Дракон Потапов у динозавров

Глава 1. Пирожное не сбежит!

Драконы расположены на Земле неравномерно. Впрочем, это относится не только к драконам. Например, у кого-то море из окна видно, а кому-то до него надо три дня ехать, и то приезжаешь не на Красное или Чёрное море, а на Белое или Баренцево. Все хорошие вещи – драконы, моря, острова, настоящие волшебные мечи и пирожные – распределены несправедливо. Драконы, например, обычно скапливаются в складках времени и пространства. На Урале как раз очень подходящие складки. Миллионы лет назад будущая Европа наползала на будущую Азию, гигантские каменные плиты столкнулись лбами и смялись, как машины при аварии, а снизу ещё поддали жару вулканы, от которых теперь и следа не осталось. В этом смятом пространстве постепенно накопились драконы. Жили они хорошо, дружно, не то что люди. Войн и мятежей не устраивали, а если какую корову или принцессу съедали, так не со зла, а от голода. Постепенно сделались уральские драконы совсем цивилизованными, построили город, назвали не очень оригинально: Город Драконов.

Вот в этом городе и жили друзья: трёхголовый дракон Потапов, огнедышащий дракон Кетчуп, пожилой дракон Анакондыч, юный дракон Стасик, авантюрный дракон Кузя, молчаливый дракон Эверест и многие другие. Самый знаменитый был, конечно, Потапов. И не потому что трёхголовый, а потому что спасательный. Тут не в количестве голов дело, а в качестве. Потапов всё время кого-то спасал и кому-то помогал. Даже странно. Спасать кого-то – очень неприятное и хлопотное дело. Ты его спасёшь, а он тебя за это выругает или даже по шее даст. Или за хвост дёрнет, если у тебя есть хвост. У Потапова хвост был. Так этот хвост время от времени даже пришивать приходилось, так часто спасённые его дёргали. Принцесса натренировалась и присоединяла оторванный хвост тремя стежками.

Принцесса – это жена Потапова, она на него с неба однажды свалилась. По традиции драконы принцесс или едят, или на них женятся. Потапов на своей женился, потому что был травоядный (кроме колбасы) и съесть её никак не мог. Оказалось, правильно поступил. Принцесса попалась очень качественная. Потапову она прямо здорово нравилась, и он ничуть не жалел, что не слопал её.

И вот однажды говорит Потапов Принцессе:

– Испекла бы ты, Принцесса, колобок какой-нибудь. А то ужинать пора.

– А у меня муки нету, – отказалась Принцесса, сидевшая на диете для похудания.

– А ты по амбару помети… – намекнул Потапов, хотя и знал, что никакого амбара у них нет, и даже что такое «амбар», он толком не знает.

– Чем мести-то, у нас же пылесос, – заметила Принцесса. – Лучше сходи-ка ты, милый муж, в кондитерскую за пирожными. Колобки, насколько я помню сказку, имеют обыкновение удирать: с окошка на завалинку, с завалинки на травку, с травки на дорожку и так далее. А ни одно пирожное ещё от меня не сбежало.

В Городе Драконов имелись и школа, и больница, но самым любимым учреждением была кондитерская.

– Ты же на диете! – удивился Потапов.

– У меня специальная пирожновая диета, очень полезная, – сказала Принцесса. – Мне купи две трубочки с пломбирным кремом, пожалуйста, один эклер с заварным кремом и две корзиночки с клубникой и ананасами на ванильном зефире. И два слоёных «наполеона» на всякий случай.

Потапов радостно отправился за пирожными. Идёт он, предвкушает, как накупит целый мешок разных сладостей, и начнут они с Принцессой ужинать. И вдруг видит ужасное: на улице у соседнего дома стоит дракон Стасик с сигаретой в зубах, с зажигалкой в руке, синенькой, пластмассовой! Стасик – самый младший дракон, он ещё в школу ходил, в седьмой класс. И мечтал стать огнедышащим, как дракон Кетчуп. Ну и пытался этого достигнуть разными способами, иногда глупыми. То спичек наестся, то с фонариком во рту гуляет. А теперь вот ещё хуже.

Потапов взревел и бросился на Стасика. Тот заметил Потапова, сигарету выплюнул – и бежать! Потапов за ним. Стасик от него по улице – куда спрятаться? Заскочил в кондитерскую. На прилавке стояло блюдо с пирожными. Стасик быстро запихнул зажигалку в пирожное, лежавшее с краю, прямо в крем. И вовремя: в дверь ввалился разъярённый Потапов.

– Ах ты мячик облезлый! Ах ты эклер взорвавшийся!

Потапов не любил и не умел ругаться. А когда приходилось, всё время забывал текст.

– А что? – невинно спросил Стасик, хлопая ресницами.

– Разве ты не знаешь, что курить вредно? От сигарет чешуйки драконов свёртываются в трубочку! А хвосты отваливаются! А кишки вскипают и испаряются!

– Я вообще не курю и даже не знаю, как это делается, – наврал Стасик. – Видишь, Потапов, у меня нет ни сигареты, ни зажигалки.

И руки показал. Смотрит Потапов – и правда, нет никаких улик.

– Тогда извини, пожалуйста, – остыл Потапов. – Наверное, мне показалось. Я видел зажигалку, синенькую, пластмассовую.

– Вы что-нибудь покупать будете или ругаться? – спросила продавщица.

– Лучше покупать, я не люблю ругаться, – решил Потапов. – Мне вон тех пирожных десять штук и вон тех тоже десять. И эклеры. И корзиночки с земляникой и ананасами. И два слоёных «кутузова». Или «цезаря»?

Набрал полный пакет и пошёл домой. И Стасик тоже к себе отправился. Так обыкновенно началась эта необыкновенная история.

Глава 2. В мезозой прямым рейсом

После ужина Потапов заболел. Вроде и немного съел, всего шестнадцать пирожных. А в животе так и жжётся. Несильно, но противно. Вечером жглось и утром не проходит. Потапов почитал в интернете: если в животе жжётся, это называется «изжога». А болезнь называется «гастрит».

– Срочно беги к доктору, – сказала утром Принцесса. И Потапов отправился в больницу.

– Ай-я-яй, – сказал доктор. – Жжётся, говорите? Изжога до еды? И после еды? И вместо еды? Да, это гастрит, болезнь желудка. Наверное, вы много едите жареного, жирного, острого.

– И вовсе нет, – возразил Потапов. – Жареного не ем, я травоядный (кроме колбасы). И острого не ем, я ни разу в жизни ни гвоздя, ни кинжала не проглотил. И жирного не ем. Вот вчера скудно поужинал одними пирожными. Всего шестнадцать штук.

– Какой ужас! – воскликнул доктор. – Ни один желудок такого издевательства не выдержит. С этого дня – строгая диета. Никаких пирожных. Никаких пирожков. Никакой колбасы. Вообще ничего вкусного нельзя. И хорошо бы вам, голубчик, на курорт съездить. Попить минеральную водичку, попринимать морские или горячие ванны, погреться на южном солнышке. И главное – не волноваться. От волнений гастрит превращается в язву желудка – оно вам надо?

Потапов очень огорчился по поводу диеты. Зато обрадовался по поводу курорта. Пошёл он домой и думает, где бы ему курорт найти с минеральной водой и морскими ваннами. Идёт по улице и видит: на доме его приятеля, дракона Кузи, вывеска: «Турестическое бюро». И ниже подписано: «Для путешествий». Рядом на лавочке сидит грустный Кузя и гадает на ромашке: «Поедет – не поедет, денег пожалеет, купит перелёт – в Италию пошлёт». Выпало «поедет».

– Кузя, ты неправильно написал, слово «туристическое» через И пишется, – сказал Потапов. – Проверочное слово «турист».

– Ах вот почему у меня никто путёвки не покупает! – обрадовался Кузя. – Просто я неправильно написал. Уже полдня как я открыл туристическое бюро. А никто ещё ни одну путёвку не купил.

И исправил ошибку.

– Теперь хорошо, – похвалил Потапов.

– Тогда купи путёвку, – сказал Кузя. – Вон у меня на двери рекламный проспект.

Потапов начал читать:

«Италия (рейс через Москву)

Испания (рейс через Москву)

Греция (рейс через Москву)

Марс (рейс через Москву)

Мезозой»

– Италия – это интересно, – сказал Потапов. – Но я не хочу через Москву. И Испания – тоже интересно. И тоже через Москву. Даже Марс через Москву!

– На Марс не советую, – сказал Кузя. – Очень долго лететь. Сто лет. Или девяносто девять, если в бизнес-классе.

– А мезозой – это что? – не понял Потапов.

– Это такое древнее время, много миллионов лет назад, когда жили динозавры, – пояснил Кузя. – Тогда было очень тепло. И здесь было море.

– Мне доктор как раз прописал погреться на солнышке и покупаться в море, – одобрил Потапов. – А в мезозой тоже через Москву?

– Нет, в мезозой прямой рейс.

– Вот это мне подходит! – обрадовался Потапов. – Не люблю летать с пересадками.

– Лететь и не придётся, это путешествие на машине времени, – сказал Кузя. – Военные разработки, оборонная промышленность. Не знаю, наша или заграничная. Планировалось перемещаться на ней в будущее за ещё не изобретённым космическим оружием, но оружие в машину не влезло. Не сомневайся, это настоящая машина времени. Правда, не вся целиком, а только её часть. Поэтому не во все времена можно. В Древний Рим, например, нельзя, и к египетским фараонам тоже не получится. А в мезозой – пожалуйста. Не очень популярное направление.

– Почему только часть? – не понял Потапов.

– Потому что целиком очень дорого, вот я часть и купил, – объяснил Кузя. – Какой-то мужик продавал задёшево.

– Покажи, – попросил Потапов.

Кузя распахнул входную дверь, Потапов вошёл. В маленьком коридорчике, куда выходили проёмы кухни и комнаты, было пусто, находилась только вешалка с Кузиной курткой и две большие картонные коробки, примерно по колено Потапову. В одной коробке стоял стул. Во второй – какой-то слегка заржавелый агрегат, похожий на мотор от трактора. По крайней мере, так Потапов представлял себе мотор от трактора. Хотя сам трактор он как горожанин не видел. На агрегате сверху было прилажено что-то вроде будильника.

– Это машина времени? – разочарованно спросил Потапов.

– А что тебе не нравится? Её разработало какое-то очень засекреченное научное бюро. Не драконье, конечно, а человеческое. Ну ты же знаешь этих людей, они всё время что-то изобретают. И засекречивают.

– А стул? Он тоже засекреченный?

– Нет, стул мой. Он в свободном доступе. Я его из кухни принёс. Неудобно же стоя путешествовать через миллионы лет. Залезаешь в коробку, садишься на стул, сдвигаешь стрелку на «триас» или «юру» или «мел», нажимаешь на кнопку и летишь.

– А при чём тут мел? И кто такой Юра? – спросил слегка сбитый с толку Потапов.

– Это периоды, ну, кусочки мезозоя. Я всё выучил специально, чтобы заказчикам рассказывать. Сначала был триас, 252-201 миллион лет назад, в нём динозавры только-только появились. Потом юрский период, 201-145 миллионов лет назад, в нём было много разных динозавров. Потом меловой период, 145-66 миллионов лет назад. В нём жили самые знаменитые динозавры. Например, тираннозавр.

– О, я знаю юрский период! – вспомнил Потапов. – Я кино смотрел. Вот туда я и поеду. Но ты уверен, Кузя, что тогда не было тираннозавров? В кино они были.

– Я уверен, – сказал Кузя. – Режиссёры тираннозавров в кино для интересу вставили.

– Тогда можно и поехать. А то какое лечение, если вместо врачей – тираннозавры. Мне доктор запретил волноваться, а тираннозавры меня всегда волновали. Кузя, а как я обратно вернусь?

– С той стороны есть такая же коробка, только без стула, – объяснил Кузя. – Потому что стул у меня один. Точно так же залезаешь в коробку и нажимаешь на кнопку. Второй машины времени у меня нет, поэтому можно только вернуться назад. Давай, залезай. Ключ на старт!

– Погоди, я только домой забегу, – сказал Потапов. – Надо Принцессу предупредить, что я на курорт отправился, а то волноваться будет. А можно нам с ней вдвоём поехать?

– Я же тебе сказал, что стул у меня один, – не пустил Принцессу Кузя. – Места нет.

– Тогда я вещи возьму. Полотенце, мыло, зубную щётку… что там ещё?

А в это время…

(отрывки из незастенографированного секретного заседания очень секретной организации)

– И ничего не удалось сделать?

– Ничего, господин генерал. Международная федерация экологов и ГРИНПИС запретили использовать машину времени, на изготовление которой мы потратили столько миллиардов. Мы наняли лучших адвокатов, которые доказывали, что ни в Конституции, ни в Уголовном Кодексе нет запрета на передвижения во времени. Мы твердили, что поедем в будущее за лекарствами для безнадёжных больных, а не за оружием для космических войн. Но нам не поверили.

– Странно. Обычно верят.

– Времена меняются, господин генерал.

– Но-но, без вольнодумства, майор! Что дальше?

– Дальше – план В. Конструкторы разобрали машину времени на несколько блоков и очень дёшево продали разным организациям. Частным клиникам – чтобы сгонять в будущее за лекарствами. Нелегальным якобы-археологам – чтобы найти золото инков или иные старинные клады. Туристическим фирмам – чтобы они продавали путёвки в будущее и прошлое. Наши люди должны были поехать как врачи или как туристы, или под иной маской. Но Международная федерация экологов перекрыла временные каналы! Ни один человек теперь не может ими воспользоваться.

– Печально. Вы закрыли проект?

– Нет, господин генерал. Самый маломощный временной агрегат купил какой-то дракон из Города Драконов. Он тоже устроил турбюро. Но ошмёток машины времени может переносить только в мезозой.

– Это где? В Сибири?

– Это древнее время, господин генерал, 250-66 миллионов лет назад. Тогда миром правили динозавры.

– Ах да, я смотрел кино про динозавров. Там ещё был такой ужасный… на задних лапах. Но зачем нам это?

– Для разработки биологического оружия. Мы переносим из мезозоя несколько тираннозавров, дрессируем или зомбируем их – и вот готовая непобедимая армия. Да что там несколько – одного тираннозавра хватит, чтобы наши учёные из клетки его тела клонировали тысячи боевых единиц.

– Да кто же понесёт эдакую тушу? Они же громадные, как дом!

– Можно добыть яйцо. Оно не больше метра.

– А насиживать его будет Отдел секретных операций в полном составе? Ха-ха. Это шутка.

– Ха-ха, господин генерал. Восстановим инкубатор, оставшийся после предыдущей разработки биологического оружия МСБ-213.

– Не напоминайте мне об этом провале. Вы сказали, что временные каналы закрыты, и ни один человек не может ими воспользоваться?

– Ни один человек. Но к драконам это не относится. Драконы как потомки динозавров не нарушат в мезозое экологическое равновесие… или умники из Международной федерации экологов про них просто забыли.

– Хм. Остроумно. Вы завербовали дракона?

– Нет, зачем лишние хлопоты. Мы просто попросим путешественника во времени захватить из мезозоя небольшой сувенирчик. Если он едет в юрский период – то захватить сувенир из юрского периода.

– Для любимой матушки? Ха-ха. Это шутка.

– Ха-ха, господин генерал… нет, это не шутка, а великолепная идея! Именно для матушки! Господин генерал, вы гений стратегии!

– Да, я знаю. А в чём заключается моя идея?

– Это неважно. Предоставьте всё мне. Операция будет называться, допустим, «Рембрандт».

Глава 3. Разбивается ли сердце?

Принцесса, конечно, не обрадовалась, что Потапов куда-то без неё едет. Но что делать, здоровье важнее всего. Она собрала ему в небольшую сумку всякую мелочь и велела надеть свитер. Потапов возразил было, что там тепло, но Принцесса всё равно свитер сунула, потому что она только что его довязала – красивый, с тремя воротниками на три шеи – и очень им гордилась. Ещё Потапов взял в библиотеке книжку «Краткий определитель доисторических животных» и диетическую шоколадку из молочного шоколада. Молоко же диетический продукт, значит, и молочный шоколад тоже диетический.

Идёт Потапов по улице и слышит – слева в переулке кто-то плачет. Да не просто плачет, а прямо рыдает с подвыванием. Потапов, конечно, сразу свернул налево – спасать. И видит: сидит на скамеечке драконша странного вида. На голове платок по самые глаза, всё лицо закутано, платье длинное, на руках перчатки, из-под подола хвост драконий торчит, весь блестящий, будто его только что отлакировали. И причитает приятным баритоном:

– Ой да что же мне, бедной-несчастной, делать, да как же теперь жить? Да как же мне вызволить моё дитятко ненаглядное! Да лучше бы злодеи меня похитили! А ребёночка пожалели! Да я теперь такая мать разнесчастная!

– Чего? – не понял Потапов. – Вы что плачете?

Драконша вытерла слёзы подолом и деловито сказала:

– Да как же мне не плакать, коли такое горе! Злые тираннозавры похитили моё яйцо и отвезли в юрский период.

– Зачем? – удивился Потапов. – Неужели съесть? У них там голод?

– Нет, – возразила драконша. – Не знаю, зачем. Наверное, чтобы воспитать из моего сыночка боевого тираннозавра с ядерным наведением.

Потапов как-то не нашёлся с ответом. А драконша неожиданно сказала:

– Господин Потапов, вы же всё равно туда едете. Отберите у тираннозавров моё яйцо и привезите мне. Что вам стоит.

– Э-э-э… – замялся Потапов. Он, конечно, всех всегда спасал, но не до такой степени, чтобы на десятиметровых тираннозавров нападать. И тут его осенило:

– Мадам, но в юрском периоде нет тираннозавров! Они появятся примерно на сто миллионов лет позже, в меловом периоде!

– Да? – растерялась драконша. – Ну тогда… тогда… тогда всё равно привезите мне моё яйцо! Какая разница, кто его похитил? Главное – вернуть его несчастной матери. Несчастная мать – это я, если вы не поняли.

– Да как я найду ваше яйцо? – воскликнул Потапов. – На нём написаны имя и фамилия?

– Вам подскажет материнское сердце! – торжественно провозгласила драконша.

– Но я же не мать, и сердце у меня не материнское, – возразил Потапов, совершенно не собиравшийся рыскать по юрскому периоду в поисках непонятно какого яйца.

– Зато у меня материнское, вот оно и подскажет, – вывернулась драконша. – Я же мать. Вы обещаете спасти моего ребёночка от ужасной судьбы?

– Ничего я не обещаю, вдруг я его не найду, – проворчал Потапов.