Суицид как кризис идентичности
- -
- 100%
- +
© Юлия Латкина, 2019
ISBN 978-5-4496-4864-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Базовые понятия
Идентичность – термин Э. Эриксона, целостность личности; тождественность и непрерывность нашего Я, несмотря на те изменения, которые происходят с нами в процессе роста и развития (Я – тот же самый). В психоанализе идентичность – это процесс, в результате которого индивид благодаря эмоциональным связям ведет себя (или воображает себя ведущим) так, как если бы он сам был тем человеком, с которым данная связь существует. То есть и в том и в другом случае он это Я – осознает. Но в книге мы говорим о процессе, который намного глубже, то есть находится на уровне бессознательного, в связи с чем, в сути своей представляет собой нечто обратное психоаналитическому определению. Это некая идентичность сознания (Я), материалу предсознательного и бессознательного (Оно). Это обратная внутрипсихическая межструктурная связь, выстраиваемая на базе осознания и понимая того: Кто Я? Что мной живет? Какие желания мной управляют и требуют своего наполнения (реализации)? Это не просто раскрытие, а четкое и ясное понимание ответа на основной вопроса, продуцирующий суицидальные мысли, в том случае если на него годами не находится ответа… – «В чем смысл моей жизни?».
Это идентичность «Я» и «не Я», которые живут человеком. Ложного «Я», наработанного в процессе жизни и помогающего ребенку адаптироваться в мире людей, а также соответствовать социальным правилам, нормам морали, культуры и т. д. Я-Идеала (Супер-Эго) – того к чему я стремлюсь и того чем я ограничен. Некоего внутреннего критика и цензора. И «истинного Я», наполненного теми врожденными желаниями, которые являются душевными потребностями человека и бессознательно им живут, требуя своего удовлетворения. Это именно те желания, которые в своей пустоте рождают сознание и являются силой подталкивающей, посредством внутреннего, и внешнего давления к ощущению отчаянья, безысходности, никчемности, ничтожности, то есть к осознанию нереализованности, запуская от него стимул стремления к реализации, но, часто бывает и так, что и к суициду. Чаще всего механизм суицидального отыгрывания включается из-за того, что человек не понимает себя, того что с ним происходит, не осознает свои желания, стремления, не видит пути дальнейшего развития и продвижения, в своих переживаниях, наталкиваясь на стены лабиринтов разума, внутри которого мечется его душа.
Таким образом, под определением «идентичность» – понимается идентичность самому себе, по форме в чем-то тождественная концепции Эриксоновской целостной личности, но при этом данная форма наполнена немного иным смыслом. В своей работе «Бессознательное» 1915 г., Фрейд говорил о том, что влечение никогда не может быть объектом сознания. Но мы как раз говорим именно о том процессе, при котором Оно становится Я. То есть – Оно посредством Я нами осознается.
Кризис идентичности – потеря эго-идентичности. В таком состоянии исчезают или снижаются целостность, тождественность и вера человека в свою социальную или видовую роль. На самом деле все желания человека, помимо базовых витальных, да и те, в определенной мере, направлены лишь на одно – на удовлетворение своих потребностей посредством реализации себя среди других, то есть в социуме. Так как любое из свойств психики человека на протяжении сорока пяти тысяч лет формировалось, а далее развивалось, лишь в направлении удовлетворения потребностей вида в сохранении целостности, развитии и выживании. В связи с чем, отсутствие данной реализации приводит к фрустрации желаний и, следовательно, к болезненным состояниям.
Эрогенная зона – определение эрогенная зона, принятое в Системно-векторной психологии, а именно в таком контексте его мы будем использовать и применять, гораздо шире чем общепринятое.
«Мы говорим, что человек обладает „эрогенной зоной“ – это значит, что он обладает особой чувствительностью, например, глаз (так, что они различают сотни оттенков цветов, а не десятки, как у остальных) или кожи (испытывает особое удовольствие от нежных прикосновений и т.д.). Особая чувствительность отдельных сенсоров, соответственно, задает человеку определенные желания: он стремится получать в них удовольствие. Так, „зрительный человек“ с особой чувствительностью (эрогенной зоной) глаз стремится к смене зрительных впечатлений и т. д. Каждая эрогенная зона задает определенный набор желаний. Так и формируется видовая роль и сценарии поведения» [66]. Таким образом, эрогенная зона – это особо чувствительный и восприимчивый к воздействиям и ощущениям сенсор, посредством которого формируется психика, а значит и характер человека.
Свойство психического или «вектор» – совокупность врождённых свойств, желаний, способностей, определяющих мышление человека, его ценности и жизненный путь. Каждому вектору соответствует особо чувствительный канал отдачи либо получения информации который, в системно-векторном психоанализе, назван эрогенной зоной. Всего существует восемь векторов (восемь эрогенных зон): кожный, мышечный, анальный, уретральный, зрительный, звуковой, оральный, обонятельный. Векторальный набор – сочетание векторов одного человека. В зависимости от конкретного сочетания векторов формируются устойчивые сценарии жизни, а в отдельных случаях и комплексы. Таким образом, полиморф – это обладатель трех и более векторов (или врожденных свойств психики).
Системно-векторная психология – это психология о бессознательном. Она определяет человека через его бессознательные желания. Желания – это и есть та основа, которая составляет личность, они, по сути, и есть наше подсознание и тонкая ниточка к бессознательному. Каждое «Я» – это набор желаний в подсознании, реализация которых приносит удовольствие. Этот набор желаний составляет природную видовую роль, которая заложена в бессознательном человека для выполнения своей функции, обеспечения реализации коллективной задачи выжить. [73]
Введение
В данной работе проводится исследование психоаналитических взглядов на феноменологию и психодинамику суицидального поведения с целью совершенствования помощи суицидальным пациентам и возможности ранней диагностики предсуицидальных состояний. Исследование состоит из 3-х частей.
В первой части рассматриваются психоаналитические концепции суицида; различные теории суицидального поведения, построенные на базе психоанализа; изучается гипотеза нарциссической проблематики, как основы суицидального поведения.
Во второй части исследования в единую схему сведены различные факторы, воздействующие и влияющие на суицидальное поведение, побудительные силы, мотивации и направления, в рамках которых анализируется концепция суицида.
Суицидальное поведение рассмотрено с позиции структурных изменений, которые описаны такими основными факторами как: переживание нарциссической обиды; реакция на утрату; ощущение беспомощности и бессилия как ответной реакции на фрустрацию; нарушение и сложность регулирования самооценки; потребность слияния с объектом, которая приводит к специфическим объектным отношениям; зависимость от объекта; патология Сверх-Я (Супер-Эго); регрессия к нарциссической оральности на орально-каннибальную стадию развития; оральная и анальная фиксации; страх потери объекта; амбивалентность; основные защитные механизмы – обесценивание, изоляция, расщепление, интроекция и проективная идентификация.
В третьей части дано психоаналитическое описание кризиса идентичности, как основополагающего фактора суицидального поведения. Показан нарциссический конфликт в виде реакции на фрустрацию врожденных потребностей при отсутствии развития и реализации заданного природного потенциала психики индивида. Описаны закономерности восприятия и проявления реакций кризиса идентичности в зависимости от типа врожденной особо чувствительной (эрогенной) зоны, согласно системно-векторной психологии Юрия Бурлана.
Проведенное исследование позволило обобщить основные психодинамические механизмы, факторы, мотивы и побудительные силы суицидального поведения на основании широкого спектра работ, созданных в рамках психоаналитической теории, а также других концепций суицидального поведения.
На основании проведенного теоретического анализа были сделаны выводы о том, что базовой причиной суицидального поведения, при исключении органических, нейропсихологических либо психопатологических факторов, является нарциссическая проблематика, в основе которой лежат нарушенные ранние объектные отношения. При этом глубинные мотивы суицидального поведения, как диспозиция к депрессии, возникают лишь в случаях врожденной предрасположенности.
Гипотеза о том, что в основе суицидального действия заложены механизмы дезадаптации, формирующиеся на базе проблем связанных с нарциссической травмой объясняет многие особенности суицидального поведения. Так как при условии отказа более развитых компенсаторных механизмов, происходит регресс на менее зрелые ступени развития психики с включением в работу компенсаторных инфантильных механизмов более раннего уровня. В связи с чем можно говорить о суицидальном действии как о компенсации нарциссического кризиса за счет стремления к первичному состоянию слияния и регресса при котором, благодаря расслоению психики происходит высвобождение инстинкта смерти.
Таким образом, основой для суицидального действия является нарушение регуляции самооценки и дезадаптация личности в условиях переживаемого субъективно неразрешимого нарциссического конфликта.
В результате проведенного исследования была схематично обозначена двухполюсная структура мотивов суицидального поведения на базе главенствующих инстинктов жизни и смерти, взаимосвязанных с множеством социальных, психологических и патопсихологических факторов, сформировавшихся под влиянием, как внешних, так и внутренних побудительных сил.
Актуальность данного исследования определяет недостаточная проработанность и высокая социальная значимость изучения суицидального поведения, а также необходимость определения социальных, психологических, психопатологических и нейрокогнитивных предикатов суицидального поведения, их влияние на личность современного человека. А также необходимости проведения профилактики суицидального поведения.
Методологической основой данного исследования послужили работы зарубежных и отечественных исследователей депрессивной мотивации и суицидального поведения: З. Фрейда, К. Абрахама, О. Ранка. Р. Шпица, М. Маллер, М. Кляйн, Н. Мак-Вильямс, А. Адлера, Г. С. Саливана, К. Хорни, Э. Дюркгейма, К. Юнга, Н. Фейбероу, Э. Шейдмана, Г. Сейера, А. Г. Амбрумовой, Е. А. Личко, Е. В. Змановской, Г. Зилбурга, Э. Эриксона, К. Роджерса, О. Фенихеля, Дж. Сандлера, А. Грина, П. Кутера, Ж. Бержере и др. в области психоанализа, общей и глубинной психологии, девиантологии и суицидологи. А также исследования, проведенные в на базе методологии системно-векторной психологии Юрия Бурлана.
Мрачные цифры бегства от реальности
Каждый год заканчивают жизнь самоубийством более 3, 2 миллионов человек. При этом по мнению судебных экспертов, реальные цифры самоубийств превышают статистические данные ВОЗ в несколько раз. Статистикой не учитываются смерти от «несчастного случая» «случайная» лекарственная передозировка, «случайные» падения с высоты и аварии.
В то же время почти 20 миллионов человек ежегодно совершают только официально зафиксированные «неудачные» попытки. Среди выживших очень высокий процент тех, кто нанес непоправимый вред своему здоровью. В основном это женщины. Они предпринимают суицидальные попытки гораздо чаще мужчин, но при этом выбирают «более мягкие» способы, реже приводящие к смерти. Таким образом, по количеству законченных самоубийств лидируют мужчины.
По данным ВОЗ за 2016 год, каждые 40 секунд где-то в мире, кто-то по собственной воле уходит из жизни. При этом самыми распространенными способами являются отравления, повешения, смерть от огнестрельного оружия. 24 место – Украина (16, 8), 15 место – Российская Федерация (19,5) и 40-е – на конец 90-х., 10 место – Казахстан (23,8) (занимает 1-е место по самоубийствам среди девушек от 15 до 19 лет), 5 место – Литва (28,2).
При этом в России очень высокий процент суицидов именно среди молодежи, составляющий 16 человек на 100 000 – печальной статистики ВОЗ, что превышает среднемировые значения в 3 раза. Основные причины суицидов, это неразделенная любовь, конфликты с родителями и сверстниками, страх перед будущим и одиночество, что может говорить о корневой нарциссической проблематике.
Более того, к основной группе риска относится, прямая зависимость между суицидом и потерей социального статуса, что можно интерпретировать как нарциссическую травму, и как следствие – не способность выдерживать фрустрацию.
Учитывая всю эклектичность суицидального поведения определяемого многофакторностью, а также современным интегративным подходом (А. Г. Амбрумовой), еще Гауппом в 1905 году было установлено то, что мотивы суицидального поступка обычно расходятся с его истинными причинами и побудительными силами, которые не осознаются [12].
Разработанный Фрейдом и Абрахамом психодинамический подход, объясняющий суицид как конфликт агрессии и результат аутоагрессивного поведения, получивший самое широкое распространение, в котором основной акцент делается на роли близкого человека, на утрате объекта и предрасположенности к депрессии, в настоящее время, можно также интерпретировать как базовый, но все-таки упрощенный вариант представлений (Фрейд, Абрахам). И по большей мере рассматривать суицидальное действие как попытку адаптации к новой реальности, в которой оказываются неприемлемыми привычные схемы приспособления, выражающиеся в социальном призыве и в желании «передышки» (Литман, Табачник, Эриксон).
Более того Штенгель, Брокхаус и Шнейдер в своих работах указывали на то, что суицидальное действие включает в себя вместе с деструктивными мотивами, так же и конструктивные, то есть говорили о смешение намерений саморазрушения и самосохранения, что отчасти противоречит теории конфликта агрессии, основанной на интерпретации импульсов. Таким образом, согласно с Линденом, для суицидального действия характерна двухполюсная система агрессивных и либидиозных стремлений. (Схема психоаналитической концепции суицидального поведения).
Рингель описал «суицидальный синдром», предшествующий любому суицидальному действию, состоящий из триады сужения, инверсии агрессии и суицидальных фантазий, который лежит в основе искомой общей психодинамики суицидального поведения, интерпретация которого очень близка современной психоаналитической теории нарциссизма.
Также на нарциссическую проблематику лежащую в основе суицидального поведения, указывал и сам основатель классического психоанализа Зигмунд Фрейд, в первую очередь, в своей работе «Печаль и меланхолия», в которой говорил именно о сложной детерминации мотивов. [55] В ней Фрейд, соглашаясь с Ранком, указывал на выбор объекта сделанный именно на нарциссической основе « так что в случае если возникают привязанности к объекту, эта привязанность регрессирует к нарциссизму» и заменяется нарциссическим отождествлением, на базе которого и происходит разворот агрессии против самого себя. [53]
Наряду с этим обращение агрессии против собственного Я является лишь вторичным наслоением, а первично подчинение самости преследующему Сверх-Я, связанному с чувством собственной беспомощности и абсолютного бессилия (Бибринг). [35] В связи с чем в данном исследовании прорабатывается гипотеза суицида как нарциссического кризиса, базирующегося на проблематике связанной, в первую очередь, с вопросом регуляции самооценки и общей нарастающей тенденцией нарциссической неустойчивости современной личности.
Глава I Теоретические основы суицидального поведения
Феномен суицидального поведения
В основном в литературе суицидальное поведение определяется как осознанное действие, направленное на добровольное лишение себя жизни, а так же, как поступки целью которых не является уход из жизни, но ведущие к саморазрушению либо к смерти. Считается, что суицидальное действие имеет преднамеренный характер, а также внутренние суицидальные мысли, фантазии, мотивы, намерения и внешние проявления. [8]
Но определение самой сути суицида, именно как осознанного лишения себя жизни, является достаточно спорным, так как в основе его чаще всего лежит бессознательная проблематика. При этом внешние и внутренние условия не предопределяют суицидальное поведение. Стрессовая или кризисная ситуация является лишь толчком для «запуска» суицидального отыгрывания. А вот намерения и мотивы, это именно то, что может потянуть за цепочку суицидального отреагирования. [63]
При этом типичными дистрессами являются: потеря близкого человека или разлука. А также утрата здоровья, социального статуса, чести, положения, потеря смысла жизни (одним словом некая утрата или потеря чего-либо). Самонаказание, месть, призыв о помощи протест, желание внимания, манипуляции другими или стремление наказать других. (или по-другому, нехватка чего-либо). Таким образом, и в том и в другом случае речь идет о фрустрации. Более того, чаще всего именно депрессия является типичным предсуицидальным состоянием, где стимулом выступает дистрессовая ситуация. [22] Состояние депрессии говорит об очень больших желаниях, которые являются неудовлетворенными, а также о проблемах в выборе направления развития определенных свойств психики.
Исходя из вышесказанного, суицид это некое действие, направленное на удовлетворение потребности получения наслаждения, посредством попытки освобождения от страданий. Это желание освободиться от причиняющего боль ненавистного тела либо стремления избавиться от интроецированного плохого другого, а также выраженная таким образом потребность привлечения внимания и требование любви к себе.
Проявляется данное желание чаще в виде агрессии связанной со значимыми объектами, при этом перенаправленной на себя. Но разве к вечному ничто, к праху и забвению стремится, убегающий от страданий человек? Или он хочет таким образом получить нечто другое? Как говорил Зигмунд Фрейд – «Человек никогда ни от чего не отказывается, он просто одно удовольствие заменяет другим».
И что такое жизнь, и что такое смерть, как не проявление в наших ощущениях, в нашем восприятии как агрессивной, некой энергии, направленной на разрушение одного, для появления на базе произошедших изменений, чего-то другого, включающего оба начала в единое целое. Жизнь – это и есть взаимодействие в человеке двух абсолютно противоположных сил, которые З. Фрейд назвал – либидо и мортидо.
Адам, был изгнан из Рая для того чтобы стать самостоятельным, чтобы творение само захотело стать подобным Творцу и в условиях свободы выбора, и свободы воли развилось бы до подобного Ему состояния свойств психики. Таким образом, в своем неистовом и болезненном стремлении вернуться к отчему дому (как в лоно матери, в котором ребенок был абсолютно наполнен. То есть, все его желания были во всем и полностью удовлетворены, в связи с чем он их не осознавал, так как сознание рождается лишь на базе фрустраций), не пытается ли человек зайти к Богу с «черного входа»? То есть в фатальной попытке бегства от фрустрирующей реальности, как от плохого объекта, индивид стремится реализовать все свои бессознательные и осознанные желания, как ему кажется, единственно возможным образом.
Агрессия – это движение по направлению к цели
Изначально слово «агрессия» означало наступление и движение по направлению к цели. И лишь в следствии обросло «негативными» смыслами. Таким образом, если рассматривать два основных инстинкта с подобного ракурса, то получается, что целью жизни является не что иное, как смерть и наоборот? Смерть чего? Что в нас настолько боится смерти, с одной стороны и настолько тяготеет к ней с другой? Уж точно не тело. Таким образом, «смерть» – это не что иное как изменения, как переход психики из одного состояния сознания к другому состоянию сознания, восприятия и т.д., что возможно лишь при жизни тела. Примером подобных переходов от одного к другому и метаморфоз происходящих в психике человека является «Лестница Иакова», как переход из одного состояния психики «земля» (получение) в другое – «небо» (отдача), с помощью силы, названной «ангелом» и т. д.
Более того в квантовой физике данная энергия была открыта с помощью силы, которую назвали законом сохранения энергии. В соответствии с этим законом исчезновение одного, ведет к появлению другого. То есть энергия не исчезает, она сохраняется в абсолютно противоположном состоянии. При этом проходит некая трансформация вещества. И вместо одного, появляется нечто обладающее той же массой и спином, но при этом абсолютно другое по всем характеристикам взаимодействия, а именно в виде частица и античастица. На месте исчезнувшего электрона возникает позитрон.
Вместе с этим, когда две противоположности сталкиваются, то есть при аннигиляции частицы и античастицы – рождается квант электромагнитного излучения (света) фотон, которому, в свою очередь, как квантовой частице свойственен корпускулярно-волновой дуализм, проявляющийся одновременно в свойствах и частицы, и волны. То есть можно сказать, что и материального – физического, и некоего духовного – психического.
Или, к примеру, основой стремления к самоуничтожению (аутоагрессии) можно назвать символ «уробороса» – змеи кусающей себя за хвост, символизирующей момент между смертью и перерождением, который в то же время является символом возрождения.
С одной стороны «уроборос» рассматривается как несущий смерть Змей, являющий собой Сатану, и зло в целом, а также как причину изгнания Адама и Евы из Рая, вкусивших плод с Древа познания добра и зла, в связи с чем и произошло их «падение с небес на землю». То есть произошел переход психики из ощущения духовного и «жизни вечной» с ее бесконечным наслаждением (из рая), в ощущение конечности существования, в «земные» желания (соединения углерода, пептидные цепочки), в материальные потребности и связанные с ними фрустрации (в ад). Таким образом речь идет о неком огрублении чистой энергии, о ее материализации и превращении в форму. О падении с высоты состояния абсолютной отдачи и бесконечной любви в эгоизм этого мира, как в ненасытную жажду получения добра для себя и иллюзию отдачи зла для другого.
А с другой стороны, пожирающий сам себя змей, рассматривается как символ вечности и бесконечности и включения одного в другое. То есть процесс, не имеющий конца и начала, являющийся олицетворением рая, воды, земли и всего сущего в Египте и Греции, как энергии Инь и Янь в Китае и бессмертия в Индии. Для алхимиков и буддистов Уроборос символизировал течение жизни. А для нас – изменение двух состояний психики – получения и отдачи, вдоха и выдоха, систолы и диастолы – когда одно берет начало из другого, как дерево произрастающее корнями из земли ветвями в небо.
В аналитической психологии «уроборос» – это символ темноты и саморазрушения одновременно с плодородностью и творческим потенциалом. Согласно данному принципу наша психика, наше восприятие, мировоззрение, мироощущение дуально. [10]
Дуализм как система познания на отличиях одного от другого является основой всей психической жизни человека, фундаментом недифференцированности в данной реальности инстинктов жизни и смерти, так же, как агрессии и любви, добра и зла, белого и черного, чистого и грязного, справедливости и милосердия. А также ничем иным как некой фрагментированной самостью. Таким образом, уроборос, это не что иное, как единое целое, объединяющее бессознательное и сознание, включающее одно в другое.
Или что такое символический «змей», змеиная кожа, скорлупа, кожура, как не защита от внешней реальности, с одной стороны, и нарциссических конфликтов, с другой, при извечном стремлении к пассивной и безусловной материнской любви, а также агрессивное желание к наполнению себя за счет другого. Стремление к поглощению и разрушению «другого» – это нечто иное как нарциссизм, и связанный с ним нарциссический кризис, в процессе прохождения которого регрессивное стремление к достижению «гармоничного начала», порождает суицидальное желание «возвращения и слияния».
Желание быть пассивно любимым, классическими аналитиками приравнивается к оральности, а оральная интроекция к нарциссической идентификации. Более того согласно Ранку, сильная привязанность к объекту любви при этом слабая прочность отношений обосновывается нарциссическим выбором объекта. Соглашаясь в этом с Ранком, Фрейд задавался вопросом: а не является ли нарциссическая обида Я, ядром меланхолии?