в футболке, что кажется немного растянутой на его теле, но, видимо, это задумка модельера.

Прохожу мимо, машинально опуская взгляд. Однако слиться с потоком других студентов не удаётся, потому как их компания подозрительно затихает.

– Слышь, это кто?! Не видел здесь… – подаёт кто-то голос.

– Новенькая, – а это уже, сто процентов, отвечает младший из моих родственников: – Забей.

Хотя бы за это я благодарна ему.

– Надо посвящение тогда устроить, – ржёт незнакомец.

Ответ Демида я уже не слышу, потому что подхожу к дверям. Однако их громкие возгласы в следующее мгновение вновь завладевают моим вниманием, и я всё же оборачиваюсь. Судя по всему, король и королева университета вальяжной походкой подходят к той самой группе. Блондинка выглядит под стать, и что удивительно, в целом не вызывает отторжения. Ну, не считая того момента у ворот…

Хотя разве есть мне дело, отталкивает она или притягивает!

Сама не объясню себе, почему всё ещё продолжаю рассматривать эту элиту.

Начинается целая эпопея с приветствием. Парни то хлопают старшего Астахова по плечу, то здороваются, скрещивая кулаки. Девушки же оставляют невесомые поцелуи, не забывая коснуться этого «льва».

Очевидно, моя мама выбрала отца самых золотых поганцев.

Астаховы переглядываются, а затем к Леону подходит какой-то парень и что-то рассказывает. Демид хмуро отмахивается, а второй слушает, чуть вздёрнув бровь. Наблюдаю, так и оставаясь у дверей под навесом, а внутри тревога тонкой струйкой разбавляет мою кровь. Король внезапно простреливает взглядом в мою сторону, и я вижу, как зловещая ухмылка растягивается на его лице.

Глава 5

День даже выходит вполне сносным, не считая утренней стычки. В остальном я просто пытаюсь не попадаться на глаза никому.

Если признаться, этот стресс я переживала где угодно, а особенно облюбовала небольшой закуток под лестницей. Тебя вроде и видно, а вроде бы и нет, а посадочные места, вмонтированные в стену, вносят дополнительные удобства.

Однако сейчас у нас тренировка на поле, где, я так понимаю, парни играют в футбол, а девушки бегают или что-то ещё делают.

Несмотря на то что я на первом курсе, я молюсь, чтобы на поле была другая команда, а не та, которую я отчаянно не хочу. Но, увидев в деканате расписание, я понимаю, что там старшекурсники, и так как я не знаю, в каких группах братцы-кролики, то молюсь, чтобы это оказалась не та, что указана в расписании.

Но мои надежды разбиваются в щепки, когда я вижу шевелюру старшего Астахова.

– Ты новенькая, привет? Ко мне подходит девушка, что, немного краснея, явно чувствует себя неловко.

Киваю, поджав губы.

– Я могу помочь, рассказать, как тут всё устроено… – пожимает она плечами: – Я Рада.

– Была бы благодарна, Лера, – отвечаю, поправляя бесформенную футболку, наблюдаю, большинство девчонок чуть ли не в купальниках, когда по телевизору показывали тренировки на батутах.

– Это Иванов, – показывает она на преподавателя: – Чудной мужик, который считает свой предмет единственным важным…

Киваю и всё-таки перебиваю девушку.

– А занятия всегда совместные? Указываю головой в сторону поля, она кивает и с сочувствием смотрит.

– Это самые жестокие представители, потому что во главе Астахов.

Хмыкаю, завязывая хвост, и пытаюсь размеренно дышать.

– У него ещё брат, – отвечает она: – Он поспокойнее, но не отличается дисциплиной и успеваемостью. Он на втором курсе.

– Спасибо, – тяну вежливую улыбку, в принципе, это самое важное, наверное: – И как тут встречают новичков?

Гримаса отчаяния уже расползается на моём лице.

– По-разному, – отвечает незнакомка: – Меня «посвятили» в столовой в еду. Ещё одну девочку, первокурсницу, чуть ли не… – Она жестикулирует в воздухе, а я вскидываю бровь: – Ну ты понимаешь… Она, конечно, сама повод дала, а они так её проучили.

– Они типа короли универа, да? Для своего же спокойствия не вникаю в то, что там могло случиться.

– Он, – многозначительно глядя на меня, отвечает она. – Астахов. Всего их, может, человек шесть-семь, двоих я тебе уже назвала.