- -
- 100%
- +
Переводчик Вера Сергеевна Денисова
Переводчик Руслан Пантелеймонов
Переводчик Ксения Никитина
Переводчик Мария Властовская
© Лаймен Фрэнк Баум, 2026
© Вера Сергеевна Денисова, перевод, 2026
© Руслан Пантелеймонов, перевод, 2026
© Ксения Никитина, перевод, 2026
© Мария Властовская, перевод, 2026
ISBN 978-5-0070-2056-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Всем, кто любит смех и шутки,
Хоть не Ким вы, и не Тим;
Всем желаю жить как в сказке,
Счастье встретить вам самим!
Глава первая
С Ким стоило познакомиться, когда та удобно устроилась в карете на мягких подушках, направляясь на вокзал вместе со своим отцом и гувернанткой мисс Бомбиен. Нарядное белое платье девочки было украшено складочками, оборочками и вышивкой — как и подобает дочери богатого банкира, что сидел рядом с ней и улыбался. Её мягкая белая шляпка с широкими полями и лентами прикрывала её бледное личико, а также скрывая все золотистые локоны девочки. Единственными яркими чертами её образа оставались глубокие синие глаза и розовые губки, хотя и они не были такими розовыми, как следовало бы.
Дело в том, что Ким не отличалась крепким здоровьем: она слишком долго прожила в душном городском доме, пережидая долгую зиму и холодную, неприветливую весну.
Но теперь, когда цветы распускались и птицы запели в молодой листве, она под присмотром гувернантки отправлялась на лето к Розовому лугу — в их прекрасное загородное поместье, недавно приобретённое отцом.
— Постарайся не скучать, дорогая, — сказал отец, поглаживая её маленькую ручку своей большой и сильной ладонью. — Я велел мисс Бомбиен разрешить тебе побегать и поиграть сколько душе угодно, чтобы розовый цвет снова окрасил твои бледные щёчки.
Глаза Ким так и засияли. Бегать и играть без ограничений — это было для неё в новинку, так что одна мысль об этом уже делала её счастливой.
— Иной компании, кроме мисс Бомбиен не предвидится, — продолжил отец, — Но слуг там достаточно, а сад, как мне доложили, в прекрасном состоянии. Через несколько дней я обязательно приеду проведать тебя, и ты расскажешь, как тебе нравится новый дом. А пока мисс Бомбиен будет заботиться о твоём здоровье, занятий не будет. Тебе нужно только вовремя поесть, поспать, поиграть и набраться сил, чтобы снова стать румяной и здоровой.
Ким слушала отца с большим удовольствием и решила, что её ждёт чудесный отдых.
На самом деле её звали Кимберли Джозефина Фриленд, но мама и папа с самого рождения прозвали её Ким, и иногда она даже забывала, что у неё такое красивое имя — Кимберли Джозефина.
Надо сказать, что родителям Ким тоже требовалось поправить здороье, и потому оба отправилась в Европу на воды, вот почему их дочка осталась на попечении лишь мисс Бомбиен. Мистер Фриленд, хоть и очень любил дочь, но был слишком занят, чтобы уделять ей много времени.
— Так что, солнышко, — сказал он, — Нынешним летом ты будешь королевой Розового луга, и я иногда буду приезжать, чтобы поклониться твоему величеству.
На самом деле мистер Фриленд боялся, что Ким вырастет слабой и болезненной, как её матушка, но не говорил об этом дочери. Он решил, что если свежий воздух и здоровая обстановка смогут укрепить здоровье девочки, то она должна получить всё необходимое. Именно поэтому он и купил Розовый луг — почти исключительно ради Ким.
Не успела Ким опомниться, как уже оказалась на вокзале и в салоне поезда, где отец долго и нежно прощался с ней. Мистер Фриленд стоял на платформе и махал рукой дочери, пока поезд медленно выезжал со станции и отправлялся в сладкую, свежую сельскую местность.
Розовый луг покорил сердце девочки с первого взгляда. Прохладный, но солнечный дом казался настоящим райским уголком после душного и официального городского особняка. Он был построен в причудливом, но милом стиле, с множеством крыльев, фронтонов и широких веранд со всех сторон. Перед домом простирались акры бархатистого зелёного газона, усыпанного кустарниками и украшенного клумбами с яркими цветами. Во всех направлениях вились дорожки, покрытые белым гравием, которые вели к разным частям сада и напоминали Ким карту.
С первого дня прибытия Ким была полна вдохновения и радости. Мисс Бомбиен строго выполняла указания и позволяла девочке бегать без ограничений. Ким заходила в дом только чтобы поесть, причём с каждым днём её аппетит становился всё лучше, а затем снова мчалась играть: гонялась за бабочками, посещала конюшни или птичий двор, или сидела на берегу реки и наблюдала, как плывёт коряга. Иногда по широкой голубой глади реки проплывала лодка, и тогда Ким подпрыгивала от восторга и хлопала в ладоши. Река вскоре стала её любимым местом, потому что зелёные берега и террасы перед домом спускались прямо к воде.
Мисс Бомбиен проводила дни в гамаке под боковой верандой, где читала книги и наслаждалась жизнью по-своему. Она не беспокоилась о Ким, считая, что девочка не может натворить ничего хуже порванного платья или испачканного лица.
Однажды утром, закончив завтрак и как обычно выбежав на лужайку, Ким заметила крошечную тропинку, ведущую через небольшой проход в высокой и густой живой изгороди. Она никогда не бывала в этой части сада, и хотя часто видела изгородь, не думала, что через неё можно пройти. Дух приключений охватил её.
— Я пойду на разведку, — сказала Ким себе.
Топ-топ-топ — маленькие ножки застучали по гравию, и вскоре девочка достигла изгороди и прошла через проход.
Тут Ким внезапно остановилась и огляделась. Перед ней стоял уютный домик, покрытый вьющимися растениями и окружённый цветущими цветами. От двери к ногам Ким вела тропинка, а на самой тропинке сидел маленький мальчик и медленно складывал камешки в свою широкополую соломенную шляпу.
Глава вторая
Мальчик был на годик-другой помоложе Ким. Он показался пухленьким пупсиком, едва уселся, широко расставив ножки, во все глаза уставившись на неожиданную гостью. Волнистые каштановые волосы свободно обрамляли его широкий лоб, а одежда, хоть и была пошита из грубой ткани, но оставалась аккуратной.
Он перестал играть и пристально посмотрел на Ким, затем опустил глаза и смущённо провёл пальцами по белым камешкам.
— Кто ты? — спросила девочка спокойным, деловитым тоном, продолжая разглядывать мальчика с интересом первооткрывателя.
— Тим, — тихо ответил он.
— Какой такой Тим? — спросила она.
— Тим Томпум, — пробормотал мальчик.
— Томпум? Это ничего не значит, — решительно заявила Ким.
Этот категоричный вывод, казалось, задел малыша. Он на мгновение робко поднял глаза и громче сказал:
— Папа Томпум косит траву и заставляет цветы расти. Я — Тим Томпум.
— Ах вот как, — сказала Ким. — Ты, наверное, имеешь в виду Томпсона. Томпсон — наш садовник, я знаю, садовники ухаживают за цветами и косят траву.
Мальчик дважды кивнул, как будто подтверждая её правоту.
— Садовник, — повторил он. — Папа Томпум. Я — Тим Томпум.
Потом он набрался смелости и снова посмотрел на Ким. Увидев дружелюбную улыбку на её лице, он смело спросил:
— А ты кто?
— А я Ким, — ответила она, садясь рядом. — Моё полное имя — Ким Фриленд.
— Ким Флилен, — повторил Тим.
— Фриленд, — поправила Ким.
— Флилен, — сказал Тим.
— Ладно, неважно, — засмеялась девочка. — Давай лучше поиграем. Что ты делал с камешками?
— Пятнашки, — ответил мальчик и, выбрав пять белых камешков почти одинакового размера, подбросил их в воздух, пытаясь поймать на тыльную сторону руки. Два упали, и Ким засмеялась. Мальчик тоже засмеялся и попробовал ещё раз. Вскоре они стали весёлыми друзьями, смеясь и болтая так, будто знали друг друга месяцами.
Мама Тима, услышав их голоса, выглянула из двери, но, увидев, что её сын подружился с «юной леди из поместья», улыбнулась и вернулась к своим делам.
Вскоре Ким вскочила.
— Пошли, Тим, — воскликнула она. — Пойдём к твоему папе. Я видела, как он сегодня утром пропалывал клумбу.
Тим быстро поднялся, высыпал камешки из шляпы и надел её так далеко на затылок, что Ким удивилась, почему она не падает.
— Пойдём к папе Томпуму, — и он тут же побежал рядом с новой подружкой.
Садовник Томпсон был очень удивлён, увидев, как его сын крепко держит за руку дочь богатого банкира и болтает с ней так свободно, будто давний друг. Но Томпсон быстро понял, что Ким здесь главная и делает всё, что захочет, поэтому не стал возражать. Наблюдая, как дети носятся по саду, где Тиму обычно запрещалось играть, садовник гордился тем, что его сын удостоился такой чести — стать товарищем по играм «юной леди».
Он не стал протестовать, когда они пробежали по клумбе, оставив на мягкой земле следы своих маленьких ног, потому что Ким крепко держала Тима за руку, и он послушно следовал за ней. Красивые красные розы привлекли внимание Ким, и она безжалостно сорвала несколько и воткнула их по краю шляпы Тима и своей собственной, хотя бедный садовник, который так тщательно ухаживал за цветами, что они стали для него драгоценными, вздрогнул и поморщился от боли, видя, как беззаботно и, как ему казалось, жестоко юная хозяйка дома обращается с его розами. Но Ким знала, что всё это её собственность, и наслаждалась розами по-своему, а Тим, даже если и чувствовал вину, мудро сваливал всю ответственность на спутницу и восхищался тем, как она принимала всё вокруг как своё.
Когда из большого дома прозвучал звонок к обеду, Ким оставив Тима, откликнулась на него, заверив:
— Завтра я принесу корзину с бутербродами и пирогом, и мы устроим пикник на берегу реки.
— Хорошо! — ответил Тим и побежал к домику отца.
Это был знаменательный день для него, ведь он обрёл чудесную подружку для игр.
Глава третья
Рано утром следующего дня Ким вышла из дома с корзинкой на руке, такой большой и тяжёлой, что едва могла нести. Несколько раз по дороге от дома до прохода к живой изгороди она останавливалась, чтобы передохнуть.
Разок чуть не погналась за красивой бабочкой, лениво порхавшей над лужайкой, но взгляд на корзину и мысль о Тиме вернули её к тому, что сегодня «день пикника», и она упорно побрела вперёд, пока не прошла через изгородь.
Тим сидел на крылечке и ждал её. На нём был чистый матросский жилет и синий комбинезончик, а лицо и руки чисто вымыты перед важным мероприятием.
Когда он заметил корзинку Ким, как глаза его округлились, и он спросил:
— Что у тебя там?
— Ах, это? Это наш обед, — ответила девочка, с облегчением поставив ношу на землю.
— А что такое обед? — спросил Тим.
— Ну… Это то, что едят, — объяснила она.
— А, — выдохнул Тим. Потом он снова посмотрел на корзину с новым интересом и спросил:
— Корзина вся полна чем-то вкусным?
— Да, — ответила Ким с гордостью. — Я упросила повариху дать мне всё самое вкусное из кладовой, потому что мы с тобой отправляемся на пикник и будем обедать на берегу реки. Повариха наполнила мою корзинку доверху, потому что привыкла выполнять все мои просьбы. И корзинка-то немаленькая, Тим.
— Да, — серьёзно кивнул Тим. — Большая корзина!
Потом он вскочил и, полный нетерпения, подошёл к корзине.
— Давай есть! — воскликнул он.
— О нет, — возразила Ким. — Ещё не время обедать. Да и я только что позавтракала. Но как только мы подойдём к реке, так сразу начнём наш пикник. А если будешь себя хорошо вести, Тим, может быть, я дам тебе кусочек желейного пирога до обеда.
Мама Тима вышла, поцеловала сына на прощание, и они Ким и Тим взявшись за ручку корзины, направились к реке.
Конечно, дорога заняла у них много времени: они часто ставили корзину, то чтобы нарвать цветов, то понаблюдать за малиновкой, которая кормила птенцов в гнезде, то побегать по мягкой, коротко стриженой траве, гоняясь друг за другом в приподнятом и радостном настроении.
Но они всегда возвращались к корзине и наконец донесли её до самой воды, где и поставили на большой плоский камень.
— Это будет наш стол, когда придёт время обедать, — сказала Ким.
— Уже время, — мечтательно заметил Тим.
— Ещё нет, — ответила девочка, — Но я угощу тебе желейным пирогом, потому что его много и должно хватить на весь день.
Она откинула белую салфетку, которой была покрыта корзина, и достала два больших куска пирога — один для Тима, другой для себя. Наслаждаясь вкусным пирогом, они гуляли вдоль берега. Река была совершенно пустынна: лодок не было, потому что день выдался жарким, и даже рыбаки не хотели выходить. На противоположном берегу возвышались изгибы скал, а у их подножия росли кустистые деревья, обрамляющие дальний край реки.
— Как усы, — сказал Тим.
— Да, отсюда так и выглядит, — согласилась Ким, — Но если бы мы были на той стороне реки, то увидели бы, что это большие деревья. И они только кажутся усами, потому что находятся далеко.
Дети пошли дальше вдоль берега, пока не миновали территорию Розового луга, а затем, обогнув небольшой изгиб реки, наткнулись на низкие кусты, растущие у самой воды.
— Ой, Тим, — воскликнула девочка, — Как было бы здорово пообедать под этими деревьями, где прохладно и тенисто! Давай вернёмся и принесём корзину.
Тим послушно последовал за ней, потому что признавал в Ким лидера — не только из-за того, что она была старше, но и потому, что у неё была чудесная корзина со вкусностями. Они вернулись к большому камню, где оставили корзину, и после некоторых усилий донесли её до рощицы низких деревьев. Раздвинув ветки, они пролезли через кусты к самому краю реки, и тут Ким воскликнула от радости.
— Здесь лодка! — сказала она. — И какая красивая! Интересно, чья она. Но неважно, здесь никого нет, так что мы можем забраться в неё и поесть сидя на её скамьях.
Это была поистине красивая лодка, вся белая, за исключением красной полоски по краю. В лодке были широкие сиденья на каждом конце и два сиденья посередине, а на дне под ними лежали два вёсла.
Один конец лодки был пришвартован к берегу, а остальная часть спокойно качалась на воде, а ветви деревьев отбрасывали прямо на неё прохладную тень, и Ким с Тимом показалось, что это самое приятное место для обеда.
Они перенесли корзину на самое дальнее сиденье, и Ким расстелила белую салфетку, на которую выложила все вкусности, которые повариха положила в корзину.
— Давай играть в дом, — предложил Тим.
— Не в дом, — поправила Ким, — Давай представим, что это корабль, и мы отправились в плаванье по океану. Разве это не весело?
Сидя на дне лодки у сиденья, которое служило им столом, они смеялись, болтали и с аппетитом, свойственным здоровым детям, уплетали свой обед.
Время летело так быстро, что они не заметили, как долго сидели там, но вдруг Тим воскликнул:
— Жарко! — и надел шляпу, чтобы защититься от солнца.
Ким удивлённо подняла голову и увидела, что солнце действительно светит им прямо в глаза. Затем она заметила, что тени деревьев исчезли, и над лодкой осталось только голубое небо.
Она встала и испуганно вскрикнула:
— Тим, мы на реке! Лодка уплыла!
Глава четвёртая
Тим вскочил на ноги и сел на сиденье лодки, крепко держась за борта обеими руками. Оглядевшись и увидев, что лодка далеко от берега, он улыбнулся и кивнул:
— Теперь будем играть в корабль и кататься по океану. Да, Ким Филен?
— Ой, Тим! — воскликнула девочка. — Я боюсь утонуть. Как же мы вернёмся домой?
— Будем кататься на лодке, — спокойно ответил Тим.
— Но лодка уносит нас всё дальше, — сказала Ким. — Мы плывём вниз по течению, и скоро окажемся в океане, где большие волны.
Девочка испугалась не на шутку, но Тим храбро решил не бояться. Когда быстрое течение несло их вперёд, он радостно хлопал в ладоши и смеялся:
— Хорошая поездка! Ура!
Ким была старше и мудрее. Она знала, что лодку можно грести вёслами, и на дне лодки лежали два весла. Она решила попытаться добраться до берега, чтобы найти кого-нибудь, кто поможет им вернуться в Розовый луг, который они уже давно остался позади.
Она вытащила одно из вёсел и с трудом — оно было тяжёлым для девочки — опустила один конец в воду, а другим уперлась в уключину ладки. Затем начала грести изо всех сил, но её сил было недостаточно, и всё, что она смогла сделать, — это развернуть лодку наполовину, так что нос теперь был направлен к скалистым утёсам на противоположном берегу реки.
Её усилия понравились Тиму, тот весело засмеялся, едва весло заплескалось по воде, но Ким была полна решимости добраться до берега и отчаянно трудилась над этой задачей.
Лодка всё ещё направлялась к скалистым утёсам, когда внезапно весло выскользнуло из рук Ким, и она упала с сиденья на корму.
Девочка не поранилась, но, поднявшись, увидела, что весло уплывает прочь и его уже не догнать. Тем не менее она обрадовалась, заметив, что лодка всё ещё плавно скользит вперёд, и вскоре, к её радости, поняла, что лодка направляется прямо к деревьям и с каждой минутой приближается к берегу.
— Должно быть, другое течение, Тим, — воскликнула она. — Оно несёт нас к берегу. Значит, я всё-таки сделала что-то хорошее, даже если потеряла весло.
Тим кивнул, но ничего не сказал. Он всё ещё наслаждался необычной прогулкой на лодке. Ким села рядом с ним на сиденье, и они наблюдали, как берег становится ближе и отчётливее с каждой минутой, пока лодка плавно скользила вперёд.
Деревья оказались больше, чем они думали, и росли вплотную к самой воде. Ким забеспокоилась, заметив, что скорость лодки увеличивается по мере приближения к берегу.
— Если мы врежемся в эти деревья, — сказала она, — мы можем пораниться, и ветки сильно исцарапают нам лица.
Тим перестал улыбаться, услышав это, и крепко сжал руку Ким.
В следующий момент лодка, всё ещё быстро двигаясь вперёд, достигла деревьев. Детей подхватили ветви, сбили с сиденья, и они растянулись на дне лодки. Но сама лодка не остановилась ни на мгновение. Между густыми ветвями было достаточно места, чтобы она проплыла под ними, и вместо того, чтобы врезаться в берег, течение пронесло её через небольшое отверстие в скалистом утёсе, и затем, в полной темноте, она продолжала быстро двигаться вперёд!
Ким и Тим, напуганные этой неожиданной опасностью, сумели встать и сесть вместе на сиденье лодки, но они ничего не видели впереди, а позади, там, где они вошли в этот скрытый туннель в скале, еле заметно светилось.
Некоторое время они сидели молча. Потом Ким протянула руку, чтобы нащупать что-нибудь, но вокруг была только прохладная, влажная тьма. Затем она потянулась вверх и ударилась о выступ скалы, отчего ей стало больно.
— Тим, — прошептала она, — Думаю, нам лучше лечь на дно лодки. Потолок здесь не очень высокий, и он может ударить нас по голове, если мы будем сидеть.
Тим сразу же сполз с сиденья и растянулся на досках внизу. Ким быстро последовала его примеру, и какое-то время они лежали неподвижно в темноте, прислушиваясь к тому, как вода мягко плещется о борта лодки.
Вскоре девочка спросила:
— Ты напуган, Тим?
— Не очень, — неуверенно ответил он, а затем после долгой паузы добавил: — Но немного.
— О, я тоже немного боюсь, — призналась Ким. — Но я не знаю, что мы можем сделать.
— Знаю, — серьёзно заявил Тим.
— Что? — спросила она с тревогой в голосе.
— Ничего.
Ким не увидела смысла отвечать на это, и снова наступило долгое молчание.
Казалось, они не были в непосредственной опасности: лодка плавно скользила вперёд, а воздух был приятно прохладным после жары на открытой реке.
Но две вещи беспокоили Ким. Во-первых, её уносило всё дальше от дома, а во-вторых, она боялась, куда их может привести подземная река. Она совсем не была уверена, что они не плывут в самый центр земли, и шансы когда-нибудь снова увидеть Розовый луг становились всё меньше с каждой минутой.
Тим, казалось, ни о чём не беспокоился. Темнота и журчание воды убаюкивали его, и вскоре он крепко заснул, обхватив ручонками шею Ким.
Девочка тоже постепенно успокаивалась, так как ничего ужасного не происходило. Они совершали долгое путешествие под скалами, но та знала, что всё это когда-нибудь закончится, и, вероятно, они вскоре выплывут из тёмного туннеля на свет.
Лодка мчалась вперёд, и наконец, когда Ким улеглась, уставившись в темноту, заметила слабый свет вокруг и начала различать скалистый потолок пещеры, через которую проплывали.
Тогда девочка села и увидела вдали яркое круглое пятно, напоминающее полную луну. Пятно, казалось, приближалось и становилось всё больше, и наконец Ким радостно вскрикнула и разбудила спутника.
— Тим! Ой, Тим! — позвала она. — Мы, наконец, добрались до конца и выплываем из туннеля!
Тим сел и потёр глаза. Он равнодушно взглянул на отверстие, а затем перевёл взгляд на корзину с обедом и сонно произнёс:
— Я хочу есть!
Глава пятая
Разумеется, в этот волнующий момент Ким не обратила внимания на то, что мальчик снова проголодался.
У них будет достаточно времени, чтобы перекусить, стоит только выйти из туннеля и почувствовать себя в безопасности.
Лодка скользила по воде грациозным лебедем, и через несколько минут миновала зубчатые скалы, обрамлявшие вход в туннель, и выплыла в широкую реку.
Ким и Тим быстро забрались на сиденье и огляделись.
Они находились в глубокой долине, по форме напоминавшей мясорубку, только по внешнему краю возвышались горы с острыми вершинами. Нигде не было видно ни деревьев, ни чего-либо зелёного, но долина была густо усеяна камнями — большими, маленькими и всех размеров — которые были разбросаны во всех направлениях.