Полуночная экскурсия. Часть 2

The Midnight Tour. Copyright ©1998 by Richard Laymon. All rights reserved.

©Оформление: ООО «Феникс», 2025

©Перевод: Гладнева Н., 2025

©Дизайн обложки: Захаров С., 2025

©Дизайн фронтисписа: Лоскутов К., 2025

©В оформлении книги использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock AI Generator / Shutterstock / Fotodom.ru

Ричард Лаймон

(1947–2001)

Глава 30

Как на картинке

В закусочной Оуэн взял себе Раскаленный Звере-хот-дог, картофель фри и среднюю Тваре-колу. Джон Кромвель заказал Двухэтажный Монстербургер Делюкс, Зверский картофель фри с чили и сыром и большую Тваре-колу. Оуэн заплатил за обоих.

– Ты настоящий друг, – сказал Джон и похлопал его по плечу.

– Ну, рад помочь.

– Большинство парней не стали бы этого делать, знаешь?

– Ну…

– Ты хороший человек. Надеюсь, однажды я смогу сделать что-нибудь для тебя.

– Ладно, все в порядке. Не бери в голову.

Вскоре еда была готова. Они отнесли подносы к угловому столику и присели.

Джон содрал бумажную упаковку и воткнул трубочку в крестообразное отверстие на крышке стакана. Он отпил немного колы и вздохнул.

– Знаешь, что я сделаю для тебя? Я тебя сфотографирую.

– О, в этом…

Джон отодвинул свой стул и поднялся.

– Ты не обязан.

– Но я хочу. Нет, серьезно. – Отойдя от стола, он поднял фотоаппарат к лицу. – Веди себя естественно, – сказал он. – Без всяких этих «сы-ы-ыр’ов».

Оуэн засмеялся.

Джон сделал снимок, затем отошел в сторону и сделал еще один. Потом он вернулся к столу.

– Я пришлю их тебе, – сказал он, усаживаясь.

Пришлет их мне? Тогда ему понадобится мой адрес.

Вдруг он заглянет в гости?

– О, – сказал Оуэн, – тебе не нужно…

– Знаешь что, друг? Знаешь, что я сделаю? Я видел, как ты изучал ту девушку-гида. Линн. Классная малышка, да? Что скажешь, если я пришлю тебе фотографии с ней тоже? Спорим, ты будешь рад, а?

– Думаю, да, – признал он.

– Ты думаешь, да, – засмеялся Джон.

– Да, было бы здорово.

– Дело в шляпе, приятель. – Он широко раскрыл рот и вгрызся в огромный бургер. На бумажную подкладку корзины закапал сок и плавленый сыр.

Истекая слюной, Оуэн взял свой Раскаленный Звере-хот-дог и откусил. Масляная, румяная булочка хрустнула на зубах. Он впился в обжаренную на углях кожицу сосиски. Рот наполнился теплой, пряной массой.

Джон что-то сказал с набитым ртом, но Оуэн не сумел разобрать ни слова.

– А?

Джон прожевал, несколько раз проглотил и повторил уже не с таким набитым ртом:

– Пожиратель сосисок.

– Это я.

Некоторое время они только ели и не разговаривали.

Оуэн раздумывал над предложением Джона отправить ему фотографии Линн. Конечно, он был бы не против получить их. Но ему не хотелось давать Джону свой домашний адрес.

Даже если я дам ему адрес, он может и не послать фотографии. Люди часто дают подобные обещания, но редко когда выполняют их.

Через какое-то время Джон сделал передышку в еде и спросил:

– Так как насчет того, о чем мы говорили?

– Что?

– Возьмешь мой фотоаппарат на Полуночную экскурсию? Сделай это для меня, а я потом все продублирую и отправлю тебе.

Оуэн помотал головой.

– Ну же, приятель. Пожалуйста. Что в этом такого страшного?

– У меня есть свой фотоаппарат.

– Без проблем. Снимай на оба.

– А внутри дома вообще можно снимать?

– Без вспышки. Я уже уточнил. Но у меня высокочувствительная пленка. Четыреста. Вспышка не нужна, если есть хоть какое-то освещение. А у тебя какая пленка?

– Двести.

– Ты попал. Ни фига не получится внутри дома, ни днем, ни ночью. Только со вспышкой.

– Я могу купить кассету четырехсотки до начала экскурсии.

– Эй, приятель, ну пожалуйста.

– Почему я не могу снимать на свой фотоаппарат, а потом продублировать фотографии и прислать их тебе?

Джон скривился.

– У меня нет адреса, по которому ты можешь прислать их. Я живу в машине, приятель. Я никогда не получу их. Черт! Прояви снисхождение, а? – Он внезапно улыбнулся. Щели между зубами были забиты мякотью булки. – Как бы там ни было, на моем фотоаппарате уже есть снимки Линн. Тебе же они нужны, не так ли?

«Были бы нужны гораздо больше, – подумал Оуэн, – будь это фотографии Дэйны».

Дэйна!

Ему в голову пришла мысль.

Мысль его поразила.

На несколько секунд он задумался.

– Что? – спросил Джон.

– Знаешь что, – сказал Оуэн. – Тебе бы хотелось самому пойти на Полуночную экскурсию?

– Шутишь?

Оуэн наклонился вправо и вытащил свой бумажник. Он достал банкноту в пятьдесят долларов и протянул ее через стол.

Джон нахмурился, глядя на деньги.

– Это за что?

– Аванс за работу.

– Кого я должен убить?

– Не надо никого убивать, но я попрошу тебя сфоткать одну из девушек-гидов. – Оуэн улыбнулся, довольный своим планом. – На твой фотоаппарат. Ее зовут Дэйна. Сейчас она, вероятно, дежурит внутри Дома Зверя.

– Как она выглядит?

– Высокая блондинка. И безумно красивая.

– Понятно. Та красотка. Знаю, кого ты имеешь в виду. Видел ее вчера. Настоящая конфетка. У меня встал, едва…

– Эй.

– Да. Прости. Не хотел тебя обидеть, друг. Тебе нужны ее фотографии – я их сделаю. В обнаженном виде или как?

– Не будь идиотом. Просто сделай мне несколько хороших снимков с ней. Как захочешь. Можешь спросить ее разрешения или снимать втихаря, все равно. Только не вмешивай меня, ладно? Действуй так, будто снимаешь для себя.

– Без вопросов.

– И давай слушать аудиотур по отдельности. Я пойду первым. Дай мне где-нибудь полчаса форы, потом начинай сам и пофотографируй Дэйну. Когда ты закончишь, мы встретимся у главного входа и пройдемся по городу. Может, здесь есть какая-нибудь фотолаборатория, где проявляют пленку за час. Или где могут сделать это к завтрашнему дню.

– Возможно, – сказал Джон и отпил еще колы. – Не удивлюсь.

– Как только я получу фотографии Дэйны, я дам тебе еще пятьдесят баксов, и ты сможешь купить билет на Полуночную экскурсию.

Джон кивнул, и на его лице на несколько секунд появилось довольное выражение. Затем он нахмурился.

– А вдруг к тому времени все места закончатся?

– Ты можешь задержаться здесь и сходить на эту экскурсию на следующей неделе?

Джон наморщил нос.

– Не знаю, приятель. Неделя – это очень долго, когда ты на мели. Нельзя ли пойти и купить мне билет прямо сейчас? Знаешь что, мы купим его сейчас, потом он будет у тебя, пока ты не получишь фотографии. Как тебе? Если что-то пойдет не так, ты можешь продать его кому-нибудь и вернуть деньги. Черт, ты бы мог, наверное, даже перепродать его с наценкой и немного заработать. Что скажешь?

Оуэн хотел получить фотографии Дэйны.

– Хорошо, – сказал он. – Договорились.

– Ты не пожалеешь, приятель. Отлично! Я сделаю тебе потрясные фото этой красотки.

Они закончили есть. Затем прошли через лужайку к билетной кассе. Оуэн остался ждать на траве. Джон свернул на пешеходную дорожку, перекинулся парой слов с Шэрон и исчез из поля зрения. Через несколько минут он появился снова, держа в руке красный билет. Шэрон, казалось, была очень рада, что он приобрел его. Они немного поболтали, кивая и улыбаясь. Потом Шэрон надо было выдавать плееры, и Джон направился к Оуэну.

– Хорошо, что мы не стали откладывать, – сказал он, размахивая билетом. – Это был последний билет на завтрашнюю экскурсию.

Вероятно, номер тринадцать.

– Повезло, – сказал Оуэн.

– Приятель, это счастливейший день в моей жизни. Я бы тебя обнял и расцеловал, только не хочется, чтобы нас приняли за гомиков.

Оуэн выдавил улыбку.

– Не хотелось бы. – Он протянул руку, и Джон отдал ему билет.

– Я получу его обратно, когда у тебя будут фотографии Дэйны, верно?

– Точно, – сказал Оуэн, опуская его в карман рубашки к своему билету. – Ну все, я пошел слушать тур. Может, ты пока побродишь по сувенирному магазину или типа того?

– Может, я возьму себе еще один бургер. Можешь выделить еще пару баксов?

– Конечно. – Оуэн достал банкноту в десять долларов. – Вот, держи. И дай мне час форы.

– Целый час?

– Проведи его за едой, – предложил Оуэн и вручил ему десятку.

– Ты босс.

Джон направился к углу дома, а Оуэн вернулся к Остановке номер один. Остановившись у подножья лестницы, он надел наушники. Он нажал кнопку «Воспроизведение». И поднял глаза на тело линчеванного Гэса, когда Дженис Кроган начала свой рассказ.

Позже, выслушав историю Этель, Оуэн вышел из гостиной и поднялся по лестнице. Он оглядел весь коридор, но Дэйну не увидел.

«Ничего страшного, – сказал он себе. – Она, вероятно, где-то здесь».

Он прослушал запись на Остановке номер три, затем выключил плеер, вышел из спальни Лилли Торн и пошел по коридору к Остановке номер четыре.

Вчера он впервые увидел Дэйну около двери на чердак.

Сейчас тут стояло несколько посетителей, слушавших плееры и глядевших на лестницу.

Но Дэйны не было.

Где она?

Впереди несколько человек по левой стороне коридора свернули с пути.

Оуэн увидел ее.

У него екнуло сердце.

Она стояла, как невольный страж, прямо возле входа в спальню мальчиков, кивая и улыбаясь посетителям, проходившим мимо.

Эта спальня, Остановка номер четыре, была у Оуэна следующей локацией.

Я пройду рядом с ней!

Ему хотелось отвернуться.

«Черт возьми, не будь таким трусом, – сказал он себе. – Просто иди вперед, веди себя естественно. Она не знает о моих чувствах к ней. Я для нее просто очередной посетитель».

Он шел медленно, обходя нескольких человек, стараясь не смотреть на нее.

Но когда он приблизился к дверному проему, их глаза встретились.

– Доброе утро, – сказала Дэйна.

– Привет.

– Снова здесь, да?

Она помнит меня!

Густо покраснев, он кивнул.

– Где твой товарищ? – спросила она.

Оуэн вытащил наушники.

– Товарищ?

Наверное, она видела меня с Джоном! Что теперь я…

– Та девушка, которая была с тобой вчера, – пояснила Дэйна.

– А, она.

Я не хочу лгать. Особенно Дэйне.

– Ей тут не понравилось, – сказал он. – Она… ну, постоянно жаловалась и все портила. Поэтому сегодня я вернулся без нее.

– Избавился от нее, а?

– Типа того.

Дэйна взглянула на свои часы.

– У меня сейчас перерыв. Хочешь выйти со мной?

– Выйти? С тобой?

– Да.

– Прямо сейчас?

– Если ты не хочешь…

– Нет. Нет. Я пойду с тобой. Конечно.

Дэйна сняла с пояса рацию. Поднеся ее ко рту, она нажала кнопку и сказала:

– Линн, это Дэйна. Я собираюсь на перерыв. Хорошо? Прием.

– Валяй, детка, – раздалось в ответ.

Дэйна улыбнулась Оуэну и сказала:

– Пошли.

Он последовал за ней по коридору и вниз по лестнице. В прихожей она сказала другому гиду:

– Я иду на перерыв, Клайд.

Клайд бросил быстрый, недобрый взгляд на Оуэна, затем кивнул Дэйне.

Оуэн поспешил вперед, чтобы распахнуть перед ней дверь. Выходя, Дэйна поблагодарила его. Он спустился за ней с крыльца.

– Пойдем здесь, – сказала она.

Он шел рядом с ней, беззвучно ступая по мягкой траве. Его сердце колотилось. По бокам стекал пот. Рот пересох. Утреннее солнце как будто давило чем-то горячим на макушку его головы и плечи. Но подул приятный, освежающий ветерок. Он раздул его рубашку на груди и животе. Он пах так, как будто летел издалека, низко плывя над океанскими волнами. Он сделал глубокий вдох и вздохнул.

Мы идем вместе. Это просто невероятно.

Но чего она хочет?

Прямо за углом дома Дэйна остановилась и повернулась к нему.

Вдалеке люди вышагивали по дорожке между билетной кассой и крыльцом. Кто-то, направляясь к обеденной зоне, или к сувенирному магазину, или к уборной, шел в сторону дальнего угла дома.

Этот же уголок лужайки был в полном распоряжении Дэйны и Оуэна.

– Хорошо тут, на воздухе, да? – спросила Дэйна.

– Замечательно.

Он уставился на нее.

Не верится, что мы стоим здесь.

Не верится, как потрясающе она выглядит.

Яркое солнце не выявляло недостатки, а, казалось, только подчеркивало ее красоту. Ее волосы переливались желтым, рыжим и золотистым. На щеках был прелестный бледный пушок. Цвет ее глаз идеально сочетался с бледно-голубым небом.

– Как ее зовут? – спросила Дэйна.

– Кого?

Она слегка нахмурилась.

– Вчерашнюю девушку.

– О. Это была Моника.

– И где она сегодня?

Он поморщился.

– Я оставил ее в гостинице.

– Здесь, в городе?

– На Рыбацкой пристани.

– Ты оставил ее в Сан-Франциско?

– Знаю, знаю. Но она возненавидела это место. Она бы не дала мне насладиться туром. Я годами мечтал о Доме Зверя. А она все испортила. Она отпускала гадкие замечания буквально обо всем.

– Полагаю, обо мне тоже.

Оуэн изумленно уставился на нее. Он кивнул.

– Как ты узнала?

Она таинственно улыбнулась.

– Я много чего знаю.

– Ты слышала, что она говорила, или…?

– Я не могла не заметить, как ты смотрел на меня вчера.

Ему показалось, что его лицо сейчас вспыхнет пламенем.

Смущаясь, он сказал:

– Прости.

– О, все нормально. Я не против. Но вот Монику это не совсем устраивало, верно?

– Совсем не устраивало.

– Думаю, она реально вышла из себя. В доме. И потом, когда я забирала ваши плееры у ворот. У нее был такой вид, будто она хотела разодрать мне лицо.

– Она постоянно делает из мухи слона. В смысле, мне иногда приходится смотреть на других женщин. Понимаешь? Или я просто врежусь в них.

Дэйна усмехнулась.

– Так вот почему ты не отрывал от меня взгляд – чтобы избежать столкновения.

– Именно. – Улыбаясь, он добавил: – Плюс… э-э… потому что я просто не мог не смотреть на тебя.

– Почему это?

– Ты знаешь.

– Да. Знаю. Я слишком велика, чтобы пропустить.

Оуэн засмеялся.

– Не поэтому. А потому, что… еще не видел никого красивее.

Лицо Дэйны внезапно покраснело.

– Что ж, спасибо. Очень мило с твоей стороны.

– Это чистая правда. Ты же видела себя в зеркале, разве нет?

– На мой взгляд, я не столь великолепна. Ладно, Оуэн. – Она сделала глубокий вдох и сказала: – Вернемся к тебе и Монике.

– Если это необязательно, может, не будем об этом?

– Обязательно. По крайней мере, для меня – поскольку ты вернулся сегодня без нее, и я могу иметь к этому некоторое отношение.

– Ну…

– И еще я вижу, что у тебя в кармане билеты на Полуночную экскурсию.

Кивая, он похлопал по карману.

Что я скажу насчет второго билета?

– На завтрашнюю экскурсию? – спросила Дэйна.

– Да.

– Моника ненавидит Дом Зверя. Меня она тоже ненавидит.

– О, я бы не…

– Наверняка ты не возьмешь ее на Полуночную экскурсию.

– Нет.

– И наверняка ты не планируешь возвращаться в Сан-Франциско до завтрашнего вечера, не так ли?

– Нет.

– Значит, ты просто оставил Монику одну в гостинице в Сан-Франциско на несколько дней?

– На самом деле я вообще не планирую возвращаться.

– Что?

– Я бросил ее. Я улизнул из номера, пока она спала, и…

– Господи! И ничего не сказал?

– Нет!

– Ты хоть оставил записку или что-то в этом роде?

Он помотал головой.

– Она может подумать, что тебя похитили, или убили, или еще что-нибудь.

– Сомневаюсь. Я забрал все свои вещи. Скорее всего, она решит, что я пораньше улетел домой. И она поймет почему.

Скривившись, Дэйна покачала головой.

– Ужасно так поступать по отношению к кому-либо, Оуэн.

– Да, я знаю. Но с ней все будет в порядке.

– Не будет в порядке. Она будет потрясена.

Он усмехнулся.

– Ты не знаешь Монику.

– Любая женщина была бы потрясена, отправься она в поездку с парнем, а он возьми да исчезни.

– Да, хорошо. Я знаю, что поступил плохо, но она это заслужила. Сама напросилась.

– Откуда вы?

– Мы прилетели из Лос-Анджелеса. И у нее есть обратный билет. Кроме того, у нее полно денег и все такое. Если захочет, она может улететь домой сегодня. Или остаться и отдыхать в свое удовольствие без меня. Я уверен, что без меня ей будет гораздо лучше. Она только и делала, что ныла по любому поводу. Ты же ее видела. Она ужасна. И она считала, что я принадлежу ей. Она полагала, что я собираюсь жениться на ней. Мне пришлось уйти, пока не стало слишком поздно.

Дэйна продолжала морщиться и медленно качать головой.

– Вы были помолвлены?

– Нет еще.

– Вы уже давно встречаетесь?

– Где-то с Рождества.

– И ты бросил ее из-за вчерашнего?

– Вроде того.

– Потому что она испортила тебе поездку в Дом Зверя? Или дело в том, что ты увидел меня?

Оуэн поежился.

– Я был готов порвать с ней и до вчерашнего дня, – сказал он. – Просто не мог собраться.

– Так что же такого случилось вчера, что ты решился?

– Она вела себя как настоящая стерва. Во всех отношениях.

– И все-таки, я имела какое-то отношение к твоему решению?

Ну давай же, чувак!

Он пожал плечами и сказал:

– В некотором роде. На самом деле причин несколько. Я хотел вернуться и пройти тур без нытья Моники, и я действительно хотел на Полуночную экскурсию, а она бы никогда не позволила мне пойти. И… наверное, я надеялся увидеть тебя снова.

– Ты бросил ее не из-за меня, так ведь?

– Не совсем.

– О, прекрасно, не совсем. То есть, может быть, да.

Оуэн съежился и пожал плечами. Не в силах смотреть на нее, он опустил взгляд на траву возле своих ботинок. Затем сказал:

– Это… э-э… Не то чтобы я рассчитывал встречаться с тобой или типа того. В смысле, такие, как ты… У тебя тут, наверное, уже очередь из парней. Вряд ли тебе нужен такой, как я. Но дело в том, что, глядя на тебя… И помнишь, мы немного поболтали, когда отдавали тебе плееры? Дело в том, что в тебе как будто есть все, чего нет в Монике. Все, чего только может пожелать парень. А я… я связался с этой грубой и высокомерной стервой. Как мог я губить свою жизнь с такой, как она, когда в этом мире есть такие, как ты? Понимаешь?

– Возможно, ты меня переоценил, – сказала Дэйна. Ее голос звучал как-то странно.

Оуэн поднял взгляд.

Глаза Дэйны были влажными и блестели. Нахмурившись, она отвернулась.

– Мне лучше вернуться к работе. – Она тронулась с места.

Оуэн пошел рядом.

– Прости, если расстроил тебя.

– Все нормально.

– И ты не беспокойся, я не буду доставать тебя. Я не буду звать тебя на свидание или типа того.

Она окинула его взглядом.

Он попытался улыбнуться.

– Если только ты сама не захочешь.

– Я не знаю, – ответила она. – Надо подумать.

О боже! Она подумает об этом!

– Где ты остановишься на ночь? – спросила она.

Ух ты!

– Не знаю. Наверное, в «Добром трактире», если у них есть места.

– Ты еще не был там?

– Нет. Я собирался зайти и зарегистрироваться после обеда.

– А где ты останавливался прошлой ночью? – спросила она.

– На Рыбацкой пристани.

– А, точно. Ты уже говорил.

– Да.

– Ты уверен, что тебя не было здесь вчера вечером? Мне кажется, я тебя видела.

Улыбаясь, он покачал головой.

– Мне бы очень хотелось быть здесь, это точно. Но я был со старушкой Моникой, проводя один из самых несчастных вечеров в своей жизни.

Дэйна похлопала его по спине и сказала:

– Может, сегодня будет лучше.

Она коснулась меня!

Она убрала руку, но Оуэн еще ощущал тепло в том месте, где она коснулась его.

Они вместе поднялись по ступенькам крыльца. Оуэн открыл дверь перед Дэйной, и они вошли в Дом Зверя. Клайд с кем-то разговаривал. Несколько посетителей спускались по лестнице, поэтому Оуэн посторонился и пропустил Дэйну вперед.

Он шел по лестнице прямо за ней.

Глядя на ее ноги сзади, на то, как ее шорты скользят по округлым ягодицам.

Она может встречаться со мной.

Она подумает об этом.

Боже мой!

Поднимаясь за Дэйной по лестнице, он внезапно осознал, что расставание с Моникой было лучшим, что он когда-либо делал.

Глава 31

История Сэнди – июль 1992

Сэнди не видела незваного гостя.

Затем он показался на глаза, поднявшись из-за валуна. Этот валун, его укрытие, был всего на пару ярдов левее того места, куда, позируя, смотрела Сэнди.

Едва заметив его, она остро ощутила смущение. Это был не первый раз, когда кто-то прерывал их сеанс. Сейчас, по крайней мере, она не была полностью обнаженной. Стараясь не выдавать своего волнения, она просто подняла левую руку и прикрыла голую грудь.

– Простите, что потревожил вас вот так, – сказал молодой человек и начал спускаться к пляжу.

– Никаких проблем, – ответил Блейз с улыбкой и дружелюбно.

И неудивительно. В конце концов, это не Блейз стоял тут полуобнаженный. И Блейз был голубым, а незнакомец был невероятно красивым, его голую грудь с рельефными мышцами покрывал ровный загар, и на нем были выцветшие шорты с низкой посадкой.

Он спрыгнул с камней и приземлился на песок.

– Я не собирался мешать вам, – заявил он, хмурясь и качая головой. – Я не знал, что вы тут, внизу. Во всяком случае, не сразу. Я просто лазил тут. – Повернувшись вбок, он указал на высокую груду камней. – Просто так. – Он улыбнулся Блейзу, затем встретился взглядом с Сэнди и сказал: – Как только я увидел тебя, я не смог уйти.

– Ну, посмотрел – и хватит, можешь…

– Меня зовут Терри.

– Ладно, не задерживайся из-за меня.

Он слегка улыбнулся и пожал плечами.

– Я так понимаю, ты хочешь, чтобы я ушел.

– Мы тут как бы делом заняты.

– Понимаю. Прости. – Он взглянул на руку Сэнди, прижатую к груди, потом посмотрел ей в глаза. – Ты не хочешь сказать мне свое имя?

– Я называю его только по необходимости.

Он улыбнулся. У него была великолепная улыбка, белоснежная и искренняя.

– Тогда это тот самый случай. Мне действительно надо знать.

– Может, в другой раз, – сказала она ему.

– Буду ждать…

– Я Блейз, – провозгласил Блейз. – Блейз О. Глори.

– Приятно познакомиться, мистер Глори.

– О, просто Блейз.

– Блейз. – Улыбнувшись Сэнди еще раз, Терри отвернулся от нее и направился к Блейзу. – Можно взглянуть на картину?

– Конечно. – Блейз сделал шаг назад.

– Эй! – крикнула Сэнди. – Нет! Если он хочет взглянуть на нее, пусть идет в галерею.

– О, не вредничай, – сказал ей Блейз.

Терри резко отвернулся, избегая смотреть на холст.

– Я подожду, когда она появится в галерее, – сказал он.

– О, не обращай на нее внимания.

– Все нормально. Простите, что помешал. – Направляясь к тропинке, он оглянулся на Сэнди и крикнул: – Пока! Может, где-нибудь увидимся.

– Пока! – крикнула ему Сэнди.

Они с Блейзом смотрели, как он поднимается вверх по тропинке.

– Какой приятный парень, – заметил Блейз.

– Просто очаровательный, – сказала Сэнди.

– И сногсшибательный.

– Он твой.

– Нет, боюсь, что нет. Дорогая моя, он твой, стоит только попросить. Он был совершенно очарован.

– Как и все прочие.

– Ну… не буду давить. Я знаю, что у тебя был ужасный опыт. Мужчины могут быть такими эгоистичными отморозками. Но встречаются и замечательные. У некоторых даже мысли не возникнет набрасываться на тебя, или бить тебя, или… или бросить тебя.

– Я все это знаю. Проблема в том, что невозможно отличить одного от другого. Пока не становится слишком поздно.

– Все! – объявил Блейз.

Сэнди, окостеневшая и разгоряченная, пробормотала:

– Наконец-то.

Она огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что незваных гостей нет, затем стянула с себя платье и бросила его на песок. Она развернулась. Потянувшись, она зашла поглубже, погрузилась в набежавшую волну и немного поплавала.

Выйдя на берег, она вытерлась полотенцем из рюкзака Блейза. Еще он взял ей шорты и рубашку в цветочек, чтобы она переоделась перед пикником и обратной дорогой.