Умоляй, ведьма 1,2

Мой план был жестоко провален.

В этот момент до меня наконец-то дошло, что, вообще-то, следовало бы поклониться наследнику престола, как-то выразить свое почтение и безмерное восхищение… Но как теперь это сделать-то, после того, что тут учудил Хмуря, чтоб его енот обглодал?

Я перестала приглаживать волосы, все равно, судя по всему, это был дохлый номер. Меня уже не спасти. Чуть оттянула чистую половину подола и склонилась в низком поклоне.

Понятия не имела, как правильно это делается, поэтому постаралась присесть пониже.

– Еще ниже, недоведьма! – раздалось сдавленное из кустов, и я подумала, что ворон, вероятно, хоть и решил угробить мне все дело, но, по крайней мере, не желает видеть меня казненной. И склонилась еще ниже. – Еще!

В общем, в результате, поднимаясь, я потеряла равновесие, зацепившись за ветку куста. И, честное слово, полагаю, что мое бренное тело, покрытое позором, в конце концов просто упало бы в траву. Клянусь, я бы уже и подниматься не стала. Так бы и лежала.

Но в последний момент крепкая мужская рука схватила меня за запястье и подняла вверх. Потом я почувствовала, что другой рукой мой неожиданный спаситель обхватил мою талию и прижал к себе.

– Ваше высочество, что вы, позвольте я разберусь с этой девицей! – раздалось где-то в стороне.

И когда я наконец-то оказалась в состоянии осмотреться по сторонам и понять, что вообще происходит, оказалось, что меня обнимает сам принц.

Тут же бросило в жар.

И в ужас.

Сам принц Альфиан Златоносный! Сын Джоксара Лютоглавого и единственный наследник престола!

А позади него неловко выбирался из кареты какой-то грузный придворный. Он поправлял на лысеющей голове кудрявый белый парик, съехавший набок, и что-то возмущенно охал.

Принц же оказался молодым сильным мужчиной лет тридцати, с короткими светло-русыми волосами, на солнце переливающимися золотом. Он широко и открыто улыбался, глядя на меня и будто не замечая, как ужасно я выгляжу.

– Что с вами случилось, прекрасная лесная дева? – спросил он, находясь так близко, что кому-нибудь другому я могла бы от неожиданности и пощечину влепить.

С принцем, конечно, так поступать не стоило. А вот ответить что-то вразумительное было нужно! Еще как нужно, учитывая, что я бубнила что-то невнятное.

Его высочество Альфиан явно чувствовал себя вполне в своей тарелке, осмотрев сперва мое лицо, затем опускаясь взглядом на декольте платья. Довольно скромного, кстати, платья! Вырез там был неглубокий, простой. Однако только сейчас я поняла, насколько плотно и качественно лиф демонстрировал все изгибы моего тела. А алая роза, которую я прилепила, чтобы немножко украсить себя, и вовсе акцентировала взгляд только на груди.

– Я… эм-м-м… в общем…

Собственно, пока я что-то мямлила, Альфиан Златоносный, судя по всему, вполне наслаждался происходящим.

– Ваше высочество, позвольте я… – Тем временем из кареты почти вылез толстяк.

– Оставайтесь на месте, гранд Беньехо, я способен справиться с лесной нимфой и сам, – бросил принц через плечо и подмигнул мне. – Нимфа ведь не планирует убивать меня, верно? – со смешком уточнил он, невозмутимо убрав с моего лица перепутанную прядь волос, и, не дожидаясь ответа, спросил: – Что с вами приключилось, ронна?

– Воры, – невнятно каркнул из кустов Хмуря.

Этот звук был похож то ли на чих, то ли на хрип, то ли на карканье.

К счастью.

– Что? – заоглядывался по сторонам мужчина, не понимая, что это было вообще.

Хмуря затих.

Я побагровела, старательно делая вид, что кашляю в кулак.

– Простите, ваше высочество, – проговорила я немного нервно, – на меня напали разбойники. Все украли, карету… увели. Мне чудом удалось сбежать.

– Разбойники? – взвизгнул за спиной толстяк. – Говорил я его величеству, чтобы назначил нам мага в сопровождение! Ну разве это можно, чтобы наследник престола ездил по лесу совсем один?!

Альфиан на это только усмехнулся, наконец помогая мне выбраться из кустов, но так и не отпуская до конца. Он уже, к счастью, перестал меня обнимать, но я все еще была в ужасе оттого, что он стоял от меня на расстоянии всего полуметра. Сцепив руки за спиной, он будто нарочно не желал отходить, то и дело глядя на мою… розочку.

– Бросьте говорить глупости! – невозмутимо ответил он тем временем тому самому гранду Беньехо. – Я не один, а с вами. Кроме того, нас сопровождают четверо офицеров, а сам я прекрасно могу за себя постоять.

С этими словами он хлопнул ладонью по усыпанной каменьями рукояти шпаги, что висела на дорогущем ремне с золотыми вставками.

– Значит, разбойники, – кивнул он, возвращаясь к разговору со мной. – Очень сожалею и надеюсь, что негодяи никого не убили из ваших близких, ронна…

– Ронна Мартелла Довилье, – ответила я, склонившись в поклоне и снова пытаясь одной рукой спрятать грязный подол.

Единственное, что спасало меня от окончательного позора, это то, что пятно спряталось в складках. А то, если подумать, хороши же были разбойники! Молодой деве попортили прическу, нагадили на платье и были таковы! Тоже мне, ограбление…

– Довилье? – удивленно приподнял бровь Альфиан, глядя на меня по-новому. – Вы наследница Ржавой вдовы?

Меня снова бросило в жар.

Значит, и он знал мою бабку! И как теперь мне поступить? Признаться, что я – не ведьма, а значит, и не наследница и, выходит, толку от меня никакого, один вред. Или солгать и сказать, что, мол, так и так, встретили вы, ваше высочество, страшную колдунью! И глаза еще пошире округлить… для пущего эффекта.

– Да, ваше высочество, – кивнула, собравшись с силами и прикидывая в голове верный ответ. Если тут вообще мог быть такой. – Я внучка гранды Довилье, но…

Хмуря из кустов предательски молчал. Словно я должна была принять решение самостоятельно.

Что ж… пусть так и будет.

– Но я не обладаю ее силами, – выдохнула, зажмурившись. – Я вообще еще не прошла инициацию и как колдунья совершенно бесполезна.

– Колдунья? Колдунья?! – раздалось визгливое за спиной принца. Толстяк не торопился выходить из кареты, потому что принц наказал сидеть там. Однако он не останавливал себя от комментариев. – Она может быть подослана вас убить!

Принц вдруг мягко и звонко рассмеялся, демонстрируя спокойный и располагающий к общению нрав. Надо заметить, что наследник престола и вовсе показался бы мне даже очень приятным, если бы так часто не глядел на мою «розочку».

– Она даже не вступила в силу, уймитесь, гранд Беньехо! – ответил принц. – А вы, ронна Довилье, конечно же, уже зарегистрировались в Специальном отделе по Волшебным делам?

– Нет, – покачала головой я. – К сожалению, именно туда я и направлялась сегодня, – снова кашлянув в кулак, проговорила я. Лгать я совершенно не умела и сейчас чувствовала, как уши краснеют и выдают ложь. – Но разбойники… и… вот…

Я показала на себя, расстроенно всхлипнув. Последнее, кстати, вышло очень натурально. Наверно, потому, что меня до сих пор трясло от всего происходящего и я, вообще-то, и впрямь была жутко расстроена.

Платье испорчено, я выгляжу как пугало, опозорилась перед принцем, план… я бы сказала, что провалился, но, судя по блеску в несколько бесстыдных глазах Альфиана Златоносного, он все же не столько провалился, сколько претерпел изменения. И что теперь из всего этого выйдет, я не имела ни малейшего представления. Но была твердо намерена выжать из ситуации максимум!

В конце концов, не я ли всегда выхожу победителем из любой передряги?

Это единственное, что хоть немного успокаивало после того, как эти самые передряги множились и росли словно щетинки на ногах паука. Оставалось надеяться, что удача не умчится прочь в закат, потому что тогда останусь только я и накрывший меня медный таз неприятностей.

– Я помогу вам, Мартелла, – уверенно проговорил Альфиан, взяв мою руку и погладив по тыльной стороне ладони, – разве я не принц? А принцы должны помогать своим подданным.

– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – робко спросила я, игнорируя мурашки от его прикосновения и стараясь взглянуть на него, как это говорится, томно из-под ресниц. Понятия не имела, как это делается, но очень старалась!

Судя по тому, что взгляд Альфиана опять упал куда-то неприлично низко, либо у меня получилось, либо наследника престола от «розочки» уже ничем не отвлечь.

– Скажите, Мартелла… Я же могу вас так звать?

– О, безусловно, мой принц, – скромно потупила взор я, нарочно вплетя во фразу это «мой принц». Не уверена, что так вообще было можно говорить, но Альфиан в ответ одобрительно улыбнулся и даже сжал мою ладонь.

Оставалось надеяться, что я не перестаралась. С принца станется…

Но об этом я старалась не думать.

– Так вот, милая Мартелла, – продолжил он, ласково поглаживая мою руку, – поскольку вы пострадали от разбойников, от которых корона должна защищать своих подданных, то я обязуюсь выплатить вам денежную компенсацию. На нее вы возместите себе утерянную карету и прочие мелочи.

Он пощелкал пальцами, и тут же толстяк, что все это время послушно ожидал позади, подбежал к принцу и с поклоном вложил в его руку мешок с монетами, перевязанный лентой с золотыми каплями на концах.

Альфиан передал мне это богатство, пока я старательно подбирала упавшую челюсть и как-то пыталась поблагодарить его в ответ. Но принц, как оказалось, на этом не закончил:

– Также, полагаю, как родственница гранды Довилье, вы в курсе, что через несколько дней начнется Королевский Отбор невест, верно?

– Отбор? – переспросила я.

– Конечно, – кивнул Альфиан. – Приглашения получили всего несколько благородных ронн со всего королевства.

Он снова пощелкал пальцами. Но на этот раз толстяк Беньехо взвыл и проговорил:

– Ваш папенька будет в ярости, ваше высочество! Нельзя раздавать приглашения направо и налево! Вы и так уже ангажировали трех дам без дозволения его величества!

Но принц только вновь пощелкал пальцами. Бедный гранд закатил глаза к небу и достал из кармана крупный перстень с ярко-желтым камнем, внутри которого на самом дне сверкало изображение короны.

Перстень Альфиан тоже передал мне.

– Отныне вы, ронна Довилье, участница Отбора на роль моей невесты.

Я приняла подарок, натянув благодарную улыбку.

Принц сверкал как начищенная монета. Словно только что пожаловал мне ни много ни мало целый особняк, спас от смерти и вообще одарил чем-то восхитительным.

Очевидно, он считал, что любая ронна в королевстве должна быть счастлива от мысли стать его женой. В целом он, наверное, недалек от правды. Ведь жена наследника – будущая королева. Не об этом ли грезят все девушки от мала до велика?

Но, к сожалению, так уж вышло, что именно я к числу этих милых дам никогда не относилась. У меня с детства был совсем иной план, и вообще-то я все еще шла к его осуществлению.

Да и вообще, вдруг у меня жених есть? Ну вот тот же Эйвин?

У меня-то, конечно, никого подобного нет, но все же.

В общем, давила улыбку я старательно и со вкусом.

– Мы же даже не знаем, относится ли ронна к благородным или нет! – возмутился в последний момент толстяк.

– Я решил, что внучка гранды Ирмабеллы должна перенять ее титул, – задумчиво почесал подбородок Альфиан. – Мартелла, у вас есть грамота благородства?

– Боюсь, что нет, мой принц, – мягко ответила я, хлопая ресницами.

Его высочество снова сжал мою кисть и даже поднес к губам, чтобы поцеловать.

Быть не может! Снова сработало!

– Ну, значит, получите, – взмахнул рукой Альфиан и широко улыбнулся мне, впрочем совершенно не уточняя, когда и как это произойдет.

Гранд Беньехо же хлопнул себя по лбу и закрыл глаза ладонью, а затем развернулся и поплелся обратно к карете.

Я не могла поверить в происходящее. Казалось, это все творится не со мной.

Все получилось! Принц не только заинтересовался мной, как мы на то рассчитывали, но и пригласил на Отбор! Это означало, что я буду появляться в Лебедином дворце, официальной резиденции королевских особ, еще по крайней мере несколько раз!

У меня будет шанс получить искру Солнца…

И пока я витала в облаках, принц тем временем снова прижал меня к себе за талию и, притянув к своим губам мою кисть, начал целовать пальцы.

– Надеюсь очень скоро увидеть вас вновь, чарующая Мартелла Довилье, – низким бархатным голосом проговорил он, а затем, не успела я и слова сказать, отпустил.

Резко развернулся и пошел обратно к карете, бросив мне прощальный воздушный поцелуй.

Колеса застучали по дороге, и вся крохотная королевская процессия скрылась с глаз.

– Не могу поверить, что мне так повезло и я понравилась его высочеству с первого взгляда… – пробубнила я, провожая взглядом почти скрывшуюся с глаз карету.

– И не надо верить, – хмыкнул Хмуря. – У него таких, как ты, кумушек целый курятник. И от всех ему нужно только одно.

– Что? – удивилась я, даже позабыв, что дала обещание прибить Хмурю, как только представится шанс. – Взять замуж?

Ворон распахнул клюв и так громко закаркал, что я невольно почувствовала себя дурой. Но только смутно догадывалась почему.

– Недоведьма, – буркнул фамильяр, отсмеявшись. – Ладно, забыли. Главное, что получилось не только спровадить тебя, неумеху, на Отбор, но наше появление также спутало планы неизвестного колдуна, притаившегося где-то в лесу. Я чувствую, что здесь кто-то есть… И знаю, что они тоже чувствуют… тебя. Поэтому нападения уже не будет. Они побоятся быть обнаруженными. Полетели домой.

И расправил крылья, чтобы взмыть в воздух.

Но вот тут-то я и вспомнила все, что этот индюк неощипанный тут учудил. И свое единственное платье, и волосы, и куст, и вообще, кажется, все, что произошло с момента нашего знакомства.

Меня вдруг обуяла такая жажда ощутить под пальцами выдранные перья, что я едва могла разговаривать.

– Знаешь, Хмуря, – проговорила я, стиснув зубы. – У меня к тебе есть небольшое дельце…

И прыгнула на нахала, хватая того за хвост.

В последний момент негодяй взлетел, и у меня в руке осталось лишь одно перо.

– Вернись! Я тебя придушу, Хмуря!!! – крикнула я, потрясая добычей.

– Отдай перо, недоведьма, – каркнул фамильяр, усаживаясь на ветку дерева. Совсем рядом, но не достать! Даже в прыжке!

Изощренная пытка, я вам скажу.

– Слезь – и отдам, – прищурилась я, предвкушая скорую расплату.

И если Хмуре повезет, то не кровавую.

«Если».

– Отдай по-хорошему, – пригрозил ворон, и, признаться, от его голоса у меня под кожу таки нырнула стайка мурашек.

Каким-то образом Хмуря умел припугнуть одним своим хриплым карканьем.

Но ничего, Мартелла не из трусливых.

– Спустись, комок пуха, – повертела я перо в пальцах, дразнясь.

Ворон каркнул, но и не подумал подчиниться.

– Если я спущусь, тебе не поздоровится, недоведьма, – раздался его глухой голос, который впервые с момента нашего знакомства показался мне вовсе не птичьим.

Настоящим, человеческим. Как будто со мной говорил очень злой и мрачный колдун…

Меня даже дрожь пробрала.

Но проникнуться своей разыгравшейся фантазией я не успела.

С этими словами ворон распахнул крылья и медленно полетел прочь к дому. А я неторопливо пошла за ним следом.

Перо я спрятала. Не знаю, зачем оно было мне нужно, но воспоминания о том, насколько они у фамильяра волшебные, меня изрядно будоражили. И сейчас, скрывшись в недрах лифа, находясь у самой груди, длинное черное перо будто грело обнаженную кожу…