Жека Стар. Контрольная

Глава 6

Делом Тома, по его мнению, было лишь привести денежного Жеку к знакомому, остальное его касаться не могло – он отвернулся к окну и не видел Жекиных манипуляций. А Жека вышел из машины, сказал Антону, – залезай назад, – сам же открыл переднюю пассажирскую дверь, забрался на сиденье коленями, попросил парней, – принимайте.

Он нащупал рычаг, наклонил кресло, взял тело водителя за талию и принялся пропихивать его между сиденьями.

– Голову ему придержите! – строго велел он парням, опасаясь, что дохлый барыга необычным наклоном сломанной шеи напугает мальчишек раньше времени. Командирский тон подействовал на парней безотказно. Антоша подхватил тело одной рукой под лопатки, другой под затылок, Том перехватил за талию, а Жека перекинул через спинку кресла остывающие ноги водителя.

– Посадите его между собой, – непререкаемым тоном приказал Жека, – и придерживайте голову. Том! Положи его голову себе на плечо.

– Ага, – завозился парень, – а что с ним?

– Плохо стало, – уклончиво ответил Жека, включил мотор, сделал погромче радио. Водила при жизни явно тащился от «Литл Биг», из колонок зазвучала бессмертная «Скубиду». Жека легко разобравшись, плавно отъехал от бровки. Две-три минуты ехали в молчании.

Наконец, Том сказал Тоше, – бро, тебе тоже это кажется?

– Что? – спросил Антон напряжённо.

– Что этот хрен не дышит, – сказал Том с тихим отчаеньем.

– Ну да, похоже на то, – согласился Тоша, – а почему?

– Да потому блять, – отчётливо проговорил Том, – что он дохлый нахер!

На несколько секунд вновь установилось молчание, Жека невозмутимо добавил акустической системе громкости и для предохранения барабанных перепонок приоткрыл рот.

– Сука! – Шёпотом начал Тоша, – он точно дохлый!

– А-а-а!!! – Парни, наконец, принялись орать, – а-а-а-а!!! Он дохлы-ы-ый! Бля-а-а-а-ать! Дохлый нахер! А-а-а-а!!!

Жека дал им немного покричать, убавил звук и спросил спокойно, – вы вот это сейчас кому пытаетесь сказать? Ему что ли?

– Н-н-не! Те-те-е-бе! – пролепетал братец.

Жека пожал плечами, – так я знаю! И знаешь почему? – Он сделал паузу для интриги, – да потому, что я сам свернул ему шею. И знаешь, за что? – Жека поймал в салонном зеркале испуганные глаза братика, сказал жёстко, – за то, что ты хотел купить у него наркотики. Понимаешь теперь, кто на самом деле его убил?

На Антошу и Тома его холодный, спокойный тон, облик «эмо» подействовали гипнотически, ребята замерли, вцепившись в мертвеца.

– Том, тебя домой? – спросил Жека, – давай адрес.

Пацан неуверенно улыбнулся, – да я же с вами в одном доме живу.

– Отлично, – сказал Жека.

Ребята на заднем сиденье притихли, немного успокоились. Однако тесное соседство с только что умерщвлённым таксистом показалось Тоше веской причиной для разговора.

– Жека! – неуверенно сказал он, – а как ты его убил?

– Взял за голову и сломал шею, – ответил Жека, не отвлекаясь от управления.

– Просто за то, что он хотел продать нам травы? – Удивлённо уточнил Антон.

– Нет, – равнодушно сказал Жека, – за то, что вы хотели купить у него травы. – Он весело взглянул в отражение глаз Антоши в салонном зеркале, – вас самих убивать нельзя, вы ещё маленькие.

– Смешно! – скривился Тоша, – но ведь ты его убил!

Жека не стал комментировать очевидное.

– Ты убил человека! – трагически воскликнул младший.

– И что такого? – рассеянно пробурчал Жека, понял, что для своего возраста ляпнул не то, поспешно поправился, – то есть это ужасно! Видите теперь, как вредно курить траву? – Он повысил голос, – спрашиваю – видите или нет?!

– Да, видим, – с готовностью ответили ребята.

– Вот и славно, – сказал Жека, паркуясь у обочины, – выходим.

– Но это ведь не наш дом! – заметил Том.

– Да, это полицейское управление, – согласился Жека, – можешь сразу идти признаваться в соучастии в убийстве таксиста.

– Каком соучастии? – опешил Том.

– Ну, парень! Вы ехали с ним в обнимку! Как ты докажешь, что это не вы затискали его насмерть? – Жека, обернувшись, серьёзно посмотрел Тому в лицо. – Подумай об этом, если пойдёшь в полицию.

– Я не хочу! – прошептал паренёк.

– Никто и не заставляет, – улыбнулся Жека, – представляешь, я тоже не хочу. Мы сейчас просто пойдём по своим делам…

– Но его же найдут! – воскликнул Тоша.

– Ну и что? – снисходительно спросил Жека.

– Тут же наши отпечатки! – С умным видом сказал Том.

– Это такси, – небрежно ответил Жека, – здесь могут быть чьи угодно отпечатки. Не ссыте, всё будет нормально. – Спросил зловещим шёпотом. – Главное запомнили?

– Что? – прошептал Тоша испуганно.

– Что курить вредно, – спокойно подсказал паренёк с белыми волосами, чёрным макияжем и в костюме какого-то пажа графа-вампира.

Получилось ну очень проникновенно, ребята кивнули и прошептали, – запомнили.

– Тогда выходим, – скомандовал Жека.

Ребята аккуратно «усадили» покойничка, вроде как, он уснул, запрокинув голову. Отошли от машины немного, Том попросил отвезти его домой, а то у него нет денег на такси. Автобусы ходят только в час пик, и до остановки здесь далеко. Жека спросил, где ж взять машину, Тошка посоветовал заглянуть в коммуникатор, должно быть приложение.

Жека порылся в функционале и сообщил, что у него тоже на счету ноль, нужен банкомат или киберкасса, а лучше отделение банка. В этот момент из здания полицейского управления вышел пухлый очкарик в полицейской форме и целенаправленно двинулся к оставленной парнями машине. Подошёл спереди, засунул под стеклоочиститель бумажку и неспешно пошагал обратно.

Ребята с интересом проследили за ним, и, когда пухлый скрылся за дверями полицейского управления, Тоша весело пояснил, – штраф ему за неправильную стоянку. Мы ж вышли и парковку в центре не оплатили. Минуту простоял без пассажиров, всё – нужно платить или нарушение.

– А что ж он не попробовал водиле вручить? – удивился Жека, – его ж видно вон!

– Будить не захотел, – ухмыльнулся Том, – на квитанции указано время. Пока не покажешь QR-код банкомату, считается, что машина там и стоит, оплачивается каждая минута.

– Если его не хватятся, – сказал Антоша, – будет в машине сидеть, пока от неё не завоняет.

– Ладно, – буркнул Жека и снова уткнулся в коммуникатор, – ага, относительно недалеко отделение банка. Пойдём, погуляем, а потом в кафе сразу – что-то есть охота, обед скоро.

Ребята шли по широким тротуарам, то и дело обходя припаркованные машины. Жеку подмывало пройтись просто по машинам – по капоту, по крыше, если седан, по багажнику, но он понимал, что всему должны быть пределы. Пусть всё в родном городе стало по-дурацки, это ещё не повод убивать всех подряд прямо на улице. На умной станции академии их с Джоном несдержанность привела к тому, что им закрыли доступ в приличные заведения. И на станции всегда можно было спрятаться в отсеках любимой компании! А тут в космос просто не удерёшь, вообще, чёрт знает, как отсюда удирать.

А сматываться придётся – это Жека чувствовал всё отчётливей. Нужно только с Тимом поговорить, узнать всё точно, помочь братцам, с малым пообщаться, да и возвращаться к своим, где никому ничего не нужно врать. Твой рейтинг – это фактически твои деньги, заслуженное положение… не то, что тут, как герой старой книги – тайный миллионер, как его… Тот же француз написал, что и про мушкетёров… А! Граф Монте-Лемонти… хотя это кроссовки. Или Кристи-Манисти… что-то такое, короче.

Банк располагался в помещениях старого казначейства, что занимало несколько подземных этажей и весь первый этаж небоскрёба делового центра. В обширном холле Жека сказал парням посидеть пока на диванчике, а сам сунулся к стойке, за окошками которой угадывались клерки. Он попросил обслуживание в отдельном кабинете.

Девушка-клерк подняла на маячившую в окошке его яркую личность и, сохранив на мордашке профессиональную невозмутимость, сказала, – если у вас нет в нашем банке сберегательного счёта больше чем на миллион долларов, с вас тысяча долларов.

– Пожалуйста, – Жека степенно полез за бумажником.

Девушка получила деньги, выбила чек и попросила подождать минутку, сейчас к нему подойдёт сотрудник. Действительно, через минуту подошла довольно эффектная девушка в костюме сотрудницы и попросила Жеку следовать за ней. Провела в отдельный кабинет и томно спросила, каких услуг ему пожелалось. Жека тепло вспомнил Лилю и Лёлю, даже Нэт и Сюзи, подумал с грустью, что здесь для него вряд ли так станцуют, и попросил перевод с номерного счёта. То есть ему нужен доступ к защищённой банковской консоли. Чёрт знает, на что рассчитывала сотрудница, она разочарованно указала Жеке на кресло у столика с голоэкраном и клавиатурой, а сама попросила нажать вызов, когда закончит, и оставила его одного.

Жека расположился в кресле, по памяти заполнил реквизиты, пять строчек цифр от одиннадцати до тридцати в длину. В конце набрал пароль и нажал кнопку «ввод». Теперь цифры реквизитов изменятся по сложной формуле, а пароль сменится на следующий из очереди – даже если за ним следили, это ничего никому не даст. Пришло сообщение, на счёт прилетели сто тысяч кредитов. Предупреждение, что для школьника это очень большая сумма, крайне желательно сообщить родителям или просто в полицию – это очень похоже на ошибку или мошенничество. Жека нажал кнопку вызова.

Обычным порядком, в общем зале поменял десять тысяч кредитов на миллион двести тысяч долларов Сайори и махнул ребятам, – пойдём.

На втором этаже небоскрёба располагались разные магазинчики и кафе, ребята отправились обедать. На Тома и Тошу ресторанчик произвёл самое выгодное впечатление, Жеке взгрустнулось – бедняги с детства слаще морковки ничего не видели. Интерьерчик так себе, аляповат, музыка в записи, официантки тупят и двигаются, будто в тройных полных памперсах. А сама кухня Сайори… ну, европейцы готовят всё-таки вкуснее.

Впрочем, Жека никак отношения не проявил, главное, что малышня в восторге. После десерта заказал для Тома такси, а сам с Тошей отправился покупать мотоцикл. Младшенький сначала не мог поверить, что у Жеки есть права, потом что тот просто умеет ездить… но права на телефоне всё-таки настоящие! Вне себя от счастья парень легко согласился даже первое время держать мотоцикл у них в комнате! Окрылённые братья зашли в магазин по профилю.

Жека нарочито выбрал модель самых агрессивных обводов и характера, естественно, матово-чёрную с лунным серебром. Пятьдесят тысяч долларов показались ему смешной ценой за такое чудо. Байк потреблял ту же смесь, что и шатлы! Роторное сердце механического зверя на форсаже переходило в режим плазменного двигателя, его подрывало над землёй! Жеке загорелось немедленно опробовать. Парни покинули магазин на собственном мотоцикле по служебному выезду на городскую развязку специально для покупателей.

Баловаться форсажем с младшим братиком за спиной Жека не решился, тот и так вдавился в него, как только мог. Пилота перехватчика «инвалидская процессия» на путепроводах третьего уровня и умиляла, и раздражала слегка. Они обходили всех в произвольном порядке, непринуждённо меняли полосы, практически на боку входили в повороты.

К Тошиному облегчению до дома доехали за пять минут, однако именно с этого момента и поджидала их полоса разочарований. Во-первых, на Жекин коммуникатор пришли пятнадцать сообщений от транспортного отдела о штрафах. Жека, поморщившись, включил автоплатёж. Во-вторых, этот тупой, занудный умный дом не пустил их в лифт с мотоциклом! У него, видите ли, грязные колёса! Братцы попёрли игрушку на двадцать третий этаж по аварийной лестнице.

Тим был дома и явно не в духе. На том же дурацком основании, что у мотоцикла грязные колёса, запретил прокатить его через прихожую и зал. Попытки пронести мотоцикл на весу провалились, Жека выбрал слишком взрослую модель. Не помогли так же клятвенные заверения обоих, что они отмоют полы. Тим не разрешил даже набрать воды и вымыть колёса на балконе – воды не во что набрать, не в кастрюлю же, да и кто позволит на балконе мыть мотоцикл!

Тим посоветовал впредь думать бошками. А сейчас вернуть мотоцикл обратно или снять для него гараж. Антон быстренько нашёл сайт объявлений, к сожалению, гаражи отдельно сдавались слишком далеко, за городом, а на относительно приемлемом удалении шли в комплекте с домиками. Хотя сожаления в облике Антона не наблюдалось, скорее наоборот, ему очень понравилась такой оборот.

«– Ну да, можно будет обойтись без бассейна», – улыбнулся про себя Жека. Тут же связался с владельцем миленького коттеджа и договорился о встрече. Парни попёрли мотоцикл с двадцать третьего этажа.

Глава 7

Ребята запросто нашли адрес, хозяин, Майкл, радушный дядька средних лет с пузечком и лысинкой ждал их на месте. Парням понравились гараж и домик на три комнаты, ещё и веранда. В крохотном палисадничке что-то росло, мужик выговорил для себя право ухаживать за растениями, туда есть отдельная калитка с улицы. В остальном условия показались Жека очень подходящими – какая-то тысяча долларов за месяц аренды! Дядька со своего коммуникатора связался с робо-нотариусом, спросил номер Жекиного телефона. На его прибор пришёл контракт, Жека отметил «согласен», со счёта списали оговоренную сумму, договор вступил в силу.

В принципе у них уже появился свой дом, но ведь нужно поговорить с Тимом и вообще… Парни вызвали такси, а пока ждали, пили с хозяином на веранде чай и болтали о жизни. Майкл сказал, что район у них в целом спокойный, хоть и полно мигрантов, приезжие неагрессивные, только настоятельно советовал запирать двери и ворота, а так же не оставлять без присмотра одежду на просушку.

Вскоре приехала машина и, наконец, закончилось долгое возвращение из школы. С Майклом толком поговорить не успели, зато Тим сразу принялся потчевать братьев лёгким полдником и мудростью заодно. Как всегда Жека получался болван – просто ездить на такси в школу и обратно до самого выпуска получилось бы дешевле. А сейчас как он себе всё представляет? На такси за мотоциклом, в школу, со школы, и снова на такси домой?

– А мы по очереди, – с умным видом изрёк Тоша. – Сначала Жека будет за мной приезжать и завозить со школы, а потом я сдам на права и буду его возить. Или ещё как-нибудь придумаем.

– Гитару чтоб свою завтра же увёз! – Решительно заявил Тим.

– Бро, не дуйся, – смутился Жека, – мы ж тебя не бросаем. Так только, ну, будет домик с гаражом, тебе тоже понравится!

Тим сказал, что и не думал дуться, согласился, что, если Жеке это не напряжно, пусть будет домик. Разговорились, Тим принялся рассказывать о ситуации в городе и отдельно о таких районах. До нападения коттеджи среди жителей Троллина особой популярностью не пользовались. Обособленность требовала определённых жертв и стоила неудобств. Для начала взималась повышенная плата за пользование водопроводом, канализацией, за электричество и вывоз мусора, и строго по расписанию приходилось самим носить к мусорным машинам баки. Управлялись они роботами, уговаривать подождать их было бесполезно. Кстати, это были единственные транспортные киберы, что использовались в районах одноквартирных домов, жители ездили в основном на мопедах – в магазин, на почту или на остановку городского автобуса, за пределы района иначе выехать было нельзя.

Вот и сложилась странная для других планет ситуация, когда квартиры в громадных роботизированных домах стоили дороже коттеджей, ведь строились они не из-за стоимости земли, а из соображений удобства и простоты снабжения. К сожалению вся управленческая, инженерная, офицерская часть общества во время нападения стала пленниками парализованного города, и кто его оживил, тот и продиктовал правила.

Новая администрация по своему составу почти не отличалась от старой, да и сама жизнь чиновников практически не изменилась – та же карьерная лестница, сверху нависает задница, которую требуется подсидеть, снизу ничего не желающие делать и понимать подчинённые, кругом враги. Чинам муниципалитета, полиции, офицерам сил самообороны было предписано даже арендовать или покупать квартиры только в робо-хаусах.

Тим потупился в чашку, замолчал почти на минуту, наконец, хрипло заговорил, – я давно собирался вам сказать… да Жеку увезли, а Тошка болел, потом… в общем, ребята, простите меня. За родителей, за всё. Они же хотели увести нас в миры Тирании, всех нас, долго меня уговаривали…

Он вздохнул и продолжил с тихим отчаяньем, – но я ведь не знал! Понятия не имел, какое дерьмо этот общественный прогресс! И на эту плесень я променял жизни родителей, чуть не потерял вас…

Он глухо договорил, – простите меня.

Ребята помолчали, Антоша как бы про себя заметил, – славные настроения у служащих муниципалитета!

Жека сказал справедливости ради, – ну, это, походу, только у Тимохи.

– У других хуже, – криво улыбнулся Тим, – ты видел, каким я бываю. Остальные всегда такие. А у меня есть вы и э…

– И Ника? – простодушно спросил Тоша.

Тим не ответил. Помолчали, Жека попросил рассказывать дальше, что стало с жителями.

– Ничего особенного не случилось, – пожал старший плечами. Коттеджи выгодно сдаются мигрантам, они хорошо платят, но жильё быстро ветшает – голов по десять живут в каждой комнате, и ещё десять в гараже. Так всё-таки лучше, чем в лагере, там полный мрак… вот мигрантам после нападения стало совсем хреново! Всё, что делали жители и киберы, теперь делают они просто за препараты. Ну, ты в курсе, что планета тяжёлая?

Жека кивнул и спросил осторожно, – а что стало с универом? В школе какие-то странные предметы, старых кружков нет.

– Исчез универ, – вздохнул Тим, – то есть университетский городок на месте, только люди и оборудование незаметно исчезли. Преподают там теперь право с левом и всякую такую хрень. Как у вас в школе, примерно.

Он заговорил жёстче, – ты пойми, что мы тут заложники. Нам просто некуда бежать из робо-хаусов, пока дети по закону об образовании ходят в городские школы, а закончив, по планам СЕМа, они станут такими же дебилами и мразями, как все они.

Тим саркастически засмеялся. – Так-то планета живёт, как жила, и я опять не знаю как. Только сейчас я точно понимаю, что ничего не понимаю, а раньше считал себя самим умным. Крупные мегаполисы словно изолированы, их никому не рекомендуется покидать – просто не гарантирована безопасность. Вообще-то связь работает, транспорт, наверное, где-то строятся другие города, продолжает работать универ, а может, и не один.

Он воскликнул, – не знаю! Если бы вы погибли… я бы рано или поздно стал убивать европейскую сволочь. А сейчас медленно схожу с ума!

– Не надо, бро! – Попросил Тоша.

– Да, всё будет хорошо! – убеждённо проговорил Жека.

Утром Антон и Жека отправились в школу на автобусе. Тошка кривясь поведал, что прогуливать можно до половины уроков, если больше – система фиксирует прогул. У Тима будут проблемы, если слишком много прогуливать, да и ни к чему оно, не мешки ведь ворочают. Жеке и самому стало интересно разобраться. Предметы его почти не волновали, он поглядывал за одноклассниками.

Ребята чётко делились на мрачноватых, неулыбчивых местных и странно развязных пришлых. Жека уже видел такие рожи там, в учебке. Так же виновато улыбались, потом недолго торжествовали поляки, да и другие ребята из европейских миров между собой что-то постоянно выясняли. Они унижались и унижали других.

Жеке казалось это идиотизмом, пустой тратой эмоций, как они все не понимали, что их ждёт гибель! А ведь так и случилось – вернулись всего тридцать из семидесяти девяти! И вот он сталкивается с тем же явлением на родине, только в этот раз его назвали учителя на уроках. Оказывается, это доминирование! К нему нужно стремиться! За него следует бороться!

Жеку весьма огорчал Антон, его явно тянуло к чужакам, к их «свободному» поведению, к «независимости» суждений. Эти европейцы так же запросто, как пытались его нагнуть, «признали» эмо Жеку, будто не он избивал их ногами более часу. И Тошка, дурачок, наверно, думает, что они его приняли в компанию просто так, не потому, что его братец им всем мог в любой момент посворачивать шеи.

С точки зрения Жеки, Ника была единственная, кто не мог соглашаться с доминированием и прочим «быкованием», и предмет у неё назывался «конфликтология». Ему хотелось обсудить с ней проблему в неформальной обстановке какого-нибудь кафе после уроков.

Отсидели четыре урока и втроём, Тоша позвал Валю, поехали на такси смотреть новый домик. Только заехали на квартиру за гитарой, усилителем, колонками, и так по мелочи прихватили. В новом домике Жека отозвал брата в сторонку, велел соблюдать приличия и перевёл ему на счёт десять тысяч на расходы – чтоб по пустякам не звонил. Тошка с Валиной помощью радостно принялся обустраиваться, а Жека выкатил мотоцикл прокатиться. По расписанию в тот день конфликтология была пятым уроком, он думал предложить Нике подвезти её домой.

Он проехал прямо к школьному крыльцу, прокатить мотоцикл через калитку охранник запретить не мог, пусть и не открыл ворота. Она очаровательно смутилась, сказала, что рада будет покататься, только не очень быстро, а то ей первый раз страшно. Жека протянул ей Тошкин шлем, помог застегнуть ремешок. Чинно, немного даже тожественно подъехал к воротам и принялся сигналить. Дождался, когда охранник откроет ворота, погудел ему на прощанье и выехал на дорогу.

Пугать девушку он не собирался, рулил плавно-элегантно, очень мягко остановился у кафе.

Ника воскликнула, – а мне понравилось! Совсем нестрашно!

– Покатаемся потом обязательно, – пообещал Жека и пригласил Нику на обед, она немного жеманно согласилась.

«– Опять что ли первый раз»? – простонал про себя Жека и повёл Нику с парковки в зал.

Они заняли столик, Жека продиктовал заказ подскочившему официанту.

Когда он убежал, Ника восхитилась, – ты говоришь по-французски!

– Да запомнил просто несколько фраз, – соврал Жека, – от родителей нахватался.

– Странно, – простодушно сказала она, – а Тим не запомнил ни одной. – Ника смущённо улыбнулась, – он первый пригласил меня в кафе, ты второй. У нас не принято звать девушек в рестораны, могут обвинить в домогательствах.

– Да? А как же э… – Жека скосился на другие столики, за которыми дамы сидели с кавалерами.

– А это или местные или э… – девушка так мило покраснела, Жека аж умилился.

Принесли первую перемену, молодые люди занялись едой. После второй перемены Жека осторожно начал расспросы о доминировании.

Лицо Ники стало печально, – ты уже заметил? Впрочем, трудно было не заметить этого в тюрьме. Да, это проклятье нашего мира. Я пошла в психологию, на службу потому, что э… тоже подвергалась в школе булингу. Хорошо, что у моих родителей хватило влияния и денег, чтобы просто забрать меня из школы и поместить в особый пансионат. Иначе дело могло закончиться скверно.