Клубок загадок и шерсти

Дизайн обложки Екатерины Климовой.

© А. Унгурьянова, текст

В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Пролог

Энн Колт, хозяйка крупнейшей в Хайленде фабрики по производству пряжи, а также изделий из овечьей и мериносовой шерсти, откашлялась и попросила гостей сохранять спокойствие. Внезапное отключение света не было дурным предзнаменованием, а лишь означало, что нужно проверить работу электрогенераторов.

Когда официальная часть собрания подошла к концу, Энн, как уже повелось, отправилась взглянуть на свое сокровище – полкилограмма драгоценной редчайшей пряжи. Ей еще предстояло повозиться с новыми станками и договориться со швеями. Но это были приятные хлопоты. Вслушиваясь в стук каблучков по кафелю, Энн улыбнулась: за несколько недель эта проверка стала своего рода ритуалом на удачу. Наконец-то их с мужем дела пойдут в гору!

Стоит ли говорить, какие чувства испытала владелица фабрики, в одночасье потеряв около двухсот тысяч фунтов и, более того, репутацию? Дверь в хранилище, открывающаяся с помощью карты, была распахнута, температурный режим сбит, но это не имело значения, ведь боксы для хранения самой дорогой в мире шерсти пустовали.

Энн приглушенно вскрикнула и зажала рот рукой, борясь с накатывающей тошнотой. Что ей делать с заказом, который должен быть выполнен через три месяца? Ведь чтобы собрать новую шерсть, потребуется несколько лет!

Глава 1

– Только представь: заснеженный горный массив, кексы Данди[1], горячий пунш, народная музыка и ни одного знакомого лица! А еще – никакой уборки и готовки.

И хотя от горячего пунша Лора Картленд сейчас бы не отказалась, по достоинству оценить энтузиазм бурно жестикулирующей подруги она не могла. Сказывалась накопившаяся усталость. Поэтому она удостоила Ханну лишь скептическим взглядом.

– Ну пожалуйста, Лори! Ты же знаешь, я давно хотела на фестиваль. Пожалуйста-пожалуйста!

Ханна Уитмор уже сбилась со счету, сколько раз она упрашивала лучшую подругу посетить с ней рождественский фестиваль ремесленников в пригороде Эдинбурга. Это не считая неудачных попыток с Фестивалем кельтской песни, Эдинбургским международным книжным фестивалем, фестивалем в Уигтауне[2], Фестивалем огня Белтейна[3] и Хогманая[4]. Ее тянуло в Шотландию, так как помимо килтов, волынки, виски, Марии Стюарт и лох-несского чудовища этот регион славился именно разнообразием фестивалей. А все, кто знаком с Ханной, знают, что она девушка-праздник.

Однако у Лоры, да и у самой Ханны всегда находились дела поважнее. Несмотря на забронированную гостиницу и купленные билеты, что-то обязательно шло не так: то приходилось подменить на работе заболевшего коллегу, то начинался снегопад, блокирующий все дороги, то прорывало трубу в ванной.

– Я сделала расклад: все должно пройти отлично! Мне все время выпадает карта «Шут». А это к путешествию, приключениям…

– Хан, если честно, в этом году мне уже хватило приключений.

Лора с сочувствием посмотрела на поникшую подругу. Ханна приезжала каждую субботу, чтобы помочь ей в тяжелый период, хотя дорога в одну сторону занимала не менее двух часов. «Какая разница, где спать? Дома или в поезде?» – убеждала Лору и саму себя большая любительница комфортного сна.

– Сначала были полицейские проверки, библиотеку опечатали. Из-за этого мы вовремя не отпраздновали Хэллоуин! В общественном центре все получилось совсем не так, как мы планировали. Потом начался ремонт… и снова проверки, но уже из министерства культуры. Рукопись и дневники у реставраторов, с ними тоже пришлось понервничать. – Лора тяжело вздохнула и поправила прядь русых волос, выбившихся из небрежного пучка. – Если честно, я и сама не прочь отдохнуть. Но скоро Рождество. И этот праздник просто обязан пройти по плану – без задержек, разбитых окон и уж точно без краж.

Всего пару месяцев назад у Лоры из-под носа украли редкую рукопись, и ей, не без помощи местных жителей, удалось отыскать пропажу в кратчайшие сроки. Весть о том, что пропавшую рукопись нашла не кто иная, как Лора Картленд – заведующая библиотекой Саффолк Грина, а не местная полиция и даже не специальный отдел из Лондона, разлетелась по стране так же быстро, как разносится по двору запах свежеиспеченных слоек, поставленных остывать на подоконнике. Чуть позже новость просочилась и в СМИ других стран.

Комментаторы, как всегда, поделились на несколько лагерей. Многие восхищались находчивостью Лоры и ее команды и искренне радовались, что в наше время еще случаются такие удивительные истории, корни которых уходят глубоко в прошлое. Другие же откровенно издевались. Над Лорой, возомнившей себя детективом. Над ее идеей раскрыть преступника по чиху! Вне всяких сомнений, аллергия – это полнейшая выдумка. (Мистер Мартин в сезон цветения с ними бы поспорил.) Часть верила, что все это тщательно продуманная со стороны Беверли и Эвертонов акция, чтобы повысить внимание к их бизнесу.

Досталось и полиции, которую не обошла стороной серьезная проверка. Теперь в Саффолк Грине обосновался констебль из крупнейшего города графства, и он поглядывал на всех с большим недоверием, но особенно на Лору и ее подчиненных: Рори и Сэнди.

Выслушав объяснение Лоры, Ханна, конечно, надулась, хотя прекрасно понимала настроение подруги. После месяцев переживаний нужно обязательно дать себе время восстановить физические и моральные силы. Но Ханна, как никто другой, знала, что иногда в этом помогают не марафоны сериалов на диване, а неожиданные приключения.

Сама Лора предпочла бы отдых в Ипсуиче, Норидже или в графстве Линкольншир, там, где под шум волн Северного моря можно насладиться чтением давно ожидающих своего часа книг.

– Ну что должно произойти, чтобы ты согласилась?

Взгляд Ханны начал блуждать от одного книжного стеллажа к другому, и могло показаться, что ее вопрос был скорее риторическим. Лора ничего не ответила, но понадеялась получить как минимум один знак. После переезда из Манчестера в далекий Саффолк Грин она стала верить в них как никогда. Например, знаком она посчитала бы звонок родителей из Тибета.

– Значит, и я не поеду. А так хотелось купить колоду Таро от «Селестиал соулс».

– Колоду? Почему ты сразу не сказала? – Лора отложила канцелярский планшет с бесконечным списком дел «Успеть до Рождества».

Она прекрасно знала, что подруга мечтала заполучить себе такую колоду и пыталась заказать ее три года подряд, но иллюстраторы не принимали заказов. Это была современная колода, выполненная на каменной бумаге, с изображениями персонажей кельтского, шотландского и валлийского фольклоров.

И это точно был знак. Не звонок из Тибета, конечно, но мы сами вправе выбирать, что считать знаками, а что нет.

– Я не хотела, чтобы ты ехала ради меня, – печально отозвалась Ханна, но вдруг изменилась в лице. – А что, такой эгоистичный ход мог сработать?

– Он и сработал, – ответила Лора. – Только предупрежу Рори и Сэнди. А то я тебя знаю, мы можем припоздниться.

Лоре было не по себе: как она могла так долго игнорировать мечты близкого человека ради собственного комфорта? И вообще, разве на фестивале местных промыслов что-то может пойти не так?

Ханна взвизгнула от нахлынувших эмоций и едва не выронила кристалл розового кварца. Им предстояло путешествие. И может быть, даже приключение.

Глава 2

Оставив библиотеку и подготовку к празднику в надежных руках Сэнди Патнам и чуть менее надежных – Рори Леклерка, Лора последовала примеру подруги и воспользовалась частью накопленных отпускных дней. Не работать в будни Лора уже отвыкла – так давно у нее не было отпуска. В прошлый раз, когда она не занималась непосредственно работой, она расследовала кражу. В голове промелькнула мысль: «Надеюсь, на этот раз ничего не случится».

Собрав необходимый минимум вещей на четыре дня в спортивный рюкзак, Лора с прищуром оглядела Ханну, широко улыбающуюся то ли новому дню, то ли своему оранжевому чемодану размера M. Лора, чтобы не занимать места в рюкзаке, специально надела недавно отправленный тетей пуловер ручной работы. Да, Ханне не помешало бы поучиться прагматичности.

– Ты же сказала, что едешь за колодой. Не за продуктами.

– Не смотри так, Лори. Вот увидишь, еще попросишь положить сюда покупки!

К ним также присоединилась Лана – бариста из самой душевной кофейни в Саффолк Грине. Эту девушку отличали осветленные волосы, стрижка пикси и шлейфом тянущийся за ней аромат кофе. Лана взяла с собой рюкзак поменьше, чем у Лоры, так как собиралась вернуться после выступления любимой фолк-группы.

«Господи, неужели мне не пришлось отменять бронь! Предрождественские чудеса, не иначе!» – радовалась про себя Ханна, нацепившая, кажется, самые длинные серьги в мире. Недавно она заплела некоторые пряди светлых волос в дреды и даже не получила выговор от начальства. Лора отметила, что подруга стала похожа на себя больше, чем когда-либо.

«Господи, неужели я смогу абстрагироваться от всех переживаний? Так. Надо попросить Кэти проверить, выключила ли я утюг…» – думала Лора, усаживаясь в экспресс.

«Господи, надеюсь, новый стажер не сожжет кофейню за один день», – тяжело вздыхала Лана.

Насладиться сменяющимися за окном видами в тишине не удалось: в этом же вагоне ехал крайне беспокойный спаниель, судя по всему не выносивший транспорт. Как хозяйка ни старалась его угомонить, он скулил всю поездку, замолкая, только чтобы съесть собачье печенье. Поэтому Лоре пришлось надеть наушники, которые она доставала лишь при необходимости. Распутать провода оказалось не легче, чем детективную историю.

Через четыре с половиной часа дремоты, с затекшими спинами и окаменевшими пятыми точками, девушки прибыли в сказочный Эдинбург, а точнее, на вокзал Уэверли. Но очень скоро они забыли об усталости. Лора засмотрелась на стеклянный потолок викторианской эпохи, однако быстро осознала, что чуть не потеряла подруг из виду. Эдинбург покорял своей красотой: он отличался от Манчестера, где удивительным образом сочетались всевозможные стили прошлого тысячелетия и урбанистические многоэтажки. Здесь же почти не было современных зданий, а если и были, то они тщательно маскировались под архитектуру готики и неоклассики. Кроме того, город находился на холмах, поэтому большинство дорог выделывали кульбиты, а дома нависали друг над другом.

Местная речь заставила Лору прислушиваться: ей нравился эдинбургский акцент и забавные региональные особенности лексики. Переехав из Манчестера в Саффолк Грин, она таких не заметила, все же два города находились не так далеко друг от друга, их разделяла всего пара графств – Честер и Дербишир. Лора подумала: «Хорошо, что мы не едем в глубинку. Там бы я наверняка ни слова не разобрала».

Вокруг все было украшено к Рождеству, но как-то необычно, в духе величественной и гордой старины. Не переставая восхищаться, девушки вертели головами. Хотя о снеге можно было и не мечтать, приближение праздника здесь чувствовалось сильнее, чем в Саффолке.

Они прошли мимо монумента Скотта – чуда неоготического искусства, множества музеев, куда Лора обещала себе непременно вернуться. У Эдинбургского собора она задержалась. Ей подумалось, что было бы кощунственно не почтить место, которое было не только святыней, но и великолепным памятником архитектуры.

К Лоре подкралось чувство стыда: в последний раз она посещала эту часть страны еще на школьной экскурсии. И почему мы не можем ценить красоту вокруг, выдумываем разные отговорки? Нет времени, далеко, дорого… Что мешает нам наслаждаться этим здесь и сейчас?

– Ты чего такая грустная? Задумалась об экскурсиях? – спросила Ханна на пути к автобусной остановке.

– Скорее вспомнила, что жизнь есть и за пределами библиотеки.

В пригороде Эдинбурга было чуть холоднее, чем в городе, и куда морознее, чем в Саффолк Грине. Лора съежилась и попыталась найти в рюкзаке шарф. Утюг выключить она не забыла, а вот шарф…

Небольшая семейная гостиница, здание которой было построено еще в Георгианскую эпоху[5], встретила их радушными приветствиями хозяев и горячим клюквенным пуншем. Казалось, что на шотландский фестиваль ремесел съехалась не только вся Великобритания, но и гости из соседних европейских стран: табличка на стойке регистрации гласила об отсутствии свободных комнат. Как хорошо, что Ханна заблаговременно забронировала номер!

Внутри застыл запах канализации, и от сквозняка, пробивающегося из-под деревянной оконной рамы, колыхались занавески, но в общем интерьер производил приятное впечатление. Впрочем, Лора и Ханна не собирались здесь задерживаться. Оставив большинство вещей в гостинице, они поймали шаттл, курсирующий из Эдинбурга до Коллингтона и Балерно – деревушек, между которыми и находилась фестивальная площадка.

Глава 3

Фестиваль длился уже неделю, и приезжие говаривали, что у него открылось второе дыхание. Тем более что на площади почти в сто акров успело смениться свыше половины стендов и магазинчиков. Сквозь уставшую от осени пожухлую траву кое-где пробивалась зелень. Большинство холмов вдалеке были припорошены снегом – отсюда открывался чудесный вид на умиротворяющие Пентлендские холмы.

Около получаса девушки простояли в очереди: охрана проверила их сумки и нацепила им бумажные браслеты посетителей. Когда наконец попали на территорию фестиваля, то оторопели от его масштабов. Пытаясь охватить как можно больше, Лора никак не могла сосредоточиться: у нее разбегались глаза.

Вдалеке были слышны звуки волынки. Музыка обволакивала и буквально тянула к себе. Двигаясь на звук, Лора прошла мимо десятков лавочек с традиционной едой: здесь готовили хаггис[6] на открытом огне, стовис[7], суп каллен скинк из копченой пикши, обычные сэндвичи, бургеры и море иного фастфуда. Многие палатки были выполнены в виде деревянных домиков, другие походили на небольшие цирковые шатры. Большинство украшали бумажные гирлянды, венки и, конечно же, разноцветные огоньки. Запахи мясных и рыбных блюд перемешивались с ароматами выпечки и напитков, и у Лоры сразу же засосало под ложечкой.

Отовсюду слышались радостные голоса: кто-то говорил на английском, кто-то на чистом шотландском, и Лоре было приятно осознавать, что она на фестивале в качестве гостя.

Когда Лора ощутила, что музыка вот-вот ее оглушит, она увидела эпицентр праздника – открытую площадку для выступлений. Над ней была натянута сеть из гирлянд, освещающих людей, которые устроились здесь поужинать, и тех, кто рисковал потанцевать на морозе. Около пятидесяти музыкантов в темно-бордовых килтах с тартаном – известный оркестр волынщиков – изливали душу в музыке. На переднем плане группа женщин, также в килтах, исполняла шотландские народные танцы.

Лора и ее подруги стояли как завороженные: такой размах и, более того, слаженность движений всегда восхищали и останавливали бесконечный конвейер мыслей. Среди композиций была и Scotland the Brave[8], Лора узнала ее с первых нот. Но скоро музыканты прервались, чтобы отдохнуть, и из колонок по всему периметру площадки послышались песни современных шотландских и английских исполнителей.

Ханна расточала музыкантам искренние комплименты, да так громко, что Лоре захотелось провалиться сквозь землю.

– Столько обаяшек в одном оркестре! Это незаконно! – восхищалась подруга, пока Лора не напомнила об обеде.

Перекусив рыбной похлебкой и взяв с собой картонные стаканчики с горячим чаем и кофе, девушки отправились на площадку ремесленников. Здесь не было традиционных рождественских гуляний, катка и аттракционов, зато нашлось место мастер-классам по изготовлению поделок, вязанию и плетению венков. Занятия проходили в закрытых отапливаемых павильонах, так что девушки заходили туда не только посмотреть, но и погреться.

Лоре казалось, они заглянули в десятки, если не в сотни палаток, где продавали самые немыслимые вещи ручной работы: сумки, свечи, ювелирные украшения, блокноты, причудливую мебель из ротанга и древесины местных пород. Не обошлось и без громадной ели, украшенной золотыми и красными бантами и гирляндами «роса».

Найти интересующий ее стенд Ханне удалось не сразу, тем более что она охотно задержалась бы у каждого, а многие продавцы, приехавшие из разных уголков Шотландии, говорили с таким сильным акцентом, что она с трудом могла разобрать лишь пару фраз. Ханна старалась брать у всех визитки, чтобы поискать в интернете то, что ей приглянулось. В противном случае она рисковала купить кожаную сумочку, которая на самом деле была седельной, или травяной сбор не для успокоения нервов, а от кошачьих паразитов.

В поисках нужного стенда Ханна с подругами случайно забрели в «ТехноБум». Ханна перепутала вывески, так как вместо названия на табличке были изображены роботы, пляшущие в костюмах рождественских эльфов. Издалека они напоминали фейри. Но это Ханна поняла уже после того, как подошла к прилавку. Темнокожий молодой человек в меховых наушниках и полосатом шарфе что-то промямлил и протянул Ханне сразу несколько одинаковых визиток.

– И чем вы здесь торгуете? – спросила она, с подозрением оглядев диковинные предметы, напоминающие реквизит из шпионских фильмов.

– Кам… камерами. Наблюдения. Т-т-трекерами. Соф… софтом и приложениями. Я все собираю сам. П-почти.

Худенький парень так волновался, что над ним стали подшучивать его главные клиенты – мальчишки школьного возраста, заинтересовавшиеся маленькими роботами. Какие-то из них двигались по команде, другие могли сыграть с тобой в мини-шахматы или крестики-нолики.

– Могу даже с-сейф взломать. Да и вообще что угодно, – нервно добавил продавец и так же нервно рассмеялся.

Ханна наконец взяла визитку и натянуто улыбнулась.

– Может быть, как-нибудь зайдем. Спасибо и удачи! – бросила она и поспешила ретироваться. – Не забудь напомнить мне записаться к офтальмологу, – шепнула она Лоре.

– А чего сразу к офтальмологу? Парень втюрился! – Лора здраво оценила ситуацию, но ее слова прозвучали громче, чем она ожидала.

– Ну уж нет. Не нужны мне хакеры. И правда что угодно взломает, никакой личной жизни. И вообще… уж больно он похож на маньяка.

Лана покачала головой.

– Я бы так не сказала. Не то чтобы я разбиралась в маньяках, но можешь назвать это симпатией с первого взгляда. Постой, ты не их искала? «Селестиал соулс»?

Ханна резко остановилась и безумными глазами оглядела подруг, сдерживая восторженный визг. Этот стенд был меньше остальных и мог легко затеряться в лабиринте фестиваля. К счастью, Ханну тут ждали и подготовили нужную колоду. Их было изготовлено всего пять, и каждая немного отличалась от остальных. Лора давно не видела подругу такой счастливой и подумала, что этот момент стал самым радостным за последнее время. В свете огоньков фестивальная площадка казалась Лоре декорациями к сказочной постановке, и она даже подумала, что может примерить на себя роль героини. Она приобрела кое-какие подарки, а себе захотела купить шарф, но пока не нашла ничего подходящего. Чашу весов перевешивал лонгслив с рождественским принтом.

Девушки дождались окончания концерта любимой группы Ланы, поужинали горячим стовис, а с собой в гостиницу взяли побольше выпечки и обожаемый Лорой клути[9]. Стемнело очень рано: смеркаться начало около трех часов дня, а в четыре мир вокруг погрузился уже в ночную тьму. Впрочем, это не мешало ни шотландцам, ни гостям веселиться от души.

Наутро Лана, которой в номере досталось дополнительное спальное место, отправилась обратно в Саффолк Грин: она сильно переживала за кофейню. Более того, ей приснилось, что все клиенты обиделись на нее из-за внезапного отъезда в будний день и устроили бойкот.

– Это значит жить работой или это профессиональная деформация? Если тебе снятся тревожные сны о работе, это тот самый звоночек, что ее пора сменить. А если работа – твое любимое дело, тут все иначе… Я еще не так хорошо знаю Лану, нужно понаблюдать. Вдруг я дам ей какой-нибудь непрошеный совет, и он подтолкнет ее изменить жизнь к лучшему? – размышляла вслух Ханна за утренним раскладом, пока Лора отвечала на сообщение Стивена.

Именно Стивен помог ей с поисками рукописи два месяца назад. Молодой историк, не получивший места в университете Саффолка и даже не мечтающий преподавать в Кембридже или Оксфорде, несколько лет преподавал в университете Манчестера и вовсе не роптал на такое стечение обстоятельств. Он обладал превосходными знаниями не только о родном Саффолк Грине, но и о стране в целом, однако работодателям этого было недостаточно. Именно из-за общения с ним Ханна в последнее время подшучивала над Лорой, говоря о том, как судьба сводит людей вместе. Лора относилась к шуткам подруги спокойно: долгие годы дружбы выработали у нее иммунитет к подколкам. К счастью, из Саффолк Грина до Манчестера можно добраться на автомобиле всего за пару часов. Было бы хуже, если бы Стивен работал в Лондоне.

Ханна продолжила:

– Можно не спрашивать, с кем ты там переписываешься. Будешь брать шарф из той палатки или нет? Ты так и не выбрала. Легче у карт спросить, чем у тебя…

– Прости, Хан. Я вся внимание, – ответила Лора и начала собираться.

Ей вдруг страшно захотелось вытянуть карту и узнать, что ее ждет дальше. Но скоро это желание отошло на задний план: хозяйка позвала их завтракать.

Глава 4

– Ничего себе! – воскликнула Ханна, остановившись у одной из самых ярких лавочек на фестивале.

Казалось, владельцам пора открывать свой бутик на улице Нью-Бонд. Настоящий павильон, к которому вела широкая лестница, был обшит сайдингом, а покатую крышу украшал искусственный снег, зелень и прелестные полноразмерные фигурки овечек.

– Они будто скачут по крыше, ты видела? Как мило!

Восхищенная Ханна потащила Лору внутрь, но та высвободилась из ее хватки.

– «Колтенберри», Хан. Самые большие конкуренты тети Мэдди. Ты же знаешь, у ее фабрики дела не всегда идут гладко. А у них, судя по всему, все прекрасно. И кстати, сегодня уже потеплело. Мы же не собираемся на север Шотландии!

Ханна поправила новенькую красную вязаную повязку и поджала губы.

– Поэтому мы и отправимся на разведку, Лори. Доложим тете Мэдди, что сейчас пользуется спросом и почему даже на фестивале народных промыслов из магазинчика «Колтенберри» каждые пять минут выходят люди с покупками. Ну или без покупок.

Ханна кивнула в сторону только что покинувшей павильон семейной пары. Те были явно чем-то недовольны и активно жестикулировали. Лора не могла сдержать любопытства, особенно после слов Ханны. Да и тете наверняка будет интересно послушать, что сейчас производят Колты и правда ли их изделия так хороши.

Внутри Лору ослепил яркий свет, который часто провоцировал у нее активное слезотечение. Само помещение больше напоминало сувенирную лавку в центре старого города любой европейской столицы. Три женщины собрались у небольшого стенда с сумочками и спорили, кому достанется бежевый шопер-букле. Чуть поодаль, с левой стороны, разместились полноразмерные примерочные, а по бокам и в проходах – металлические стеллажи со свитерами, жилетами, юбками и пальто по последнему слову моды. Ближе к кассе находились стеллажи с аксессуарами: шапками, митенками, перчатками, шарфами и, конечно, рождественскими носками.

– Вот это красота, Лори. Как тебе? А? – Ханна приложила к себе свитер оверсайз цвета экрю из шерсти мериноса. Покрутившись у зеркала, подруга повесила свитер обратно. – А впрочем, ничего особенного. У меня есть похожий, – добавила она тише.

«Наверное, увидела ценник», – догадалась Лора, вертя в руках шарф в бежево-розовую клетку. Кое-где торчали нитки, где-то расцветка была ярче, где-то бледнее… «Да уж, не такого ожидаешь от шарфа ручной работы за шестьдесят фунтов», – подумала она и тут, как это часто бывает, случайно услышала разговор кассира и рыжеволосой покупательницы в парке цвета хаки.

– Видела, как миссис Колт давала интервью «Зе Скотленд Ченнел». О повышенном спросе на пряжу. Слушала ее как под гипнозом! Не подскажете, она еще здесь? Может быть, удастся с ней сфотографироваться…