- -
- 100%
- +
Лиза без особых колебаний погрузилась в изучение чувственных удовольствий, но Фелиция выдвинула Гору ряд условий, и первым из них было официальное оформление брачного документа. Фелиция была непреклонна в своём желании стать законной супругой своего возлюбленного. Гор не стал упрямиться, пообещав, что по завершении путешествия всенепременно назовёт Фели законной женой. Зачем торопиться, когда есть милая и уступчивая Лиза, нисколько не подозревающая о планах замужества подружки?
А Лиза не думала ни о каком замужестве, она собирала как можно больше информации о любимом. Чтобы лучше понимать его.
Семья Игориана Гранатова являлась одной из самых влиятельных и богатых в Системе Шести звёзд, формально независимому объединению планет и государств, но всё же входящему в зону влияния Галактической Федерации. Гранатовым почти целиком принадлежали богатые горные разработки в Гранатовых горах на Твантре, главной и единственной планете Твантрийской республики. Лиза так и не поняла, фамилия дала название горному кряжу или наоборот, но одно крайне редко упоминалось без другого. Там, где шла речь о горах, там же были и Гранатовы, и наоборот.
Основу семейного бизнеса Гранатовых заложил сумасбродный Викториан. Этот неуравновешенный и любвеобильный авантюрист почуял запах лёгких денег и вложил всё состояние в малоизученные на тот момент горы. Насладиться рекой доходов с этой инвестиции ему было не суждено – лишь его внуки получили первую жалкую прибыль, которую сразу и пропили в ближайшем кабаке. Однако следующий век всё изменил. Торговые пути, протянувшиеся от Твантры к Федерации, сделали сверхприбыльными поставки любых материалов в центр цивилизации. Гранатовы быстро разбогатели.
У Григориана Гранатова было трое детей. Сын от нелюбимой жены. И две дочери от любимой кухарки. Михаилу приходилось мотаться по шахтам, самому зарабатывать себе на учёбу, да ещё и ухаживать за больной матерью. А обе его сестрички сызмальства росли в роскоши и не отягощали свой разум мыслями о чём-либо кроме поклонников, драгоценностей и нарядов. Судьба жестоко рассудила брата и сестёр – обе женщины умерли молодыми, оставив по сыну. И претендентов на отцовство обнаружилось больше, чем мужчин во всей системе Шести Звёзд. Ещё бы, сироткам Вовкиану и Игориану по завещанию их деда отошло по трети состояния.
Вероятно, закоренелому женоненавистнику Михаилу воспитывать двух племянников-сорванцов было не просто трудно, а чертовски трудно. Но он не стал отсылать их в далёкие пансионы, организовав обучение в фамильном замке, окружённом горами и лесами. Подросшие братья естественным образом влились в процесс управления семейным бизнесом, создав вместе с дядюшкой триумвират, который и принимал все важные решения. Из скудных публикаций, которые могла раздобыть Лиза, следовало, что Гора считают спокойным человеком, но авантюрным дельцом. Его брат Вовик слыл неуравновешенным красавцем, зато холодным и расчётливым хозяином.
Прибытие в замок Гранатовых прошло куда будничнее, чем Лизе представлялось. Никаких торжественных фанфар не прозвучало. Новенькие обитательницы выбрали себе по комнате и влились в коллектив жильцов, гостей и прислуги замка.
Фамильное гнездо Гранатовых строилось с размахом, но каждая следующая переделка лишь укрепляла общее впечатление громоздкости и нелепости. На первых порах замок был и жильём для семьи, и общежитием для горняков, и конторой всего концерна, но впоследствии остался лишь прибежищем самих Гранатовых. Шахтёры отстроили неподалёку отдельный городок, дав ему немудрёное имя Гранграда, а офис уехал в столицу республики —поближе к космопорту и складам.
Вскоре после обустройства в замке и утоления первого любопытства Лизе пришлось осознать перемены в отношениях с Гором. Воздух родного замка будто перевёл невидимые стрелки в его сознании. Лиза перестала быть его постоянной собеседницей. Лизу не приглашали на вечерние посиделки. Лиза могла часами и сутками оставаться в одиночестве, и любимому не было никакого дела до того, чем она занята, и не скучает ли в своём новом жилище.
Все наивные попытки инопланетянки вернуть внимание возлюбленного провалились. А известие о его свадьбе с Фелицией стало ошеломляющим ударом. Часа три Лиза сидела в своей комнате, не находя точек опоры для беспрерывно плачущего сознания. Потом шок сменился жаждой объяснений, разговоров, понимания.
Гор объяснил свадьбу очень просто. Он вовсе не собирается всерьёз жениться на Фелиции. Это будет лишь небольшая постановка. Этнографическая. Для демонстрации архаичных свадебных обрядов группе историков-исследователей. Важность этого научного эксперимента трудно переоценить, и Лиза должна помочь возлюбленному в том, чтобы всё прошло хорошо и гладко.
Впоследствии Лиза не раз размышляла о том, почему успокоилась этой сказочкой, и даже приняла активное участие в подготовке и проведении эксперимента. Всё было предельно ясно, но она игнорировала действительность, увлечённо обманывая себя. Она, конечно, пыталась поговорить с Фелицией, но ту так увлёк выбор тканей и бижутерии, что на любые вопросы и замечания она отвечала невпопад или задавала встречный вопрос об уместности бархата рядом с кружевом.
Свадебная эпопея слилась в череду весёлых праздников и фейерверков, приятных подарков и комплиментов. Простая правда начала просачиваться в мозг Лизы уже после церемонии.
А однажды за ужином Фелиция вдруг начала обсуждать тему неустроенности Лизы. Ведь Йорген-булочник был неплохим, в сущности, женихом, а Лиза взяла, да и оставила его с разбитым сердцем. Не хватило ей женской чуткости и правильного понимания своего счастья. И теперь Лиза могла бы заняться каким-нибудь разумным делом, а не сидеть на шее добрых людей. Конечно, Фелиция позаботится о бедной подружке, но и подружке следует помнить, чей хлеб она ест.
Ошеломлённая Лиза промолчала, не зная, как отреагировать. Смущение подружки подстегнуло Фелицию на новые выпады. Гор же откровенно забавлялся ситуацией, расточая ласковые улыбки обеим альенкам. Фели злословила, собравшиеся за столом накапливали впечатления для сплетен, а Лиза проваливалась в отчаяние. Бежать было некуда. За воротами замка альенку-нелегалку ждала миграционная служба Федерации и депортация в резервацию на отдалённом астероиде.
Выплакав все слёзы, Лиза запретила себе что-либо чувствовать. Только знания, хладнокровие и точные расчёты всех ходов могли спасти её из ловушки. Знаний и хладнокровия Лизе определённо не хватало, но один точный ход она не замедлила сделать. Нежная богиня в полупрозрачном пеньюаре случайно встретила Гора в коридоре, ведущем в спальню Фели. Игориан, разумеется, поддался чарам обольстительницы, полагая, что Лиза жаждет вернуть его расположение. Но Лиза жаждала власти над его мужским инстинктом. И это был лишь один штрих начала превращения наивной инопланетянки в хозяйку Гранатовых гор.
15. Семейный серпентарий
В Гранатовом замке болталось много людей, но никто из них ничего не значил в горной империи. В основном, они составляли отряд нахлебников, которых проще кормить, чем разогнать. Нахлебники принимали Лизу благосклонно, хотя и не понимали, кто эта девушка в иерархии Гранатовых.
Лиза обзавелась знакомствами в среде друзей Гора. Многие намекали ей на возможность развития близких отношений, но Гор пресекал все подобные попытки в зародыше, да и саму Лизу подобные развития не интересовали.
Единственным человеком, кто сразу наплевал на все установки Игориана и все отговорки Лизы, был Вовкиан. Лиза не понимала, как совмещаются в одном человеке элегантный обаятельный красавец и грубый, пошлый мужлан, но постепенно привыкла, что у брата Гора есть две ипостаси. Добродушный весельчак Вовик был любимцем женщин, удачливым игроком и беззаботным гулякой. Угрюмый и сварливый Вовик сторонился женщин, упрямо проигрывал в казино крупные суммы и в то же время жадно копил деньги. Угадать, в какой ипостаси находится Вовик в тот или иной момент, не составляло особого труда, достаточно было взглянуть на выражение его лица и услышать одну-две его фразы.
Сразу после прибытия двух альнок в замок Гранатовых, Вовик принялся рьяно ухаживать за Лизой, не подозревая об её отношениях с Гором. И если бы не опасная двойственность характера Вовика, она, несомненно, увлеклась бы им. В хорошей ипостаси Вовику было невозможно противостоять. Чарующие фиолетовые взгляды не требовали слов, но Вовик ещё и умел слагать восхваляющие оды. Он заваливал Лизу букетами экзотических цветов и корзинками иноземных фруктов, стоял на коленях и плакал от «невыразимой любви». Однако стоило его настроению перемениться, как из «принца на белом коне» он одномоментно превращался в осязаемое воплощение «плохого парня». Сверкая бешеными взглядами, он топтал вчерашние подарки, мял цветы, выкидывал фрукты в окно и обзывал Лизу извращенными ругательствами.
Поняв, что прямым наскоком соблазнить иноземную недотрогу не удастся, Вовик приступил к длительной осаде. Домогательства с его стороны приобрели скрытую и извращенную форму. Лиза находила его записочки в собственной ванне или в шкафу для платьев, его белье «нечаянно» оказывалось в её постели, его ботинки «забредали» постоять к её двери. И Лиза неоднократно размышляла, а не уступить ли ей, в конце концов, только ради своего спокойствия. Однако она вполне справедливо опасалась, что этим проблемы не решить.
Гор от выходок Вовика определённо получал удовольствие. Он лишь наблюдал, как Лиза выпутывается из неоднозначных ситуаций. И даже её прямые жалобы на агрессивные нападки Вовика не заставляли его принять хоть какие-нибудь меры.
Несмотря на уколы лёгкой ревности, Лиза обрадовалась, когда Вовик заявил, что решил жениться. И его избранница Элеонора вскоре прибыла в замок, ошеломив всех непритязательной внешностью и состоянием родителей.
Высокая, широкоплечая и из-за этого сутулящаяся девушка с крупным носом и близко посаженными глазами казалась неуклюжей и некрасивой рядом с красавцем Вовиком. Фелиция и Лиза угробили на Элю несколько дней, пытаясь с помощью одежды и косметики сделать её более элегантной и представительной. Но тщетно. Эля находила свою внешность вполне удовлетворительной и на доброжелательные советы не обращала никакого внимания. Помимо прочего, у жены Вовика оказался громкий визгливый голос, и если она вкладывала в свою речь хотя бы немного эмоций, у её собеседников закладывало уши.
Лиза надеялась, что с женитьбой Вовик про неё забудет. Но период спокойствия продлился недолго. И однажды вечером она снова обнаружила любвеобильного красавца у дверей своей комнаты. Со сладчайшей улыбкой он попытался оправдаться:
– Ты знаешь, наши спальни так похоже расположены: твоя в правом коридоре, моя в левом, я немного перепутал, но может это и к лучшему, а?
Сильные пальцы опутали её запястья и прижали руки к стене. Лиза оказалась словно распятой, попытка освободиться едва не кончилась вывихами рук. Вовик приблизил к ней раскрасневшееся лицо и прошептал:
– Мне всегда нравились недотроги вроде тебя. Ты ведь подаришь мне минутку радости, правда?
От неминуемых неприятностей Лизу спас Гор, решивший именно в этот вечер навестить её теплую спальню. Вынырнув из лабиринта коридоров, он в секунду разобрался в происходящем и с разбегу оттолкнул брата от альенки. Вовик, тяжело сопя, попытался его ударить, но Гор увернулся, успев ответить на удар коротким выпадом в область солнечного сплетения. Некоторое время братья мутузили друг друга с короткой дистанции, а потом разошлись и заняли угрожающие позиции, выставив вперед весьма внушительные кулаки.
Лиза воспользовалась моментом и проскользнула в свою комнату, предоставив братьям возможность выяснять отношения без неё. Однако шум в коридоре привлек внимание парочки слуг, те разнесли новость по замку, и вскоре в коридоре собралось всё семейство, начиная, разумеется, с комплекта счастливых жён.
Вовик и Гор, по-прежнему угрожая друг другу кулаками, нехотя отошли каждый к своей жене. Эля и Фелиция, каждая на свой манер, начали орать друг на друга. Скандал закончился после вмешательства дядюшки Михаила. Он одним из последних оказался на месте конфликта, но ему потребовалось меньше минуты, чтобы разогнать племянников с супружницами по спальням.
Следующее утро Лизы началось с приглашения дядюшки посетить его кабинет. Едва смущённая Лиза преодолела порог, как дядюшка стремительно подъехал к ней в своей инвалидной коляске. Михаил сделал жест, будто хотел обнять её ноги, но его пальцы лишь пропустили сквозь себя воздух. Подняв голову, старший Гранатов упёрся в виновницу скандала тяжёлым бесцветным взглядом:
– Я не против любовных упражнений моих племянников. В этом даже есть свои плюсы. Но если мальчики ещё раз из-за тебя поссорятся, я найду способ сделать твою жизнь такой тяжелой, как только можно. Запомни это. И не вставай между ними. Никогда.
Заверив дядюшку в своём полном понимании проблемы, Лиза вышла и наткнулась на обоих нахмуренных братьев. Улыбнувшись одному и подмигнув другому, она сделала легкомысленный жест рукой и вприпрыжку помчалась к себе.
16. Деловое предложение
В скандале оказался один большой плюс. Гор стал устраивать свидания с Лизой вне стен замка, увозя её в столицу и на другие планеты альянса Шести звёзд, где она частенько оставалась предоставленной сама себе. И хотя знакомство с инопланетными мирами Лизу разочаровало, возможность ощутить иллюзорную свободу кружила голову.
Города мало отличались друг от друга, один и тот же модный архитектурный стиль повторялся везде. Совпадала и планировка. Квадраты, расчерченные прямыми улицами, заполнялись одинаковыми типовыми домами.
Гор снабжал Лизу некоторыми суммами денег. Делая мелкие покупки, она разобралась, что может дорого одеваться или обедать в высококлассных ресторанах, но не может позволить себе многое из того, что хотелось.
В качестве особого знака внимания Гор разрешил Лизе бывать в центральной конторе корпорации Гранатовых. И однажды, когда Лиза поджидала его в баре, уткнувшись в чашку с якобы взбадривающей бурдой, за её столик уселся клерк, весь вид которого свидетельствовал о незначительности. Немного помолчав, он попытался завязать разговор:
– Прекрасная погода, вы не находите?
Лиза безразлично пожала плечами. Клерк вежливо продолжил:
– Вы ведь приезжая? Как вам понравились дворцы Твантры? Вы их видели?
Она ещё раз пожала плечами. Человечек не унимался:
– Госпожа Луизина, давайте я покажу вам дворцы Твантры?
Лиза в недоумении подняла голову. Клерк сделал едва заметный жест, потом поднялся и вышел. Лиза тоже вышла на улицу, и возле неё тут же притормозил весьма потрепанный флайер. Однако шагнув внутрь, Лиза оказалась в обстановке утонченной роскоши. Незнакомец улыбнулся ей и указал на свободное сидение напротив:
– Меня зовут Дымча Димитреу. Я – один из трёх управляющих концерна «Грангор». Я представляю интересы Михаила Гранатова. Вы, вероятно, слышали обо мне. Много нелестных слов.
Лиза с изумлением уставилась на клерка. Тот был доволен произведённым впечатлением:
– Вы удивлены моим скромным видом? О, иногда это очень удобно – не привлекать внимания. А мне не хотелось привлекать внимание к факту нашего с вами разговора. Вы интересно провели день?
Лиза, всматриваясь в собеседника, отрицательно мотнула головой. Сухонький невысокий мужчина неопределенного возраста никак не ассоциировался с уровнем руководства концерна. Общее впечатление его незначительности подкреплялось костюмом, который казался чуть великоватым и поношенным. Тем не менее, в пронзительном взгляде светло-серых глаз читалась воля, а маленькие руки с короткими пальцами выглядели слишком холёными для рук обычного служащего.
Управляющий продолжил:
– Вы одна из двух красоток, которых Гор привез из-за края ойкумены. Сказать по правде, ваша внешность меня не очень впечатлила. Вы Луизина?
– Лиза.
– Очень приятно. Позвольте, я вам кое-что объясню. Никто из Гранатовых не позаботился о том, чтобы придать вашему пребыванию здесь хоть сколь-нибудь официальный вид. У вас нет никаких документов, признаваемых нашими властями. Гор сделал вид, что женился на вашей подруге. Но юридически за этим ничего не стоит, он не позаботился расторгнуть предыдущий брак. Вы, конечно, слишком молоды, чтобы понимать, насколько такое положение неприятно для вас. Но, если вы позволите, я помогу вам и с бумагами, и с тем, чтобы вы освоили разумную линию вашего поведения.
Поражённая Лиза уставилась на Дымчу. Куда это она вляпалась? Зачем человеку, представляющему интересы трети горной империи, возиться с бумагами нелегальной альенки? Она осторожно спросила:
– Дядюшке Михаилу я не нравлюсь. Почему вы хотите помочь? И почему именно мне?
– Нравитесь вы кому-либо или нет, меня не волнует. И действую я по собственной инициативе. Вы наводили справки о вариантах получения федерального аттестата, и это показалось мне любопытным. Вы изучали судебную практику по делам о подделке документов, что меня уже развеселило. Наконец вы занялись сбором информации о некоторых теневых структурах, и я понял, что найду в вас того партнёра, которого давно искал.
Лизу осенило:
– Слушайте, Дымча, скажите прямо, что я должна буду сделать?
Управляющий мягко улыбнулся:
– Во-первых, умолчать об этом разговоре. Во-вторых, я хотел бы получать адекватную информацию о том, что происходит в замке. Вы понимаете?
Что ж тут не понять. Всё просто. Видя её колебания, Дымча добавил:
– У вас будут легальные документы, с которыми вы сможете жить в любом месте Альянса Шести звезд и даже посещать Великий мир или Галактическую Федерацию. Я открою вам счёт и буду переводить туда некоторые небольшие, но очень важные для вас суммы – с тем, чтобы в случае неожиданного расставания с Гранатовыми, вы не оказались в гетто.
Прозвучало, конечно, приятно. Но где хоть какие-то гарантии? Да и стоят ли жалкие сплетни из замка хоть одной копейки?
Дымча, помолчав, дополнил своё предложение:
– С моей помощью вы сможете оказывать влияние на Гора. С вашей помощью я удержу корпорацию от фатальных потрясений. Мы оба выиграем.
Лиза, не найдя слов, быстро кивнула в знак согласия. Дымча улыбнулся:
– Хорошо. Обсудим всё подробнее чуть позже.
Распрощавшись, Лиза вылезла всё у того же офиса, который вдруг показался ей прямо-таки архитектурным шедевром.
Дымча выполнил все обещания. Лиза превратилась в Луизину Гранатову – отдалённую родственницу Гранатовых. Лиза получила паспорт гражданки Твантрийской республики. Лиза обрела собственный счёт в Гранбанке. И Лизу приняли в школу общества книголюбов.
Со своей стороны Лиза не сразу, но поняла, что именно интересует управляющего. Он беспокоился о физическом состоянии Михаила. И Лиза принялась рьяно следить за сиделками, а также за тем, чтобы гости и родственники дядюшки не слишком досаждали ему. Заодно она рассказывала Дымче, кто и что просил у дядюшки, какие сиюминутные решения дядюшка принимал и отменял, на что тратил деньги. Фактически во главе «Грангора» стояло именно Дымча, и ему было важно, чтобы стареющий владелец концерна не увлекался бредовыми идеями случайных проходимцев, как уже случалось…
Компьютерная система, над которой Тей долго колдовал, наконец-то отозвалась тоненьким посвистыванием. Просвистев вслед компьютеру нечёткий мотивчик, Тей попросил Лизу срочно позвать Зенона.
После бурного обсуждения, из которого Лиза поняла лишь несколько простых слов, Зенон с Теем вырубили сервер геймеров и привлекли игроков к своей деятельности. Бизон присоединился к работе без дополнительных приглашений. И примерно неделю вся пятёрка круглосуточно мучила имеющиеся системы.
На Лизу никто не обращал внимания, но она не расстраивалась. Лишь бы у этих умников получилось то, что они затевают. Подсовывая пятёрке тружеников тарелки с едой, Лиза чувствовала некую сопричастность к важным событиям. И досаду. Всё, что она может – носить вверх-вниз тарелки. Деловая женщина, ничего не скажешь…
Но вот, настал великий день. Умники расселись вокруг кровати Тея, которая окончательно стала походить на кокон проводов и схем. Тей осторожно положил правую ладонь на сенсорную панель. Медленно провел по ней. И почти сразу один из тёмных экранов над его головой ожил, выдав серию картинок, графиков, цифр.
Поразительно, но никто не стал орать «Ура!», прыгать и обниматься. Тей с Зеноном молча обменялись рукопожатиями между собой, затем с каждым из геймеров и с Бизоном. Заметив Лизу, Тей позвал и её, чтобы торжественно пожать её ручку. Затем спокойно попросил:
– Давайте пока не распространяться, не будем обнадеживать всех раньше времени.
И всё вернулось на круги своя.
Лишь через пару дней Лиза решилась спросить Тея:
– Извини, я, конечно, не буду распространяться, но нельзя ли мне узнать, о чём именно? Я понимаю, что вы – молодцы, сделали что-то важное. А можешь мне объяснить, чем эта мигающая штука нам поможет?
Тей помедлил, словно сомневался в необходимости ответа, но потом всё же объяснил:
– Мы связались с орбитальной станцией связи.
– Мы можем послать сообщение на Твантру?
– Нет. Из шести станций только одна функциональна. Три молчат, одна хаотически вращается, одну мы вообще не нашли. Теоретически для передачи сигнала нам хватит и одной, но только если удастся вернуть хотя бы часть настроек. Тогда есть шанс увидеть спасателей быстрее, чем через десятилетие.
– Думаешь, в обитаемых мирах ещё не знают, что мы здесь терпим бедствие?
– Знают, конечно. Но у них нет способа добраться до нас иначе, как отправкой зондов, затем разведчиков, потом установкой маяка и развёртыванием нового тоннеля. И, возможно, в обитаемых мирах думают, что здесь не осталось никого в живых. Сигнал поторопит спасателей. К тому же на Аллое всего четыре места, откуда можно сделать то, что мы сделали. И спасатели направятся сюда в первую очередь. Это, знаешь ли, увеличивает наши шансы на радостную встречу с ними.
– А как можно вернуть настройки станции?
– Методом ненаучного тыка. Эквивалентная точка примерно известна. Будем ходить вокруг и около, пока не попадём.
– После сигнала бедствия можно будет послать частное сообщение?
Тей улыбнулся:
– От хозяйки Гранатовых гор влиятельному другу? Чтобы срочно прислал личный космолёт?
Лиза поморщилась и опровергла это предположение:
– Я хочу знать, что с Сержем всё в порядке. И что он в надёжных лапах Клаши.
Улыбнувшись, Тей сделал забавный жест:
– О, так у нас новые действующие лица? Вернёмся к твоей автобиографии. Ты остановилась на своём амплуа великой шпионки, присматривающей за старичком.
17. Цирковой слон
Время от времени Лиза устраивала себе прогулки по Гранграду, но шахтёрский городок был скучен и не располагал к хорошему настроению. Очередной день покупок растянулся до бесконечности, и Лиза уже подумывала о возвращении в замок, когда ноги случайно привели её к потрепанному и полинялому куполу.
Лиза обошла сооружение, увидела смешно раскрашенных зазывал и поняла, что набрела на цирк. Ей подумалось, что здесь может быть весело, и купила билет. Не прошло и четверти часа, как она раскаялась в этом решении. Примитивные жонглёры, глупые клоунады, кривляние девочек кордебалета – всё раздражало, казалось неестественным и убогим. Лиза решила уйти в антракте, не дожидаясь окончания представления. Однако всё изменил последний номер первого действия.
На арене появился круглый стол из прозрачного пластика. В лучах прожектора на нём появился гуманоид. Как только публика рассмотрела хоботок на месте носа, слоноподобные ножки и толстые коротенькие ручки, начался просто рёв. Гвоздём цирковой программы был номер чужого. Лиза ничего не знала о планете, родившей подобное существо, однако распорядитель программы тут же восполнил этот пробел. Из его завываний следовало, что «многоуважаемый господин кханеша решился продемонстрировать свое чудесное телосложение почтенной публике».
Вместо нестройного грохота оркестра послышалась свистящая мелодия, и альен стал исполнять свой диковинный танец. Передвигался он по столу исключительно на руках, балансируя ногами и сворачиваясь в немыслимые фигуры. Потом, держась только на одной руке, начал постепенно стягивать с себя шуршащую одежду, оставшись, что называется, в чем мама родила. На гладком мускулистом и сильном сером теле отсутствовали какие-либо признаки пола, свойственные человеку. Люди в зале неистово заорали, захлопали и застучали, но Лизе стало совсем грустно.
В антракте Лиза подошла к распорядителю, протянула ему купюру и попросила разрешения поговорить с кханешей. Распорядитель рассыпался в любезностях, и конечно, пропустил её за кулисы. Убежище чужого располагалось в крохотной комнатушке в конце грязного вонючего коридора. Вдохнув отравленного воздуха, Лиза закашлялась, а потом, не зная, как начать разговор, просто спросила: