Всемирная история в зеркале каббалы

© М. Лайтман., В. Хачатурян, 2012

Михаэль Лайтман – (философия Ph.D, биокибернетика MSc), основатель и глава Международной академии каббалы и Ashlag Research Institute (ARI), некоммерческих организаций, цель которых – реализация инновационных идей в образовательной политике для разрешения системных проблем современного образования и воспитания. Система образования, построенная на концепции изучения законов интегрального и взаимозависимого мира, является необходимым условием привнесения положительных изменений в жизнь человечества. Им написано более 70 книг переведенных на 40 языков.

Валерия Хачатурян – кандидат филологических наук, с 2004 по 2011 гг. ведущий научный сотрудник, зав. Центром теории и сравнительной истории цивилизаций Института всеобщей истории РАН, старший научный сотрудник сектора социокультурных процессов и систем Российского института культурологии. Автор монографий «Теория цивилизаций от античности до конца XIX века» (в соавторстве) и «Вторая жизнь» архаики: архаизующие тенденции в цивилизационном процессе», учебника для старших классов общеобразовательной школы «История мировых цивилизаций», а также более 70 статей.

От исчисления к свету

Сначала люди являются друг для друга более или менее отталкивающими, более или менее притягательными чужаками; именно так они и должны учиться, что не подразумевается само собой.

(Размышления о пути к интегральному обществу)

Аршинов В. И., доктор философских наук, заведующий сектором Института философии РАН.

Свирский Я. И., доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института философии РАН.

Книга М. Лайтмана и В. Хачатурян является, по сути дела, началом развития грандиозного междисциплинарного проекта, ориентированного на синтез современной антропологии, постнеклассической науки, философии и каббалы. Необходимость в таком синтезе вызвана, прежде всего, тем глобальным кризисным состоянием, в котором сегодня находится наша земная цивилизация. Этот кризис имеет много граней и проявлений, перечень которых можно сделать весьма обширным и по-разному сформулировать. Но ограничимся указанием лишь одной из его существенных характеристик – это кризис духовный, мировоззренческий, кризис человеческого сознания и самосознания, кризис смысла существования человеческого общества на планете Земля. Подчеркнем: мы сталкиваемся с качественно новой ситуацией в истории человечества.

Как пишет Э. Ласло, «это нечто новое и неожиданное в истории человеческого рода – вести такой образ жизни, который не позволят нам жить. Напрашивается неизбежный вывод: мы должны измениться. Боюсь, что речь уже идет не о том, следует ли нам меняться, а о том как быстро и как качественно мы изменимся… Для того, что бы выжить и продолжать свое развитие, не обрекая себя на вымирание, мы должны пересмотреть свои представления о вселенной, о человеке и об идеях прогресса и развития»[1].

На пересмотр этих представлений и нацелен междисциплинарный или, точнее, трансдисциплинарный проект М. Лайтмана.

Что особенно привлекает в книге, так это утверждение необходимости междисциплинарного диалога и сотворчества, утверждение необходимости конвергенции изначальных социокультурных интуиций проникновения в законы мироздания. Ибо только при человекомерном, междисциплинарном подходе к освоению мироздания духовное богатство, которое содержится в еще не освоенных пластах каббалистического учения, обретает особую форму жизни, особую форму востребованности здесь и сейчас. В книге ясно показывается, что в своих ключевых мировоззренческих пунктах способы получения, хранения и передачи знаний, принятые в институциональной науке, резонируют с каббалистическим видением мира. И такая резонирующая конвергенция касается не только внешних сходств, но и содержательных аспектов, высвечивающих проблемные узлы, связанные как с переосмыслением теоретико-методологических установок научного творчества, так и с выявлением изменений в онтологических представлениях.

Из подобного резонанса вырастает особый тип синтетической онтологии, подразумевающей своеобразный сдвиг в самой онтологической проблематике, делающей акцент не только на экспликации некоего предсуществующего бытия, но и на введении динамической составляющей в фундаментальные структуры последнего. И в этом аспекте обращение к каббалистическому освоению мира предполагает не столько описание или реконструкцию подобных структур, не столько поиск в них «конструктивных аналогий» с теми сюжетами, которые имеют место в современной истории, антропологии, социологии и т. д., сколько выявление далеко не всегда явных связей и проблемных полей, позволяющих говорить о некоем виртуальном (ментально-физическом) пространстве, где может быть развернута тема динамически-многообразного бытия.

При этом особый акцент (при сопоставлении сюжетов, связанных с современным пониманием глобальных процессов, происходящих в природе и социуме, и каббалистической традицией, где познающий субъект сущностным образом включается в познаваемую реальность) делается на том обстоятельстве, что самому историческому процессу имманентны ценностно-этические измерения. Связано это, прежде всего, с тем, что этнографические изыскания предполагают духовно-ценностные измерения, сопряженные напрямую с эволюцией желаний, охватывающих как отдельного человека, так и те или иные сообщества. И хотя тема, связанная с потоками желаний (Ж. Делез), часто заслоняется изучением причинно-следственных и структурных отношений, современная (постнеклассическая) исследовательская практика все чаще наделяется особым качеством, именуемым «человекомерность». Именно «человекомерность» современной постнеклассической науки открывает возможность ее диалога с каббалистической традицией, где подчеркивается, что динамическое представление становящегося мира обязано учитывать такие характеристики включенного в него познающего субъекта, как влечения, желания, удовольствие и неудовольствие, причем последние перестают быть только родовыми признаками определенного типа существ, но и наделяются статусом особых онтологических инстанций. То есть стратегии познания должны быть лишены ограничений, наложенных в свое время Кантом и остающихся регулятивами научной деятельности по сей день.

Как разобраться в указанной тематике? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно иметь в виду, что каббала уже демонстрирует динамическую, пронизанную обратными связями, иерархизированную картину мира, сотканную из сложным образом взаимодействующих энергетических потоков (предполагающих, если пользоваться синергетической терминологией, объемные источники и стоки энергии, распределенные в сплошной среде исходящего от Творца света), на основе которых «нелинейным образом» самоорганизуются устойчивые и одновременно эволюционирующие образования, чей статус, в зависимости от точки зрения (и дисциплинарных пристрастий), может быть отнесен либо к духовной, либо к физической сферам. Более того, все каббалистическое мировидение пронизано духом «человекомерности» и «динамикой неоднозначности» – неоднозначности в смысле приписывания характеристик тех процессов, кои происходят здесь и теперь, какому-либо концептуально оформленному региону познавательной деятельности, будь то философия, психология, этнология, биология, космология и т. д. Последнее обстоятельство подчеркивает принципиально междисциплинарный характер тем и способов их изложения, которые присутствуют в каббале. Еще раз подчеркнем, что речь не идет только о внешних аналогиях между достижениями современной науки и каббалистическими сюжетами. Речь, скорее, может идти о поиске плодотворных взаимовлияний именно на уровне стратегий мышления, ориентированных на выявление онтологических оснований неустойчивого нелинейного мироздания. Речь идет о создании зон взаимной (альтруистической) открытости внешне радикально разнесенных в культурном пространстве способов переживания мира, о коммуникативном взаимопересечении когнитивных потенциалов этих областей.

И тут выступает одна из главных интенций книги: сопряжение каббалистического видения мира с теми самоорганизующимися процессами, которые в нем происходят. Вся совокупность каббалистического мировидения подразумевает личностную вовлеченность конкретного человека в то круговращение, которое задается «всеобщими законами». Подобные настроения можно обнаружить у видного немецкого философа Эрнста Блоха. Согласно Блоху, мир несовершенен, но он совершенствуется. И совершенствуется через обратную связь, каковую человек может получить лишь через продумывание, прочувствование чего-то, что подобно ему самому. И такое прочувствование движется по двум путям: одно «вниз» по цепочке от Творца до «нашего мира», и другое – «вверх» к источнику света. Двигаясь по этим двум направлениям, образующим цикл, человеку следует, привлекая все внутренние усилия, пройти своего рода петлю обратной связи: обрести (эгоистическое) знание о мире, а затем направить свое движение (альтруистическое) в сторону Творца, но уже с обретенным знанием. Данный сюжет блестяще исполнен в предлагаемой читателю книге, особенно в сюжетах, связанных с тем, как проходило становление современной цивилизации. Именно такого рода внутреннее, чувственно-интеллектуальное движение обеспечивает возможность выстроить то, что в каббале именуется термином «экран», позволяющий восходить от одного уровня бытия к другому (от сфиры к сфире).

Еще раз подчеркнем, что такой мотив созвучен одному из наиболее современных направлений науки – синергетике, – когда речь идет о том, что сама способность к познанию порождает реальность, конгруэнтную тому, чем является сам человек. И здесь, если так можно выразиться, возникает некий кибернетический мотив: человек творит мир через осознание собственной причастности к последнему, а познает себя через постижение мира. То есть, здесь мы имеем дело с циклическим движением гештальтов, образующих онтологическое пространство света Творца. И каббала тогда выступает в качестве особого, глубоко и фундаментально разработанного инструмента, дающего возможность вступить в подобные петли положительной обратной связи, не замыкающие систему саму на себя, а раскрывающие ее во внешнее пространство (альтруизм). И не случайно, что сам термин «сфира» – соединение «цифры» и «сапфира» – отсылает к сочленению «духовного» и «материального». Не будет большой натяжкой предположить, что емкий образ «сфирот» конгениален мотивациям творческого ума физика и математика, пытающегося соединить в одно целое, с одной стороны, свет, а с другой – исчисление (Декарт). Тем самым каббала может рассматриваться как генератор становления, самоорганизации мира и человека как его составной части, претерпевающего «фазовый переход» от эгоистического потребительского состояния сознания, мышления и чувствования к альтруистическому сознанию дарения и самоотдачи.

И тут встает вопрос: можем ли мы управлять такого рода самоорганизацией? При ответе на него исходным положением является установка на то, чтобы не противопоставлять социальные и естественные процессы. И когда такие процессы не противопоставляются, каббала предстает как набор парадигм коммуникаций, она реанимирует древние коммуникативные стратегии и показывает, как они разворачиваются на современном этапе. В этом пункте каббала опять же резонирует с философскими стратегиями Эрнста Блоха, трактующего мир как нечто незавершенное и несовершенное. Каждый из нас удерживает в себе подобную незавершенность и, одновременно, обязан завершить последнюю в себе. Мир предстает в качестве некоего проекта, который должен быть продолжен людьми, поскольку Творец уже выполнил то, что предназначил для человека. Отсюда и возникают мотивы, связанные с грехом, виной, утратой и поиском смысла существования. Человек, будучи несовершенным, должен доделать мир, оставленный ему Творцом, но доделать в согласии с планом Творца (петля положительной обратной связи). Но если мир представлен как незавершенный процессуальный гештальт, тогда в нем должна присутствовать особого рода целевая причинность высшего порядка, обусловливающая существование формосозидающих сил, направленных на завершение такого гештальта, то есть присутствует некий сверхпорядок (и, соответственно, иерархия порядков, кои могут согласовываться, а могут порождать хаос). Но именно каббала, как живая духовная традиция в диалоге с современной постнеклассической наукой и синергийной антропологией, вооружая нас инструментом когерентного согласования порядков бытия, выступает одновременно и инструментом преодоления хаоса, а тем самым обретения и нового сознания, самоотдачи, и нового смысла человеческого бытия, идущего на смену эгоистической предыстории человечества.

Предисловие Михаэль Лайтман

Все дети проходят через период задавания «больших» вопросов. Меня интересовало, откуда я возник, куда мы все деваемся, когда перестаем быть, а особенно волновал вопрос: в чем смысл жизни? Может быть, потому, что мои родители оба были врачами, я искал ответы в области науки. И наверняка потому, что сферой моих поисков была именно наука, ответы, которые я находил, были скорее общими, чем конкретными.

Особенно я выделял науку кибернетику, вернее, медицинскую биокибернетику. Это был мой «инструмент» поиска. В те времена кибернетика была новой передовой областью, которая позволяла исследовать целый комплекс систем и находить механизмы, контролирующие их. Меня интересовало устройство человеческого тела и системы, им управляющие. Казалось, при помощи кибернетики удастся разгадать тайну самого́ человеческого существования: тела и души, обитающей, как я полагал, в нем.

Мои надежды не оправдались. Да, наука дала мне немалые знания о жизни или, скорее, о том, как новая жизнь зарождается и как она продолжается. Тем не менее, она ничего не говорила о более важных, фундаментальных вещах, о смысле этих процессов, а моими исследованиями двигал именно этот интерес. Я хотел узнать, что такое жизнь, и для чего она дается.

Страстное желание расшифровать смысл жизни не давало покоя, и я трудился над каждым золотником знания. Я искал не только в области естественных наук, но и в философии, даже в религии – до тех пор, пока не пришел к новому полнокровному постижению и понимаю жизни. Но точно так же, как и при изучении кибернетики, это не привело меня к ответам на мои самые глубокие вопросы о смысле и цели жизни.

В один прекрасный день мои длительные поиски неожиданно дали результат: я нашел то, что позже обозначил как «наука каббала». Глядя назад, я могу сказать, что ни один из этапов моего поиска не был излишним или напрасным. Наука, философия, религия были необходимыми «остановками» на моем пути к каббале. На самом деле я никогда не делал упор на них, просто каждая из этих сфер знаний привнесла в мое понимание жизни и ее цели что-то свое, и каждая занимает свое законное место в целостном мировоззрении, достичь которого помогла мне каббала.

Более того, я обнаружил связь между смыслом существования и всеобъемлющим мировым кризисом, в который вступило человечество. Именно при помощи каббалы я осознал неизбежность этого глобального кризиса, необходимость его разрешения ради мира и процветания и понял, что свободный выбор, лежащий перед нами, заключен в том, как именно мы будем выходить из кризиса, прилагая совместные усилия, кооперируясь и, главное, осознавая свою общность и взаимозависимость. Более того, я понял, что древнее каббалистическое определение отношений между людьми явится платформой, на которой и будет строиться жизнеспособное общество, основанное на взаимных дружеских отношениях.

Концепция предопределенности современных глобальных угроз принадлежит не мне, также как и идея, что кризисы – это испытательный полигон, который видоизменит нашу реальность в большей степени, чем все наши самые невероятные предположения. Обе концепции существуют тысячелетия, но лишь сейчас начинают себя обнаруживать, так как именно в наше время впервые в полной мере проявились необходимые для этого условия: человечество отчаянно ищет выхода, а вместе с тем и четкого объяснения, каким образом найти этот выход. Моя роль в раскрытии данных концепций – это роль человека, дающего информацию и облегчающего ее понимание. Безусловно, я никак не претендую на права «интеллектуальной собственности» на эти идеи.

Я надеюсь, последующие главы покажут вам, что современная наука и нынешний способ мышления делают возможным снять завесу тайны со старинной парадигмы, объясняемой наукой каббала. Если бы не квантовая физика, которая бросила вызов ньютоновскому пониманию реальности, мы бы не посягнули на переосмысление концепции «единственности» вселенной, и если бы не философия, культивирующая идею свободы мысли, мы бы не были готовы делиться идеями и учиться друг у друга.

Таким образом, хотя концепции, которые будут представлены далее, чисто каббалистические, я не могу не отметить, что многие из них параллельны современным научным изысканиям. Я надеюсь, что дух плюрализма позволит встретить наши идеи с непредвзятым умом и открытым сердцем. И если я смогу пробудить размышления, хотя бы у одного из моих читателей, я буду чувствовать себя полностью вознагражденным.

Вступление. Время задавать вопросы

В долгой и трудной жизни человечества, как и в жизни каждого отдельного человека, периодически наступают моменты, когда вопросы: «куда я иду?» или «куда идем все мы?», «куда идет история?», – вдруг становятся болезненно острыми и важными. От ответа на них зависит дальнейший ход событий: наше будущее, судьба общества, мировой цивилизации. Сейчас, в начале XXI столетия, наступил именно такой момент.

Мир еще только начинает приходить в себя от шока, вызванного финансовым кризисом, пожалуй, самым острым со времен Великой депрессии. Но экономисты уже предупреждают, что очередной его виток придется на 2013–2017 гг.[2] Глобальное потепление уже сейчас приводит к резким климатическим изменениям, наносит удары в виде ураганов, наводнений и засух. Современная медицина, еще недавно считавшаяся всесильной, вынуждена бороться с болезнями, которые, казалось, были побеждены, и придумывает способы борьбы с новыми опаснейшими инфекционными заболеваниями. Более миллиарда людей в мире голодают, и их число неуклонно растет. В наши дни, когда достигнуты небывалые высоты технического прогресса, из-за нехватки воды и пищи каждую секунду умирает один ребенок. Миллионы людей страдают от депрессии, наркомании и алкоголизма. Причем в благополучных, процветающих странах Запада их число даже выше, чем в бедных государствах «третьего мира». С неудержимой скоростью разрушается институт семьи, без которого не может существовать общество. По данным 2006 г. число разведенных в США превысило число состоящих в браке. Впервые в истории родители-одиночки стали нормой, а полноценная семья – исключением. Немногим лучше обстоит дело и в России, которая занимает третье место в мире по числу разводов и сохраняет лидирующие позиции по числу неполных семей.

И это еще далеко не полный перечень тревожных сигналов, которые указывают на общее неблагополучие и кризисное состояние всей нашей цивилизации. Неудовлетворенность настоящим, предчувствие неизбежности грядущих глобальных трансформаций и тревога перед глобальной неопределенностью будущего, возможно, чреватого мировыми катастрофами, – эти настроения стали ключевыми для нашего времени.

Вряд ли удастся найти человека, который хотя бы в какой-то степени не ощущал, что мы живем на переломе эпох. В такие периоды, которые историки называют переходными, разрушаются основы старого общества и рождается новое общество, базирующееся на иных организационных принципах, формируется новый тип человека, новые представления о мире, новые нормы поведения, идеалы и ценности. Старинная китайская поговорка гласит, что самая худшая доля – жить во времена перемен. И с этим трудно спорить: такие эпохи всегда трагичны. Они втягивают в свой водоворот жизнь любого, независимо от его воли, и могут легко разрушить ее; лишают ощущения стабильности и упорядоченности, безжалостно ломают привычный для нас мир, еще недавно казавшийся таким прочным и долговечным; внушают страх лавинообразным потоком неконтролируемых событий.

Но не стоит рассматривать такие бедствия как «наказание». Это лишь сигнал о том, что прежний путь развития исчерпан и нужно идти в другом направлении. Постигая глубинные причины происходящих кардинальных сдвигов и их возможные последствия, мы можем не только найти точку опоры в колеблющемся, слишком быстро меняющемся мире, но и выработать конструктивную линию поведения, которая будет работать на будущее.

В переломные эпохи общество стоит на распутье, и переход может пройти по-разному: быстро и легко или медленно, с огромными потерями и страданиями. И многое здесь зависит от позиции каждого человека. Значительно повышается роль его личного выбора, поведения в той или иной ситуации. А это тесно связано с пониманием сути происходящего – нашим знанием «тайных механизмов» истории и ее внутренних законов.

Конечно, кризисы и переходы происходили много раз на протяжении всей истории. И не в первый раз человечество стоит перед риском гибели. Эпидемия бубонной чумы («Черная смерть»), охватившая в XIV–XV вв. Западную Европу, и тем более Вторая мировая война несопоставимы с нашими сегодняшними испытаниями.

Тем не менее, современный кризис качественно отличается от всех предыдущих. Живя в глобальном мире, мы становимся все более взаимосвязанными и взаимозависимыми. Но одновременно возрастает и наш эгоизм. В «глобальной деревне», чтобы выжить, надо полагаться на соседа. Однако вместо того, чтобы использовать нашу связь для достижения всеобщего процветания, мы пытаемся ввести двойной стандарт, сочетать несочетаемое – взаимную зависимость и предельный эгоцентризм.

В сущности, это и есть главная причина всех проблем. Взаимозависимость заставляет нас сотрудничать, а эгоизм побуждает обманывать и эксплуатировать друг друга. В результате современная цивилизация дошла до предела, идя по двум конфликтующим, противоречащим друг другу направлениям. Такой путь может привести только к катастрофе.

Именно поэтому в наши дни особенно необходимо получить адекватные ответы на сложные вопросы: «куда идет история?» и «почему она идет в таком направлении?». В распоряжении современного читателя очень много самых разнообразных ответов: от пророчеств о приближении «конца времен» и Страшного Суда до технократических утопий «золотого века», который якобы наступит после того, как человечество в очередной раз изобретет новые, более совершенные технологии и овладеет новыми, дешевыми и экологически чистыми источниками энергии.

Какой же взгляд на историю следует выбрать? Попытаемся расширить горизонт нашего видения. Не будем ограничивать себя привычными, усвоенными еще со школы представлениями. Мы предлагаем читателю посмотреть на историю с точки зрения древнего учения каббалы, привлекая данные современной науки: и естественных, и гуманитарных дисциплин. Чем объясняется такой «союз»? Возможен ли он? И есть ли в нем необходимость?

Еще лет тридцать-сорок назад такая книга вряд ли могла быть написана и тем более – опубликована. Сейчас ситуация изменилась, и это тесно связано с теми процессами, которые происходят в мире, в сознании человека и в самой науке. Достижения естественных наук – прежде всего физики (теория относительности, квантовая теория, физика микромира, теория термодинамики неравновесных систем) – подготовили базу для решительного пересмотра традиционной ньютоновско-картезианской картины мира, которая все чаще стала критиковаться как редукционистская и механистическая. В новых космологических концепциях, в формирование которых большой вклад внесли теории бутстрапа Дж. Чу и теория импликатности (непроявленности, вложенности) Д. Бома, вырисовывается сложный, непривычный образ «голографической Вселенной» (термин Д. Бома), представляющей собой единое живое неразрывное целое, «все части которого переплетены и слиты друг с другом»[3], и даже самая крошечная среди них несет информацию о всей системе бытия.

Появление и утверждение новой картины мира – поистине революционное событие, значение и последствия которого мы еще не осознаем в полной мере. По опыту прошлого известно, что смена научной парадигмы (Т. Кун) постепенно приводит к кардинальным трансформациям в видении мира и системе ценностей, затрагивая сначала науку, а потом и общественное сознание, перестраивая культуру в целом. Однако это крайне сложный процесс, который неизбежно требует преодоления сложившихся стереотипов, умения мыслить широко и свободно, не боясь отступать от общепринятых научных догм, если это необходимо.