Война Ассасина

Глава 3

Любовь до гроба. Чужой все еще в замке

К обеду во дворе на крышах была закреплена огромная солнечная батарея. Теперь у нас электроэнергии больше в полтора раза. Шахтное оборудование работало на полную, но все равно приходилось экономить. Все понимали, что это не дело, и облизывались на уловитель молний, проект которого разработали в Инженерной. Но пока его строительство было недостижимой роскошью. Шутки ли, надо 1000 кило металла, 2000 кило кристаллов, и параллельно нужно десять раз по столько для создания армии!

А Технозамок за день по-прежнему производил совсем не так много энергии и кристаллов, как мне бы хотелось.

Я засел в лаборатории, изучал таблицы Хранителя, пытаясь составить подробный план работ на каждый день.

Параллельно закинул объяву в торговый раздел чата:

Продам горную смолу оптом. Производимый из нее смоляной клей обладает кровоостанавливающим свойством, мощный регенератор. Цена договорная.

Продам смоляной клей. Универсальный регенератор. Заклеивает раны и останавливает кровотечение.

Интересно, сколько геймеры предложат и откликнется ли гильдия хилов. Первый ответ пришел через пять минут от игрока по имени Булочька:

Нужна 5 шт срочна клея. Плачю 5 монет штуку.

Отвечать я не стал. Засохни, Булочка!

Максимум, что мне предложили игроки – сотку за одноразовый тюбик, что уже неплохо. Хилы ответили через сорок минут, когда я уже изучал гильдию Оружейников, с которыми мне предстояло заключить договор об оптовой покупке пороха.

Здравствуйте. Вас беспокоит Эскулап, глава гильдии Лекарей. В принципе, нас интересует горная смола. В каких количествах вы способны ее поставлять? Что хотите за килограмм продукта?

Опа! Есть контакт.

Было бы замечательно, если бы я сам знал, сколько смогут добывать мои зомби в день. Они ж даже еще не добрались до горной гряды. Но лучше побыстрее навести мосты.

Готов поставлять от 100 килограммов смолы ежедневно по цене 200 монет за килограмм.

Калькулятор в голове включился сам собой. Если примут условия, это 20 000 монет ежедневно. Пара деньков – и порох окупится, и недостающие кристаллы. Заматерею, все ко мне на поклон приходить будут.

Извините, но мы – гильдия небогатая. Все, что мы можем предложить – 100 монет за килограмм. 100 монет – вполне реальная цена смолы.

Вот жлобы! Каждый на тебе нажиться старается. Придется поторговаться, естественно, умолчав о том, что деньги нужны позарез и вчера.

А 200 монет еще более реальная цена. Неужели вы как следует не изучили поистине волшебные свойства смолы? Если не хотите платить указанную сумму, я без труда найду другого покупателя или займусь производством смоляного клея сам.

Эскулап не сдавался.

Вы тоже должны знать, что у клея много более дешевых аналогов. Пересчитайте, сколько можно на эти деньги купить бинтов и регенераторов в шприц-тюбиках.

Но ведь и я не мобом делан! У меня свои доводы.

Это правда, как правда и то, что клей гораздо эффективней. Люди, ценящие свою жизнь, предпочтут его.

Эскулап замолчал. Неужели сорвалось? Черт! Прям хоть следом беги и сбивай цену. Не получилось с гильдией, придется клеем торговать (как звучит-то!). А это потеря времени.

В диалоговом окне всплыло:

Мы посовещались, и готовы предложить 120 монет за килограмм. Войдите в наше положение!

Ага, а вы в мое.

Хорошо. Видя стесненные обстоятельства вашей гильдии, готов пойти на крайне щедрое предложение в 180 монет за килограмм. Вы же лекари, вы несете добро людям, и я тоже хочу нести его.

И снова молчание. Появился Эскулап только через десять минут и, напирая на жалость, предложил 160. Я напомнил про альтруизм и опустился до 177. Он заявил о необходимости сострадания к ближнему и задвинул 165. Я намекнул на сочувствие к горестям человеческим и выставил 176. В итоге, вспотев от жалости, альтруизма, сострадания и сочувствия, сошлись на 175. Ударили, как говорится, по рукам, хотя к тому времени я так возненавидел этого Эскулапа, что с куда большим удовольствием двинул бы его по морде. Для заключения договора условились встретиться в Диком городе. Эскулап хотел сегодня, но я перенес на завтра. Сегодня мне элементарно нечего ему предложить. А завтра зомби уже найдут смолу, и станет ясно, сколько получится ее добывать ежедневно.

А вот если не найдут, тогда «ой». Отношения с гильдией хилов будут испорчены – раз, два – придется искать другой источник дохода…

И тут в коридоре загрохотало так, что меня чуть не подбросило вместе с креслом. Заматерился Карло…

Чужой?!

Схватив пистолет, я выскочил из лаборатории в широкий коридор, даже датчик движения не взял. Лязгая, примчался Гудвин.

Коляска Карло валялась вверх колесами, подствольник отпал… Опачки! Да он сделал ее чем-то типа экзоскелета, только колесного. За подлокотниками угадывались манипуляторы, но и они не спасли реактивного инвалида. Стрекоча и курлыкая, химера волокла его прочь по коридору. Грудь пребольшого размера раскачивалась так, что у меня глаза на лоб вылезли. Завидев меня с пистолетом, химера распахнула анимешно-огромные глаза, выпустила Карло и снова заметалась по коридору. Выбила вентиляционную решетку и спряталась в темноте. Гудвин прыгнул за ней, клацнул зубами и заметался под стеной.

На этот раз она даже показалась мне симпатичной. Синие глаза в обрамлении закрученных ресниц, вытянутая коровья мордочка, розовый нос сердечком, рыжая грива, туловище коровье, только с талией, и – о! – эта грудь… А руки-ноги, кстати, вполне человеческие. Если скрестить породистую ухоженную корову с красивой женщиной, то получится нечто такое. Непонятно только, откуда стрекозиные крылья. От склиса, может.

В коридор выскочил Хранитель. Он видел только зад химеры, ноги и хвост с кисточкой, но нашему Вейдеру и этого хватило, чтобы остолбенеть.

Карло сел и вытер обслюнявленное лицо, зло сплюнул.

– Харэ на меня пялиться!

– Ты по ней из подствольника жахнул? – Я разглядывал выбоину в потолке и кучу осыпавшейся штукатурки вперемешку с камнями. – Зачем? Симпатичное ведь существо, оно не желает твоей смерти, иначе ты был бы уже мертв. Она тебя, наверное, любит. Уволочет в свое гнездышко и будет над тобой курлыкать. Пока не закурлычет.

Карло бросил на меня злобный взгляд. Дополз до коляски, перевернул ее, залез в кресло, подкрутил колеса и сменил тему:

– Гляньте, что я сделал! – он что-то нажал, и спинка изогнулась назад, по бокам кресла выдвинулись узкие трубы. – Па-а-берегись!!!

Из труб ударил дым, взревел двигатель, кресло рванулось вперед. То есть прямо на меня.

– Твою!!! – я отскочил. Коляска стремительно вильнула, выбросив два густых дымных клуба, скрежетнули тормоза, и она остановилась так резко, что Карло едва не вылетел из нее.

– Двигатель я форсанул! – счастливо проорал он. – Теперь натуральный реактивник! Я – «Турбо», так и называйте!

Я не стал спрашивать, на какие средства он проапил свою машинку. Пусть даже отщипнул немного от замкового бюджета, нестрашно, если изобретение принесет человеку счастье… Стоп! Какому человеку? Карло – непись!

Хранитель не был столь тактичен и сказал с осуждением:

– Я так понимаю, что ты нашел неприкосновенный запас – сорок килограммов кристаллов – и распорядился им по своему усмотрению, не согласовав с нами. Это хищение. Непредусмотрительно нечистого на руку человека допускать к управлению Замком.

– Неправда! – Карло подкатился к нему. – Я в долг взял и обязуюсь отработать!

– Мало того, что кристаллы извел, когда делал себе женщину…

– Заткнись! – рассвирепевший Карло ринулся на него, Хранитель небрежно отступил, инвалид врезался в стену и снова перевернулся, ругаясь как тридцать три сапожника разом.

Глас Хранителя все обличал и обличал, выставляя на всеобщее обозрение тайны Карло:

– В донжоне, кроме прочих, жили два профессора. Первый – Балекс Ор, затворник, человек неприятной наружности, но великого ума. Он был низок, толст и дурно пах, потому с женщинами у него не складывалось. Второй – молодой весельчак Ян, он-то и сконструировал Синтезатор. Видя проблемы коллеги, он пообещал сотворить тому идеальную женщину. И сотворил. Но что-то у него не получилось, или так было задумано, чтоб подшутить над коллегой. От коровы он взял чуть-чуть, чтоб грудь созданной суперженщины была побольше, а получилось… Что получилось, вы видели. К тому же в Синтезатор случайно залетела стрекоза. Теперь же Карло нашел старые разработки Идеальной Женщины и попытался запрограммировать ее на симпатию к себе.

Я расхохотался:

– Ясно! Она не загрызть тебя пыталась, а трахнуть… то есть, я, конечно же, имею в виду – спариться. Ну, или заняться возвышенной любовью, как тебе больше нравится?

– Заткнитесь все! – Карло побагровел, забравшись в кресло, повернулся к нам спиной и укатил прочь.

Все это время Гудвин, толком не разобравшись, в чем дело, пытался допрыгнуть до вентиляции, что под потолком.

– Гудвин, прекрати, – велел я все еще беспокойно снующему туда-сюда меха-псу и крикнул в спину Карло: – Ты хоть имя ей придумал? Давай Цыпой назовем?

Карло сделал неприличный жест, но не обернулся. Химера в вентиляции зашуршала и, судя по звукам, тоже стала удаляться.

– Гудвин, – обратился я к меха-псу. – Может, и тебе подружку сделать?

Он внимательно посмотрел на меня и покачал железной башкой.

Потом вместе с меха-псом мы сходили к Синтезатору – мне было интересно, как он работает. Прочитав инструкцию, кое-что понял. Сначала делался чертеж, прорабатывалась чуть ли не каждая клетка будущего существа. Затем по чертежу создавалась модель, она производилась 3D принтером. Потом в нужных пропорциях брались образцы, из них выращивались ткани и последовательно собирались в тело химеры. Процесс разработки, по идее, занимал от нескольких недель до месяца, и не всегда результат оправдывал затраченные средства. Тому свидетельство – экспериментальные модели псоглавцев и киборги, созданные по образу и подобию тех, что мы видели в НИИ. Роботы получились хлипкие и раскоординированные. Видимо, не хватило времени, чтоб как следует над ними поработать.

В принтере я нашел десятисантиметровую статуэтку красавицы, созданной Карло. Хоть бы посмотрел, что у него получится, а не слепо верил написанному.

Потом в голову пришла мысль: а что, если убийца-чужой тоже скрывается в вентиляции, где и Цыпа? Не выведет ли нас к врагу, а?

– Гудвин, ты хорошо ее унюхал?

Он кивнул в ответ.

– Тогда мне нужна схема вентиляционных ходов. Идем к Хранителю.

Карло с собой взять не получилось, к великому огорчению инвалида. Даже новые «ноги» не помогли бы ему в вентиляционных ходах. Зато он обязался подстраховывать нас с Гудвином снаружи.

Чертежи вентиляции я изучал долго. Вряд ли мутант постоянно скрывается в вентиляции, скорее уж он, как и химера, нашел уютное местечко и там выжидает удобный момент, чтобы напасть на меня или юнитами подкрепиться.

И таким местом, по-моему, могла стать резервная система воздухоочистки, расположенная на пять этажей ниже. Технозамок строился как военный объект, основные системы были надежно спрятаны в толще камня. Сейчас они не использовались, но на случай заражения там, в глубине, стояли огромные фильтры и насосы, способные обеспечить обитателей чистым воздухом.

– Тебе нужна защита, – сказал Хранитель.

Я представил, сколько шума произведут мои необученные солдаты. Нет уж. На это дело я должен идти один, даже без Гудвина, его лязг спугнет чужого – никогда того не найдем. Нужно включить режим невидимости, активировать навык беззвучного передвижения. И, конечно же, правильно вооружиться.

Скорее всего, с одного выстрела я мутанта не убью. Вряд ли за мной послали бы кого-нибудь дохляка. Рвать гранаты в воздухопроводе тоже не годится. Карло приволок мне из арсенала целую груду железа, пожалуй, не хватало только ядерной бомбы. Огнемет я отмел сразу – неизвестно, как в вентиляции поведет себя струя пламени. Любимый револьверного типа гранатомет Карло тоже пришлось отложить. Не без сожаления отказался и от прочих довольно разрушительных штук и в результате остался с привычным и опробованным своим оружием: «тавором» и «глоком».

Когда речь идет о схватке двух ассасинов, дело вовсе не в убойной силе, а во внезапности и ловкости, вот так.

Провожали меня – как в последний путь. Разве что на прощанье платочками не махали и не рыдали.

Я проверил, сколько у меня стелса: четыре минуты «своего», ассасинского, плюс пять минут на пластине. Это не так уж мало, но не так уж много. Бандана рейнджера дает +10 к скрытности, что тоже хорошо. Остальное – мозги и удача. Будем надеяться, их у меня побольше, чем у мутанта. К тому же, на моей стороне внезапность. Он – охотник и не ожидает того, что дичь сама придет. Он затаился, он готов сидеть в укрытии и день, и два – сколько понадобится, выжидая подходящий момент. А потом выйти и убить меня, к примеру, спящего. К тому же у меня есть датчик движения, переведенный в беззвучный режим, но если мутант неподвижен, это не поможет.

Ну-с, приступим.

Спуск оказался скучным и не романтическим. Конечно, можно было воспользоваться техническим лифтом, но это выдало бы меня с головой, поэтому я открыл люк и полез в шахту. Горели аварийные фонари. Пахло пылью. Скобы, за которые приходилось цепляться, были ржавыми, но прочными.

Активировал невидимость, когда до цели оставался один этаж. Главное, чтобы меня химера не унюхала, если она где-то здесь… впрочем, девчонка сделана под Карло и любит только инвалида. Будем надеяться, не набросится в приступе нежности.

Шахта привела в огромный зал. Одна стена целиком состояла из лениво, с низким гулом вращающихся вентиляторов. Это плохо. Значит, про датчик движения можно забыть. Другую занимали перемигивающиеся лампочками пульты и щиты, опутанные проводами. Лампы, работающие, наверное, в треть мощности, едва разгоняли полумрак. Сильно пахло озоном.

Мне повезло: чужой был здесь, просто сидел в тени, в углу зала, вытянув ноги. Но и не повезло тоже – это был не просто зверь, он был вооружен!

Зато я наконец-то мог его рассмотреть и увидеть характеристики.

???

уникальный мутант.

Уровень: 75

Скорость нападения:???

Урон:???

Зона агрессивности:???

Способности:???

Не игрок – и то хорошо, а вот вопросительные знаки настораживают. У Цыпы тоже не было привычных данных… что же получается, этого уникального мутанта сотворили специально для меня? Он на десять уровней старше, наверняка намного сильнее.

Но пока что мутант меня не заметил.

Он дремал или медитировал. Щупальца, заменяющие ему рот и нос, слабо шевелились, глаза были прикрыты, сидел чужой, привалившись к стене. Автоматическая винтовка незнакомой модели, вся обвешанная оптикой и прибамбасами, на коленях. Когти, срезавшие прядь волос при первой встрече, похоже, втянуты.

У меня был один-единственный шанс: подойти поближе и выстрелить ему в голову. Все еще оставаясь невидимым, я сделал шаг.

Мутант открыл глаза. Никогда бы не подумал, что во взгляд можно вложить столько слепой ненависти и желания убивать. Похоже, замочить Шада было целью всей его жизни. Потрясенный силой ненависти в его глазах, я остолбенел.

И потерял несколько драгоценных секунд. Чужой начал расплываться – уходить в стелс. Учуял меня, что ли? Вон как щупальца зашевелились…

Он был нечеловечески быстрым. Еще не став невидимым, уже вскочил и вскинул винтовку. К счастью, он меня все-таки не видел, поэтому закружил, принюхиваясь. А я отмер. На такой близкой дистанции нельзя долго целиться, нужно поднять пистолет и «тыкнуть пальцем» – совершенно естественное движение, очень эффективное. Попытаться сделать лучше – значит, промазать. Нельзя думать.

Я поднял «глок». Грянул выстрел.

Маскировка мутанта пошла рябью, он стал виден – не четко, но все-таки в цвете. Зашипел, зажимая пробитое плечо, и кинулся на звук.

Черт!

Я едва успел отскочить в сторону. Уже не беззвучно – ноги шаркнули по полу. Чужой потянул винтовку на бедро: сейчас как даст очередь! Убить, может, и не убьет, но заденет серьезно.

Тогда я шагнул к нему.

Со стороны это могло показаться глупостью: лезть чуть ли не вплотную, но это был мой единственный шанс. Перехватить левой рукой ствол, резко отвести от себя – и выстрелить в упор. Я проделал это вполне хладнокровно. Во лбу чужого образовалась довольно большая и совсем неаккуратная дыра. На бетонный пол брызнули ошметки мозга, кровь, полетели куски затылочной кости. Ненависть в глазах померкла, будто ее выключили, и мутант осел на пол.

Все! В ушах звенело, руки тряслись. Ведь был в миллиметре от гибели.

Тело мутанта начало таять. Я сел рядом – ноги не держали. Кажется, эту проблему мы решили… О, а это что? Неужто лут?

На месте трупа остался браслет – пластиковый, черный, с прямоугольной вставкой. Вроде бы часы. Или не часы? Я поднял его.

Браслет анонимности

Класс предмета: уникальный

Прочность: неуничтожимый

Вес: 0,2

Эффект: Оставайтесь неузнанным! После активации браслета другие игроки не смогут видеть ваше имя, специализацию и прочие характеристики, кроме уровня.

Так вот почему я не видел характеристик мутанта. Ладно, что упало – то пропало, теперь браслетик мой, он мне сердце согреет. Вполне полезная штуковина, а хозяину Технозамка уж точно пригодится.

Кстати, про Технозамок.

Я тяжело поднялся и пошел туда, где, согласно схеме, располагались технические лифты. Пора было возвращаться к своим проблемам.

После всего этого меня все-таки на пару часов срубило. Ближе к вечеру с шумом появился Карло и поволок хвастаться расширением хозяйства. На улице, миновав квадратные постройки складов, мы подошли к распахнутым воротам, куда въезжал груженый фуникулер. Стонала перегруженная лебедка, толкались рабочие, освобождая для него место. С грохотом вагон опустился, я разглядел небольшие гранитные плиты.

Карло улыбнулся от уха до уха, трансформировал кресло в экзоскелет и указал на углы южной части стены, где два небольших подъемных крана ставили плиты одну на другую. Возле самой стены, где монтировалась защитная башня, под надзором двух лейтенантов блестела металлом разобранная турель.

– На юге у нас отвесная скала, – объяснил Карло. – За ней долина, куда зомбаки твои ушли смолу искать. Нападение может быть из долины, хотя оттуда к нам ведет только одна дорога вдоль склона. Так что одну турель обязательно ставим на стене у ворот, возле которых эта дорога заканчивается. Ведь красота, согласись? Я прям чувствую мощь!

Когда стоишь под высоченной стеной, сложенной из гранитных блоков, тебя приветствуют рабочие с сияющими глазами, то чувствуешь себя Сталиным, строящим коммунизм, и невольно заражаешься энтузиазмом, начинаешь дышать с людьми в унисон, и ваши сердца колотятся в такт, будто сотня отбойников.

– Красота, – согласился я.

Не будь я в таком состоянии, то наслаждался бы ролью творца в полной мере. Обходил владенья свои с калькулятором, подсчитывал прибыль, занимался торговлей. Но сейчас этому сильно мешало ощущение близкой смерти. А еще – воспоминания о Тане.

Хозяин, Йоха нашел. Долго искал, нашел жилу. Что делать?

Вот! Давно мы все ждем этого сообщения…

Добывайте и складывайте в одном месте. За смолой придет машина.

– Смола эст, инструмент нэту! – вклинился в разговор Галоперидол. – Хозяин, пусть привезут лопата!

Хорошо, будет вам лопата. Прямо сейчас ты иди назад, встреть грузовик и проведи по полю мимо аномалий. Понял?

Уже ыдет.

Когда стемнело, я снова созвал совет, хотя засыпал на ходу. Карло тоже выглядел утомленным – замучила его Идеальная Женщина Цыпа и обрушившиеся заботы. Гудвин дремал у стены, положив стальную голову на скрещенные лапы. Одному Хранителю все было нипочем. Поблескивая зелеными огоньками, он расхаживал по кабинету и докладывал, что сделано за день.

На экран он вывел список:

1. Овердрайв шахтного оборудования – 50Мв

2. Создание 50 техников – 500К

4. Заслать в шахты рабочих – +10 %

5. 1-й апгрейд лабы – 20Г, 100М, 500К, 15Мв

6. 1-й апгрейд инженерной – 50Г, 200М, 300К, 25Мв

7.+1 солнечный генератор + 20Мв

8. 4 турели – 300К 300М 300Г, 1Мв

+10Е, 1270Г, 1500М, 2000К

Металл – 0 кг

Гранит – 730 тонн

Кристалл – 0

Энергия +10

Я увидел, что смонтирована солнечная батарея. На стенах Замка установлено восемь турелей в гранитных башнях, создано 50 техников и инженеров, которые сразу же приступили к работам в Лаборатории и Инженерной и даже успели их левелапнуть. Теперь мы сможем производить солдат помощнее и апгрейдить тех, что есть. Это не говоря про оборудование шахт, работающее круглосуточно. Некисло мы развились за день! Но Хранитель оборвал полет фантазии:

– На сегодня и завтра нам энергии хватит. А вот потом, когда начнем строить защитные экраны и башни Тесла… Точнее, не стоит даже начинать их строительство с такими мощностями. Надо будет серьезно озаботиться уловителем молний. Я произвел расчеты и пришел к неутешительному выводу: мы не справимся собственными силами.