Маленький секрет Энджел

Kim Lawrence

A Secret Until Now

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

© 2014 by Kim Lawrence

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Пролог

Лондон, лето 2008 г., отель

Глаза Энджел привыкли к темноте. С того места, где она лежала, часов не было видно. Однако, судя по тоненьким лучикам света, пробивавшегося сквозь щели темных штор, уже настало утро.

Утро после прошлой ночи.

Она вздохнула и огляделась в незнакомой комнате. За свою жизнь она побывала в десятках таких мест и избегала их, если только у нее была возможность, потому что они вызывали у нее депрессию. Вызывали… Она улыбнулась от того, что невольно использовала прошедшее время. Эта комната была другой. Но не из-за обстановки. Все по-другому из-за того, что она не одна. Энджел замерла, когда мужчина рядом с ней пробормотал что-то во сне, и ее внимание моментально переключилось на него.

Она резко вздохнула, когда он, лежа на боку, неожиданно закинул одну руку под голову, отчего обозначились его мускулы на спине. Его лица она не видела, было слышно только равномерное глубокое дыхание. Разбудить его? Подойдя ближе, Энджел заметила темные круги под глазами. Они подсказывали, что мужчина, скорее всего, нуждается в отдыхе и полноценном сне. Она заметила это в тот же момент, когда увидела его. Энджел никогда не считала себя особенно наблюдательным человеком, но тут каким-то удивительным образом один взгляд на него оставил неизгладимый отпечаток в ее памяти.

Хотя, надо признать, его лицо было особенным. Его не портили морщинки образовавшиеся от утомления в углах его широких чувственных губ, ни темные тени, лежащие под совершенно невероятными глазами. В этих магнетических голубых глубинах отражались цинизм и злость. Она вызвала его ярость, но не ярость заставляла подгибаться ее колени, и не драматичная близость к смерти, и не то, что он спас ей жизнь. Дело было в нем самом. Он излучал невероятную мужественность, которая оказала на нее сокрушительный эффект, отчего она потеряла возможность дышать, горло сжало от избытка эмоций, и ее словно снесло огромной волной желания.

Энджел не потребовалось много времени на то, чтобы принять решение. У нее даже не возникло мысли о том, что может быть иначе. Вся ее вселенная сосредоточилась на одном этом незнакомце, и она знала, что должна быть с ним. Она хотела его, и по его глазам видела, что он хочет того же самого.

Что еще имело значение? Прошлой ночью не было места никаким вопросам.

Энджел всегда была абсолютно уверена, что с ней такого не может случиться. Что задавать себе вопросы надо до, а не после. Но вчера она нарушила все правила.

Этот мужчина не просто спас ей жизнь. То, что она к нему чувствовала, даже близко не было похоже на благодарность. Но истинную природу этого чувства она не могла разгадать. Вся ее жизнь, все ее установки перевернулись с ног на голову. Она понятия не имела, почему это произошло, но сопротивляться было все равно что бороться с цветом глаз или группой крови.

– Бог мой, как же ты красив! – Ее хриплый голос был мягким и полным благоговения, когда она протянула руку, чтобы прикоснуться к его темным волосам.

Ее собственный цвет волос часто называли черным, но его был на два тона темнее, а ее кожа, имевшая теплый оливковый оттенок, смотрелась почти белоснежной по сравнению с его загорелым бронзовым телом. Этот контраст восхитил ее, когда она впервые увидела их переплетенные тела – не только цвет кожи, но и разницу во всем: его твердость против ее мягкости, его жесткие волоски на теле против ее женственной гладкости. Ей хотелось касаться его, пробовать на вкус…

Энджел не могла понять, почему она не чувствует усталости. Она не спала всю ночь, но ее чувства не притупились от изнеможения, а, напротив, заставляли ее тело пульсировать от наполненности ощущениями.

Уголки ее губ изогнулись от удовольствия, когда она потянулась с женственной грацией, ощущая в своем теле те мускулы, о существовании которых она даже и не подозревала. Как можно спать, когда наконец случилось то, чего она так ждала? Когда она нашла мужчину своей мечты…

Она вытянула руку, проводя пальцами над изгибом его плеча, борясь с соблазном прикоснуться к нему, сдернуть простыню, прикрывавшую нижнюю часть его тела. Ей было странно, что такие мысли ничуть ее не смущают. То же самое она чувствовала, когда раздевалась для него. У нее появилось ощущение, что так и должно быть, и сердце у нее замирало от возбуждения.

Но никакая фантазия не могла сравниться с тем восхищением, которое вызвало у нее его тело. Ее мышцы рефлекторно сжались от горячего, голодного ожидания возможности изучить каждый дюйм его мускулистого тела еще раз.

Его звали Алекс. На его вопрос, как ее имя, она ответила «Анджелина», хотя никто и никогда ее так не называл. Когда она только родилась, ее отец сказал, что она выглядит как ангел, оттуда все и пошло.

Она напряглась, когда он пробормотал что-то во сне, прежде чем перевернуться на спину и закинуть руку за голову, задев длинными пальцами изголовье кровати.

В слабом утреннем свете, который заполнил комнату, его кожа отливала золотом. Энджел не могла отвести взгляд от его широких плеч и мускулистой груди, покрытой темными волосками. На его поджаром теле не было ни одного лишнего фунта. Его можно было назвать совершенством. И прошлая ночь была совершенной, хотя и абсолютно не такой, как она ожидала. Не было ни боли, ни смущения. И Энджел отдалась этим ощущениям полностью, без остатка.

– Алекс…

Этот голос звучал музыкой в его ушах.

– Что случилось?

Он привык действовать, преуспел в решении кризисных ситуаций. Все дело только в умении сконцентрироваться. Отсечь все лишнее и сконцентрироваться.

Он переехал в офис после похорон и практически жил в нем последний месяц. Тут можно было помыться, поесть и поспать. Ну или хотя бы вздремнуть немного на софе. Это казалось разумным и устраивало его. Ему больше незачем было возвращаться домой.

Потом кризис закончился, и Алекс не мог придумать ни одной причины не идти домой, где он, по крайней мере, мог нормально поспать. Он действительно лег в постель, но вскоре проснулся, чувствуя себя очень странно, словно потерял ориентацию в пространстве… Свет проникал сквозь шторы в комнату. Чужую комнату. Черт возьми, где он?

Алекс заморгал и разглядел прекрасное лицо самой невероятной женщины, какую он когда-либо видел. Она сидела на кровати, глядя на него, а на ней не было ничего, лишь копна сияющих темных волос лежала шелковым покрывалом на ее груди.

Груди, которая так хорошо умещалась в его ладонях и имела вкус… Внезапно он все вспомнил. Черт!

– Доброе утро!

Его тело тут же отреагировало на ленивое обещание в ее улыбке, но, игнорируя горячее желание, от которого начала закипать его кровь, Алекс сжал зубы и спустил ноги с кровати. Чувство вины начало подниматься в нем, топя все остальные ощущения. Он сел, закрыв глаза. Он должен постараться как-то уменьшить нанесенный вред и не повторить ошибку, каким бы соблазнительным это ни казалось.

Она была воплощением греха, сочетая в себе восхитительный голос и совершенное тело, но это его ошибка, а не ее, и он должен покончить с этим.

– Я думала, ты уже никогда не проснешься.

Его спина напряглась, когда она прикоснулась к ней пальцами. Алекс постарался стереть с лица все эмоции, прежде чем повернуться к ней.

– Тебе нужно было разбудить меня. Надеюсь, ты из-за меня никуда не опоздала?

– Опоздала? – Ее голос задрожал.

Он встал и огляделся в поисках своей одежды.

– Я могу вызвать тебе такси?

– Я… не понимаю… Я думала, мы… – Ее голос замер.

Он смотрел на нее холодно.

– Послушай, прошлая ночь была… На самом деле она была просто фантастической. Но я не свободен.

«Не свободен». Энджел все еще не могла этого осознать.

Алекс ощущал, как чувство вины сжимает все его внутренности, но не собирался растягивать эту сцену. Он совершил огромную ошибку. Конец истории.

– Я думала…

Он резко прервал ее:

– Прошлой ночью у нас был просто секс. – Он говорил медленно, словно объяснял что-то ребенку или полной тупице. Холод в его глазах, как и сами слова, смутили Энджел.

– Но прошлой ночью…

– Как я уже сказал, прошлая ночь была великолепной, но это была ошибка. – Огромная ошибка, и он не поддастся соблазну повторить ее.

Энджел молча смотрела, как он пытается справиться со своей рубашкой, потом натягивает брюки, и автоматически потянулась за предметом, вывалившимся из его кармана и с металлическим звуком упавшим на пол как раз возле ее ног. Наклонившись, чтобы поднять его, она увидела, что это кольцо.

– Твое?

Он был чрезвычайно осторожен, чтобы не задеть ее пальцы, когда забирал кольцо.

– Ты женат?

Алекс подумал о том, чтобы сказать ей правду, сказать, что совсем недавно он был женат, что кольцо лежит у него в кармане, потому что друзья твердят ему, что он должен двигаться дальше. Но потом он понял, насколько легче и менее болезненно будет соврать. Это не облегчит чувство вины, прочно поселившееся в нем, но сделает проще их расставание, да и ей даст возможность пожаловаться своим подругам, что «этот мерзавец, оказывается, был женат».

– Прости.

Ее невероятные зеленые глаза вспыхнули огнем, когда она с королевским достоинством поднялась и презрительно произнесла:

– Ты – просто отвратительное ничтожество!

Последовавшая за этим пощечина заставила его зажмуриться. Открыв глаза, он увидел, как она исчезла в ванной комнате, громко хлопнув дверью.

Энджел ворвалась в ванную, прижав руки ко рту, надеясь добежать до унитаза раньше, чем ей станет совсем плохо.

Когда она вернулась в комнату, там уже никого не было. Энджел почувствовала к нему такую ненависть, какую в себе никогда не подозревала. Она ненавидела его даже больше, чем того мерзавца – маминого дружка, – который пытался лапать ее, когда ей было шестнадцать лет. Но единственным человеком, которого она ненавидела больше, чем Алекса, была она сама. Как можно быть такой глупой? Он поступил с ней как с гулящей женщиной, потому что она себя вела именно так.

К тому времени, когда она покинула комнату в отеле, ее слезы высохли, а на лице застыло решительное выражение. Энджел поклялась, что никогда, никогда больше даже не вспомнит о нем. О нем и о прошлой ночи. Ничего не было. Его просто не существовало. Это самый лучший выход.

Она могла жить дальше.

Глава 1

– Это же вторая крупнейшая в Европе рекламная компания, и…

– Ну а тебе-то что с того? – спросил Алекс, который слушал Нико, одновременно читая контракт.

Молодой человек пожал плечами:

– Ну, я слышал, там можно пройти практику.

Алекс закончил читать, поставил свою подпись на последней странице и положил бумаги в стопку документов, прежде чем откинуться на спинку стула и вытянуть длинные ноги. Размяв плечи, он с сожалением подумал о пробежке, которую обещал себе в качестве награды за утро, проведенное за работой. Не то чтобы ему было жалко времени для юноши – Нико был очень нетребовательным родственником, в отличие от других, которые воспринимали его как персональный банк. Он философски относился к этому, семья для него была очень важна.

– Я тебя слушаю.

Нико чувствовал себя не в своей тарелке под взглядом этих глаз. Их пронзительный голубой цвет, как и у его собственной матери, был очень необычным. Ему с самого детства казалось, что эти глаза могут прочитать его мысли. Он уже давно не был ребенком, но со своим дядей всегда оставался предельно честным – на всякий случай.

– Ты ведь знаешь, что отец предложил мне работу, и я очень благодарен за это, – торопливо заверил он.

– Но?…

– Но я бы хотел заняться чем-то, что никак не связано с тем, что я – его сын или твой племянник.

Благодаря Алексу кораблестроительная империя, основанная его греческим прапрадедушкой, возродилась после многих лет неграмотного управления и стала одной из самых известных историй успеха.

Но даже и без этого его дядя был бы баснословно богат, так как Алекс унаследовал нефтяную компанию своего прапрадеда из России, которого Нико даже никогда и не видел. Именно тогда Алекс передал повседневное управление своим корабельным бизнесом своему зятю, отцу Нико.

– Ладно, забудь об этом, – пробормотал Нико. – Я знал, что… Думаю, я знал, что тебе это не понравится. Просто мне хотелось произвести впечатление на того типа из рекламной компании. Надо было видеть его лицо, когда я упомянул твой остров, Саронию. Он засиял прямо как медный таз!

– Ты пытался произвести на него впечатление, за что тут извиняться? Или у тебя там есть личный интерес? Могу представить, что новое лицо этой косметической компании далеко не уродливое – возможно, кто-то из твоих подруг-актрис? Вы встречаетесь?

Пытаясь вспомнить ее имя, он рассматривал сайт этого косметического гиганта, который как раз и запускал новые духи. Алекс был не очень хорошо знаком с этим миром.

– Большое событие эти новые духи, да?

– Огромное! – заверил его племянник. – Они собираются запустить серию рекламных роликов, в которых будет участвовать одна и та же пара, всего шесть роликов, все очень красивые и очень высокого качества. У каждой серии будет свой захватывающий сюжет. Они наняли очень известного режиссера и одного актера из Голливуда на главную роль, хотя ему уже лет тридцать пять.

Алекс с трудом сдержал улыбку.

– Какой старый! – Приятно осознавать, что у него есть еще три года, прежде чем его запишут в категорию престарелых.

– Они хотят снять первые три ролика в экзотическом месте – песок, солнце, пальмы, как райский остров.

Понятно, почему Сарония так заинтересовала их.

В свое время остров был знаменит грандиозными приемами, которые там устраивал его дед. Спирос Теакис – известный любитель старлеток – щедро тратил доходы своей греческой судостроительной империи на вечеринки, которые считали за честь посетить все звезды того времени. Фотографии с тех легендарных празднеств до сих пор всплывали то тут, то там, так же как и истории о тех диких вечеринках, горячих романах и небывалых излишествах. Однако большинство людей упускало из виду тот факт, что особняк позже сгорел от удара молнии. Никто из гостей чудом серьезно не пострадал, но дом так и не был восстановлен. Состояние его деда таяло на глазах, и это место постепенно стало необитаемым.

Алекс из любопытства съездил туда. Эмма, которая составила ему компанию, была очарована островом. Они даже планировали построить там дом, но потом Эмма заболела и слегла.

Через несколько месяцев после ее смерти он снова поехал на Саронию, планируя прожить на берегу несколько дней, но пробыл там несколько недель. Потом он решил построить там дом, но не семейное жилище, а совсем простой дом, без каких-либо изысков, хотя его сестра и назвала его монашеской кельей. Это было его личное убежище, место, куда он сбегал раз или два в год, чтобы подзарядить свои батарейки.

Как бы он ни восхищался идеей своего племянника, он скорее впустил бы камеры в собственную ванную, чем позволил бы съемочной группе попасть в свое личное убежище.

– Луиза, – вдруг сказал молодой человек, усевшись на край большого стола. – У нее было очень строгое воспитание, и она думает, что я… избалованный.

– Она снимается в вашем сериале?

Нико кивнул.

– И ты теперь хочешь произвести на нее впечатление. – Алекс, лениво просматривающий страницы сайта, вдруг замер. – Кто это?

В его голосе явно чувствовалось напряжение, но Нико, полностью поглощенный собственными проблемами, не придал этому никакого значения. Алекс наклонился, чтобы разглядеть фотографию на экране. Это была студийная съемка потрясающе красивой молодой женщины, провокационно улыбающейся в камеру. Все в ее облике было притягательным, начиная с темных волос, искусно уложенными волнами падающих на лицо, до манящей улыбки в ее глазах, которые, казалось, приглашали разделить секрет, таившийся в их сияющей изумрудной глубине.

– Энджел. Или, точнее, Анджелина. Она модель.

– Модель? – Его это ничуть не удивило. Удивил моментальный эффект, который произвело на него лицо. Последний раз он видел эту девушку шесть лет назад. Случай, который не делал ему чести, который он оставил в прошлом. Но неожиданное напряжение, скрутившее сейчас его внутренности, было очень даже настоящим.

Его племянник был поражен его невежеством.

– Как ты мог ее не видеть? Она в прошлом году участвовала в рекламе нижнего белья и была практически везде.

– Как-то я это пропустил, – задумчиво проговорил Алекс, представляя прекрасную брюнетку без белья… вообще без одежды. Он собрался было встать, но понял, что лучше не привлекать внимания к тому, какую реакцию вызвала у него эта фотография, чувствуя себя подростком с бушующими гормонами, который не в состоянии контролировать себя.

– Она великолепна, правда? – продолжал ничего не подозревающий молодой человек. – Эти волосы, зеленые глаза… Они собираются построить всю рекламную кампанию вокруг нее. Они говорят, это их расчет – пригласить неизвестную актрису, чтобы та стала лицом нового парфюма…

Алекс перестал слушать объяснения. Увидев это лицо, эти глаза, вспомнив гладкое, гибкое тело, его изгибы, золотистую кожу, он словно снова вернулся в ту ночь, вспомнив каждую деталь, даже как будто чувствуя запах ее шампуня.

Желание снова вспыхнуло в нем. Но вместе с тем пришло чувство вины… как и было всегда. Сколько недель тогда прошло после смерти Эммы? А он прыгнул в постель с первой же попавшейся женщиной. Конечно, она его туда пригласила, но он ведь не отказался.

Его губы скривились от отвращения. Конечно, у него были женщины после этого, как только он пришел в себя. Женщины, которые просто наслаждались сексом и не требовали ничего больше.

У него не было никакого желания еще раз чувствовать свою вину, но повторить все… У них был самый лучший секс в его жизни, так почему бы не повторить это?

– Да.

Нико, который только что поднял свой звонящий мобильный, чтобы выключить, выронил его от неожиданности. Даже не думая о том, чтобы поднять его, он так и стоял, открыв рот, и пристально разглядывал лицо своего дяди, напрасно пытаясь понять его мысли, что, как всегда, было абсолютно бесполезным занятием.

– Что ты… Да??! – с трудом проговорил он, не в состоянии поверить своей удаче.

Сидя за столом, Алекс усилием воли вернул контроль над своими эмоциями и загнал все эротические видения в дальние закоулки своего сознания. Изогнув темную бровь, он спокойно повторил:

– Да.

Нико подскочил, сияя от возбуждения, свойственного только юности, отчего Алекс, который был всего на двенадцать лет старше, почувствовал себя стариком.

– Серьезно?! Это не розыгрыш? Хотя нет, у тебя…

Алекс усмехнулся:

– Нет чувства юмора?

Может, мальчик прав и он действительно истребил его в себе?

Но ему следовало подвести черту под тем, что случилось когда-то, а эта неожиданная возможность подвернулась очень кстати. И ему не хотелось слишком много раздумывать о причинах. Возможно, все дело в том, что из-за работы у него уже несколько месяцев не было женщины, отсюда и эта неожиданная физическая реакция. Он устал от монотонности своей жизни, ему хотелось эмоций, взлетов и падений.

Удивляясь тому, откуда у него такие мысли, Алекс поднялся и натянул пиджак, висевший на спинке кресла. Так мог думать человек, не удовлетворенный своей жизнью, а он был полностью доволен.

– Ты собираешься его поднять? – кивнул он на до сих пор лежащий на полу телефон.

Все еще шокированный, Нико завертел головой.

– Что? Ах да, конечно…

– Ты будешь держать меня в курсе?

– Я? Ты хочешь, чтобы я… Отлично, конечно… Так я сообщу все детали…

Будучи высоким, атлетического сложения, молодой человек тем не менее был вынужден задирать голову, чтобы смотреть в лицо своему дяде, который был на пару дюймов выше и значительно шире его в плечах.

– Да, сообщишь мне.

– Так ты это серьезно? Ты действительно позволишь им снимать на Саронии?

Он, конечно, сам просил этого, но даже в самых смелых мечтах Нико не мог предположить, что Алекс согласится. Все знали, как ревностно Алекс Орлов охранял свою личную жизнь, особенно после того, как кто-то выкрал больничные записи его жены незадолго до ее смерти и опубликовал слезливую статью в газете.

– Естественно, с некоторыми ограничениями. Во-первых, они все будут жить на материке и каждый день приезжать на остров. И во-вторых, я хочу, чтобы они даже близко не подходили к дому. Могу я рассчитывать на тебя?

– Ух ты! Да, абсолютно, большое спасибо! Ты не пожалеешь об этом!

Глядя на то, как парнишка чуть не прыгает от переполнявшего его энтузиазма и удовольствия, Алекс решил, что не будет размышлять над причинами, по которым он так поступил, чтобы не портить себе день, а лучше отправится на пробежку.

Энджел заглянула в гостиную, где собрались почти все, кто был задействован в проекте.

– Думаю, я лучше пойду прогуляюсь. Кто-нибудь хочет подышать свежим воздухом?

Она была очень активным человеком, и стены роскошного отеля действовали ей на нервы. Несколько пар глаз изумленно уставились на нее. Кто-то, чье имя она уже и не помнила, снисходительно ответил:

– Энджел, дорогая, там идет дождь.

«В августе не бывает дождей».

Она уже сбилась со счету, сколько раз ей это говорили с тех пор, как они приехали сюда. Но факт оставался фактом: уже два дня шел проливной дождь. Съемки откладывались. Для Энджел это означало, что она на два дня позже увидится со своей дочерью.

– Ничего страшного, это же просто вода.

Ее ответ вызвал недоуменные взгляды.

– Но ты же промокнешь.

– Мне надо размяться.

– Я собираюсь в тренажерный зал, – сказала Индия, которая в рекламе играла ее мать, хотя была всего на десять лет старше, – пойдем со мной.

– Терпеть не могу тренажерные залы, у меня аллергия на лайкру.

– Ты серьезно?

– Да нет же, Индия, она просто шутит, – вмешался Руди, осветитель.

– Твои волосы промокнут! – запротестовал парикмахер-визажист, который отвечал за то, чтобы ее прическа выглядела безупречно. Он долго не мог отойти от шока, когда обнаружил, что волосы длиной до талии были ее собственными, а их роскошный цвет – полностью натуральным.

– Ничего, высохнут.

– А что это за запах?

– М-м-м… боюсь, это от меня. – Энджел вытянула руку, которую прятала за спиной. – Не могу удержаться, чтобы не добавить побольше лука.

– Это что, хот-дог?!

Единственным человеком, на чьем лице не было выражения ужаса, был молодой грек, Нико. Судя по всему, он был из семьи Теакис, которая владела этим фешенебельным курортом и многими другими, но она не знала, как он связан с владельцем Саронии, которого представлял.

– Очень на это надеюсь.

Грек был единственным, кто засмеялся в ответ, так что она не удержалась и подмигнула ему.

– Но ты же плотно позавтракала! – возмущенно воскликнул стилист.

Энджел научилась не обращать внимания на чужое мнение. Так, она уже проигнорировала чересчур прозрачные намеки, что лучше было бы выбрать обезжиренный йогурт вместо плотного полноценного завтрака.

– Да, и было очень вкусно!

Покрепче сжав хот-дог, она удержала себя от желания сказать что-то, чтобы сгладить их недовольство. Ей потребовалось время, но она научилась не искать одобрения у других. Изредка, когда у Энджел появлялось такое желание, она решительно с ним боролась.

Подняв повыше подбородок, она ослепительно улыбнулась: