Измена. Уже не твоя, но...

Глава 9

Я оторопело отняла трубку от уха и уставилась на экран. Звонила, действительно, Инга, но на том конце провода был мой муж. Я снова поднесла телефон к уху и услышала треск, шорох и злой голос Инги:

— А ну, отдай мобильник, морда кобелиная!

— Мне надо с Соней поговорить, — отвечал ей Влад, — она меня заблокировала.

— Правильно сделала, — ерепенилась моя подруга, — тебя вообще нужно асфальтоукладочным катком переехать, чтобы тебя, как камбалу расплющило. Отдай телефон, она не хочет с тобой говорить!

— Зато я с ней хочу! Софа! Софочка, прости меня! — голос Влада слышался издалека.

Видимо, Инге удалось отобрать у него мобильник. Потом голоса стали удаляться:

— Вали из моей квартиры, а то ментов вызову. Повяжут, как взломщика.

— Инга, блин, где она?

— Не твое кобелиное дело! Придет, когда посчитает нужным. Дома жену жди, а не шатайся по чужим людям. Вали отсюда, ты мне больше не друг!

Вдалеке хлопнула дверь, раздались приближающиеся шаги, и в трубке раздался голос Инги:

— Соф, мы тебя разбудили?

— Нет, — ответила я, — я уже все анализы сдала и душ приняла. Завтрак жду. Что там у тебя случилось?

— Ой, — вздохнула Инга, — звонок двери трезвонил, трезвонил. А я вся заспанная, вылезла из-под одеялка и пошла в глазок смотреть. А там Влад стоит, а у меня мозги-то еще не проснулись, я забыла, что он теперь кобелина поганая, вот и открыла. А он, как ломанется в спальню и сразу хвать мой телефон… Дальше ты знаешь, сама слышала.

— А сейчас он сидит под твоей дверью? — поинтересовалась я.

Инга притихла, а потом ответила.

— В глазок не видно, да и лифт шумит. Сейчас в окно гляну… Вон он, вышел из моего подъезда. В твой пошел. А ты уверена, что он из твоей квартиры добровольно свалит? Может же и упереться.

— Меня Лешка домой привезет, — усмехнулась я. — Влад у своих родителей прописан, а эта моя наследная жилплощадь.

— А что будет с машиной? — ехидно поинтересовалась Инга.

Она знала, что я больше, чем Влад любила нашу хонду. И в основном я его возила, а не он меня. Я ответила:

— Пусть забирает. Он ее на свои деньги купил. Обойдусь и без машины…

Мы попрощались. Мой мобильник почти разрядился, а зарядки у меня с собой не было. Вдруг он совсем сядет, и я не смогу сообщить Лешке, когда меня выписывают. Хотя сейчас найти зарядное устройство не проблема, по-любому у кого-нибудь в клинике есть. Все же люди нормально в больницу ложатся, вещи собирают, не то, что я… Прямо с гулянки под капельницы угодила. Жена начальника, блин.

Вскоре принесли завтрак: манную кашу, булочку, к которой прилагалось масло и джем, два отварных яйца, хлеб, сок, какао… Такое впечатление, что тут пациентов не только лечат, но и откармливают. Но я не против, у меня порода гончая, как выражается мама. Кушаю хорошо и при этом стройненькая.

Я с удовольствием поела, почистила зубы найденным набором для гигиены зубов и улеглась ждать. Чего-нибудь ждать.

Прихода Ольги Александровны.

Похода к гинекологу.

Результатов анализов.

Визита благодетеля Александра…

Но самой первой пришла медсестра с двумя бутылочками лекарств.

— Софья, у вас последние капельницы. За час-полтора эти препараты прокапаем, а потом пойдете на обследование.

Ни одно из моих ожиданий не сбылось, и я покорно влезла под одеяло,поверх которого лежала, выставив руку с замотанным катетером. Медсестра подключила систему и сказала:

— Когда первая бутылочка будет подходить к концу, то нажмите кнопку вызова. Я приду и переключу. Или вы спать будете?

— Не буду, — успокоила я ее, — не волнуйтесь, послежу.

— Спасибо, — улыбнулась девушка, — просто у нас сразу два пациента после операций… За ними особый уход сейчас нужен, вот и бегаем.

Она ушла, а я переключила телевизор на канал, где отважный путешественник отчаянно лез туда, куда не надо. В трущобы заграничного мира, в поселения стран третьего мира, где царила страшнейшая антисанитария и вообще, делал все, чтобы наловить приключений на свою пятую точку. Но передача реально интересная, я и дома ее смотрю.

Прошло полтора выпуска шоу, мою капельницу давно переключили ко второй бутылочке, когда пришла Ольга Александровна. Видимо, только что закончилась их летучка и доктора отправились обходить пациентов.

Врач держала в руках мою историю болезни. Она поглядывала на листы и хмурилась. Мне это не понравилось. Я спросила:

— Что-то не так? У меня анализы плохие? Вы меня не выпишете?

— Доброе утро, — кивнула доктор, — это анализы вашей крови при поступлении. Сегодняшние еще не готовы, рано еще.

— А почему вы так хмуритесь? — не успокаивалась я. — Мне от этого страшно…

— Не волнуйтесь. Вам вредно, — строго отрезала врач, — ничего страшного у вас нет, только гемоглобин очень низкий. При таком показателе вы должны быть весьма бледной.

Я облегченно выдохнула:

— Так я раз в десять дней в солярий на пять минут хожу. И кожа приятного цвета и на курицу гриль не похожа. Очень удобно.

— Ясно, — кивнула доктор, — а я уже забеспокоилась, что в лаборатории данные неправильно записали... Раньше у нас такого не было. Кстати, к вам пришел гость?

— Кто? — насторожилась я.

Не дай бог, чтобы Влад приперся. Вдруг он у Инги все-таки выманил инфу про больницу, а она побоялась мне признаться.

Врач направилась к двери и сказала:

— Мужчина с цветами, проходите.

Глава 10

При этих словах я напряглась, ожидая увидеть виноватую физиономию своего мужа, но вошел совершенно незнакомый пожилой, седеющий мужчина с букетом белых лилий.

— Здравствуйте, Софья, — произнес он низким голосом с хрипотцой.

— Добрый день, — растерянно протянула я.

Ситуацию разъяснила Ольга Александровна.

— Софья, это тот самый Александр, который вас привез, — сказала она, — ваш спаситель и благодетель. Вы проходите, присаживайтесь, — пригласила она, — а я скажу медсестре, чтобы вазу принесла.

Александр сделал пару шагов в мою сторону и остановился:

— А вы меня тогда напугали. Еду, смотрю, перед капотом девушка лежит, а дверь нараспашку. Думаю, сбили девчонку, машину бросили и убежали… Вот, только почему в парковочном кармане?

Он тепло улыбнулся и указал на букет:

— У вас аллергии на цветы нет? А то, я не знал, пустят в больницу с букетом или нет. Пустили…

— Я хорошо цветы переношу, — тоже улыбнулась я.

— У нас с цветами можно, если в палате не аллергиков и астматиков, — сказала доктор, — вы пообщайтесь, а я дальше на обход.

Она вышла, а я указала рукой на стул возле моей кровати:

— Присаживайтесь.

Встречать незнакомого гостя, лежа в постели, такое себе гостеприимство, но… у меня из руки торчала капельница, а халат я сняла. Вылезать из-под одеяла и красоваться перед своим пожилым спасителем в больничной сорочке я не собиралась.

Александр положил цветы на стол, сам сел возле меня и спросил:

— Что же с вами случилось? Я видел следы рвоты возле водительской дверцы, но алкоголем от вас не пахло. А еще кровь…, но ран не было. Извините, если лезу в личное… Если не хотите, можете не отвечать.

Я провела рукой поверх одела на животе, вздохнула и сказала:

— Я ребенка потеряла. И мужа. И семью.

Александр нахмурил брови, провел рукой по своим русым с проседью волосам, и озадаченно произнес.

— Ни хрена себе! Эка тебя переколбасило. Ой, извините.

Я во все глаза вытаращилась на него. Темный дорогой костюм, белоснежная рубашка с расстегнутыми двумя верхними пуговицами, начищенные ботинки из натуральной кожи, о которых Влад только мечтал. С виду он мне в отцы годился и тут выдал: «Ни хрена себе! Эка тебя переколбасило».

Видно, что дядька обеспеченный, уверенный в себе. Даже поначалу режим повышенной скромности включил: изобразил смущение и дальновидную предусмотрительность — про цветы и аллергию поинтересовался.

Сдается мне, он не так-то прост. А вообще, он имеет право знать, что со мной случилось, раз уж он оплатил мне такой шикарный больничный сервис.

Я улыбнулась и сказала:

— Извиняю. Я сама, честно говоря, до сих пор охреневаю. Хотите, расскажу, как дело было? Полагаю, если я выговорюсь перед незнакомым человеком, то и мне самой на душе полегчает.

— А расскажите. Я выслушаю, — он смотрел на меня с какой-то веселой заинтересованностью, но не мужской, не похотливой.

Я понимаю, что непричесанную, ненакрашенную женщину, лежащую в больничной пижаме и с капельницей в вене, хотеть по определению невозможно… Да и меня мужчины вдвое старше меня не привлекают… Но интерес в его глазах был неподдельный.

Я начала издалека. Про наше знакомство с Владом, про его бесплодие и мой отказ от материнства ради того, чтобы остаться с бездетным, но любимым мужем. Про мою работу на удаленке, а потом домохозяйную безработицу. Про новое назначение мужа с повышением, корпоратив в честь Восьмого марта и про Юльку-бухгалтершу...

Свою повесть я закончила потерянным ребенком, у которого при любом раскладе практически не было шансов на жизнь…

Окончив рассказ, я решила уточнить один момент:

— А как вы не побоялись окровавленную девушку в бессознательном состоянии к себе в машину посадить? Чего скорую не вызвали?

Александр пригладил пальцем правую бровь и ухмыльнулся:

— Одета ты была прилично, — он окончательно перешел на «ты», — сразу понятно, что не пьяная бомжиха праздник отметила и возле чужой открытой тачки отдохнуть прилегла. Я сначала решил, что просто дамочка прибухнула, потом ей поплохело, и она проблеваться из машины выбралась… Но когда тебя перевернул, то запаха алкоголя не было. Тут я тебя к себе в машину и потащил. Потом бардачок обшарил, машину запер и повез сюда. У меня в этой больнице приятелю желчный удаляли, так что я других приличных клиник не знаю. Сам-то не болею.

— А что машину кровью испачкаете, не испугались? — хитро спросила я.

— Ежа голой жопой не напугаешь, — ухмыльнулся Александр, — в мои девяностые мы в этой крови купались. А тебя бы я хоть наизнанку вывернутой в машину затащил!

Вот это сказанул, так сказанул! Не мог пожилой мужик на незнакомую валяющуюся без сознания девушку так запасть. Я осторожно спросила:

— Почему?

Глава 11

Неожиданно он протянул руку и погладил меня по волосам, а голос потеплел:

— Ты на мою дочку очень похожа. Я как твое лицо увидел, так меня прямо переклинило. Как свое дитя спасал. Один инстинкт: хватай, неси, спасай! Так что, я особо и не раздумывал. Машину потом на чистку загнал и все. Врач сказал, что я очень вовремя тебя привез.

— Спасибо, — от всего сердца поблагодарила я, — а деньги за лечение я вам верну, только попозже. Мне нужно на работу устроиться, я вам частями все выплачу.

— Вот вы — девчонки современные… У вас все мысли о деньгах. Я что, на нищеброда похож, чтобы девушку в платную клинику везти, а потом с нее бабло трясти? Если бы было так, то я бы тебя в бесплатную городскую больницу отвез, и в приемный покой сдал. Твое лежание в этой больнице мне не дороже абонемента в нормальную тренажерку обошлось, доход за день с небольшой торговой точки. Так что — не парься.

— Да мне как-то неудобно, — завела я прежнюю волынку, — просто ходить в должниках не в моих правилах, а вы мне и так, можно сказать, жизнь спасли, а тут еще и значительно потратились.

Александр снисходительно посмотрел на меня и сказал тоном, не терпящим возражений:

— Так, я тебе сказал — не нужно ничего возвращать. Еще раз поднимешь этот вопрос, попрошу врачей тебя неделю держать и больнючие витамины колоть. Платники от лишних денег не отказываются. Я тут доброе дело сделал, а она ко мне с деньгами пристала. До свидания, Софья.

Он встал, собираясь уйти, и я спешно заговорила:

— Извините, Александр, останьтесь. Просто для меня все это как-то необычно. Я не из круга обеспеченных людей. А расскажите про дочь, что с ней случилось?

В этот момент в палату вошла медсестра с высокой вазой из белого пластика, установила ее на стол и поставила букет в воду. Уже перед выходом она глянула на содержимое бутылочки, из которой в меня капало лекарство, и сказала:

— Поздравляю. С капельницами мы закончили, — она отсоединила систему от катетера и добавила, — когда проводите гостя, вызовите меня кнопкой. Я сниму катетер и отвезу вас на осмотр.

— В смысле — отвезете, — нахмурилась я, — на каталке?

— Нет, — помотала головой девушка, — в кресле на колесах. Так положено. Ходить будете, если доктор разрешит. А пока, общайтесь.

Она вышла, а я повернулась к своему благодетелю и напомнила:

— Я про вашу дочку спрашивала… Что ней произошло?

— Вышла замуж и в Испанию жить укатила, — усмехнулся Александр, — теперь через день звонит по видеосвязи любимому папке и зовет в гости. У них с мужем большой дом на берегу моря. А у меня бизнес, до мая некогда по Испаниям кататься. Да и вода еще холодная.

Я слушала его, а внутри вскипало негодование… Сначала он так сказал про дочь, что я уже решила, что она умерла или пропала, вот его и пробило на мое спасение, а тут все в полном порядке. Я, конечно, рада за него, но чего меня-то вводить в заблуждение. В итоге я весьма нескромно заявила:

— Чего вы, блин, меня напугали… Точнее, расстроили. «Ты так на мою дочку похожа», — передразнила я его, — я уж думала, что с ней что-то плохое случилось… А чего тогда такая забота? Не в одном же сходстве дело?

Тут Александр расхохотался:

— А ты — молодца! Взъерепенилась, зубки показала. А то лежишь тут, киснешь, горюшко свое баюкаешь. Нельзя так. В этой жизни слабину покажешь, сожрут. Поняла?

Я ошарашенно кивнула, глядя на него снизу вверх. А он продолжил:

— На мою Анютку ты реально похожа, а помог я тебе… Ну, скажем так, за грехи буйного прошлого карму подчищаю.

— Это то, что вы упомянули про девяностые? — осторожно уточнила я.

— Да. Времена тогда были лихие, а мы молодые, дерзкие, решительные… Жить хотелось на широкую ногу, в деньгах купаться, власть в своих руках держать. И чтобы все вокруг нас боялись и уважали. Дел тогда наворотили — сейчас страшно вспоминать. Немногие пацаны до сегодняшнего дня дожили… Кого еще тогда постреляли, кто на тюрьме ушел… Когда эта эпоха шла к завершению, начали убирать успешных. А у меня тогда жена Аньку только родила. Мы из Москвы деру дали, и два года у троюродного дядьки жены в глухой сибирской деревне хоронились. Останься тут, то всю семью бы братки-конкуренты грохнули. А теперь я постарел, и прошлое мучает.

— Помогаете несчастным и этим совесть глушите? — спросила я.

Он коротко кивнул и неожиданно перевел тему:

— Софья, напомни, ты кто по специальности!

— Я экономический окончила, но потом только на удаленке работала. Вела бухгалтерию нескольких продуктовых магазинов для одного бизнесмена. Я же рассказывала. А больше у меня опыта нет.

Александр прищурил один глаз, внимательно разглядывая меня и что-то прикидывая в уме, а потом поинтересовался:

— Как ты относишься к резиновым членам?

Глава 12

— Чего?! — опешила я от такого вопроса.

— Игрушек из секс-шопа не боишься? — якобы внес ясность в свой вопрос Александр.

Очень хотелось спросить: — «Вы чего — дурак, что ли?»

Но я благоразумно сдержалась и еще раз произнесла:

— Чего? Вы совсем… уже… это…

Глядя на мое ошарашенное лицо, он усмехнулся:

— Я не совсем, не уже и не это. У меня сеть магазинов для взрослых. Секс-игрушки, эротическое белье, духи с феромонами… Короче, большой ассортимент. У меня бухгалтерию ведут сразу трое. Через несколько месяцев одна из них в другой город уедет, у нее мужа по работе переводят… А пока нам ревизор нужен, второй месяц салоны без проверки работают. Пойдешь?

Вот это предложение… Я даже растерялась. Я в эти магазины никогда не заходила. Нужды не было. А тут с этим работать. Руками трогать…

Я смущенно ответила:

— Можно, я немного подумаю? И наверное, мне еще пока постельный режим пропишут. Я так сразу ответить не могу.

Александр выудил из внутреннего кармана визитку и протянул мне:

— Конечно, думай. Срок тебе ровно неделя, потом точно одного из бухгалтеров отправлю вибраторы да презервативы пересчитывать.

Он поднялся со стула и протянул мне руку:

— Ты пока выздоравливай, приходи в себя, но помни — нельзя раскисать. Оскаль зубы и рви эту жизнь клыками. Включи здоровый эгоизм.

Я ответила на рукопожатие и сказала:

— Еще раз спасибо вам за все. А я вам позвоню через несколько дней. При любом решении позвоню.

— Ну, бывай.

Александр махнул на прощание рукой и вышел из кабинета.

Статный, сильный, уверенный в себе. Как старый матерый волк.

Влад тоже хорошо выглядел, привлекательно… Вот и привлек внимание молодой охотницы за новыми начальниками. Он же лет на десять старше. Зачем он ей? А он… На молодое мясо потянуло? Или она предложила сделать что-то из того, что я отказывалась?

Так, хватит о них думать! Не заслужили они моего внимания! Пусть идут на фиг! В пень! В баню! К черту на рога! Куда угодно, лишь бы от меня и моей жизни подальше!

Я нажала кнопку вызова персонала, и через минуту вошла медсестра, толкая перед собой инвалидное кресло.

— Все? Ушел ваш гость? — спросила она.

Я кивнула.

— Тогда давайте вашу руку, снимем катетер и перебинтуем… Повязку снимите через час. Все рекомендации и назначения доктор пропишет в выписке. А теперь надевайте халат и присаживайтесь в кресло, прокачу с ветерком.

Медсестра провезла меня по коридору, и закатила в кабинет, где меня встретила новый врач. Осмотр в гинекологическом кресле не занял много времени, но после меня еще повезли на УЗИ органов малого таза… Потом доставили обратно в палату, и медсестра сказала:

— Сейчас будут обед разносить, а позже к вам придет Ольга Александровна с выпиской.

Она ушла, укатив с собой инвалидное кресла, а я снова включила телевизор и уселась к столу. Чувствую я себя нормально: они в меня столько лекарств влили, что грех на что-то жаловаться. К тому же я почти полтора суток по большей части спала. Наотдыхалась на несколько дней вперед.

Я решила позвонить брату и предупредить о выписке.

Лешка ответил уже после второго гудка:

— Привет, Сонь. Уже пора приезжать?

— Привет. Примерно через часа полтора-два выпишут.

— А чего врач сказала? У тебя все нормально?

— Доктор после обеда зайдет со всеми результатами обследований, даст выписку и рекомендации на первое время.

Лешка выслушал меня и задумчиво проговорил:

— Странное какое-то у тебя отравление… Почти двое суток в больнице продержали, да еще и в платной. Обычно активированного угля или другого сорбента хватает, да пробиотики потом попить, а тебе даже успокоительное кололи. Ты точно только отравилась? Ничего от меня не скрываешь?

Вот уж подозревака. Он с детства любил детективные книжки читать… Я поспешила его успокоить:

— Только отравление! Просто очень плохие креветки оказались. Приедешь и сам убедишься, что я в полном порядке.

— Ну, хорошо, — успокоился брат. — Через полтора часа приеду. Скинь адрес.

Я написала в мессенджере адрес клиники и отправила.

Вскоре пришла вчерашняя сотрудница в поварской форме и, увидев меня сидящей за столом, строго спросила:

— Вам доктор разрешила сидя есть?

Я помотала головой:

— Нет, но я себя хорошо чувствую. Меня после обеда выписывают.

Разносчица подозрительно посмотрела на меня и настойчиво произнесла:

— У меня не написано, что вас уже можно за столом кормить. Укладывайтесь на кровать, регулируйте спинку, как вам удобно, а я столик поставлю. Не хватало еще, чтобы вам поплохело, а мне за это влетело.

Пришлось подчиниться и снова есть в постели, как важная барыня. Обед был вкусный. На первое куриный суп с лапшой, совсем как домашний, на второе гречка по-купечески, винегрет, компот и булочка с изюмом. В конце на столике появилась тарелка с фруктовой нарезкой…

Как иногда говаривала Инга:

— Чтоб я так жил!

Глава 13

Когда разносчица еды убирала грязную посуду, то спросила:

— Вкусно было?

— Очень! — честно ответила я и похлопала себя по животу. — Наелась до отвала.

— Вот и славненько, — женщина забрала столик и ушла.

Я думала, что доктора придется ждать долго, у них, наверное, тоже обед, но Ольга Александровна пришла через десять минут с тонкой папочкой в синей обложке в руках.

— Как самочувствие, как настроение? — поинтересовалась она, присаживаясь на стул возле кровати. — Ваш спаситель предупредил, если вам еще будут проводить какие-либо обследования или делать назначения, чтобы счета ему отправляли. Он ваш ангел-спаситель.

— Согласна, — кивнула я, — мы тут пообщались, он мне в своей компании даже работу предложил… А чувствую я себя нормально, готова ехать домой.

Доктор передала мне папку:

— Тут выписка, рекомендации и назначения. В ближайшую неделю о работе лучше не думайте. Пораньше ложитесь спать, вставайте попозже. Из прогулок, только короткие и без нагрузок. Тяжести не поднимать, в горячей ванне не сидеть, в бане не париться. Бегать и прыгать нельзя. Нужен эмоциональный покой. Вот, смотрите.

Она взяла папку и достала нужный лист.

— Купите это успокоительное и будете принимать по одной таблетке дважды в день, утром и вечером. Сонливости и рассеянности оно не вызывает, зато будете спокойны, как тюлень на солнечном лежбище. А это вам для поднятия гемоглобина. Принимайте месяц, потом сдайте кровь для контроля. А это набор витаминов и препаратов для восстановления женского здоровья. Время приема и дозировки расписаны. Прочитайте, что непонятно, спрашивайте.

Я погрузилась в чтение незнакомых названий, но вопросов по приему лекарств не возникло. Все было настолько доступно, что распоследний дурачок бы разобрался.

Закрыв папку, я поблагодарила Ольгу Александровну и решила напоследок уточнить: