Дочковедение для пап

© Nigel Latta, 2010

The Author has asserted his right to be identified as the author of this work.

First published in English in New Zealand by HarperCollins Publishers (New Zealand) Limited in 2010.

© Перевод на русский язык ООО Издательство «Питер», 2020

© Издание на русском языке, оформление ООО Издательство «Питер», 2020

© Серия «Родителям о детях», 2020

Предисловие

Сахар, пряности… и капелька напалма

Она сидела в своих модных джинсах и розовом топике, открывавшем гораздо больше, чем положено для тринадцатилетней девушки, – вся такая приторная, словно кленовый сироп. Впрочем, я работаю уже достаточно давно, чтобы знать, что обложка книги далеко не всегда соответствует ее содержанию. Так что лучше остерегаться таких вот чересчур «сладких» девиц – именно они, скорее всего, будут кусаться.

Ее привели папа с мамой – хотя, пожалуй, было бы вернее сказать, что ее заманили ко мне в кабинет путем угроз, мольбы и подкупа. Мама застряла в пробке, так что на данный момент мы были втроем.

Кара, благослови ее господь, недавно открыла для себя, что может добиться чего угодно, просто вселяя панический ужас в своих родителей. Она была еще недостаточно взрослой, чтобы понимать, что, возможно, существует некая веская причина, почему они так пугаются каждый раз, когда она угрожает сбежать из дома в ответ на их попытки пресечь ее непрекращающиеся требования.

– Итак, Питер, раз Аманда задерживается, может быть, начнем без нее? – предложил я отцу. – Расскажите, что вас ко мне привело.

Он кинул быстрый взгляд на дочь, которая закатила глаза, всем видом показывая, что происходящее ей абсолютно неинтересно (но одновременно она наслаждается каждой минутой разворачивающейся сцены).

– У нас… э-э-э… некоторые проблемы с нашей девочкой.

Кара глянула на него и изобразила на лице хорошо отрепетированную презрительную усмешку.

– Какие именно? – спросил я.

– Похоже, мы не можем найти общий язык.

– Ну вот еще! – вмешалась Кара. И яд в ее голосе заставил бы содрогнуться даже бывалую гадюку. – Ничего подобного, папа!

– Но ведь мы действительно в последнее время постоянно ссоримся.

– И что с того?

– А то, что это не нравится ни мне, ни твоей маме, и я уверен, что и тебе тоже…

– Если бы мама не вела себя как последняя сука, мы бы и не ссорились с ней все время!

Я видел, что Кара начинает заводиться. По моему опыту, тринадцатилетние девочки – словно динамит, долго лежащий на солнце: через какое-то время из него начинает сочиться нитроглицерин, так что достаточно небольшого толчка, чтобы все взлетело на воздух.

– Пожалуйста, не говори так о своей матери, – сказал Питер.

У большинства из нас эти слова не вызвали бы острой реакции: Питер произнес их твердо, но спокойно. Он не ругал дочь, не угрожал, не повышал голос. Он сказал «пожалуйста». Однако ничто из этого не имело значения, поскольку Кара искала лишь повод – и этот годился не хуже любого другого.

– Да пошел ты! – завопила девочка, вскакивая с кресла и заливаясь слезами. – Ты точно такой же, как она! Ты всегда принимаешь ее сторону, а меня никогда не слушаешь! Ну и катись тогда! Я не обязана оставаться и выслушивать все это!

И прежде чем Питер успел вставить хотя бы слово, она вылетела из комнаты, шваркнув дверью так, что стена затряслась.

Несколько мгновений мы сидели, ожидая, пока вокруг нас уляжется пыль – как в буквальном, так и в переносном смысле. На лице Питера появилось выражение, которое мне за годы практики доводилось видеть множество раз: смесь неловкости и смятения.

– Вы знаете, почему напалм так называется? – спросил я.

(Вот один из приятных моментов работы с мужчинами: им не нужно объяснять, что такое напалм.)

– Прошу прощения?

– Напалм. Вы знаете, откуда взялось это название?

Питер покачал головой.

– Нет, не знаю.

– Фактически оно состоит из названий двух ингредиентов, которые используют, чтобы загустить горючую смесь до состояния геля: это соли нафтеновой и пальмитиновой кислот. «На-палм».

– Вот как?

– Именно. Причем нафтеновая составляющая берется из неочищенной нефти, а пальмитиновая – из пальмового масла. Впервые эту штуку применили во время Второй мировой войны – семнадцатого июля сорок четвертого года, если быть точным, – когда напалмовые бомбы сбросили на топливный склад во Франции. А знаете, в чем секрет хорошего напалма?

– Он должен быть липким, – отозвался Питер.

– Совершенно верно, – сказал я, снова подумав о том, как замечательно работать с парнями, которые знают всякие вещи вроде того, что делает напалм таким особенным. – До этого, когда сбрасывали зажигательные бомбы, смесь растекалась и слишком быстро высыхала. Необходимо было придумать что-то, что могло бы одновременно прилипать и гореть.

– Да уж, это я хорошо знаю, – сказал Питер. – Она постоянно с нами это проделывает.

– Воспитывать дочь иногда очень непросто, – сказал я. Питер кивнул в знак согласия. – Все твердят нам о том, как это приятно, какой это сахар и пряности[1], но никто не рассказывает о напалме.

– Порой я вообще не понимаю, что с ней происходит, – пожаловался Питер. – Когда она была маленькой, все было еще ничего, но теперь… Боже милосердный! Почему кто-нибудь не напишет книгу и не расскажет нам, несчастным папашам, о том, что творится в головах у этих девчонок?

– Вообще-то в настоящий момент я как раз пишу такую книгу, и сдается мне, что вы с вашей дочкой отлично подойдете для предисловия, которое я никак не могу придумать!

Он рассмеялся.

– И о чем же будет ваша книга?

– Нечто вроде путеводителя для отцов по воспитанию дочерей. В этой книге я расскажу, почему девочки чувствуют себя такими особенными, даже когда на самом деле ничего особенного в них нет, и дам советы, сформулированные на основе встреч со множеством отцов и дочерей на протяжении многих лет.

– Какие, например?

– Допустим, не пытаться быть большой девочкой.

Питер снова засмеялся.

– И что это значит?

– Это значит, что, хотя ты и воспитываешь девочку, вовсе не обязательно для этого становиться таким, как она.

– И слава богу! – отозвался он. – Если бы я был хоть немного похож на нее, от нашего дома через пару дней остались бы только дымящиеся развалины!

В этот момент появилась Аманда.

– А где Кара? – спросила она, оглядывая мой кабинет.

– Ты знаешь, оказывается, напалм делают из пальмового масла! – сообщил ей Питер.

– Что-что делают? – озадаченно переспросила она.

Мы с Питером переглянулись, наслаждаясь чувством товарищества, знакомым лишь мужчинам, которые делятся друг с другом технической информацией об изготовлении зажигательных бомб.

Девчонкам этого не понять. Это для парней.

То же, спешу заметить, относится и к этой книге.

Глава 1

Зомби и высокие каблуки

Посмотрим правде в глаза: для большинства из нас женщины в нашей жизни представляют собой неразрешимую загадку. Мы делаем вид, будто понимаем их (потому что в противном случае нас, как правило, ожидают неприятности), но в действительности они приводят нас в полное недоумение. Почему, например, они с таким наслаждением снова и снова рассказывают нам обо всех многочисленных делах, которые выполняют на протяжении каждого дня: поднять детей, одеть, накормить, проверить домашнее задание, проследить, чтобы они причесались и почистили зубы, собрать им портфель, отвезти в школу, закупиться в магазине, не выходя за рамки бюджета, постирать одежду, сходить к доктору, забрать детей из школы, после чего развезти их, ничего не перепутав, по вечерним кружкам и секциям, затем снова домашние задания, приготовление ужина, чистка зубов, чтение книжки на ночь… Плюс ко всему, говорят они нам, они помнят имена и дни рождения их учителей, друзей и подруг, у кого из них аллергия, время наступления следующего прилива и полнолуния… А еще они работают полный рабочий день или на полставки… Но поставь их перед автомобилем со спущенной шиной – и на них нападает столбняк. Большинство женщин, стоит им проколоть колесо, тут же начинают звонить в Автомобильную ассоциацию, или своему парню, или сразу и туда и туда.

Нет, серьезно, если они так здорово могут управляться одновременно со множеством дел и выполнять все вышеперечисленное, как получается, что у них возникают проблемы с автомобильными покрышками? В этом же нет ничего сложного, верно? Это же не замена электрических систем в космическом шаттле или удаление опухоли головного мозга. Всего-то делов: поддомкратить машину, отвинтить гайки крепления колеса, снять проколотую покрышку, натянуть новую, затянуть обратно гайки, убрать домкрат.

Всё!

Не далее как вчера я получил по электронной почте любопытное письмо как раз на эту тему. В нем предлагалась новая серия реалити-шоу Survivor[2], где отцов оставляют на острове с тремя детьми и они должны попытаться выполнить все те дела, которые ежедневно делают мамы. Письмо было разослано среди друзей моей жены, и они радостно обменивались смайликами, периодически вставляя ROFL по поводу того, насколько все-таки мамы умные и какие папы безнадежные идиоты. Если быть честным, письмо было забавное, и я сам в одном месте не удержался от LOL, однако меня не перестает изумлять, почему представительницы прекрасного пола постоянно считают, что они по определению самые умные.

Умный человек не станет носить высокие каблуки.

Туфли на высоких каблуках, без сомнения, самый нелепый вид обуви. В них едва ли можно ходить, не говоря о том, чтобы бегать! Каждый раз, когда я вижу высокие каблуки, я думаю о том, насколько безумна идея носить то, что не только причиняет боль ногам, но и сводит на нет любую попытку убежать от зомби. Как и другие парни, я часто думаю о возможности нападения зомби. А вот женщины, похоже, о зомби вообще не думают – что, согласитесь, не очень-то дальновидно с их стороны.

Особенно я люблю, когда женщины уверяют, будто все эти высокие каблуки, косметика и прочие фу-ты ну-ты – исключительно ради нас, мужчин. Якобы они не стали бы этим заниматься, если бы мы этого от них не ожидали.

Серьезно?

Вот допустим: что будет, если женщины, собравшись все вместе, выпустят коллективное заявление о том, что они желают видеть меня на высоких каблуках или в костюме цыпленка – да хотя бы с фальшивыми пластиковыми усами? Я просто скажу «нет».

– Но мы бы хотели, чтобы ты носил дурацкие туфли, которые будут уродовать твои ноги, – скажут они.

– Ни за что, – отвечу я.

– Почему это? – спросят они.

– Из-за зомби.

– Что-о?

– Зомби! Я не стану их носить, потому что в таких туфлях я не смогу бегать. Ладно еще, если зомби окажутся британскими – медлительными и прихрамывающими. А если это будут американцы – по-настоящему быстрые и жуткие типы? Я не успею и глазом моргнуть, как превращусь в ланч, если стану убегать от них с этими штуками на ногах!

И разумеется, меня не поймут.

Зомби и высокие каблуки – эти две вещи несовместимы.

Мужчины и женщины довольно сильно различаются, верно? Ну, вообще-то не так уж сильно, но к этому вопросу мы еще вернемся. Однако при поверхностном взгляде кажется, что мы живем на разных планетах.

Например, шопинг. Большинство женщин обожают ходить по магазинам. Им даже необязательно что-нибудь покупать. Они просто смотрят. Я терпеть не могу смотреть – как и большинство парней. Единственные магазины, в которые действительно приятно просто заглянуть, – это книжные и компьютерные. От всех остальных меня начинает тошнить.

Еще одно различие демонстрируют миллионы вариаций приведенного ниже диалога, настигающего нас в кафе, гостиных, спальнях и салонах наших автомобилей каждый божий день, когда мы задаем неизбежный вопрос:

– Ты что, сердишься на меня?

– Нет.

– Точно не сердишься? Вид у тебя какой-то сердитый.

– Ничего подобного.

– Это из-за того, что я сказал насчет почты?

– Нет.

– Или потому, что я забыл после завтрака поставить тарелки в посудомоечную машину?

– Не-а.

– Может, я что-то не то сказал твоему отцу, когда он звонил сегодня утром?

– Да нет, с чего бы? Все, что ты ему говорил, звучало абсолютно нормально.

«Черт, – думаешь ты. – Я действительно что-то ляпнул ее папаше!»

– Что? Что я такого ему сказал?

– Да ничего ты не сказал!

– Нет, тут что-то есть. Я знаю, как звучит твое «ничего». Это не тот случай.

Она пожимает плечами.

«Черт!»

– Но я же был с ним предельно вежлив! Я не сказал ровным счетом ничего, что можно было бы воспринять как грубость!

– Совершенно верно, – говорит она с характерной интонацией в голосе (от которой на ум приходит искренняя доброжелательность сапога, движущегося навстречу муравью). – Ты не сказал ровным счетом ничего плохого.

На этом месте ты проводишь лихорадочный анализ, пытаясь сообразить, что такого могло произойти во время совершенно обычного, с твоей точки зрения, разговора, чтобы обернуться столь явственной угрозой.

И тут ты вспоминаешь, что, когда позвонил тесть, ты смотрел телевизор и поэтому довольно быстро передал трубку жене.

Наконец-то до тебя доходит:

– Ты что, считаешь, что мне надо было подольше поговорить с ним по телефону?

Ответа нет. Лишь ледяное молчание, с помощью которого жены без слов сообщают своим мужьям, что им наконец удалось вычислить, в чем дело.

Ладно, подобная ситуация еще ничего, поскольку мы любим своих женщин, несмотря на то, что зачастую их трудно понять, и считаем эти неловкие моменты небольшой платой за то, что проводим свою жизнь с человеком, который не является парнем. Не последнюю роль играет и то, что в наших отношениях нас только двое, так что, по крайней мере, у нас равные шансы.

Но что, если у вас рождается дочь? Что тогда, а? Для большинства отцов за известием, что у них будет дочка, обычно следует тревожное осознание того, что с этого момента численный перевес будет не на их стороне. Вы оказываетесь меньшинством в собственной жизни.

Навсегда.

Проклятье!

Возможно, вас не удивит, что многочисленные исследования[3] показали, что в общем и целом мужчины предпочитают сыновей, а женщины – дочерей. Разнообразные теории, объясняющие, почему это так, крутятся вокруг идеи о том, что представители каждого из полов чувствуют себя более комфортно с такими же, как они. Моя теория гласит, что на самом деле все это неважно. Я думаю, тут все дело в цифрах – в количестве голосов.

А почему так важно количество голосов? Потому что когда вы пришли в видеомагазин и перед вами выбор из двух вариантов: смотреть «Ути-пуси фея Барби и ее любимый пушистый пони пьют чай, часть 2» или «Пиратов Карибского моря», то все решают голоса. В этот момент все сводится к количеству поднятых рук, и если вы в меньшинстве, то вам не избежать липкой розовой «жвачки» про волшебных пони и чудесных фей вкупе с треклятой Барби.

Если в собственном доме вы в численном меньшинстве, нужно попросту смириться с фактом, что вам предстоит вытерпеть огромное множество идиотских фильмов. К несчастью, здесь я ничем не могу вам помочь. Я мог бы выдать вам какое-нибудь жизнерадостное утешение насчет того, что если вы подойдете к делу с открытым сердцем и пытливым умом, то опыт совместного просмотра откроет вам новое знание о мире маленьких девочек и этот момент вы навсегда запечатлеете в памяти.

Но ничего подобного не будет.

Будет просто вечер, угробленный на просмотр очередной идиотской киношки.

Так что тут вам придется выкарабкиваться собственными силами. Со всем остальным, однако, мы вполне можем что-то сделать.

Эта книга вряд ли будет долгой, так что не стану много болтать о всякой чепухе. Я собираюсь писать коротко и (более или менее) по делу, поскольку хочу, чтобы это была книга для парней – а нам, как правило, не по душе всякие цветочки и ути-пусечки. Мне они точно не по душе. Реально меня чертовски бесят в людях любые проявления утипусечности.

«Давай уже переходи к делу, черт тебя дери», – бормочу я себе под нос в таких случаях.

Если вы отец, воспитывающий дочь в одиночку, то эта книга будет особенно кстати. Растить ребенка одному – задача не из легких, но она становится еще более трудной, если ребенок принадлежит к другой команде. Наверное, у каждого из нас имеется приблизительное представление о том, что думают мальчики и как к ним подступиться, – но девчонки? Кто может знать, что творится в голове у девчонки?

К счастью, существует – по крайней мере, на мой скромный взгляд – несколько основных принципов, которые помогут вам пробраться через наиболее заковыристые моменты девчачьей жизни, и полезные методы, которыми вы можете воспользоваться, чтобы выбраться из ямы, если уже сбились с дороги.

И вот еще такой момент: как быть со всей этой историей про половое созревание, если вы парень, а воспитываете девчонку? Ничего страшного. Расслабьтесь (насколько можно расслабиться в таком вопросе), потому что я собираюсь пройтись по всем подробностям – возможно, подробностей окажется, на ваш взгляд, многовато, но без них не обойтись. Вам потребуется знать все необходимое о так называемых женских делах, и не только в теории, но и во всех «кровавых» подробностях. Если вы оказались тем, кто должен посвятить дочь в тему о птичках и пчелках, тычинках и пестиках, а точнее – в конкретные детали определенных ежемесячных событий, то вам необходимо знать, как это делать.

Другая задача, стоящая передо мной, – помочь вам, если вы один из тех отцов, которые взялись за эту книгу не по своей воле. Я уже достаточно долго занимаюсь вопросами детского воспитания, чтобы знать, что подавляющее большинство читателей книг на данную тему – это мамы. Разумеется, найдутся и такие отцы-одиночки, которые забредут сюда самостоятельно, но немало отцов, читающих эту книгу, ни в жизни не занялись бы этим без постороннего принуждения. Как правило, происходит следующее: мама покупает книжку, читает ее сама, а потом принимается зачитывать вслух отрывки из нее папе. Если выбранные ею фрагменты оказываются достаточно смешными и информативными, папа тоже принимается за чтение. Так происходит не потому, что нам наплевать или мы не интересуемся собственными детьми, – я думаю, у отцов просто другой подход к воспитанию детей. Мы обычно считаем, что в этом деле не может быть ничего особо сложного и не так уж много такого, что мы можем испортить. В целом такой взгляд более или менее верен. Большинство из нас как-то переживают этот период – у некоторых остается больше шрамов, чем у других, но, как правило, мы все так или иначе добираемся до берега.

Соответственно, вполне может оказаться, что эту книгу попросту кинут перед вами на стол с явным ожиданием, что вы ее прочтете. Если дело обстоит так, имейте в виду, что я специально предусмотрел для вас возможность сжульничать: в конце каждой главы я прилагаю небольшой перечень основных пунктов, в которых кратко излагается ее содержание.

Так что бога ради, читайте все подряд, если вам это действительно нравится, – в конце концов, я приложил немало усилий, чтобы заполнить эти страницы словами и всякой всячиной, и позаботился, чтобы материал оказался в равной степени развлекательным и полезным. Но если чтение не для вас и вы хотите просто нахвататься по вершкам, чтобы можно было сделать вид, будто вы все прочли, то не стесняйтесь – просматривайте только резюме в конце глав.

Теперь настал момент, когда я должен объявить, что у меня самого дочерей нет. Ни одной. Собственно, дело обстоит ровно наоборот: у меня два сына. Если быть до конца откровенным – наверное, на данном этапе это будет наилучшей стратегией, – я ужасно рад тому, что у меня сыновья. Не потому, что мальчики нравятся мне больше, чем девочки, и не потому, что я думаю, будто с мальчиками легче справиться. Это не так – они просто другие. Честно говоря, причина в том, что мы имеем численное превосходство перед их матерью, так что когда доходит до голосования, какой фильм смотреть в пятницу вечером, есть неплохие шансы, что там не будет никаких фей, никакого пони и никакой Барби. (Если, конечно, это не фильм про какого-нибудь монстра, пожирающего фей, пони и Барби, – такой вариант меня вполне устраивает.) Как бы там ни было, я ужасно рад, что у меня мальчишки, потому что девчоночьи фильмы я могу смотреть, только сцепив зубы.

Однако если у меня самого дочерей нет, откуда я могу знать, что нужно отцам, воспитывающим девочек? Ну, прежде всего, я достаточно давно работаю с отцами и их дочерьми. На протяжении последних двадцати с чем-то лет я перевидал тысячи девочек, от принцесс до дьяволиц. Я видел милых послушных девочек и диких необузданных девочек, а также все промежуточные варианты. И одна из истин, усвоенных мной за это время, состоит в том, что все эти байки про слабый пол – полнейшая чушь. Девочки могут состоять из сахара с пряностями, но время от времени вам также будут встречаться и такие штуки, как напалм и медвежьи капканы на стальной пружине. Мы обсудим это немного погодя; на данный момент вам просто следует знать, что, хотя мне и не доводилось воспитывать девочек самому, я провел немало времени с огромным количеством семей и узнал пару полезных вещей насчет того, что важно, а что неважно, когда ты воспитываешь малышку, состоящую из сахара и пряностей, а также из напалма и даже медвежьих капканов.

Есть еще одна вещь, которую вам следует иметь в виду, читая эту книгу. Я постоянно повторяю это в своих книгах и выступлениях, а также во время встреч с родителями: все, что я говорю, это просто мое мнение. Оно не высечено ни на одном камне, и я абсолютно не настаиваю на своей правоте. Вы должны взвесить мои слова и прикинуть, подходят ли они для вас и вашей семьи. Ради всего святого, не верьте во что-то лишь потому, что вы прочли это в книге! Мне доводилось читать в книгах по воспитанию множество чьих-то идиотских домыслов, представленных как непреложные факты. Хуже того, я видел немало книг, где говорится что-нибудь вроде «исследования показали, что…» – и дальше следует какая-нибудь натяжка, совершенно необоснованно выведенная из этих «исследований». В главе 7 я чуть подробнее объясню, что я имею в виду.

В этой книге я действительно упоминаю данные исследований, поскольку считаю, что наука может рассказать нам много важного о мире подрастающих девочек. В конце можно найти список использованных источников, так что если хотите – можете свериться с ними самостоятельно. Я понимаю, что никто не станет этого делать, – именно поэтому люди, пишущие книжки, могут говорить в них практически что угодно абсолютно безнаказанно. Тем не менее я приложил все возможные усилия, чтобы честно изложить все, что говорят о девочках соответствующие исследования, но совершенно не обязательно верить в это лишь потому, что я так сказал.

Всегда полезно сохранять долю здорового скептицизма, когда кто-либо говорит вам, как вы должны воспитывать своих детей. Это вовсе не точная наука, здесь нет только черного и только белого. Относитесь с большой опаской к любому, кто станет утверждать, будто это так.

Тем временем моя собственная программа довольно проста. Я считаю, что вопрос воспитания детей до нелепости усложнен. Я уверен, что мы слишком много об этом думаем, слишком волнуемся о том, что в действительности не так уж важно, и что нам всем стоит успокоиться. Я считаю, что детей излишне оберегают и часто пытаются ими управлять. Нам стоило бы отойти в сторону и позволить им самим разобраться, что к чему. В детстве, если мне надоедало сидеть дома, родители попросту предлагали мне пойти на улицу поиграть.

Вы не поверите – я так и поступал.

И что еще более невероятно, я не выбил себе глаз, не чувствовал себя брошенным, не пал жертвой педофилов и не подсел на метамфетамин. Я просто играл.

В наши дни мы трясемся над своими детьми, будто они стеклянные. Это не так, и нынешний мир не более опасен, чем когда мы сами были детьми. Фактически, если уж на то пошло, он никогда не был более безопасным для ребенка. Вы мне не верите? Что ж, спустя время мы разберем этот вопрос подробнее; на данный момент просто позвольте мне заверить вас, что сальные старики не прячутся за каждым деревом, подкарауливая любого ребенка, который окажется в поле их зрения, чтобы схватить и утащить в свою нору, и что вашим дочерям и моим сыновьям необходимо жить собственной жизнью и самим общаться с внешним миром, как это делали мы, когда были в их возрасте.

Не думайте об этом слишком много – вот в чем состоит моя программа, поскольку задача воспитания детей не настолько сложна и не так чревата опасностями, как нам предлагают считать.

Еще несколько слов, прежде чем мы перейдем к делу. Если вы читали мою книгу «Сыноведение для мам», то, наверное, заметили, что некоторые ее разделы присутствуют и здесь. Причина не в том, что у меня закончились свежие идеи; просто кое-что из того, что сказано там, так же важно для отцов, воспитывающих дочек, как и для мам, воспитывающих сыновей. Я не мог оставить эти вещи без внимания лишь потому, что уже рассказал о них в предыдущей книге. Пожалуйста, не стоит думать, что я просто решил добавить книжке объема, вставив в нее уже вышедший материал. Он здесь потому, что он действительно необходим.